АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

693000, 

<

...>

тел./факс. (4242) 460-945, 460-952, сайт http://sakhalin.arbitr.ru

электронная почта - info@sakhalin.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А59-6046/2024

г. Южно-Сахалинск

15 июля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 июля 2025 года, решение в полном объеме изготовлено 15 июля 2025 года.

Арбитражный суд Сахалинской  области в составе судьи Дремовой Ю.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Потапенко С.И., 

рассмотрев в открытом  судебном заседании дело по исковому заявлению общества  с ограниченной ответственностью  «СМ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к ФИО1 (ИНН: 

<

***>)

о взыскании убытков в порядке субсидиарной ответственности, судебных расходов по уплате государственной пошлины,

при участии:

от ФИО1 – представитель ФИО2 по доверенности от 04.03.2025 (срок действия пять лет), представлен документ о высшем юридическом образовании,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

Общество  с отграниченной ответственностью  «СМ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к ФИО1 (ИНН: 

<

***>)

далее – ответчик) о взыскании убытков в порядке субсидиарной ответственности в размере 82 307,37 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 320 рублей.

Определением суда от 17.09.2024 исковое заявление оставлено без движения до 07.10.2024.

Определением суда от 27.09.2024 заявление принято и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 14.11.2025. Дело назначено к рассмотрению по существу на 14.01.2025.

Слушание отложено на 18.02.2025,далее - на 11.03.2025; в Отдел судебных приставов по г. Южно-Сахалинску в срок до 04.03.2025 направлен запрос о представлении в суд материалов исполнительного производства № 42551/21/65022-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа серии ФС 034687373 по делу № А59-698/2020; в АО «Тбанк», ПАО «Сбербанк России», АО «Россельхозбанк» направлены судебные запросы о предоставлении выписки по расчетным счетам ООО «Соло» за период с 30.11.2020 по 24.11.2023.

11.03.2025 в суд от ответчика поступил отзыв на исковое заявление. 

11.03.2025 в суд поступила копия исполнительного производства в отношении ООО «Соло».

Определением суда от 11.03.2025 слушание отложено на 14.04.2025, ответчику предложено предоставить отзыв с письменными доказательствами:

- с учетом того, что  ответчик который мог и должен был знать о наличии взысканной в судебном порядке задолженности перед истцом ввиду размещения судебного акта в открытом доступе, обосновать свое бездействие по погашению задолженности объективными препятствиями, предоставить доказательства, к неисполнению обязательств подконтрольного ему юридического лица  привело не бездействие ответчика.

- предоставить доказательства, что им приняты все возможные меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами. Доказательства наличия объективных независящих от ответчика обстоятельств, препятствовавших прекратить деятельность общества, с соблюдением прав и законных интересов его кредиторов.

14.03.2025 в суд почтовой связью от АО «Россельхозбанк» поступил ответ на запрос. 

21.03.2025 в суд почтовой связью от ПАО «Сбербанк России» поступила выписка по счету ООО «Соло» за период с 30.11.2020 по 24.11.2023.

09.04.2025 в суд почтовой связью от АО «Тбанк» поступила выписка по счету ООО «Соло» за период с 30.11.2020 по 24.11.2023.

13.04.2025 в суд в электронном виде от ответчика поступило дополнение к отзыву, в котором ответчик указывает, что должник ООО «Соло» не могло исполнить решение суда по делу № А59-6046/2024 из-за отсутствия достаточных денежных средств, недобросовестности в действиях руководителя ООО «Соло» не имеется.

Определением суда от 14.04.2025 слушание отложено на 18.06.2025, ответчику повторно предложено представить доказательства принятия им всех возможных мер для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Истцу предложено выразить позицию относительно утраты / не утраты интереса к объекту спора.

18.06.2025 в суд в электронном виде от ответчика поступило дополнение к отзыву, к которому ответчик представил налоговую отчетность ООО «Соло» за 2021 год в доказательство отсутствия доходов и денежных средств в обществе.

В судебном заседании объявлен перерыв до 02.07.2025. Протокольным определением от 18.06.2025 суд допустил к участию в деле конкурсного управляющего истца ООО «СМ» - ФИО3

23.06.2025 в суд в электронном виде от конкурсного управляющего ООО «СМ» поступило ходатайство, в котором управляющий поддерживает заявленные требования в полном объеме, также просит рассмотреть дело в свое отсутствие.

В судебном заседании  представитель ответчика поддержал заявленное ранее ходатайство об истребовании доказательств в налоговом органе.

Протокольным определением от 02.07.2025 в удовлетворении ходатайства ответчика было отказано.

В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениям к отзыву. Пояснил, что деятельность общества «Соло» была прекращена в период действия ковида. 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ), с согласия участников процесса, суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества (пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника.

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директора общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в отношении действий (бездействия) директора.

В соответствии с пунктом 4 данных разъяснений добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника, являются: факт причинения вреда, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанностей и причиненным вредом.

Положения пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ направлены, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывают разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО4" указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29.09.2020 N 2128-О и др.).

То обстоятельство, по которому кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ.

При обращении в суд первой инстанции с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона N 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Кроме того, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 разъяснено следующее.

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства.

Приведенная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980.

Процессуальная деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел в соответствии с положениями части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Кодекса должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П (далее - постановление N 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Несмотря на то, что дело о банкротстве общества не возбуждалось, приведенная правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку, как указано в постановлении N 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, ООО «Соло» было зарегистрировано 12.07.2017 в качестве юридического лица Управлением Федеральной налоговой службы по Сахалинской области.

Единственным участником ООО «Соло» с долей 100 % являлась ФИО1, которая также являлась генеральным директором общества.

Общество с ограниченной ответственностью «СМ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Соло» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с требованием о взыскании денежных средств за ненадлежащим образом оказанные бухгалтерские услуги в период март - сентябрь 2019 года в размере 135 000 руб. и возмещении убытков в размере 85 000 руб.

К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Батискаф».

Решением суда от 30.11.2020 по делу № А59-698/2020, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округ от 05.07.2021 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 85 000 руб. убытков, расходов  на оплату государственной пошлины в размере 2 859 рублей, всего взыскано 87 859 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. 

Исполнительный лист выдан взыскателю 08.04.2021.

04.05.2021 судебным приставом-исполнителем ОСП по г. Южно-Сахалинску № 2 УФССП России по Сахалинской области возбуждено исполнительное производство №42551/21/65022-ИП о взыскании должника ООО «Соло» в пользу ООО «СМ» задолженности в размере 87 859 рублей.

24.11.2023 налоговым органом внесена запись об исключении юридического лица - ООО «Соло» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Судебным приставом-исполнителем ОСП по г. Южно-Сахалинску № 2 УФССП России по Сахалинской области ФИО5 25.12.2023 вынесено постановление о прекращении исполнительного производства в связи с внесением записи об исключении должника-организации из ЕГРЮЛ. 

Во время исполнительного производства от должника ООО «Соло» поступили денежные средства в размере 15 551,63 рублей, которые были распределены следующим образом: 5 551,63 рублей – на погашение задолженности перед взыскателем, 10 000 рублей – на исполнительский сбор.

Таким образом, непогашенный остаток задолженности перед ООО «СМ» составил 82 307,37 рублей.

По мнению истца, ООО «Соло», имея задолженность перед ООО «СМ» в сумме 82 307,37 рублей, подтвержденную вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области по делу №А59-698/2020, допустило фактическое прекращение своей деятельности, что повлекло исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц. ФИО1 как бывший руководитель общества, а также его единственный участник, действовала недобросовестно и неразумно, поскольку не принимала мер по погашению задолженности перед истцом, в дальнейшем не обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, не представляла бухгалтерскую отчетность, не обеспечила нахождение общества по адресу, указанному в ЕГРЮЛ, что привело к прекращению деятельности юридического лица и невозможности удовлетворения требований кредиторов, в том числе требований истца. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Соло» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), возникшим из вступившего в законную силу решения Арбитражный суд Сахалинской области от 30.11.2020 по делу № А59-698/2020.

При рассмотрении дела судом были истребованы материалы исполнительного производства, банковские выписки по счетам ООО «Соло». 

Согласно представленной АО «Россельхозбанк» выписке за период с 30.11.2020 по 24.11.2023 движение денежных средств по расчетному счету ООО «Соло» не производилось. 

Согласно представленной ПАО «Сбербанк России» выписке по счету ООО «Соло» за период с 30.11.2020 по 24.11.2023 сумма по дебету составила 27 314,99 рублей, сумма по кредиту – 27 314,99 рублей.

Согласно представленной АО «Тбанк» выписке по счету ООО «Соло» за период с 30.11.2020 по 24.11.2023 сумма по дебету составила 13 454,98 рублей, сумма по кредиту – 10 500 рублей.

То есть из представленных сведений суд делает вывод о том, что движение денежных средств по счетам было незначительным.

За весь период исполнительного производства от ООО «Соло» на депозитный счет ОСП по г. Южно-Сахалинску № 2 УФССП России по Сахалинской области поступили денежные средства в размере 15 551,63 рублей. Сведений об иных источниках, за счет которых была возможность погашения задолженности, в материалах исполнительного производства не содержится.

В доказательство отсутствия доходов и денежных средств в обществе, достаточных для расчета со взыскателем по решению суда, к отзыву от 18.06.2025 представитель ответчика представил нулевую налоговую отчетность ООО «Соло», а именно расчеты по страховым взносам за 3, 6, 9, 12 месяцев 2021 года, а также налоговую декларацию общества за 2021 год, согласно которой сумма полученных доходов за год составила 11 067 рублей.

Таким образом, достоверно зная о наличии задолженности перед истцом, ответчик не предпринял мер ни к погашению задолженности, ни к проведению специальных процедур, обеспечивающих права и имущественные интересы кредиторов, что свидетельствует о неразумности и недобросовестности его действий.

В судебных заседаниях представитель ответчика пояснял, что деятельность общества «Соло» была прекращена в период действия ковида – пандемии 2020 года. В то же время в своем отзыве от 11.03.2025 представитель ответчика указывает, что руководитель ликвидированного общества с 2019 года проживал в г. Санкт-Петербурге, менять на возмездной основе адрес недействующего юридического лица не имело экономической целесообразности. Из чего суд приходит к выводу, что ответчик как единственное контролирующее должника лицо, намеренно уклонился от добровольного удовлетворения требований кредитора при наличии определенных к этому предпосылок, перестал заниматься ведением коммерческой деятельности юридического лица, поиском новых клиентов, заключением новых договоров. Это и привело к отсутствию достаточных денежных средств на счетах ООО «Соло», о чем указывает ответчик в своем отзыве от 13.04.2025, что как раз подтверждает недобросовестность в действиях руководителя ООО «Соло».

Довод ответчика о том, что деловой активности в спросе на рынке бухгалтерских услуг накануне ликвидации ООО «Соло» не наблюдалось, суд находит несостоятельным, поскольку противоречит объективным обстоятельствам.

Так как у ООО «Соло» признаков банкротства не имелось, поскольку, как указывает ответчик в отзыве от 11.03.2025, долги общества не превышали 300 000 рублей, поэтому процедура банкротства не подлежала применению, ФИО1 должна была принять решение о ликвидации юридического лица, при которой формируется промежуточный баланс, где фиксируется кредиторская задолженность организации, принимаются меры к погашению требований кредиторов, допустила бездействие, закономерным результатом которого является невозможность удовлетворить требование кредитора, что с очевидностью свидетельствует о недобросовестности контролирующего лица, направленности поведения контролирующего лица на причинение вреда имущественным интересам кредитора должника.

Именно ликвидационная комиссия, а не налоговый орган, опубликовывает в средствах массовой информации сообщение о ликвидации юридического лица и о порядке и сроке заявления требований его кредиторами. Данных действий ответчиком предпринято не было, при это ответчик пытается переложить свою зону ответственности на истца, указывая в отзыве от 11.03.2025, что регистрирующий орган верно принял решение о ликвидации юридического лица, о чем было опубликовано уведомление в средствах массовой информации; истец, являющийся кредитором ООО «Соло», не направил в налоговый орган возражений относительно предстоящей ликвидации; истец имел возможность застраховать договор, заключенный между ним и ООО «Соло», однако не сделал этого. 

Само по себе то обстоятельство, что истец не воспользовался правом на подачу в регистрирующий орган возражений против исключения Общества из ЕГРЮЛ, не означает, что он утрачивает право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ (пункт 3.1 постановления Конституционного Суда N 20-П).

Ответчик как учредитель и исполнительный орган ООО «Соло» не мог не знать о противоправности своих действий, совершенных в ущерб интересам истца, вместе с тем, не предпринял действий к погашению задолженности.

Изложенное свидетельствует о недобросовестном и неразумном осуществлении ответчиком обязанностей руководителя общества, что противоречит целям деятельности, ради которых оно создано.

Действия ответчика как руководителя общества, повлекшие непогашение долга перед истцом, вызывают объективные сомнения в том, что он руководствовался интересами возглавляемой организации, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ответчика, как контролирующее должника лицо переходит бремя доказывания того, что негативные последствия таких действий явились следствием обычного делового оборота. Между тем, ответчик не привел убедительных обстоятельств и не представил доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности его действий.

Доказательств, опровергающих недобросовестность своих действий, ответчик не представил и не доказал, что принимал меры к погашению задолженности.

Положения пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью направлены, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывают разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Аналогичная позиция при схожих обстоятельствах изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2025 N 305-ЭС24-22290. В указанном акте Верховный Суд Российской Федерации отметил следующее.

Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 7 февраля 2023 г. N 6-П (далее - постановление N 6-П), а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утвержденного 15 мая 2024 г. и ряде определений (от 10 апреля 2023 г. N 305-ЭС22-16424, от 4 октября 2023 N 305-ЭС23-11842, от 27 июня 2024 г. N 305-ЭС24-809, от 11 февраля 2025 г. N 307-ЭС24-18794 и другие).

Эта позиция сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть, чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.

Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности. При этом стандарт разумного и добросовестного поведения последнего в сфере корпоративных отношений предполагает аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Представляется, что эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим ("брошенным"), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов "брошенных" юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных.

В настоящем деле ООО «Соло» тоже являлось фактически недействующим, то есть «брошенным» юридическим лицом, в результате чего и было исключено из ЕГРЮЛ регистрирующим органом.  

Суд учитывает, что в рассматриваемом случае истец объективно не имеет возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения обществом обязательств по оплате задолженности подтвержденной судебным актом, так и мотивы прекращения обществом хозяйственной деятельности.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Со своей стороны истец предпринял все зависящие от него меры по взысканию образовавшейся задолженности, а именно обратился в службу судебных приставов.

С учетом представленных сторонами, а также поступивших по судебным запросам доказательств, суд приходит к выводу о том, что ответчиком, который мог и должен был знать о наличии взысканной в судебном порядке задолженности перед истцом ввиду размещения судебного акта в открытом доступе, не обосновал свое бездействие по погашению задолженности объективными препятствиями, тем самым бездействие ответчика привело к неисполнению обязательств подконтрольного ему юридического лица.

Ответчиком, в свою очередь, не представлено доказательств, позволяющих суду установить, что им приняты все возможные меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором. Доказательства наличия объективных независящих от ответчика обстоятельств, препятствовавших прекратить деятельность общества через процедуру ликвидации, с соблюдением прав и законных интересов его кредиторов, в части истца, суду также не представлено.

На основании совокупности изложенного исковые требования истца к ответчику следует удовлетворить в полном объеме, взыскав в пользу общества с ограниченной ответственностью «СМ» денежные средства в размере 82 307,37 рублей.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом по настоявшему иску уплачена государственная пошлина в размере 3 320 рублей, в то время как пошлина составляет 3 292 рублей.

Таким образом, государственная пошлина в размере 3 292 рублей полежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Государственная пошлина в размере 28 рублей подлежит возвращению истцу как излишне уплаченная.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (ИНН: 

<

***>) в пользу общества  с ограниченной ответственностью  «СМ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) убытки в размере 82 307,37 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 292 рублей, а всего взыскать 85 599,37 рублей.

Возвратить обществу  с ограниченной ответственностью  «СМ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) государственную пошлину в размере 28 (двадцать восемь) рублей 00 копеек, уплаченную при подаче заявления в суд по чеку по операции от 29.07.2024 на сумму 3 320 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Сахалинской области.

Судья                                                                        Ю.А. Дремова