Дело № А11-7/2019

город Владимир

17 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 9 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2021 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Захаровой Т.А., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2               

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 27.10.2020 по делу № А11-7/2019, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Промактив» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)                о взыскании с бывшего директора общества с ограниченной ответственностью «АС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)                   ФИО3 в пользу должника убытков в размере                   1 991 525 руб. 42 коп.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «АС» (далее – Общество) в Арбитражный суд Владимирской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Промактив» (далее – ООО «Промактив») с заявлением о взыскании с бывшего директора должника ФИО3 в пользу должника убытков в размере 1 991 525 руб. 42 коп.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 27.10.2020 заявление ООО «Промактив» удовлетворил; взыскал с ФИО3                        в пользу должника 1 991 525 руб. 42 коп. убытков. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой и дополнением к ней, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления                                    ООО «Промактив».

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на недоказанность факта причинения вреда должнику действиями                    ФИО3 Свою позицию заявитель мотивирует тем, что списание имущества должника (экскаватор ЕК-14-12) осуществлено  в связи с его износом. При этом списание произведено без существенных нарушений требований закона, а утилизированные остатки данного имущества реализованы с максимальной выгодой для должника. Заявитель считает, что действия руководителя являются добросовестными и не привели к возникновению у должника убытков.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции взысканы с ФИО3 убытки в размере, превышающем реальную рыночную стоимость списанного имущества, а также не учтено получение Обществом денежных средств за реализацию остатков списанного имущества в размере 32 725 руб.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

ООО «Промактив» в отзыве и письменных пояснениях к нему указало на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просило оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

ФИО2 также ходатайствовал о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзывы на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания, в порядке статей 121 (часть 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 24.10.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; определением от 24.10.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).

Предметом заявления ООО «Промактив» является требование о взыскании с бывшего директора должника ФИО3  в пользу должника убытков в размере 1 991 525 руб. 42 коп.

Арбитражный суд Владимирской области, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО3 убытков в размере 1 991 525 руб. 42 коп.

Повторно, изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – 

Постановление

 № 53), при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось его финансовое положение, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В данном случае с учетом периода возникновения обстоятельств, влекущих ответственность привлекаемых лиц, подлежали применению общие нормы о возмещении убытков – статьи 15, 53.1, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать                    от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), несет гражданско-правовую ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  и пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено положение о добросовестных и разумных действиях единоличного исполнительного органа юридического лица, а также его обязанность возмещения причиненных убытков, при определении оснований и размера ответственности которой должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО3 являлся директором Общества, учредителем должника в свою очередь являлся ФИО2 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предусмотренная данными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно при наличии в совокупности определенных условий: наличие убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств), причинно-следственная связь между понесенными убытками и неисполнением или не надлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать                 от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении № 62.

В пунктах 2, 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Судом установлено и не противоречит материалам дела,  на основании утвержденного директором должника ФИО3 решение                                 от 07.08.2016 о  списании основных средств (экскаватор ЕК-14-20, государственный регистрационный номер 33ВН 4279) общей стоимостью               1 991 525 руб. 42 коп. главным бухгалтером должника ФИО5 составлен акт о списании автотранспортного средства, в соответствии с которыми указанное основное средство списано в связи с физическим износом (коррозией) в результате бездействия. 

Названный акт утвержден материально ответственным лицом ФИО3

Списание основных средств регламентируется Положением по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01, а также приказом Минфина Российской Федерации от 13.10.2003 № 91н «Об утверждении методических указаний по бухгалтерскому учету основных средств», списание товарно-материальных ценностей – Положением по бухгалтерскому учету «Учет материально-производственных запасов»                         (ПБУ 5/01), приказом Минфина Российской Федерации от 28.12.2001 № 119 «Об утверждении Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов».

Согласно пунктам 77 и 78 Методических указаний по бухгалтерскому учету основных средств, утвержденных Приказом Минфина Российской Федерации от 13.10.2003 № 91н, для определения целесообразности (пригодности) дальнейшего использования объекта основных средств, возможности и эффективности его восстановления, а также для оформления документации при выбытии указанных объектов в организации приказом руководителя создается комиссия, в состав которой входят соответствующие должностные лица, в том числе главный бухгалтер (бухгалтер) и лица, на которых возложена ответственность за сохранность объектов основных средств. Для участия в работе комиссии могут приглашаться представители инспекций, на которые в соответствии с законодательством возложены функции регистрации и надзора на отдельные виды имущества. В компетенцию комиссии входит: осмотр объекта основных средств, подлежащего списанию с использованием необходимой технической документации, а также данных бухгалтерского учета, установление целесообразности (пригодности) дальнейшего использования объекта основных средств, возможности и эффективности его восстановления; установление причин списания объекта основных средств (физический и моральный износ, нарушение условий эксплуатации, аварии, стихийные бедствия и иные чрезвычайные ситуации, длительное неиспользование объекта для производства продукции, выполнения работ и услуг либо для управленческих нужд и др.); выявление лиц, по вине которых происходит преждевременное выбытие объекта основных средств, внесение предложений о привлечении этих лиц к ответственности, установленной законодательством; возможность использования отдельных узлов, деталей, материалов выбывающего объекта основных средств и их оценка исходя из текущей рыночной стоимости, контроль за изъятием из списываемых в составе объекта основных средств цветных и драгоценных металлов, определение веса и сдачи на соответствующий склад; осуществление контроля за изъятием из списываемых объектов основных средств цветных и драгоценных металлов, определением их количества, веса; составление акта на списание объекта основных средств.

Принятое комиссией решение о списании объекта основных средств оформляется в акте на списание объекта основных средств с указанием данных, характеризующих объект основных средств (дата принятия объекта к бухгалтерскому учету, год изготовления или постройки, время ввода в эксплуатацию, срок полезного использования, первоначальная стоимость и сумма начисленной амортизации, проведенные переоценки, ремонты, причины выбытия с их обоснованием, состояние основных частей, деталей, узлов, конструктивных элементов).

Между тем, акт о списании объекта основных средств от 07.08.2015             № 00000000005 в нарушение положений пунктов 77 и 78 Методических указаний по бухгалтерскому учету основных средств, утвержденных Приказом Минфина Российской Федерации от 13.10.2003 № 91н, не содержат обязательных реквизитов: срока полезного использования, данных переоценки, данных о ремонтах и не содержат выводы комиссии по выявлению лиц, по вине которых происходит преждевременное выбытие объекта основных средств, не содержат данные о состоянии основных частей, деталей, узлов, конструктивных элементов объектов основных средств.

При этом указание причины выбытия без ссылок на техническую документацию, не позволяет определить действительные причины выбытия объекта основных средств.

Таким образом, акт о списании объекта основных средств от 07.08.2015 № 00000000005 не соответствуют регламентирующим нормативным актам.

Документы, подтверждающие обстоятельства, основываясь на которых ответчик принял решение о списании имущества, в материалах обособленного спора отсутствуют.

В рассматриваемом случае списание товарно-материальных ценностей предприятия в преддверии его банкротства не является обычным, нормальным и добросовестным. Совокупность исследованных обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что списание является одним из способов по выведению ликвидного имущества, поскольку нет ни дефектных ведомостей, ни попыток реализовать данное имущество до списания, отсутствуют сведения о вывозе списанного имущества.

Кроме того, из содержания пункта 79 Методических указаний бухгалтерского учета основных средств от 13.10.2003 № 91н следует, что после списания автотранспортной (сельскохозяйственной) техники остаются детали, узлы и агрегаты. Если они пригодны к эксплуатации, то приходуются по текущей рыночной стоимости узлов и агрегатов на дату списания объектов основных средств.

Если же техника утилизировалась после ее списания, то должны быть соответствующие акты, подтверждающие утилизацию, например акты сдачи техники в качестве лома черного и цветных металлов в организации, осуществляющие утилизацию.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что доказательств использования узлов и агрегатов из списанной техники для установки на иной технике должника сторонами спора не представлено. Бесспорных и надлежащих доказательств реализации списанного спорного имущества в виде металлолома также не представлено в материалы дела. Между тем, утилизация громоздкой техники на металлолом невозможна без значительных трудозатрат и использования газосварочной аппаратуры для резки металла. Сдача металлолома на реализацию также предполагает его доставку на пункты приема металлолома, что влечет затраты на работу автотранспорта, погрузчиков/разгрузчиков и т.д., что может повлечь расходы на сдачу металлолома соизмеримые с его стоимостью или значительные по стоимости.

В материалы дела не представлено доказательств утилизации техники, доказательств состава, количества и цены металлолома оставшегося                         от объекта при их списании, а также сведения о невозможности использования отдельных узлов, деталей, материалов и их оценка, исходя из рыночной стоимости.

Таким образом, утилизация транспортного средства не могла не повлечь поступление денежных средств от реализации, в том числе, в качестве металлолома (запчастей).

Материалы дела также не содержат доказательства, подтверждающие факт того, что утилизация техники привела к поступлению денежных средств, которые могли пойти на расчеты с кредиторами должника.

При этом, представленные в материалы дела приемосдаточный акт от 19.02.2019 № 14 и приходный кассовый ордер от 19.02.2019 № 1 таким доказательствами не являются, поскольку доказательств того, что реализованное Обществом имущество в качестве лома, является именно спорным имуществом в материалы дела не представлено. 

Кроме того, из акта исследования от 22.10.2020 № 181Д, который представлен ответчиком в качестве доказательств по делу, усматривается, что масса спорного экскаватора составляет 13,6 тонн, однако в акте указано на вес экскаватора в размере 9,35 тонны.  

Более того, приходный кассовый ордер от 19.02.2019 № 1, подписанный самим ФИО3 не подтверждает поступление денежных средств в кассу Общества. Иных доказательств, отражающих поступление денежных средств по приходному кассовому ордеру                                от 19.02.2019 № 1 в кассу должника не представлено.

При таких обстоятельствах, списание товарно-материальных ценностей предприятия в отсутствии каких-либо доказательств невозможности использования имущества по назначению, в отсутствии технических характеристик, не является обычным, нормальным и добросовестным. Совокупность исследованных обстоятельств позволяет сделать вывод о том, что списание является одним из способов по выведению ликвидного имущества, поскольку нет ни дефектных ведомостей, ни попыток реализовать данное имущество до списания, отсутствуют доказательства о вывозе списанного имущества.

Указанные действия бывшего руководителя  ФИО3 повлекли за собой выбытие актива, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов должника, что по определению статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации образует реальный убыток для должника и, соответственно, его кредиторам.

Таким образом, подтверждена вина бывшего руководителя должника и причинно-следственная связь между действиями ФИО3 и причинением убытков должнику. Указанные обстоятельства верно определены судом первой инстанции.

Определяя размер убытков, подлежащих взысканию с ФИО3, заявитель требований исходил из балансовой (изначальной) стоимости списанной техники в размере 1 991 525 руб. 42 коп. 

Суд первой инстанции признал определение суммы убытков обоснованным в заявленном размере.

Между тем, суд апелляционной инстанции счел указанные выводы суда первой инстанции в данной части необоснованными по следующим основаниям.

Балансовая стоимость – это первоначальная стоимость актива с учетом ее изменений. После признания в бухгалтерском (бюджетном) учете актива в качестве основного средства его учет осуществляют по балансовой стоимости. Поэтому балансовая стоимость – это стоимость, по которой актив отражен в бухгалтерском (бюджетном) учете и бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Вместе с тем, балансовая стоимость техники на протяжении нескольких лет ее эксплуатации явно не соответствует рыночной стоимости техники и не может быть признана достоверной стоимостью для определения размера убытков, поскольку техника списывалась по причине износа и не возможностью ремонта, соответственно спорная техника утратила потребительскую ценность и стоимость.

Суд апелляционной инстанции определениями от 07.04.2021 и 19.05.2021 предлагал лицам, участвующим в данном обособленном споре, представить доказательства рыночной стоимости спорного имущества на момент его списания, а также рассмотреть вопрос о возможности назначения судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости спорного имущества.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал доказать заявителю требований размер убытков (рыночную стоимость спорного имущества). Между тем, ООО «Промактив» не представило каких-либо пояснений в материалы дела, ходатайство о назначении экспертизы не заявило. 

Согласно пункту 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

Стороны согласно статьям 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Между тем, лица участвующие в деле, не воспользовались своим правом заявить ходатайство о проведении судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости спорного имущества, в связи с чем несут риск наступления неблагоприятных последствий в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что отсутствие возможности установить размер убытков с разумной степенью достоверности само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков, поскольку в этом случае суду надлежит определить размер причиненных убытков с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 также указано, что недоказанность размера имущественного вреда не является основанием для отказа в применении к причинителю вреда мер гражданско-правовой ответственности. При этом обязанность по возмещению причиненного вреда и случаи, в которых возможно освобождение от такой обязанности, предусмотрены законом. Недоказанность размера причиненного ущерба к основаниям, позволяющим не возлагать гражданско-правовую ответственность на причинителя вреда, действующим законодательством не отнесена.

Как следует из материалов дела, ФИО6 в суде первой инстанции в обоснование возражений относительно стоимости списанного объекта в материалы дела представил акт исследования от 22.10.2020 № 181Д, подготовленный экспертом общества с ограниченной ответственностью «Экспертное бюро Партнер» ФИО7, согласно которому действительная стоимость экскаватора ТВЭКС ЕК-14-20 по состоянию на 07.08.2016 могла составлять 184 960 руб. 

Указанный акт исследования от 22.10.2020 № 181Д мотивирован, обоснован исследованными обстоятельствами, содержит ссылки на представленные для производства документы, способы и методы исследования, при оформлении выводов руководствовались соответствующими нормативными документами, методическими и специализированными источниками.

Доказательств иной цены спорного экскаватора на дату его списания, отличной от установленной в акте исследования от 22.10.2020 № 181Д в материалы дела не представлено.

Несоответствие принятого судами экспертного заключения положениям Закона об оценочной деятельности и действующим стандартам оценки, влекущее вывод о недостоверности полученной экспертами величины рыночной стоимости предмета оценки, не установлено.

При отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих выводы, указанные в акте исследования от 22.10.2020 № 181Д, подготовленном экспертом общества с ограниченной ответственностью «Экспертное бюро Партнер» ФИО7, отсутствие со стороны лиц, участвующих в деле, заявленного ходатайства о назначение экспертизы по делу, отсутствие иных доказательств, свидетельствующих об иной цене имущества, указанный отчет принимается судом апелляционной инстанции в качестве надлежащего доказательства рыночной стоимости спорного транспортного средства.

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 и статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что недобросовестное и неразумное поведение бывшего директора должника ФИО3 вследствие совершенного руководимым им обществом списания актива посредством создания видимости утраты его ликвидности и реализации в качестве металлолома, повлекло причинение Обществу убытков, размер которых равен действительной стоимости экскаватора на момент его списания, определенной экспертом общества с ограниченной ответственностью «Экспертное бюро Партнер» ФИО7 в акте исследования от 22.10.2020 № 181Д, в размере 184 960 руб. 

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что  именно недобросовестные и неразумные действия ФИО3 (наличие его виновных действий) привели к возникновению убытков у Общества, что свидетельствует о наличии прямой причинно-следственной связи между неправомерным бездействием бывшего руководителя должника и заявленными убытками, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО3 в пользу Общества                      184 960 руб. убытков. Оснований для взыскания убытков в остальной части не имеется.

Довод заявителя жалобы о том, что сумма убытков подлежит уменьшению на сумму полученных денежных средств от сдачи металлолома не принимается судом апелляционной инстанции по изложенным ранее мотивам (давалась оценка приемосдаточному акту и приходному кассовому ордеру) ввиду недоказанности фактов получения денежных средств именно от сдачи металлов, оставшихся от спорного имущества, и оприходования                в кассу должника полученной суммы. 

На основании пункта 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции в части или полностью и принять по делу новый судебный акт.

Таким образом, апелляционная жалоба ФИО2 подлежит удовлетворению в части, а определение Арбитражного суда Владимирской области от 27.10.2020 по делу № А11-7/2019 подлежит отмене в части на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 27.10.2020 по делу № А11-7/2019 отменить в части установления размера убытков в сумме 1 806 565 руб. 42 коп., апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «АС» 184 960 руб. убытков.

В удовлетворении остальной части требований общества с ограниченной ответственностью «Промактив» отказать.       

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Т.А. Захарова

Д.В. Сарри