ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                                   Дело № А15-55/2017

19.02.2024         

Резолютивная часть постановления объявлена 13.02.2024         

Постановление изготовлено в полном объеме 19.02.2024         

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Избербашнефть» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 24.07.2023), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 18.07.2023), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Избербашнефть» ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 20.10.2023 по делу № А15-55/2017, принятое по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Избербашнефть» ФИО6 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 25.05.2016 между ОАО «Избербашнефть» с ФИО7 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Избербашнефть» (г. Махачкала, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.11.2017 (резолютивная часть объявлена 15.11.2017) общество признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

24.03.2022 (согласно оттиску почтового штемпеля на конверте - т. 1 л.д. 27) конкурсный управляющий ОАО «Избербашнефть» ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора купли-продажи доли в уставном капитале общества от 25.05.2016, заключенного между ОАО «Избербашнефть» и гражданами ФИО7 и ФИО4, о продаже принадлежащей ОАО «Избербашнефть» в размере 100% доли в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой», применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника отчужденного имущества и восстановлении записи о правах ОАО «Избербашнефть» в размере 100% доли в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» в ЕГРЮЛ.

Определением суда от 09.11.2022, оставленное без изменения постановлением апелляционного суда от 17.01.2023, заявление конкурсного управляющего ОАО «Избербашнефть» удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи доли в уставном капитале общества от 25.05.2016 между ОАО «Избербашнефть» с ФИО7 и ФИО4 Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу доли в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» путем восстановления в ЕГРЮЛ записей в отношении ООО «Каспийнефтегазстрой» о принадлежности ОАО «Избербашнефть» доли в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» в размере 100 процентов.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.04.2023 определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 09.11.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Дагестан.

Определением суда от 20.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий должника обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 не согласна с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Ранее от конкурсного управляющего должника поступило ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

Рассмотрев ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в удовлетворении ходатайства надлежит отказать на основании следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Из материалов дела следует, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлялось ходатайство о назначении судебной экспертизы, при этом конкурсный управляющий не был лишен возможности реализовать указанное процессуальное право в суде первой инстанции. Обращаясь с указанным ходатайством в суд апелляционной инстанции, заявитель должным образом не обосновал невозможность заявить его при рассмотрении дела в суде первой инстанции. При этом обоснований невозможности в ходатайстве заявителем не приведено.

Апелляционный суд, рассмотрев заявленное ходатайство, полагает его подлежащим отклонению и считает возможным разрешить спор при имеющихся в материалах дела доказательствах.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями  статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив довод жалобы, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение  от 20.10.2023 подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, ООО «Каспийнефтегазстрой» зарегистрировано 03.04.2013 с уставным капиталом в размере 10 тыс. рублей. 100 % доли в уставном капитале компании до мая 2016 года принадлежали должнику.

Согласно протоколу заседания совета директоров общества от 10.05.2016 № 3 (т. 1, л.д. 59-60), принято решение об изменении доли участия общества в другой организации, в связи с чем, одобрено совершение обществом сделки – заключение не позднее 31.05.2016 договора купли-продажи доли в уставном капитале компании с ФИО7 (членом совета директоров общества) в размере 50% доли номинальной стоимостью 5 000 руб. по цене 5 000 руб., с оплатой в день подписания договора купли-продажи части доли, и с ФИО4 в размере 50% доли номинальной стоимостью 5 000 руб. по цене 5 000 руб., с оплатой в день подписания договора купли-продажи части доли.

25.05.2016 между ОАО «Избербашнефть» (продавец) и ФИО7, ФИО4 (покупатели) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» (т. 1, л.д. 14-15), по условиям которого принадлежащая ОАО «Избербашнефть» доля в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» в размере 100% доли продана, в том числе ФИО4 с 50% доли в уставном капитале компании номинальной стоимостью 5 тыс. рублей, и ФИО7 с 50% доли в уставном капитале компании номинальной стоимостью 5 тыс. рублей (пункты 1 и 4 договора).

Ссылаясь на то, что на момент совершения сделки общество обладало признаками неплатежеспособности, в переданной бухгалтерской документации, включая базу 1С-бухгалтерии, сумма оплаты по договору оприходованной не значится и по выписке по счету общества факт оплаты не подтверждается; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторам, поскольку рыночная стоимость доли в уставном капитале компании значительно выше номинальной, продажа привела частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам общества за счет его имущества; покупатели доли не могли не знать о несоответствии цены продажи рыночной цене и ущемлении этим интересов кредиторов общества, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 25.05.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству определением от 10.01.2017, а оспариваемый договор купли-продажи заключен 25.05.2016, т.е. в пределах периода подозрительности, определенного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Судом установлено, что на момент совершения сделки общество отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. На дату совершения оспариваемой сделки деятельность должника являлась убыточной. У должника имелась просроченная задолженность по кредитным договорам, что подтверждается сформированным реестром требований кредиторов.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве:

недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. На дату совершения оспариваемой сделки деятельность должника являлась убыточной. У должника имелась просроченная задолженность по кредитным договорам, что подтверждается сформированным реестром требований кредиторов.

Наличие признака неплатежеспособности общества подтверждается тем, что к дате совершения оспариваемой сделки имелась задолженность должника по таможенным платежам, в связи с чем 09.10.2014 (до совершения оспариваемой сделки), возбуждено уголовное дело по факту уклонения от уплаты таможенных платежей в особо крупном размере. Основанием для введения в отношении общества процедуры наблюдения по заявлению ФНС России явилось наличие непогашенной задолженности по обязательным платежам, налогам, пени и штрафам в размере 40 794 123,63 рубля, из которых ввозная пошлина - 10 504 505,54 рубля, пени на ввозную пошлину - 3 025 674,11 рубля, НДС 19 223 050,39 рубля, пени на НДС 5 536 927,53 рубля.

Давая оценку договору купли-продажи доли должника в уставном капитале компании от 25.05.2016, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Из материалов дела установлено, что компания зарегистрирована 03.04.2013 с уставным капиталом в размере 10 тыс. рублей.

100 % доли в уставном капитале компании до мая 2016 г. принадлежали обществу.

Согласно протоколу заседания совета директоров общества от 10.05.2016 №3 (т. 1 л.д. 59-60), принято решение об изменении доли участия общества в другой организации, в связи с чем одобрено совершение обществом сделки - заключение не позднее 31.05.2016 договора купли-продажи доли в уставном капитале компании с ФИО7 (членом совета директоров общества) в размере 50% доли номинальной стоимостью 5000 руб. по цене 5000 рублей, с оплатой в день подписания договора купли-продажи части доли, и с ФИО4 в размере 50% доли номинальной стоимостью 5000 руб. по цене 5000 рублей, с оплатой в день подписания договора купли-продажи части доли.

По договору купли-продажи доли в уставном капитале от 25.05.2016 (т. 1 л.д. 14-15), заключенному между ОАО «Избербашнефть» и гражданами ФИО7 и ФИО4 продана принадлежащая ОАО «Избербашнефть» доля в уставном капитале ООО «Каспийнефтегазстрой» (ИНН 

<

***>) в размере 100% доли, в том числе ФИО4 с 50% доли в уставном капитале компании номинальной стоимостью 5 тыс. рублей, и ФИО7 с 50% доли в уставном капитале компании номинальной стоимостью 5 тыс. рублей (пункты 1 и 4 договора).

Расчет согласован сторонами после подписания договора (п. 4 договора).

Согласно пункту 5 договора сторонам разъяснено, что соглашение о цене является существенным условием настоящего договора и в случае сокрытия ими подлинной цены доли в уставном капитале и истинных намерений они самостоятельно несут риск признания сделки недействительной, а также риск наступления иных отрицательных последствий.

Договор предусматривает переход доли в уставном капитале компании к ФИО7 и ФИО4 с момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ (пункт 7 договора). Договор от 25.05.2016 нотариально удостоверен 25.05.2016 (пункт 6.19 устава компании, т. 2 л.д. 93).

До 13.01.2021 участниками компании являлись ФИО4 с 50% доли в уставном капитале компании номинальной стоимостью 5 тыс. рублей и ФИО7 с 50% доли в уставном капитале общества номинальной стоимостью 5 тыс. рублей.

26 декабря 2020 года ФИО7 и ФИО8 заключили договор дарения части доли в уставном капитале компании, согласно которому ФИО7 подарил ФИО8 часть доли в уставном капитале компании в размере 50% номинальной стоимостью 5 тыс. рублей. Данная сделка нотариально удостоверена.

Решением от 11.03.2022 (т. 1 л.д. 77-83) договор дарения от 26.12.2020 №05СМ071421 50% доли в уставном капитале общества, заключенный ФИО7 и ФИО8, признан недействительной сделкой, обществу передано 50% доли ФИО8 в уставном капитале общества.

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая закрепленное уставом общества положение о необходимости получения согласия участников общества на отчуждение доли (части доли) третьему лицу, исходя из условий установленных законом, при которых указанное согласие считается полученным; установив недоказанность уведомления истца с целью получения согласия на совершение сделки по отчуждению доли и получения согласия от участника общества на совершение указанной сделки, суд первой инстанции в рамках дела №А15-1371/2021 пришел к выводу об отчуждении ответчиком части доли в уставном капитале общества с нарушением порядка установленного уставом общества.

Судом первой инстанции исследован вопрос относительно экономического смысла и целесообразности заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале компании по номинальной стоимости уставного капитала.

В связи с этим судом установлено, что предлагаемые ответчиками порядок определения рыночной (действительной) стоимости доли в уставном капитале для целей использования при оспаривании сделки купли-продажи доли неприменим, ввиду того, что  судом приняты во внимание и иные обстоятельства, влияющие на ценность такого имущественного актива.

Ответчики не привели разумных объяснений экономической целесообразности приобретения 100% доли в уставном капитале компании по ее номинальной стоимости при отсутствии имущества и отрицательном размере чистых активов.

В отсутствие таких разумных объяснений ответчиков, приобретение компании ими имело экономическую ценность именно в связи с наличием выданной компании 04.05.2016, за неделю до одобрения 10.05.2016 сделки советом директоров общества (членом которого являлся один из покупателей компании) лицензии на пользование недрами, на участке недр в Ачи-Су, для добычи остаточных запасов газа.

Именно наличие указанной лицензии у компании в последующем явилось основанием для заключения договоров купли-продажи от 14.10.2016 № 763 и № 764 имущества - скважины № 150 Ачи-Су, и скважины № 150г Ачи-Су.

При этом, ответчиками не представлено достоверных доказательств, что оплата данного имущества произведена исключительно за счет привлеченных ими денежных средств, а представленные ФИО4 платежные документы датированы 2021 годом, то есть после вынесения решения Арбитражного суда Республики Дагестан от 14.12.2020 по делу № А15-3014/2019.

Суд первой инстанции установил, что доводы управляющего о несоответствии рыночной стоимости цене сделки (ввиду наличия у компании лицензии на пользование недрами НЭ серия МАХ №00684 от 04.05.2016 по 04.05.2017) ответчики документально надлежащими относимыми и допустимыми доказательствами не опровергли.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор заключен по цене, существенно отличающейся от обычной при сравнимых условиях, в результате сделки отчуждено имущество должника без равноценного встречного исполнения, конкурсная масса имущества должника существенно уменьшилась, а неравноценность встречного исполнения не позволила должнику исполнить обязательства перед кредиторами.

Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для признания договора купли-продажи от 25.05.2016 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции, согласившись с выводами судов в части наличия оснований для признания сделки недействительной, при отмене определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 09.11.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2023 указал судам при новом рассмотрении проверить сроки исковой давности оспаривания сделки управляющим, о которых заявлено ответчиками по обособленному спору.

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции судом первой инстанции исследовал вопрос истечения срока исковой давности по оспариванию договора купли-продажи доли в уставном капитале компании от 25.05.2016. Суд руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 32 постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Срок исковой давности исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статью 61.2 Закона о банкротстве.

Внешний (конкурсный) управляющий вправе оспаривать от имени должника совершенные сделки и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. В таких случаях не применяются специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о несостоятельности. Если по специальным основаниям, определенным законодательством о банкротстве, сделка конкурсным управляющим не оспаривается, то на требование конкурсного управляющего распространяется трехлетний срок исковой давности, предусмотренный п. 1 ст. 181 ГК РФ, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

При этом, как указано в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Как видно из материалов дела, решением от 16.11.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО6

При этом заявление об оспаривании сделки должника конкурсным управляющим направлено в арбитражный суд  лишь 25.03.2022 (т. 1 л.д. 12-13).

Из материалов дела следует, что управляющий ФИО6 в процедуре наблюдения провел анализ финансового состояния должника.  В заключении о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства временный управляющий указал, что в результате проведенного анализа сделок должника за весь анализируемый период не были выявлены сделки и действия органов управления должника, не соответствующие законодательству Российской Федерации, заключенные или исполненные на нерыночных условиях, что могло причинить ущерб должнику. На отсутствие у него необходимой информации либо недостаточность документации при проведении финансового анализа управляющий не ссылался.

Согласно материалам дела, временным управляющим ФИО6 направлены запросы директору и главному бухгалтеру общества о предоставлении сведений и документов от 20.06.2017 №И-9 и от 05.09.2017 №И-24, в которых им предложено представить, в том числе договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами за весь период деятельности, но не менее чем затри последних года; а также о наименованиях и адресах организаций, в которых общество является учредителем (участником), сведения о доле участия.

Из запросов не следует, что испрашивались сведения о прежнем владении долями в уставном капитале иных юридических лиц (только актуальные сведения о текущем владении).

В материалы дела представлены акты приема-передачи документации должника от 20.06.2017, 02.09.2017, 01.12.2017, в которых в числе переданных документов указаны список аффилированных лиц на 31.12.2016, 31.03.2017, 30.06.2017, аудиторские заключения о бухгалтерской отчетности за 2015 и 2016 годы, аудиторское заключение за 2013 - 2016 годы, бухгалтерская и финансовая отчетность за 2014 - 2016 годы, договоры с покупателями 2012 -2016 годы.

Вклады в уставные капиталы других организаций относятся к финансовым вложениям, соответственно, поступления от продажи доли в уставном капитале включаются в состав прочих доходов на дату внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ). Доводы о неотражении в бухгалтерском учете должника операций с долей в уставном капитале общества управляющий не приводил; доводы о том, что при проведении аудита не отражены операции с приобретением и отчуждением доли в уставном капитале общества также отсутствуют.

Из выписок операций по лицевому счету от 10.01.2022  ОАО «Избербашнефть» в ПАО Сбербанк Дагестанское отделение №8590 Юго-Западный банк №40702810860320009934 за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 (т. 1 л.д. 17), №40702810860320000183 за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 (т. 1 л.д. 17 с оборота - л.д. 20), №40702810860320009931 за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 (т. 1 л.д. 20 с оборота), №40702810860320009934 за период с 23.03.2021 по 23.03.2022 (т. 1 л.д. 21) не усматривается, что имеется поступление денежных средств от ФИО4, ФИО7 или третьих лиц за них в счет оплаты по договору купли-продажи доли в уставном капитале компании.

Из представленной выписки из кассовой книги (т. 1 л.д. 148) следует, что от ФИО4 09.06.2016 принято 5000 рублей. Принятие 5000 рублей от ФИО4 отражено по счету 81.09. На счете 81.09 осуществляется учет движения и остатков уставного капитала в части прочего капитала.

Из сведений, отраженных в кассовой книге, разумный управляющий должен был проанализировать сведения в рамках каких сделок проведены операции (в частности, произведено внесение наличных денежных средств ФИО4). При этом первоначально утвержденный управляющий своевременно этого не сделал.

Судом первой инстанции установлено, что постановлением от 21.09.2022 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 201 УК РФ в отношении первоначально утвержденного  управляющего ФИО6

Постановлением следователя от 13.04.2023 по уголовному делу №12201820054000194 назначена компьютерно-техническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта №60/14 от 11.05.2023 по уголовному делу №12201820001000194, в памяти накопителя на жестких магнитных дисках, представленного на экспертизу системного блока, в явном виде обнаружено:

90 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «1С Бухгалтерия»;

76 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «1С Предприятие»;

1 файл, в содержании которого присутствует ключевая фраза «договор купли-продажи доли в уставном капитале общества №05АА1639636 от 25.05.2016»;

17 файлов, в содержании которых присутствует ключевое слово «1950000»;

2 файла, в содержании которых присутствует ключевая фраза «Ибрагимова Зульфия Юкрудиновна»;

20 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «ОАО Избербашнефть ООО Каспийнефтегазстрой»;

12 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «приходной кассовый ордер ИЗБ00000008 от 09.06.2016».

В памяти накопителя на жестких магнитных дисках, представленного на экспертизу системного блока среди восстановленных из ранее удаленных файлов, обнаружено:

104 файла, в содержании которых присутствует ключевая фраза «1С Бухгалтерия»;

65 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «1С Предприятие»;

4 файла, в содержании которого присутствует ключевая фраза «договор купли-продажи доли в уставном капитале общества №05АА1639636 от 25.05.2016»;

17 файлов, в содержании которых присутствует ключевое слово «1950000»;

9 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «Ибрагимова Зульфия Юкрудиновна»;

20 файлов, в содержании которых присутствует ключевая фраза «ОАО Избербашнефть ООО Каспийнефтегазстрой»;

1 файл, в содержании которого присутствует ключевая фраза «приходной кассовый ордер ИЗБ00000008 от 09.06.2016».

В соответствии с заключением эксперта от 11.04.2023 №380-23 по уголовному делу №12201820001000194, в ходе исследование базы данных «Информационная база» установило поступление денежных средств в сумме 5000 руб. от ФИО4 в кассу ОАО «Избербашнефть» по приходному кассовому ордеру №8 от 09.06.2016 по договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «каспийснефтегаз строй» №05АА1639636 от 25.05.2016. 09.06.2016 отражена бухгалтерская проводка по дебету 50.01. (касса) и кредит 81.09 (прочий капитал) - поступление денежных средств от ФИО4 Содержание - договор купли-продажи доли в уставном капитале общества №05АА1639636 от 25.05.2016. Экспертом также сделан вывод, что операция, отраженная в программе «1С-Бухгалтерия» между ФИО4 и ОАО «Избербашнефть» является обоснованной и законной, поскольку не противоречит уставу ООО «Каспийнефтегазстрой» и нормативно-правовым актам и законодательству РФ.

Заключение экспертизы, полученное в ходе расследования уголовного дела, принято судом первой инстанции в числе иных письменных доказательств в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 13 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", согласно которым заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.  Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Поскольку правоохранительными органами произведено изъятие финансовой документации должника, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о возможности принятия и оценки заключения экспертизы, полученного в ходе расследования уголовного дела.

Из представленного заключения следует, что информация о сделке должника по отчуждению доли в уставном капитале имелась в изъятой финансовой документации общества, в связи с чем первоначально утвержденный конкурсный управляющий имел  объективную возможность узнать о совершенной сделке из сведений в компьютерной программе «1С-Бухгалтерия» на системном блоке предприятия, находившемся у управляющего на стадии процедуры наблюдения, однако этого им не было сделано.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок на нерыночных условиях, подлежащих квалификации по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Об оспариваемой  сделке профессиональный участник правоотношений, которым  является управляющий, мог узнать из сведений, размещенных в федеральных ресурсах.

Согласно статье 11 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и предпринимателей" запись о внесении изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, производится на основании решения налогового органа.

Согласно абзацу 6 пункта 3 статьи 11 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и предпринимателей" информация о внесении записи в соответствующий государственный реестр размещается на официальном сайте регистрирующего органа в сети "Интернет".

Таким образом, сведения об отчуждении доли в уставном капитале общества являются общедоступными, находящимися в федеральном реестре, в связи с чем, проявляя должную осмотрительность, конкурсный управляющий имел возможность оценить наличие (отсутствие) оснований для ее оспаривания, однако, им этого не было сделано. Доказательств невозможности получения сведений из федеральных ресурсов и ознакомления с ними на предмет соответствия цены сделки, материалы дела не содержат. Сведения от должника об отсутствии сделок с имуществом в период подозрительности, то есть введение управляющего в заблуждение не установлено, и из материалов дела не следует.

Апелляционный суд учитывает, что сведения об оспариваемой сделке управляющий мог получить путем направления запроса в налоговый орган о предоставлении сведений  на предмет перехода и владения долями в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью.

При этом согласно материалам дела и сведениях из карточки дела в системе «КАД» подобные запросы управляющим не направлялись. Информация (ответ) об отказе налоговым органом в предоставлении сведений также отсутствует.

Принимая во внимание изложенное, доводы управляющего о сокрытии оспариваемой сделки являются необоснованными, документально неподтвержденными.

Неиспользование управляющим всех предусмотренных действующим законодательством средств для получения информации о деятельности должника и вызванная этим неосведомленность о совершении должником сделок не может рассматриваться как обстоятельство, объективно продлевающее срок исковой давности и ставящее ответчика в худшее правовое положение, чем то, которое он имел бы в сравнимых условиях при аналогичных обстоятельствах.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Как профессиональный участник, арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Конкурсный управляющий, понимая, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности, обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок.

Доводы управляющего о том, что об оспариваемой сделке ему стало известно лишь при получении от генерального директора ООО «Каспийнефтегазстрой» заявления от 17.12.2021 о выдаче справки, подтверждающей оплату доли в уставном капитале в уставном капитале ФИО7 и ФИО4, к которому была приложена копия договора купли-продажи доли в уставном капитале компании от 25.05.2016, отклоняется апелляционным судом как неоснованные на нормах права и противоречащие пункту 32 постановления № 63.

Принимая во внимание, изложенное апелляционный суд полагает, что с учетом годичного срока исковой давности, управляющий должен был обратиться с заявлением позднее 16.11.2018 и с учетом трехгодичного срока не позднее 16.11.2020. Вместе с тем управляющий с рассматриваемым заявлением обратился лишь 24.03.2022.

Следовательно, указанное заявление управляющего подано за пределами установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ годичного срока исковой давности и  за пределами установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ трехгодичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований (статья 61.9 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что  оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

С учетом изложенного, основания для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В целом доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции, вместе с тем согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 23.04.2013 № 16549/2012, исходя из принципа правовой определенности, судом апелляционной инстанции не может быть отменено решение (определение) суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ и являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

            Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 20.10.2023 по делу № А15-55/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов

             Н.Н. Годило