Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А81-1413/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 21 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Зюкова В.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение от 03.08.2023 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Матвеева Н.В.) и постановление от 17.10.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Горбунова Е.А., Дубок О.В., Зорина О.В.) по делу № А81-1413/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьская жилищно-сервисная компания «Плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «НЖСК «Плюс», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «НЖСК «Плюс» конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 03.08.2023 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 17.10.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «НЖСК «Плюс»; производство по рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчётов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО3 просит определение суда от 03.08.2023 и постановление апелляционного суда от 17.10.2023 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления либо направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Ответчик настаивает на том, что им не совершалось противоправных действий, приведших к невозможности погашения требований кредиторов и находящихся в причинно-следственной связи с объективным банкротством должника. Напротив руководителем предприниматель попытки нормализации финансового состояния подконтрольного ему предприятия; имущественный кризис предприятия был обусловлен спецификой его деятельности (управляющая компания) и низкой платёжной дисциплиной населения; конкурсным управляющим пропущен трёхлетний срок исковой давности для предъявления требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «НЖСК «Плюс», поскольку сведения о «дроблении бизнеса» стали известны Федеральной налоговой службе (далее – уполномоченный орган) более чем за три года до инициирования процедуры банкротства.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

1. Закон, подлежащий применению.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, совершены в период с 2014 года по 2016 года.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в период действия этого закона совершались действия, приведшие с позиции конкурсного управляющего, к банкротству должника).

Таким образом, применение судами положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ является правомерным, соответствующему общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьями 61.11, 61.12 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применён к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

2. Статус лиц, контролирующих должника.

Согласно прежнему правовому регулированию (абзац тридцать четвёртый статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) контролирующим должника лицом признавалось лицо, имеющее либо имевшее в течение не менее чем за два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания.

Названный двухлетний срок был направлен на исключение чрезмерной неопределённости в вопросе о правовом положении контролирующего лица в условиях, когда момент инициирования кредитором дела о банкротстве организации-должника, зависящий, как правило, от воли самого кредитора, значительно отдалён по времени от момента, в который привлекаемое к ответственности лицо перестало осуществлять контроль.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» - срок был увеличен до трёх лет.

Данное положение вступило в силу с 01.09.2016, и, в силу прямого указания в пункте 9 статьи 13 Закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ, применяется к поданным после 01.09.2016 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией подпунктов 1, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым лицо предполагается контролирующим, если оно:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В рассматриваемом случае ФИО3 в период с 13.05.2013 до даты признания должника банкротом исполнял обязанности его единоличного исполнительного органа, а такие обладал 76 % доли уставного капитала общества «НЖСК «Плюс», соответственно, ответчик обладает статусом контролирующего лица применительно к абзацу тридцать четвёртому статьи 2 Закона о банкротстве положениям и разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления № 53.

3. Исковая давность.

Действующее гражданское законодательство под исковой давностью понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ). Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определённость и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.11.2006 № 445-О).

В соответствии со статьёй 196, абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ общий срок исковой давности установлен в три года. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В то же время для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращённые или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

Согласно абзацу четвёртому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Указанная норма содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ;

- трёхлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В рассматриваемом случае общество «НЖСК «Плюс» признано банкротом с открытием конкурсного производства решением суда от 12.09.2022, при этом требование антикризисного менеджера к ФИО3 предъявлено 22.12.2022, то есть в пределах срока исковой давности, исчисляемого с момента появления у конкурсного управляющего права на подачу заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за совершённые им противоправные деяния в отношении должника.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении заявления по мотиву пропуска конкурсным кредитором срока исковой давности являются обоснованными. Доводы кассационной жалобы об обратном подлежат отклонению, как основанные на неправильном применении норм Закона о банкротстве, регулирующих течение и исчисление срока исковой давности по данной категории обособленных споров, с учётом их изменения во времени.

4. Привлечение контролирующего лица к субсидиарной ответственности за признание должника несостоятельным вследствие их поведения (невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц).

В качестве оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указывал на совершение им противоправных действий по «дроблению бизнеса» следствием которого стало привлечение общества «НЖСК «Плюс» к ответственности за совершение налогового правонарушения и доначисление ему недоимок по налогам.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 ранее действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 08.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощён законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинён существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Третья презумпция устанавливает взаимосвязь между действиями контролирующих лиц и банкротством должника, в случае если последний либо его единоличный исполнительный орган привлечён к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения и сумма этой ответственности превышает пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, определённой на дату закрытия реестра требований кредиторов.

Стоит отметить, что формулирование законодателем презумпций субсидиарной ответственности контролирующего лица призвано облегчить процесс доказывания, а не ограничить истца в возможности ссылаться и на иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии основания ответственности за доведение организации до банкротства.

В рассматриваемом случае, решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ямало-Ненецкому автономному округу от 17.12.2018 №2.3-15/1675, общество «НЖСК «Плюс» привлечено к ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 122, пунктом 1 статьи 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в общем размере 9 413 430,65 руб.; ему доначислены: налог на прибыль организаций в размере 10 702 075 руб.; НДС в размере 93 446 474 руб.; УСН, в размере 1 144 455 руб., НДФЛ в размере 151 347 руб., пени в общей сумме 26 658 338,97 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Ямало-Ненецкому автономному округу от 01.04.2020 №77 решение от 17.12.2018 № 2.3-15/1675 отменено в части: доначисления налога на прибыль организаций за 2014 год в размере 49 850 руб.; доначисления НДС за 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 2015, 2016 годы в размере 18 119 817 руб.; привлечения к ответственности, предусмотренной статьёй 122 НК РФ, за неуплату НДС в размере 1 586 666,80 руб. (за 4 квартал 2015 года, 1- 4 кварталы 2016 года).

Решением суда от 05.07.2021 по делу №А81-5061/2020, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 12.10.2021 и округа от 26.01.2022, решение от 17.12.2018 №2.3-15/1675, в редакции решения от 01.04.2020 №77, признано недействительным в части доначисления НДС за 2014 год в сумме 3 539 889 руб., за 2015 год - в сумме 3 196 805 руб., за 2016 год - в сумме 942 143 руб., в части доначисления налога на прибыль организаций за 2014 год в сумме 3 199 746 руб., за 2015 год - в сумме 1 292 099 руб., в части доначисления УСН за 1 квартал 2014 года в сумме 857 128 руб., а также в части начисленных на указанные суммы налогов пени и налоговых санкций.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 № 304-ЭС22-12551 обществу «НЖСК «Плюс» отказано в передаче кассационной жалобы на решение суда от 05.07.2021 по делу №А81-5061/2020, постановления апелляционного суда от 12.10.2021 и суда округа от 26.01.2022 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Мотивами доначисления общества «НЖСК «Плюс» задолженности по налогам и его привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения являлась применении должником схемы минимизации налогообложения «дробление бизнеса» в целях получения необоснованной налоговой выгоды при отсутствии экономической самостоятельности аффилированных с налогоплательщиком лиц.

В частности, судами двух инстанций установлено, что конечным бенефициаром создан формальный документооборот по взаимоотношениям с подконтрольными ему организациями с целью занижения доходов путём их распределения между обществом «НЖСК «Плюс» и иными юридическими лицами (общества «ОК НЭР», «НРЭК № 1», «НРЭК № 2», «НРЭК № 3», «НРЭК № 4») и минимизации сумм налога, подлежащих уплате в бюджет.

Так, судами отмечено, что все организации, подконтрольные ФИО3 и ФИО4, поставлены на налоговый учёт 29.01.2014, зарегистрированы по одному юридическому адресу, осуществляют идентичную деятельность при наличии лицензии только у общества «НЖСК «Плюс», трудовую деятельность в этих организациях осуществляли одни и те же физические лица, расчётные счета у всех указанных организаций открыты в одних и тех же банках, доверенности на распоряжение счетами выписаны на бухгалтеров должника.

Впоследствии задолженность перед уполномоченным органом, подтверждённая решением суда от 05.07.2021 по делу № А81-5061/2020, в общем размере 98 856 732,04 руб. из которых 62 735 238,50 руб. основного долга, включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника (определение суда от 17.05.2022).

При этом общий размер третьей очереди реестра требований кредиторов общества «НЖСК «Плюс» (по сумме основного долга) составляет 72 938 971,87 руб.

С учётом наличия вступившего в законную силу судебного акта, которым установлено противоправное поведение ответчика, использовавшего схему минимизации налогообложения путём «дробления бизнеса» в целях получения необоснованной налоговой выгоды, в результате чего общий размер задолженности общества «НЖСК «Плюс» перед бюджетом Российской Федерации составил более 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Фактические обстоятельства установлены судам первой и апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, обособленный спор разрешён правильно.

Доводы, приведённые кассатором в жалобе, касающиеся добросовестного поведения ответчика, не совершения им противоправных действий, приведших к невозможности погашения требований кредиторов, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 03.08.2023 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 17.10.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-1413/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                 В.А. Зюков

 

ФИО1