ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-1086/2016

город Ростов-на-Дону

12 июля 2018 года

15АП-7284/2018

                                                                                                                15АП-7285/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 июля 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.

судей Д.В. Николаева, А.Н. Стрекачёва

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от финансового управляющего ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 28.03.2016, представитель ФИО4 по доверенности от 28.03.2016,

от ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 08.04.2016,

от ФИО7: представитель ФИО8 по доверенности от 20.11.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО7 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016

по заявлению финансового управляющего ФИО5 - ФИО2 

к ответчику: ФИО7 о признании сделок недействительными, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

принятое судьей Комягиным В.М.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий должника ФИО2 к ФИО7 (далее - ответчик) с заявлением о признании недействительными сделок:

договора купли-продажи комбайна № 1 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC56PE, 2007 года выпуска, заводской № 859430002, двигатель № 0382642;

договора купли-продажи комбайна № 2 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND ТС56РЕ, 2006 года выпуска, заводской № 859406024, двигатель № 170321;

договора купли-продажи комбайна № 3 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC56PE, 2007 года выпуска, заводской № 859430033, двигатель № 0382736;

договора купли-продажи комбайна № 4 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND ТС5080, 2008 года выпуска, заводской № 589470023, двигатель № 0517727;

договора купли-продажи комбайна № 5 от 26.11.2012 модели NE HOLLAND ТС5080, 2008 года выпуска, заводской № 589466024, двигатель № 0494509;

договора купли-продажи комбайна № 6 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND ТС5080, 2008 года выпуска, заводской № 589454007, двигатель № 0470973;

договора купли-продажи комбайна № 7 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND ТС5080, 2008 года выпуска, заводской № 589458012, двигатель № 0483857 и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016 заявление удовлетворено. Признаны недействительными оспоренные сделки, заключенные между ФИО5 и ФИО7. Суд применил последствия недействительности сделки, обязав ФИО7 возвратить в конкурсную массу ФИО5 технику, переданную по недействительным договорам купли-продажи. 

Не согласившись с определением суда от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016, должник и ответчик обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Апелляционная жалоба ФИО7 мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, заявитель не доказал совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Апеллянт не согласен с выводом суда о том, что сделки совершены при неравноценном встречном исполнении со стороны ответчика. Суд необоснованно не принял во внимание неисправное техническое состояние имущества, являющегося предметом спорных сделок. Представленный в материалы дела ООО МКБ «Дон-Тексбанк» отчет об оценке техники по состоянию на 17.07.2013 может свидетельствовать о средней рыночной стоимости аналогичных комбайнов на указанную дату, но не о стоимости конкретного комбайна с учетом его технического состояния на момент сделки. Определяя цену комбайнов, исходя из их залоговой стоимости, определенной договором №ДЗ-99/06/2012 от 30.11.2012, суд не учел, что оценка предмета залога не обязательно должна соответствовать его рыночной стоимости. По мнению подателя жалобы, вывод суда о том, что сторонами допущено злоупотребление правом, является необоснованным. По мнению апеллянта, суд необоснованно не принял во внимание, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ могут быть оспорены сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, названных в главе III.1 Закона о банкротстве. Заявитель не указал обстоятельств, которые выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Оспоренные сделки выходят за период подозрительности, предусмотренный Законом о банкротстве.

Апелляционная жалоба ФИО5 мотивирована тем, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, заявителем не представлены доказательства того, что оспариваемые договоры купли-продажи заключены с намерением причинить вред кредиторам при злоупотреблении правом со стороны должника и ответчика. В материалах обособленного спора отсутствуют доказательства осведомленности ответчика о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. По мнению подателя жалобы, суд необоснованно не принял во внимание, что на основании статьи 10 ГК РФ могут быть оспорены сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника просит обжалованный судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции по спору.

До рассмотрения судом апелляционной жалобы от ФИО5 поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы, подписанное представителем ФИО6, действующим на основании доверенности от 08.04.2016.

В судебном заседании представители ответчика и финансового управляющего не возражали против принятия отказа от апелляционной жалобы и прекращения производства по ней. 

Рассмотрев заявление ФИО5 об отказе от апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оно подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ принят судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с частью 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. 

Рассмотрев заявленное ходатайство, материалы дела, суд пришел к выводу о том, что отказ от апелляционной жалобы не противоречит законам и иным нормативным правовым актам, не нарушает права и законные интересы других лиц, в связи с чем, он подлежит принятию, а производство по апелляционной жалобе ФИО5 - прекращению.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы ФИО7, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 22.01.2016 заявление должника о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.03.2016 должник признан несостоятельным банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 61 от 09.04.2016.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 14.09.2016 (резолютивная часть от 13.09.2016) финансовым управляющим ФИО5 утвержден ФИО2.

Суд установил, что 26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 1 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC56PE, 2007 года выпуска, заводской № 859430002, двигатель № 0382642, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 2 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC56PE, 2006 года выпуска, заводской № 859406024, двигатель № 170321, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 3 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC56PE, 2007 года выпуска, заводской № 859430033, двигатель № 0382736, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 4 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC5080, 2008 года выпуска, заводской № 589470023, двигатель № 0517727, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 5 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC5080, 2008 года выпуска, заводской № 589466024, двигатель № 0494509, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 6 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC5080, 2008 года выпуска, заводской № 589454007, двигатель № 0470973, стоимостью 100 000 руб.

26.11.2012 между ФИО5 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи комбайна № 7 от 26.11.2012 модели NEW HOLLAND TC5080, 2008 года выпуска, заводской № 589458012, двигатель № 0483857, стоимостью 100 000 руб.

В подтверждение факта оплаты по указанным договорам купли-продажи комбайнов ответчик представил выставленный должником счет на оплату № 137 от 26.11.2012 на сумму 700 000 руб., а также платежное поручение № 48 от 27.11.2012 на туже сумму с назначением платежа «оплата по счету № 137 от 26.11.2012 за комбайны».

Полагая, что указанные сделки совершены должником во избежание возможности обращения взыскания на имущество в связи с исполнением кредитных договоров, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании сделок недействительными. 

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Поскольку спорные договоры заключены 26.11.2012, то есть, до 01.10.2015, при этом гражданин был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, но по своему характеру сделки предпринимательскими не являются, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае спорные сделки могут быть оспорены на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку спорный договор оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из материалов дела следует, что 31.12.2009 между ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» (кредитор) и ФИО5 (поручитель) заключен договор поручительства № ДП-168/06/2009, в соответствии с которым поручитель обязуется перед банком отвечать за исполнение ИП ФИО10 всех его обязательств, возникших из кредитного договора № 

<

***> от 31.12.2009.

Сумма кредита, выданная ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» заемщику ИП ФИО10 по кредитному договору № 

<

***> от 31.12.2009 составляет 35 000 000 руб., которая выдавалась частями со сроком возврата 21.12.2012.

Между тем, из графиков погашения задолженности по кредитному договору и дополнительных соглашений следует, что соглашением сторон срок возврата кредитных средств неоднократно имзменялся в виду нестабильного финансового положения должников и ненадлежащего исполнения обязательств.

Кроме того, 31.12.2009 между ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» (залогодержатель) и ФИО5 (залогодатель) заключен договор залога самоходной сельскохозяйственной техники № ДЗ-112/06/2009, в соответствии с которым обеспечиваются обязательства, возникшие из кредитного договора № 

<

***> от 31.12.2009, заключенного между ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» и ИП ФИО10

Согласно пункту 1.2 договора залога залогодатель передает залогодержателю в качестве предмета залога самоходную технику, принадлежащую ему на праве собственности. Из пунктов 1.2.1 - 1.2.7 договора залога следует, что залогодатель передал залогодержателю комбайны, которые в последующем были отчуждены в пользу ФИО7 по оспариваемым договорам купли-продажи от 26.11.2012.

Из письма ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» № 2178-01/012 от 14.12.2017 следует, что 23.11.2012 залоговое имущество в виде комбайнов, переданных в обеспечение кредитных обязательств в соответствии с договором залога самоходной сельскохозяйственной техники № ДЗ-112/06/2009, было выведено из состава залогового имущества и взамен в качестве обеспечения залога банком принят залог бедующего урожая ДЗ-97/06/2012 от 23.11.2012 на сумму 16 130 000 руб.

При этом должник не представил доказательства экономической целесообразности заключения договора поручительства и договора залога по кредитному договору.

Решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 30.12.2013 по делу № 2-4516/2013 в солидарном порядке с ИП ФИО10 и ФИО5 в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 31.12.2009 в сумме 30 576 315,75 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.11.2013 в рамках дела № А53-22617/2013 в отношении индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО10 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО11.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 16.06.2014 индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО10 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

Между тем, определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.09.2014 по делу А53-22617/2013 утверждено мировое соглашение, заключенное между индивидуальным предпринимателем главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО10 в лице конкурсного управляющего ФИО11, кредиторами и ФИО5, производство по делу прекращено.

Согласно пункту 4 мирового соглашения, утвержденного в рамках дела № А53-22617/2013, обязанность выплаты задолженности кредитору МКБ «Дон-Тексбанк» ООО в сумме 17 006 315,75 руб. возложена на ФИО5 в соответствии с решением Шахтинского городского суда Ростовской области от 30.12.2013 по делу № 2-4516/2013.

Однако, на момент утверждения арбитражным судом мирового соглашения от 30.09.2014 ФИО5 произвел отчуждение имущества, в связи с чем, на момент подписания мирового соглашения в рамках дела о банкротстве индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО10 осознавал невозможность удовлетворения требования МКБ «Дон-Тексбанк» ввиду отсутствия достаточного дохода и имущества.

Данные обстоятельства в дальнейшем также послужили основанием для обращения гражданина ФИО5 в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) и возбуждения дела № А53-1086/2016.

При рассмотрении обоснованности заявления ФИО5 судом установлено, что размер требований, предъявленных к гражданину, составляет 17 227 338,13 руб., в том числе: 

ОАО МКБ «Дон-Тексбанк» по денежным обязательствам в сумме 17 006 315,75 руб. на основании решения Шахтинского городского суда Ростовской области от 30.12.2013 по делу № 2-4516/2013 и определения Арбитражного суда Ростовской области от 30.09.2014 по делу № А53 -22617/2013;

ЗАО «Райффайзенбанк» по денежным обязательствам в размере 78 761 руб., 

задолженность на содержание несовершеннолетних детей в сумме 120 000 руб. на основании решения Мирового судьи судебного участка № 3 г. Шахты Ростовской области от 05.06.2012 по делу № 2-3-22/12, исполнительное производство серия ВС №039069124;

задолженность по обязательным платежам 22 261,38 руб., из которых по страховым взносам по обязательному пенсионному страхованию - 18 610,80 руб., по страховым взносам по обязательному медицинскому страхованию - 3 650,58 руб.

Согласно картотеке арбитражных дел, в отношении должника ранее предпринимались меры по возбуждению дела о признании его несостоятельным банкротом.

Так, в рамках дела № А53-1480/2014 возбуждено производство по заявлению ФИО12 о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 несостоятельным (банкротом)

Однако, определением суда от 08.04.2014 принят отказ ФИО12 от заявления о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО5, производство по делу № А53-1480/2014 прекращено.

В рамках дела № А53-1053/2015 возбуждено производство по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 о признании его несостоятельным (банкротом).

В обоснование наличия кредиторской задолженности заявитель представил  решение Шахтинского городского суда Ростовской области от 30.12.2013 по делу № 2-4516/13, из которого следует, что с ИП ФИО10 и ФИО5 в пользу ООО МКБ «Дон-Тексбанк» взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 31.12.2009 в сумме 30 576 315,57 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.03.2015 по делу А53-1053/2015 индивидуальному предпринимателю ФИО5 отказано во введении процедуры наблюдения, производство по делу прекращено, поскольку задолженность возникла у должника как физического лица.

При этом, суд обоснованно принял во внимание, что при банкротстве ИП ФИО10, ФИО5 по собственному заявлению и заявлению ФИО12 лица, представляющие их интересы, являются взаимосвязанными.

Как указано выше, определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.11.2013 в отношении ФИО10 введена процедура наблюдения, интересы ФИО10 представлял ФИО13 по доверенности от 26.11.2013.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 31.03.2014 в рамках дела № А53-22617/2013 в реестр требований кредиторов ФИО10 включено требование ФИО14, интересы которой в судебном заседании представляла ФИО15 по доверенности от 28.02.2014.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.06.2014 в реестр требований кредиторов ФИО10 включено требование ФИО16, интересы которого в судебном заседании представляла также ФИО15 (доверенность от 04.03.2014).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.06.2014 отказано во включении в реестр требований кредиторов ФИО10 требования ФИО12, который ранее являлся заявителем по делу № А53-1480/2014 о банкротстве ФИО5, интересы которого в рамках указанного дела представляла также ФИО15 (доверенность от 03.03.2014).

Также в рамках дела № А53-1480/2014 по заявлению ФИО12 о признании банкротом ФИО5, представителем заявителя являлась ФИО15 (доверенность от 03.03.2014), в то время как представителем ФИО5 являлся ФИО13 (доверенность от 01.04.2014), ранее представлявший интересы ФИО10 в рамках дела № А53-22617/2013.

Из оспоренных договоров купли-продажи также следует, что интересы ФИО5 представлял ФИО10, а интересы покупателя ФИО17 - ФИО15

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что вышеуказанные лица являются взаимосвязанными, а их действия носят запланированный, скоординированный характер, направленный на целенаправленный вывод имущества и причинение вреда кредиторам.

При разрешении спора и оценке добросовестности поведения сторон при заключении и исполнении кредитного договора и договоров поручительства, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание нижеследующее.   

11.09.1998 ФИО5 принят в банк на должность Председателя правления банка и уволен был только 29.12.2009. 

25.04.2007 ФИО5 принят в состав участников ООО МКБ «Дон-Тексбанк» на основании протокола внеочередного общего собрания участников банка от № 4.

ФИО10 находился в подчинении у должника, поскольку в период с 29.04.1994 по 30.01.2001 числился в должности водителя банка.

Хотя кредитный договор № 

<

***> от 31.12.2009 между ИП ФИО10 и ООО МКБ «Дон-Тексбанк», а также договор поручительства № ДП-168/06/2009 от 31.12.2009 между МКБ «Дон-Тексбанк» и ФИО5 заключены практически сразу после увольнения должника с руководящей должности (29.12.2009), он имел возможность оказывать влияние на сотрудников банка при предоставлении кредита, в том числе, поскольку на момент одобрения кредита, предоставления отсрочек по кредиту и пролонгации договоров он являлся председателем правления банка.

Так, из материалов дела усматривается, что указанный кредит выдавался при следующих обстоятельствах.

29.12.2009 протоколом заседания Правления ООО МКБ «Дон-ТексБанк» №93 оформлено решение о направлении в Наблюдательный совет банка ходатайства о разрешении кредитному совету заключить кредитный договор с ИП главой КФХ ФИО10, приняв в качестве одного из обеспечений исполнения кредитного договора - поручительство физического лица ФИО5, а также предоставление в залог 7 комбайнов этим же лицом.

Указанное решение принято единогласно за подписью ФИО5, являющегося председателем правления банка.

29.12.2009 кредитный совет банка принял аналогичное решение о подаче ходатайства в наблюдательный совет банка о выдаче вышеуказанного кредита.

Указанное решение принято за подписью ФИО5, являющегося председателем Кредитного совета банка. Членами кредитного совета выступили также ФИО18 (заместитель председателя правления), ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23.

Заемщиком по кредитному договору выступил ФИО10, являвшийся работником ООО МКБ «Дон-Тексбанк» с 1994 по 2001 года в должности водителя.

Залогодателем и поручителем выступил ФИО5, занимавший должность председателя правления банка с 1998 по 29.12.2009, а также являющийся владельцем доли в уставном капитале банка.

В соответствии с условиями кредитного договора сумма кредита составила 35 000 000 руб. Размер процентов за пользование кредитом составил 15 % годовых.

Согласно пункту 4.11 кредитного договора заемщик обязался погасить полученный кредит не позднее 21.12.2012 включительно.

В 2010 году заемщику выданы кредитные денежные средства в полном объеме - в размере 35 000 000 руб.

В 2010 заемщик погасил основной долг в размере 3 500 000 руб.

В октябре 2011 года заемщик прекратил исполнение обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 31.12.2009.

24.10.2011 от заемщика в банк поступило ходатайство о внесении изменений в кредитный договор и график погашения процентов в связи с необходимостью использования собственных средств на закупку семян и минеральных удобрений.

Заемщик не погасил задолженность по процентам за пользование кредитом за июнь, июль, август 2011, которую обязан был погасить в октябре 2011 в соответствии с условиями кредитного договора.

В связи с этим образовалась задолженность по процентам за пользование кредитом в размере 2 765 342,45 руб.

20.12.2011 заемщик обращается в банк с ходатайством об изменении графика погашения основного долга и процентов за пользование кредитом.

В ходатайстве заемщик указал, что в связи с тем, что часть посевных площадей в 2011 году находилась под парами и под урожай 2011 года были засеяны меньшие площади, а также в связи с задержкой поступления денежных средств за часть реализованного урожая озимой пшеницы и подсолнечника в 2011году, он просит изменить графики погашения основного долга и процентов за пользование кредитом, а именно:

установить график погашения основного долга: декабрь 2012 года - 31 500 000 руб.

установить следующий график погашения процентов: 

проценты за июнь, июль, август 2011 года - уплатить в августе 2012 года.

проценты с сентября 2011 по декабрь 2012 уплатить в декабре 2012 года.

Из содержания и даты обращения с ходатайствами следует, что заемщик уже на октябрь 2011 не мог исполнять обязательства перед банком по погашению основного долга и процентам за пользование кредитом, т.е. обладал признаками неплатежеспособности.

24.10.2011    заемщик подал первое ходатайство о продлении срока возврата кредита, осознавая невозможность осуществления очередных платежей по погашению процентов за пользование кредитом за июнь, июль, август 2011, которые был обязан произвести в октябре 2011 года.

На следующий же день после подачи заемщиком ходатайства от 20.12.2011 между банком и заемщиком заключено дополнительное соглашение от 21.12.2011 о продлении срока возврата основного долга и процентов по кредиту на предложенных заемщиком условиях.

Указанное дополнительное соглашение от лица банка подписано ФИО18, ФИО21, ранее совместно с ФИО5 одобрившими выдачу кредита заемщику, будучи членами Кредитного совета банка.

ФИО5 ознакомлен с условиями дополнительного соглашения под роспись. Кроме того с ФИО5 заключено дополнительное соглашение к договору поручительства с измененными графиками платежей.

31.08.2012 и 19.11.2012 заемщик погасил задолженность по процентам за пользование кредитом за период июнь - декабрь 2011 (в соответствии с условиями вышеуказанного дополнительного соглашения от 21.12.2011) в общей сумме 2 768 698, 61 руб. (оплачены проценты за 2011 год).

При этом в декабре 2012 у заемщика наступал срок исполнения обязательств по погашению основного долга в размере 23 100 000 руб., а также уплате процентов за пользование кредитом за весь 2012 год.

Предвидя невозможность исполнения указанных обязательств, заемщик направил в банк 21.11.2012 очередное ходатайство об изменении срока возврата кредита.

В ходатайстве заемщик просит снизить ставку процентов за пользование кредитом до 11,5% (с 15% предусмотренных договором), изменить график погашения долга в связи с необходимостью использования кредитных ресурсов для пополнения семенного фонда, заключения новых договоров аренды земельных участков с физическими лицами, приобретения минеральных удобрений.

30.11.2012    между банком и заемщиком заключено дополнительное соглашение на предложенных заемщиком в ходатайстве от 21.11.2012 условиях, размер процентной ставки уменьшен до 11,5 % годовых. Срок возврата кредита продлен до 20.11.2015 включительно. Очередные платежи по договору перенесены на сентябрь 2013 года. 

Указанное дополнительное соглашение от лица банка подписано ФИО18, ФИО21, также ранее совместно с ФИО5, одобрившими выдачу кредита заемщику, будучи членами Кредитного совета банка.

ФИО5 ознакомлен с условиями дополнительного соглашения под роспись. Кроме того, с ФИО5 заключено дополнительное соглашение к договору поручительства с измененными графиками платежей.

В сентябре 2013 заемщик не приступил к исполнению своих кредитных обязательств, в октябре 2013 года обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании себя банкротом.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5, являясь председателем правления банка, одобрил заключение кредитного договора, в качестве заемщика по которому выступил бывший работник банка, находившийся в служебном подчинении у ФИО5, в то время как сам ФИО5 выступил в качестве поручителя и залогодателя по кредитному договору без каких-либо обоснованных и целесообразных экономических причин.

Отсутствие целесообразности в действиях ФИО5, выступающего в качестве поручителя и залогодателя по кредитному договору, указывает на то, что именно ФИО5 выступил в качестве выгодоприобретателя по кредитному договору. 

Начиная с октября 2011, заемщик прекратил надлежащее исполнение кредитных обязательств, что свидетельствует о наличии у него признаков неплатежеспособности.

В 2011 – 2012 годах заемщик неоднократно обращался в банк с ходатайствами об увеличении срока погашения задолженности, пролонгации срока действия договора, уменьшения процентной ставки по договору.

При этом в указанных ходатайствах заемщик указывал на наличие финансовых трудностей, связанных с проблемами в осуществлении предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок, позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При заключения кредитного договора, а также при заключении дополнительных соглашений к кредитному договору со стороны банка выступали одни и те же лица - ФИО5, ФИО18, ФИО21

ФИО18 и ФИО21 на момент одобрения заключения кредитного договора находились в служебной зависимости от ФИО5, являвшегося председателем правления банка.

В силу указанной служебной зависимости стало возможным заключение дополнительных соглашений, предусматривающих изменение срока исполнения обязательств заемщиком и уменьшение процентной ставки по кредитному договору, на условиях явно выгодных заемщику, и не отвечающих интересам банка.

От лица банка дополнительные соглашения заключались ФИО18, ФИО21

В соответствии с договором поручительства ФИО5 выступил в качестве солидарного должника заемщика.

Из материалов дела следует, что в октябре 2011 (момент направления ходатайства об изменении срока погашения задолженности и прекращения исполнения обязательств по кредитному договору) у ФИО5, являющегося солидарным должником, возникла обязанность по исполнению кредитных обязательств.

При этом ФИО5 указанную обязанность не исполнил, что свидетельствует о наличии у него признаков неплатежеспособности.

ФИО5, являясь бывшим председателем правления банка, не мог не знать об указанных нюансах исполнения солидарной обязанности за должника, а также не интересоваться у основного заемщика о ходе исполнения им кредитных обязательств.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к выводу о наличии обоснованных сомнений в том, что ФИО10 и ФИО5 планировали исполнять кредитные обязательства перед банком.

Фактически имеет место совокупность действий по получению кредита и его не возврату с параллельным выводом имущества перед планируемыми банкнотными процедурами.

Данные обстоятельства также подтверждают, что должник не мог не знать о финансовом положении основного заемщика по кредитному договору, по которому должник отвечает в том же объеме, при свободном доступе к данной информации должник заблаговременно предпринимал меры по отчуждению спорного имущества, что свидетельствует о злоупотреблении правом. 

Исследовав материалы дела, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик приобрел имущество по явно заниженной стоимости, и не мог не осознавать это. 

Так, согласно пункту 1.3 договора залога самоходной сельскохозяйственной техники № ДЗ-112/06/2009 от 31.12.2009 установлена залоговая стоимость заложенного имущества в общей сумме 21 400 000 руб.

В то время, как ответчик приобрел спорное имущество в 2012 году всего за 700 000 руб.

Между тем, уже 30.11.2012, то есть, спустя всего 4 дня, ФИО7 и ООО МКБ «Дон-ТексБанк» заключили договор залога сельскохозяйственной техники №ДЗ-99/06/2012, в соответствии с которым обеспечиваются обязательства, возникшие из кредитного договора № 

<

***> от 26.11.2012 с учетом дополнительного соглашения от 30.11.2012, между теми же лицами, по которому банк предоставил заемщику денежные средства в размере 20 000 000 руб. со сроком возврата 31.10.217 под 11,5 % годовых.

Из пункта 1.6 кредитного договора № 

<

***> от 26.11.2012, заключенного между ФИО7 и ООО МКБ «Дон-ТексБанк», следует, что кредитные средства предоставлялись заемщику с целью приобретения самоходной техники с обязательной последующей передачей ее в залог банку в обеспечение кредита.

В пункте 1.3 договора залога № ДЗ-99/06/2012 от 30.11.2012 определена оценочная стоимость заложенного имущества в размере 20 000 000 руб. 

Таким образом, ответчик, заключая кредитный договор № 

<

***> от 26.11.2012 на сумму 20 000 000 руб., самостоятельно указал, что сумма кредита необходима ему для приобретения самоходной техники, то есть, знал о стоимости техники, которую предполагал купить. 

В соответствии со статьями 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны по своему усмотрению имеют права определять договорную цену, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству.

ФИО7 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 19.07.2007, основным видом деятельности которого является выращивание зерновых культур.

Вместе с тем, являясь добросовестным участником хозяйственных отношений, осуществляющим предпринимательскую деятельность, должен был осознавать, что отчуждение не имеющего недостатков имущества очевидно по заниженной цене, свидетельствовало о том, что должник преследовал цель вывода ликвидного имущества.

Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности отчуждения. Поэтому ФИО7, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых ФИО5 продает комбайны за цену ниже рыночной, поскольку указанное имущество было отчуждено за символическую сумму.

Суд первой инстанции проверил и обоснованно отклонил доводы о наличии у самоходной техники каких-либо дефектов и проведении в отношении нее ремонтных работ со ссылкой на письмо ООО «Агросервис» № 302 от 15.11.2017, поскольку указанные обстоятельства не подтверждаются документально. Кроме того, суд критически оценил реальность проведения ремонтных работ в отношении указанного имущества, в зависимости от которых существенно может снизиться цена отчуждаемого имущества, поскольку договоры купли-продажи имущества были заключены 26.11.2012, кредитный договор на получение заемных средств с целью приобретения этого имущества также заключен 26.11.2012, а договор залога, по которому уже ФИО7 передал банку имущество в залог с оценочной стоимостью 20 000 000 руб., заключен 30.11.2012, т.е. осуществление диагностических работ, а затем и ремонт техники в количестве 7 штук за семь дней, не представляется возможным.

Более того, спорные договоры не содержат сведений о наличии дефектов отчуждаемой сельхозтехники, о надлежащем состоянии техники косвенно свидетельствует выписка по счету должника, содержащая сведения о денежных переводах за ремонт сельскохозяйственной техники.

Таким образом, данные обстоятельства свидетельствуют об отчуждении должником имущества по заниженной стоимости в ущерб интересам должника и кредиторов.

Суд обоснованно принял во внимание, что на момент вывода спорного имущества из залога по договору № ДЗ-112/06/2009 от 31.12.2009, заключенному между банком и ФИО5, а затем заключения кредитного договора и договора залога того же имущества, но уже между ФИО7 и ООО МКБ «Дон-ТексБанк», ФИО5 являлся Председателем правления банка, а также имел долю участника банка, в связи с чем, мог осуществлять соответствующее влияние на сотрудников банка при предоставлении кредита, поскольку при заключения кредитного договора уже с ФИО7 со стороны банка выступали те же лица - ФИО5, ФИО18, ФИО21

ФИО18 и ФИО21 до и на момент одобрения заключения кредитного договора также находились в служебной зависимости от ФИО5, являвшегося председателем правления банка.

В виду указанной служебной зависимости можно сделать вывод о том, что именно ее наличие сыграло роль при заключении договора, направленного на вывод заложенного имущества по договору залога с ФИО5, кредитного договора № 

<

***> от 26.11.2012 на необходимую сумму кредита и договора залога № ДЗ-99/06/2012 от 30.11.2012 с ФИО7, на условиях явно выгодных заемщику, а не банку.

Согласно выписке по счету ФИО5 в ПАО БАНК «Траст», после отчуждения комбайнов ФИО5 осуществил следующие операции по получению и расходованию денежных средств.

29.04.2013 - получено 500 000 рублей от ФИО10 Назначение: аванс за уборку зерновых культур урожая 2013 по договору б/н от 25.04.2013;

09.08.2013 - оплачено 1 763 830 руб. в адрес ООО «Агросервис». Назначение: оплата за запчасти на сельхозтехнику.

03.09.2013 - оплачено 600 000 руб. в пользу Горелова СюВ. Назначение: оплата по договору аренды движимого имущества от 15.04.2013.

С учетом изложенного нельзя сделать однозначного вывода о том, что после отчуждения 7 комбайнов ФИО5 не арендовал те же самые комбайны у ФИО7, а также производил их ремонт, поскольку иным сельскохозяйственным оборудованием должник не обладал. При этом, ФИО5 не объяснил разумными экономическими причинами целесообразность отчуждения сельскохозяйственного имущества, и дальнейшее осуществление хозяйственной деятельности с арендой аналогичного имущества.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что фактически должник продолжил осуществлять владение и пользование указанными комбайнами, получая доход за оказание соответствующих услуг.

Таким образом, все указанные выше обстоятельства подтверждают, что должник, злоупотребляя своими правами и обладая соответствующим служебным положением, действуя спланировано, совместно и через вышеуказанных взаимосвязанных лиц, целенаправленно производил вывод собственного имущества, что причинило вред кредиторам.

Статья 10 Гражданского кодекса РФ допускает возможность отказа в защите права лица в связи со злоупотреблением правом.

Установив фактические обстоятельства дела, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, и имеющимся в деле доказательствам, правильно применив нормы материального и процессуального права, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сторонами оспоренных сделок было допущено злоупотребление правом, и признал недействительными договоры купли-продажи сельскохозяйственной техники от 26.11.2012 на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Установив, что имущество, полученное ответчиком по недействительным  сделкам, находится в собственности ФИО7, в качестве последствий недействительности сделок суд правомерно применил двустороннюю реституцию, обязав ответчика вернуть в конкурсную массу должника спорное имущество и восстановив задолженность ФИО5 перед ФИО7 в сумме 700 000 руб.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции ответчик заявил ходатайство о пропуске заявителем срока исковой давности.

Суд первой инстанции признал заявление необоснованным, исходил из следующего.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной, не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона № 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 разъясняется, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Оспариваемые в рамках настоящего дела о банкротстве сделки совершены 26.11.2012, следовательно, к ним применяется новая редакция закона, предусматривающая, что срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо, оспаривающее сделку, узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В связи с вышеизложенным, довод о пропуске срока исковой давности является несостоятельным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно квалифицировал сделки как ничтожные на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку пороки оспариваемых сделок выходят за дефекты подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Довод апеллянта о том, что цена техники по оспариваемым сделкам определена с учетом неисправного технического состояния техники, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку не подтверждается материалами дела. Совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о том, что стоимость техники по сделкам многократно занижена по сравнению с рыночной стоимостью спорного имущества. 

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе ФИО7, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба ФИО7 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 49, 265, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Принять отказ ФИО5 от апелляционной жалобы на  определение Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016. 

           Производство по апелляционной жалобе ФИО5 прекратить.  

Определение Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2018 по делу № А53-1086/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО7 – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

ФИО25