ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-2073/2024)

Дело № А55-25483/2015

г. Самара

28 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 мая 2024 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Серовой Е.А., 

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Власовой Н.Ю.,

с участием в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО2 представитель по доверенности от 21.04.2023,

от Шмидта Э.Д.  – ФИО3 представитель по доверенности от 04.07.2023, ФИО2 представитель по доверенности от 29.03.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. на определение Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела № А55-25483/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ВИС-СЕРВИС», ИНН 

<

***>, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.10.2015 по заявлению ООО «Кентавр» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должник.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.11.2015 в отношении ООО «ВИС-СЕРВИС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 05.05.2016 ООО «ВИС-СЕРВИС» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.02.2019 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7, ФИО4 по обязательствам должника в размере 586 794 779,71 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.08.2017 приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7, ФИО4 по обязательствам должника в размере 586 794 779,71 руб. до завершения мероприятий по реализации конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.02.2023 возобновлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности.

От конкурсного управляющего поступило уточнение, в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому просит: привлечь к субсидиарной ответственности участников должника ФИО1 и  ФИО7, и бывшего генерального директора должника ФИО4 по обязательствам должника в размере 623 232 831,73 руб. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024 заявление конкурсного управляющего ООО «ВИС-СЕРВИС» удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «ВИС-СЕРВИС» о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4, ФИО1, ФИО7 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просили отменить судебный акт, приняв по делу новый судебный акт, которым отказать в привлечении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, мотивируя тем, что конкурсным управляющим и в определении суда не указано, какие конкретно противоправные действия совершены ответчиками. По мнению заявителя жалобы, конкурсным управляющим не доказано, что к невозможности удовлетворения требований привели именно недобросовестные действия ФИО4, ФИО1, ФИО7, а не иные обстоятельства. Также указали на то, что с 01.08.2015 (дата необходимого обращения с заявлением) по 19.10.2015 (дата возбуждения дела о банкротстве) новых обязательств перед кредиторами не возникло.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представители ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. настаивали на удовлетворении апелляционной жалобы, просили определение отменить, в удовлетворении заявления отказать, по основаниям указанным в письменных пояснениях и представленных дополнительных доказательствах.

Конкурсный управляющий ФИО6 в судебное заседание не явился, представил отзыв на апелляционную жалобу.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.05.2024 в судебном составе, рассматривающем апелляционную жалобу ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. на определение Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024, в связи с нахождением в очередном отпуске судьи Бессмертной О.А. (приказ №119/к от 19.04.2024), произведена замена судьи Бессмертной О.А. на судью Серову Е.А.

В соответствии с п. 2 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после замены судьи рассмотрение дела начинается сначала.

Заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что имеются основания для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела № А55-25483/2015, в связи со следующим.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу п. 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Согласно п.1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве) - под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «ВИС-СЕРВИС» образовано 22.10.2014, путем преобразования и реорганизации из ЗАО «ВИС-СЕРВИС», учредителями являются:

- ФИО1 (с 22.10.2014 по настоящее время, с долей участия 50% доли); 

- ФИО7 (с 22.10.2014 по настоящее время, с долей участия 30% доли);

- ООО «Юрсервис», ИНН 

<

***> (с 22.10.2014 по 15.03.2015 – дата ликвидации)

Лицом, имеющим право действовать от имени общества без доверенности, являлся ФИО4, фактически с 24.12.2004 (до реорганизации) по 30.05.2016.

Дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 19.10.2015 по заявлению ООО «Кентавр».

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий, сославшись на положения ст. ст. 9, 10 Закона о банкротстве, просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВИС-СЕРВИС» солидарно, в размере 623 232 831,73 руб., бывшего руководителя должника – ФИО4 в связи с не исполнением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом не позднее 01.08.2015, с наличием недобросовестных действий, которые привели к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в том числе не передачи документов должника, а также учредителей должника ФИО1, Шмидта Э.Д. как выгодоприобретателей ООО «ВИС-СЕРВИС».

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции, установив наличие у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, наличия у ООО «ВИС-СЕРВИС» по состоянию на 01.08.2015 признаков несостоятельности и не достаточности имущества, совершение ФИО4, ФИО1, ФИО7 действий, которые привели к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, при этом ФИО4 не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему имущества и документов должника, а также не исполнена обязанность по подаче заявления о банкротстве должника не позднее 01.08.2015, в силу чего признал доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Поскольку управляющим не завершены все мероприятия по формированию конкурсной массы для расчетов с кредиторами должника, суд приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности.

Апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВИС-СЕРВИС», руководствуясь ст.ст. 9, 10 Закона о банкротстве, исходя из следующего.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, имели место в 2015 году, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции закона №134-ФЗ.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца 2 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 названной статьи, в ходе конкурсного производства может быть подано конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником, бывшим работником должника или уполномоченным органом.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Вместе с тем, конкурсный управляющий должника в качестве наличия оснований для привлечения ФИО4, ФИО1, Шмидта Э.Д. указал, что в результате совершенной должником процедуры реорганизации в форме выделения должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства).

Между тем указанные доводы являлись предметом рассмотрения обособленного спора о законности проведенной реорганизации, что отражено во вступившем в законную силу определении Арбитражного суда от 11.01.2017 по делу №А55-25483/2015, остановленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2017, которыми отказано в признании недействительной сделки по передаче имущества ООО «Вис-Сервис» в результате реорганизации.

При этом установлено, что                после передачи имущества выделенным обществам по передаточным актам от 24.07.2015 у должника осталось имущество на сумму 666 239 060 руб., в то время как кредиторская задолженность составляла 634 966 046 руб. На дату совершения оспариваемой сделки у должника, согласно разделительного баланса ООО «Вис-Сервис», имелось имущества на сумму 1 335 776 510,29 руб., в то время как сумма обязательств перед кредиторами составляла 1 180 564 250,69 руб. Как установлено в указанном обособленном споре, заявителем не приведено доказательств превышения размера неисполненных обязательств должника по состоянию на 30.06.2015, когда был составлен разделительный баланс, над стоимостью имеющегося у него имущества, на дату совершения оспариваемой сделки у должника, согласно разделительному балансу ООО «Вис-Сервис», имелось имущества на сумму 1 335 776 510,29 руб., в то время как сумма обязательств перед кредиторами составляла 1 180 564 250,69 руб. Доказательств того, что в результате реорганизации в форме выделения из ООО «ВИС-СЕРВИС» юридических лиц причинен вред кредиторам, в материалы дела не представлено.

Следовательно, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2017 по делу №А55-25483/2015, имеющим преюдициальное значение, установлено отсутствие признаков объективного банкротства на дату завершения процедуры реорганизации должника.

Учитывая вышеизложенное, в отсутствие иных оснований в части указания на действия совершенные контролирующими должника лицами, судебная коллегия приходит к выводу, что конкурсным управляющим не представлено доказательств подтверждающих, что в результате вышеуказанной сделки должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротстве).

По правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Довод конкурсного управляющего о том, что руководителем должника не осуществлена передача бухгалтерской документации, а также товарно-материальных ценностей должника, так же не нашел своего  подтверждения.

Согласно п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация, обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Из материалов дела следует, что временный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о принудительном истребовании у генерального директора ФИО4 документов должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.05.2016 заявление конкурсного управляющего о принудительном истребовании документов должника удовлетворено. Суд обязал руководителя ООО «ВИС-СЕРВИС» ФИО4 передать конкурсному управляющему ФИО5 документы должника. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.08.2016 принят заявленный временным управляющим ФИО5 отказ от заявления о принудительном истребовании у генерального директора ФИО4 документов должника в рамках по дела №А55-25483/2015, определение Арбитражного суда Самарской области от 31.05.2016 отменено, производство по заявлению временного управляющего ФИО5 о принудительном истребовании у генерального директора ФИО4 документов должника прекращено.

Из дела также усматривается, что конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества, осуществляются мероприятия по реализации имущества должника.

Исходя из этого, не установлена и причинно-следственная связь между не передачей бухгалтерской документации и невозможностью либо затруднительностью проведения процедуры банкротства.

Таким образом, наличие необходимого юридического состава для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по указанному основанию (п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве) не обосновано, не доказано конкурсным управляющим, и необоснованно установлено судом первой инстанции.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713 бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Среди оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий со ссылкой на пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве указывает на необращение ФИО4 в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 01.08.2015, поскольку полагал, что по данным бухгалтерского учета должника обязательства перед кредиторами возникли в период с 30.06.2015, так как на указанную дату удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, в том числе по заработной плате перед работниками должника.

Вместе с тем, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как отмечено в Определении Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670 (3), А12-18544/2015, по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 №14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве и негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилищного фонда.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

В качестве обоснования этому конкурсным управляющим указана дата, когда возникла обязанность руководителя обратиться в суд с заявлением должника - 01.08.2015.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает отметить, что наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором не может рассматриваться как безусловное основание необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

В свою очередь, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, то такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015).

Из материалов дела следует, что на протяжении всей хозяйственной деятельности и вплоть до возбуждения настоящего дела о банкротстве должником  исполнялись обязательства по заключенным с контрагентами контрактам, осуществлялись расчеты с кредиторами, велась работа с имеющимися дебиторами, изыскивались пути оптимизации текущей деятельности должника, в том числе и путем проведенной в 2015 году реорганизации, о чем, в частности, свидетельствует письмо должника от 02.02.2015 №ИС-0057/2015 в адрес Управляющего управлением «Автозаводского отделения» Самарского отделения №6991 ОАО «Сбербанк России» о согласовании процедуры реорганизации.

Согласно данному письму причиной реорганизации является оптимизация налогообложения и сокращение затрат ООО «ВИС-СЕРВИС» (письмо от 02.02.2015 №ИС-0057/2015 приложено к настоящим пояснениям).

Таким образом, какие-либо факты совершения ответчиками тех или иных неправомерных действий (бездействия), которые бы способствовали возникновению кризисной ситуации, ее развитию, переходу в стадию объективного банкротства и выражались в принятии ими конкретных ключевых деловых решений с нарушением обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, материалами дела не подтверждены.

Конкурсный управляющий указывает, что срок возникновения обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве наступил 30.06.2015, т.е. по мнению конкурсного управляющего, в результате совершенной должником процедуры реорганизации в форме выделения должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства).

Указанный довод является несостоятельным и опровергается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2017 по делу № А55-25483/2015, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2017 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 11.07.2017. 

Как указано выше, в рамках указанного обособленного спора, проанализировав разделительный баланс должника по состоянию на 30.06.2015, судом установлено, что после передачи имущества выделенным обществам у должника осталось имущество на сумму 666 239 060 руб., в то время как кредиторская задолженность составляла 634 966 046 руб. Иные доказательства, свидетельствующие о том, что финансовое состояние должника и состав имеющегося у него имущества заведомо не позволяли произвести расчеты со всеми кредиторами, в материалах дела отсутствуют. 

Доказательства несоответствия отраженных в разделительном балансе от 30.06.2015 данных реальному составу активов и обязательств должника, конкурсным управляющим в материалы настоящего дела не представлено.

В статье 61.12 Закона (ранее - п.2 ст. 10 Закона) о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 N 305-ЭС19-27802(6,7,8,9) по делу N А40-166456/2018).

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию (за неподачу заявления), относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед кредиторами.

В уточненном заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает, что размер непогашенной задолженности составляет 623 232 831,73 руб.

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Между тем из анализа представленного конкурсным управляющим реестра требований кредиторов должника следует, что после 01.08.2015 и до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, 19.10.2015, новых обязательств не возникло, включенная в реестр задолженность перед кредиторами образовалась в рамках ранее сложившихся длящихся правоотношений с кредиторами в процессе обычной хозяйственной деятельности, которая не может учитываться при определении основания ответственности в виде неподачи заявления о банкротстве. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформированной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Кроме того, бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство момента (начала) возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором, а отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду, формальное отрицательное значение активов общества, определенное по данным бухгалтерской отчетности, при отсутствии иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности общества исполнять свои обязательства, и даже при отрицательной величине стоимости чистых активов, имеющей при этом тенденцию к росту, требования кредиторов могут быть удовлетворены.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что безусловные доказательства, подтверждающие наличие у должника обязательств перед кредиторами, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве, при рассмотрении настоящего обособленного спора не представлены.

На иной период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о несостоятельности должника заявитель не ссылался и соответствующие обстоятельства не доказывал.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

При разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, необходимым условием для возложения ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

Применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Возложение на них ответственности за бездействие исключается.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Вместе с тем, надлежащих и допустимых доказательств того, что ФИО1, ФИО7, являясь участниками должника, совершали какие-либо противоправные действия по заключению подозрительных сделок, конкурсным управляющим должника не представлено.

При этом содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом. При этом в данном случае действует презумпция виновности, установленная пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Вопреки выводам суда первой инстанции, апелляционная коллегия считает, что конкурсным управляющим в данном случае не доказана противоправность действий учредителей должника, равно как и не доказано наличие причинно-следственной связи между их действиями (бездействием) и последующей несостоятельностью должника.

Конкурсный управляющий должника не представил доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1, ФИО7 являясь учредителями должника, извлекли выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц.

В отсутствие в деле конкретных доказательств того, что ответчики своими действиями способствовал доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, либо принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, либо давали указания на совершение должником убыточных операций, судебная коллегия делает вывод о недоказанности наличия совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности.

С учетом выясненных по делу обстоятельств, определение Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024 по делу №А55-25483/2015 подлежит отмене, с принятием нового судебного акта, по основаниям п.3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 11.01.2024 по делу № А55-25483/2015 отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ВИС-СЕРВИС» ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7, ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВИС-СЕРВИС» - отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Г.О. Попова

 

Судьи                                                                                                          А.И. Александров

 

                                                                                                                     Е.А. Серова