ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-444/2023, 11АП-1278/2023

Дело № А72-19740/2018

г. Самара

02 марта 2023 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей  Александрова А.И., Гадеевой Л.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 21 февраля 2023 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23 декабря 2022 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГК» ФИО2 и УФНС России по Ульяновской области о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя (учредителя) юридического лица, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГК», ИНН 

<

***>,

с участием:

ООО «Грузовая корпорация» - представитель ФИО3, по доверенности от 02.02.2023,

от ФНС России - представитель ФИО4, по доверенности от 13.09.2022, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 20.12.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Азиатско-Европейский Экспресс» о признании общества с ограниченной ответственностью «ГК» несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 11.04.2019 произведена замена заявителя - общества с ограниченной ответственностью «Азиатско-Европейский Экспресс» на его правопреемника - общество с ограниченной ответственностью «Проектная компания «Семигорье».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 26.07.2019 прекращено производство по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Проектная компания «Семигорье» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ГК» в рамках дела №А72-19740/2019.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда 17.09.2019 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 26.07.2019 изменено, резолютивная часть изложена в следующей редакции: обществу с ограниченной ответственностью «Проектная компания «Семигорье» во введении процедуры наблюдения отказать. Заявление общества с ограниченной ответственностью «Проектная компания «Семигорье» оставить без рассмотрения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.10.2019 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 26.07.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2019 по отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.12.2019 во введении наблюдения отказано, заявление общества с ограниченной ответственностью «Проектная компания «Семигорье» оставлено без рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 12.02.2020 требование общества с ограниченной ответственностью «Восточный Экспедиторский Сервис» к обществу с ограниченной ответственностью признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов с суммой задолженности в размере 1 875 000 руб. 00 коп. - основной долг, 31 750 руб. 00 коп. - госпошлина; в отношении общества с ограниченной ответственностью «ГК» введена процедура банкротства - наблюдение; временным управляющим должника утвержден ФИО2, член Союза «СОАУ «Альянс».

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.10.2020 (дата оглашения резолютивной части) общество с ограниченной ответственностью «ГК» несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, член Союза «СОАУ «Альянс».

01.10.2021 конкурсный управляющий ООО «ГК» ФИО2  обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ООО «ГК» в размере 2 129 763,93 руб. (обособленный спор №А72-19740-15/2018).

Определением от 20.10.2021 заявление принято к рассмотрению.

08.12.2021 в Арбитражный суд Ульяновской области от УФНС России по Ульяновской области поступило заявление о привлечении контролирующих должника ФИО5, выгодоприобретателя ООО «Грузовая корпорация» к субсидиарной ответственности  солидарно и взыскании  с ФИО5, ООО «Грузовая корпорация» в конкурсную массу должника задолженность в размере 12 899 497,78 руб. (обособленный спор №А72-19740-16/2018).

Определением суда от 08.12.2021  суд объединил обособленный спор  №А72-19740-15/2018 с обособленным спором №А72-19740-16/2018 с присвоением номера №А72-19740-15/2018.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 23.12.2022 заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ГК» (ИНН 

<

***>)  ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица: ФИО5 (ИНН 

<

***>)  удовлетворено.

Заявление Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы  по Ульяновской области о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц: ФИО5 (ИНН 

<

***>) и общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» (ИНН 

<

***>) удовлетворено.

Суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 (ИНН 

<

***>)  и общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГК» (ИНН 

<

***>).

Приостановлено рассмотрение заявлений конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ГК» (ИНН 

<

***>)  ФИО2 и Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы  по Ульяновской области о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц  - ФИО5 (ИНН 

<

***>) и общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» (ИНН 

<

***>) до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части, принять новый судебный акт.

ФИО5 также обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23.12.2022.  

Апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 21.02.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ООО «Грузовая корпорация» поддержал апелляционную жалобу, просил ее удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Представитель налогового органа возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 23.10.2020 общество с ограниченной ответственностью «ГК» признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев,  конкурсным управляющим должника утвержден  ФИО2, член Союза «СОАУ «Альянс.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в силу статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственностью «ГК» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 26.11.2015. Единственным учредителем общества, а также руководителем является ФИО5.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено указанным Федеральным законом, в его целях под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

При этом, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения у хозяйствующего субъекта признаков неплатежеспособности (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Из указанных разъяснений следует, что само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет за собой безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Конкурсный управляющий указывал, что генеральный директор ООО «ГК» ФИО5 знал о наличии признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.03.2018 года.

Согласно оборотно-сальдовой ведомости за 2018 размер кредитных обязательств перед контрагентами, внебюджетными фондами РФ, а также налоговыми органами составлял 59 923 232 руб. 26 коп.

По данным бухгалтерской отчетности за период с 2016 (первая отчетность с момента создания ООО «ГК» ИНН 

<

***>) по 2019 год,  начиная с 2017 года размер кредиторской задолженности и краткосрочных обязательств постоянно увеличивался.

Так в 2016 году размер кредиторской задолженности составил 22 088 000 рублей, в 2017 году – 34 322 000 рублей, в 2018 году – 58 255 000 рублей; размер краткосрочных обязательств составил: в 2016 году – 22 088 000 рублей, в 2017 – 34 322 000 рублей, в 2018 – 59 391 000 рублей.

Таким образом, ФИО5 обязан был подать заявление о признании ООО «ГК» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.05.2018 года.

Исходя из смысла положений статьи 53 ГК РФ, пункта 4 статьи 32, статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», при совершении юридическим лицом сделок руководитель мог и должен был предполагать о наступлении возможных последствий для юридического лица как благоприятных, так и неблагоприятных, а потому обязан был действовать с такой степенью осмотрительности, которая позволяла при обычном хозяйственном обороте минимизировать предпринимательский риск как для юридического лица, так для его кредиторов и третьих лиц.

В нарушение требований предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве ФИО5  не обратился в суд с соответствующим заявлением.

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве ООО «ГК» возбуждено 20.12.2018 по заявлению кредитора ООО «Азиатско-Европейский Экспресс».

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГК» за неподачу заявления о банкротстве должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Конкурсный кредитор – Федеральная налоговая служба также обратилась с заявлением о привлечении контролирующих должника ФИО5, выгодоприобретателя ООО «Грузовая корпорация» к субсидиарной ответственности  солидарно и взыскании  с ФИО5, ООО «Грузовая корпорация» в конкурсную массу должника задолженность в размере 12 899 497 руб. 78 коп.

Пунктом 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве установлено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Уполномоченный орган указывал, что ФИО5 является контролирующим должника лицом на основании презумпций, установленных пп.1 и 2 п.4 ст.61.10 Закона о банкротстве.

Общество с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» ОГРП 1137325001956 ИНН 

<

***> КПП 732501001 зарегистрировано 22.03.2013 года.

Согласно сведений ЕГРЮЛ ФИО5 с 22.03.2013 по настоящее время является руководителем ООО «Грузовая корпорация». Учредители ООО «Грузовая корпорация»:

С 22.03.2013 по 27.04.2021 - ФИО5

С 27.04.2021 по настоящее время - ФИО6 (по данным Агентства ЗАГС Ульяновской области является супругой ФИО5 с 02.09.1995).

Таким образом, ООО «Грузовая корпорация» является аффилированным лицом по отношении к должнику.

Согласно подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ (лица, уполномоченные выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа).

В п. 21 Постановления указано, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, то такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника.

Уполномоченным органом установлено наличие сделок, заключенных между ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация», причинивших ущерб должнику и кредиторам в виде излише выплаченных и не поступивших денежных средств в размере 12 709 177 руб. 20 коп.  В результате данных сделок ООО «Грузовая корпорация» безвозмездно получило в пользование активы должника, следовательно извлекло выгоду из недобросовестных действий ФИО5, являвшего руководителем и фактическим владельцем обеих организаций.

Таким образом, ООО «Грузовая корпорация» является контролирующим должника лицом на основании презумпции, установленных п.п. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

По мнению кредитора, банкротство ООО «ГК» вызвано действиями ФИО5 и ООО «Грузовая корпорация» как контролирующих должника лиц и конечных выгодоприобретателей, поскольку именно ФИО5 в силу участия в уставном капитале ООО «ГК» определял действия этого общества и который использовал в качестве прикрытия для безосновательного выведения активов должника с использованием общества «Грузовая корпорация».

Так, решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.09.2018 № 13-12/35 обществу «ГК» доначислены: налог на прибыль зачисляемый в федеральный бюджет за 6, 9, 12 мес. 2016 года; за несвоевременное перечисление авансовых платежей - штраф в размере 31 280 руб., недоимка в размере 312 799 руб., пени в размере 68 543.75 руб., налог на прибыль организаций зачисляемый в бюджет субъекта РФ; за несвоевременное перечисление авансовых платежей за 6, 9, 12 мес. 2016 года, начислен штраф в размере 281 519 руб., недоимка в размере 2 815 184 руб., пени в размере 620 699,97 руб.; за непредставление документов начислен штраф в размере 1 300 руб.;  за несвоевременное перечисление НДФЛ за 2016 год начислен штраф в размере 832 руб. (задолженность включена в реестр требований кредиторов ООО «ГК»).

Итого сумма неуплаченного основного долга за 2016 год составила 3 127 983 руб.

Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вступило в законную силу 06.11.2018, в апелляционном порядке не обжаловалось.

Определениями Арбитражного суда Ульяновской области от 27.08.2020, 02.02.2021 года ФНС России в лице УФНС России по Ульяновской области включено в реестр требований кредиторов ООО «ГК» с суммой 4 668 006.46 руб., в том числе в третью очередь - 4 668 006.46 руб., из которых 3 120 861.94 руб. - основной долг, 1 232 213.52 руб. - пени, 314 931 руб. - штраф, (периоды задолженности: 2016 год, 3 кв.2018 года.).

Согласно нормам закона о несостоятельности (банкротстве) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, положениями ст. 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Обязательными элементами состава гражданского правонарушения, необходимого для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности являются: субъект ответственности; противоправное деяние в форме действия или бездействия; ущерб; причинно-следственная связь между деянием и ущербом; вина субъекта.

В пункте 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1)  заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2)  заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление № 53).

Так, в пункте 16 данного постановления указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Инспекцией Федеральной налоговой службы по Засвияжскому району г. Ульяновска проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов обществом «ГК» за период с 26.11.2015 по 31.12.2017. По результатам составлен акт выездной налоговой проверки от 27.07.2018 № 13-12/30 и принято решение от 28.09.2018 № 13-12/35 о привлечении общества «ГК» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вступило в законную силу 06.11.2018, в апелляционном порядке не обжаловалось.

При проведении контрольных мероприятий установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о том, что контролирующим должника лицом осуществлен фиктивный документооборот с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде получения необоснованных вычетов по НДС и завышения расходов при исчислении налога на прибыль организаций по взаимоотношениям с обществами с ограниченной ответственностью ООО «ТД Трансснабстрой» ИНН 

<

***>, ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***>, ООО «Транспортал» ИНН 

<

***> об отсутствии реальных хозяйственных отношений между налогоплательщиком и указанными контрагентами, повлекших занижение налогооблагаемой базы.

Указанным решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.09.2018 № 13-12/35 обществу «ГК» доначислены налог на прибыль зачисляемый в федеральный бюджет за 6, 9, 12 мес. 2016 года, за несвоевременное перечисление авансовых платежей начислен штраф в размере 31 280 руб., недоимка в размере 312 799 руб., пени в размере 68 543.75 руб., налог на прибыль организаций зачисляемый в бюджет субъекта РФ, за несвоевременное перечисление авансовых платежей за 6, 9, 12 мес. 2016 года, начислен штраф в размере 281 519 руб., недоимка в размере 2 815 184 руб., пени в размере 620 699.97 руб., за непредставление документов начислен штраф в размере 1 300 руб., за несвоевременное перечисление НДФЛ за 2016 год начислен штраф в размере 832 руб.

Всего сумма доначислений составила 4 132 157.72 руб., из которых 3 127 983. руб. - основной долг, 689 243.72 руб. - пени, 314 931 руб. - штрафы (задолженность включена в реестр требований кредиторов ООО «ГК»).

В  ходе выездной проверки (за период с 26.11.2015-31.12.2017 г.г.) установлено, что должником в 2016 г. создана схема хозяйственных отношений с ООО «ТД Трансснабстрой» ИНН 

<

***>, ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***>, ООО «Транспортал» ИНН 

<

***> путём организации искусственного документооборота по оказанию транспортных услуг при отсутствии реальных финансово-хозяйственных взаимоотношений. Целью сделок являлось необоснованное получение налоговой выгоды, выразившейся в завышении сумм налоговых вычетов по НДС и расходов, учитываемых при исчислении налога на прибыль.

ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» созданы без цели осуществления предпринимательской деятельности, ввиду отсутствия финансовых, трудовых и материальных ресурсов, офисных, торговых, складских и иных помещений, иных ресурсов, необходимых для ведения предпринимательской деятельности.

При анализе движения денежных средств по расчетным счетам ООО «ТД Трансснабстрой» установлено, что обороты по расчетным счетам за 2016 г отсутствуют.

Анализ денежных средств, поступивших на расчетный счет ООО «Торгпоставка» показал, что организация получала и перечисляла денежные средства за самые разнообразные товары, работы и услуги, не соответствующие наименованию поставленной и приобретенной продукции.

Анализ денежных средств, поступивших на расчетный счет ООО «Транспортал» показал, что организация получала и перечисляла денежные средства за разнообразные товары, работы и услуги.

Вышеназванные факты свидетельствуют о фактическом отсутствии хозяйственных взаимоотношений между ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» и ООО «ГК».

При проведении проверки налоговым органом были собраны доказательства того, что создан формальный документооборот по взаимоотношениям с ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» на основании следующего:

1) отсутствие у ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (недвижимого имущества, транспортных и других основных средств, работников);

2) уплата ООО «ТД Трансснабстрой», ООО «Торгпоставка», ООО «Транспортал» налогов в минимальных размерах, так как расходная часть практически приравнена к доходам;

3) отсутствие у ООО «ТД Трансснабстрой» расходов по оказанию транспортных услуг; Согласно расчетному счету ООО «Торгпоставка» денежные средства перечисляются с назначением платежа «за транспортные услуги», «за автоперевозку контейнера» только в адрес ФИО7 ИНН 

<

***> на сумму 1 300 000 руб. и ФИО5 ИНН 

<

***> на сумму 1 344 560 руб. По расчетному счету ООО «Транспортал» перечисляются денежные средства с назначением платежа «за транспортные услуги» только в адрес ИП ФИО8 ИНН 

<

***> на сумму 321 105 руб., ИП ФИО9 ИНН 

<

***> на сумму 274 286 руб.

4) Обороты по расчетным счетам ООО «ТД Трансснабстрой» за 2016готсутствуют. Расчетные счета ООО «Торгпоставка» и ООО «Транспортал» имеетпризнаки счета «фирмы-однодневки» (поступление и списание за разнородные товары (услуги).

Также, выездной налоговой проверкой установлен отказ проверяемого лица от представления запрашиваемых при проведении налоговой проверки документов или непредставление их в установленные сроки. Не представлены следующие документы и информация:

1. По ООО «ТД «Трансснабстрой» - заявки, товарно-транспортные накладные, документы, подтверждающие оплату по сделке, доверенность.

2. По ООО «Торгпоставка» - заявки, товарно-транспортные накладные, документы, подтверждающие оплату по сделке, доверенность.

3. По ООО «Транспортал» - договор, заявки, товарно-транспортные накладные, документы, подтверждающие оплату по сделке, доверенность.

На расчетный счет ООО «ТД Трансснабстрой» денежные средства от ООО «ГК» ИНН 

<

***> в 2016 году не поступали.

Стоимость  транспортных услуг, оказанных ООО «ТД Трансснабстрой» ИНН 

<

***>, составила -  9 194 915 руб.

Договорами №  01/14-01-2016 от 14.01.2016г. от 14.01.2016г. и № 02/14-01-2016 от 14.01.2016г., заключенными между ООО «ТД Трансснабстрой» и ООО «ГК» предусмотрено обязательное оформление и наличие заявок, являющихся неотъемлемой частью договора, транспортных накладных, актов приема-сдачи услуг.

Заявки, транспортные накладные, акты приема-сдачи услуг ООО «ГК» на проверку не представлены, т.е. нарушены условия договоров (п.3.2.1., п.4.3, п.3.2.2., п.4.1., п.4.2., п.5.2, п.5.3, п.5.4., п.1.1., 1.З., 1.4, 2.1.).

На расчетный счет ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***> поступали денежные средства от ООО «ГК» ИНН 

<

***>, в 2016 году (24.11.2016, 10.11.2016, 19.10.2016, 28.11.2016, 07.11.2016, 09.11.2016, 17.11.2016) в размере 3 304 250 руб. за «транспортные услуги», «терминально-складское обслуживание».

В дальнейшем денежные средства перечислялись в адрес контрагентов не имеющих активов для ведения хозяйственной деятельности, производилась оплата по корпоративной карте на цели не связанные с предпринимательской деятельностью, производилось обналичивание денежных средств.

Стоимость  транспортных услуг, оказанных ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***> составила  - 2 800 212 руб.

Договором перевозки № 2016-У-19 от 03.10.2016г., заключенными между ООО «Торгпоставки» и ООО «ГК» предусмотрено обязательное оформление и наличие заявок, являющихся неотъемлемой частью договора, транспортных накладных, актов приема-сдачи услуг.

Заявки, транспортные накладные, акты приема-сдачи услуг ООО «ГК» на проверку не представлены, т.е. нарушены условия договора (п.3.1., п.4., п.5.)

На расчетный счет ООО «Транспортал» ИНН 

<

***> поступали денежные средства от ООО «ГК» ИНН 

<

***> в 2016 году (21.09.2016, 26.09.2016, 19.07.2016, 25.07.2016, 05.10.2016, 06.10.2016, 04.10.2016) , в размере 4 300 850 руб. за «транспортные услуги».

В дальнейшем денежные средства перечислялись в адрес контрагентов не имеющих активов для ведения хозяйственной деятельности, производилась оплата по корпоративной карте на цели не связанные с предпринимательской деятельностью, производилось обналичивание денежных средств.

Стоимость  транспортных услуг, оказанных ООО «Транспортал» ИНН 

<

***> составила - 3 644 788 руб.

Налогоплательщиком представлены счет-фактуры и акты оказанных услуг.

Итого в 2016 году ООО «ГК» перечислено денежных средств в размере 7 605 100 руб., что составляет 31% от активов должника за 2016 год. Следовательно, данная сделка в соответствии с положениями ст.46 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" признается крупной.

Таким образом, выведенные в отсутствие реальных хозяйственных операций в 2016 году денежные средства существенно превышают размер начисленных за указанный период налогов (3 127 983 руб.). Направление данных средств на уплату налогов в свою очередь исключило бы привлечение общества к ответственности в виде штрафа (314 931 руб.) и начисление пени (689 243,72 руб.).

Анализ строк баланса за 2016 год показывает, что большая часть пассивов баланса составляет кредиторская задолженность - 22 088 000 руб. Разница между кредиторской задолженностью и совокупной стоимостью активов предприятия составляла всего 1 941 000 руб. Следовательно, перечисление денежных средств в адрес юридических лиц не осуществляющих хозяйственную деятельность и неуплата налога в бюджет ухудшило финансовое состояние ООО «ГК» и привело к ситуации, при которой активов организации не достаточно для погашения требований кредиторов.

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств - требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Требования ФНС России, включенные в реестр требований кредиторов, составляют  4 668 006.46 руб. Согласно отчету конкурсного управляющего сумма основного долга, включенного в реестр требований кредиторов должника составляет 9 366 449 руб. (отчет загружен в Мой арбитр 05.10.2022). Таким образом, требования уполномоченного органа составляют 49,8% от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Нормы права об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) также изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Таким образом, с учетом заявленного периода совершения ФИО5 вменяемых действий (бездействий) (2016 год) в рассматриваемом случае применены нормы материального права Закона о банкротстве в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве включен абзац, дополнивший презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, следующей:

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В дальнейшем, данная презумпция была перенесена в подпункт 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Указанное положение пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (презумпция) вступило в силу с 01.09.2016 и, в силу прямого указания пункта 9 статьи 13 Закона № 222-ФЗ, применяется к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданным после 01.09.2016 вне зависимости от периода совершения контролирующими должника лицами недобросовестных действий, повлекших ответственность должника.

Аналогичный вывод содержится в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2019 по делу № А57-16930/2017, от 21.03.2017 по делу № А06-9070/2015, от 08.12.2020 по делу А12-16731/2019, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.05.2021 по делу №А06-640/2020).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 № 305-ЭС17-13426 по делу № А41-27743/2015, несмотря на отсутствие соответствующей презумпции в период совершения должником действий, повлекших привлечение его к налоговой ответственности, она подлежит применению к заявлениям, поданным после 01.09.2016. Действие соответствующей презумпции возможно, если соответствующие требования кредиторов превышают пятьдесят процентов общего размера требований (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 01.10.2020 по делу №А57-6287/2019).

Кроме того, соответствующие пояснения даны и в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30.07.2019 по делу № А19-7913/2015, согласно которым несмотря на отсутствие соответствующей нормы в 2011-2013 годах, по мысли законодателя действие соответствующей презумпции возможно, если соответствующие требования кредиторов превышают пятьдесят процентов общего размера требований.

В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2019 г. № 181-О положение части 9 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", касающееся порядка применения положений пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции данного Федерального закона), определяющих основания привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, при наличии которых возможна подача соответствующего заявления, притом, что именно эти положения были изложены вышеуказанным Федеральным законом в новой редакции и вступили в силу с 1 сентября 2016 года (часть 4 статьи 13 Федерального закона от 23 июня 2016 года № 222-ФЗ), корреспондирует общим правилам действия закона во времени, направлено на обеспечение правовой определенности и стабильности закона.

В рассматриваемом случае заявление УФНС России по Ульяновской области поступило в Арбитражный суд Ульяновской области после 01.09.2016.

Таким образом, требованиям истца дана оценка на соответствие норме абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в реакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора суд применяет материальные нормы права, предусмотренные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 222-ФЗ от 23.06.2016.

Между тем, судом первой инстанции учтено, что применение вышеуказанной редакции не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в презумпции, установленной  подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 (далее - определение № 305-ЭС19-10079), предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53).

Указанный подход сформулирован в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 №310-ЭС20-6760 и подлежит применению в рассматриваемом споре.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой следует прибегать после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 23.06.2016 №222-ФЗ если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего обстоятельства:

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, кредитор должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиками возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума ВС РФ о 21.12.2017 № 53, в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Кроме того, в силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств - причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. Указанная презумпция содержалась и в редакции статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в спорный  период (2016 год).

Суд первой инстанции признал доказанным совершение ФИО5 действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, повлекшими невозможность полного погашения требований кредиторов, которые  выразились в выведении активов должника путем организации искусственного документооборота при  отсутствии реальных финансового-хозяйственных взаимоотношений. Указанное обстоятельство установлено решением выездной налоговой проверки от 28.09.2018 (л.д.19 т.1, загружено в Мой арбитр 07.12.2021), которое не обжаловалось налогоплательщиком. Действия ФИО5, как единоличного исполнительного органа и одновременно владельца организации, самостоятельно принимающего решения относительно заключения сделок, заполнения и представления бухгалтерской и налоговой отчетности и распоряжения денежными средствами юридического лица привели к доначислению значительной суммы налоговой задолженности, и фактически к банкротству организации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в силу статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Неправомерные действия ФИО5 бывшего руководителя должника привели к неблагоприятным финансовым последствиям для последнего - доначислению налоговым органом по результатам проведенной выездной проверки налогов, пеней и штрафов, неуплата которых в дальнейшем явилась основанием для обращения в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

В части доводов УФНС по Ульяновской области о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Грузовая корпорация», как выгодоприобретателя, установлено следующее.

В ходе анализа представленных налоговых деклараций ООО «ГК» за налоговые периоды 2016-2017 г.г. и их сопоставления с движением денежных средств по расчетному счету установлено отражение в них хозяйственных операций с аффилированным юридическим лицом - ООО «Грузовая корпорация» ИНН 

<

***>.

По данным книги продаж ООО «ГК» товары в адрес ООО «Грузовая корпорация» в период за 2016-2017 г.г. не отгружались.

 

Входящая отгрузка по книге покупок

Расход по р/с

Кредиторская задолженность

Исходящая отгрузка по книге покупок

Приход по р/с

Дебиторская задолженность

2016

4 800 000

2 160 000

2 640 000

0.00

0.00

0.00

2017

42 589 880

4 1830 000

759 880

0.00

0.00

0.00

2018

24 586 520

2 6332 000

- 1 745 480

32927007, 20

21963310

10 963 697, 20

Сальдо

 

1 654 400

 

10 963 697, 20

 

Таким образом, даже с учетом хозяйственных взаимоотношений за 2016 и 2017 года, непогашенная дебиторская задолженность ООО «Грузовая корпорация» перед ООО «ГК» составляет 9 309 297,20 руб. (10 963 697,20 руб. - 1 654 400.00 руб.), что подтверждается налоговыми декларациями ООО «ГК» и сведениями о движении денежных средств на счетах ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация».

На основании изложенного, непогашенная дебиторская задолженность ООО «Грузовая корпорация» перед ООО «ГК» составляет 9 309 297 руб. 20 коп. (10 963 697,20 руб. -1 654 400,00 руб.), что подтверждается налоговыми декларациями ООО «ГК» и сведениями о движении денежных средств на счетах ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация», как и было заявлено уполномоченным органом.

В материалы дела не представлены сведения о взыскании дебиторской задолженности. Учитывая наличие между ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация» признаков аффилированности и фактической подконтрольности их ФИО5, изложенные обстоятельства свидетельствуют о получении ООО «Грузовая корпорация» выгоды в форме безвозмездного использования имуществом должника и излишне полученных денежных средств, на общую сумму 9 309 297 руб. 20 коп.

Руководителем ООО «ГК» - ФИО5 совершались сделки, посредством которых происходило увеличение дебиторской задолженности, что идет вразрез с интересами общества и его кредиторов.

При этом общество не получало равноценного встречного исполнения, что указывало на нерыночный характер правоотношений и намерение нанести вред интересам кредиторов, которые оказались лишены возможности получить возмещение своих потерь полностью либо в части. Таким образом, совершение руководителем должника ФИО5 как контролирующим должника лицом сделок, привели к безвозмездному выбытию имущества.

Следовательно, совершенными сделками, должнику и его кредиторам был причинен имущественный вред в размере не менее 9 309 297 руб. 20 коп.

Балансовая стоимость активов ООО «ГК» на 31.12.2017 составляла 40 186 000 руб., что в соотношении с совокупным размером причиненными сделками убытка (9 309 297 руб. 20 коп. (непогашенная дебиторская задолженность ООО Грузовая корпорация перед ООО «ГК») + 9 194 915 руб. (стоимость транспортных услуг оказанных ООО « ТД Трансснабстрой» должником) + 2 800 212 руб. (стоимость транспортных услуг оказанных ООО «Торгпоставка» должником) +3 644 788 руб. (стоимость транспортных услуг оказанных ООО «Транспортал» должником), совершенных под руководством ФИО5 был причинен имущественный вред кредиторам в 62 процентном отношении от суммы активов.

При таком соотношении размера активов должника и размера имущественного вреда, совершенные сделки являлись значимым. В результате совершения вредоносных сделок под влиянием контролирующего должника лица кредиторам был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов ООО «ГК».

Учитывая вышеизложенное, вероятный вариант развития событий заключается в наличии между названными лицами, как минимум, фактической аффилированности, что обусловливает как существование у них общих экономических интересов, так и занятие единой, согласованной и скоординированной процессуальной стратегии в рамках данного дела о банкротстве. Кроме того, бывшие сотрудники ООО «ГК» (ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО5, ФИО5, ФИО13, ФИО14, ФИО15) с 2017-2021 получали доход у ООО «Грузовая корпорация».

Также, ФИО5 не были предприняты меры по взысканию имеющейся дебиторской задолженности, достаточной для полного погашения всех требований кредиторов включенных в реестр.

Взыскание дебиторской задолженности - комплекс мер, который должен быть своевременно реализован для достижения положительного результата, а именно: направление претензий, восстановление первичных документов (при необходимости истребование в судебном порядке), взыскание задолженности в судебном порядке, исполнительное производство, предъявление требований о включении в реестр требований дебиторов должника находящихся в процедуре банкротства.

Таким образом, учитывая ограниченные сроки исковой давности взыскания дебиторской задолженности, ФИО5, действуя добросовестно и, располагая первичными документами, в отношении имеющейся у ООО «ГК» дебиторской задолженности в целях погашения имеющейся у должника кредиторской задолженности должен был предпринять соответствующие меры по ее взысканию.

Верно отмечено, что бездействие бывшего руководителя должника ФИО5 по непринятию своевременных мер по взысканию дебиторской задолженности, привело к невозможности погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов,  в общем размере 11 782 091 руб. 50 коп. (УФНС России по Ульяновской области, ООО «Восточный Экспедиторский Сервис», ООО ПК «Семигорье», ООО «Пасифик Лоджистик», ООО «Рейл Логистик», ФИО5, ФИО13, ОАО «РЖД») в полном объеме.

Таким образом, установлено, что в  результате совершения ФИО5 сделок, безвозмездно выбывало имущество должника. Последующее непринятие мер ФИО5 по  взысканию образовавшейся у ООО «ГК» дебиторской задолженности, привело к тому, что общество утратило возможность отвечать по своим обязательствам перед кредиторами, в том числе перед бюджетом.

Доводы представителя ответчика о том, что  ООО «Грузовая корпорация» в периоды с 2017 по 2019 г. производило оплату кредиторской задолженности ООО «ГК», в связи с чем размер имущественного вреда, причиненного должнику, кредиторам и уполномоченному органу составляет 884 883,75 рублей, признаны несостоятельными в силу следующего.

Определениями  суда  от 26.08.2020, 29.03.2021 ООО «Пасифик Лоджистик» включено в реестр требований кредиторов ООО «ГК» с общей суммой 1 398 351 руб. 62 коп.; определением  суда от 23.03.2021 ОАО «РЖД» включено в реестр требований кредиторов ООО «ГК» с суммой 301 177 руб. 30 коп.

Перечисление денежных средства в адрес ООО «Пасифик Лоджистик» на сумму 225 000 руб., ОАО «РЖД» платежным поручением №133 от 11.02.2019 на сумму 1 454, 40 руб., платежным поручением №40 от 21.01.2019 25 326 руб. привело к преимущественному удовлетворению требований данных кредиторов, поскольку задолженность перед ними, подлежащая включению в реестр требований кредиторов, была погашена; у должника имеются иные конкурсные кредиторы третьей очереди, что в совокупности свидетельствует о нарушении очередности удовлетворения требований кредиторов.

Произведенные ответчиком ООО «Грузовая корпорация» в пользу третьих лиц (ОАО «РЖД», АО «Трубная грузовая компания», Филиал ФГП ВО ЖДТ России на Куйбышевской ЖД) в период с 2017-2018 платежи по указанным договорам повлекли оказание большего предпочтения в отношении удовлетворения требований третьих лиц, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности. Учитывая период образования задолженности - 2016 год, данная задолженность подлежала включению в реестр требований кредиторов, ее погашение произведено преимущественно перед реестровыми кредиторами и кредиторами по текущим платежам.

ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация» являются взаимозависимыми лицами, при этом ФИО5 (бывший руководитель ООО «ГК») является руководителем ООО «Грузовая корпорация», взаимозависимые лица осуществляют деятельность по аналогичным видам деятельности связанной с перевозками, совместно организуют бухгалтерский учет и оформление документации, что свидетельствует о возможности между ними групповой согласованности операций, прикрытой формальным разделением хозяйственной деятельности.

ООО «Грузовая корпорация» является аффилированным лицом по отношении к должнику. Уполномоченный орган полагает, что в связи с полной зависимостью ответчика от должника, погашение задолженности по договорам свидетельствует об использовании должником схемы вывода выручки через ООО «Грузовая корпорация» в виде оплаты обязательств перед третьими лицами.

Представленные ООО «Грузовая корпорация» платежные поручения за 2017-2019 г. отражают перечисления денежных средств в адрес третьих лиц за должника, однако не подтверждают образования и существования на протяжении многих лет столь значительной задолженности перед кредиторами. При этом само по себе перечисление денежных средств в адрес третьих лиц за должника не свидетельствует о наличии кредиторской задолженности у должника.

Уполномоченным органом проведен анализ сведений налоговой отчетности ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация» (налоговые декларации по НДС) и движения денежных средств на расчетных счетах за периоды с 01.01.2016 по 31.12.2019 в части взаимодействия с контрагентами, перечисленными в пояснениях ответчика («Анализ сведений о движении денежных средств на расчетных счетах и данных отраженных в книгах покупок ООО «ГК» и ООО «Грузовая корпорация» представлен в приложении к пояснениям уполномоченного органа, поступившим посредством web-сервиса «Мой Арбитр» 14.12.2022).

В результате анализа установлено несоответствие доводов ООО «Грузовая корпорация» фактическим обстоятельствам дела. В частности установлено, что перечисленные ниже контрагенты не могли претендовать на погашение кредиторской задолженности ООО «ГК» в связи с ее отсутствием:

- ОАО «РЖД» имеется переплата на суму 18 665 425 руб. 55 коп.;

- ИП ФИО16 переплата составляет 21 036 324 руб.;

- ООО «Велес» задолженность и переплата отсутствуют;

- ИП ФИО17 переплата составляет 25 000 руб.;

- ООО «Валента плюс» переплата составляет 360 537 руб. 08 коп.;

- ООО «Рейлшип Сервис» переплата составляет 5 059 руб. 31 коп.

Из 13 контрагентов (ООО «Трубная грузовая копания», ОАО «РЖД», Филиал ФГП ВО ЖДТ России На куйбышевской ЖД, ИП ФИО16,ООО «Гофротара»,ООО «Велес»,ИП ФИО17,ООО «Валента плюс»,ООО «ВЭЙ-Групп.РФ»,ООО «Рейлшип Сервис»,ООО «Пасифик лоджистик»,ООО «ЭфЭмДжи Владивосток»,ООО «Транзит») в отношении которых ООО «Грузовая корпорация» производила оплату за ООО «ГК»:

- в отношении 5 контрагентов (ОАО «РЖД», ИП ФИО16, ИП ФИО17, ООО «Валента плюс», ООО «Рейлшип Сервис») у ООО «ГК» отсутствует кредиторская задолженность, но имеется переплата;

- в отношении 1 контрагента (ООО «Велес») отсутствует кредиторская задолженность;

- в отношении 7 контрагентов (ООО «Трубная грузовая копания», Филиал ФГП ВО ЖДТ России на куйбышевской ЖД, ООО «Гофротара», ООО «ВЭЙ-Групп.РФ», ООО «Пасифик лоджистик»,ООО «ЭфЭмДжи Владивосток»,ООО «Транзит») у ООО «ГК» имелась кредиторская задолженность (при этом ООО «Грузовая корпорация» продолжала осуществлять с ООО «Трубная грузовая копания», Филиал ФГП ВО ЖДТ России На куйбышевской ЖД, ООО «ВЭЙ-Групп.РФ», ООО «Пасифик лоджистик», ООО «Транзит» деятельность и после погашения кредиторской задолженности должника).

Таким образом, в результате анализа и сопоставления книги покупок ООО «ГК» и расходов по выписке банка установлены излишне уплаченные суммы, а также  что взаимоотношения с указанными контрагентами имели место, но отсутствовала кредиторская задолженность у ООО «ГК».

Следовательно, довод о снижении размера дебиторской задолженности ООО «Грузовая корпорация» перед ООО «ГК» за счет погашения задолженности ООО «ГК» перед третьими лицами нормативно и документально не обоснован. Указание в назначении платежа фразы «Оплата за ООО «ГК», с учетом аффилированности должника и ответчика, в отсутствие доказательств реальности сделки, не опровергает довод о причинении ущерба должнику и его кредиторам путем непогашения дебиторской задолженности.

Совершение  платежей ООО «Грузовая корпорация» по оплате долга ООО «ГК» перед третьими лицами минуя расчетный счет ООО «ГК» при наличии задолженности перед иными кредиторами, в том числе перед уполномоченным органом за 2016 год в любом случае однозначно свидетельствует о цели избежания возможности взыскания денежных средств с расчетного счета и, как следствие, причинения ущерба таким кредиторам.

При этом, ООО «Грузовая корпорация» в анализируемый период имело собственную кредиторскую задолженность перед некоторыми, из перечисленных контрагентов, в том числе:  перед ООО «ВЭЙ-Групп.РФ» в размере 2 261 548 руб. 08 коп и перед ООО «Транзит» в размере 57 346 рублей.

Таким образом, совершение ответчиком платежей якобы в счет погашения долга ООО «ГК» при наличии собственных долгов перед указанными контрагентами также вызывает сомнение.

Доводы о том, что согласно акту сверки взаимных расчетов за 2019 год по договору № 201 от 16.06.2017» задолженность ООО «Грузовая корпорация» перед ООО «ГК» составляет 884,8 тыс. рублей также судом отклоняются, поскольку акт подписан со стороны ООО «Грузовая корпорация» главным бухгалтером ФИО15 (по данным уполномоченного органа в 2018 году являлся сотрудником должника), доверенность ФИО15 на право подписи от имени ООО «Грузовая корпорация» за руководителя в материалы дела не представлена.

Акт сверки не подтверждает отсутствие у ООО «Грузовая корпорация» перед должником задолженности по оплате.

Кроме того, суммы отраженные в акте сверки за 2019 год, в общем размере 4 677 670 руб. 80 коп.  производились за должника в адрес третьих лиц, минуя расчетный счет ООО «ГК» при наличии задолженности перед иными кредиторами, в том числе перед уполномоченным органом за 2016 год.

ООО «ГК» (ИНН 

<

***> должник) и ООО «Грузовая корпорация» (

<

***>) являются организациями с идентичными сокращенными наименованиями – ООО «ГК» (согласно выписок из ЕГРЮЛ), одним и тем же директорором – ФИО5, расположенными в одном городе (г.Ульяновск) и имеющими идентичный основной вид деятельности, связанный с перевозками. Единственный участник ООО «ГК» - ФИО5, единственный участник ООО «Грузовая корпорация» - ФИО6.

Таким образом, со стороны ФИО5 осуществлялся контроль двух компаний с одинаковыми наименованиями для ввода в заблуждение контрагентов, то есть для третьих лиц фактически обе компании являлись одним контрагентом.

Действиями  ФИО5 и ООО «Грузовая корпорация» причинен ущерб всем кредиторам, а ООО «ГК» указанные действия привели к несостоятельности (банкротству).

В соответствии с п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

ООО «Грузовая корпорация» в результате действий (бездействия) ФИО5 получило необоснованную существенную выгоду в виде активов и безвозмездного использования имущества в общем размере 12 709 177,20 руб.

Согласно подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ (лица, уполномоченные выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа). В п. 21 Постановления указано, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, то такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника.

С учетом изложенного, банкротство ООО «ГК» вызвано действиями ФИО5 и ООО «Грузовая корпорация» как конечных выгодоприобретателей, поскольку именно ФИО5 в силу участия в уставном капитале ООО «ГК» определял действия этого общества и которое использовал в качестве прикрытия для безосновательного выведения активов должника с использованием общества «Грузовая корпорация».

Доводы ответчиков в части того, что налоговый орган не указал, каким образом, происходил вывод активов общества, если ФИО5 не имел никакого контроля и никакого воздействия на фирмы указанные в налоговых проверках, то как ФИО5 таким образом вывел активы (стр. 2) отклонены.

В ходе выездной налоговой проверки должником под руководством ФИО5 искусственно вовлечены в хозяйственный оборот организации, не осуществлявшие реально финансово-хозяйственную деятельность, с целью получения необоснованной налоговой выгоды; должник совершал платежи в пользу сомнительных контрагентов, в то время как реальные хозяйственные отношения между ними отсутствовали, при этом обоснованность совершения соответствующих платежей, разумность и добросовестность действий общества в лице его директора ФИО5 не подтверждена.

Отсутствие доказательств того, что ФИО5 знал или должен был знать о том, что договоры поставки, товарные накладные, счета-фактуры по заключенным им сделкам заключались от имени ООО «ТД Трансснабстрой» ИНН 

<

***>, ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***>, ООО «Транспортал» ИНН 

<

***>, в отсутствие реальной возможности у указанных контрагентов осуществить хозяйственные операции, сделаны без оценки доводов налогового органа со ссылкой на установленные в ходе выездной проверки обстоятельства того, что обществом должника составлены фиктивные документы с целью завышения расходов в целях применения вычетов при исчислении НДС.

Кроме того, нереальность хозяйственных отношений общества со спорными контрагентами, которые были использованы обществом для создания документооборота, направленного на завышение расходов в целях применения вычетов при исчислении НДС; установленные обстоятельства того, что первичные документы общества содержат недостоверные сведения, следовательно, вычеты по НДС нельзя считать документально подтвержденными; обстоятельства, указывающие на нереальность спорных хозяйственных операций.

Конкурсным управляющим должника в ходе процедуры банкротства, составлено заключение о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства от 25.09.2020 (за период с 31.12.2016 года по 01.09.2020 года) Выявлено: 1. Резкое ухудшение двух и более коэффициентов (Степень платежеспособности по текущим обязательствам с 1 кв.2018-4 кв.2019; Коэффициент текущей ликвидности с -1 кв.2017-4к в.2019 ). 2. Себестоимость превышает выручку на протяжении всего анализируемого периода. 3. Установление неправомерных действий руководителя в связи с выведением денежных средств должника (выездная налоговая проверка за период с 26.11.2015- 31.12.2017 г.г. в отношении должника является следствием неправомерных действий ФИО5). Вывод: в результате проверки выявлено наличие признаков преднамеренного банкротства.

В ходе проведения финансового анализа выявлено, что согласно решения №13-12/35 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 28.09.2018 года установлены неправомерные действия руководителя в связи с проведением выездной налоговой проверки и занижении налога на прибыль и налога на добавленную стоимость в размере 3 127 983,00 руб.

В целях занижения налога на прибыль и налога на добавленную стоимость ООО «ГК» заключены договора со следующими контрагентами: - ООО «ТД «Трансснабстрой» ИНН 

<

***> (Исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности — 29.07.2020); - ООО «Торгпоставка» ИНН 

<

***> (Исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности — 18.04.2019); - ООО «Транспортал» ИНН 

<

***> (Исключение из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица — 09.08.2019).

В рамках рассмотрения заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) установлены виновные действия бывшего руководителя повлекшие невозможность погашения должником обязательств перед кредиторами, то есть в его действиях имеются признаки состава преступления, предусмотренные ст. 196 УК РФ. Письмом от 07.10.2020 № 18-23/15241 в УЭБиПК по Ульяновской области Управлением направлены материалы в отношении ООО «ГК» свидетельствующие о наличии признаков преднамеренного банкротства, по факту совершения должностным лицом ООО «ГК» ФИО5 неправомерных действий содержащих признаки состава преступления, предусмотренного ст. 196 УК РФ. Письмом СО ОМВД России по Засвияжскому району г. Ульяновска от 17.09.2021 №1612 известило о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.187 УК РФ (изготовление в целях использования фиктивных платежных поручений).

Кроме того, уполномоченным органом усматривается перевод ФИО5 деятельности должника (с переводом активов, сотрудников – бывшие сотрудники ООО «ГК» - ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО5, ФИО5, ФИО13, ФИО14, ФИО15 с 2017-2021 получали доход у ООО «Грузовая корпорация») на другое взаимосвязанное юридическое лицо ООО «Грузовая корпорация», что привело к безрезультативности мер по взысканию с должника задолженности.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и уполномоченного органа  о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, признает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 (ИНН 

<

***>)  и общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГК» (ИНН 

<

***>)  .

Поскольку расчеты с кредиторами не завершены, рассмотрение заявления конкурсного управляющего и уполномоченного органа  о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 (ИНН 

<

***>)  и общества с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» (ИНН 

<

***>)  приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил при этом неправильного применения норм материального и процессуального права.

Ссылка ООО «Грузовая корпорация» на отсутствие возможности ответчиком ознакомиться с отзывом уполномоченного органа до судебного заседания, не свидетельствует о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Вместе с тем, отзыв уполномоченного органа представляет собою систематизированную правовую позицию, с учетом ранее представленных в суд  первой инстанции письменных пояснений (19.04.2022).

Довод заявителя жалобы   ООО «Грузовая корпорация» на недоказанность причинения оспариваемыми сделками вреда должнику опровергается обстоятельствами, установленными выше.

В частности, от осуществления данных сделок ответчик получил выгоду, поскольку получив от должника исполнения обязательств, свои встречные обязательства не погасил,  которые так и  числятся как дебиторская задолженность, что в конечном итоге привело к невозможности должником исполнять свои обязательства.

Утверждение о том, что данная дебиторская задолженность погашалась путем оплаты за должника третьим лицам несостоятельны, т.к. в основании платежей это не указано. В любом случае, если и было погашение, то уже в предбанкротный период.

Противоречия по размеру полученной выгоды "12 709 177, 20 руб." и "9 309 297, 20 руб.", как указывает заявитель апелляционной жалобы. не отменяют того факта что ущерб, с учетом финансового состояния должника на тот период,  причинен в значительной степени.

Заявитель апелляционной жалобы ООО "Грузовая корпорация" указывает на недоказанность факта вывода активов должника, однако, как установлено выше, вышеуказанные сделки и действия ответчиков привели к невозможности должника исполнять обязательства перед кредиторами и как следствие - привели к объективному банкротству.

Заявитель апелляционной жалобы ФИО5 не ссылается на доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции, и таких доказательств к апелляционной жалобе не прилагает.

Неустановление бенефициара по налоговым правонарушениями в данном случае не имеет практического значения для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, поскольку он привлекается к субсидиарной ответственности ни как выгодоприобретатель, а как руководитель, действия которого привели к банкротству должника.

Доказательством вины  является совершение вышеуказанных незаконных действий ФИО5 как руководителем, который совершая такие сделки, должен был осознавать, что они могут причинить ущерб и привести к банкротству.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23 декабря 2022 года по делу А72-19740/2018 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Учитывая, что при подаче апелляционной жалобы ООО «Грузовая корпорация» была уплачена государственная пошлина в сумме 3 000 рублей по платежному поручению № 498 от 26.12.2022, уплата которой пунктом 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, заявителю следует возвратить указанную государственную пошлину, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 23 декабря 2022 года по делу А72-19740/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Грузовая корпорация» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

 

Судьи                                                                                                    А.И. Александров

 

                                                                                                                Л.Р. Гадеева