АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-21050/2023

г. Ставрополь

19 сентября 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена  11 сентября 2024 года  

Решение изготовлено в полном объеме  19 сентября 2024 года 

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Соловьевой И.В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мирошник А.В.,

рассмотрев в судебном заседании с использованием системы веб-конференции дело по иску публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания – Россети», г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,

к муниципальному унитарному предприятию «Метроэлектротранс», г. Волгоград,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,

о взыскании понесенных по договору на осуществление технологического присоединения к электрическим сетям от 30.07.2020 № 686/ТП-М5 затрат в размере                       922 155,30 руб., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 21 443 руб.,

при участии представителя истца ФИО1 по доверенности от 15.04.2024, представителя ответчика ФИО2 по доверенности  от 10.11.2023, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края обратилось публичное акционерное общество «Федеральная сетевая компания – Россети», г. Москва (далее – истец, общество), с иском к муниципальному унитарному предприятию «Метроэлектротранс», г. Волгоград (далее – ответчик, предприятие),  о взыскании понесенных  по договору на осуществление технологического присоединения к электрическим сетям от 30.07.2020 № 686/ТП-М5 затрат в размере 922 155,30 руб., а также расходов по уплате государственной пошлины в размере 21 443 руб.

Ответчик требования истца не признал, по мотивам изложенным в отзыве на исковое заявление. 

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования, просил суд их удовлетворить.

Представитель ответчика требования истца не признал, указав на их необоснованность, просил в удовлетворении требований отказать. 

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав  материалы  дела,  суд  не находит  оснований для удовлетворения требований истца на основании  следующего.  

Как следует из материалов дела, между ПАО «Россети» (далее - сетевая организация) и МУП «Метроэлектротранс» г. Волгограда (далее – заявитель) 30.07.2020 был заключен договор № 686/ТП-М5 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (далее – договор).

По условиям договора об осуществлении технологического присоединения  (в редакции дополнительного  соглашения  №  1  от  02.10.2019)  истец  принял  на  себя  обязательства  по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств (объектов электросетевого хозяйства (далее по тексту - объекты ЭСХ) заявителя – ТП-6 кВ № 4, ТП-6 кВ № 7, ТП-6 кВ № 24/1), расположенных (которые будут располагаться): г. Волгоград, Краснооктябрьский район, со следующими характеристиками:

- максимальная мощность 3,417 МВт;

- класс напряжения в точках присоединения 6 кВ,

в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая при необходимости их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств (объектов ЭСХ) заявителя, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им энергопринимающих устройств (объектов ЭСХ),  а заявитель  обязуется  оплатить  расходы  на  технологическое  присоединение  в  соответствии  с условиями договора. 

В силу пункта 1.2 договора перечень мероприятий по технологическому присоединению и распределение обязанностей между сторонами по их выполнению определены в технических условиях от 09.06.2020 (измененных в редакции дополнительного соглашения № 2 к договору от 27.08.2021), являющиеся неотъемлемой частью договора ТП.

В соответствии с пунктом 1.3 договора срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению со стороны заявителя и сетевой организации составляет 1 год с даты заключения договора, то есть не позднее 30.07.2021. 

Дополнительным соглашением № 1 к договору от 23.06.2021 стороны внесли изменения в пункт 1.3 договора, продлив срок выполнения мероприятий до 31.12.2022.

Согласно пункту 3.1 договора размер платы рассчитан по формуле с применением стандартизированной тарифной ставки, утвержденной уполномоченным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов - приказом Федеральной антимонопольной службы России от 18.12.2019 №1689/19 «Об утверждении платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети в виде формулы, на 2020 год и составляет 736 750,62 руб., с учетом НДС.

Денежные средства в размере 736 750,62 руб. были оплачены заявителем в полном объеме.

Перечень  мероприятий  по  технологическому  присоединению  и  распределение обязанностей  между  истцом  и  ответчиком  по  их  выполнению  определены в  договоре  и  технических  условиях.  

02 июня 2023 года ответчиком в адрес истца было направлено письмо о расторжении договора № 686/ТП-М5 в связи с тем, что объекты, в отношении которых проводились мероприятия по технологическому присоединению, выбыли из правообладания предприятия.

Указанное письмо было получено истцом 09.06.2023. 

В ответ на указанное письмо 05.07.2023 истец ответчику направил соглашение о расторжении договора № 686/ТП-М5, однако ответчик указанное соглашение не подписал, в адрес истца не возвратил.

В связи с тем, что заявитель мероприятия по технологическому присоединению не выполнил, истец направил ответчику претензию от 18.08.2023 с требованием оплатить фактически понесенные расходы в сумме 922 155,30 руб.,  в связи с односторонним отказом заявителя от договора.

Поскольку претензия осталась без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящими требованиями. 

В соответствии с пунктом 6 Правил № 861, пунктом 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ, технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установлен

Договор технологического присоединения представляет собой двусторонний возмездный консенсуальный синаллагматический (взаимный) договор, регулирование отношений по которому производится как специальным энергетическим законодательством, так и нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими положениями раздела III Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и договоре (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2017 № 305-ЭС17-11195).

В  силу  статьи  779  Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору  возмездного  оказания  услуг  исполнитель обязуется  по  заданию  заказчика  оказать  услуги  (совершить  определенные  действия  или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

При  этом  заказчик  вправе  отказаться  от  исполнения  договора  возмездного  оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Исполнитель, в свою  очередь,  вправе  отказаться  от  исполнения  обязательств  по  договору  возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков (статья 782 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту  2.4.2  договора  заявитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору, при условии возмещения сетевой организации понесенных ей расходов в соответствии с пунктами 2.3.14-2.3.16 договора.

Статьей 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В судебном заседании стороны подтвердили, что считают договор расторгнутым с 09.06.2023, с момента  получения сетевой организацией письма заявителя от 02.06.2023.

Согласно положениям пункта 5 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает должника возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, в том числе реальный ущерб и упущенную выгоду (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с приведенными нормами, а также положениями пункта 3 статьи 401 ГК РФ  в  случае  ненадлежащего  исполнения  обязательства  лицо,  которому  причинены  убытки, вправе требовать их возмещения от контрагента в обязательстве в случае наличия в действиях последнего: факта неправомерного поведения причинителя убытков (неисполнения им своих обязанностей  в  обязательстве),  наличия  ущерба  и  наличия  непосредственной  причинно-следственной  связи  между  ненадлежащим  исполнением  обязательства  и  возникшими убытками, и вины, если это предусмотрено законом или договором. 

Обязанность  по  доказыванию  совокупности  этих  обстоятельств  возлагается  на  лицо, требующее  взыскания  убытков.  Отсутствие  доказательств  наличия  хотя  бы  одного  из перечисленных  обстоятельств  влечет  недоказанность  всего  состава  гражданско-правового института  убытков  и  отказ  в  удовлетворении  исковых  требований.  В  силу  изложенных положений,  бремя  доказывания  размера  фактически  понесенных  расходов  возлагается  на истца (статья 65 АПК РФ). 

По расчету истца фактические затраты ПАО «Федеральная сетевая компания – Россети» по договору № 686/ТП-М5 составили 922 155,30 руб.

В соответствии с частью 4 статьи 23.1 Федерального закона «Об электроэнергетике» государственному регулированию подлежат плата за технологическое присоединение к единой национальной (общероссийской) электрической сети, к электрическим сетям территориальных сетевых организаций и (или) стандартизированные тарифные ставки, определяющие ее величину.

В силу части 2 статьи 23.2 указанного выше Федерального закона затраты на проведение мероприятий по технологическому присоединению, в том числе расходы сетевой организации на строительство и (или) реконструкцию необходимых для технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии и (или) платы за технологическое присоединение. При этом не допускается включение расходов сетевой организации, учтенных при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии, в состав платы за технологическое присоединение и расходов, учтенных при установлении платы за технологическое присоединение, в состав тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

Расходы территориальных сетевых организаций на выполнение мероприятий по технологическому присоединению в части, превышающей размер расходов на осуществление указанных мероприятий, исходя из которого рассчитаны тарифные ставки, определяющие величину платы за технологическое присоединение к электрическим сетям территориальных сетевых организаций, не подлежат учету при государственном регулировании цен (тарифов) в электроэнергетике. Состав расходов на проведение мероприятий по технологическому присоединению, включаемых в состав платы за технологическое присоединение, определяется федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов.

Исходя из указанных требований законодательства, цена (плата), уплачиваемая потребителями электрической энергии за технологическое присоединение к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети истца, является регулируемой (пункт 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом включает расходы территориальных сетевых организаций на выполнение мероприятий.

Фактические расходы сетевой организации не могут подменять собой регулируемую государством цену, поскольку взыскание стоимости услуг по технологическому присоединению может быть произведено только по установленному нормативным правовым актом тарифу.

На основании изложенного, исходя из того, что плата за технологическое присоединение к объектам электрической сети, является регулируемой (статья 23.2 Федерального закона «Об электроэнергетике», пункт 1 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации), расходы сетевых организаций на технологическое присоединение ограничиваются тарифным органом до экономически обоснованных величин, следует, что расходы, подлежащие возмещению истцу, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа, соответственно, размер убытков сетевой организации не может быть больше стоимости технологического присоединения, рассчитанной с применением ставки тарифа (либо его части, соответствующей определенной услуге).

Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246 по делу № А45-12261/2015, содержащем указания на то, что расходы, подлежащие возмещению сетевой компании со стороны заказчика, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа, учитывая, что ставка тарифа не может отражать в полном объеме фактические издержки сетевой компании по оказанию соответствующей услуги конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величин расходов на технологическое присоединение, что неравнозначно фактическим затратам.

Уполномоченный тарифный орган при установлении тарифа на соответствующий вид услуги исходит из экономически обоснованных величин, поэтому расходы, подлежащие возмещению сетевой организации, по общему правилу не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

По условиям пункта 3.1 договора размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с приказом Федеральной антимонопольной службы России от 18.12.2019 №1689/19 «Об утверждении платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети и составляет 613 958,85 руб., НДС (20%) 122 791,77 руб., всего 736 750,62 руб.

Истцом не оспаривается, что ответчик в полном объеме оплатил денежные средства в размере 736 750,62 руб.

Как правило, построенные и реконструированные объекты электросетевого хозяйства не передаются заказчику; силами сетевой организации создаются условия для технологического присоединения энергопринимающих устройств заказчика с согласованной категорией надежности к электрической сети сетевой организации и для последующей передачи заказчику электрической энергии с определенными физическими характеристиками.

Следовательно, плата за технологическое присоединение подразумевает компенсацию всех расходов сетевой организации на выполнение мероприятий по технологическому присоединению в установленном тарифом размере.

Затраты сетевой организации, понесенные ею в рамках исполнения договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям являются, по сути, затратами на развитие собственных основных средств истца.

Действующее нормативное регулирование предусматривает механизм компенсации выпадающих доходов сетевой организации применительно к ситуации исполнения договоров об осуществлении технологического присоединения для категории заявителей, предусмотренных пунктом 17 Правил № 861.

При этом обоснования невозможности включения понесенных расходов сетевой организации в тариф на услуги по передаче электрической энергии истцом не представлено, данных о том, что сетевой организации было отказано в учете указанных затрат при расчете выпадающих доходов по мотиву прекращения действия договора в связи с отказом потребителя от договора в материалах не имеется.

Своими действиями истец по сути пытается возложить на ответчика фактическую стоимость произведенных им затрат на проведение мероприятий по технологическому присоединению, тем самым принудительно взыскать фактическую стоимость имущества, находящегося на балансе истца, что недопустимо. 

В обратной ситуации сетевая организация, взыскав убытки с заявителя в размере затрат, понесенных  в  связи  со  строительством  электросетевых  объектов,  сохранила  бы  в  своей имущественной массе как построенные для технологического присоединения объекты, так и плату за их строительство, взысканную в качестве убытков, получив их, по сути, безвозмездно за  счет  заявителя,  что  противоречит  основополагающему  принципу  эквивалентности экономического  обмена  ценностями,  на  необходимость  соблюдения  которого  неоднократно указывал  Верховный  Суд  Российской  Федерации  (определения  от  16.05.2018  №  306-ЭС17-2241, от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567). 

Суд также считает необходимым отметить, что даже при надлежащем исполнении договора ответчиком сетевая организация не могла бы рассчитывать на получение от ответчика платы по договору, превышающей сумму, установленную договором, поскольку это противоречат вышеуказанному подходу, а также принципу разумности, предполагающему целесообразность осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей в своем интересе.

Предлагаемая истцом модель правоотношений, которая исходит из обязанности заявителя компенсировать заранее неизвестные и не согласованные расходы сетевой организации на осуществление мероприятий по технологическому присоединению при невозможности заявителя осуществить присоединение заявленного объекта по любым обстоятельствам, по существу ведет к нарушению баланса интересов сторон договора. Аналогичная правовая позиция приведена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2021 № 304-ЭС21-5914, от 08.11.2021 № 304-ЭС21-20858, от 02.06.2022 № 303-ЭС22-8685.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт наличия оснований для взыскания с ответчика денежных средств, превышающих установленный размер платы за технологическое присоединение по договору, в  связи  с  чем, оснований для удовлетворения исковых требований у суда не имеется. 

Расходы по уплате госпошлины относятся на истца как на проигравшую сторону и возмещению  не подлежат.

На  основании  изложенного,  руководствуясь  статьями    110,  167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований  ПАО «Федеральная сетевая компания – Россети», г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме)  и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу.

Судья                                                                                                        И.В. Соловьева