АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-194337/17

11 июня 2020 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2020 года 

Полный текст постановления изготовлен 11 июня 2020 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Закутской С.А., Коротковой Е.Н.,  при участии в заседании:  

от конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» - ФИО1 – дов. от  01.06.2020  

от ФИО2 – ФИО3 – дов. от 29.07.2019 от ФИО4 – лично, паспорт от ФИО5 – лично, паспорт 

рассмотрев 08 июня 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест»,  

на определение от 23 декабря 2019 года  Арбитражного суда города Москвы,  

на постановление от 05 марта 2020 года  Девятого арбитражного апелляционного суда,  

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» об оспаривании  взаимосвязанных сделок, совершенных между должником и Ежовым Антоном  Валентиновичем, Ежовым А.В. и Гараниной Кристиной Игоревной, Гараниной  К.И. и Ежовой Ириной Валерьевной  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Карс-Инвест»  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2017 общество с  ограниченной ответственностью «Карс-Инвест» (далее - ООО «Карс-Инвест»,  должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него  

открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным  управляющим ООО «Карс-Инвест» утвержден ФИО8.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего ООО «Карс-Инвест» об оспаривании взаимосвязанных сделок,  совершенных между должником и ФИО6 (далее -  ФИО6), ФИО6 и ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО7 и ФИО2 (далее - ФИО2).  

Кроме того, в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление  ФИО2 о признании права собственности на жилые помещения.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.11.2019  указанные заявления конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» и ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 05.03.2020, в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего должника о признании оспариваемых сделок недействительными  отказано. Кроме того, указанным судебным актом за ФИО2 признано  право собственности на:  

- двухкомнатную квартиру № 93, общ. пл. 81,7 кв.м. по адресу: Россия,  Московская область, городской округ Красногорск, 

<

...>,  

- двухкомнатную квартиру № 165, общ. пл. 74,4 кв.м. по адресу: Россия,  Московская область, городской округ Красногорск, рп. Нахабино, ул.  Институтская, д. 13 А,  

- двухкомнатную квартиру № 102, общ. пл. 79,3 кв.м. по адресу: Россия,  Московская область, городской округ Красногорск, 

<

...>.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный  управляющий ООО «Карс-Инвест» обратился в Арбитражный суд Московского  округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой  инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый  судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном  объеме.  

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на  нарушение судами норм материального и процессуального права, на  несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и  представленным в дело доказательствам, утверждая, что суды ошибочно  признали факт оплаты квартир первоначальным покупателем ФИО6, а  также достаточности денежных средств для покупки квартир ФИО2;  судами не дано правовой оценки доводам управляющего и имеющимся в деле  доказательствам отсутствия у оспариваемых сделок экономической  целесообразности, а также тому факту, что ФИО6 и ФИО2 являются  супругами; должник обладал признаки неплатежеспособности на момент  совершения оспариваемых сделок; суд первой инстанции не учел, что запрет на  совершение сделок с недвижимостью застройщика в наблюдении связан с  запретом введения самой процедуры наблюдения при банкротстве застройщика.  

От ФИО2 поступил отзыв на кассационную жалобу, который  приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной  инстанции.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО  «Карс-Инвест» доводы кассационной жалобы поддержал.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения  представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации правильность применения норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, ООО «Карс- Инвест» осуществляло продажи по договорам долевого участия жилых  помещений в строящемся доме по строительному адресу: Московская область,  

<

...> корпус 86, кадастровый  номер земельного участка 50:11:0030308:29.  

ООО «Карс-Инвест» 07.09.2018 получило разрешение № RU50-11-11681- 8  на ввод в эксплуатацию 3-х секционного многоквартирного жилого дома с  офисными помещениями, расположенного по адресу: Московская область, 

<

...> корпус 86, кадастровый номер  земельного участка 50:11:0030308:29.  

Постановлением Администрации городского округа Красногорск  Московской области от 17.09.2018 № 2263/9 объекту присвоен почтовый адрес:  Российская Федерация, Московская область, городской округ Красногорск, 

<

...> с присвоением кадастрового номера. Жилой  

дом поставлен на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера  50:11:0030308:2034.  

Между ООО «Карс-Инвест» в лице директора ФИО9 и ФИО6 09.09.2015 был заключен договор долевого участия в строительстве № 2/78,  согласно которому застройщик обязался построить жилой дом и после  получения разрешения не ввод жилого дома в эксплуатацию передать  следующие объекты долевого строительства: двухкомнатную квартиру,  строительный номер 129, общей площадью 81,5 кв.м.; двухкомнатную квартиру,  строительный номер 78, общей площадью 79.5 кв.м.; двухкомнатную квартиру,  строительный номер 21В, общей площадью 82.8 кв.м.  

Согласно п. 2.2. договора долевого участия в строительстве № 2/78 от  09.09.2015. цена квартир составляет 12 190 000 руб., сумма денежных  требований подлежала оплате в срок не позднее 31.12.2015.  

Договор долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015 был  зарегистрирован 30.09.2015.  

23.09.2015 стороны заключили дополнительное соглашение к договору  долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09. 2015, согласно которому  внесли изменения в п. 3.3.1. договора и установили, что сумма оплаты может  быть произведена путем перечисления денежных средств или путем передачи  векселя на указанную сумму.  

Указанное дополнительное соглашение к договору было зарегистрировано  в Росреестре 03.12.2015.  

Впоследствии 15.10.2017 между ФИО6 и ФИО7 был  заключен договор уступки прав № У/2/78 по договору долевого участия в  строительстве № 2/78, согласно которому ФИО6 уступает ФИО10  свои права на получение указанных квартир.  

12.10.2018 между директором должника ФИО9 и ФИО7 подписаны акты приема-передачи квартир и зарегистрировано за ней право  собственности на три квартиры но адресу: Россия, Московская область,  городской округ Красногорск, 

<

...>, а  именно двухкомнатные квартиры № 93, № 165, № 102.  

16.03.2019 между Гараниной К.И. и Ежовой И.В. заключены три  договора купли-продажи квартир, согласно условиям которых Гаранина К.И.  передала последней спорные квартиры.  

Согласно п. 2 указанных договоров право собственности продавца -  ФИО7 возникло на основании акта приема-передачи объекта долевого  строительства от 12.10.2018, договора уступки прав № У/2/78, разрешением на  ввод в эксплуатацию от 07.09.2018.  

Таким образом, ФИО2 является собственником трех квартир по  адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, 

<

...>, а именно:  

- двухкомнатная квартира № 93, общей площадью 81,7 кв.м. 

- двухкомнатная квартира № 165, общей площадью 74,4 кв.м.  - двухкомнатная квартира № 102, общей площадью 79,3 кв.м.  

Конкурсный управляющий, полагая, что вся цепочка взаимосвязанных  сделок, а именно: договор долевого участия в строительстве № 2/78 от  09.09.2015, заключенный между ООО «Карс-Инвест» и ФИО6, договор  уступки прав № У/2/78 от 15.10.2017 по договору долевого участия в  строительстве № 2/78 от 09.09.2015, заключенный между ФИО6 и  ФИО7, три договора купли-продажи квартир от 16.03.2019,  заключенные между ФИО7 и ФИО2, а также сделка,  совершенная генеральным директором должника ФИО9 и ФИО7, оформленная актом приема-передачи объекта долевого строительства от  12.10.2018, отвечает признакам недействительных сделок по основаниям,  предусмотренным пунктом 2 статьи 61 2, статьей 61 3 Закона о банкротстве,  статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в  Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего  обособленного спора заявлением.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении указанного заявления  конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им  достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых  сделок недействительными. При этом суд первой инстанции удовлетворил  

заявление Ежовой И.В. и признал за ней право собственности на спорные  объекты недвижимости.  

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд. 

Согласно пункту 2 статьи 61 2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её  совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения  сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника.  

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской  

Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что для признания  сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61  2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало  наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Заявление о признании ООО «Карс-Инвест» несостоятельным (банкротом)  было принято Арбитражным судом города Москвы 12.01.2018, а оспариваемые  сделки совершены 09.09.2015, 15.10.2017, 12.10.2018, 16.03.2019, то есть в  период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 612 Закона о  банкротстве.  

Суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим  должника наличия совокупности всех указанных выше обстоятельств.  

В частности, суды указали, что конкурсным управляющим должника не  представлено доказательств причинения вреда имущественным правам  кредиторов.  

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом,  причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику.  

Заявляя о причинении вреда имущественным правам кредиторов,  конкурсный управляющий указывал на то, что ФИО6 не произвел оплату по  заключенным с ООО «Карс-Инвест» договорам долевого участия.  

Суды установили, что материалами дела подтверждается, что после  заключения договоров долевого участия ФИО6 было предложено  приобрести вексель ООО «Карс-Инвест» с последующим принятием его в  качестве оплаты за приобретаемые квартиры.  

Данное предложение связано с тем, что в оплату за приобретаемые у  дольщика квартиры застройщик может получить только после государственной  регистрации Договора долевого участия. В противном случае застройщик  допустит совершение административного правонарушения в сфере долевого  строительства. Как установили суды, Ежов А.В. согласился на это предложение  и приобрел у застройщика вексель, что подтверждается квитанцией к ПКО от  23.09.2015.  

Затем 24.09.2015 ФИО6 передал вексель, приобретенный у ООО «Карс- Инвест», обратно, стороны согласовали, что с момента передачи векселя  обязанность по оплате квартир считается исполненной.  

С учетом изложенного суды сделали вывод о том, что оплата за спорные  квартиры ФИО6 была произведена.  

Третье лицо ФИО9 подтвердила факт внесения денежных средств в  кассу ООО «Карс-Инвест».  

Суды также приняли во внимание, что доводов о том, что рыночная  стоимость трех спорных квартир составляла более 12 190 000 руб. - суммы,  указанной в договоре долевого участия в строительстве № 2/78, конкурсный  управляющий не заявлял, соответствующих доказательств не представлял.  

В связи с чем судами сделан обоснованный вывод о том, что факт  причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсным  управляющим не доказан.  

Суды также пришли к выводу о том, что не доказано конкурсным  управляющим и то, что договор долевого участия в строительстве № 2/78 от  09.09.2015 был заключен с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

Обосновывая доводы о неплатежеспособности должника, конкурсный  управляющий ссылается на судебные акты о взыскании неустоек, которые были  вынесены в 2016 году, то есть уже после заключения договора с ФИО6 в  2015 году. Из обстоятельств дела усматривается, что ООО «Карс-Инвест» имело  основных средств на сумму около 900 млн. руб., что не позволяет говорить о  недостаточности денежных средств.  

Как верно отметили суды, каких-либо иных доказательств,  свидетельствующих о недостаточности имущества и наличии  неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок, в  материалы дела не представлено.  

Обосновывая доводы о заинтересованности ФИО6 по отношению к  ООО «Карс-Инвест» конкурсный управляющий ссылался на участие ФИО6  в судебных заседаниях на основании доверенности от 24.05.2008.  

Вместе с тем, как правильно указали суды, участие в судебных заседаниях в  качестве представителя законодательство не относит к критерию  заинтересованного лица, при этом, каких-либо иных доказательств того, что  ФИО6 можно признать заинтересованным лицом по отношению к ООО  «Карс-Инвест» конкурсный управляющий не приводит.  

Суды также приняли во внимание письменные пояснения бывшего  генерального директора должника ФИО9, из которых следует, что ФИО6 и члены его семьи никогда не участвовали в принятии решений ООО  «Карс-Инвест», не являлись заинтересованными лицами и не входили в группу  лиц.  

Учитывая вышеизложенное судами сделан верный вывод об отсутствии  оснований для признания договора долевого участия в строительстве № 2/78 от  09.09.2015 недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61 2 Закона о  банкротстве.  

Суды также не нашли оснований для признания оспарвиаемых конкурсным  управляющим сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью,  а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1  настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера  

и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите  принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные  меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в  дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку,  стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное  представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются  несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее  совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых  последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих  гражданских прав и обязанностей.  

Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее  совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех  правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.  

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также  осуществить для вида ее формальное исполнение.  

Исполнение сделки хотя бы одной из сторон исключает мнимый характер  такой сделки.  

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую  сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом,  ничтожна.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 87 и 88  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации», недействительной в  связи с притворностью может быть признана лишь та сделка, которая  направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную  волю всех участников сделки.  

Намерения одного участника совершить притворную сделку для  применения указанной нормы недостаточно.  

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая  сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней  правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по  основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации или  специальными законами.  

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для  прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок.  В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке,  которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и  содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Суды установили, что договор долевого участия в строительстве № 2/78 от  09.09.2015 был заключен и исполнен между лицами, заинтересованность  которых не доказана, равно как и не доказана и заинтересованность между  ФИО11 и ФИО7, а также между ФИО7 и ФИО2;  все сделки, которые оспариваются конкурсным управляющим должника, были  исполнены.  

Как указали суды, ФИО7 после получения прав по договору  долевого участия в строительстве № 2/78 совершила необходимые действия по  подписанию актов приема-передачи квартир и оформлению прав собственности  на спорные объекты недвижимости.  

При этом доводы конкурсного управляющего о том, что сделка для  Гараниной К.И. не имеет никакой экономической целесообразности были  правомерно отклонены судом первой инстанции. Так, для приобретения спорных  квартир Ежов А.В. и Гаранина К.И. оформили договор займа от 23.09.2015,  согласно которому Гаранина К.И. предоставила Ежову А.В. заем в размере 12  190 000 руб. на покупку спорных квартир. В дальнейшем Ежов А.В. в счет долга  уступил ей права на получение спорных квартир (соглашение о погашении долга  по Договору займа от 23.09.2015 от 15.10.2017). При этом стороны  договорились, что у заемщика (Ежова А.В.) есть право выкупить квартиры в  срок не позднее двух месяцев после государственной регистрации права  собственности Гараниной К.И. на квартиры.  

ФИО2 воспользовалась правом выкупа и заключила с ФИО7  договоры купли-продаж квартир.  

Судами установлено, что наличие финансовой возможности у ФИО2  подтверждены справкой из ИФНС России № 33 по г. Москве о доходе, копией  трудовой книжки, декларацией 2-НДФЛ отца ФИО2, договорами займа.  

Таким образом, суды пришли к верному выводу о недоказанности  конкурсным управляющим злоупотребления сторонами спорных сделок своими  правами, в частности, выразившегося в сговоре лиц с целью вывода из  конкурсной массы должника активов в виде объектов недвижимости, а также  притворности или мнимости этих сделок.  

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018   № 27, о взаимосвязанности сделок могут свидетельствовать такие признаки, как  преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе  общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное  владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного  (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества в  собственности одного лица, непродолжительный период времени между  совершением нескольких сделок.  

В любом случае признаки взаимосвязанности носят субъективный характер  и устанавливаются только при рассмотрении конкретного дела, при этом ни  один из выделяемых судами признаков не имеет абсолютного значения и может  свидетельствовать о взаимосвязанности договоров только с учетом других  обстоятельств дела. Главным является не время совершения (дата сделки), а  экономически единая хозяйственная операция, направленная на достижение  одной цели.  

Судами установлено, что каких-либо доказательств того, что все стороны  оспариваемых сделок преследовали единую цель конкурсным управляющим  должника не представлено.  

При этом суд апелляционной инстанции также принял во внимание, что  ФИО6 и ФИО2 являются супругами, однако в отсутствие  доказательства их заинтересованности с ООО «Карс-Инвест» и ФИО7  указанное обстоятельство не имеет правового значения и не может безусловно  свидетельствовать о недействительности спорных сделок.  

С учетом изложенного суды сделали обоснованный вывод о том, что  основания недействительности сделок, предусмотренные статьями 10, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсным управляющим не  доказаны.  

Относительно доводов конкурсного управляющего о наличии оснований,  предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве, для признания актов  приема-передачи квартир, подписанных между ООО «Карс-Инвест» и  ФИО7, недействительными сделками, а также отсутствия согласия  конкурсного управляющего на совершении указанных сделок суды пришли к  следующим выводам.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из  кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения  требований, в частности при наличии одного из следующих условий:  

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или  третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения  оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к изменению очередности  удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до  совершения оспариваемой сделки;  

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних  кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств  перед другими кредиторами;  

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть  оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований,  существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в  случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с  законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Как отметили суды, передача объекта недвижимости по акту приема- передачи не является сделкой, а представляет собой подтверждение факта  владения и пользования помещением ответчиком, сама сделка (договор) был  совершен ранее - 09.09.2015 и зарегистрирован в установленном порядке. С  учетом изложенного при подписании актов не создается ситуация, когда  возможно преимущественное удовлетворение требований одного кредитора  перед требованиями других кредиторов.  

В связи с чем, суды указали, что основания, предусмотренные статьей 61.3  Закона о банкротстве, для признания актов недействительными сделками  отсутствуют.  

Отклоняя довод конкурсного управляющего об отсутствии его согласия на  подписание актов приема-передачи, суды обоснованно указали на следующие  обстоятельства.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2018 заявление  кредиторов ФИО12 и МОО «Адепт Права» о признании несостоятельным  (банкротом) ООО «Карс-Инвест» признано обоснованным, в отношении  

должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена  Логинова Л.А.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2018 ООО «Карс- Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Карс- Инвест» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев,  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8  

Согласно пункту 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия  арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства в отношении застройщика в ходе внешнего  управления в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилых  помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений, в том  числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника  банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть  предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с  соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления  требований к застройщику.  

В силу положений пункта 1 статьи 64 Закона о банкротстве введение  наблюдения не является основанием для отстранения руководителя должника и  иных органов управления должника, которые продолжают осуществлять свои  полномочия с ограничениями, установленными пунктами 2, 3 и 3.1 указанной  статьи Закона о банкротстве.  

Органы управления должника могут совершать исключительно с согласия  временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением  случаев, прямо предусмотренных Законом о банкротстве, сделки или несколько  взаимосвязанных между собой сделок: связанных с приобретением,  отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества  должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов  балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения (пункт 2  статьи 64 Закона о банкротстве).  

Суды установили, что доказательств того, что стоимость отчужденного  должником имущества превышала пять процентов балансовой стоимости  активов должника конкурсным управляющим не представлено.  

Удовлетворяя заявление ФИО2, суды обоснованно исходили из  следующего.  

В соответствии со статьями 11, 12 Гражданского кодекса Российской  Федерации защита нарушенных гражданских прав осуществляется судом путем  признания права.  

Сложившаяся судебная практика исходит из недопустимости ситуации, в  которой лицо не может реализовать предусмотренное законодательством право  на судебную защиту (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 21.10.2008 № 7131/08, от 29.05.2012 № 17607/11).  

Спорные квартиры являются объектом завершенного строительства,  отнесены к недвижимому имуществу, которое согласно статье 128 Гражданского  кодекса Российской Федерации является объектом гражданских прав.  Следовательно, признание права собственности на объекты завершенного  строительства возможно, в том числе и по решению суда.  

Учитывая наличие в материалах дела доказательств исполнения ФИО2 своих обязательств, связанных с приобретением квартир, суды правомерно  признали за ней право собственности на эти объекты недвижимости.  

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в  соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего  законодательства, суды правильно определили правовую природу спорных  правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела  обстоятельства, установив, что конкурсным управляющим должника не доказано  наличие оснований для признания цепочки взаимосвязанных сделок  недействительными, пришли к обоснованному выводу об отсутствии основания  для заявления конкурсного управляющего, при этом установив наличие  доказательств исполнения ФИО2 своих обязательств, связанных с  приобретением квартир, удовлетворили заявление последней.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами  судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их  переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы,  соответствуют нормам права.  

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная  жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо  доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана  правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.  

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем,  полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам  в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана  надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены  на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше  обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий  арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть  положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.  

Приведенный в кассационной жалобе довод о преждевременности  рассмотрения судами спора по существу, мотивированный неисполнением  уполномоченным органом требования суда о предоставлении соответствующих  регистрационных дел, судебной коллегией отклоняется, поскольку указанные  документы были изъяты у уполномоченного органа правоохранительными  органами, а отказ судов в удовлетворении ходатайства должника об  истребовании этих регистрационных дел из материалов уголовного дела не  обжалуется.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,  статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,  регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,  предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов  право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм  материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно  исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.  

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой  и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают  доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе  принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности  судебного разбирательства, что недопустимо.  

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств  отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.  Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.  

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой  инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а  несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о  неправильном применении судом норм материального и процессуального права  и не может служить достаточным основанием для его отмены.  

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые  суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать  решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное  свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном  нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных  интересов лиц, участвующих в деле.  

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически  свидетельствуют о несогласии с принятыми судом первой инстанции и судом  апелляционной инстанции судебными актами и подлежат отклонению, как  

основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы  положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку  выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо  при проверке судебных актов в кассационном порядке.  

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду  кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать  фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении,  давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или  считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в  определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или  апелляционной инстанции.  

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в  постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности  следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и  всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено  исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,  данной судом первой инстанции.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических  обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при  рассмотрении дела судебной ошибки.  

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых  является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии  со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежат  удовлетворению.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23 декабря 2019 года и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05 марта 2020  года по делу № А40-194337/17 оставить без изменения, кассационную жалобу -  без удовлетворения.  

Председательствующий судья Н.Я. Мысак 

 Судьи: С.А. Закутская 

 Е.Н. Короткова