АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-21933/2015

г. Краснодар

15 февраля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 февраля 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Трифоновой Л.А., судей  Бабаевой О.В. и Кухаря В.Ф., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Этикет Еды» (ИНН 7447234690, ОГРН 1137447016960) –  Поделякиной Г.В. (доверенность от 23.11.2017), от ответчика – непубличного акционерного общества «Центр передачи технологий строительного комплекса Краснодарского края "Омега"» (ИНН 2309102040, ОГРН 1062309026812) – Майсурадзе М.В. (доверенность от 06.08.2017), от третьего  лица – общества с ограниченной ответственностью «СервисОтель» (ИНН 7448131009, ОГРН 110744800652) – Поделякиной Г.В. (доверенность от 01.01.2018),  рассмотрев кассационную жалобу непубличного акционерного общества «Центр передачи технологий строительного комплекса Краснодарского края "Омега"» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.05.2017 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2017 (судьи Попов А.А., Галов В.В., Малыхина М.Н.) по делу № А32-21933/2015, установил следующее.

ООО «Этикет Еды» (далее – истец, цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском    к НАО «Центр "Омега"» (далее – ответчик, центр) о взыскании 13 720 410 рублей 30 копеек вознаграждения и 16 054 537 рублей 72 копеек упущенной выгоды.

Исковые требования мотивированы наличием у ответчика предусмотренной договором обязанности выплатить истцу вознаграждение и оплатить услуги по управлению гостиницей в течение 6-ти месяцев в случае  безосновательного расторжения ответчиком  договора  от 29.07.2013 № 11-ОЭГФ (далее – договор).  Истец получил право требования на основании заключенного им с третьим лицом – ООО «Отель-Сервис» договора цессии от 12.05.2015.

Определением от 20.07.2015 к участию в деле в качестве третьего лица,                     не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Сервис-Отель» (далее – общество, управляющий). 

Решением  суда  от 21.06.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда  от 16.09.2016, в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановлением от 27.12.2016 отменил указанные судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением  от 14.04.2017 принято к производству встречное исковое заявление центра к  цессионарию и обществу о признании недействительным пункта 13.2.2 договора от 29.07.2013 № 11-ОЭГФ.

Встречный иск центра мотивирован несоответствием пункта 13.2.2 договора  положениям статей 168, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  Кодекс), поскольку данный пункт устанавливает препятствия в праве на отказ от договора.

Решением суда от 11.05.2017 (судья Назаренко Р.М.) требования цессионария по первоначальному иску удовлетворены в части, с центра взыскано 13 720 410 рублей 30 копеек задолженности, 2 772 рубля судебных расходов, в остальной части в иске и во встречном иске отказано.

Постановлением апелляционной инстанции от 20.11.2017 решение суда (с учетом исправительного определения  от 21.11.2017) в части отказа во взыскании убытков отменено, с центра в пользу истца взыскано 1 378 555 рублей 23 копейки убытков, в удовлетворении остальной части требований о взыскании убытков отказано, в  остальной части решение суда оставлено без изменения.

Апелляционный суд счел неправомерным (в нарушение положений                   пункта 13.2.2 договора) отстранение общества от управления гостиничным комплексом в период с марта по август 2014 года, в результате чего последнее лишилось  возможности получить предусмотренное договором базовое вознаграждение в сумме 1 378 555 рублей 23 копеек, рассчитанное исходя из условий договора, а центр сберег  часть валового дохода в указанном размере. Такое сбережение (получение) центром дохода за счет нарушения прав общества в силу абзаца 2 пункта 2 статьи 15 Кодекса судебная коллегия квалифицировала как  упущенную выгоду, возникшую на стороне общества.

В кассационной жалобе и дополнении к ней центр просит отменить судебные акты, отказать в удовлетворении первоначального иска, а встречные исковые требования удовлетворить в полном объеме. Заявитель указывает на игнорирование судом апелляционной инстанции утвержденного вступившим в законную силу определением Советского районного суда г. Челябинска от 24.06.2014 по делу № 2-3580/2014 мирового соглашения между сторонами, которым стороны признали задолженность центра по договору  перед управляющим в размере   23 525 389 рублей 74 копеек и достигли соглашения о ее погашении в срок до 15.07.2014. Поскольку мировое соглашение не содержало условий о необходимости выполнения каких-либо иных дополнительных обязательств, следовательно, сторонами достигнуто соглашение о полном прекращении гражданско-правового конфликта по спорному договору, что влечет за собой потерю права сторон на выдвижение  новых требований по данному договору. Из содержания искового заявления по делу № 2-3580/2014 следует, что требования истца охватывают не только период предоткрытия гостиницы (до 01.12.2013), но и период коммерческой эксплуатации (акты от 09.01.2014 № 10, от 31.01.2014 № 11), в связи с чем центр полагает, что вывод суда апелляционной инстанции о наличии у центра обязанности по возмещению обществу каких-либо  убытков и вознаграждений противоречит материалам дела. Заявитель ссылается на непринятие судами во внимание содержания пунктов 1 и 4 соглашения от 04.07.2014 между сторонами, из которых следует, что данное соглашение подписано с целью урегулирования отношений, возникших вследствие исполнения сторонами обязательств по договору. Суды проигнорировали пункт 3 указанного соглашения от 04.07.2014, из которого следует, что после исполнения центром обязательств по уплате обществу 22 793 197 рублей 32 копеек задолженности обязательства по рассматриваемому договору считаются исполненными сторонами в полном объеме и стороны не имеют каких-либо финансовых и иных претензий друг к другу. Формулировкой «не имеют каких-либо финансовых и иных претензий друг к другу» стороны охватили весь перечень возможных претензий (убытки, неустойку, пени, штрафы и т.д.), которые стороны могли бы предъявить друг другу в последующем без перечисления по отдельности каждого из них. Из  мирового соглашения от 23.06.2014 и соглашения от 04.07.2014 следует, что стороны прекратили спор, вытекающий из договора в полном объеме. Податель жалобы также ссылается на то, что суды неверно истолковали условия  пункта 13.2.2, согласно которому  право требовать компенсацию могло возникнуть у управляющего (общества) только по истечении 3-го (третьего)                      с начала полного финансового года с даты заключения договора (29.07.2013) и  в случае, если бы обязательства управляющим исполнялись надлежащим образом, услуги фактически им оказывались и договор был бы расторгнут ответчиком немотивированно, при отсутствии фактов неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем (управляющим) своих обязательств. Суды  не учли убыточность деятельности управляющего, ненадлежащее исполнении им обязанности по управлению гостиничным комплексом, что повлекло отказ ответчика от его услуг. Отказывая в удовлетворении встречного иска, суды необоснованно  не применили абзац 4 пункта 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), согласно которому, если сделка признана недействительной в части, то срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части. В силу абзаца 3 пункта 101 постановления № 25 по смыслу пункта 1 статьи 181 Кодекса, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет. Суды не учли, что сторонами пункт 13.2.2 договора не исполнялся вообще, следовательно, течение трехлетнего срока исковой давности в отношении спорного пункта  договора  не началось, в связи с чем центр не согласен с выводами судов о пропуске им срока исковой давности по встречному иску. Центр, ссылаясь на абзац 2  пункта 74 постановления № 25, полагает, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. 

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав пояснения представителей сторон по делу, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит отклонить по следующим основаниям.

Суды установили, что 29.07.2013 центр (владелец) и общество (управляющий) заключили договор № 11-ОЭГФ на оказание услуг по управлению и эксплуатации гостиницы, согласно  которому в управление обществу  передан принадлежащий центру гостиничный комплекс «Русский Дом».

В соответствии с пунктом 4.1 договора управляющий обязался за вознаграждение оказать владельцу услуги по управлению и эксплуатации гостиницы, соответствующие уровню и качеству услуг, предоставляемых гостиницами международного уровня, действуя при этом в соответствии с техническим заданием от имени и по поручению владельца в порядке, определенном пунктами 4.1.1 – 4.1.4 договора. В частности, права и обязанности по договорам, заключенным в ходе управления и эксплуатации гостиницы, возникают у владельца.

Пунктом 6.1 договора предусмотрены обязанности управляющего в период, предшествующий открытию гостиницы: в частности, организовать закупку первоначальных запасов и оборудования, производить переговоры и организовать заключение от имени владельца всех договоров, необходимых для управления и эксплуатации гостиницы, осуществить юридические и фактические действия для присвоения гостинице соответствующей категории, обеспечить получение необходимых для работы гостиницы лицензий и разрешений.

Согласно пункту 8.2 договора в течение 10 рабочих дней с даты получения владелец обязуется утвердить отчет и подписать акт об оказании услуг и направить один его подписанный экземпляр управляющему либо предоставить письменный мотивированный отказ от утверждения отчета и/или подписания акта.

В силу пункта 9.2.1 договора за оказанные услуги по управлению и эксплуатации гостиниц в период коммерческой эксплуатации гостиницы владелец выплачивает управляющему следующее вознаграждение:

– базовая плата за управление в размере 1,9% от валового дохода от основной деятельности гостиницы, как он определяется в единой системе бухгалтерского учета                 с особыми корректировками, предусмотренными договором, включая приложение № 2;

– базовая плата и поощрительная премия выплачивается ежемесячно, на основании утвержденного владельцем отчета и подписанного сторонами акта об оказании услуг не позднее 10 рабочих дней после получения оригинала соответствующего счета и                  счета-фактуры от управляющего.

В соответствии с пунктом 13.2 договора досрочное расторжение договора по инициативе владельца (центра) путем направления управляющему (обществу) письменного уведомления за 90 календарных дней до такого прекращения договора допускалось в следующих случаях:

– если управляющий нарушит любое существенное обязательство или положение договора из тех, которые должны соблюдаться и выполняться управляющим, и данное нарушение продолжается в течение 60 дней после письменного уведомления об этом владельцем управляющего (подпункт «а» пункта 13.2.1 договора);

– если управляющий становится неплатежеспособным или объявляется банкротом, или подает добровольное ходатайство или заявление о банкротстве или неплатежеспособности, либо если подано принудительное ходатайство в отношении управляющего, или если на все или почти все имущество управляющего наложено взыскание, арест или конфискация (подпункт «b» пункта 13.2.1 договора);

– если управляющим осуществляется управление гостиницей неэффективно, исходя из ключевых критериев эффективности, установленных договором, что подтверждено экспертом в результате проведения оценки эффективности (подпункт «с» пункта 13.2.1 договора).

Согласно пункту 13.2.2 договора в любое время по истечении третьего с даты открытия полного финансового года  договор может быть расторгнут по инициативе владельца (ответчика) при условии письменного уведомления управляющего (истца) о предполагаемой дате расторжения договора, до наступления которой должно пройти не менее 6-ти  месяцев с даты уведомления. На такую дату расторжения владелец должен выплатить управляющему причитающуюся по договору плату за управление по дату расторжения и сумму вознаграждения в размере неполученной базовой платы за три календарных месяца. При расчете неполученной базовой платы используются средние расчетные данные по размерам перечисленной управляющему базовой платы в течение последних трех финансовых лет эксплуатации гостиницы. В случае если эксплуатация осуществляется менее трех лет – усредненные данные за истекший срок эксплуатации.

29 июля 2013 года стороны заключили дополнительное соглашение № 1                           к  договору, согласно которому пункт 9.2.1.1 договора изложен  в следующей редакции: «Базовая плата за управление в размере 1,5% от валового дохода от основной деятельности гостиницы, как он определяется в единой системе бухгалтерского учета с любыми корректировками, предусмотренными настоящим договором, включая приложение № 2»; пункт 9.2.1.2 договора: «Поощрительная премия за управление в размере 4,0% от валовой прибыли от основной деятельности, как она определяется в единой системе бухгалтерского учета с любыми корректировками, предусмотренными  договором, включая приложение № 2».

Письмом от 03.03.2014 № 1306/14-08-31 центр уведомил общество о расторжении договора в одностороннем порядке с 03.03.2014, сославшись на  нарушение управляющим договорных обязательств.

04 июля 2014 года  сторонами заключено соглашение, согласно которому центр признал наличие 22 793 197 рублей 32 копеек задолженности перед обществом  по  договору (за период управления гостиничным комплексом с января по февраль 2014 года), и обязался ее погасить в срок до 01.08.2014. Стороны признали,  что после исполнения центром обязательств по уплате согласованной задолженности в полном размере обязательства по договору считаются исполненными сторонами    в полном объеме.

Как следует из материалов дела, 12.05.2015  общество (цедент) и  ООО «Этикет Еды» (цессионарий) заключили договор уступки права требования, по  которому цессионарию передано право требовать от  центра оплаты задолженности по договору, а именно:

– 22 793 197 рублей 32 копеек задолженности по оплате услуг по управлению и эксплуатации гостиницы;

– 13 720 410 рублей вознаграждения управляющего в размере неполученной базовой платы за 3 календарных месяца;

– 16 054 537 рублей 72 копейки убытков (упущенной выгоды) в виде платы                   за управление не менее чем за 6 месяцев, которые должны пройти до даты расторжения договора.

Вступившим в законную силу судебным актом по делу № А32-21932/2015 с центра в пользу цессионария взыскано 22 793 197 рублей 32 копейки задолженности по оплате услуг, оказанных в январе-феврале 2014 года.

По мнению общества,  отказ центра  от исполнения договора не обусловлен  ненадлежащим исполнением обществом своих обязательств по договору,  фактическое отстранение общества  от исполнения договора до истечения 6 месяцев, установленных условиями данного договора (пункт 13.2.2 договора) послужили основанием возникновения у общества убытков в виде  упущенной выгоды в размере 16 054 537 рублей 72 копеек (неполученная часть базовой платы, которая могла быть получена управляющим при оказании им услуг по управлению гостиничным комплексом в течение 6 месяцев с момента уведомления его об отказе от исполнения договора), а также задолженности центра по уплате  вознаграждения в виде базовой платы за 3 месяца в размере  13 720 410 рублей 30 копеек. Право требовать от центра уплаты  поименованных денежных средств возникло у цессионария в результате заключения с обществом договора цессии от 12.05.2015.

Поскольку центр в добровольном порядке указанные платежи не произвел, цессионарий обратился в арбитражный суд с  иском.

Возражая против исковых требований, центр указал на обусловленность его отказа от исполнения договора ненадлежащим исполнением обществом обязательств по договору, что должно влечь за собой последствия, предусмотренные пунктом  13.2.1 договора. Также центр обратился со встречным иском, в котором просил признать недействительным пункт 13.2.2 названного договора.

Суды верно квалифицировали договор как смешанный, имеющий  элементы договора возмездного оказания услуг и агентского договора по модели поручения.

В силу пункта 1 статьи 1005 Кодекса по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени              и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал               и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения              по исполнению сделки.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Согласно пункту 1 статьи 1006 Кодекса принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленном в агентском договоре.

Доверитель вправе отменить поручение, а поверенный отказаться от него во всякое время. Соглашение об отказе от этого права ничтожно. Сторона, отказывающаяся                    от договора поручения, предусматривающего действия поверенного в качестве коммерческого представителя, должна уведомить другую сторону о прекращении договора не позднее, чем за тридцать дней, если договором не предусмотрен более длительный срок (пункты 2 и 3 статьи 977 Кодекса).

Заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов (пункт 1                 статьи 782 Кодекса).

Предоставленное Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора)                  (статья 310 Кодекса) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункты 1 и 2 статьи 450.1 Кодекса).

Из материалов дела видно, что стороны не оспаривают  факт прекращения договора.

Суды установили, что отказ центра от исполнения договора не обоснован, поскольку неисполнение обществом обязанностей по предоставлению операционной отчетности вызван неисполнением центром встречных обязанностей по предоставлению необходимых для данной отчетности сведений. Надлежащее исполнение обществом обязательств по договору подтверждено, в том числе вступившим в законную силу судебным актом по делу № А32-21932/2015, которым с центра взыскана задолженность по оплате за оказанные услуги за январь-февраль 2014 года и в котором центр не приводил доводов о ненадлежащем исполнении обществом обязательств по договору. 

Кроме того,  задолженность центра за указанный период признана центром, что подтверждено соглашением от 04.07.2014, подписанным сторонами.

Поэтому довод центра об обоснованности его отказа от исполнения договора и необходимости применения пункта 13.2.1 договора не соответствует установленным по делу обстоятельствам последующие правоотношения сторон подлежали правовому регулированию условиями пункта 13.2.2 договора.

Из  содержания указанного пункта договора следует, что ответчик имел право без объяснения причин заявить о расторжении договора в одностороннем порядке только при условии уведомления контрагента об этом обстоятельстве не менее чем за 6 месяцев, в том числе до истечения 3-годичного срока управления обществом гостиницей. 

Суды указали, что фраза «должен выплатить управляющему причитающуюся по договору плату за управление и сумму вознаграждения» подразумевает, что с момента получения уведомления общество должно было продолжить оказывать предусмотренные договором услуги до предполагаемой даты расторжения договора и сочли данное условие договора финансовой гарантией управляющего, который мог рассчитывать на продолжение выполнения своей функции на протяжении 6 месяцев после получения от заказчика услуг немотивированного уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора, заявленного в порядке пункта 13.2.2 договора.

Суды, ссылаясь на правовую позицию, сформированную Верховным Судом                 Российской Федерации в определении от 03.11.2015 № 305-ЭС15-6784                                      по делу № А40-53452/2014, сделали вывод о том, что в данном случае стороны при заключении договора определили сумму компенсации, которая должна быть выплачена одной из сторон при отказе от договора. То, что такая компенсация поименована                     в договоре суммой вознаграждения в размере неполученной базовой платы, не изменяет ее сути, которая состоит не в привлечении к ответственности стороны, решившей досрочно отказаться от договора, а напротив, предоставляет возможность расторжения договора без объяснения причин любой из сторон с оплатой определенной денежной суммы.

Цессионарий указал, что общество прекратило оказывать предусмотренные договором услуги непосредственно после получения письма ответчика от 03.03.2014                 № 1306/14-08-31, а письмом № 1564/14-08-39 ответчик отозвал доверенность, выданную обществу в целях управления гостиницей.

Таким образом, после ввода гостиничного комплекса «Русский Дом» в эксплуатацию общество осуществляло управление данным объектом на протяжении двух полных месяца (январь – февраль 2014 года).

В рамках  дела № А32-21932/2015  установлено, что размер базовой платы за управление гостиничным комплексом, подлежащий уплате центром в пользу общества, в январе 2014 года составил 3 316 155 рублей 46 копеек,   в феврале 2014 года – 5 830 784 рубля 74 копейки с учетом НДС. Следовательно, усредненный показатель базовой платы за управление гостиничным комплексом составил 4 573 470 рублей 10 копеек (с учетом НДС) в месяц ((3 316 155,46 + 5 830 784,74) /2). 

Исходя из этого суды установили, что размер, подлежащего выплате обществу  в результате немотивированного расторжения договора вознаграждения (неполученной базовой платы за 3 календарных месяца) составил 13 720 410 рублей 30 копеек (4 573 470,1 х 3 мес.).

В связи с тем, что центр не представил доказательства исполнения данной обязанности перед обществом и последним право требовать выплаты данной суммы уступлено по договору цессии от 12.05.2015 в пользу цессионария, суды правомерно удовлетворили иск в этой части и  взыскали с центра в  пользу истца 13 720 410 рублей                30 копеек задолженности.

Довод центра об ошибочности определения  размера базовой платы за январь и февраль 2014 года  исходя из ставки 1,9% от валового дохода от управления гостиничным комплексом, поскольку  дополнительным соглашением от 29.07.2013 № 1 ставка данной платы установлена в размере 1,5%, отклонен судебными инстанциями, поскольку размер базовой платы за указанный период  определен вступившими в силу судебными актами по делам № А32-37806/2014 и А32-21932/2015, выводы которых не могут быть переоценены в данном  споре.

При обращении с иском цессионарий также заявил требование о взыскании                      с центра 16 054 537 рублей 72 копеек упущенной выгоды. В данной части иск мотивирован тем, что после получения письма ответчика об одностороннем немотивированном отказе от исполнения договора общество было отстранено                          от управления гостиничным комплексом «Русский Дом» (в том числе центр отозвал ранее выданные управляющему доверенности на управление гостиницей), тогда как                        по условиям пункта 13.2.2 договора общество было вправе управлять гостиницей                как минимум 6 месяцев и, следовательно, могло претендовать на получение базовой платы за данный период.

Суд апелляционной инстанции, рассматривая данное требование, правильно указал, что поскольку  общество действовало в качестве коммерческого представителя и центр в нарушение пункта 13.2.2 договора заранее   (не менее чем за шесть месяцев) не предупредил управляющего о прекращении договора, общество  вправе претендовать на возмещение упущенной выгоды в виде недополученного дохода от своей профессиональной деятельности. 

Суд кассационной инстанции (постановление от 27.12.2016), отклоняя довод центра об урегулировании всех финансовых вопросов по договору соглашением от 04.07.2014, указал, что основания квалифицировать названное соглашение в качестве какого-либо способа прекращения обязательства (глава 26 Кодекса) по выплате компенсации, указанной  в пункте 13.2.2 договора, а также возмещения убытков, вызванных досрочным прекращением договора и  применять  принцип эстопеля и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению), отсутствуют, поскольку из соглашения от 04.07.2014 не следует, что общество отказалось от претензий к центру, связанных с досрочным прекращением договора. Соглашение от 04.07.2014 было направлено на урегулирование спора сторон, возникшего по поводу неоплаты оказанных услуг за январь-февраль 2014 года.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 393 Кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства; убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Кодекса.

Согласно статье 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки подлежат взысканию судом при условии представления истцом доказательств, свидетельствующих о совершении ответчиком виновных действий (бездействия), в результате которых нарушены положения закона или договора, явившихся необходимой и достаточной причиной несения заказчиком убытков, а также доказательств наличия причинно-следственной связи между фактом причинения убытков и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенную выгоду в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Кодекса).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Апелляционный суд учел дополнительное соглашение от 29.07.2013 № 1, заключенное сторонами (т. 1, л. д. 24, 169), согласно которому размер базовой платы                   за управление определялся в размере 1,5% от валового дохода от основной деятельности гостиницы.

Данное дополнительное соглашение в установленном порядке не оспаривалось и недействительным не признавалось.

Суд апелляционной инстанции счел, что сам размер упущенной выгоды в виде неполученной базовой платы не мог быть исчислен из планируемых показателей валового дохода от управления гостиничным комплексом, отраженных в бюджете гостиничного комплекса «Русский Дом» на 2014 год, подготовленном обществом, т.к. данные показатели носят предположительный характер. Достижение показателей по валовому доходу могло зависеть не только от действий самого общества, но и от объективных факторов, которые не были поставлены в зависимость от волеизъявления сторон договора (например, от уровня наполняемости гостиницы и т.д.).

В силу пункта 5 статьи 393 Кодекса суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом                  с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации                        об ответственности за нарушение обязательств»).

При определении размера упущенной выгоды, ввиду отсутствия доказательств иного, суд апелляционной инстанции исходил из допущения того, что центр, самостоятельно управляя гостиничным комплексом в период март – август 2014 года, действовал предельно разумно и преследовал получение максимальной прибыли                    от использования гостиничного комплекса.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации цессионарий не представил доказательства того, что центр в ходе управления гостиничным комплексом в период с марта по август 2014 года включительно принял явно неправильные и нецелесообразные конкретные управленческие решения, которые ни при каких обстоятельствах не были бы приняты обществом при управлении им гостиничным комплексом, что привело к существенному и необоснованному снижению уровня валового дохода.

В связи с этим, при определении размера упущенной выгоды суд апелляционной инстанции счел необходимым руководствоваться теми объективными показателями валовой доходности, которые были достигнуты центром в спорный период при управлении гостиничным комплексом «Русский Дом». Так ответчиком в материалы дела представлены сведения, основанные на официальной документации налоговой отчетности, согласно которым валовой доход от управления гостиничным комплексом за период март – август 2014 года составил общую сумму 91 903 681 рубль 81 копейку. Достоверность данных сведений цессионарий не оспорил, ходатайства о назначении и проведении по делу судебной бухгалтерской экспертизы, направленной на опровержение достоверности данных сведений, сторонами не заявлены. Иные документы, содержащие объективные и достоверные сведения о валовой доходности от управления гостиничным комплексом, сторонами в дело не представлены.

Исходя из указанных показателей суд апелляционной инстанции определил, что управляющий  в период с марта по август 2014 года включительно лишился возможности получить базовое вознаграждение в общей сумме 1 378 555 рублей 23 копеек (91 903 681,81 х 1,5%). Эта сумма  подлежала бы выплате обществу  за оказание управленческих услуг. Такое сбережение (получение) центром дохода за счет нарушения прав общества в силу абзаца 2 пункта 2 статьи 15 Кодекса апелляционный суд квалифицировал в качестве убытков в виде упущенной выгоды, возникшей на стороне управляющего.

Суд апелляционной инстанции отклонил довод центра об урегулировании финансовых отношений между сторонами мировым соглашением от 24.06.2014, утвержденным определением  Советского районного суда  г. Челябинска от 24.06.2014 по делу № 2-3580/2014, правильно указав, что мировое соглашение урегулировало спор  о взыскании с центра задолженности  по оплате услуг по договору период предоткрытия гостиничного комплекса (до начала 2014 года). Из текста мирового соглашения не следует, что при его подписании стороны стремились разрешить все имеющиеся между ними конфликты, в том числе, связанные с немотивированным отказом центром от расторжения договора и отстранением общества от управления гостиничным комплексом ранее срока, установленного пунктом 13.2.2 указанного договора.

Отклоняя доводы центра о том, что пункт 13.2.2 договора как устанавливающий препятствия для заказчика услуг по отказу от договора не соответствует положениям статей 168, 782 Кодекса,  суды исходили из того, что данный довод  не соответствуют            как смешанной правовой природе оспариваемого договора, так и нормам действующего законодательства, регламентирующего спорные правоотношения.

В силу положений статьи 977 Кодекса стороны вправе своей согласованной волей устанавливать более удлиненные сроки оповещения поверенного о немотивированном отказе от исполнения договора. Следовательно, 6-месячный срок уведомления общества до прекращения договора, закрепленный пунктом 13.2.2, соответствовал выше приведенной норме Кодекса и не мог рассматриваться как ограничивающий право заказчика на заявление отказа от исполнения сделки. В качестве такого обстоятельства              не может рассматриваться и обязанность центра по выплате управляющему компенсации в виде 3-кратной усредненной базовой платы (определение Верховного Суда                Российской Федерации от 03.11.2015 № 305-ЭС15-6784 по делу № А40-53452/2014).

Судебные инстанции сделали вывод о том, что в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной               из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными                           для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Кодекса о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий               на основании статьи 10 Кодекса или о ничтожности таких условий по статье 169 Кодекса.

Суды учли, что спорный договор заключен по итогам открытого тендера                       от 22.08.2013, т.е. его условия, в том числе и положения пункта 13.2.2, были разработаны центром самостоятельно, у общества не было возможности на их изменение, соответственно, слабой стороной такого договора является именно общество, а не центр.

Как указано в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»                    (далее – постановление № 16), положения статьи 782 Кодекса, дающие каждой из сторон договора возмездного оказания услуг право на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора и предусматривающие неравное распределение между сторонами неблагоприятных последствий прекращения договора, не исключают возможность согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа                   от договора (например, полное возмещение убытков при отказе от договора                          как со стороны исполнителя, так и со стороны заказчика) либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг (в частности, односторонний отказ стороны от договора, исполнение которого связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлен необходимостью выплаты определенной денежной суммы другой стороне).

Свобода договора в предпринимательских отношениях применительно к договору возмездного оказания услуг предполагает возможность согласования сторонами различных условий данного договора, касающихся последствий одностороннего отказа заказчика или исполнителя от его исполнения (постановление № 16).

Учитывая изложенное, суды сочли, что пункт 13.2.2 договора не противоречит императивным нормам действующего законодательства, в связи с чем отказали центру             в удовлетворении встречного иска.

Кроме того, в силу положений статьи 199 Кодекса исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьями 181, 196 Кодекса срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями статьи 200 Кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком               по иску о защите этого права.

Установив, что договор заключен 29.07.2013, а встречный иск предъявлен центром только 11.04.2017, суды сделали вывод об истечении срока исковой давности 29.07.2016.

Доводы центра о том, что срок исковой давности не истек, так как оспариваемые условия договора сторонами не исполнялись, признаны судебными инстанциями несостоятельными, поскольку исполнение договора началось сторонами именно                      с 29.07.2013.

Суды, установив пропуск срока исковой давности, сочли его самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречного иска.

Доказательства, опровергающие эти выводы судов, центр не представил.

Поскольку суд апелляционной инстанции выполнил указания суда кассационной инстанции, полно и всесторонне исследовал значимые для дела обстоятельства, оценил представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  основания для изменения или отмены постановления апелляционного суда отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2017                  по делу № А32-21933/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

	Приостановление исполнения судебных актов по настоящему делу, принятое определением суда кассационной инстанции от 19.12.2017, отменить.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                              Л.А. Трифонова

 

Судьи

                                       О.В. Бабаева

                                      В.Ф. Кухарь