АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4280/2025

Дело № А06-10885/2022

г. Казань

04 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2025 г.

Полный текст постановления изготовлен 04 августа 2025 г.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Советовой В.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Коноплёвой М.В.,

при участии представителя общества с ограниченной ответственностью «Хаят» – ФИО1 по доверенности от 12.10.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Хаят»

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 03.03.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2025

по делу № А06-10885/2022

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МГ-ТРАНС» ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МГ-ТРАНС», ИНН 

<

***>.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 29.05.2023 общество с ограниченной ответственностью «МГ-ТРАНС» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 17 251 783 руб.

Определением суда от 01.07.2024 в отдельное производство выделено заявление конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, с одновременным приостановлением производства по заявлению до прибытия ответчика к месту жительства из действующей воинской части.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 03.03.2025 в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО6 по обязательствам должника, отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2025 определение Арбитражного суда Астраханской области от 03.03.2025 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Хаят» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, на нарушение и неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит судебные акты суда первой и апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе приведены доводы о наличии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 1, подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 61.11, пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) со  ссылкой на неподачу контролирующими должника лицами в суд заявления о признании должника банкротом, несмотря на наличие у должника финансового кризиса, неспособности погасить задолженность перед обществом «Хаят».

Заявитель указывает, что суды сделали неверные выводы об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему должника бухгалтерской и иной документации должника, поскольку документы за 2020-2022 гг. не представлены.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на перевод ФИО6 бизнеса должника на подконтрольную фирму - общество с ограниченной ответственностью "МГ Экспорт-Импорт" (далее - ООО "МГ Экспорт-Импорт"), через которую извлекал прибыль, а ООО "МГ-ТРАНС" оказалось доведено до банкротства. 

Кассатор обращал внимание суда округа на то, что выводы судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии в действиях контролирующих должника лиц недобросовестного поведения не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должником кассационную жалобу конкурсного кредитора поддерживал.

В судебном заседании представитель ООО «Хаят» кассационную жалобу поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами, участниками должника являлись ФИО6 в период с 14.11.2018 по 21.02.2020, ФИО4 в период с 21.02.2020 по настоящее время.

Кроме того, ФИО6 в период с 10.05.2007 по 13.09.2017, с 25.09.2018 по 10.03.2020 являлся руководителем должника, ФИО5 исполнял полномочия генерального директора с 14.09.2017 по 24.09.2018, ФИО4 являлся руководителем должника с 11.03.2020 до даты признания должника банкротом.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ФИО4, ФИО6 являются контролирующими должника лицами, обратился с настоящим заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, указывая, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Суд первой инстанции, установив, что ООО "Хаят", с которым должником был заключен договор беспроцентного займа от 16.07.2015, является единственным кредитором должника, материалы дела не содержат доказательств, что в период с 31.01.2017 до даты возбуждения производства о банкротстве у должника возникли новые обязательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд также указал, что доказательств того, что на момент заключения договора займа имелись признаки неплатежеспособности должника, необходимости обращения с заявлением о банкротстве, не предоставлено.

Заявленное требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО6  к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве мотивировано неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему документов финансово – хозяйственной деятельности должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11, подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, отметив, что при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО4 конкурсному управляющему направлены документы по хозяйственной деятельности ООО "МГ-Транс" согласно списку (т. 1 л.д. 51-55), полученные арбитражным управляющим 09.04.2024 (5 кг 820 г).

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о непередаче документов финансово – хозяйственной деятельности должника за 2020-2022 гг., суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий не конкретизировал объем недостающей документации за 2020-2022 гг., необходимой для ведения процедуры, не мотивировал каким образом не передача документации должника за указанный период затруднила исполнение обязанностей конкурсного управляющего в ходе процедуры конкурсного производства, не представил сведений о составе активов должника, которые могли бы объективно быть включены в конкурсную массу на дату признания его банкротом в случае надлежащего исполнения контролирующим должника лицом обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, помимо реализованной дебиторской задолженности. Также не предоставлены доказательства наличия и удержания ответчиками иных документов должника.

При этом суд первой инстанции указал, что конкурсным управляющим реализован основной актив должника, составляющий права требования (дебиторская задолженность) должника к ООО "Фаространсфлот" в размере 49 456 477,82 руб. С победителем торгов заключен договор купли-продажи по цене предложения 1 141 700 руб. 

Суд первой инстанции, проанализировав доводы кредитора, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.11, подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, отметив, что конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролировавших должника лиц и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором. 

Суд указал, что исходя из содержания пояснений арбитражного управляющего о стоимости имущества дебитора должника ООО "Фаространсфлот" стало известно не ранее 16.12.2020, возможной сумме покрытия задолженности за счет имущества кредитора стало известно не ранее 21.07.2023.

Доказательств того, что погашение задолженности перед кредитором стало невозможно вследствие допущенных противоправных действий (бездействия) контролирующими должника лицами, а также причинно-следственной связи с наступившими последствиями (банкротством должника), как указано судом первой инстанции, не предоставлено.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ООО "Хаят", в том числе, указав, что причинная связь между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью исполнения требования кредитора отсутствует, поскольку у должника отсутствовали денежные средства и иное имущество, реализация которого позволила бы погасить дебиторскую задолженность, меры по взысканию которой приняты контролирующими должника лицами. 

Судебной коллегией учтено, что причинами банкротства должника являлись объективные обстоятельства, а именно нарушение ООО "Фаространсфлот" договорных обязательств, установленное в рамках дела N А53-6910/2016, что и привело к сложной финансовой ситуации, после которой должник не смог стабилизировать свое экономическое положение.

Суд апелляционной инстанции указал, что не обращение генерального директора ООО "МГ-ТРАНС" с заявлением о банкротстве должника объясняется наличием у должника дебиторской задолженности в размере 49 456 477,82 руб., которая позволяла в полном объеме удовлетворить требования единственного кредитора - ООО "Хаят"; руководитель должника имел разумные ожидания при наличии плана по погашению обязательств перед ООО "Хаят", расплатиться с ним после получения денежных средств от ООО "Фаространсфлот".

Апелляционный суд констатировал, что вопреки доводам апелляционной жалобы и доводам, заявленным в суде первой инстанции, согласно описи документов, ФИО4 конкурсному управляющему должника были направлены, в том числе документы должника за 2020-2022 гг.

Доводы ООО "Хаят" о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника со ссылкой на причинение существенного вреда имущественным правам кредитора в результате вывода актива и перевода бизнеса (дебиторской задолженности ООО "Первая Зерновая", ООО "АСТСтрой", ООО "Торгово-сервисный центр АгроСК") на учрежденную ФИО3 организацию-клона должника ООО "МГ-Транс" (ИНН 

<

***>), переименованную впоследствии в ООО "МГ Экспорт-Импорт",  судом апелляционной инстанции отклонены.

Апелляционный суд, учитывая отсутствие реальных результатов принудительного исполнения судебных актов по делам №А06-4599/2015, №А06-9425/2017, №А06-2492/2017, указал, что указанные обстоятельства не могут расцениваться как доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступившими последствиями в виде невозможности погашения требований кредиторов.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 названной статьи Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, в размер субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве не могут быть включены обязательства должника, образовавшиеся до нарушения ответчиком обязанности по своевременному обращению с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, к числу обстоятельств, входящих в предмет доказывания, относится объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Поскольку суды установили, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора ООО «Хаят», возникшие ранее даты указанной конкурсным управляющим в качестве возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (31.01.2017), доказательства возникновения новых обязательств, возникших после 31.01.2017, конкурсным управляющим не представлены, то есть неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве не повлекло наращивание кредиторской задолженности, как условие для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве, то вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6  к субсидиарной ответственности по указанному основанию является правильным.

Доводы кассационной жалобы о том, что в рамках исполнительного производства о взыскании с должника в пользу ООО "Хаят" задолженности установлена неспособность должника погасить задолженность, тем самым установлено, что должник находился в предбанкротном состоянии, о чем было известно контролирующим должника лицам, не имеют самостоятельного значения и не могут являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов с учетом установленных судами обстоятельств отсутствия в реестре требований кредиторов должника требований, возникших после даты указанной конкурсным управляющим в качестве возникновения обязанности по инициированию ответчиками процесса банкротства должника, что исключает вывод о причинении вреда кредитору.

Выводы судов об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения договора займа от 16.07.2015 заявитель кассационной жалобы не опроверг.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Норма пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность удовлетворения требований кредиторов.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив факт передачи ФИО4 документации по хозяйственной деятельности должника конкурсному управляющему 09.04.2024 как за период 2017 – 2019г.г., так и за период 2020 – 2022г.г., суды первой и апелляционной инстанции пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая нераскрытие конкурсным управляющим того, непередача каких еще документов относительно деятельности должника затруднила проведение процедуры банкротства, формирование конкурсной массы, а также осуществление иных мероприятий конкурсного производства, доводы заявителя кассационной жалобы о наличии необходимой совокупности условий для привлечения контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве признаются судом округа несостоятельными.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, о том, что контролирующими должника лицами были сокрыты договора цессии и дополнительные соглашения, подтверждающие перевод бизнеса на фирму – клона, направлены на переоценку обстоятельств дела и представленных доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

 Суд апелляционной инстанции в обжалуемом постановлении указал, что оснований для признания договоров замены стороны в обязательстве, по которым право требования перешло от должника к фирме-клону, заведомо убыточными для должника, не находит. При этом апелляционный суд исходил из того, что уступка права невозможного к взысканию права требования должника к фирме-клону не повлияла на платежеспособность должника, поскольку исполнительные производства в отношении дебиторов окончены невозможностью взыскания, задолженность не взыскана, на пополнение конкурсной массы это не повлияло, в связи с чем, убытки должнику такими действиями (сделками) не причинены.

Доводы заявителя кассационной жалобы о сокрытии контролирующими должника лицами документов со ссылкой на основной вид деятельности должника и предположения о наличии материалов, дебиторской задолженности, судом округа отклонены. Суд первой инстанции констатировал, что доказательства наличия и удержания ответчиками документов должника не представлены.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Таким образом, установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 19 постановления Пленума N 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Суды, установив отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) ООО «МГ-ТРАНС» вызвана действиями контролирующих должника лиц, пришли к правомерному выводу о недоказанности материалами дела наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ввиду чего отказали в удовлетворении требований.

Суд округа считает, что разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы конкурсного управляющего и общества «Хаят» о совершении ответчиками действий по переводу бизнеса на фирму - клона, исследованы и обоснованно отклонены судами.

Суд апелляционной инстанции указал, что само по себе создание сначала фирмы-клона с иным ИНН, а затем и с другим названием, не может являться основаниям для привлечения ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности за перевод бизнеса на фирму-клона, поскольку доказательств того, что клиенты (контрагенты) должника перешли к ООО "МГ Экспорт-Импорт" в материалы дела не представлено. Апелляционным судом учтено, что деятельность ООО "МГ-Транс" и ООО "МГ Экспорт-Импорт" была рассчитана на разных контрагентов и сферы их деятельности не пересекаются, поскольку должник действовал на внутреннем рынке, а ООО "МГ Экспорт-Импорт" на внешнем рынке.

Вопреки приведенным в кассационной жалобе доводам, в данном обособленном споре ключевым моментом является то, что уступка должником права требования (дебиторская задолженность) не явилось причиной банкротства должника. 

Выводы судов об объективных причинах банкротства ООО «МГ-ТРАНС», а именно нарушение ООО "Фаространсфлот" договорных обязательств, что и привело к сложной финансовой ситуации, после которой должник не смог стабилизировать свое экономическое положение, податель кассационной жалобы не опроверг.

При этом фактов незаконного или недобросовестного поведения, противоправных виновных действий (бездействия) контролирующих должника лиц, по доведению должника до несостоятельности (банкротства), судами не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего спора в полном объеме исследовали и оценили все приведенные сторонами спора доводы и возражения и представленные в материалы дела доказательства, верно установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, дали им мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к соответствующему установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанному на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, выводу об отсутствии в рассматриваемом случае оснований для удовлетворения заявления о привлечении ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 03.03.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2025 по делу № А06-10885/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                            В.Ф. Советова

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

                                                                                              М.В. Коноплёва