Арбитражный суд Липецкой области пл. Петра Великого,7, Липецк, 398066  

http://lipetsk.arbitr.ru, e-mail: info@lipetsk.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А36-6817/2025

27 октября 2025 года

г. Липецк

 

Резолютивная часть решения принята 20 октября 2025 года Мотивированное решение изготовлено 27 октября 2025 года  

В соответствии с абзацем 3 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.04.2017 г. № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 18.04.2017 г. № 10) арбитражный суд вправе изготовить мотивированное решение по своей инициативе. При этом пунктом 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае составления мотивированного решения по инициативе арбитражного суда резолютивная часть решения в виде отдельного документа может не составляться.  

Арбитражный суд Липецкой области в составе судьи Истоминой Е.А.  

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Моргачевой Н.С.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в порядке упрощенного производства  

без перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства дело по исковому заявлению 

общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «ФИО1 и  

Партнеры» (344082, 

<

...> влд. 44,  

Литера Б, ком. 1, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 22.11.2017г., ИНН:  

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 Алимардону Рахмиджону  

(399770, 

<

...>, ОГРНИП: 

<

***>,  

Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2023г., ИНН: 

<

***>) о взыскании 75 000 руб. 00 коп., 

при участии в судебном заседании: от истца: не явился, от ответчика: не явился, 

УСТАНОВИЛ:

23.07.2025 г. общество с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «ФИО1 и Партнеры» (далее – истец, ООО «ЮК «ШИП») обратилось в Арбитражный суд Липецкой области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 Алимардону Рахмиджону (далее – ответчик, ИП ФИО2) о взыскании компенсации за нарушение прав на товарные знаки № 271073, № 486443, № 492998 в размере 75 000 руб. 00 коп., расходов, связанных с приобретением товара, в размере 446 руб. 00 коп., почтовых расходов в размере 92 руб. 00 коп., расходов, связанных с заказом выписки из ЕГРИП, в размере 200 руб. 00 коп., расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб. 00 коп.  

Определением от 30.07.2025 г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства на основании пункта 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

12.09.2025 г. от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, в котором он возражал по существу заявленных требований.  

22.09.2025 г. от истца поступили возражения на отзыв ответчика. 

Определением от 22.09.2025 г. суд в соответствии с частью 5 статьи 228 АПК РФ с учетом характера и сложности дела по своей инициативе назначил судебное заседание с вызовом лиц, участвующих в деле, без перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.  

В судебное заседание представители сторон не явились, извещены надлежащим образом.  

Учитывая наличие в материалах дела доказательств надлежащего извещения указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства, суд в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ рассматривает исковое заявление в отсутствие неявившихся участников процесса.  

Изучив материалы дела, суд установил следующее. 

ЗАО Фирма «Август» является правообладателем товарных знаков № 271073, № 486443, № 492998, зарегистрированных, в том числе в отношении товаров 01, 05, 16, 20, 31, 35, 42, 44 классов МКТУ.  

03.06.2024 г. между ЗАО Фирма «Август» (цедент) и ООО «ЮК «ФИО1 и партнеры» (цессионарий) заключен договор уступки права требования № 01-04/1, по условиям которого цессионарий принял право требования возмещения убытков, либо выплаты компенсаций в судебном, либо внесудебном порядке, возникшего в связи с фактами нарушений исключительных прав на товарные знаки и объекты авторского права, принадлежащие правообладателю, в соответствии с которым правообладатель уступает цессионарию свои права требования к ряду ответчиков, нарушающих права правообладателя, в том числе права, возникающие в рамках судебных решений о взыскании компенсаций за нарушение исключительных прав на товарные знаки и/или объекты авторских прав, достигнутых с ответчиками соглашений (мировых соглашений, соглашений о досудебном урегулировании споров и иных), а также в рамках уголовных дел.  

В абзаце 2 подпункта 1.1. пункта 1. договора стороны установили, что индивидуализация уступаемых прав требования за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности, а также фактов такого незаконного использования, будет осуществляться ими по форме, указанной в приложении № 2 к договору, посредством  

подписания приложения № 3 и последующих приложений к договору, являющихся его неотъемлемой частью.  

Согласно пункту 1.2. договора основанием для установления факта нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности являются любые процессуальные документы правоохранительных органов или иные основания, возникшие в результате деятельности правоохранительных органов, которые будут фиксировать факты незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности со стороны нарушителей; любые доказательства незаконного использования нарушителями исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, полученные любым иным способом, не запрещенным действующим законодательством.  

В соответствии с пунктом 1.3. договора права требования, возникшие в связи с фактами нарушений исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности цедента и индивидуализируемые сторонами, путем подписания приложения № 3 и последующих приложений к договору, уступаются цедентом цессионарию в полном объеме, в том числе право самостоятельно определять размер претензионных и исковых требований в рамках действующего законодательства.  

26.03.2025 г. истцу стало известно, что ответчик через интернет-магазин (маркетплейс «Wildberries») реализует товары, маркированные товарными знаками и объектами авторского права правообладателя. Предложение к продаже товара размещено на интернет-странице https://www.wildberries.ru/catalog/346993719/detail.aspx.  

26.03.2025 г. истцом осуществлена проверочная закупка товара, реализуемого ответчиком.  

28.03.2025 г. истцом получен товар и произведен его осмотр.  

Информация, указанная на кассовом чеке, подтверждает, что лицом, осуществляющим реализацию контрафактной продукции, является ИП ФИО2  

Правообладатель не давал данному лицу своего согласия на использование товарных знаков. Предлагаемая к продаже и реализуемая ответчиком продукция имеет признаки контрафактности.  

14.04.2025 г. между ЗАО Фирма «Август» и ООО «ЮК «ФИО1 и партнеры» подписано приложение № 7 (с учетом дополнительного соглашения № 4 от 26.06.2025 г.) к договору уступки права требования № 01-04/1, в соответствии с которыми цессионарий передал права требований, в том числе и право требования к ответчику (строка № 9 приложения № 7 от 14.04.2025 г. к договору уступки права требования № 01-04/1 от 03.06.2024 г.).  

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.  

Поскольку ответчик оплату не произвел, истец обратился в суд с заявленными требованиями  

Проанализировав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Правоотношения истца и ответчика, связанные с защитой исключительных прав, регулируются положениями части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).  

Согласно части 1 статьи 44 Конституции Российской Федерации, интеллектуальная собственность охраняется законом.  

В соответствии со статьей 138 ГК РФ использование результатов интеллектуальной деятельности, которые являются объектом исключительных прав, может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя.  

Пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ установлено, что результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.  

В силу статьи 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).  

Согласно части 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.  

Согласно статье 1228 ГК РФ автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.  

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1255 ГК РФ интеллектуальные права на произведения науки, литературы и искусства являются авторскими правами. Автору произведения принадлежит, в том числе, исключительное право на произведение.  

В соответствии со статьей 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным  

образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 упомянутого Кодекса, считается его автором, если не доказано иное.  

Объектами авторских прав, согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ, являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, аудиовизуальные произведения.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.  

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).  

При этом в силу пункта 7 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом настоящей статьи.  

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.  

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения считается, в частности, воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, а также распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.  

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарные знаки № 271073, № 486443, № 492998.  

В качестве доказательств принадлежности истцу исключительных прав представлены: выписки по свидетельствам на указанные товарные знаки, договор от 03.06.2024 г. № 01-04/1 уступки права требования, приложение № 7 от 14.04.2025 г. и дополнительное соглашение № 4 от 26.06.2025 г. к договору.  

Судом исследованы условия, содержащиеся в указанных документах, и установлено, что общество в полном объеме приобрело исключительные права на товарные знаки, в защиту которого предъявлен иск.  

Ответчиком представленные доказательства в установленном порядке не оспорены, о фальсификации не заявлено, сведений о наличии спора о правах на произведения в материалах дела не имеется.  

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 271073, № 486443, № 492998.  

Доводы ответчика о том, что товарные знаки № 486443 и № 492998 входят в одну группу знаков одного правообладателя, признаются судом несостоятельными в силу следующего.  

Согласно пункту 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г.), если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.  

Между тем, в рассматриваемом случае указанные товарные знаки, несмотря на наличие общих элементов, являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности. Каждый из них зарегистрирован отдельно и охраняется в соответствии с действующим законодательством. При этом само по себе указание на схожесть не может служить основанием для игнорирования их индивидуальности.  

Также ответчик указывает на то, что товарные знаки принадлежат одному правообладателю, зависимы друг от друга, связанны между собой наличием одного и того же доминирующего словесного элемента (avgust).  

Однако, суд обращает внимание на то, что на товарном знаке № 486443 слово «avgust» представлено на английском языке, в то время как товарный знак № 492998 содержит аналогичное упоминание «август» на русском и содержится в наименовании фирмы АО Фирма «Август», что подчеркивает их различия и уникальность в контексте языкового восприятия.  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019 г. № 10), авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 ГК РФ распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности: такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом; такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.  

При этом к частям произведения могут быть отнесены в числе прочего: название произведения, его персонажи, отрывки текста (абзацы, главы и т.п.), отрывки аудиовизуального произведения (в том числе его отдельные кадры), подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.  

Исходя из изложенного, суд полагает, что истец вправе требовать от ответчика, как от нарушителя прав, выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования товарного знака.  

Указание ответчика на то, что нарушение совершено предпринимателем впервые по неосторожности, также признается несостоятельным, поскольку на продавце контрафактного товара лежит обязанность при приобретении им товара для дальнейшей реализации, убедиться в законности использования результата интеллектуальной  

деятельности, в частности, потребовать у продавца товара документы, свидетельствующие о разрешении правообладателя на использование изображения на товаре. Отсутствие запрета правообладателя не считается его согласием (разрешением).  

В настоящем случае ответчиком не предоставлено доказательств того, что предпринимателем принимались меры по проверке сведений о контрафактности товара, содержащего товарные знаки по свидетельствам № 271073, № 486443, № 492998. Ответчик, приобретая товар, имел возможность и должен был выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора. Доказательств того, что ответчик приобрел у поставщиков лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции, в материалах дела не имеется.  

Указанное нашло свое отражение и в постановлении Конституционный суд Российской Федерации от 13.12.2016 г. № 28-П, согласно которому лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, с тем чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты - должно получить необходимую информацию от своих контрагентов. Неисполнение такой обязанности свидетельствует о виновном поведении такого лица.  

Таким образом, как отмечалось выше, ответчик, приобретая товары, маркированные товарными знаками, имеющими правовую охрану, с целью дальнейшей их перепродажи, должен был удостовериться в отсутствии нарушения прав правообладателей на товарные знаки, чего он не сделал, поскольку не запрашивал и не получал необходимую информацию у истца.  

Как указано в пункте 55 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 г. № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.  

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.  

Более того, исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.  

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая  

от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

Таким образом, информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.  

Судом установлено, что видеосъемка покупки товара проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, у суда не имеется.  

Факт приобретения товара, обладающего признаками контрафактного происхождения, у ИП ФИО2 подтверждается копией кассового чека от 26.03.2025 г., фотографиями контрафактного товара, видеозаписью процесса покупки. Кроме того, в материалы дела представлен спорный товар в качестве вещественного доказательства.  

Данные обстоятельства и документы ответчиком не оспорены.  

Таким образом, исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что их совокупностью подтверждается факт реализации ответчиком товара.  

Судом при визуальном сравнении нанесенного средство товарных знаков и дизайнов на представленных правоустанавливающих документах, установлено их визуальное сходство по форме, пропорциям, расположениям частей, цветовому решению, что позволяет сделать вывод о сходстве до степени смешения.  

В свою очередь ответчиком не представлено доказательств в подтверждение реализации гербицида, содержащего спорное изображение, на законных основаниях, как не представлено и доказательств введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия реализованного ответчиком товара с товарными знаками, принадлежащими истцу, в том числе доказательств предоставления истцом ответчику такого права.  

Довод ответчика о том, что он не знал о нарушении исключительных прав других лиц, не может быть признан судом обоснованным, поскольку исходя из характера предпринимательской деятельности, осуществляемой на свой риск и под свою ответственность, лицо обязано проявлять необходимую степень осторожности и осмотрительности и не допускать действий, которые могут быть квалифицированы как противоправные. Необходимость исполнения той или иной обязанности вытекает, прежде всего, из общеправового принципа, закрепленного в статье 15 Конституции Российской Федерации, согласно которому любое лицо должно соблюдать установленные законом обязанности. Вступая в отношения, урегулированные нормами права, лицо должно не только знать о существовании обязанностей, установленных для каждого вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона.  

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтверждается материалами дела.  

Как неоднократно указывал суд высшей судебной инстанции (в частности, определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 г. № 305-ЭС16-7224 и от 15.08.2016 г. № 305-ЭС16-7224), вопросы о наличии у истца исключительного права и об использовании его ответчиком (нарушении ответчиком исключительного права) являются вопросами факта, которые устанавливаются в судах первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им АПК РФ, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.  

К вопросам факта относится и определение размера подлежащей взысканию компенсации.  

В соответствии со статьей 1301 ГК РФ РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:  

-в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

-в двукратном размере стоимости экземпляров произведения; 

-в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.  

В пунктах 59, 60, 61, 62, 63, 64, 68 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 г. № 10 разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).  

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.  

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд по общему правилу определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.  

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.  

Вместе с тем, в постановлениях от 13.12.2016 г. № 28-П и от 28.10.2021 г. № 46-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества; интеллектуальная собственность охраняется законом (статья 44, часть 1); каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1), в том числе связанной с использованием результатов творческой деятельности; названные права наряду с другими правами и свободами человека и гражданина признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1).  

Гарантируя государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, Конституция Российской Федерации закрепляет при этом то, что их осуществление не должно нарушать права и свободы других лиц и что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 17, часть 3; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации).  

Приведенные положения Конституции Российской Федерации составляют основу политики государства в области охраны интеллектуальной собственности, правовое регулирование которой находится в ведении Российской Федерации (статья 71, пункт «о», Конституции Российской Федерации).  

Исходя из предписаний статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации Гражданский кодекс Российской Федерации в целях обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты как одного из основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1) закрепляет в качестве общего принципа правило о возмещении убытков (реального ущерба и упущенной выгоды), причиненных лицу, право которого нарушено, в полном объеме лицом, их причинившим (статья 15). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному  

нарушению; при этом, по смыслу части 1 статьи 15 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер установить невозможно (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25)).  

В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.  

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из части 3 статьи 1252 ГК РФ, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.  

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Допущение законом такой возможности - тем более принимая во внимание затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае правонарушения - нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства, не исключающего, в частности, при определении ответственности за нарушение обязательств взыскание с должника убытков в полной сумме сверх неустойки (часть 1 статьи 394 ГК РФ) и предусматривающего в качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав, помимо возмещения убытков, возможность установления законом или договором обязанности причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (часть 1 статьи 1064 ГК РФ).  

В исключение из общего правила, согласно которому предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное при осуществлении  

предпринимательской деятельности, предусмотренные частью 3 статьи 1252 данного Кодекса и, соответственно, его статьями 1301 и 1311, а также частью 4 статьи 1515, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если только он не докажет, что нарушение произошло вследствие непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 1250 ГК РФ).  

При этом нет оснований полагать, что статьями 1301, 1311 и ч. 4 ст. 1515 ГК РФ, равно как и другими, связанными с ними нормами гражданского законодательства не учитывается принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению: абзац второй части 3 статьи 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.  

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 06.06.1995 г. № 7-П, от 13.06.1996 г. № 14-П, от 27.10.2015 г. № 28-П и др.).  

Истцом выбрана компенсация, предусмотренная статьей 1301 ГК РФ, а именно: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Расчет исковых требований произведен исходя из размера компенсации 10 000 руб. 00 коп. за нарушение. При таком способе расчета компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 271073, № 486443, № 492998 составляет 75 000 руб. 00 коп.  

Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение прав истца на спорное изображение, а также доказательств, свидетельствующих о несоразмерности заявленной к взысканию компенсации, ответчиком в материалы дела не представлено.  

Ответчиком при рассмотрении спора заявлено о снижении компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства.  

Изучив данное ходатайство, проверив доводы, изложенные в нем, суд установил следующее.  

 Из «Картотеки арбитражных дел» усматривается, что правонарушение ИП ФИО2 на дату судебного заседания совершено единожды.  

Данные факты истцом в установленном порядке не оспорены, доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

На основании изложенного суд, принимая во внимание тот факт, что спорным товаром является гербицид, подделка которого несет более существенный риск для их потребителей, чем иные категории контрафакта, поскольку такая продукция изначально не является абсолютно безопасной, а также однократность нарушения, вероятные  

имущественные потери правообладателя, учитывая принципы разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, приходит к выводу об определении размера компенсации в размере 10 000 руб. 00 коп. – за один товарный знак.  

По убеждению суда, установленный общий размер компенсации 30 000 руб. 00 коп. за три нарушения соответствует принципам разумности и справедливости, соразмерен последствиям совершенного ответчиком нарушения, направлен на восстановление имущественного положения истца, при этом исключено неосновательное обогащение правообладателя.  

Требования в остальной части искового заявления признаются судом не обоснованными н не подлежащими удовлетворению.  

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. АПК РФ не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.  

Согласно статье 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.  

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (статья 110 АПК РФ).  

Как следует из пункта 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 г., при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.  

При обращении с иском в арбитражный суд истец оплатил государственную пошлину в размере 10 000 руб. 00 коп.  

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, то на ответчика относятся и взыскиваются с него в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. 00 коп.  

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 446 руб. 00 коп., расходов на оплату почтовых услуг в общем размере 92 руб. 00 коп.  

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.  

Заявленные истцом почтовые расходы, по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела, подтверждены квитанцией от 23.07.2025 г., в связи с чем, являются обоснованными и подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 36 руб. 80 коп.  

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 г. № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).  

Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 г. № 1).  

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.  

Заявленные истцом судебные издержки по восстановлению нарушенного права в размере 446 руб. 00 коп., понесены в связи с рассмотрением настоящего дела и документально подтверждены, в связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований в размере 178 руб. 40 коп.  

Несение истцом судебных издержек, связанных с получением выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, по мнению суда документально не подтверждено, поскольку не представлено ни сведений о том, что оплата за указанные услуги произведена ООО «ЮК «ФИО1 и партнеры», ни о том, что данное общество давало соответствующее поручение третьему лицу (ФИО3).  

Кроме того, суд обращает внимание на то, что в платежном поручении № 960771 с назначением платежа: «Оплата госпошлины за выписку из ЕГРИП в отношении ФИО2» отсутствует дата списания платежа, а сама выписка непосредственно представлена в копии и за период времени, превышающий 3 месяца до даты обращения с иском в суд.  

При таких обстоятельствах, суд отказывает истцу во взыскании судебных издержек, связанных с оплатой госпошлины за получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика.  

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб. 00 коп.  

В силу статьи 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.  

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы по оплате услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в суде.  

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.  

В обоснование заявленных требований истец ссылается на договор об оказании юридических услуг от 10.06.2024 г. между ООО «ЮК «ФИО1 и партнеры» и ИП ФИО4, платежное поручение от 19.07.2025 г. № 952 на сумму 10 000 руб. 00 коп.  

Согласно пункту 28 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 1 от 21.01.2016 г.), после принятия итогового судебного акта по делу лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в суд с заявлением по вопросу судебных издержках, понесенных в связи с рассмотрением дела, о возмещении которых не было заявлено при его рассмотрении.  

Согласно пункту 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 г. № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» (далее – информационное письмо от 05.12.2007 г. № 121) лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность. По пункту 10 информационного письма от 05.12.2007 г. № 121 наличие собственной юридической службы само по себе не препятствует возмещению судебных расходов на оплату услуг представителя.  

Конституционный суд Российской Федерации в своих определениях от 25.02.2010 г. № 224-О-О, от 21.12.2004 г. № и от 20.10.2005 г. № 355-О разъяснил, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому, в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.  

В отсутствие доказательств чрезмерности понесенных стороной судебных расходов суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах лишь при условии, что сумма заявленного требования явно превышает разумные пределы.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 г., реализации права на судебную защиту наряду с другими правовыми средствами служит институт судебного представительства, обеспечивающий заинтересованному лицу получение квалифицированной юридической помощи (статья 48 Конституции Российской Федерации), а в случаях невозможности непосредственного (личного) участия в судопроизводстве - доступ к правосудию.  

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенным в постановлении Президиума от 24.07.2012 г. № 2545/12, суд вправе по собственной инициативе возместить расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, в разумных, по его мнению, пределах, поскольку такая обязанность является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. При определении разумного предела оплаты услуг представителя следует установить наличие в производстве арбитражного суда аналогичных дел, исследование нормативной базы, количество проведенных судебных заседаний и их продолжительность, и т.п.  

Учитывая, что истцом доказано несение расходов на оплату услуг представителя, суд, принимая во внимание частичное удовлетворение исковых требований, полагает возможным взыскать с ответчика судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 4 000 руб. 00 коп.  

В части 2 статьи 168 АПК РФ указано, что при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.  

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.  

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (часть 2 статьи 80 АПК РФ).  

Вместе с тем АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ).  

Так, в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 ГК РФ).  

При таких обстоятельствах приобщенное к материалам дела вещественное доказательство не может быть возращено и подлежит уничтожению.  

Руководствуясь статьями 110, 111, 167-171, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя Аминзоды Алимардона Рахмиджона (399770, 

<

...>, ОГРНИП: 

<

***>, Дата присвоения ОГРНИП: 19.12.2023г., ИНН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «ФИО1 и Партнеры» (344082, 

<

...> влд. 44,  

Литера Б, ком. 1, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 22.11.2017г., ИНН: 

<

***>) компенсацию за нарушение прав на товарные знаки № 271073, № 486443, № 492998 в размере 30 000 руб. 00 коп., а также расходы на оплату государственной пошлины в размере 4 000 руб. 00 коп., расходы, связанные с приобретением товара, в размере 178 руб. 40 коп., почтовые расходы в размере 36 руб. 80 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 4 000 руб. 00 коп.  

В удовлетворении остальной части искового заявления и заявления о взыскании судебных издержек отказать.  

Вещественное доказательство – гербицид «Лизурит» 3 шт., уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения срока установленного на его обжалование в кассационном порядке.  

Решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению. Указанное решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.  

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.  

По заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.  

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». В этом случае арбитражным судом решение принимается по правилам, установленным главой 20 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если иное не вытекает из особенностей, установленных настоящей главой.  

Мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.  

В случае составления мотивированного решения арбитражного суда такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.  

В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.  

Судья Е.А. Истомина