Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32, тел.: (861) 293-81-03,

сайт: http://www.krasnodar.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Краснодар Дело № А32-48228/2024резолютивная часть объявлена 16 сентября 2024 г. полный текст изготовлен 23 сентября 2024 г.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Гордюка А.В., при ведении протокола помощником судьи Дуплякиной О.К., при участи: от ответчика – ФИО1 (доверенность), в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещённых о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению ООО «ПКО Траст» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к ООО Страховая компания «Гелиос» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о взыскании страхового возмещения (третье лицо – «Азиатско-Тихоокеанский банк» (АО) (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), установил следующее.

ООО «ПКО Траст» (ранее - ООО «Траст») (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО Страховая компания «Гелиос» (далее – ответчик) о взыскании страхового возмещения размере 238 566,13 рублей, расходов по уплате госпошлины в размере 7 771 рублей. 

Определением от 23.08.2024 исковое заявление принято к производству.

В заседании ответчик высказал позицию относительно заявленных требований, ходатайствовал  о применении срока исковой давности. 

Учитывая отсутствие возражений участвующих в деле лиц, арбитражный суд, закрыв предварительное судебное заседание, перешёл к рассмотрению дела по существу, открыв судебное заседание по правилам части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании объявлен перерыв до 16.09.2024 на 16 часов 00 минут. После перерыва заседание продолжено в отсутствие участвующих в деле лиц.

Арбитражный суд Краснодарского края, исследовав материалы дела и выслушав участвующих в деле лиц, полагает, что в удовлетворении требований надлежит отказать.

Как следует из искового заявления, между ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (Банк) и ООО «Траст» 05.12.2019 заключен договор (уступки прав (требований)) № Т-4/2019 (далее – договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «Траст» право требования к физическим лицам по кредитным договорам в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а также права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору 

<

***> от 22.12.2012, заключенному между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» и ФИО2 (заемщик). Одновременно с уступкой прав требования из Кредитных договоров к ООО «Траст» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (п. 1.1. договора цессии).

По условиям кредитного договора с ФИО2 Банк предоставил заемщику кредит в размере 329 308,45 рублей под 25,90 % годовых сроком до 22.12.2017. 

На основании Приложения № 1 к договору цессии к ООО «Траст» перешло право требования исполнения ФИО2 обязательств по кредитному договору в размере 238 566,13 рублей.

22 декабря 2012 года (в день подписания кредитного договора) ФИО2 подписал заявление (согласие) на страхование жизни и здоровья заемщиков кредита, заключенным между ОАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» и ООО СК «Гелиос Резерв» (далее – договор страхования).

В соответствии с Заявлением на страхование страховыми случаем является смерть застрахованного лица, наступившая в результате болезни или несчастного случая.

Банк является выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая. Из содержания заявления страхования следует, что страховая выплата предназначена для погашения задолженности по кредиту 

<

***> от 22.12.2012.

После уступки права требования ООО «Траст» стало известно о смерти ФИО2 Смерть Застрахованного наступила 22.01.2017 в пределах срока договора страхования (справка о смерти № А-03754 выданная Отделом по Ангарскому городскому округу службы записи актов гражданского состояния Иркутской области от 06.06.2024).

Из содержания Заявления на страхование следует, что страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает страховое возмещение в размере 100 % страховой суммы, но не более размера кредитной задолженности застрахованного на момент наступления страхового случая.

Страховая сумма составляет 329 308,45 рублей. Сумма задолженности ФИО2 по кредитному договору составила 238 566,13 рублей.

До настоящего момента платежей в счет погашения задолженности по кредитному обязательству не поступало. Следовательно, сумма страховой выплаты составляет 238 566,13 рублей.

17 июня 2024 года ООО ПКО «Траст» в адрес ООО Страховая компания «Гелиос» направило уведомление (требование) о наступлении страхового случая. Ответчик страховое возмещение не произвел.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Ответчик направил возражение на иск, указав, что к ООО «ПКО Траст» не перешло право требования по данному кредитному договору. Также ответчик ходатайствовал о применении срока исковой давности.

Арбитражный суд Краснодарского края, оценивая обоснованность заявленных требований, исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В соответствии с пунктом 2 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица.

В заявлении на страхование ФИО2 согласился с тем, что при наступлении страхового случая выгодоприобретателем по договору страхования будет ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк».

В силу статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица (пункт 2 статьи 934), допускается лишь с согласия этого лица. 

Из совокупного толкования указанных норм следует, что специальными императивными нормами ст.ст. 934, 956 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность замены выгодоприобретателя по договору личного страхования только с согласия застрахованного лица с письменным уведомлением страховщика. Следовательно, поскольку имеется, предусмотренный законом запрет на замену выгодоприобретателя, то права выгодоприобретателя по договору страхования при отсутствии письменного согласия застрахованного не переходят к истцу в силу п. 1 ст. 384, п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации несмотря на заключённый договор уступки прав требований. 

Согласие ФИО2 на замену Выгодоприобретателя и письменное уведомление в адрес ответчика  отсутствует в материалах дела.

Таким образом, истец не является выгодоприобретателем по договору страхования.

Также ответчик ходатайствовал о применении срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Институт страхования, с точки зрения своей правовой природы и экономического содержания, ориентирован на то, что при заключении соответствующего договора одна сторона (страхователь) получает гарантии защиты своих имущественных интересов в случае наступлении события, попадающего по своим критериям в категорию страхового случая, а другая сторона (страховщик), гарантируя соответствующую защиту, получает прибыль. 

При этом нормами Гражданского кодекса Российской Федерации  установлен ряд обязанностей сторон договора страхования, в том числе – обязанность страхователя по уведомлению страховщика о наступлении страхового случая - в соответствии с пунктом 1 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации, страхователь по договору имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ уведомления, оно должно быть сделано в условленный срок и указанным в договоре способом. 

Такая же обязанность лежит на выгодоприобретателе, которому известно о заключении договора страхования в его пользу, если он намерен воспользоваться правом на страховое возмещение.

При этом неисполнение обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, дает страховщику право отказать в выплате страхового возмещения, если не будет доказано, что страховщик своевременно узнал о наступлении страхового случая либо что отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение (пункт 2 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 статьи 961 Гражданского кодекса правила, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, соответственно применяются к договору личного страхования, если страховым случаем является смерть застрахованного лица или причинение вреда его здоровью. При этом устанавливаемый договором срок уведомления страховщика не может быть менее тридцати дней.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» также разъяснено, что статьей 961 Гражданского кодекса Российской Федерации на страхователя (выгодоприобретателя) возлагается обязанность по уведомлению страховщика либо его представителя о наступлении страхового случая определенным способом и в определенные сроки. Обязанность по представлению одновременно с этим уведомлением всех необходимых документов на страхователя (выгодоприобретателя) законом не возлагается.

Таким образом, учитывая системное толкование указанных выше норм права, с момента уведомления страховщика о наступлении страхового случая страхователь вправе рассчитывать (при соблюдении прочих условий) на получение страхового возмещения, а также на судебную защиту своих прав и интересов при несоблюдении страховщиком условий договора и положений действующего законодательства. 

При реализации указанного выше права на судебную защиту необходимо учитывать установленные действующим законодательством правила исковой давности.

В настоящем случае, 22.01.2017 застрахованное лицо (заемщик) умер. 

Банк за выплатой страхового возмещения к страховщику не обращался. 

Исковое заявление по настоящему делу поступило в арбитражный суд в 22.08.2024 года, то есть спустя семь лет с момента смерти заемщика. 

Соответственно, банк, как особый профессиональный участник гражданского оборота, действуя разумно и добросовестно, имея информацию о неоплате очередного кредитного платежа ФИО2, мог в разумный срок получить и информацию о причине данной просрочки, а также последующих неоплат, и, соответственно, сообщить о смерти ФИО2 страховщику с инициированием получения страховой выплаты.

Общество, заключая договор цессии с банком, не предпринимало мер по установлению статуса застрахованного лица, не уточнило у банка информацию о заемщике.

Следовательно, истец, заключая договор цессии без наличия информации о статусе заемщика, не проявил должной степени разумности и осмотрительности. Такое поведение общества, в свою очередь, привело к обращению с исковым заявлением с пропуском срока исковой давности.

Таким образом, истцом пропущены сроки для предъявления иска.

С учётом изложенного, суд считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

С учетом изложенного и руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л :

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

 

Судья А.В. Гордюк