СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13375/2020(5,6)-АК

Дело № А60-13394/2020

16 августа 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  16 августа 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова  В. И., 

судей  Темерешевой  С.В., Шаркевич М.С.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1 

при участии  (он-лайн):

от  ФИО2 – ФИО3  (доверенность от 25.10.2022); 

от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 07.04.2022, удостоверение адвоката).

конкурсный управляющий ФИО6 – паспорт, 

лица , участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, ФИО4 

на определение Арбитражного  суда  Свердловской области от 13 июня 2023 года по делу № А60-13394/2020,

по заявлению  конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному в рамках дела № А60 - 13394/2020 по заявлению ФИО7 (адрес: 

<

...>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Урал М» (ОГРН:         

<

***> , ИНН: 

<

***>; далее - общество «Урал М») несостоятельным (банкротом) .

заинтересованные лица с правами ответчиков: ФИО2, ФИО8, ФИО4.

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 19.03.2020 поступило заявление ФИО7 о признании общества «Урал М» несостоятельным (банкротом).

         Определением суда от 02.10.2020 в отношении общества «Урал М» введена процедура наблюдения до 25.02.2021; временным управляющим должника утвержден ФИО9, член ПАУ ЦФО Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа»; судебное заседание по рассмотрению дела о банкротстве общества «Урал М» назначено на 11.02.2021.

         Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 181 (6902) от 03.10.2020.

         Решением от 05.03.2021 процедура наблюдения в отношении должника прекращена, общество «Урал М» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, до 26.08.2021; исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО9

        В Арбитражный суд Свердловской области 04.08.2021 поступило заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО9 о привлечении контролирующего должника лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Одновременно арбитражным управляющим заявлено ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество и денежные средства, принадлежащие ФИО2

      Определением от 05.08.2021 данное заявление принято к рассмотрению в судебном заседании 13.09.2021.

       К  участию в споре в качестве соответчиков привлечены ФИО4 и ФИО8 

       От конкурсного управляющего 17.04.2023 поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, в соответствии с которым конкурсный управляющий просит в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскать солидарно с ФИО4, ФИО2 и ФИО8 в пользу общества «Урал М» денежные средства в размере 2 020 031 руб. 95 коп.

        Определением Арбитражный суд Свердловской области от 13 июня 2023 в удовлетворении заявленных  требований отказано.

         Не согласившись с определением ,  ФИО2 и ФИО4 обратились  с апелляционными жалобами, в которых  просят  его отменить,  принять  новый  судебный  акт.

        ФИО2  в  своей  апелляционной жалобе просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4, ссылается на то, что невозможность погашения требований кредиторов  возникла в результате действий ФИО4 по истребованию компенсационного финансирования.

         Следующие ключевые решения ФИО4 привели к возникновению задолженности перед кредиторами и невозможности полного погашения указанных требований: отказ ФИО4 от предусмотренных законом механизмов капитализации через взносы в уставный капитал.

       На первоначальном этапе деятельности общества ФИО4 передал денежные средства в пользу должника в нарушение требований закона не в качестве вклада в уставный капитал, а в качестве целевого займа. Тем самым обезопасив свой актив и обходя риски, связанные с возможным обращением кредиторов, а также организовав механизм контроля за деятельностью общества.

       Истребование компенсационного финансирования с нарушением принципов добросовестности и разумности.

       Действия ФИО4 по истребование денежных средств, переданных обществу именно в качестве займа, привело к предъявлению заявлению о банкротстве общества и возникновению кредиторской задолженности (расходы на оплату юридических услуг, вознаграждение арбитражного управляющего, охрана АГЗС).

       В случае если бы ФИО4 действовал разумно и добросовестно в интересах общества (а не личных) на сегодняшний день общество не имело бы непогашенных требований перед кредиторами.

       Предъявляя заявления о банкротстве ФИО4 преследовал единственную цель - оказание давления на ФИО2 и ФИО8 в рамках существующего корпоративного конфликта, выраженное в привлечении к субсидиарной ответственности последних и истребования имущества Урал М.

       Заключение соглашение об уступке прав требования по договору целевого займа в пользу ФИО7 свидетельствует о полной осведомленности ФИО4 о корпоративной природе (вклад в уставный капитал) предоставленного займа.

       ФИО4 в своей  апелляционной жалобе просит  привлечь к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО2

       В обоснование доводов данный  заявитель, в том числе,   ссылается на то, что судом проигнорировано, что отказ в удовлетворении требований о привлечении ФИО8, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательства ООО «Урал М», фактически влечет лишение ФИО7 как кредитора права на судебную защиту.

        Судом не учтено, что сумма займа в размере 8 500 000 рублей, перечисленная ФИО4 в пользу ООО «Урал М» по договору инвестиционного займа № 1 от 12.09.2014 года предоставлена им не за счет собственных средств, а была получена им как индивидуальным предпринимателем - субъектом предпринимательской деятельности на основании Кредитного соглашения № 721/5902-0000821 от 06.08.2014 года, заключенного с ПАО «Банк ВТБ» (Апелляционное определение Свердловского областного суда от 21.01.2020 года по делу № 33-238/2020), вследствие чего он вынужден был единолично исполнять обязательств по возврату кредита, уплате процентов .

       ФИО8 как генеральный директор ООО «ТЭК- СтройСервис» и ФИО2 как директор ООО «Урал М», распорядившись денежными средствами, предоставленными ИП ФИО4 на основании договора инвестиционного займа № 1 от 12.09.2014 года, посредством их перечисления в пользу ООО «СК Димарк» по договору подряда № 1 от 15.09.2014 года, действуя добросовестно и разумно должны были осознавать условия их получения, возникновение обязательств по их возврату, уплате процентов за пользование суммой займа.

         В результате скоординированных действий именно ФИО8 как генерального директора ЗАО «ТЭК-СтройСервис» и ФИО2 как директора ООО «Урал М», денежные средства в общей сумме 8 400 000 рублей были перечислены «транзитом» через ЗАО «ТЭК-СтройСервис» в пользу ООО «СК Димарк».

        Существенное значение имеет тот факт, что денежные средства в общей сумме 8 400 000 рублей были перечислены в пользу ООО «СК Димарк», преждевременно, в отсутствие как фактических, так и правовых оснований, вопреки порядку оплату, определенному в п. 3.3.1. - 3.3.4. договоров подряда, поскольку обязательства по оплате стоимости работ у ООО «Урал М» и ЗАО «ТЭК-СтройСервис» не возникли.

         В результате необоснованного бездействия ФИО8 как генерального директора ЗАО «ТЭК-СтройСервис» и одновременно участника ООО «Урал М», а также ФИО2 как участника и директора ООО «Урал М» по осуществлению контроля за выполнением работ ООО «СК Димарк», не было завершено строительство АГЗС, вследствие чего должник лишился возможности использовать ее для ведения предпринимательской деятельности;

         Судом не учтен факт совершения ФИО8 и ФИО2 недобросовестных, умышленных действий по формированию у должника искусственной кредиторской задолженности перед ООО «ЧОП Феникс», ООО «Ваш бухгалтер», попытке включения в реестр кредиторов фиктивных требований, что установлено в Определении Арбитражного суда Свердловской области об отказе во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника от 25.08.2021 года, в Определении Арбитражного суда Свердловской области об отказе во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника от 24.02.2022 года.

         В судебном заседании представители заявителей поддержали изложенные в апелляционных жалобах доводы , просили их удовлетворить, против  доводов  апелляционных жалоб  друг  друга  возражали. 

         Конкурсный управляющий оставил вопрос  об удовлетворении апелляционных жалоб на  усмотрение суда. 

          В удовлетворении ходатайства ФИО2 о  представлении отзыва на жалобу ФИО4   отказано, поскольку  он  представлен в материалы  дела 14.08.2023 г., за  один  рабочий  день  до судебного заседания, доказательства направления  копий  отзыва лицам,  участвующим  в деле, не представлены.   

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

          Как следует из материалов дела, общество «Урал М» зарегистрировано при создании 26.09.2007. Учредителями общества «Урал М» являются ФИО4, ФИО2 и ФИО8 с долями 33,33 % в уставном капитале общества, директором - ФИО2 Основной вид деятельности - оптовая торговля твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами.

         В обоснование заявленных требований о  привлечении к субсидиарной  ответственности конкурсный управляющий указал на наличие оснований для привлечения к ней  ФИО2 в связи с неисполнением данным лицом обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 9, пункт 2 статьи 10, пункт 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), а также в связи с неисполнением данным лицом обязанности по сохранности и передаче конкурсному управляющему документации должника (подпункты 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 и ФИО8 за совершение действий, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 4 статьи 10, пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

         Отказывая  в  удовлетворении заявленных  требований, суд  первой  инстанции  пришел  к  выводу  о  том, что  обстоятельства, необходимые и достаточные для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не доказаны.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав нормы материального и процессуального права, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, отзыва на нее, заслушав  лиц, участвующих в судебном заседании, считает, что оснований для отмены определения суда не имеется в силу следующего.

          В связи с тем, что обстоятельства, которые, как считает конкурсный управляющий, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, имели место в 2015 году, то есть до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

        Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий общества «Урал М» просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Урал М» в связи с неисполнением им обязанности по сохранности и передаче конкурсному управляющему документации должника.

        Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве (здесь и далее - в редакции от 29.12.2014) руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

       Указанное требование Закона обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

        Невыполнением руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

        В абзаце 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержится презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего должника лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

        Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

        В обоснование данного требования конкурсный управляющий указал, что в бухгалтерском балансе общества «Урал М» не отражены активы должника: земельный участок площадью 15 690 кв. м, кадастровый номер 66:68:0101002:579 (принадлежащий на праве аренды в соответствии с договором от 23.03.2017 № 8), незавершенный строительством объект с кадастровым номером 66:68:0101002:1757. Также не отражены данные о наличии кредиторской задолженности по договору инвестиционного займа и данные о дебиторской задолженности по договору подряда. Также конкурсный управляющий указывает на непередачу документов по объекту строительства АГЗС, что затрудняет мероприятия по инвентаризации и оценке объекта и, как следствие, формирование, оценку и реализацию конкурсной массы.

          Вместе с тем, как усматривается из материалов дела, в ходе рассмотрения настоящего спора производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостанавливалось до реализации активов должника в ходе конкурсного производства.

          Конкурсным управляющим объявлено о проведении открытых электронных торгов в форме аукциона по продаже указанного имущества - объекта незавершенного строительства, сооружение газохимического комплекса, кадастровый номер 66:68:0101002:1757.

          По результатам проведенных торгов с лицом, признанным победителем, заключен договор купли-продажи от 20.01.2023  №      1, имущество передано покупателю по акту приема-передачи от 24.01.2023.

         Как пояснил конкурсный управляющий, в установленный месячный срок покупателем была произведена оплата приобретенного имущества, поступившие от реализации имущества должника денежные средства направлены на расчеты с кредиторами.

         Факт передачи бывшим руководителем части документов конкурсному управляющему конкурсным управляющим не оспаривается. Обстоятельства злостного уклонения ФИО2 от исполнения обязанности по передаче документации должника в ходе рассмотрения настоящего дела не установлены.

С учетом изложенного, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о том, что непредставление ФИО2 документов объективно затруднило формирование конкурсной массы и произведение расчетов с кредиторами, суд не усмотрел оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по приведенному основанию .

           Доводов  ,  опровергающих  выводы  суда в части  отказа  в привлечении к субсидиарной  ответственности по  данному основанию апелляционные жалобы не содержат.  

            В обоснование заявленных требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением данным лицом обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом конкурсный управляющий сослался на то, что ни одного платежа по договору инвестиционного займа от 12.09.2014 № 1 обществом «Урал М» не было произведено . 

          При этом объективная возможность погасить данную задолженность отсутствовала, поскольку хозяйственные показатели общества «Урал М» были нулевыми, активы, позволяющие осуществлять хозяйственную деятельность, отсутствовали. По мнению управляющего, руководитель должника - ФИО2 обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Урал М» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.01.2015.

          Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; в иных предусмотренных Законом о банкротстве случаях.

         При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

          В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:   возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

         Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

        Нормы пункта 1 статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения .

           В данном случае судом в ходе рассмотрения настоящего спора таких обстоятельств не установлено.

           Как усматривается из материалов дела, задолженность перед ФИО4, возникла из договора инвестиционного займа от 12.09.2014 № 1 и впоследствии на основании договора от 27.12.2018 была уступлена ФИО7, которая является заявителем по настоящему делу о банкротстве.

          В ходе рассмотрения обоснованности заявленных ФИО7 требований в размере 10 937 177 руб. 89 коп., в том числе долг в сумме 6 174 278 руб. 25 коп., проценты в сумме 4 762 899 руб. 64 коп., судебные расходы в сумме 60 000 руб., арбитражный суд признал требования ФИО7 подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2021 по настоящему делу).

         В рамках указанного спора, исследовав обстоятельства предоставления заемных денежных средств, заявленных ко включению в реестр требований кредиторов должника, а также деятельность должника в период, предшествующий предоставлению займа, установив в том числе на основании анализа выписки по счету должника, что какие-либо платежи от хозяйственной деятельности не поступали, проходившие через расчетный счет платежи имели своим назначением оплату комиссий за обслуживание счета, получение заемных средств, но не расчеты с контрагентами по текущим хозяйственным операциям, суд заключил, что после своего создания в 2007 году общество «Урал М» фактически не вело предпринимательской деятельности; только после предоставления участником финансирования в виде займа в 2014 году общество приступило к строительству АГЗС (разрешение       на строительство получено 27.11.2014). Суд также проанализировал бухгалтерскую отчетность должника за 2007 г., 2013 г., 2014 г., согласно которой общество «Урал М» в течение анализируемого периода не имело оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств; баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру, уровень оборотных активов не повышался за счет выручки получаемой от третьих лиц; формирование оборотных средств в данный период происходило исключительно за счет предоставляемых займов. Данные обстоятельства в совокупности с отсутствием иных доказательств какой-либо финансовой и хозяйственной активности до 2014 г. было признано судом достаточным для вывода о предоставлении займа в начальный период осуществления предпринимательской деятельности общества, так как до этого общество фактически не функционировало.

          На основании установленных фактических обстоятельств, условий и целей предоставления заемных средств, их дальнейшего расходования, с учетом приведенных в Обзоре от 29.01.2020 разъяснений, суд пришел к выводу, что фактически имело место дофинансирование должника займом со стороны заинтересованного по отношению к нему лица, воспользовавшегося механизмом заемных отношений с целью перераспределения риска утраты крупного вклада на случай банкротства, в связи с чем признал требование ФИО7 подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

         Независимые кредиторы, требования которых в дальнейшем были  включены  в реестр , в указанный конкурсным управляющим период отсутствовали. Задолженность перед текущими кредиторами сформировалась в ходе рассмотрения настоящего дела и вытекает из правоотношений по договору аренды земельного участка, а также расходов конкурсного управляющего за ведение процедуры банкротства.

           При этом общество «Урал М» обладало активами в виде объекта незавершенного строительства (АГЗС), расположенного на земельном участке, предоставленном ему на праве аренды.

           Таким  образом , конкурсный управляющий в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил доказательств, свидетельствующих о наличии кредиторов, требования перед которыми возникли на 01.01.2015, и подтверждающих наличие признаков несостоятельности должника на указанную дату.

           При таких обстоятельствах, с учетом существа заемных обязательств, возникших перед ФИО4, суд не усмотрел оснований для вывода о том, что по состоянию на январь 2015 г. у общества «Урал М» имелись признаки объективного банкротства, очевидные для руководителя должника и обязывающего последнего обратиться с заявлением о банкротстве общества.

       Совокупность предусмотренных условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с необращением им в качестве руководителя должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.  

        Доводов  в  опровержение указанных  выводов  суда  апелляционные жалобы не содержат.   

       Обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий указал на совершение контролирующими должника лицами действий, повлекших за собой причинение вреда правам и имущественным интересам конкурсных кредиторов.

        Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям, предусмотрено, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

        Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

        Аналогичная норма предусмотрена пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

      При этом закон не содержит исчерпывающий перечень обстоятельств, которые могут быть расценены судом в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Положения Закона о банкротстве содержат лишь перечень опровержимых презумпций. Вместе с тем совершение со стороны контролирующих должника лиц действий (бездействия) формально не подпадающих под признаки установленных законом презумпций, не является основанием для отказа в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности виновных лиц.

         Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления № 53 Пленума  ВС РФ  от от 21 декабря 2017 г. , под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

        Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

          Как утверждает ФИО4   , оплата по договору подряда с ЗАО «ТЭК-СтройСервис» произведена обществом «Урал М» с опережением установленного договором графика. При этом несмотря на неисполнение подрядчиком работ по договору, обществом «Урал М» не было предпринято мер к понуждению подрядчика к исполнению договора, равно как и к возврату предварительно оплаченных денежных средств. В настоящий момент трехлетний срок исковой давности для предъявления требований к обществу «ТЭК-СтройСервис» истек. Таким образом, бездействие контролирующих должника лиц привело к невозможности возврата денежных средств в сумме 8 400 000 руб. в конкурсную массу должника, действия ФИО4, ФИО2 и ФИО8 выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности и делового оборота. 

         Вместе с тем,  как правомерно указал суд первой  инстанции ,  доводы конкурсного управляющего о транзитном характере перечислений и искусственном формировании задолженности не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения настоящего спора.

        Из представленных в материалы дела документов следует, что в рассматриваемом случае внутреннее финансирование с использованием конструкции договора инвестиционного займа осуществлялось добросовестно.

        Целевой характер займа подразумевал возврат займа за счет денежных средств, полученных от эксплуатации АГЗС.

         Из материалов дела усматривается, что обществу «Урал М» 27.11.2014 выдано разрешение на строительство сроком до 30.06.2015, в последующем действие разрешения продлено до 01.10.2015. О реальности хозяйственных отношений, возникших в связи со строительством АГЗС, свидетельствуют материалы уголовного дела, реестровое дело, акты приемки выполненных работ.

          Данные документы раскрывают существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения, как самой заемной сделки, так и ее соотношения с отношениями по договору подряда. То есть в данном случае выдача займа и последующие денежные операции были обусловлены разумными экономическими причинами.

        Ответчиками ФИО2 и ФИО8  в ходе рассмотрения настоящего спора представлены пояснения относительно причин недостижения цели, преследуемой при заключении договора подряда, которые в рассматриваемом случае не были связаны с ненадлежащим осуществлением ответчиками функций управления обществом.

        Суд исходит из того, что причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств применительно к заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности - невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц - судом не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

       Судом не установлено злонамеренности действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов.

Довод ФИО2 о том, что невозможность погашения требований кредиторов возникла в результате действий ФИО4 по  истребованию компенсационного финансирования исследован  и отклонен ,  поскольку в данном случае выдача займа и последующие денежные операции были обусловлены разумными экономическими причинами. Факт предоставления ФИО4 компенсационного финансирования    установлен вступившим в законную силу  судебным актом  ,  реализация  права на  возврат такого финансирования   не может  являться  основанием для  привлечения  к субсидиарной  ответственности. 

 Однако вместе с тем,   в соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о  банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Следовательно ,  требования правопреемника ФИО4 – ФИО7 в силу  закона не могут  учитываться при  определении размера субсидиарной ответственности.  

 Также суд  апелляционной инстанции отмечает, что до  момента истребования  ФИО7 компенсационного финансирования должник не имел  кредиторов и  был  наделен имуществом (АГЗС).

Конкурсным управляющим , а также  заявителем апелляционной  жалобы ФИО4 не  представлено доказательств того,  что в результате заключения  договора подряда №  1  от 15.09.2014  между  ЗАО «ТЭК-Строй Сервис» и  ООО «СК Димарк» был причинен существенный  вред  независимым кредиторам  ООО  «Урал М».

Также  суд  апелляционной  инстанции  находит заслуживающими внимания  доводы ответчика  ФИО2 о  том,  что ФИО4, являясь одним из контролирующих должника лиц, предоставив компенсационное  финансирование , активно  участвовал в дальнейшем  направлении денежных  средств на выполнение строительно-монтажных работ , в том  числе,  в  адрес ООО «СК Димарк», являлся одним из участников и   ликвидатором общества «ТЭК-СтройСервис», самостоятельно перечислял  ООО «СК Димарк» денежные средства в сумме 4 900 000 руб. в качестве оплаты по договору № 1 от 12.09.2014 г., которые были возвращены ему  15.04.2019  в качестве возврата неверно перечисленных денежных средств. Также  между  ИП ФИО4 и ООО «СК Димарк» имело место движение денежных средств – 03.04.2014 в адрес ООО «СК Димарк»  перечислено  5 000 000 руб. , 05.12.2014 ООО «СК Димарк» возвращены ИП ФИО4 5 000 000 руб. в качестве возврата неверно перечисленных денежных средств. Какого-либо экономического смысла в указанных перечислениях не усматривается , пояснений относительно их обоснованности ФИО4 не представлено. 

В этой  связи суд апелляционной инстанции соглашается с доводами ФИО2 и ФИО8 о том, что ФИО4  ,  наряду  с  другими ответчиками ,  принимал участие в привлечении   ООО «СК Димарк»  для проведения работ по строительству АГЗС и  в  выборе  указанного контрагента. 

В  связи  с  этим довод ФИО4  о  том,   что  подрядчик ООО «СК Димарк»  был  привлечен и  оплата  его  услуг  осуществлялась   исключительно в связи  с  недобросовестным  и  неразумным  поведением   ФИО2 и ФИО8 подлежит  отклонению . 

Ссылки ФИО4 на то, что в результате бездействия  ФИО2 возникли обязательства перед ФИО10 исследованы и отклонены , поскольку возникновение данных  обязательств  не связано с  недобросовестным поведением указанного ответчика ,  основания для  привлечения  его к субсидиарной  ответственности либо  для  взыскания  убытков не установлены.     Определением Арбитражного  суда  Свердловской области от  24.02.2021 г.  о  включении  указанных  требований  в реестр установлено ,  что  заключение договора между ООО «Урал М» и ИП ФИО10 было экономически обоснованным, действия указанного представителя должника были направлены на защиту интересов должника в рамках имеющегося процесса с ФИО7, при этом судом принято во внимание, что при рассмотрении в суде общей юрисдикции требования ФИО7 были удовлетворены частично, в том числе в результате заявленного указанным представителем должника пропуска срока исковой давности, с приложением расчета.

Довод ФИО4  о  том, что  судом не учтен факт совершения ФИО8 и ФИО2 недобросовестных, умышленных действий по формированию у должника искусственной кредиторской задолженности перед ООО «ЧОП Феникс», ООО «Ваш бухгалтер», исследован  и  отклонен, так как данные  кредиторы в  реестр  требований  кредиторов  не включены , оснований считать установленные в судебных  актах об  отказе  в их  включении в  реестр обстоятельства достаточными  для привлечения указанных  ответчиков к субсидиарной  ответственности отсутствуют.  

Учитывая, что апеллянты  в жалобах не ссылаются на доказательства которые бы опровергали выводы суда первой инстанции , апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

       При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого решения, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции при  вынесении определения  от 13.06.2023 г. норм материального и (или) процессуального права апелляционным судом не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.  

        В  соответствии  со  ст. 110 АПК  РФ  госпошлина  по  апелляционным жалобам не взыскивается. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 июня 2023 года по делу № А60-13394/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов 

 

Судьи

 

С.В. Темерешева 

 

 

М.С. Шаркевич