ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-12387/2020

27 декабря 2023 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  21 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме  27 декабря 2023 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Брежневой О. Ю., Целых М. П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11550/2023) общества с ограниченной ответственностью «Леглайн» (ИНН 9701018563, ОГРН 5157746019107, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Басманный, ул. Покровка, д. 33, далее – ООО «Леглайн») на определение от 04.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-12387/2020 (судья Дябин Д. Б.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПКФ Сиблифт» (ИНН 5506233369, ОГРН 1145543045394, г. Омск, ул. Индустриальная, д. 11, далее – ООО «ПКФ Сиблифт», должник) Климентова Ивана Сергеевича к ООО «Леглайн» о признании недействительными сделками договоры от 28.06.2021 № СБ/ЮР-37, от 28.06.2021 № СБ/35-8, применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПКФ Сиблифт»,

при участии в судебном заседании представителей:  

от конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 01.03.2023,

от акционерного общества «ИНВЕСТТОРГБАНК» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, далее – АО ИТБ) –ФИО4 по доверенности от 18.09.2023 № 458/ИТБ,  

конкурсного управляющего ООО «Леглайн» – ФИО5 (лично, по паспорту),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Городская механика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, э/пом/ком/ 5/ХI/42, далее – ООО «Городская механика») обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании ООО «ПКФ Сиблифт» несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением суда от 21.07.2020.

Определением от 07.10.2020 Арбитражного суда Омской области вышеуказанное заявление оставлено без рассмотрения.

Постановлением от 14.12.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение от 07.10.2020 Арбитражного суда Омской области отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановлением от 25.02.2021 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа постановление от 14.12.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда отменено, оставлено в силе определение от 07.10.2020 Арбитражного суда Омской области.

Определением от 15.09.2021 Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) по делу № 304-ЭС21-5485 постановление от 14.12.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда оставлено без изменения.

Определением от 13.05.2022 Арбитражного суда Омской области, оставленным без изменения постановлением от 15.08.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, заявление ООО «Городская механика» признано обоснованным, в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО6.

Решением от 02.03.2023 (резолютивная часть от 21.02.2023) Арбитражного суда Омской области ООО «ПКФ Сиблифт» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев (до 21.08.2023), конкурсным управляющим должником утверждён ФИО2 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий ООО «ПКФ Сиблифт» обратился 17.10.2023 в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками договоры, заключённые должником с ООО «Леглайн», а именно от 28.06.2021 № СБ/ЮР-37, от 28.06.2021 № СБ/35-8 (далее – договоры № 37 и 8 соответственно), применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Леглайн» в конкурсную массу должника денежных средств, перечисленных по договорам (14 700 000 руб. – по договору № 37 и 5 850 000 руб. – по договору № 8).

Определением от 04.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-12387/2020 заявление удовлетворено, признаны недействительными сделками договоры № 7 и 38, применены  последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Леглайн» в пользу ООО «ПКФ Сиблифт» денежных средств в сумме 17 400 000 руб. 

В апелляционной жалобе ООО «Леглайн» ставится вопрос об отмене определения суда и принятии нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего ООО «ПКФ Сиблифт». Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- факт оказания услуг по договорам № 37, 8 подтверждён актами оказанных услуг, счетами-фактурами за каждый месяц оказания услуг;

- денежные средства в размере 12 млн. руб. по договору № 37 перечислены исполнителю; платежи переведены в счёт оплаты реально оказанных и принятых без замечаний заказчиком юридических услуг;

- привлечение ответчика по договору № 37 обусловлено необходимостью проведения оценки текущего состояния общества с точки зрения наличия фактических и правовых оснований для введения в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» процедуры наблюдения, с учётом рассматриваемых в Арбитражном суде Омской области заявлений со стороны ООО «Городская Механика» и Банка Возрождение (ИНН 

<

***>) о признании заказчика несостоятельным (банкротом); выработки стратегии оспаривания договоров, которые легли в основу предъявленных к ООО «ПКФ Сиблифт» требований о включении в реестр требований кредиторов от иных возможных контрагентов общества, а также тактики дальнейшего правового поведения заказчика после введения в отношении должника процедуры наблюдения; выполнения иных поручений, связанных с перспективой введения в отношении должника процедуры банкротства;

- привлечение ответчика по договору № 8 вызвано желанием заказчика внедрить в работу предприятия усовершенствованную конфигурацию платформы 1С, с последующей интеграцией в неё данных имеющейся базы 1С, в связи с расширением перечня функциональных возможностей программы, устранением ошибок при её использовании;

- оспариваемые управляющим сделки имели реальный характер, не были совершены без намерения породить иные правовые последствия, ввиду чего признаки недействительности, установленные положениями статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в них отсутствуют;

- заявителем не доказан факт недобросовестности сторон оспариваемых сделок, а также стремление ООО «ПКФ Сиблифт» и ООО «Леглайн» действовать в обход закона, не исполняя сделку в действительности, что является необходимым для признания сделки мнимой;

- на момент заключения оспариваемых договоров постановлением от 25.02.2021 суда кассационной инстанции заявление ООО «Городская механика» о признании должника банкротом оставлено без рассмотрения, что свидетельствует о том, что на момент заключения спорных договоров ООО «ПКФ Сиблифт» в наблюдении не находилось, следовательно, оснований считать его неплатёжеспособным у ООО «Леглайн» не имелось;

- помимо оспариваемых договоров должник заключал иные сделки в рамках ведения своей хозяйственной деятельности с другими контрагентами, что также давало основание ООО «Леглайн» полагать должника финансово состоятельным участником рынка;

- заявителем не учтено, что ответчиком оказаны услуги в период после принятия заявлений о признании должника банкротом, оплаты по договорам имели статус текущей задолженности должника, что само по себе исключает возможность нарушения спорными сделками прав реестровых кредиторов и должника;

- заявителем не представлено доказательств, что ООО «Леглайн» относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- привлечение адвокатов и оплата их услуг, даже если соответствующие действия совершены в условиях имущественного кризиса заказчика, сами по себе не свидетельствуют о недействительности соглашения и расчётных операций. Конституцией Российской Федерации гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи.

Подробно позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе.

Управляющий в представленном суду апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу (вх. 11.12.2023 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр») не согласился с доводами жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

15.12.2023 от управляющего по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» поступило ходатайство о приобщении к материалам дела решения от 11.12.2023 Арбитражного суда города Москвы о признании ООО «Леглайн» несостоятельным (банкротом), введении конкурсного производства, утверждении конкурсного управляющего  ФИО5; доказательства направления отзыва конкурному управляющему ООО «Леглайн» ФИО5

От конкурсного управляющего ООО «Леглайн» ФИО5, представителей АО ИТБ, конкурсного управляющего ООО «ПКФ Сиблифт» поступили ходатайства о проведении онлайн-заседания, которые удовлетворены апелляционным судом. Судебное заседание проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «Леглайн» ФИО5   поддержал доводы, изложенные в жалобе, указал на необходимость учёта возможного транзитного характера спорных перечислений. 

Представитель конкурсного управляющего ООО «ПКФ Сиблифт» в заседании суда апелляционной инстанции высказался согласно отзыву на апелляционную жалобу.

Представитель АО ИТБ просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь абзацем вторым части 2 статьи 268 АПК РФ, а также пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ)  от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», не усматривает оснований для приобщения дополнительных документов к материалам дела. Документы, поступившие в апелляционный суд в электронном виде, не подлежат возврату их подателю на бумажном носителе.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на неё, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе проведения мероприятий, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, управляющим выявлено, что между должником (заказчик) и ООО «Леглайн» (исполнитель) заключено два договора на оказание услуг.

Так, по условиям договора № 8, заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по оказанию услуг по консультации, разработке, адаптации и модификации, установке, тестированию и комплексному сопровождению программных продуктов «1С: Предприятие», информационных баз данных «1С: Предприятие» для нужд ОО «ПКФ Сиблифт». Заказчик обязуется своевременно оплачивать эти услуги в порядке, установленном настоящим договором.

В силу пунктов 2.1, 2.2 договора № 8 стоимость оказанных по настоящему договору услуг составляет 900 000 руб. в месяц, в том числе НДС 20 %. Расчёт по договору производится путём оплаты заказчиком в течение пяти банковских дней с даты выставления исполнителем счёта.

Заказчик в течение пяти рабочих дней после получения акта сдачи-приёмки оказанных услуг направляет исполнителю подписанный акт (пункт 3.3).

Договор вступает в силу с 01.07.2021 и действует до 31.12.2022 (пункт 10.1).

В соответствии с пунктом 1.1 договора № 37 заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать услуги, предусмотренные соответствующем (определённым) перечнем услуг, содержащим перечень и стоимость услуг, (приложение № 1), которое является неотъемлемой частью договора с момента его подписания сторонами и/или с момента его оплаты заказчиком в порядке, предусмотренном предметным заданием.

Заказчик обязуется принять оказанные услуги, а также своевременно оплатить их в порядке, в сроки и в размере, предусмотренном договором и в соответствующем предметном задании (пункт 1.2).

В соответствии с пунктами 3.2, 3.4 договора стоимость оказанных по настоящему договору услуг составляет 2 000 000 руб. в месяц, в том числе НДС 20 %. Расчёты за оказанные услуги производятся ежемесячно на основании выставленного счёта согласно акту выполненных работ до 25 числа месяца, следующего за месяцем оказания услуг. Расчёты осуществляются перечислением денежных средств на расчётный счёт исполнителя.

Настоящий договор вступает в силу с 01.07.2021 и действует до 31.12.2022, в части платежей – до полного их завершения (пункт 3.3).

Во исполнение вышеуказанных договоров должник перечислил на расчётный счёт ООО «Леглайн» денежные средства в общем размере 17 400 000 руб., в том числе:

- по договору № 8 на общую сумму 5 400 000 руб.: по платёжным поручениям от 30.11.2021 № 74055 – 150 000 руб., от 07.12.2021 № 74187 – 456 000 руб., от 16.12.2021 № 74461 – 186 000 руб., от 21.12.2021 № 74493 – 153 000 руб., от 28.12.2021 № 74663 – 489 000 руб., от 13.01.2022 № 74808 – 469 000 руб., от 19.01.2022 № 74004 – 506 000 руб., от 17.02.2022 № 75476 – 2 991 000 руб. В назначениях платежей с 30.11.2021 по 19.01.2022 указано на частичную оплату за оказание услуг по договору № 8, а в платёжном поручении от 17.02.2022 – окончательный расчёт за оказание услуг по договору № 8;

- по договору № 37: по платёжным поручениям от 21.02.2022 № 575484 – 1 100 000 руб., от 14.03.2022 № 937125 – 450 000 руб., от 01.04.2022 № 972147 – 450 000 руб., от 14.04.2022 № 972353 – 600 000 руб., от 18.04.2022 № 972462 – 487 000 руб., от 13.05.2022 № 975399 – 150 000 руб., от 13.05.2022 № 975200 – 90 000 руб., от 18.05.2022 № 975470 – 112 000 руб., от 19.05.2022 № 975473 – 475 000 руб., от 31.05.2022 № 975564 – 150 000 руб., от 10.06.2022 № 975678 – 450 000 руб., от 17.06.2022 № 975730 –  596 200 руб., от 23.06.2022 № 975800 – 345 600 руб., от 04.07.2022 № 975896 – 76 000 руб., от 04.07.2022 № 975907 – 431 000 руб., от 19.07.2022 № 976021 – 236 000 руб., от 20.07.2022  № 975898 – 345 000 руб., от 01.08.2022 № 976094 – 289 000 руб., от 17.08.2022 № 142 – 326 000 руб., от 26.08.2022 № 976365 – 589 000 руб., от 29.08.2022 № 976367 – 212 000 руб., от 01.09.2022 № 976328 – 105 00 руб., от 07.09.2022 № 976474 – 1 578 000 руб., от 15.09.2022 № 976594 – 2 356 100 руб.

Управляющий, полагая, что указанные выше сделки (договоры № 8, 37) совершены в отсутствие встречного предоставления от ООО «Леглайн», с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинили такой вред, образуют сделки с предпочтением, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании их недействительными, применении последствий недействительности сделок на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьёй 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии совокупности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Суд не установил обстоятельств, доказывающих наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, не нашёл оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по общим правилам статей 10, 168, 170 ГК РФ. Последствия недействительности сделок применены судом в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пунктом 2 статьи 167 ГК РФ.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником.

Пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускает оспаривание в деле о банкротстве в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, исключительно сделок, совершённых должником или другими лицами за счёт должника.

Под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счёта клиента банка в счёт погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление № 63).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления № 63, следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 постановления № 63).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершённых должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счёт его имущества. Неплатёжеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершённое в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершённая должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечёт или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

Указанная сделка может быть признана судом недействительной, если она совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Для признания недействительными сделок с предпочтением, заключённых после принятия судом заявления о признании должника банкротом, не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента (пункт 11 постановления № 63).

Таким образом, для признания оспариваемой сделки недействительной достаточно установить факт того, что такая сделка влечёт или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления № 63, сделка по удовлетворению текущего платежа, совершённая с нарушением очерёдности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очерёдности.

Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной. 

Доказыванию при оспаривании предпочтительной сделки текущего характера подлежат следующие обстоятельства: 1) сделка по удовлетворению текущего платежа совершена с нарушением очерёдности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, 2) в результате совершённой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, 3) получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очерёдности.

Дело о банкротстве должника возбуждено 21.07.2020, оспариваемые сделки совершены 28.06.2021, соответственно, оспариваемые договоры подлежат проверке по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2, пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с доводами управляющего, наличие неплатёжеспособности должника подтверждается выводами анализа финансового состояния должника, которым установлено, что по состоянию на 01.01.2018 (начало исследуемого в анализе периода): 

- величина среднемесячной выручки у ООО «ПКФ Сиблифт» несоразмерна с его текущими обязательствами, из чего следует, что должник был не способен рассчитываться по своим обязательствам за счёт выручки и являлся неплатёжеспособным по данному показателю;

 - показатель обеспеченности собственными оборотными средствами не достигал минимального нормативного значения, что говорит об отсутствии у должника собственных оборотных средств (оборотные средства полностью финансируются за счёт заёмных средств) и его финансовой неустойчивости; 

- на протяжении всего анализируемого периода значения коэффициента автономии (финансовой независимости) были ниже минимальной пороговой величины, что свидетельствует о недостаточности собственных средств для финансирования текущей деятельности. 

Анализ коэффициентов, характеризующих финансовую устойчивость ООО «ПКФ Сиблифт» за период с 01.01.2018 по 31.12.2021, показал следующее: собственные средства должника несоизмеримы с величиной его обязательств; ООО «ПКФ Сиблифт» являлось финансово неустойчивым в течение всей своей деятельности.

Из анализа значений коэффициентов, характеризующих деловую активность должника, установлено, что в течение анализируемого периода уровень отдачи активов должника не обеспечивал генерацию прибыли, его имущество использовалось неэффективно и не позволяло обеспечить своевременность расчётов по обязательствам перед кредиторами.

Более того, вступившим в законную силу постановлением от 17.02.2021 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-103324/2018 установлено, что по состоянию на 31.12.2017 балансовая стоимость активов ПКФ «Сиблифт» составляла 4 299 369 000 руб.

Задолженность ПКФ «Сиблифт» по денежным обязательствам на указанную дату составляла 4 208 629 000 руб., что практически равняется балансовой стоимости активов ООО ПКФ «Сиблифт», которые на 88 % сформированы за счёт дебиторской задолженности несостоятельного должника – общества с ограниченной ответственностью «СЛЗ».

Структура активов ООО «ПКФ Сиблифт» на 31.12.2021, составленная временным управляющим должником, приведена в виде сравнительной диаграммы на стр. 74 анализа финансового состояния должника. Временным управляющим сделаны выводы, что по результатам анализа выявлено неликвидное имущество на общую сумму 3 435 020 тыс. руб., в том числе: 3 408 967 тыс. руб. – сомнительная/нереальная к взысканию дебиторская задолженность; 22 791 тыс. руб. – отложенные налоговые активы, по своей природе, не являющиеся имуществом, которое может быть реализовано с целью пополнения оборотных средств для расчётов с кредиторами; 3 031 тыс. руб. – прочие оборотные активы, представленные расходами будущих периодов, по своей природе, не являющиеся имуществом, которое может быть реализовано с целью расчётов с кредиторами; 231 тыс. руб. – неликвидные объекты нематериальных активов.

Таким образом, как полагает заявитель, балансовая стоимость имущества, которое может являться источником для удовлетворения требований кредиторов и покрытия расходов по делу о банкротстве ООО «ПКФ Сиблифт» по состоянию на 31.12.2021, составляет не более 1 364 970 тыс. руб.

Кроме того, должник на дату заключения сделок также отвечал признакам неплатёжеспособности ввиду наличия просроченной задолженности, принятой на себя в результате заключения соглашений с публичным акционерным обществом «Карачаровский механический завод» (далее – ПАО «КМЗ»).

Между ПАО «КМЗ» и ООО «ПКФ Сиблифт» заключены договоры:

- о переводе долга от 08.12.2017 № 001-002-221-ПД-2017, по условиям которого ООО «ПКФ Сиблифт» приняло на себя обязательства отвечать по требованиям, вытекающим из договора об открытии кредитной линии от 19.09.2018, заключённого между ПАО «Промсвязьбанк» и ООО «КМЗ»;

- о переводе долга от 08.12.2017, согласно которому ООО «ПКФ Сиблифт» приняло на себя обязательства отвечать по требованиям, вытекающим из кредитного договора от 07.08.2017, заключённого между ПАО «Возрождение» и ООО «КМЗ».

Требования кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, с декабря 2017 года должник отвечал одновременно двум признакам – неплатёжеспособности и недостаточности имущества.

Возражая против заявленных требований, ликвидатор ООО «Легалайн» ФИО7 в отзывах указал, что факт оказания соответствующих услуг по договорам № 8, 37 подтверждается подписанными сторонами актами оказанных услуг, счетами-фактурами за каждый месяц оказываемых услуг. Всего ООО «ПКФ Сиблифт» перечислило исполнителю за 6 мес. оказанных юридических услуг денежные средства в размере 5 400 000 руб. – по договору № 8 и в размере 12 000 000 руб. – по договору № 37. 

По утверждению ответчика, привлечение ООО «Леглайн» для оказания юридических услуг по договору № 37 обусловлено необходимостью: 

- проведения оценки текущего состояния общества с точки зрения наличия фактических и правовых оснований для введения в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» процедуры наблюдения, с учётом рассматриваемых в Арбитражном суде Омской области заявлений со стороны ООО «Городская Механика» и Банка Возрождение о признании заказчика несостоятельным (банкротом); 

- выработки стратегии оспаривания договоров, которые легли в основу предъявленных к ООО «ПКФ Сиблифт» требований о включении в реестр требований кредиторов от иных возможных контрагентов общества, а также тактики дальнейшего правового поведения Заказчика после введения в отношении должника процедуры наблюдения;

- выполнения иных поручений, связанных с перспективой введения в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» процедуры несостоятельности (банкротства).

Привлечение ответчика для оказания услуг по договору № 8 вызвано желанием заказчика внедрить в работу предприятия усовершенствованную конфигурацию платформы 1С, с последующей интеграцией в неё данных имеющейся базы 1С, в связи с расширением перечня функциональных возможностей программы, устранением ошибок при её использовании.

Таким образом, по мнению ответчика, оспариваемые управляющим сделки имели реальный характер, не были совершены без намерения породить иные правовые последствия, ввиду чего признаки недействительности, установленные положениями статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ, отсутствуют. Обращает внимание, что привлечение адвокатов и оплата их услуг, даже если соответствующие действия совершены в условиях имущественного кризиса заказчика, сами по себе не свидетельствуют о недействительности соглашения и расчётных операций. Конституцией РФ гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи.

В соответствии с позицией ответчика, на момент заключения оспариваемых договоров постановлением от 25.02.2021 суда кассационной инстанции заявление ООО «Городская механика» о признании должника банкротом оставлено без рассмотрения, что свидетельствует о том, что на момент заключения спорных договоров ООО «ПКФ Сиблифт» в наблюдении не находилось, следовательно, оснований считать его неплатёжеспособным у ООО «Леглайн» не имелось.

Помимо этого, полагает, что управляющим не доказано наличие аффилированности (фактической и юридической) между должником и ответчиком, в связи с чем осведомлённость ООО «Леглайн» о потенциальном причинении совершением оспариваемых сделок вреда кредиторам должника не может являться установленной.

Также отмечает следующее. ООО «Леглайн» зарегистрировано в качестве юридического лица 06.11.2015; основным видом экономической деятельности является деятельность по оказанию услуг в области бухгалтерского учёта (код ОКВЭД 69.20.2). Кроме того, исходя из хозяйственной практики, большую долю в сфере экономической деятельности общества, занимала деятельность в области права (код ОКВЭД 69.10). В соответствии со штатным расписанием ООО «Леглайн» от 01.03.2021 последнее располагало возможностью оказывать услуги в соответствии с основными видами деятельности. Причиной инициированной в ноябре 2022 года процедуры ликвидации общества стала утрата интереса генерального директора ООО «Леглайн» в продолжении ведения предпринимательской деятельности в сфере предоставления юридических и бухгалтерских услуг.

Ответчиком в материалы обособленного спора, представлены, в том числе:

- счета-фактуры к договору № 8: от 31.07.2021 № 95, от 31.08.2021 № 97, от 30.09.2021 № 99, от 31.10.2021 № 130, от 30.11.2021 № 132, от 31.12.2021 № 134 –   на сумму 900 000 руб. каждый документ и к договору № 37: от 31.07.2021 № 96, от 31.08.2021 № 98, от 30.09.2021 № 100, от 31.10.2021 № 131, от 30.11.2021 № 133, от 31.12.2021 № 136 – на сумму 2 000 000 руб. каждый документ;

- штатное расписание от 01.03.2021;

- акты выполненных работ по договорам № 8, 37, подписанные заказчиком и исполнителем без претензий к качеству и объёму оказанных услуг.

МИФНС № 7 по Омской области, АО ИТБ в своих отзывах поддержали заявление управляющего. 

Судом установлено, что на дату совершения сделок у должника наличествовали неисполненные обязательства перед другими кредиторами в размере 3 114 810 761 руб. 26 коп.

Так, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПКФ Сиблифт» включены требования кредиторов, срок исполнения по которым возник до момента возникновения срока исполнения обязательств по оспариваемым сделкам: 

- ООО «Городская механика» в сумме 893 692 360 руб. 66 коп., из которых 852 200 000 руб. – основной долг, 3 143 360 руб. 66 коп. – срочные проценты, 38 349 000 руб. – просроченные проценты, без обеспечения залогом имущества должника (определение от 13.05.2022);

- ООО «Городская механика» в сумме в размере 221 118 400 руб. 60 коп. (определение от 07.07.2022);

- АО ИТБ в общем размере 2 000 000 000 руб. (определение от 31.01.2023).

Суд первой инстанции согласился с позицией управляющего о том, что признаки неплатёжеспособности, как это установлено выводами анализа финансового состояния должника, имелись уже по состоянию на 01.01.2018.

Также принято во внимание, что вступившим в законную силу постановлением от 17.02.2021 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-103324/2018 установлено, что по состоянию на 31.12.2017 балансовая стоимость активов ООО «ПКФ «Сиблифт» составляла 4 299 369 000 руб. Задолженность последнего по денежным обязательствам на указанную дату составляла 4 208 629 000 руб., что практически равняется балансовой стоимости активов ООО «ПКФ Сиблифт», которые на 88 % сформированы за счёт дебиторской задолженности несостоятельного должника – ООО «СЛЗ».

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в спорный период неисполненных обязательств, вытекающие из которых требования в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатёжеспособности в период заключения оспариваемой сделки.

Из определения ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

Применительно к рассматриваемому случаю суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о неплатёжеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок, поскольку на соответствующую дату у должника имелась кредиторская задолженность, которая в настоящее время включена в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил возражения ООО «Леглайн» о том, что на дату заключения оспариваемых сделок (28.06.2021) в рамках дела № А46-12387/2020 заявление ООО «Городская механика» о признании должника банкротом оставлено без рассмотрения (определение от 07.10.2020 Арбитражного суда Омской области), поскольку сведения о наличии в рамках дела о банкротстве ООО «ПКФ Сиблифт» № А46-12387/2020 заявлений иных кредиторов размещены в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в Картотеке арбитражных дел в режиме неограниченного доступа.

Таким образом, осведомлённость ответчика о неплатёжеспособности должника презюмируется.

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному статьёй 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций. 

Презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате её совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения ВС РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15) следует, что судам необходимо проверить разумное предположение о том, мог ли должник, действуя независимо и преследуя правомерные интересы, совершить оспариваемую сделку на таких же условиях с иным кредитором. С этой целью имеет значение установление отношений связанности, аффилированности должника с контрагентом оспариваемой сделки, наличие у них пересекающихся общих интересов, которые могли бы объяснять мотивы заключения сделки.

Статья 19 Закона о банкротстве признаёт заинтересованными по отношению к должнику лиц, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят в одну группу лиц с должником.

В соответствии со статьёй 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признаётся совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в названной статье.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобождённые от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определённых пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

В определении ВС РФ от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 сформирована правовая позиция, согласно которой судам необходимо определять помимо формальных признаков, установленных в законодательстве, определяющих образование группы лиц и их заинтересованности, но также и фактическую аффилированность.

В уточнениях требований управляющий отмечает, что многочисленными судебными актами установлено, что ООО «ПКФ Сиблифт», ПАО «КМЗ», ООО «РУ КМЗ» являлись одной группой компаний, с материнской структурой ПАО «КМЗ» (постановления от 18.05.2023, от 05.06.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-12387/2020). 

По сведениям управляющего, ФИО8 и ФИО9 в разные периоды времени занимали руководящие должности как в ПАО «КМЗ», так и в ООО «ПКФ Сиблифт». В рамках корпоративного конфликта в ПАО «КМЗ» произошла смена менеджмента ПАО «КМЗ» и лицами, принимающими решения материнской структуры ПАО «КМЗ» стали структуры близкие к ООО «АСК» и её бенефициарам. В период, начиная с 2021 года, собственником ПАО «КМЗ» и ООО «ПКФ Сиблифт» представляется ФИО10, в указанный период проводится смена генерального директора должника, ПАО «КМЗ». ФИО10 являлся миноритарным акционером ПАО «КМЗ» с пакетом из 11 акций общества. 

Согласно материалам информационного ресурса, в рамках дела № А40-195019/2019 с ФИО10 взыскиваются убытки. По сведениям из электронно-информационного ресурса «Кейсбук» в период с 22.12.2011 ФИО10 являлся участником и генеральным директоров ООО «Родострой» (ИНН 

<

***>), зарегистрированного по одному юридическому адресу с обществами с ограниченной ответственностью «АСК», «Интертрансстрой» (ИНН 

<

***>) и «Леглайн» (ИНН 

<

***>), «Логистическая Компания» (ИНН 

<

***>).

Относительно ООО «Леглайн» управляющий указал на следующее. Ликвидатором является ФИО7, который также является генеральным директором ООО «Про-Лифт», ООО «Интертрансстрой», а также аффилирован через ООО ЧОП «Комета» с ООО «А-Строй».

Кроме того, ФИО7 также являлся ликвидатором ООО «РЛК», генеральным директором которой является ФИО11, являющаяся генеральным директором ООО «Логистическая Компания» и ООО «Клинтайм». 

Генеральным директором и ликвидатором с 20.06.2023 ООО «А-Строй» является ФИО12, который также являлся учредителем ООО ЧОП «Комета». Руководителем последнего юридического лица в период с 25.08.2021 по 04.02.2023 назначен ФИО7 В свою очередь, ФИО10 является генеральным директором ОАО «Дальтехгаз» (ИНН 

<

***>), членами Совета директоров для голосования на годовом общем собрании акционеров общества согласно решению общего собраний участников (акционеров) за 2021 год утверждены: ФИО13, ФИО7, ФИО11, ФИО14, ФИО15.

Суд первой инстанции признал обоснованными доводы управляющего о наличии взаимосвязи между ООО «АСК», ФИО10, ОАО «Дальтехгаз», ООО «Леглайн», ООО «Логистическая Компания», ООО «Про-Лифт».

Как правильно заключил суд первой инстанции, ООО «Леглайн» является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

На основании пункта 1 статьи 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

В силу статьи 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 – 729), если это не противоречит статьям 779 – 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. 

На основании статьи 711 ГК РФ основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача подрядчиком (исполнителем) результата работ заказчику.

Как отражено в пункте 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23.01.2007 № 1-П, давая нормативную дефиницию договора возмездного оказания услуг, федеральный законодатель в пункте 1 статьи 779 ГК РФ предметом данного договора называет совершение определённых действий или осуществление определённой деятельности исполнителем. Определяя исчерпывающим образом такое существенное условие договора, как его предмет, федеральный законодатель не включил в понятие предмета договора возмездного оказания услуг достижение результата, ради которого он заключается. Выделение в качестве предмета данного договора совершения определённых действий или осуществления определённой деятельности обусловлено тем, что даже в рамках одного вида услуг результат, ради которого заключается договор, в каждом конкретном случае не всегда достижим, в том числе в силу объективных причин. Следовательно, заключая договор возмездного оказания услуг, стороны, будучи свободны в определении цены договора, сроков его исполнения, порядка и размера оплаты, вместе с тем не вправе изменять императивное требование закона о предмете данного договора.

В пункте 1 статьи 721 ГК РФ указано, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий этого договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором подряда, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определёнными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Из буквального толкования приведённых норм и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что по договору подряда для заказчика, прежде всего, имеет значение достижение подрядчиком определённого вещественного результата, а при возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата, и как правило, оплате подлежат именно действия (деятельность), ведущие к результату, а не сам результат.

Несмотря на различия в предмете договора возмездного оказания услуг (совершение определённых действий или деятельности) и договора подряда (достижение определённого результата), в силу статьи 783 ГК РФ положение о применении обычно предъявляемых требований, в том числе требований экономности подрядчика (пункт 1 статьи 713 ГК РФ) для определения критериев качества работы подрядчика, применимо и в отношении оказания услуг.

Такое регулирование соответствует общему принципу разумности, то есть целесообразности и логичности при осуществлении гражданских прав и исполнении обязанностей.

Данная правовая позиция приведена в постановлении Президиума ВАС РФ от 24.09.2013 № 4593/13.

В пункте в пункте 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.09.1999 № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг» разъяснено, что поскольку стороны в силу статьи 421 ГК РФ вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя могут включать в себя не только совершение определённых действий (деятельности), но и представление заказчику результата действий исполнителя (письменные консультации и разъяснения по юридическим вопросам; проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов правового характера и т. д.).

Вопрос о том, включает ли договорное обязательство только осуществление определённых действий или ещё и гарантию достижения результата, должен решаться путём толкования условий сделки по правилам статьи 431 ГК РФ, то есть путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом, действительной общей воли сторон с учётом цели договора, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон, в том числе, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В любом случае правовые услуги представляют интерес для заказчика не сами по себе, они должны быть направлены на достижение определённого результата.

Обычно в качестве результата оказания услуг указывается некая польза, которую осуществлённое исполнителем предоставление при определённых условиях должно принести заказчику.

Исполнитель при этом должен представить доказательства приложения максимальных усилий по достижению обусловленной договором цели.

В случае недостижения этой цели в пользу заказчика суд может оценить причины неисполнения путём сопоставления объёма и качества совершённых исполнителем действий в рамках обязательства и наличием реальной возможности достижения согласованной цели в результате именно этих и такого качества действий, степень усилий, которые должен был приложить исполнитель. Если действия исполнителя при обычных условиях должны были привести к оговорённой цели, то необходимо определить, является ли недостижение результата упущением исполнителя или находилось за рамками его разумных, профессиональных и добросовестных действий.

В рассматриваемом случае оспариваемые договоры заключены 28.06.2021 и акты выполненных работ к данным договорам подписаны после возбуждения дела о банкротстве в отношении должника.

Как следует из представленных ООО «Леглайн» актов выполненных работ, исполнителем оказаны, а заказчиком приняты услуги в объёме, в том числе,

по договору № 8:

- по акту от 30.07.2021: сбор и анализ требований заказчика к автоматизированной системе; установка и настройка программы «1С: Предприятие», информационной базы данных «1С: Предприятие» для нужд ООО «ПКФ Сиблифт» и её обновление на устройстве заказчика; интеграция с иными системами Заказчика на базе «1С: Предприятие»; создание интерфейсов и наборов прав пользователей; разработка   системы   оценки   стоимости   лифтов   и   формирования   коммерческого предложения (базово);

- по акту от 30.08.2021: работы по разработке синхронизации нормативно-справочной информации между существующими информационными системами; разработка системы оценки стоимости лифтов и формирования коммерческого предложения (базово); осуществление настройки во всех информационных системах администраторских прав пользователей, позволяющих ввод новых контрагентов и редактирование реквизитов; планирование этапов работ, составление календарного плана работ;

- по акту от 30.09.2021: сопровождение программных продуктов «1С: Предприятие», информационной базы данных «1С: Предприятие» для нужд ООО «ПКФ Сиблифт»; обновление конфигурации «1С:УУП»; сбор и анализ требований Заказчика к автоматизированной системе; разработка   системы   оценки   стоимости   лифтов   и   формирования   коммерческого предложения (базово);

- по акту от 31.10.2021: сопровождение программных продуктов «1С: Предприятие», информационной базы данных «1С: Предприятие» для нужд ООО «ПКФ Сиблифт»; сбор и анализ требований Заказчика к автоматизированной системе; обеспечение   информационной   защиты   программных   продуктов.   Аутентификация «1С редприятие»; разработка   системы   оценки   стоимости   лифтов   и   формирования   коммерческого предложения (базово);

- по акту 30.11.2021: сопровождение программных продуктов «1С: Предприятие», информационной базы данных «1С: Предприятие» для нужд ООО «ПКФ Сиблифт»; сбор и анализ требований Заказчика к автоматизированной системе; тестирование программного продукта «КриптоПро CSP 4.0»; обеспечение информационной защиты программных продуктов (криптографическая защита данных, антивирусная защита); разработка   системы   оценки   стоимости   лифтов   и   формирования   коммерческого предложения (базово); 

- по акту от 31.12.2021: сопровождение программных продуктов «1С: Предприятие», информационной базы данных «1С: Предприятие» для нужд ООО «ПКФ Сиблифт»; обеспечение  информационной  защиты  программных  продуктов  (криптографическая защита данных, антивирусная защита); разработка   системы   оценки    стоимости   лифтов   и   формирования   коммерческого предложения (базово);

по договору № 37:

- по акту от 31.07.2021: подготовка  правового  заключения,  а  также  устное  консультирование  клиента  по  отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражных судах. Анализ правовых оснований для введения процедуры наблюдения в отношении ООО «ПКФ Сиблифт»; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А41-9145/2016: подготовка кассационной жалобы ООО «ПКФ Сиблифт» на постановление Десятого от 09.06.2021 Арбитражного апелляционного суда, определение от 17.03.2021Арбитражного суда Московской  области; подготовка, согласование процессуальных документов, юридическая экспертиза документов;

 - по акту от 31.08.2021: консультирование клиента по отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде; осуществление мониторинга судебных разбирательств в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020; предоставление информации в рамках услуги – проверка контрагента;

- по акту от 30.09.2021: консультирование клиента по отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде, а также определение дальнейшей тактики поведения заказчика в условиях введения в отношения него процедуры банкротства – наблюдения, в том числе его взаимодействие с временным управляющим; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020; осуществление мониторинга судебных разбирательств в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде;

- по акту от 31.10.2021: консультирование клиента по отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде, а также определение дальнейшей тактики поведения заказчика в условиях введения в отношения него процедуры банкротства – наблюдения, в том числе его взаимодействие с временным управляющим; осуществление мониторинга судебных разбирательств в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражных судах, анализ и разработка процессуальной позиции заказчика; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020;

- по акту от 30.11.2021: консультирование клиента по отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде, а также определение дальнейшей тактики поведения заказчика в условиях введения в отношения него процедуры банкротства – наблюдения, в том числе его взаимодействие с временным управляющим; анализ поступающих заявлений о включении кредиторов в реестр требований кредиторов ООО «ПКФ Сиблифт», разработка процессуальной позиции по обособленным спорам в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела № А40-22395/21 по иску ПАО «КМЗ» к ПАО «Промсвязьбанк» о признании недействительными кредитных договоров; анализ и разработка процессуальной позиции ООО «ПКФ Сиблифт» в рамках дела № А40-259746/2020 по иску АО ИТБ к ООО «ПКФ Сиблифт» о взыскании задолженности; подготовка апелляционной жалобы на решение от 01.10.2021 Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-259746/2020;

- по акту от 31.12.2021: консультирование клиента по отдельным юридическим вопросам, связанным с судебным разбирательством в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражном суде, а также определение дальнейшей тактики поведения заказчика в условиях введения в отношения него процедуры банкротства – наблюдения, в том числе его взаимодействие с временным управляющим; осуществление мониторинга судебных разбирательств в отношении ООО «ПКФ Сиблифт» по делу о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020 в арбитражных судах; анализ поступающих заявлений о включении кредиторов в реестр требований кредиторов ООО «ПКФ Сиблифт», разработка процессуальной позиции по обособленным спорам в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А46-12387/2020.

Как верно заключил суд первой инстанции, ни в оспариваемых договорах, ни в актах выполненных работ по договорам, не обозначена стоимость каждого из выполняемых исполнителем действий; счета-фактуры не позволяют определить объём и состав услуг; акты составлялись ежемесячно с указанием идентичных услуг.

Более того, сопоставив перечень услуг (приложение № 1 к договору № 37) и услуги, поименованные в актах выполненных работ к данному договору, суд установил, что последние содержат менее 10 % от согласованного в перечне услуг объёма работ.

Предметное задание (пункты 1.1, 1.2, 2.2.2 договора № 37) в материалы дела не представлено.

Экономическая целесообразность отношений между должником и ответчиком по оказанию преимущественно консультационных услуг, в рамках которых осуществлялись платежи, не обоснована с учётом наличия штатных юристов.

Так, согласно представленной управляющим информации (список сотрудников), у должника наличествовали работники, которые могли осуществлять спорные услуги.

В соответствии со штатным расписанием от 01.03.2021 № 1, предоставленным ответчиком, штатная численность работников ООО «Леглайн» на период 2021 год составляла девять человек.

Между тем, на основании сведений электронно-информационной системы «Кейсбук», согласно отчётности юридического лица, предоставляемой в уполномоченный орган, численность работников ответчика не превышала шести сотрудников.

Таким образом, обязанности сотрудников должника, по своей сути, дублируют услуги, оказываемые ответчиком по договору № 37.

Помимо этого, не представлены в материалы дела документы, подготовленные привлечёнными специалистами, либо свидетельства об участии привлечённых специалистов в подготовке документации (акты, доверенности, записи и пр.).

Поскольку доверенность на представление интересов ООО «ПКФ Сиблифт» не выдавалась, соответственно, представление интересов должника в органах государственной власти и местного самоуправления, в том числе в судах и арбитражных судах, а также органах, рассматривающих дела об административных правонарушениях, правонарушениях в области таможенного дела, налоговых правонарушениях, не осуществлялось.

По не оспоренным доводам управляющего, на дату заключения оспариваемых договоров в штате должника числились сотрудники: в должности ведущего юриста – ФИО16 в период с 18.03.2019 по 31.10.2022, в должности юриста – ФИО17 в период с 20.04.2022 по 04.04.2023, в должности бухгалтера 1 категории – ФИО18 в период с 04.10.2021 по настоящее время, в должности бухгалтера 1 категории – ФИО19 в период с 02.02.2015 – по настоящее время, в должности ведущего бухгалтера – ФИО20 в период с 14.12.2015 по 14.03.2023, в должности бухгалтера 1 категории – ФИО21 в период с 02.02.2015 по 21.02.2023, в должности главного бухгалтера – ФИО22 в период с 02.02.2015 по 07.03.2023, в должности бухгалтера 1 категории – ФИО23 в период с 07.07.2021 по 14.04.2023, в должности бухгалтера 1 категории – ФИО24 в период с 21.01.2019 по 31.03.2023.

Применительно к рассматриваемому обособленному спору документы, подтверждающие возможность оказания как юридических услуг с привлечением работников ООО «Леглайн», так и услуг по внедрению в работу должника усовершенствованной конфигурации программы «1С», в материалы дела не представлены.

Так, отсутствуют документы и сведения о том, что указанные в представленном штатном расписании ООО «Леглайн» лица действительно являлись работниками общества (трудовые книжки с записями, трудовые договоры, приказы о приёме на работу отсутствуют), обладали соответствующей квалификацией (копии дипломов, свидетельств о повышении квалификации и т. д., в том числе квалификацией по внедрению в работу ООО ПКФ «Сиблифт» усовершенствованную конфигурацию платформы 1С, с последующей интеграцией в неё данных имеющейся базы 1С), доказательства направления специалистов по месту нахождения должника, доказательства наличия у ООО «Леглайн» договора с ООО «1С», предусматривающего возможность оказания услуг в отношении продукции ООО «1С», а также того, что общество оплачивало налог за указанных лиц, осуществляло отчисления в пенсионный фонд на момент исполнения условий договоров.

Программное обеспечение (программный продукт) – это результат интеллектуальной деятельности. Правообладатель программного обеспечения по своему усмотрению может разрешить, запретить, а также установить условия его использования (статьи 1225, 1229 ГК РФ).

Использование программного обеспечения, в том числе, его сопровождение, может осуществляться только с согласия правообладателя. Такое согласие, как правило, оформляется лицензией (лицензионным договором). Использование программного обеспечения без такого согласия незаконно (пункт 1 статьи 1229, пункт 1 статьи 1235 ГК РФ).

 Надлежит учесть, что программные продукты системы «1С:Предприятие» не являются открытыми (свободно распространяемыми). 

Документы, подтверждающие наличие у ООО «Леглайн» соответствующей лицензии (лицензионного договора) с правообладателем, в материалах дела отсутствуют.

С учётом установленных обстоятельств, принимая во внимание буквальное содержание подписанных сторонами оспариваемых договоров и актов выполненных работ и отсутствие надлежащих доказательств фактического предоставления обозначенных в актах услуг, суд первой инстанции правомерно исходил из отсутствия встречного предоставления и безосновательности вывода денежных средств должника, чем причинён вред имущественным правам кредиторов последнего.    

Основываясь на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для признания недействительными оспариваемых договоров по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апеллянта, имеющиеся в деле доказательства не позволяют констатировать совершение платежей, подписание актов во исполнение реальных обязательств, основанных на гражданско-правовых сделках.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы ООО «Леглайн» о совершении спорных сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности.

На основании пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчётности должника за последний отчётный период.

Обычная хозяйственная деятельность в целях применения нормы статьи 61.4 Закона о банкротстве противопоставляется необычной хозяйственной деятельности для того, чтобы установить, вёл ли себя должник в условиях неплатёжеспособности также как до наступления обстоятельств неплатёжеспособности (недостаточности имущества), не усматривается ли после наступления этих обстоятельств предпочтительное удовлетворение определённых кредиторов, вывод активов.

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 14 постановления № 63, бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Согласно финансовому анализу состояния должника, бухгалтерскому балансу ООО «ПКФ Сиблифт» за период с 01.01.2018 по 31.12.2021, по состоянию на 31.12.2021 балансовая стоимость имущества ООО «ПКФ Сиблифт» составляет 4 799 990 000 руб., из них 99,1 % приходится на следующие активы: дебиторская задолженность – 83,9 % или 4 026 359 000 руб., запасы – 12,8 % или 615 883 000 руб., основные средства – 1,2 % или 58 691 000 руб., денежные средства – 1,1 % или 54 225 000 руб. С учётом вычета неликвидного имущества, балансовая стоимость имущества по состоянию на 31.12.2021 составляет не более 1 364 970 000 руб.

При этом согласно разделу 8 Пояснений к бухгалтерскому балансу и отчёту о финансовых результатах за 2021 год, стоимость чистых активов на 31.12.2021 является отрицательной величиной – 28 988 000 руб. Организация понесла убытки в 2020 году, в 2021 году – получена прибыль. На 31.12.2021 обязательства должника превышают общую сумму её активов на сумму 288 70 000 руб.

Таким образом, размер погашенных обязательств превышает один процент стоимости фактически имеющихся активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчётности должника за соответствующий отчётный период и анализа финансового состояния.

Из статьи 5 Закона о банкротстве следует, что возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

В силу пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам имеют приоритет над требованиями иных кредиторов и удовлетворяются за счёт конкурсной массы вне очереди. При недостаточности конкурсной массы для погашения всех текущих платежей их удовлетворение согласно пункту 2 статьи 134 Закона о банкротстве должно происходить в определённой данной нормой очерёдности.

В рассматриваемом случае перечисления заинтересованному лицу по договорам осуществлены в условиях неплатёжеспособности должника после даты возбуждения дела о его банкротстве, что свидетельствует о наличии у таких перечислений признаков недействительности сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В абзаце четвёртом пункта 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии со статьёй 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2014), утверждённом Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определении ВС РФ от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определённая совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств её совершения за рамки признаков подозрительной сделки (определение ВС РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

В соответствии с правовой позицией ВС РФ, изложенной в определении от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьёй 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идёт о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов её подозрительности. Совершение сделки за пределами трёхлетнего периода подозрительности, не является самостоятельным основанием для вывода о наличии пороков, выходящих за пределы дефектов статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пороки сделки, с которыми управляющий связывал недействительность сделок, не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем основания для признания их недействительными по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ) отсутствуют.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пленум ВС РФ в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Указанное положение закона направлено на защиту от недобросовестности участников гражданского процесса (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 463-О).

Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически её стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. 

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении (постановления Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 11746/11, от 05.04.2011 № 16002/10).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон отсутствует цель достижения заявленных результатов; волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерений на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (определение ВС РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Поскольку мнимая сделка не предполагает исполнения, из неё не может возникнуть долг или иное денежное обязательство. Если сделка исполнялась хотя бы одной стороной, она не может быть признана мнимой.

При этом управляющим не раскрыты обстоятельства, позволяющие применить в настоящем случае нормы статьи 170 ГК РФ.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу (пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве).

В пункте 29 постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт I статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Основной целью применения последствий недействительности сделки является восстановление первоначального статуса её сторон, т. е. возвращение участников гражданского оборота в наиболее справедливое положение, в том числе в имущественном плане.

Разрешая обособленный спор, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделок в виде взыскания денежных средств с ответчика в размере 17 400 000 руб. (сумма перечисленных ответчику платежей по оспариваемым договорам).

Отклоняя доводы апеллянта со ссылкой на возможный транзитный характер перечислений, коллегия суда исходит из отсутствия таковых доказательств; как указал управляющий, анализ движения по счетам должника не свидетельствует о получении денежных средств от ответчика.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 04.10.2023 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-12387/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Председательствующий

                    Е. В. Аристова

Судьи

О. Ю. Брежнева

                 М. П. Целых