ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-3130/2023

29 января 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 января 2024 года

 

Восьмой арбитражный  апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А., 

судей Горобец Н.А., Еникеевой Л.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассматривает в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10381/2023) ФИО2 на решение Арбитражного суда Омской области от 31.08.2023 по делу № А46-3130/2023 (судья Малыгина Е.В.), по иску ФИО2 (ИНН 

<

***>) к ФИО3 (ИНН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4, ФИО5, об исключении участника общества,

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО3 – ФИО6 по доверенности от 25.10.2023 № 55АА3068865 сроком на 5 лет,

от общества с ограниченной ответственностью «БИА» – ФИО7 по доверенности от 05.07.2022 сроком по 31.12.2025, ФИО8 по доверенности от 05.07.2022 сроком до 31.12.2025, 

от ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 06.07.2022 № 55АА2880271 сроком на 3 года, 

от ФИО5 – ФИО8 по доверенности от 05.07.2022 № 55АА2880263 сроком на 3 года, 

 

установил:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3 (далее - ФИО3, ответчик) об исключении ФИО3 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «БИА» (далее – ООО «БИА»).

Решением Арбитражного суда Омской области от 31.08.2023 ходатайство ФИО4 (далее – ФИО4) об изменении его процессуального статуса и привлечении в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, оставлено без удовлетворения; в удовлетворении исковых требований ФИО2 об исключении из числа участников ООО «БИА» ФИО3, отказано; обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2023, отменены.

ФИО2 обратился в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указал на то, материалами дела подтверждается факт неисполнения ответчиком обязанностей, вина ответчика, совершение финансовых операций не в интересах ООО «БИА», причинение обществу ущерба действиями ответчика; показания свидетеля не являются достоверными; судом не обосновано не приняты во внимание выводы Акта экспертного исследования № 2271/3-6 от 30.09.2022 года, выполненного специалистами ФБУ Омская ЛСЭ Минюста России; судом не исследовались документы, представленные третьим лицом 23.08.2023; ответчик не исполнил своей обязанности по передаче документов и печати общества новому директору; имеются судебные споры о взыскании с ООО «БИА» денежных средств по сделкам, документы по которым ответчиком не были переданы новому директору ООО «БИА»; имеются основания полагать, что ФИО3 незаконно, вопреки интересам ООО «БИА», передал документацию и печать ООО «БИА» третьему лицу (ФИО4).

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2023 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 08.11.2023.

Информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), размещена на сайте суда в сети Интернет.

Оспаривая доводы подателя жалобы, ФИО4 представил отзыв на апелляционную жалобу (приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ), в котором просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Определением от 17.11.2023 Восьмой арбитражный апелляционный суд в порядке статьи 158 АПК РФ отложил судебное заседание на 06.12.2023, ввиду необходимости представления ответчиком письменных пояснений.

Определением от 18.12.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 10.01.2024, ответчику ФИО3 и третьим лицам, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, предложено пояснить  основания и обоснованность перечисления денежных средств в адрес ООО «Монолитстрой», ИП ФИО9, ИП ФИО10 ИП ФИО11, ООО «Бетон-Групп», полную цепочку правоотношений с ООО «ГЕОТорг», начиная от перечисления денежных от ООО «ТехСнаб» в адрес ООО «БИА» (в случае если таковые имели место) с ссылкой на соответствующие доказательства.

Определением от 09.01.2024 произведена замена судьи Веревкина А.В. в составе суда по рассмотрению настоящего дела на судью Горобец Н.А.

В судебном заседании представитель ответчика заявил ходатайство о допросе свидетеля ФИО12.

Представители истца и третьих лиц возражали против заявленного ходатайства ответчика, указали на то, что данный свидетель уже допрашивался в судебном заседании суда первой инстанции, её показания не являются достоверными.

Суд апелляционной инстанции, заслушав мнение представителей сторон, счел возможным удовлетворить ходатайство о допросе свидетеля.

В судебное заседание приглашен свидетель ФИО12. Судом отобрана у свидетеля подписка в соответствии со статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Свидетель ФИО12 ответила на заданные судом и представителями вопросы, пояснила, что ей известно о  деятельности ООО «ВИА» начиная с конца 2015 года, в данном обществе она не была официально трудоустроена, при этом осуществляла деятельность по сопровождению проекта по строительству Торгового комплекса с расположением фитнес клуба, в её обязанности входили: сбор себестоимости строительства объекта (взаимодействие со сметчиками, с банками). Банками в финансировании было отказано по той причине, что изначально было выдано разрешение на строительство наземного гаража, в дальнейшем предполагалось изменение назначения объекта на торгово-спортивный комплекс, ввиду чего на строительство объекта привлекались заемные денежные средства. Все управленческие решения в обществе принимались совместно ФИО2, ФИО4,  ФИО3 При необходимости оплаты счетов, создавались реестры платежей, которые выносились на обсуждение данных лиц и после их одобрения производились оплаты. Своих работников в ООО «ВИА» не было, все услуги оказывались ООО «ВИА» (бухгалтерские, юридические, услуги по строительству) работниками ООО «Монолитстрой». Оформление финансовых операций ООО «ВИА» осуществлялась через заемные денежные средства вследствие  отсутствия доходов у общества. 

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 10.01.2024, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 17.01.2024. Суд вынес на обсуждение сторон спора вопрос о наличии оснований для проведения экспертизы финансово-хозяйственной деятельности ООО «ВИА» в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа ответчиком.  Лицам, полагающим наличие оснований для проведения экспертизы, предложено представить вопросы, требующие специальных познаний, экспертную организацию, данные экспертов, обладающих соответствующими специальными познаниями, согласие на проведение экспертизы, сведения о стоимости соответствующего экспертного исследования и наличия денежных средств на депозите суда в целях его оплаты, сроках его проведения,   документах, необходимых для  проведения экспертизы. 

После окончания перерыва судебное заседание продолжено. 

От ФИО3 поступили письменная позиция относительно возможности назначения и проведения по делу судебной бухгалтерской экспертизы указала та отсутствие в материалах дела объема бухгалтерских документов проведение судебной бухгалтерской экспертизы, также указана на отсутствие у неё финансовой возможности несения расходов, связанных с проведением судебной бухгалтерской экспертизы.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО5 и ООО «БИА» просили решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить, дали пояснения, ответили на вопросы суда.

Представитель ФИО13 считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, дал пояснения, ответил на вопросы суда.

ФИО4, надлежащим образом извещенный в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения жалобы, явку своего представителя в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечил. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие представителя третьего лица – ФИО4

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, заслушав мнение представителей сторон и третьих лиц, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не установил оснований для его измерения или отмены.

Как следует из материалов дела и остановлено судом первой инстанции, ООО «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 05.06.2012.

Участниками общества в настоящее время являются:

- ФИО2, размер доли в уставном капитале  составляет 56% уставного капитала;

- ФИО3, размер доли в уставном капитале составляет 44% уставного капитала.

В обоснование исковых требований ФИО2 указывает, что ФИО3 в период осуществления ею функций единоличного исполнительного органа общества (директора) (с 17.11.2015 по 08.06.2022) своими действиями причинила существенный ущерб обществу.

ФИО2 указал, что он неоднократно требовал созыва общего собрания и отчетов о деятельности общества, вместе с тем, ответчик длительное время игнорировал данные требования. В результате игнорирования требований истца о предоставлении отчетов и проведении общих собраний участников, истец, реализовал свое право и переизбрал единоличный исполнительный орган общества. Протоколом № 13 общего собрания участников ООО «БИА» от 08.06.2022 директором ООО «БИА» был избран ФИО2, данное решение прошло государственную регистрацию - запись ЕГРЮЛ за ГРН 2225500258894 от 17.06.2022.

Также требование о передаче новому директору печати, финансово-хозяйственной документации общества было  оставлено ответчиком без ответа, что, по мнению истца, создало существенные препятствия к осуществлению обществом нормальной деятельности, ведению учета, предоставления необходимой предусмотренной законом отчетности и представления и защиты своих интересов в различных государственных и коммерческих органах и организациях, в том числе, в судебных спорах.

В связи с чем, общество было вынуждено самостоятельно, без достаточной для того информации, восстанавливать сведения о деятельности общества, что заняло продолжительное время. Были направлены запросы в налоговые органы для получения информации об открытых у общества счетах, а после получения соответствующих данных запросы были направлены в банки, в которых общество имело открытые счета для получения информации о движении денежных средств общества.

После получения первичной информации, с целью анализа финансово-хозяйственной деятельности и для восстановления документооборота общества, по инициативе ФИО2, в Федеральном бюджетном учреждении Омской лаборатории судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации, было проведено экономическое исследование представленных обществом данных, собранных в результате получения ответов от налогового органа и кредитных организаций.

Так, согласно акта экспертного исследования № 2271/3-6 от 30.09.2022, на расчетные счета ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022, поступили денежные средства в размере 83 567 180 руб. 61 коп. Эксперт, проанализировав документы по движению денежных средств по расчетным счетам ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022, установил большое количество проведенных расходных операций через расчетные счета, не относящихся к основному виду деятельности ООО «БИА», а также однотипных операций и операций с взаимозависимыми и аффилированными лицами, в том числе транзитных операций.

За  указанный период, согласно представленным данным выписок банка, ООО «БИА» операции по перечислению денежных средств в рамках платежей, совершенные без наличия экономической цели, в пользу взаимозависимых и аффилированных лиц, осуществлялись регулярно и носили транзитный характер (при которых списание средств со счета производится практически сразу, на протяжении нескольких дней после их поступления).

Также по расчетным счетам общества регулярно производились однотипные (транзитные) операции, не относящиеся к основным видам деятельности. Осуществление данных операций производилось в течение длительного периода времени (с 2015 по 2018 год) преимущественно с взаимозависимыми и аффилированными лицами по отношению к ООО «БИА», что составляет сумму безналичных денежных средств в размере 37 921 600 руб. (45,33% от всей суммы расходования со счетов ООО «БИА»).

За период с 09.11.2015 по 08.06.2022 ООО «БИА», путем совершения совокупности следующих действий: «Зачисление денежных средств на счет ООО «БИА» от большого количества других резидентов с их счетов, с последующим списанием поступивших денежных средств со счета ООО «БИА»; списание денежных средств со счета ООО «БИА» производится в срок, не превышающий двух-трех дней со дня их зачисления; методичное накопление задолженностей преимущественно при расчетах по договорам займов при наличии возможности гашения, а так же отсутствие данных о гашении задолженностей в пользу ООО «БИА» со стороны должников, преимущественно являющихся взаимозависимыми и аффилированными лицами по отношению к ООО «БИА», до истечения срока требования долга. Совокупность указанных действий влечет увеличение прочих расходов ООО «БИА» и, соответственно, убыток предприятия: сформирована сумма задолженности в связи с истечением срока требования (невозвратный долг), которая подлежит    списанию    на    счет    прочих    расходов    предприятия,    и    формирует дополнительный убыток», произведены расходные операции с денежными средствами на счетах ООО «БИА» повлекшие формирование дополнительного убытка ООО «БИА» в размере 39 106 461 руб. 70 коп., что свидетельствует о совершении операций, имеющих признаки вывода денежных средств с расчетных счетов ООО «БИА» на сумму 39 106 461 руб. 70 коп.

Также, помимо факта причинения ущерба обществу, экспертом установлено следующее: 

- методичное накопление задолженностей по договорам займов и отсутствие гашений по ним при наличии возможности гашения с одновременным созданием новых задолженностей, наличие операций деятельности предприятия, не относящейся к основной в части поступления денежных средств: непогашенная задолженность ООО «БИА» перед контрагентами составила 40 892 000 руб., что составляет 48,93% от всей суммы поступления на счетах ООО «БИА», из них перед аффилированными и взаимозависимыми лицами – 30 152 000 руб., что составляет 73,74% от всей суммы непогашенной задолженности ООО «БИА» перед контрагентами (при своевременном погашении обязательств обществом, а не вывода денежных средств ответчиком, данной ситуации можно было избежать);

- наличие крупных сделок и сделок, требующих одобрения общего собрания участников (в части поступления денежных средств) на сумму 36 160 000 руб., что составило 43, 27% от всей суммы поступления на расчетные счета ООО «БИА», из них сделки с аффилированными и взаимозависимыми лицами на сумму 27 390 000 руб., что составляет 75, 75% от всей суммы перечислений, отвечающих требованиям о крупных сделках и сделках, требующих одобрения общего собрания участников;

- наличие расчетов с предприятиями, не ведущими деятельность в настоящее время.

По утверждению истца, совершенные ФИО3, являвшейся директором общества, действия были направлены на вывод активов общества в свою пользу и в пользу аффилированных лиц, заведомо противоречили интересам общества, что привело к причинению ООО «БИА» существенного ущерба.

Изложенные обстоятельства послужили основанием обращения ФИО2  в суд с настоящим иском. 

Суд первой инстанции со ссылкой на статьи 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), на статью 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), пункт 35 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), пункты 1, 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 (далее - Информационное письмо № 151), пункты 7,9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019 (Обзор от 25.12.2019), констатировав, что истец не представил доказательств наступления негативных последствий для общества в результате виновных, умышленных действий именно ФИО3, грубого нарушения обязанностей, повлекшего невозможность для общества осуществлять свою деятельность, а также не представил доказательств, подтверждающих, что исключение ФИО3 из состава участников общества позволит повысить эффективность деятельности общества, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции, учитывает следующее.

В соответствии пунктом 4 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) обязаны не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация, а также действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации.

Участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества (абзац четвертый пункт 1 статьи 67 ГК РФ).

Статьей 10 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Согласно пункту 17 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» под действиями (бездействием) участника, которые делают невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняют, следует, в частности, понимать систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников; при решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий.

В силу пункта 35 Постановления №35 согласно части 1 статьи 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

К таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

Исходя из смысла вышеприведенных норм и разъяснений, критерии оценки, определяющие, должен ли остаться участником общества ответчик, не предусмотрены. В каждом конкретном случае установление данных обстоятельств является исключительным правом и обязанностью суда.

При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению деятельности общества.

Из пункта 1 информационного письма № 151 следует, что грубое нарушение участником обязанности не причинять вред обществу может служить основанием для его исключения из общества. Для решения вопроса об исключении участника не имеет значения, в каком качестве он совершал действия, причинившие значительный вред обществу, а мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества.

Поэтому при разрешении спора суд должен дать оценку степени нарушения участником своих обязанностей, степени его вины, а также установить факт такого нарушения, то есть факт совершения участником конкретных действий или уклонения от совершения предписываемых законом действий (бездействий) и факт наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Обязательным признаком действий (бездействия) участника, влекущих за собой невозможность деятельности общества или существенно ее затрудняющих, является такой признак, как неустранимый характер негативных последствий соответствующих действий.

По существу это означает, что действия (бездействие) участника должны создавать серьезные препятствия в деятельности общества, что они не могут быть преодолены никаким другим образом, кроме как прекращением его участия в юридическом лице.

Согласно части 1 статьи 67 ГК РФ достаточным основанием для удовлетворения требования об исключении участника выступает причинение существенного ущерба обществу. Возможность исключения участника не зависит от того, могут ли быть последствия действий (бездействия) участника устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом (пункт 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

Таким образом, исковые требования об исключении участника из общества подлежат удовлетворению при установлении следующих обстоятельств: участник должен нарушать свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делать невозможной деятельность общества или существенно ее затруднять; допущенные участником нарушения должны носить грубый характер (наличие вины нарушителя, негативных последствий для общества).

Для применения указанной меры необходима объективная оценка степени нарушения участником своих обязанностей по отношению к обществу, а также установление фактов совершения недобросовестным участником конкретных действий, либо уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий. Совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

Институт исключения участника из общества не может быть использован для разрешения конфликта между участниками общества, связанного с наличием у них разногласий по вопросам управления обществом (пункт 5 Информационного письма № 151).

Между тем само по себе наличие корпоративного конфликта не является основанием для отказа в иске об исключении участника из общества, суд должен оценить наличие оснований для исключения участника в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 67 ГК РФ (пункт 7 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019,

определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 № 310-ЭС23-6418).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для исключения ответчика из числа участников общества, возложено на истца.

Как следует из материалов дела, ФИО3, являясь участником ООО «БИА», владеющим долей в уставном капитале общества в размере 44%, также в период с 17.11.2015 по 08.06.2022 исполняла  функции единоличного исполнительного органа общества.

С 17.06.2022 функции единоличного исполнительного органа общества возложены на ФИО2 – участника общества, владеющего долей в уставном капитале общества в размере 56%.

В подтверждение обоснованности требований, истец представил суду акт экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6, предметом которого являлся финансовый анализ деятельности общества за период с 09.11.2015 по 08.06.2022 который, по мнению ФИО2 свидетельствует о совершении ФИО3 как единоличного органа операций, имеющих признаки вывода денежных средств с расчетных счетов ООО «БИА» на подконтрольные организации ФИО4 на сумму 39 106 461 руб. 70 коп., а также умышленное накопление ФИО3 задолженности по договорам займов, при наличии возможности погасить кредиторскую задолженность, совершение хозяйственных операций, не относящиеся к основной деятельности общества, совершение ФИО3 крупных сделок и сделок, требующих одобрения общего собрания участников (в части поступления денежных средств) на сумму 36 160 000 руб., что составило 43,27% от всей суммы поступления на расчетные счета ООО «БИА», из них сделки с аффилированными и взаимозависимыми лицами на сумму 27 390 000 руб., что составляет 75, 75% от всей суммы перечислений, отвечающих требованиям о крупных сделках и сделках, требующих одобрения общего собрания участников, наличие расчетов с предприятиями, не ведущими деятельность в настоящее время, что, мнению истца, однозначно свидетельствует о грубом характере нарушения ФИО3 своих обязанностей, которые фактически сделали невозможным дальнейшую деятельность общества.

Заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу (пункт 12 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Вместе с тем такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьями 64, 89 АПК РФ.

Согласно представленного в материалы дела экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6 перед экспертом было поставлено два вопроса: 1) размер денежных средств поступивших на расчетные счета ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022, 2) размер денежных средств израсходованных с расчетных счетов ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022.

Во вводной части акта экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6 указано, что на исследование были представлены: сведения о банковских счетах организации/индивидуального предпринимателя ООО «БИА» от 27.06.2022 года на 2 листах;  выписка из ЕГРЮЛ ЖОЭ9965-22-142868436 от 04.08.2022 года ООО «БИЛ» на 6 листах;  устав ООО «БИА», утвержденный общим собранием участников (протокол №1 от 27.11.2015 года) на 13 листах;  бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2017 год на 10 листах; бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2018 год на 13 листах; бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2019 год на 7 листах; бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2020 год на 8 листах; выписка из лицевого счета 

<

***> ООО «БИА», открытый в Сибирском филиале ПАО Росбанк за период с 16.10.2020 года по 23.06.2022 года на 5 листах; выписка из лицевого счета 

<

***> ООО «БИА», открытый в Сибирском филиале ПАО Росбанк за период с 01.01.2016 года по 28.09.2020 года на 57 листах; список взаимозависимых и аффилированных лиц ООО «БИА» (бенефициар группы компаний ФИО4) на 7 листах.

Согласно пояснениям истца, в виду непередачи ответчиком новому директору ООО «БИА» бухгалтерской и иной документации общества, у истца имеется только открытая информация о расходовании денежных средств со счетов ООО «БИА», другой информацией ФИО2 не обладает.

Судом первой инстанции предлагалось истцу представить подробный финансовый анализ за период, когда ФИО3 занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», с указанием наличия дебиторской и кредиторской задолженности на начальную и конечную дату (актив/пассив общества с даты его создания 05.06.2012); представить письменные пояснения по доводам отзыва и раскрыть перед судом родственные связи участников и работников ООО «БИА».

В свою очередь, истец, ссылаясь на непередачу ответчиком бухгалтерской и иной документации общества, запрашиваемые судом первой инстанции сведения не представил.

Суд первой инстанции указал, что  по состоянию на дату обращения в суд с настоящим иском, ФИО2 уже более полугода осуществлял функции единоличного исполнительного органа общества, имел возможность осуществить действия по сбору документов в отношении хозяйственно-экономической деятельности общества, в том числе путем обращения к контрагентам общества, сведения о которых имеются в выписках по счетам, обращения с исковым заявлением об истребовании у бывшего руководителя ФИО3 документации общества.

Суд апелляционной инстанции полагает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что в отсутствие первичных документов, выводы специалиста не являются всесторонними и полными, не отражают действительный характер  хозяйственных операций, а констатируют лишь анализ движения (приход/расход) денежных средств. Более того, даже данный анализ денежных средств является неполным, так как в материалах дела имеются копии кассовых ордеров,  которые специалистом не анализировались.  В отсутствие бухгалтерской документации общества, выводы эксперта о неосновательном перечислении денежных средств, в отсутствие экономической цели, не могут являться достоверными. В силу чего выводы экспертного исследования, представленного истцом, не могут быть положены в основу безусловного утверждения о наличии  вины ФИО3 в причинении ущерба обществу.

При рассмотрении апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции выносил на обсуждение сторон спора вопрос о наличии оснований для проведения экспертизы финансово-хозяйственной деятельности ООО «ВИА» в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа ответчиком.

Между тем, обе стороны спора правом, предусмотренным статьей 82 АПК РФ, не воспользовались, ходатайство о проведении судебной экспертизы финансово-хозяйственной деятельности ООО «ВИА» не заявили. 

В силу статьи 9  АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Кроме того, заявляя о том, что ФИО3 бездействовала в проведении общего собрания общества, чинила препятствия в предоставлении печати, иной документации и информации о хозяйственной деятельности общества, совершив при этом сделки с аффилированными лицами без экономического на то основания (вывод денежных средств), истец не представил суду доказательства того, что на протяжении более 8 лет, начиная с 2015 года через свою супругу ФИО5, а с 2020 года и сам ФИО2 как участник, обращались к ФИО3 с такими требованиями, на что получили отказ.

При этом апелляционный суд учитывает, что как следует из пояснений сторон, экспертного исследования, ООО «БИА» велась деятельность по строительству торгово-спортивного комплекса. Было возведено 3 этажа объекта, первый этаж объекта реализован ИП ФИО14 за 38 000 000 руб. Данные обстоятельства свидетельствуют об активной финансово-хозяйственной деятельности общества. Учитывая, что ФИО2 с 2020 года является мажоритарным участником ООО «БИА», с долей 56%, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что данный участник общества на протяжении длительного времени занимал пассивную позицию, не участвовал в деятельности общества. Между тем, ни перед судом первой инстанции, ни перед судом апелляционной инстанции истцом не раскрыта информация о том каким образом осуществлялась деятельность общества (предоставление обществу денежных средств по договору займа осуществлялась всеми, контролирующими деятельность общества лицами либо лицами, с ними связанными; перечисления обществом денежных средств третьим лицам с ссылкой на заемный характер отношений имели место на протяжении всего времени деятельности общества).  

С целью получения сведений о деятельности общества, судом первой инстанции, а также судом апелляционной инстанции в качестве свидетеля была допрошена ФИО12, которая, как следует из её пояснений, сопровождала проект по строительству ООО «БИА» торгово-спортивного комплекса.

Как следует из пояснений свидетеля, в 2015 году она была приглашена ФИО3 и ФИО4 для предоставления финансовых консультаций без оформления трудовых отношений в ООО «БИА». Оформление финансовых операций ООО «ВИА» осуществлялась через заемные денежные средства ввиду отсутствия у общества доходов. Все управленческие решения в обществе принимались совместно ФИО2, ФИО4,  ФИО3 При необходимости оплаты счетов, создавались реестры платежей, которые выносились на обсуждение данных лиц и после их одобрения производились оплаты. Своих работников в ООО «ВИА» не было, все услуги оказывались ООО «ВИА» (бухгалтерские, юридические, услуги по строительству) работниками ООО «Монолитстрой». Оформление финансовых операций ООО «ВИА» осуществлялась через заемные денежные средства ввиду отсутствия доходов у общества. Свидетель пояснила каким образом осуществлялось управление обществом, в частности при непосредственном участии ФИО2 и ФИО4, и ведении бухгалтерского учета общества в спорный период сестрой ФИО2 – ФИО15 Также свидетель дала пояснения откуда и на каком основании поступали денежные средства на расчетные счета и в кассу ООО «БИА», каким образом распределялась прибыль и производились расчеты с контрагентами. Свидетель пояснила, что балансовая стоимость объекта на 2018 год составляла 72 000 000 руб. В строительство объекта было вложено не менее 50 000 000 руб.

Истцом показания свидетеля, достоверными доказательствами не опровергнуты, иных сведений о деятельности общества не представлено. Представитель истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции, оспаривая утверждение свидетеля о выполнении работ в интересах ООО «БИА» работниками ООО «Монолитстрой», не представил иных сведений кем данные работы выполнялись, при этом факт ведения ООО «БИА» деятельности и отсутствие у данного общества сотрудников в спорный период, подтверждается материалами дела и сторонами не оспаривается.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание тот факт, что истец, указывая на необоснованное перечисление ответчиком денежных средств в адрес третьих лиц, не представил сведений за счет каких средств производилось строительство объекта – Торгово-спортивного комплекса, сведений о фактическом объеме затрат на его строительство, источниках их поступления, о балансовой стоимости данного объекта. 

Истец, являясь в настоящее время директором ООО «БИА», не предпринял действий по установлению стоимости работ, материалов, использованных при строительстве объекта.

При этом, согласно данным представленным в материалы дела 23.08.2023 третьим лицом – ФИО4, в частности Техническому плану здания от 08.06.2021,  общая площадь объекта недвижимости, расположенного по адресу 

<

...>, составляет 3 714,2 м2, количество этажей – 3, вид разрешенного использования – крытые физкультурно-оздоровительные сооружения, магазины товаров первой необходимости, для размещения объектов торговли.

Как следует из материалов дела, первый этаж данного комплекса реализован ИП ФИО14 за 38 000 000 руб. Сведения о стоимости второго и третьего этажа в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, в настоящем деле имеет место ситуация, при который истец, ссылаясь на необоснованное расходование ответчиком денежных средств общества в размере 39 106 461 руб. 70 коп., не представил доказательств, что совершенные операции по перечислению денежных средств не были направлены на реализацию проекта по строительству торгово-спортивного комплекса, поскольку иные средства общества, расходование которых на цели строительства не оспаривается, в полной мере покрыли расходы по строительству объекта.

Ссылка истца на то, что совершенные операции по перечислению денежных средств общества, не относились к основным видам деятельности общества, подлежат отклонению, поскольку как следует из пояснений свидетеля оформление финансовых операций ООО «ВИА» осуществлялась через заемные денежные средства, в виду отсутствия доходов у общества. При этом, учитывая, что истец является мажоритарным участником общества, а также факт участия истца в деятельности общества, ему не могли быть не известны сведения о том, каким образом достаточно длительный период времени ведется финансово-хозяйственная деятельность общества.

Как верно отмечено судом первой инстанции, участие в обществе с ограниченной ответственностью (за исключением ситуации с единственным участником) предполагает объединение капиталов, имеющее черты объединения лиц, где личность каждого участника имеет существенное значение для ведения общего дела. 

Из принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 ГК РФ) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов, либо использование иных форм финансирования.

Органы управления обществом в пределах предоставленных им полномочий обладают экономической самостоятельностью и независимостью.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) о наличии аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как пояснил свидетель ФИО12 в судебном заседании суда первой инстанции и в качестве приложения сам истец представил распечатку скриншота электронного письма от 28.09.2018, 09:40, направленного с электронной почты ФИО12 в адрес ФИО2, согласно которому, ФИО2 поступил расчет задолженности ООО «БИА» перед ФИО2 с учётом выхода из проекта на 28 сентября 2018 года, и получение прибыли ФИО4 от реализации первого этажа, в котором содержится «Отчет примерный по расходу денег ФИО14», что свидетельствует об осведомленности ФИО2 о расходовании денежных средств, поступивших от продажи первого этажа здания ИП ФИО14

В соответствии с частью 1 статьи 65.2, статьей 67 ГК РФ, статьями 7 и 8 Закона № 14-ФЗ все участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с документацией в установленном его уставом порядке.

Указанные права корреспондируют обязанностям участника общества принимать участие в его деятельности. Специфика корпоративных прав предполагает необходимость совершения участником общества активных действий в целях их реализации. Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав предполагает проявление интереса к деятельности общества. Основания считать, что истец по настоящему делу не имел интереса к деятельности общества, не оказывал влияния (в том числе путем согласования) на принимаемые  управленческие решения суда отсутствуют. Указанное позволяет считать, что избранная экономическая схема хозяйственной деятельности общества явилась результатом согласованного волеизъявления нескольких лиц, включая истца и ответчика по настоящему спору.

Как минимум с сентября 2018 года (то есть более пяти лет) истцу достоверно известно о порядке расходования и распределения денежных средств, полученных от реализации недвижимости, проданной ИП ФИО14, каких-либо действий по оспариванию такого распределения прибыли, как и распределение доли участников, не принимал. Доказательства обратного в материалы дела не представлены. С учетом указанного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что ФИО2,  ФИО4, ФИО3 пришли к обоюдному соглашению о пропорции распределения уставного капитала общества соразмерно внесенной капитализации, а именно было учтено то, что на долю предприятий, взаимосвязанных с ФИО4 пришлась большая сумма погашения внесенных займов, чем на долю ФИО2, в связи с чем ФИО2 получил удовлетворение своих требований посредством увеличения его доли до 56% уставного капитала.

Как указано выше, обстоятельства настоящего спора свидетельствуют о том, что общество управлялось непосредственно группой лиц (ФИО2,  ФИО4, ФИО3), а выдача и возврат денежных средств по основаниям займа, имели своей целью докапитализацию общества, с целью завершения реконструкции объекта и получения прибыли, что в частности объясняет нераскрытые экономические мотивы и отсутствие разумных объяснений по выдаче и возврату заменых денежных средств участников общества и иных подконтрольных организаций. В связи с чем, является логичным утверждение ответчика и ФИО4 (подробно позиция третьего лица и анализ финансовой деятельности общества изложена в ходатайстве от 07.07.2023) о причинах возникновения многочисленных судебных споров и корпоративного конфликта в обществе – несогласие с перераспределением полученной прибыли от реализации проданной недвижимости,  завладение ликвидным активом ООО «БИА».

Доводы подателя жалобы о недостоверности показаний свидетеля, подлежат отклонению в силу следующего.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Учитывая, что свидетель ФИО12 предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, свидетель напрямую имела отношение к оформлению финансово-хозяйственной деятельности ООО «БИА», а также к сделкам, стороной которых являлось ООО «БИА» и на которые ссылается истец в иске и возражениях на отзыв, ФИО12 пояснила суду первой и апелляционной инстанции порядок согласования и распределения денежных средств в обществе, информацию о перечислениях денежных средств по заключенным ООО «БИА», пояснила о взаимоотношения ФИО2 и ФИО4 в процессе хозяйственной деятельности, также лично взаимодействовала с ФИО2 и ФИО4 и участниками ООО «БИА» ФИО5 (супруга ФИО2) ФИО15 (сестра ФИО2) и ФИО3 (гражданская супруга ФИО4, в указанный период времени), а также то, что такие показания подтверждаются совокупностью иных доказательств, представленных в материалы настоящего дела, суд первой инстанции правомерно учел показания свидетеля как допустимые и относимые к предмету доказывания по настоящему спору. 

Исключение участника из состава таковых является специальным корпоративным способом защиты прав, вытекающих из участия в обществе, выполняющим карательную функцию за нарушение обязанности действовать в интересах общества, а также решающим проблему тупика в управлении юридическим лицом (так называемый deadlock) (пункты 1 и 2 Обзора № 151, определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2014 № 306-ЭС14-14).

Между тем, истец не представил доказательств наступления негативных последствий для общества в результате виновных, умышленных действий именно ФИО3 либо исключительно ФИО3, а также грубого нарушения обязанностей, повлекшего невозможность для общества осуществлять свою деятельность, так же как и не представил доказательств, подтверждающих, что исключение ФИО3 из состава участников общества позволит повысить эффективность деятельности общества.

Из обстоятельств дела следует, что ФИО3 хоть и занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», но при этом все решения относительно финансово-хозяйственной деятельности общества принимались совместно, при участии (либо осведомленности) в том числе истца, являющегося мажоритарным участником общества. В свою очередь истец уклонился от раскрытия перед судом полной экономической составляющей деятельности общества путем проведения, в том числе экспертного исследования, ссылаясь на непередачу ему ответчиком печати, бухгалтерской и иной документации общества.

Между тем, доказательств недобросовестного поведения ответчика по непередаче истцу печати, бухгалтерской и иной документации общества в материалы дела не представлено, в суд с соответствующим исковым заявлением истец не обращался.  В свою очередь, учитывая, что  ФИО2, так же как и ФИО3, предпринимал действия по финансированию строительства, путем предоставления займа обществу, и в последующем  получал возврат денежных средств из кассы общества, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела расходные кассовые ордера, он не мог не обладать сведениями о порядке поступления денежных средств на расчетные счета общества и их последующем распределении.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что вменяемые ответчику нарушения явились следствием коллективного волеизъявления всех участников и бенефициаров общества, при этом истец не доказал, что указанными действиями причинен ущерб обществу, его участникам, и при этом  степень вины ФИО3 настолько высока, что требует применения именно по отношению к ней такого способа защиты прав как прекращение корпоративных прав, а также не доказал, что  дальнейшее участие ФИО3 в обществе  воспрепятствует  продолжению его нормальной деятельности.

Суд апелляционной инстанции считает, что подателем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении требования истца, суд первой инстанции принял обоснованное решение.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы истца не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 31.08.2023 по делу № А46-3130/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-10381/2023) ФИО2 без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

С.А. Бодункова

Судьи

 

Н.А. Горобец

Л.И. Еникеева