АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-765/2025

17 июня 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 17 июня 2025 года

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Г.Х. Пономаревой,

судей М.Ю. Бурловой-Ульяновой, В.А. Гребенщиковой,

при участии:

от Генеральной прокуратуры Российской Федерации: ФИО2, представитель по доверенности от 27.02.2025 № 8-32-2025;

от общества с ограниченной ответственностью «Краб Марин»: ФИО3, представитель по доверенности от 22.11.2024;

от ФИО4: ФИО5, ФИО6, представители по доверенностям от 02.06.2025 (онлайн);

от ФИО7: ФИО8, представитель    по доверенности от 13.02.2024 (онлайн);

от ФИО9: ФИО10, представитель                 по доверенности от 31.01.2024 (онлайн);

от общества с ограниченной ответственностью «Прибрежный лов»: ФИО6, представитель по доверенности от 22.11.2024 (онлайн);

от Федеральной антимонопольной службы: ФИО11, представитель по доверенности от 26.12.2024 №МШ/120710/24;

от министерства сельского хозяйства Российской Федерации: ФИО12, представитель по доверенности от 19.12.2024 №88;

от остальных участвующих в деле лиц: представители не явились,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационные жалобы ФИО7, ФИО9, ФИО13, общества с ограниченной ответственностью «Краб Марин», ФИО14, ФИО4, ФИО15, общества с ограниченной ответственностью «Прибрежный лов», ФИО16, Филоненко Анастасии Юрьевны

на решение от 13.05.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2024

по делу №А51-1300/2024 Арбитражного суда Приморского края

по иску заместителя Генерального прокурора Российской Федерации                                 в интересах Российской Федерации

к ФИО18 (ОГРНИП 

<

***>,                   ИНН  

<

***>, дата прекращения деятельности: 29.05.2008), ФИО14 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО4, ФИО7, ФИО16, ФИО19, ФИО15, ФИО13, ФИО20, ФИО9 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности 14.09.2017), обществу  с ограниченной ответственностью «Краб Марин» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690091, 

<

...>, каб. 202), обществу                 с ограниченной ответственностью «Реал Девелопмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690090, 

<

...>, каб. 22), обществу                                 с ограниченной ответственностью «Мерлион» (ОГРН 

<

***>,                  ИНН 

<

***>, адрес: 690090, 

<

...>), обществу с ограниченной ответственностью «Рыбный остров» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 693010, 

<

...>, каб. 701), обществу с ограниченной ответственностью «Прибрежный лов»                                      (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690001, 

<

...>, каб. 501), акционерному обществу «Краб ДМП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 

<

...> зд. 4, каб. 507), обществу                           с ограниченной ответственностью «Владорион» (ОГРН 

<

***>,      ИНН 

<

***>, адрес: 690091, 

<

...>, каб. 210), закрытому акционерному обществу «Пасифик Марин» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 690091, 

<

...>, каб. 307), обществу                с ограниченной ответственностью «Апелла» (ОГРН 

<

***>,                             ИНН 

<

***>, адрес: 690090, 

<

...> зд. 4, оф. 506), Федеральному агентству по рыболовству (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 107996, 

<

...>)

третьи лица: министерство сельского хозяйства Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 107139, 

<

...>), Федеральная антимонопольная служба                                   (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 123001, 

<

...>)

о признании договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов недействительными (ничтожными); о взыскании              с ответчиков солидарно в пользу Российской Федерации 17 431 665 000 руб.; о взыскании в пользу Российской Федерации с ФИО13 принадлежащих ему: доли в уставном капитале ООО «Реал Девелопмент» в размере 51 %, доли в уставном капитале ООО «Мерлион»              в размере 51 %; с ФИО4 принадлежащих ему: доли в уставном капитале ООО «Реал Девелопмент» в размере 49 %, доли                          в уставном капитале ООО «Мерлион» в размере 49 %, доли в уставном капитале ООО «Рыбный Остров» в размере 76 %; с ФИО7 принадлежащих ему: доли в уставном капитале                                        ООО «Рыбный Остров» в размере 24%, доли в уставном капитале                       ООО «Апелла» в размере 100%,   

УСТАНОВИЛ:

Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации (далее – прокурор) в интересах Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к ФИО18, ФИО14, ФИО4, ФИО7, ФИО16, ФИО19, ФИО15, ФИО13, ФИО20, ФИО9, обществу с ограниченной ответственностью «Краб Марин», обществу с ограниченной ответственностью «Реал Девелопмент», обществу с ограниченной ответственностью «Мерлион», обществу с ограниченнойответственностью «Рыбный остров», обществу с ограниченной ответственностью «Прибрежный лов», акционерному обществу «Краб ДМП», обществу с ограниченной ответственностью «Владорион», закрытому акционерному обществу «Пасифик Марин», обществу с ограниченной ответственностью «Апелла», Федеральному агентству по рыболовству (далее – Росрыболовство), в котором (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ) просил:

- признать недействительными (ничтожными) заключенные между Росрыболовством и ООО «Краб Марин» договоры о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 05.09.2018 №ДВ-М406 и №ДВ-М-459; 

- признать недействительными (ничтожными) заключенные между Росрыболовством и ООО «Реал Девелопмент» договоры о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 06.09.2018                        №ДВ-М-405, от 29.08.2018 №ДВ-М-568, от 17.04.2020 №ДВ-А-93;

 - признать недействительными (ничтожными) заключенные между Росрыболовством и ООО «Рыбный Остров» договоры о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 30.08.2018                      №ДВ-М-2009, от 06.09.2018 №ДВ-М-492; 

- признать недействительным (ничтожным) заключенный между Росрыболовством и ООО «Мерлион» договор о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 14.04.2022 №ДВ-А-412; 

- признать недействительными (ничтожными) заключенные между Росрыболовством и ООО «Мерлион» договор о закреплении                             и предоставлении доли квоты добычи (вылова) крабов, представленной                       в инвестиционных целях в области рыболовства, для осуществления промышленного рыболовства, и (или) прибрежного рыболовства                                от 31.10.2019 №ИКК1, дополнительные соглашения №1 и №2 к договору                от 31.10.2019 №ИКК-1; 

- признать недействительными (ничтожными) заключенные между Росрыболовством и ООО «Прибрежный лов» договоры о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 05.09.2018 №ДВ-М-524, от 31.08.2018 №ДВМ-383; 

- признать недействительным (ничтожным) заключенный между Росрыболовством и АО «Краб ДМП» договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 06.09.2018 №ДВ-М-2288; 

- взыскать солидарно с ФИО18, ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО4, ФИО7, ФИО19, ФИО13, ФИО20, ФИО9, ООО «Краб Марин», ООО «Прибрежный лов», АО «Краб ДМП», ООО «Владорион», ЗАО «Пасифик Марин» в пользу Российской Федерации ущерб, причиненный водным биологическим ресурсам, в размере 17 431 665 000 рублей;

- в счет частичного возмещения ущерба на сумму 383 002 рубля 86 копеек, причиненного водным биологическим ресурсам, взыскать в пользу Российской Федерации с ФИО13 принадлежащие ему: долю в уставном капитале ООО «Реал Девелопмент» (ИНН 

<

***>) в размере 51%, долю в уставном капитале ООО «Мерлион» (ИНН 

<

***>) в размере 51%; 

- в счет частичного возмещения ущерба на сумму 367 983 рубля 14 копеек, причиненного водным биологическим ресурсам, взыскать в пользу Российской Федерации с ФИО4 принадлежащие ему: долю в уставном капитале ООО «Реал Девелопмент» (ИНН 

<

***>) в размере 49%, долю в уставном капитале ООО «Мерлион» (ИНН 

<

***>) в размере 49%; долю в уставном капитале ООО «Рыбный Остров» (ИНН 

<

***>) в размере 76%; 

- в счет частичного возмещения ущерба на сумму 809 200 рублей, причиненного водным биологическим ресурсам, взыскать в пользу Российской Федерации с ФИО7 принадлежащие ему: долю в уставном капитале ООО «Рыбный Остров» (ИНН 

<

***>) в размере 24%, долю в уставном капитале ООО «Апелла» (ИНН 

<

***>) в размере 100 %. 

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечены Министерство сельского хозяйства Российской Федерации, Федеральная антимонопольная служба (далее – ФАС России).

 Решением Арбитражного суда Приморского края от 13.05.2024                     (с учетом определения об исправлении опечатки от 13.05.2024) исковые требования удовлетворены в полном объеме, решение обращено                               к немедленному исполнению.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда                             от 24.12.2024 решение  оставлено без изменения.

Не согласившись с состоявшимися судебными актам ФИО7, ФИО9, ФИО13, общество с ограниченной ответственностью «Краб Марин», ФИО14, ФИО4, ФИО15, общество с ограниченной ответственностью «Прибрежный лов», ФИО16, ФИО19 обратились с кассационными жалобами. 

В обоснование своей правовой позиции ответчики по тексту кассационных  жалоб и дополнений к ним указывают, что законодательством предусмотрены иные последствия установления над юридическим лицом контроля иностранного инвестора в виде принудительного прекращения права на добычу (вылов) водных биоресурсов, при этом договор, на основании которого у лица возникло право на такую добычу, подлежит расторжению в одностороннем порядке с даты получения указанным лицом уведомления, поступившего от органа государственной власти, являющегося стороной договора. Таким образом, действующее законодательство не предусматривает возможность признания договоров о закреплении доли квоты добычи (вылова) водных биоресурсов недействительными (ничтожными), а предусматривает их расторжение по результатам соответствующей процедуры. Настаивают на том, что решения и сделки хозяйственных обществ, совершенные после установления контроля иностранным инвестором, являются оспоримыми, а не ничтожными, срок давности по ним составляет один год. При этом даже в случае квалификации оспариваемых сделок в качестве ничтожных ссылаются на истечение трехлетнего срока давности на подачу иска о признании спорных договоров недействительными, поскольку полагают, что спорные договоры исполнялись ответчиками с 2018 года, налоговые проверки проводились в отношении ответчиков в течение 2018-2020 гг. Указывают на то, что законом не предусмотрено взыскание убытков при признании сделок недействительными вместо реституции. Полагают, что признание соглашений о предоставлении квот недействительными не является основанием для взыскания ущерба. Кроме того, для целей взыскания ущерба истцом, по их мнению, не доказано, что рыбодобывающие компании осуществляли незаконную добычу (вылов) водных биоресурсов, поскольку добыча осуществлялась при наличии соответствующего разрешения, выданного в установленном порядке, в пределах квоты добычи, рассчитанной на основании общего допустимого улова, нарушение норм экологического законодательства не установлено, размер ущерба не обоснован. Полагают, что основания для взыскания ущерба с ответчиков солидарно отсутствуют. ФИО16, ФИО4, ФИО7 ссылаются на период приобретения ими долей в спорных организациях или назначения на руководящие должности уже после заключения договоров о закреплении квот на добычу (вылов) водных биоресурсов, в оформлении которых либо принятии каких-либо иных корпоративных решений не участвовали. Полагают, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что задолго до приобретения доли в обществе и/или занятия должности директора обществ, у них возник совместный умысел, направленный на незаконную добычу водных биоресурсов, а также доказательства привлечения указанных лиц к административной и/или уголовной ответственности. 

Более того, ответчики настаивают на отсутствии у прокурора полномочий на подачу иска о возмещении вреда, причиненного водным биоресурсам в результате нарушения обязательных требований Закона о рыболовстве, указывая, что подача таких исков отнесена к компетенции Росрыболовства, в связи с чем полагают, что производство по делу в части взыскания ущерба подлежало прекращению. 

Считают, что судом первой инстанции незаконно удовлетворено требование прокурора о взыскании с участников обществ в счет частичного возмещения ущерба принадлежащих им долей в уставном капитале обществ, поскольку главным условием для такого обращения взыскания является отсутствие у них иного имущества, достаточного для погашения долга, при этом обращение взыскания на долю (часть доли) участника общества осуществляется путем ее продажи с публичных торгов.

Кассаторы ссылаются на рассмотрение дела Арбитражным судом Приморского края в нарушение правил о компетенции арбитражных судов,             а также о подсудности. Считают, что судом нарушено право сторон на рассмотрение дела с участием арбитражных заседателей, необоснованно оставлено без рассмотрения заявление о фальсификации доказательств (не подтверждена законность нахождения письменных доказательств в томах дела №№11, 14, 15, 23, 24, 25, 26), к участию в деле не привлечены Федеральное агентство по управлению государственным имуществом (далее – Росимущество), а также уполномоченный при Президенте РФ по защите прав предпринимателей. Указывают, что стороны были лишены права на ознакомление с материалами дела, ходатайства об отложении судебного заседания были необоснованно отклонены судом первой инстанции. 

Заместитель Генерального прокурора РФ, Федеральная антимонопольная служба, министерство сельского хозяйства Российской Федерации в представленных отзывах опровергли доводы заявителей кассационных жалоб и просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные.

В материалы дела от ООО «Краб Марин» поступило ходатайство                   о направлении арбитражным судом запроса в Конституционный суд Российской Федерации о проверке конституционности норм, подлежащих применению в настоящем споре, рассмотрев которое, суд пришел                             к следующему. 

В силу статьи 36 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 №1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее - Закон №1-ФКЗ) поводом к рассмотрению дела в Конституционном Суде Российской Федерации является обращение в Конституционный Суд Российской Федерации в форме запроса, ходатайства или жалобы, отвечающее требованиям настоящего Федерального конституционного закона. 

В соответствии с частью 4 статьи 125 Конституции Российской Федерации по запросам судов Конституционный Суд Российской Федерации проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле. 

Согласно части 3 статьи 13 АПК РФ, если при рассмотрении конкретного дела арбитражный суд придет к выводу о несоответствии закона, примененного или подлежащего применению в рассматриваемом деле, Конституции Российской Федерации, арбитражный суд обращается в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности этого закона. Аналогичное указание содержится в статье 101 Закона №1-ФКЗ. 

В силу указанных норм обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности закона является правом арбитражного суда в случае возникновения у него, а не у стороны, участвующей в деле, сомнений о соответствии примененного или подлежащего применению закона Конституции Российской Федерации. 

Суд не усматривает в данном случае оснований, предусмотренных частью 1 статьи 13 АПК РФ, для обращения с запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, в связи с этим ходатайство заявителя удовлетворению не подлежит. 

В случае если заявитель жалобы полагает, что нормы права, примененные судами по данному делу, не соответствуют Конституции Российской Федерации, он вправе обратиться в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующим заявлением самостоятельно.

Рассмотрение кассационной жалобы в порядке статьи 158 АПК РФ неоднократно откладывалось. 

В связи с нахождением судьи С.И. Гребенщикова в отпуске, на основании определения суда от 02.06.2025 произведена его замена на судью М.Ю. Бурлову-Ульянову. 

Рассмотрение кассационной жалобы в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ начато с начала. 

Арбитражным судом Дальневосточного округа были удовлетворены поступившие от представителей Федеральной антимонопольной службы, Федерального агентства по рыболовству, ООО «Реал Девелопмент»  ходатайства об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции (онлайн-заседание) и организовано проведение онлайн-заседания, вместе с тем, представители не произвели корректное техническое подключение для участия в судебном заседании с использованием системы веб-конференции.

В судебном заседании, проведенном в онлайн-режиме                                     с использованием системы веб-конференции (статья 153.2 АПК РФ), представители ФИО7, ФИО9, ООО «Краб Марин», ФИО4, ООО «Прибрежный лов» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, дав суду пояснения, с которыми не согласились представители Генеральной прокуратуры РФ, Федеральной антимонопольной службы, министерства сельского хозяйства Российской Федерации и, возражая относительно доводов, изложенных в кассационных жалобах, просили оставить состоявшиеся судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а жалобы - без удовлетворения.

Остальные, не явившиеся в судебное заседание участвующие в деле лица, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном интернет-портале «Картотека арбитражных дел», однако отсутствие их представителей не препятствует рассмотрению дела в силу части 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив законность принятых по делу судебных актов с учетом доводов поданных жалоб, поступивших отзывов на них и пояснений представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что в данном случае предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для их отмены или изменения не имеется.

Как установлено судами и подтверждается материалами дела, Федеральное агентство по рыболовству заключило с:

- ООО «Краб Марин» договоры о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 05.09.2018 №ДВ-М-406,                   от 05.09.2018 №ДВ-М-459,

- ООО «Реал Девелопмент» договоры о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 06.09.2018 №ДВ-М-405,                      от 29.08.2018 №ДВ-М-568, от 17.04.2020 №ДВ-А-93,

- ООО «Рыбный Остров» договоры о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 30.08.2018 №ДВ-М-2009,                 от 06.09.2018 №ДВ-М-492,

- ООО «Мерлион» договор о закреплении и предоставлении доли квоты добычи (вылова) крабов, представленной в инвестиционных целях в области рыболовства, для осуществления промышленного рыболовства, и (или) прибрежного рыболовства от 31.10.2019 №ИКК-1, дополнительные соглашения №1 и№ 2 к договору от 31.10.2019 №ИКК-1; договор                          о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 14.04.2022 №ДВ-А-412,

- ООО «Прибрежный лов» договоры о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 05.09.2018 №ДВ-М-524,                       от 31.08.2018 №ДВ-М-383,

- АО «Краб ДМП» договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 06.09.2018 №ДВ-М-2288.

Генеральной прокуратурой РФ совместно с Федеральной службой безопасности России и Федеральной антимонопольной службой выявлено, что в Приморском крае и Сахалинской области компании - ООО «Краб Марин», ООО «Реал Девелопмент», ООО «Рыбный Остров»,                               ООО «Мерлион», ООО «Прибрежный лов», АО «Краб ДМП»  на протяжении длительного времени создают ложную видимость осуществления экономической деятельности в качестве самостоятельных хозяйствующих субъектов, на основании фиктивных сделок неправомерно добывают водные биоресурсы, чем причиняют ущерб государству.

При этом названные организации подконтрольны гражданину иностранного государства ФИО18

Вступившими в законную силу судебными актами по делам                                   №№А59-1771/2020, А73-5345/2020, А59-5734/2020, А51-7723/2020, А51-7721/2020, А40-172298/2022, а также апелляционным определением Приморского краевого суда от 30.11.2023 по делу №33-10655/2023 установлена общность экономических интересов и аффилированность между ответчиками.

Так, не позднее 2018 года у ФИО18 совместно с ФИО14, ФИО16, ФИО4, ФИО7, ФИО19, ФИО15, ФИО13, ФИО20, ФИО9 возник совместный умысел на осуществление в нарушение закона вылова водных биологических ресурсов, являющегося видом деятельности, представляющим стратегическое значение для обеспечения экономической безопасности государства.

В целях скрыть от уполномоченных государственных органов факт нахождения ответчиков под контролем иностранного инвестора ответчиками произведены формальные корпоративные изменения (продажа долей                               в уставных капиталах, назначение новых руководителей).

Считая, что вышеуказанные сделки являются ничтожными,                               а незаконной деятельностью ответчиков Российской Федерации причинен значительный вред, Заместитель Генерального прокурора РФ обратился                     в арбитражный суд с иском о признании данных сделок недействительными (ничтожными) и взыскании 17 431 665 000 руб. ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, с обращением взыскания на имущество ответчиков в виде долей в уставном капитале юридических лиц и объектов недвижимости.

Суды первой и апелляционной инстанций, признав доказанными факты установления над вышеуказанными ответчиками - физическими                                и юридическими лицами как группы лиц контроля иностранного инвестора, а также причинения водным биологическим ресурсам существенного ущерба                 в заявленном размере, удовлетворили иск в полном объеме, правомерно руководствуясь следующим.

В силу положений части 1 статьи 10 Федеральный закон от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон № 166-ФЗ) водные биоресурсы находятся в федеральной собственности. Право на добычу (вылов) водных биоресурсов возникает по основаниям, предусмотренным законом (часть 1 статьи 11 Закона №166-ФЗ).

При этом на основании части 2 статьи 11 Федерального закона                        от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» юридические лица, зарегистрированные  в Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и находящиеся под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, не вправе осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов, за исключением случая, предусмотренного частью 3 настоящей статьи.

Юридические лица, указанные в части 2 настоящей статьи, вправе осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов в случае, если право на добычу (вылов) водных биоресурсов у указанных лиц возникло с соблюдением требований, которые предусмотрены Законом №57-ФЗ.

В целях обеспечения обороны страны и безопасности государства Федеральным законом от 29.04.2008 №57-ФЗ «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» (далее - Закон №57-ФЗ) для иностранных инвесторов и группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, установлен запрет на право осуществления видов деятельности, имеющих стратегическое значение.

На основании пункта 2 части 1 статьи 3 Закона №57-ФЗ хозяйственное общество, имеющее стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства представляет собой хозяйственное общество, созданное на территории Российской Федерации и осуществляющее хотя бы один из видов деятельности, имеющих стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства и указанных в статье 6 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 40 статьи 6 Закона №57-ФЗ добыча (вылов) водных биологических ресурсов (в редакции, действующей до 18.10.2022), рыболовство (в редакции, действующей с 18.10.2022) в целях настоящего Федерального закона относятся к видам деятельности, имеющим стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с пунктами 1 и 5 части 2 статьи 3 Закона №57-ФЗ в целях настоящего Федерального закона иностранным инвестором признаются: иностранное юридическое лицо, гражданская правоспособность которого определяется в соответствии с законодательством государства, в котором оно учреждено, и которое вправе в соответствии с законодательством указанного государства осуществлять инвестиции на территории Российской Федерации, а также гражданин Российской Федерации, имеющий иное гражданство либо получивший вид на жительство или иной действительный документ, подтверждающий право на постоянное проживание в иностранном государстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2023 №139-ФЗ).

Исходя из пункта 3 части 1 статьи 3 Закона №57-ФЗ под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, над хозяйственным обществом понимается, в том числе возможность иностранного инвестора или группы лиц непосредственно или через третьих лиц определять решения, принимаемые хозяйственным обществом, имеющим стратегическое значение.

Частью 2 статьи 14.2 Закона №166-ФЗ и пунктом 2 части 1 статьи 5 Закона №57-ФЗ установлено, что хозяйственное общество, имеющее стратегическое значение, - контролируемое лицо считается находящимся под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор (контролирующее лицо), в частности, если контролирующее лицо на основании договора или по иным основаниям получило право или полномочие определять решения, принимаемые контролируемым лицом, в том числе определять условия осуществления контролируемым лицом предпринимательской деятельности.

При этом в силу части 3 статьи 3 Закона №57-ФЗ понятия «группа лиц», «соглашение» используются соответственно в значениях, указанных               в Федеральном законе от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон №135-ФЗ).

В целях настоящего Федерального закона под соглашением понимаются договоренности в письменной или устной форме, направленные на осуществление права голоса в отношении хозяйственного общества, имеющего стратегическое значение, на общем собрании акционеров (участников) такого хозяйственного общества, совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления такого хозяйственного общества, а также на получение иной возможности определять решения органов управления такого хозяйственного общества, в том числе условия осуществления им предпринимательской деятельности.

На основании части 1 статьи 4 Закона №57-ФЗ совершение сделок, иных действий, влекущих за собой установление контроля иностранного инвестора или группы лиц над хозяйственными обществами, имеющими стратегическое значение, и указанных в части 1.1 статьи 7 того же Федерального закона сделок, предусматривающих приобретение имущества таких хозяйственных обществ, допускается при наличии решения о предварительном согласовании таких сделок, действий в соответствии с этим Законом, оформляемого уполномоченным органом.

Основная цель Закона №57-ФЗ, как неоднократно разъяснял Конституционный Суд РФ (Определения от 05.07.2011 №924-О-О,                         от 29.09.2011 №1108-О-О, №1109-О-О, от 18.06.2020 № 1106-О) состоит в ограничении участия иностранного капитала в хозяйственных обществах, имеющих стратегическое значение, недопущение безнадзорного совершения сделок, в результате которых иностранный инвестор получил бы контроль над таким обществом; механизмом реализации этой цели служит установление разрешительного правового режима для совершения указанных сделок, предполагающего получение решения об их предварительном согласовании, оформляемого федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на выполнение функций по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации (часть 1 статьи 4).

Такое законодательное регулирование направлено на достижение конституционно значимых целей и учитывает необходимость организации функционирования экономической системы государства для максимально эффективного обеспечения общих интересов ее многонационального народа.

Особенностью предусмотренного названным Федеральным законом ограничительного правового режима является введение полного контроля над иностранными инвестициями в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение. Это выражается в установлении соответствующих изъятий для случаев участия в таких хозяйственных обществах иностранных инвесторов как напрямую, так и опосредованно - через группу лиц, в которую они входят (статья 1, часть 1 статьи 2), а также в широком понимании контроля, который охватывает корпоративное влияние, оказываемое иностранными инвесторами на хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение, не только непосредственно, но и через третьих лиц (пункт 3 части 1 статьи 3).

Правовым последствием несоблюдения требований Закона № 57-ФЗ в силу пункта 1 статьи 15 является то, что сделки, указанные в статье 7 данного Закона и совершенные с нарушением его требований, ничтожны.

Частью 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №25) применительно к статьям 166 и 168 названного Кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Из разъяснений, приведенных в абзаце 2 пункта 74 Постановления Пленума ВС РФ №25, следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В соответствии с разъяснениями пункта 8 Постановления Пленума ВС РФ №25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов      1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

По результатам исследования имеющихся в деле доказательств судами обеих инстанций установлен факт того, что рыбодобывающие общества -              АО «Краб ДМП», ООО «Краб Марин», ООО «Реал Девелопмент»,                      ООО «Мерлион», ООО «Рыбный остров», ООО «Прибрежный лов» находились под непосредственным контролем ФИО18, являющегося гражданином Украины, а также группы физических и юридических лиц, действующих в едином интересе с ФИО18, и действовали                              с совместным умыслом на осуществление в нарушение законодательства, регулирующего добычу (вылов) водных биологических ресурсов, являющуюся видом деятельности, представляющим стратегическое значение для обеспечения экономической безопасности государства, что подтверждено фактическими взаимоотношениями, отраженными в финансовых, таможенных, налоговых и корпоративных документах, и подтверждается совокупностью иных доказательств.

В частности, факт взаимозависимости вышеуказанных рыбодобывающих обществ с иностранным инвестором установлен ФАС России и подтвержден судебными актами, принятыми по делам                         №№ А40-159249/2022, А40-162800/2022, А40-168346/2022, А40-172298/2022, А40-168345/2022, А40-175508/2022, А40-79356/2022.

Вступившими в законную силу судебными актами по делам                           №№ А59-1771/2020, А73-5345/2020, А59-5734/2020, А51-7723/2020,                 А51-7721/2020  о банкротстве рыбодобывающих обществ и ООО «СахРыба-1» установлена общность экономических интересов и наличие фактической аффилированности между: ООО «СахРыба-1», ООО «ЗБФ»,                                 ООО «Атлантика», ООО «Владконэк», ООО «Владорион», ООО «Рыбный остров», ООО «Пасифик», ООО «Пасифик Марин Тролерз», ООО «Гунчан», ООО «Алеут», ООО «Тайфун», ООО «Прибрежный лов», ООО «ДВ Акваресурс», ООО «ДМП краб», ООО «Краб Марин», ООО «Хасанрыба», ЗАО «Лайн Инвест», ФИО14, ФИО18, ФИО19, ФИО16, ФИО20, ФИО15, ФИО21

Факт аффилированности ФИО16, ФИО19                               и ФИО9 с остальными ответчиками подтвержден судами при рассмотрении дела №А40-172298/2022 Арбитражного суда Московского округа.

Так, судами установлено вхождение ФИО16 в структуру органов управления указанных обществ по предложению ФИО19, которая на внеочередном общем собрании участников ООО «Атлантика» (протокол от 05.02.2020 № 1) предложила (в лице своего представителя по доверенности ФИО22) кандидатуру ФИО16 на должность генерального директора ООО «Атлантика». Впоследствии ФИО19 продала ФИО16 доли своего участия в уставных капиталах                    ООО «Тайфун», ООО «Хасанрыба», ООО «Краб ДВ», ООО «Атлантика»,               ООО «Рыбный остров» (с 13.09.2021), ООО «Муссон ДВ» (с 08.09.2021).

В свою очередь, ФИО19 в одни и те же периоды времени входила в одну группу лиц (выполняя функции единоличного исполнительного органа и (или) являясь участником общества) или входила в состав участников одного и того же общества (его органов управления) либо последовательно сменяла статус владельца или единоличного исполнительного органа обществ с ФИО18 - ООО «Краб ДВ»,                 ООО ГК «Дальморепродукт», Союз Дальневосточных рыбаков;                            ФИО14 - ООО «Мерлион», ООО «ДВ Акваресурс», ООО «Тайфун». ФИО16 сменил ФИО19 в качестве директора ООО «Краб Марин» (с 10.08.2021 по 20.08.2021).

Суды также отметили, что ФИО16 зарегистрирован по месту жительства не в тех субъектах Российской Федерации, в которых рыбодобывающие общества осуществляют основную деятельность, что в совокупности с передачей ему ФИО19 корпоративных прав в отношении указанных обществ, находящихся на Дальнем Востоке, свидетельствует о наличии у данного лица признаков статуса массового учредителя (руководителя), который не подразумевает активного участия в управлении хозяйственно-экономической деятельностью принадлежащих ему юридических лиц при осуществлении функций номинального владельца (директора).

Относительно ФИО9 Арбитражный суд Московского округа в деле №А40-172298/2022 установил, что последний также в одни                  и те же периоды времени входил (входит) в одну группу лиц (выполняя функции директора общества) либо последовательно сменял статус директора обществ с ФИО14 - ООО «СахРыба-1», 100% долей                   в уставном капитале которого с 23.11.2017 принадлежит ФИО14;              ФИО23 - ООО «СахРыба-1»; ФИО19 - ООО «Рыбный остров». Кроме того, ФИО9 входил в состав совета директоров АО ХК «Дальморепродукт» одновременно с ФИО27, ФИО19, ФИО24 и ФИО25, который является родственником ФИО23 Директором ООО «Инсайд» с 11.12.2020 является А. ФИО26, назначенный на должность ФИО16 как мажоритарным участником ООО «Атлантика», контролирующего (100%) ООО «Инсайд».

В соответствии с письмом ФАС России от 16.01.2024 № ЦА /2405/2024 указанные рыбодобывающие общества формировали и реализовывали единую торговую политику, при которой единственным поставщиком товаров, необходимых для добычи (вылова) и упаковки водных биоресурсов, являлась иностранная компания «ATLANTIC KOREA CO., LTD»,                          а денежные средства, полученные от реализации водных биоресурсов, выводились на счета организаций, находящихся под контролем иностранного инвестора ФИО18 и его группы лиц.

Из материалов расследования (информации) МРУ Росфинмониторинга по ДФО от 18.09.2023 № 16-02-03/5751-дсп, ФАС России от 20.10.2023                 № СП/87010, от 16.01.2024 № ЦА/2405/24 также установлено, что в период действия договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, желая скрыть факт нахождения под контролем иностранного инвестора ФИО18, ответчиками осуществлена формальная смена структуры владения юридическими лицами путем оформления долей в их уставных капиталах на ФИО13 и ФИО4, также входящих в одну группу лиц и аффилированных с ними.

В нарушение статьи 7 Закона № 57-ФЗ ФИО18, а также иные лица не представляли в ФАС России и в Правительственную комиссию по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации соответствующих заявлений, предусмотренных Законом № 57-ФЗ.

Приведенные в кассационных жалобах доводы об отсутствии признаков вхождения ответчиков в единую группу лиц под контролем иностранного инвестора проверялись судами первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и мотивировано отклонены в обжалуемых судебных актах как прямо опровергающиеся материалами дела.

Ссылки ФИО7, ФИО13, ФИО4, ФИО9 и ФИО16 на период их владения и (или) руководства спорными организациями уже после заключения спорных договоров о закреплении доли (квоты) водных биологических ресурсов, признание недействительными которых является предметом настоящего спора, подлежали отклонению судами как противоречащие установленным по делу обстоятельствам, а именно осуществлению корпоративных изменений в группе компаний, предпринятых в целях сокрытия действия организаций в качестве группы.

Так, Девятым арбитражным апелляционным судом в постановлении                       от 19.11.2024 по делу №А40-37221/2024 установлено, что произведенная                в 2023 году смена собственников и руководителей рыбодобывающих обществ с лиц, подконтрольных иностранному инвестору – ФИО18, на лиц, юридически не связанных с ним, имеет формальный характер, поскольку новые участники и руководитель рыбодобывающих обществ имеют признаки «массового» (номинального, технического) участника и руководителя.

С 25.04.2023 по 51% долей в уставных капиталах ООО «Краб Марин», ООО «Реал Девелопмент», ООО «Прибрежный лов» и с 26.04.2023 51% долей в уставном капитале ООО «Мерлион» принадлежат ФИО13

ФИО13 с 2014 года работал в ООО «Кантигер», которое с 2012 года принадлежало ФИО18 (брат ответчика ФИО18).

С 25.04.2023 по 49% долей в уставных капиталах ООО «Краб Марин», ООО «Реал Девелопмент», ООО «Прибрежный лов», с 26.04.2023 49 % долей в уставном капитале ООО «Мерлион» и с 18.08.2023 76% долей в уставном капитале ООО «Рыбный остров» принадлежит ФИО4

ФИО4 с 2022 года работает в ООО «ЗБТФ», которое в свою очередь с февраля 2018 года принадлежит ФИО15 Кроме того, ФИО4 представлял интересы ФИО15 по иску Генерального прокурора Российской Федерации по делу № А40-79356/2022, доверенность от 23.09.2022.

ФИО7 с 2020 года работает в ООО «Пасифик Марин Тролерз», ему с февраля 2023 года принадлежало 100 % долей ООО «Рыбный остров», а с августа – 24% (общество с 14.12.2018 по 13.09.2021 принадлежало ФИО19, а с 13.09.2021 по 20.02.2023 ФИО16).

ООО «Апелла» зарегистрировано в 2022 году, с 03.03.2022 100% долей принадлежали ФИО27 (дочь ответчика ФИО18), с 24.08.2023 - ФИО7

Переоформление долей участия в рыбодобывающих обществах на одних и тех же физических лиц в совокупности с тем, что данным корпоративным изменениям предшествовало установление факта незаконного иностранного контроля над рыбодобывающими обществами, свидетельствует об отсутствии у группы лиц, действующей под контролем иностранного инвестора ФИО18, реальных намерений по продаже бизнеса по добыче (вылову) водных биоресурсов и наличии у этой группы лиц цели устранить формальные юридические связи с рыбодобывающими обществами, переоформив корпоративные права на ФИО13, ФИО4, ФИО7, которые имеют признаки «массовых» (номинальных, технических) участников и руководителя, а также не имеют реальных намерений по инвестированию собственных денежных средств в рыболовный бизнес и активному участию в управлении хозяйственно-экономической деятельностью рыбодобывающих обществ.

Таким образом, ответчики, находясь под контролем ФИО18,            в нарушение требований Закона №166-ФЗ и Закона №57-ФЗ получили квоты на добычу (вылов) водных биоресурсов, вели их промысел и осуществляли реализацию на экспорт, тем самым фактически осуществляя единый вид экономической деятельности в сфере добычи и реализации водных биологических ресурсов, имеющей стратегическое значение, что является достаточным основанием для признания спорных сделок ничтожными в силу статей 10, 168 ГК РФ, как противоречащих существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства и посягающих на публичные интересы в сфере безопасности государства, что согласуется с разъяснениями пунктов 8, 74, 75 Постановления Пленума ВС РФ №25.

Утверждение заявителей жалоб о том, что отмеченные судами нарушения могли повлечь только досрочное прекращение прав на добычу (вылов) водных биоресурсов, является ошибочным, поскольку контроль иностранного инвестора существовал на момент заключения спорных сделок, что является прямым нарушением закона, а не возник после получения квот.

Довод ответчиков о том, что судом первой инстанции не разрешена судьба реституционных требований, которые должны были возникнуть в силу применения норм о недействительности сделок, нельзя признать состоятельным, учитывая, что прокурором требований о применении последствий недействительности заявлено не было, что соответствует положениям абзаца 2 пункта 3 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, изложенным в пункте 84 Постановления Пленума №25, согласно которым подача иска о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности является допустимой.

Доводы кассационных жалоб в части необходимости применения к заявленным требованиям срока исковой давности, судом округа также не принимаются, поскольку судами не установлено нарушений пункта 1 статьи 181 ГК РФ с учетом того, что о контроле иностранного инвестора над ответчиками Заместителю Генерального прокурора РФ стало известно только из письма ФАС России от 16.01.2024 №ЦА/2405/24, что с учетом подачи иска 23.01.2024 свидетельствует о соблюдении истцом срока исковой давности.

Далее, удовлетворяя требования Заместителя Генерального прокурора РФ о взыскании ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, суды руководствовались нормами Федерального закона от 10.01.2002 №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон №7-ФЗ), статьей 53 Закона №166-ФЗ, правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №1743-О-О, пунктами 6, 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 №49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), и пунктами 33, 34, 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» и признали доказанным факт причинения вреда окружающей среде в результате противоправных виновных действий ответчиков.

Расчет ущерба, причиненный незаконным выловом биоресурсов,                            на сумму 17 431 665 000 руб. произведен истцом в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 03.11.2018 №1321 «Об утверждении такс для исчисления размера ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам», действовавшим на момент совершения правонарушения, на основании данных ресурсных исследований                                и государственного мониторинга ВБР по их средней массе, представленных ФГБНУ «ВНИРО», проверен судами и признан нормативно обоснованным               и арифметически верным.

Итоговый размер причиненного ущерба окружающей среде надлежащими доказательствами не опровергнут.

Согласно абзацу первого статьи 1080 ГК РФ, совместно причинившие вред окружающей среде, отвечают солидарно.

В силу пункта 9 постановления Пленума № 49 о совместном характере действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Поскольку представленными доказательствами подтверждается факт наличия незаконного интереса в виде умышленного обхода запрета на добычу (вылов) водных биоресурсов организациями, находящимися под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, требование истца о взыскании солидарно с ФИО18, ФИО14, ФИО16, ФИО15, ФИО4, ФИО7, ФИО19, ФИО13, ФИО20, ФИО9, ООО «Краб Марин», ООО «Прибрежный лов», АО «Краб ДМП», ООО «Владорион», ЗАО «Пасифик Марин» 17 431 665 000 руб.                   в пользу Российской Федерации  правомерно удовлетворено судами.

В отношении ООО «Мерлион», ООО «Апелла», ООО «Рыбный Остров», ООО «Реал Девелопмент» требований о взыскании ущерба не заявлено, в связи с чем данный вопрос в отношении указанных лиц не рассмотрен.

Доводы кассационных жалоб о непричинении вреда водным биоресурсам в связи с тем, что вылов производился в пределах установленных квот, отсутствии вины и причинной связи между действиями по вылову водных биоресурсов и причинением вреда, подлежат отклонению, поскольку осуществление соответствующего вида деятельности с нарушением требований закона о приоритете сохранения водных биоресурсов перед их использованием наносит вред окружающей среде.

Доводы об отсутствии оснований для применения статьи 1080 ГК РФ и необходимости определения в отношении каждого из ответчиков долевой ответственности с учетом периодов совершения юридическими лицами сделок по реализации рыбопродукции, а также периодов участия/руководства физических лиц в спорных организациях, обоснованно отклонены судами на основании пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ №49 с учетом согласованности и скоординированности действий совместно всех ответчиков, направленных на реализацию общего намерения причинения вреда.

В целях возмещения причиненного ущерба судами принято решение об обращении взыскания на имущество ФИО13, ФИО4, ФИО7, а именно на их доли в ООО «Реал Девелопмент»,                         ООО «Рыбный Остров», ООО «Апелла» и ООО «Мерлион», в соответствии с частью 1 статьи 237 ГК РФ, в силу которой изъятие имущества путем обращения взыскания на него по обязательствам собственника производится на основании решения суда, если иной порядок обращения взыскания не предусмотрен законом или договором, что, вопреки позиции заявителей жалоб, не противоречит положениям статей 14, 25 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статье 69 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

По информации ФНС России от 21.11.2023 у ФИО13, ФИО4, ФИО7 отсутствуют денежные средства                         в объеме, достаточном для возмещения причиненного водным биологическим ресурсам ущерба и последними не представлены соответствующие доказательства о наличии иного имущества, достаточного для исполнения принятого судом решения.

Выводы судов в этой части полностью соответствуют принципу эффективного правосудия, предполагающего возможность превентивной судебной защиты субъекта гражданского оборота от действий, нарушающих его права (абзац третий статьи 12 ГК РФ), то есть допускает активную правовую охрану интересов такого субъекта от еще не состоявшихся, но потенциально неизбежных последствий (пункт 13 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 22.12.2021).

Указанные заявителями жалоб в качестве безусловных оснований для отмены принятых судебных актов процессуальные нарушения материалами дела не подтверждаются.

Так, судами верно определено, что настоящий спор носит экономический характер и отнесен к компетенции арбитражных судов в силу статей 27, 28 АПК РФ и части 6 статьи 15 Закона №57-ФЗ. Оснований полагать, что в данном конкретном случае, учредители и руководители обществ выступали в спорных правоотношениях исключительно как физические лица, у судов не имелось.

В связи с этим, доводы кассационных жалоб о необходимости передачи спора на рассмотрение в суд общей юрисдикции, признаются судом округа несостоятельными.

Довод ответчиков о том, что прокурор не уполномочен на подачу иска о возмещении ущерба, причиненного незаконным выловом водных биоресурсов, являлся предметом рассмотрения судов и обоснованно отклонен.

В соответствии с пунктом 1 приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 07.07.2017 №473 «О реализации прокурорами полномочий в арбитражном судопроизводстве» участие прокуроров в арбитражном процессе рассматривается как действенное средство укрепления законности в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, задачами которого являются защита нарушенных прав и законных интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность; обеспечение законности судебного разбирательства на всех стадиях арбитражного процесса в делах, в которых может участвовать прокурор; реальное восстановление нарушенных прав и законных интересов участников экономических отношений.

Заявленное прокурором требование о взыскании вреда неразрывно связано с требованием о признании недействительными договоров                          о закреплении доли (квоты), на основании которых в нарушение положений Закона №166-ФЗ и Закона №57-ФЗ была осуществлена такая добыча, направлено на защиту публичных интересов, а также восстановление положения, существовавшего до нарушения прав, в связи с чем коллегия приходит к выводу о наличии у прокурора полномочий для подачи соответствующего иска.

Вопреки доводам кассационных жалоб заявление ООО «Мерлион»               о фальсификации всех письменных доказательств, содержащихся в томах 11, 14, 15, 23, 24, 25, 26, правомерно оставлено судом первой инстанции без рассмотрения, поскольку указанное ходатайство, по сути, не направлено на опровержение подлинности документов в порядке статьи 161 АПК РФ,                   а выражает несогласие с приобщением в материалы дела доказательств иной стороны. Между тем данные документы представлены в материалы дела Заместителем Генерального прокурора Российской Федерации и были оглашены судом первой инстанции на стадии исследования доказательств; оснований для отказа в приобщении таких документов судом не установлено.

Иные указанные заявителями различные процессуальные нарушения, связанные с рассмотрением настоящего спора и разрешением ходатайств ответчиков, не привели к принятию неправильных судебных актов, поэтому не могут служить основанием для их отмены в силу части 3 статьи 288               АПК РФ.

В целом доводы кассационных жалоб по существу направлены                   исключительно на оспаривание установленных судами фактических обстоятельств дела, касающихся согласованности действий находящихся  под контролем иностранного инвестора ответчиков и совместном причинении ими вреда окружающей среде.

Вместе с тем в силу пункта 32 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Поскольку судами полно и всесторонне рассмотрен спор, должным образом оценены доводы и возражения сторон, правильно применены нормы материального права и не допущено процессуальных нарушений, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, то в такой ситуации суд округа не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов           и направления дела на новое рассмотрение только лишь для целей повторного исследования и оценки фактических обстоятельств спора и имеющихся в деле доказательств.

С учетом изложенного, кассационные жалобы ответчиков удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, понесенные при подаче кассационных жалоб судебные расходы, относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 13.05.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2024 по делу № А51-1300/2024 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                       Г.Х. Пономарева

Судьи                                                                                М.Ю. Бурлова-Ульянова

В.А. Гребенщикова