; № 09АП-37322/2024

Дело № А40-229017/22

г. Москва

23 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 23 июля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой, 

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, А.А. Комарова,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «Право и Финансы», конкурсного управляющего ООО «ДЕТЕНЗОР-МЕД» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2024 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу ФИО2 в период с 29.07.2020 по 30.12.2020 денежных средств на общую сумму 7 703 920,77 руб., а также о применении последствий недействительности этих сделок, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДЕТЕНЗОР МЕД»,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.10.2022 возбуждено дело о банкротстве должника. 

Решением суда от 26.06.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1. 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о признании недеи?ствительными сделок по перечислению должником в пользу Юханановои? ФИО3 в период с 29.07.2020 по 30.12.2020 денежных средств на общую сумму 7.703.920,77 руб., а также о применении последствии? недеи?ствительности этих сделок. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2024 отказано в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Право и Финансы» и конкурсный управляющий обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2024 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб ссылаются на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

До заседания в апелляционный суд от ответчика поступили отзывы на апелляционные жалобы, которые приобщены в порядке статьи 262 АПК РФ.

Представители конкурсного управляющего и ФИО4 поддержали доводы апелляционных жалоб.

Ответчик и его представитель возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматриваются в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Как следует из заявления и материалов обособленного спора, конкурсным управляющим при изучении движения денежных средств, было установлено, что с расчетных счетов должника в пользу ответчика осуществлены платежи на общую сумму 7.703.920,77 руб. с назначениями платежеи? «Оплата агентского вознаграждения по Агентскому договору №1_АГЕ», «Оплата агентского вознаграждения по Агентскому договору №2_АГЕ». 

Полагая, что вышеуказанные платежи являются недеи?ствительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также ст. 10, 168 и 170 ГК РФ, конкурсныи? управляющии? обратился в суд с настоящим заявлением. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, учтя положения статей 2, 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ, позицию, изложенную в пункта 5-9 постановления Пленума ВАС РФ № 63, исходил из следующего.

Как установлено судом, материалы обособленного спора свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки осуществлены в период с 29.07.2020 по 30.12.2020, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (28.10.2022). 

Конкурсныи? управляющии? в нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы обособленного спора не представил доказательства наличия у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества (превышения обязательств над стоимостью активов должника) на даты осуществления оспариваемых сделок.

В обоснование доводов о наличии у должника признаков несостоятельности (банкротства) на дату совершения оспариваемых платежеи?, конкурсныи? управляющии? сослался на неисполненные обязательства должника перед иными кредиторами.

Вместе с тем, указанные доводы судом первой инстанции отклонены, поскольку неоплата конкретного долга сама по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника. Мотивация лица, ненадлежащим образом исполняющего свои обязанности перед отдельным кредитором, может не зависеть от его финансового состояния, а быть обусловленнои? иными факторами, влияющими на принятие экономически важных решении? участником хозяи?ственного оборота. При этом иных доводов, указывающих на неплатежеспособность должника в день совершения оспариваемых сделок, участвующими в обособленном споре лицами не приведено.

Напротив, в указанныи? период времени у должника было стабильное финансовое положение, он не отвечал ни признаку неплатежеспособности, ни недостаточности имущества, что подтверждается официальнои? бухгалтерскои? отчетностью должника за 2019- 2020 годы. В период деи?ствия агентских договоров финансовые показатели должниказначительно выросли по сравнению с 2019 годом. Так, выручка должника увеличилась на 312% и составила 99 058 тыс. рублеи? (в 2019 - 24 097 тыс.), чистая прибыль увеличилась на 173% и составила 2 795 тыс. рублеи? (в 2019 - 1024 тыс. рублеи?).

Все показатели у должника в заявленныи? конкурсным управляющим период были положительными, то есть должник не отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вопреки утверждениям конкурсного управляющего у должника в спорныи? период времени отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами или актами иных уполномоченных органов и которые привели или могли бы привести должника к банкротству.

Приведенные же конкурсным управляющим доводы о наличии у должника в спорныи? период (с 29.07.2020 по 30.12.2020) признаков неплатежеспособности не соответствуют деи?ствительности, и не подтверждаются материалами обособленного спора.

В реестре кредиторов должника включены два кредитора, требования которых возникли 29 апреля 2021 года (согласно определению Арбитражного суда города Москвы от № А40-98317/19-46-108 Б, в соответствии с которым должник был привлечен к субсидиарнои? ответственности), на момент совершения платежеи? какие-либо кредиторы у должника отсутствовали.

Таким образом, в период совершения платежеи? должник получал чистую прибыль и его активов было достаточно для погашения имевшеи?ся у него кредиторскои? задолженности, что, в свою очередь, опровергает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества в период совершения оспариваемых платежеи?.

Более того, конкурсным управляющим не доказано, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, конкурсныи? управляющии? указал, что агентскии? договор и иные доказательства реальности оказания услуг по договору ему переданы не были, в связи с чем, платежи совершены безвозмездно.

Возражая против удовлетворения заявленных требовании?, ответчик указал, что должнику оказывались агентские услуги по агентским договорам №1_АГЕ, от 19.06.2020 и №2_АГЕ от 02.11.2020.

Процессуальныи? закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требовании? и возражении?, а арбитражныи? суд - оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требовании? к должнику и нарушении? тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника- банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебнои? практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда России?скои? Федерации 20.12.2016)).

Возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров возражающему лицу достаточно представить суду доказательства primafacie, подтвердив существенность сомнении? в наличии долга. В случае наличия возражении? на требования о включении в реестр и представления в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнении? в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнении?. При этом стороне, настаивающеи? на наличии долга, не должно составлять затруднении? опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношении? с несостоятельным должником. Соответствующая правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 13.05.2014 по делу № 1446/14.

Согласно правовои? позиции Верховного Суда России?скои? Федерации, изложеннои? в определении Судебнои? коллегии по экономическим спорам Верховного суда России?скои? Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, проверяя деи?ствительность сделки, послужившеи? основанием для включения требовании? ответчика в реестр требовании? кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственнои? задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношении?.

Согласно правовои? позиции, изложеннои? в определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС18-3533 от 23.08.2018, наличие в материалах дела товаросопроводительных документов является недостаточным для опровержения аргументов конкурсного управляющего должника о мнимости поставок.

В силу пункта 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другои? стороны (принципала) юридические и иные деи?ствия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре (статья 1006 ГК РФ).

В соответствии со статьеи? 1008 ГК РФ в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условии? отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании деи?ствия договора. Если агентским договором не предусмотрено иное, к отчету агента должны быть приложены необходимые доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала.

С учетом доводов конкурсного управляющего об аффилированности сделок, судом первой инстанции был применен повышенныи? стандарт доказывания применительно к вышеуказаннои? судебно-арбитражнои? практике.

Оценивая вышеуказанные доводы конкурсного управляющего, судом первой инстанции установлено, что в соответствии с предметами агентских договоров № 1_АГЕ от 19.06.2020 и №2_АГЕ от 02.11.2020 принципал (должник) поручает, а агент (ответчик) обязуется оказать услуги по поиску подрядных организации? (изготовителеи?), размещению заказов, сопровождению и контролю исполнения заказов необходимых принципалу для выполнения заказов (договоров на изготовление продукции), заключенных принципалом с ФГБУ «Клиническая больница и иными контрагентами в общии? отчетныи? период с 19 июня 2020 года по 30 декабря 2020 года.

Доказательством наличия реального (фактического) оказания услуг ответчиком является следующее.

До заключения агентских договоров и с момента заключения агентских договоров ответчиком были привлечены подрядные организации для выполнения большого объема заказов ФГБУ «Клиническая больница» Управления делами Президента РФ, связанных с поставкои? защитнои? одежды в период COVID 19 (комбинезонов, бахил), на основании 13 договоров заключенных ФГБУ «Клиническая больница» с должником, для выполнения которых было привлечено 9 подрядных организации?.

В процессе исполнения обязанностеи? агента ответчик принимал участие в разработке моделеи?, технологических образцов и согласования данных образцов и моделеи? с ФГБУ «Клиническая больница», контроле исполнения, проверке качества продукции, а также осуществлял иные деи?ствия агента, что подтверждается отчетом агента и заключенными договорами с привлеченными подрядными организациями.

Общая сумма отгруженнои? продукции составила 60 836 034 рублеи? (29 550 000 рублеи? в рамках исполнения агентского договора № 1_АГЕ и 31 286 034 рублеи? в рамках исполнения агентского договора № 2_АГЕ). Общая сумма прибыли полученная должником составила 22 605 614 рублеи?.

В соответствии с условиями агентских договоров общая сумма вознаграждения ответчика составила 7 703 920,77 рублеи?, соответственно 5 198 920,77 рублеи? по агентскому договору № 1_АГЕ от 19.06.2020 и 2 505 000 рублеи? по агентскому договору №2_АГЕ от 02.11.2020.

Договоры были составлены в соответствии с главои? 52 Гражданского кодекса России?скои? Федерации, основанием для оплаты служили акты сдачи-приемки оказанных услуг и отчеты агента, следовательно реальность оказания услуг ответчиком подтверждена первичными документами, подписанными без разногласии? обеими сторонами.

Таким образом, оспариваемые платежи не носили безвозмездныи? характер, поскольку были совершены во исполнение существующих реальных обязательств должника.

Кроме того, доказательством фактического оказания услуг являются письма контрагентов, а также переписка ответчика с контрагентами в процессе исполнения обязанностеи? агента.

Соответственно целью заключения агентских договоров являлось исполнение прежде всего государственных договоров, направленных на незамедлительное оснащение клиники защитнои? одеждои? в период деи?ствия COVID 19, т.е. такие деи?ствия не могут быть квалифицированы в качестве направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Конкурсныи? управляющии? в заявлении указывает на то, что ответчик никогда не занимался производством и поставкои? медицинских изделии?, агентскои? деятельностью, что по мнению заявителя доказывает недеи?ствительность сделок.

Между тем, согласно выпискам из ЕГРЮЛ в период с 03.06.2010 по 11.06.2019 ответчик исполнял обязанности генерального директора ООО «АЛИСА» (ИНН 

<

***>), основными видами деятельности которого являлись: деятельность агентов по оптовои? торговле текстильными изделиями, одеждои?, обувью, деятельность агентов по оптовои? торговле отдельными и универсальным ассортиментом товаров, розничная торговля указанными товарами. Аналогичными видами деятельности ответчик занимался в статусе индивидуального предпринимателя.

Как пояснил ответчик, в указанныи? период разрабатывал, изготавливал и осуществлял продажи различных коллекции? одежды под собственным брендом «La VidaRica». На протяжении почти 9 лет ответчик лично осуществлял разработку дизаи?на и делал одежду, подбор тканеи? и фурнитуры, размещение заказов и контроль производственного процесса.

Реализация изготовленнои? одежды под руководством ответчика осуществлялась в собственном магазине, расположенном в г. Москва на ул. Климашкина, 22,с2, Рочдельская 15 с. 15, на веб-саи?те alisafashion.ru через маркет-плеи?сы (Ваи?лдберриз, lamoda и др), через сетевые оффлаи?н магазины Debenhams, Stokmann и др.

Таким образом, ответчик имел опыт и соответствующую квалификацию позволяющие осуществлять функции агента связанные с представлением интересов должника, по подбору поставщиков способных изготовить и поставить продукцию, личным участием в выборе материала и технологических решении?, контролем за качеством и поставкои? комбинезонов и бахил в адрес ФГБУ «Клиническая больница» и иных контрагентов должника.

Возражая против доводов ответчика, конкурсныи? управляющии? указывает об отсутствии необходимости привлечения агента, поскольку товаром были стан дартные защитные костюмы и бахилы, которые, исходя из рынка, могло поставить значительное количество поставщиков

Между тем, данные доводы управляющего судпервой инстанции оценил критически, поскольку данные товары не являются стандартными - они были предназначены для работы в «краснои? зоне» инфекционного отделения больницы, т.е. в том месте, где непосредственно находились пациенты с новои? коронавируснои? инфекциеи?, подтвержденнои? лабораторно или верифицированнои? с помощью компьютернои? томографии.

Защитные костюмы с проклеенными герметичными швами, высокие бахилы на шнуровке (с двои?нои? не промокающеи? подошвои?) по определению не могут относиться к стандартным средствам индивидуальнои? защиты, которые, например, использовал медперсонал в стандартных условиях работы или сотрудники полиции и транспорта.

Запросы от заказчика ФГБУ «Клиническая больница» в отношении поставки товаров с приложением к каждому запросу договоров начали поступать в адрес должника с 05 июня 2020 года.

Соответственно, учитывая острую потребность в большом объеме товара и минимальные сроки поставки, должником был привлечен в качестве агента ответчик фактически с 05 июня 2020 года, а также 08.06.2020 был заключен договор с поставщиком ООО «АПД».

Необходимо учитывать, что многие предприятия в пандемию не работали, либо, с учетом прогрессирования COVID-19, просто не имели необходимых мощностеи? и персонала для производства специальных средств индивидуальнои? защиты, с оборудованием для проклеи?кигерментичных швов (что не позволило бы проникать бактериям в краснои? зоне).

Поставка ранее закупаемых больницами китаи?ских комбинезонов Таи?век и иных аналогичных товаров из-за рубежа стала невозможнои? в связи с принятием Правительством РФ Постановления от 30 апреля 2020 г. № 616 «Об установлении запрета на допуск промышленных товаров, происходящих из иностранных государств, для целеи? осуществления закупок для государственных и муниципальных нужд, а также промышленных товаров, происходящих из иностранных государств, работ (услуг), выполняемых (оказываемых) иностранными лицами, для целеи? осуществления закупок для нужд обороны страны и безопасности государства»

Ответчик был привлечен в качестве агента фактически с начала июня 2020 года, поскольку, при этом как указано выше, ответчик в рамках деятельности ООО «АЛИСА» (ИНН 

<

***>) исполнял обязанности руководителя и разработчика одежды, имел значительныи? опыт выпуска (закрои?ки, пошива) одежды в течении 2010-2019 года.

Ответчик, с учетом требовании? заказчика подбирал ткани, обладающие дышащими и водоотталкивающими свои?ствами, а также привлекал производственные компании/мощности, которые могли бы выполнить в кратчаи?шие сроки большои? объем поставки, с учетом наличия оборудования по герметизации швов защитных костюмов (данного оборудования практически ни у кого из производителеи? медицинскои? одежды не было, поскольку как было указано выше, ранее все поставки в больницы таких специальных костюмов с герметизациеи? швов фирмы Таи?век были из-за рубежа.

Исходя из особых требовании? ФГБУ «Клиническая больница» ответчик осуществлял доработку стандартных костюмов (с привлечением конструкторского бюро производителя), после которои? было оперативно сшито несколько разных образцов, из дышащеи? и водооталкивающеи? ткани с герметизациеи? швов и деталеи? согласованных с заказчиком

Медицинскии? персонал в готовых образцах посещал «красную зону» инфекционного отделения больницы, после чего предлагал при необходимости дорабатывать лекала комбинезонов. Так были доработаны/сделаны дополнительно клапаны закрывающие молнии на липучках, резинки для больших пальцев (чтобы рукава натягивались и не заворачивались), доработаны капюшоны, резинки на брюках по пожеланиям и для удобства работы персонала в краснои? зоне.

Данное обстоятельство подтверждается скриншотами переписки согласования таких деталеи?.

Как пояснил ответчик, фактически согласование образцов ответчиком с заказчиком ФГБУ «Клиническая больница» осуществлялось до подписания первого договора с больницеи?.

Доказательством, свидетельствующим об исполнении ответчиком функции? агента до 19 июня 2020 года, является факт заказа ответчику пропуска согласно паспортных данных для проезда на территорию больницы на автомашине марки Мерседес в525кн797.

Кроме того, наличие фактических договорных отношении? с начала июня 2020 года подтверждается подробнои? перепискои? ответчика с поставщиком товара ООО «АПД» в мессенджере WhatsApp.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, отсутствие между сторонами подписанного до 19 июня 2020 года агентского договора при наличии отчета агента, подписанного сторонами, наличия в накладных сведении? о наименовании, количестве и цене продукции, факта поставки товара больнице и непосредственного контактирования с персоналом больницы, переписка агента с контрагентами, наличие писем контрагентов подтверждающих исполнение ответчиком обязанностеи? агента (приложены к отзыву на заявление конкурсного управляющего), дает основания считать, что между ответчиком и должником сложились гражданско-правовые отношения, регулируемые нормами главы 52 ГК РФ.

Помимо этого, своими деи?ствиями ответчик и должник вне зависимости от даты заключенного между ними агентского договора установили, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора (ч. 2 ст. 425 ГК РФ).

Таким образом, ответчиком, как агентом, были выполнены именно те поручения, которые у него запросил должник (организация поставки средств индивидуальнои? зашиты для больницы) и принял, как оказанные ему услуги, что доказывает наличие встречного характера волеизъявления обеих сторон (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).

Следует также отметить, что в период с 08.06.2020 до 19.06.2020 (до даты заключения агентского договора) общая сумма отгруженнои? продукции в адрес ФГБУ «Клиническая больница» составила 3 017 000 рублеи? (Договоры № 409 - 422 000 руб., № 413 - 352 000 руб., № 422 - 417 000 руб., № 428 - 420 000 руб., № 05/30/20 - 1 406 000 руб., № 442 - 65 000 руб.). Общая же сумма отгруженнои? в адрес ФГБУ «Клиническая больница» продукции с 08.06.2020 по 17.07.2020 составила 29 550 000 рублеи?, а в следующии? период, с 02.11.2020 по 25.12.2020 составила 31 283 780 рублеи?.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о надлежащем исполнении ответчиком обязательств по агентскому договору, в рамках которого оказаны услуги связанные с поставкои? средств индивидуальнои? защиты ФГБУ «Клиническая больница».

В материалах обособленного спора отсутствуют доказательства ненадлежащего исполнения указанных обязательств, факт оказания услуг подтверждается отчетами агента, а также иными документами, представленными ответчиком.

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, учитывая наличие заключенных договоров, а также иных документов, составленных в рамках договоров с поставщиками, суд первой инстанции усмотрел реальность заключения и исполнения агентских договоров, соотнеся осуществленные платежи с объемом оказанных услуг, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности оспариваемых платежеи?.

Доказательств завышения стоимости агентских услуг, ее несоразмерности стоимости аналогичных услуг, а также неравноценности встречного предоставления конкурсным управляющим не представлено.

При этом суд отмечет, что сам по себе факт отсутствия непосредственно у конкурсного управляющего первичных документов, приче?м в силу их непередачи бывшим руководителем должника и своевременного непринятия конкурсным управляющим мер по их истребованию в судебном порядке, не может служить безусловным доказательством наличия у ответчика задолженности перед должником либо ставить под сомнение факт существования финансово-хозяи?ственнои? деятельности сторон спора.

Таким образом, применительно к абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суд приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, что, в свою очередь, само по себе является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требовании?.

С учетом вышеустановленных обстоятельств доводы об аффилированности должника и ответчика не является основанием для признания сделки недеи?ствительнои?, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявление управляющего удовлетворению не подлежит вследствие недоказанности наличия совокупности условии?, влекущих признание сделки должника недеи?ствительнои? на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Более того, в рассматриваемом случае по вопросу аффилированности должника и ответчика суд первой инстанции отметил следующее.

В обоснование своих требовании? конкурсныи? управляющии? указывает на наличие аффилированности ответчика с должником, в силу того что 25.05.2023 ответчик совместно с одним из лиц, контролирующих деятельность должника, - ФИО5 выступил учредителем ООО «МОДНЫЕ РЕШЕНИЯ» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>).

Однако, ответчик никогда не являлся руководителем должника, или лицом, входящим в совет директоров (наблюдательныи? совет), коллегиальныи? исполнительныи? орган или инои? орган управления должника, не являлся главным бухгалтером (бухгалтером) должника, в том числе не являлся указанным лицом, освобожденным от своих обязанностеи? в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве, никогда не был участником должника либо лицом, имеющим или имевшим в течение указанного периода возможность определять деи?ствия должника.

Таким образом, участие ответчика в компании ООО «МОДНЫЕ РЕШЕНИЯ» с 25.05.2023 не имеет никакого отношения к аффилированности, либо заинтересованности согласно требованиям Закона о банкротстве.

Кроме того, указанныи? в заявлении конкурсного управляющего ФИО5 (как соучредитель ООО «МОДНЫЕ РЕШЕНИЯ») также не являлся и не является контролирующим лицом должника.

Доказательства того, что ответчик знал или должен был знать о цели должника причинить вред кредиторам также в материалах обособленного спора отсутствуют.

При таких обстоятельствах, с учетом разъяснении? содержащихся в Постановлении ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, и положении? ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявитель в нарушение ст. 65 АПК РФ не представил доказательств, подтверждающих наличие совокупности всех обстоятельств для признания недеи?ствительными сделок по перечислению должником в пользу ответчика денежных средств в общем размере 7.703.920,77 руб., в связи с чем, в удовлетворении заявления следует отказать.

Учитывая вышеизложенное, апелляционный суд не нашел оснований для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Апеллянты указывают на то, что на момент совершения оспариваемых сделок должник имел признаки неплатежеспособности, что не было учтено судом.

Апелляционный суд отклоняет данные доводы апеллянтов.

В соответствии с абзацами 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если иное не доказано.

Для определения того, являлся ли должник неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно, отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций.

Заявление о признании Должника банкротом было принято судом к производству 28.10.2022 года. Определение о введении в отношении Должника процедуры наблюдения было вынесено 30.01.2023 года.

При этом, все оспариваемые платежи на сумму 7 703 920 рублей 77 копеек рублей совершенны в период с 29.07.2020 года по 30.12.2020 года.

В указанный период времени у Должника было стабильное финансовое положение, он не отвечал ни признаку неплатежеспособности, ни недостаточности имущества, что подтверждается официальной бухгалтерской отчетностью Должника за 2019-2020 годы, прилагаемой н настоящему отзыву. В период действия агентских договоров финансовые показатели Должника значительно выросли по сравнению с 2019 годом. Так выручка должника увеличилась на 312% и составила 99 058 тыс. рублей (в 2019 – 24 097 тыс.), чистая прибыль увеличилась на 173% и составила 2 795 тыс. рублей (в 2019 – 1024 тыс. рублей)

Все финансовые показатели у Должника в заявленный конкурсным управляющим период были положительными, то есть Должник не отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вопреки утверждениям апеллянтов у Должника в спорный период времени отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами и которые привели или могли бы привести Должника к банкротству.

Доводы о наличии у должника в спорный период (с 29.07.2020 года по 30.12.2020 года) признаков неплатежеспособности не соответствуют действительности и не подтверждаются материалами дела.

В реестр кредиторов Должника включены два кредитора, требования которых возникли 29.04.2021 года (согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2021 по делу № А40-98317/19-46-108 Б, в соответствии с которым должник был привлечен к субсидиарной ответственности). До указанной даты никаких требований и финансовых претензий к должнику не было.

На момент совершения спорных платежей какие-либо кредиторы у Должника отсутствовали. Доводы о том, что неисполненные обязательства у должника (зарегистрированного 10.04.2014) возникли с августа 2013 - с момента неисполнения обязательств третьим лицом перед иным кредитором, не имеет какого-либо правового обоснования.

Таким образом, в период совершения платежей должник получал чистую прибыль, имел активы, что, в свою очередь, опровергает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества в период совершения оспариваемых платежей.

Кроме того, ссылка апеллянтов на судебную практику ВС РФ также не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку данный судебный акт принят по иным фактическим обстоятельствам и какого-либо отношения к настоящему спору не имеет.

Вопреки доводам апеллянтов, отсутствие между сторонами подписанного до 19.06.2020 года агентского договора при наличии отчета агента, подписанного сторонами, наличия в накладных сведений о наименовании, количестве и цене продукции, факта поставки товара больнице и непосредственного контактирования с персоналом больницы, переписка агента с контрагентами, наличие писем контрагентов подтверждающих исполнение ответчиком обязанностей агента (приложены к отзыву на заявление конкурсного управляющего), дает основания считать, что между ответчиком и должником сложились гражданско-правовые отношения, регулируемые нормами главы 52 ГК РФ.

Таким образом, доводы заявителей апелляционных жалоб реальности спорных сделок не опровергают, поскольку наличие продукции, ее оприходование и последующая поставка клинической больнице материалами дела бесспорно подтверждены.

Помимо этого, своими действиями ответчик и должник, вне зависимости от даты заключенного между ними агентского договора, установили, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора (ч. 2 ст. 425 ГК РФ).

Ответчиком, как агентом, были выполнены именно те поручения, которые у него запросил должник (организация поставки средств индивидуальной защиты для больницы) и принял, как оказанные ему услуги, что доказывает наличие встречного характера волеизъявления обеих сторон (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).

Апеллянты указывают, что, согласно сведениям размещенным в открытых источниках (в частности в приложенной справке из информационной системы контур-фокус), поставщик продукции ООО «АПД» имел основной вид деятельности «Ремонт компьютеров и периферийного компьютерного оборудования» и никогда не являлся производителем каких-либо медицинских изделий, в связи с чем ответчик не мог осуществлять виды деятельности, указанные в отчетах агента.

Между тем, согласно выписки из ЕГРЮЛ, сформированной на 01.06.2020 года, основными видами деятельности ООО «АПД» являлись – производство спецодежды, производство готовых текстильных изделий, нательного белья, прочей одежды и аксессуаров одежды, что полностью соответствует поставке продукции в адрес клинической больницы.

Таким образом, надлежащих доказательств того, что поставщик продукции ООО «АПД» никогда не являлся производителем поставленной продукции ФГУП «Клиническая больница» в рамках заключенных контрактов, заявителями апелляционных жалоб не представлено.

Напротив, доказательства, имеющиеся в материалах дела (договор с ООО «АПД», накладные и последующая передача продукции клинической больнице в рамках заключенных государственных контрактов), свидетельствуют о реальности исполнения сделок.

Довод апеллянтов о том, что поведение должника и ответчика не соответствуют обычным условиям делового оборота, следует оценивать критически, поскольку данный довод не имеет правового значения в силу следующего.

Как было указано выше, конкурсный управляющий, обратившись в суд, указывает в заявлении, что перечисление должником денежных средств ответчику является недействительной сделкой по признакам п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве), поскольку была совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также являются притворными сделками, перечислены без какого-либо встречного обеспечения.

Заявителем не доказаны все критерии, необходимые для признания сделки недействительной по правилам п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве.

Заявителем доказано лишь только то, что сделка была совершена в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве. Остальные обстоятельства Заявителем не доказаны.

Высокий размер агентского вознаграждения ответчика обусловлен огромным объёмом работы по поиску надлежащих подрядчиков для изготовления средств индивидуальной защиты с герметизированными швами (так как единицы производств могли выполнить такую работу); острой потребностью для заказчика (этим и обусловлена поставка заказчику СИЗ день в день с момента изготовления подрядчиком); отсутствием на рынке надлежащего объёма необходимой ткани и фурнитуры; а также огромным риском для жизни и здоровья, которым подвергался ответчик во время многократных посещений инфекционного отделения больницы с целью обсуждения производства СИЗ для заказчика.

С учетом изложенного, при отсутствии в материалах дела бесспорных доказательств экономической необоснованности и формальности взаимодействия ответчика с должником, согласованности поведения указанных лиц направленного исключительно на причинение вреда кредиторам (которые на момент совершения сделок не существовали), доводы заявителей апелляционных жалоб носят необоснованный характер.

Апеллянты, ссылаясь на отсутствие договорных отношений между должником и ответчиком до 19.06.2020 года, утверждают о фиктивности всех сделок с ответчиком, в т.ч. и после наличия договорных отношений с ответчиком.

Между тем, в период с 08.06.2020 гола до 19.06.2020 (до даты заключения агентского договора) общая сумма отгруженной продукции в адрес ФГБУ «Клиническая больница» составила 3 017 000 рублей (Договоры № 409 - 422 000 руб., № 413 – 352 000 руб., № 422- 417 000 руб., № 428 – 420 000 руб., № 05/30/20 – 1 406 000 руб., № 442 – 65 000 руб.).

Общая же сумма отгруженной в адрес ФГБУ «Клиническая больница» продукции с 08.06.2020 по 17.07.2020 года составила 29 550 000 рублей, а в следующий период, с 02.11.2020 по 25.12.2020 года, составила 31 283 780 рублей.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается надлежащее исполнение ответчиком обязательств по агентским договорам, в рамках которых оказаны услуги, связанные с поставкой средств индивидуальной защиты ФГБУ «Клиническая больница». В материалах дела отсутствуют доказательства ненадлежащего исполнения указанных обязательств, факт оказания услуг подтверждается отчетами агента, а также иными документами, представленными ответчиком.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2024 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     Ю.Л. Головачева

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева

А.А. Комаров