ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-247116/20-118-1796

г. Москва

02 марта 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 февраля 2023 года

Полный текст решения изготовлен 02 марта 2023 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «Таурус»

к АО ВТБ Лизинг

третье лицо: ООО «Континент»

о признании недействительным соглашения, о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 18.01.2018 №АЛ101751/01-18СПБ в размере 800 000 руб., процентов по ст.395 ГК РФ за период с 14.09.2019 по 03.12.2020 в размере 53 737,48 руб.

при участии:

от  истца: ФИО2 по дов. от 01.12.2022 г. (диплом),

от ответчика: ФИО3 по дов. № АЛ0002237 от 01.03.2022 г. (диплом ААМ 1700492 от 21.06.2019 г.),

УСТАНОВИЛ:

ООО «Таурус» обратилось с иском о взыскании с АО ВТБ Лизинг неосновательного обогащения по договору лизинга от 18.01.2018 №АЛ101751/01-18СПБ в размере 800 000 руб., процентов по ст.395 ГК РФ за период с 14.09.2019 по 03.12.2020 в размере 53 737,48 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021 и  Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.01.2022 решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2021 оставлено без изменения.

Определением Верховного суда РФ от 01.09.2022  решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021, постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.01.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Отменяя решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.03.2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021, постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.01.2022, Верховный суд РФ указал на необходимость проверки доводов истца и возражений ответчика относительно законности пункта 12.8.3 Правил лизинга, в зависимости от чего проверить расчеты сторон и принять законные и обоснованные судебные акты.

Кроме того, в целях исключения риска принятия противоречащих друг другу судебных актов, на основании части 21 статьи 130 АПК РФ следует рассмотреть вопрос об объединении настоящего дела в одно производство с делом № А40-81401/2021, в рамках которого обществом «Таурус» также оспаривается действительность пункта 12.8.3 Правил лизинга как ничтожного условия.

В силу ч. 4 ст. 291.14 АПК РФ указания Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, в том числе на толкование закона, изложенные в определении об отмене судебного акта, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего дело.

Определением суда от 09.11.2022 в одно производство объединены дела № А40-247116/20-118-1796 и № А40-81401/21-155-582  в рамках дела № А40-247116/20-118-1796.

Предметом рассмотрения дела № А40-81401/21-155-582  являются требования ООО «Таурус» к АО ВТБ Лизин о признании пункта 12.8.3. Правил лизинга автотранспортных средств ничтожным, как нарушающее требования закона и подзаконных нормативно-правовых актов.

От истца в материалы дела поступило ходатайство об уточнении иска в части увеличения периода начисления процентов по состоянию на 25.11.2020 с последующим начислением по дату вынесения решения суда, которое удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 18.01.2018 между АО ВТБ Лизинг (лизингодатель) и ООО «Континент» (лизингополучатель) заключен договор лизинга №АЛ101751/01-18СПБ, в соответствии с которыми лизингодатель приобрел в собственность и передал во временное владение и пользование лизингополучателю сроком на 42 месяца транспортное средство BMW Х6.

Стоимость предмета лизинга составила 4 500 000 руб., авансовый платеж – 1 440 000 р.

В целях компенсации возможных потерь лизингодателя и лизингополучателя, связанных с рисками утраты или повреждения предмета лизинга в результате внезапных и непредвиденных событий, предмет лизинга подлежит страхованию (п. 12.1.1. Правил лизинга).

Предмет лизинга застрахован по риску ущерб/угон/полная гибель по полису №SYS1337316059 в СПАО «РЕСО-Гарантия». Страховая премия составила 197 550 руб. и оплачена лизингополучателем.

Выгодоприобретателем по договору страхования по рисках гибель/угон являлся лизингодатель.

26.03.2019 автомобиль угнан, страховое возмещение получено лизингодателем 09.08.2019 в размере 3 708 287,50 руб.

03.09.2019 ответчик направил в адрес ООО «Континент» уведомление о необходимости заключить дополнительное соглашение о расторжении договора лизинга. При неподписании данного соглашения договор лизинга подлежал прекращению с 11-го календарного дня с даты получения уведомления.

Уведомление получено ООО «Континент» 03.09.2019, дополнительное соглашение ООО «Континент» подписывать отказалось из-за невыгодных для себя условий, в связи с чем, договор лизинга прекратил свое действие с 14.09.2019.

В обоснование предъявленных требований истец ссылается на то, что к моменту расторжения договора лизингополучатель оплатил лизингодателю 1 208 798,21 руб. в качестве платежей, не считая авансового платежа в размере 1 440 000 руб.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Если погибший или поврежденный предмет лизинга был застрахован в пользу лизингодателя, он обязан предпринять разумные усилия для получения страхового возмещения. При этом сумма полученного лизингодателем страхового возмещения идет в зачет требований лизингодателя к лизингополучателю об уплате лизинговых платежей (если договор лизинга не был расторгнут) или при расчете сальдо встречных обязательств (если договор лизинга был расторгнут).

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что сумма платежей по договору лизинга составляет 6464910,66 руб.

Авансовый платеж составляет 1440000 руб.

Стоимость предмета лизинга составляет 4500000 руб.

Размер представленного финансирования составляет 3060000 руб.

Срок договора лизинга – 1315 дней (с 18.01.2018 по 25.08.2021)

Фактический срок финансирования составляет 568 дней.

Плата за финансирование составляет 848721,87 руб.

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи составляют 1208798,21 руб.

Сумма страхового возмещения составляет 3708287,50 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 1010023,84 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО ВТБ Лизинг.

Из указанной суммы ответчик добровольно выплатил ООО «Континент» 198344,85 руб. Таким образом, размер неосновательного обогащения составляет 810018,99 руб.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

ООО «Континент» уступило право требования 800 000 руб. по соглашению о цессии от 17.11.2020 в пользу ООО «Таурус». Права (требования) перешли к ООО «Таурус» в день подписания соглашения - 17.11.2020. Оплату по соглашению ООО «Таурус» произвело в полном объеме.

Согласно п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Из представленного истцом расчета процентов следует, что их размер за период с 14.09.2019 по 03.12.2020 составляет 53737 руб. 48 коп.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием оплатить сумму неосновательного обогащения и начисленных процентов, оставлена ответчиком без исполнения.

Кроме того, ООО «Таурус» просит признать заключенное ООО «Континент» с АО ВТБ Лизинг соглашение в части пункта 12.8.3. Правил лизинга автотранспортных средств ничтожным, как нарушающее требования закона и подзаконных нормативно-правовых актов.

В обоснование данных требований истец ссылается на то, что установленный пунктом 12.8.3. Правил лизинга порядок расчета сальдо встречных обязательств носит явно обременительный для истца характер и существенно нарушает баланс интересов сторон, поскольку налагает на лизингополучателя, при отсутствии всякой его вины в утрате/гибели предмета лизинга, обязанность осуществить все выплаты по договору в полном объеме, не учитывая фактического срока действия договора, что противоречит диспозиции ст.26 Федерального закона о финансовой аренде (лизинге).

При применении порядка определения завершающей обязанности сторон по договору лизинга при утрате (хищении, угоне) предмета лизинга, установленного п. 12.8.3. Правил лизинга, лизингодатель злоупотребляет своим правом, предоставленным ему в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 и ст.26 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», согласно которой утрата предмета лизинга или утрата предметом лизинга своих функций по вине лизингополучателя не освобождает лизингополучателя от обязательств по договору лизинга, если договором лизинга не установлено иное.

Данной нормой законодатель не освобождает лизингополучателя от обязательств по договору лизинга лишь при наличии его вины в утрате/гибели предмета лизинга.

Ответчик не освободил лизингополучателя от обязательств по договору лизинга при отсутствии всякой на то его вины в утрате автомобиля. Вина лизингополучателя в утрате предмета лизинга не установлена и никакими документами не подтверждена, т.е. лизингополучатель действовал добросовестно и разумно.

Поскольку ответчик в нарушение закона злоупотребил принадлежащими ему правами, то, по мнению истца, соглашение договора лизинга в части п. 12.8.3. Правил лизинга является ничтожным на основании п.2 ст. 168 ГК РФ.

Возражая против удовлетворения предъявленных исковых требований, ответчик ссылается на то, что ООО «Таурус» пропущен срок исковой давности по требованию о признании пункта 12.8.3 Правил лизинга ничтожным.

Согласно ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года.

Пунктом 1.1. договора лизинга установлено, что настоящий договор является договором присоединения в силу ст. 428 ГК РФ и заключен в соответствии с Правилами лизинга автотранспортных средств, утвержденными АО ВТБ Лизинг 27.11.2017.

В соответствии с п. 9.1. Правил лизинга все условия Правил лизинга автотранспортных средств лизингополучателю известны. Лизингополучатель подписанием договора подтверждает, что до подписания договора лизингодатель передал лизингополучателю копию правил Лизинга автотранспортных средств и лизингополучателю известно, на каких условиях он заключает договор.

Принимая во внимание п. 9.1. договора лизинга, лизингополучатель узнал о существовании п. 12.8.3. Правил лизинга и о нарушении его прав 18.01.2018 при подписании договора.

Срок исковой давности для предъявления настоящих исковых требований истек 18.01.2021, при этом истец обратился в суд с иском 16.04.2021.

Возражения истца относительного того, что ему стало известно о ничтожности условий пункта 12.8.3 Правил лизинга после заключения договора цессии 17.11.2020 являются необоснованными.

В соответствии со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Таким образом, истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании пункта 12.8.3 Правил лизинга ничтожным.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При этом, суд отмечает, что с учётом определения Верховного суда РФ от 01.09.2022 по делу № А40-247116/20 и определения Верховного суда РФ от 01.09.2022 по делу №А40-81401/2021, пункт 12.8.3. Правил лизинга не подлежит применению во взаиморасчетах сторон, поскольку грубо нарушает баланс взаимных интересов сторон договора лизинга после его расторжения.

Как указал Верховный суд РФ при рассмотрении кассационных жалоб, условия договора лизинга, прямо или косвенно возлагающие на лизингополучателя обязанность по внесению лизинговых платежей за весь предполагаемый срок действия договора, несмотря на досрочное прекращение его действия и состоявшийся при получении страхового возмещения возврат финансирования (возмещение стоимости предмета лизинга), являются недействительными (ничтожными) как противоречащие существу законодательного регулирования обязательств по договору выкупного лизинга и существенно нарушающие баланс интересов сторон.

С учетом изложенного, взаиморасчеты сторон необходимо производить на основании правил, установленных в постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17.

Проверив представленный истцом расчет сальдо встречных обязательств, суд установил, что он не обоснован, арифметически неверен и не соответствует методике расчета, изложенной в постановления Пленума ВАС РФ № 17, поскольку в расчете сальдо встречных обязательств не учтены убытки, понесенные ответчиком, а также не учтены санкции, предусмотренные договором лизинга.

В соответствии с п. 3.6. постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

Истец не учитывает в своих расчетах упущенную выгоду ответчика в размере 492 679,96 руб.

В соответствии с позицией, изложенной в п. 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27 октября 2021 г.) лизингодатель не лишен права доказывать на общих основаниях (статьи 15, 393 ГК РФ), что ему в результате ненадлежащего исполнения договора лизингополучателем были причинены убытки в форме упущенной выгоды. Для определения размера убытков могут быть приняты во внимание следующие факторы: период, в течение которого лизингодатель понес потери, связанные с неразмещением денежных средств иному лицу на сопоставимую сумму по другому договору лизинга; снижение средних ставок платы за финансирование по аналогичным лизинговым операциям.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ).

Кредитором могут быть заключены несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобретены аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.

Добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (пункт 5 статьи 10).

АО ВТБ Лизинг заключена замещающая сделка (договор лизинга от 10.09.2019 №АЛ 143963/01-19) в связи с неполным получением финансирования от ООО «Континент», со снижением средней ставки платы за финансирование.

Согласно расчетам лизинговой компании, упущенная выгода составила 492 679,96 руб.

Указанная правовая позиция подтверждается постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2022 по делу №А40-78507/2022.

Истец указывает, что взыскание упущенной выгоды является неправомерным, поскольку лизингополучатель добросовестно исполнял свои обязательства по договору лизинга, своевременно оплачивая лизинговые платежи. Между тем истец не учитывает, что в обязанности лизингополучателя помимо оплаты лизинговых платежей входит и обеспечение надлежащей сохранности имущества лизингодателя до перехода права собственности к лизингополучателю.

Таким образом, хищение предмета лизинга не освобождает истца от обязанности возместить лизингодателю понесенные убытки в виде упущенной выгоды.

Также истцом не учтены санкции, предусмотренные договором лизинга, а именно пени за просрочку оплаты лизинговых платежей.

Согласно п. 13.1. Правил лизинга, в случае просрочки оплаты лизинговых платежей по договору лизинга, возмещения расходов лизингодателя, предусмотренных Правилами и договором лизинга, в т.ч. расходов по страхованию, оплаты штрафов за административные нарушения (в т.ч. нарушения правил дорожного движения) лизингодатель вправе принять решение о взыскании с лизингополучателя пени в размере 0,5% от суммы, подлежащей оплате, за каждый день просрочки, но не более 10% от общей суммы лизинговых платежей по договору лизинга, указанной в графике лизинговых платежей, за каждое нарушение.

В соответствии с п.16 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не является основанием для прекращения начисления неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей.

Финансирование возращено ответчику 09.08.2019.

Согласно расчетам АО ВТБ Лизинг размер начисленной неустойки за просрочку по оплате лизинговых платежей составляет 329 779,85 руб.

Истец, возражая против включения в расчет сальдо встречных обязательств неустойки, указывает, что ответчик ранее данную неустойку в расчеты не включал. Кроме того, истец заявил о пропуске ответчиком срока исковой давности в части предъявления требования о взыскании неустойки.

Данные доводы истца не обоснованы.

Первоначальные возражения АО ВТБ Лизинг основывались на необходимости произведения расчетов сторон на основании пункта 12.8.3 Правил лизинга. В указанном пункте Правил лизинга при расчетах учет пени за просрочку оплаты лизинговых платежей не предусмотрен. При новом рассмотрении ответчик производит контррасчет сальдо встречных обязательств по правилам, установленным в постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17.

Доводы истца о пропуске АО ВТБ Лизинг срока исковой давности в части предъявления требования о взыскании неустойки являются необоснованными, поскольку применение положений ст.ст.196, 199, 200 ГК РФ к отдельным составляющим расчета сальдо встречных обязательств не предусмотрено. Срок исковой давности по данной категории спора подлежит применению к конечному результату взаимных расчетов (п.23 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)).

Из представленного ответчиком контррасчета сальдо встречных обязательств следует, что стоимость договора лизинга (лизинговые платежи + аванс + выкупная стоимость) составляет 6530817 руб. 53 коп.

Закупочная цена предмета лизинга составляет 4500000 руб. 00 коп.

Размер аванса составляет 1440000 руб. 00 коп.

Срок договора лизинга составляет 1287 дней (с 22.02.2018 по 31.08.2021)

Размер финансирования составляет 3060000 руб. 00 коп.

Плата за финансирование составляет 18,82% годовых.

Срок фактического пользования финансированием составляет 569 дней (с 18.01.2018 по 09.08.2019)

Размер платы за финансирования составляет 897851 руб. 73 коп.

Задолженность по неустойке (пени, штраф) составляет 329779 руб. 85 коп.

Упущенная выгода составляет 492679 руб. 96 коп.

Дополнительные расходы составляют 0 руб.

Полученные от лизингополучателя платежи (без аванса) составляют 1318075 руб. 84 коп.

Размер полученного страхового возмещения составляет 3708287 руб. 50 коп.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 246 051 руб. 80 коп. и является неосновательным обогащением АО ВТБ Лизинг.

Указанный контррасчет ответчика судом проверен и признан арифметически и методологически верным.

Платежным поручением от 29.11.2019 №43006 лизингодатель перечислил лизингополучателю компенсирующий платеж в размере 198 344 руб. 85 коп.

Таким образом, размер неосновательного обогащения составляет 47 706 руб. 95 коп.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.3 ст.395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Истцом заявлено о взыскании процентов в том числе в период действия моратория на начисление финансовых санкции согласно Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Согласно статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

Целью введения моратория, предусмотренного статьей 9.1 Закона о банкротстве, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам. Согласно абзацу первому пункта 2 статьи 9.1 Закона о банкротстве правила о моратории не применяются к лицам, в отношении которых на день введения моратория возбуждено дело о банкротстве.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного постановления).

На основании пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 до 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются.

Правила о моратории, установленные Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497, распространяют свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений (граждане, включая индивидуальных предпринимателей, юридические лица), за исключением лиц, прямо указанных в пункте 2 данного постановления (застройщики многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в единый реестр проблемных объектов), независимо от того, обладают они признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет.

Таким образом, в период действия указанного моратория проценты за период с 01.04.2022 по 01.10.2022 не подлежат начислению.

Судом произведен перерасчет процентов по договору лизинга по состоянию на 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 21.02.2023, размер которых составил 9 001 руб. 53 коп.

При таких обстоятельствах, учитывая, что требования истца в части взыскания 47 706 руб. 95 коп. неосновательного обогащения, 9 001 руб. 53 коп. начисленных процентов по состоянию на 21.02.2023 обоснованы, документально подтверждены, исковые требования подлежат удовлетворению в указанной части.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом оплачена государственная пошлина за рассмотрение дела в первой инстанции, в апелляционной, кассационной инстанциях и ВС РФ в общем размере 32 074,75 руб.

Удовлетворенная часть исковых требований составляет 6,6%.

Таким образом, государственная пошлина подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца, составляет 2 117 руб. (32074,75 руб. * 6,6%).

На основании ст.ст. 309, 310, 395, 450, 453, 614, 625, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 69, 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО ВТБ Лизинг в пользу ООО «Таурус» 47 706 руб. 95 коп. неосновательного обогащения, 9 001 руб. 53 коп. начисленных процентов по состоянию на 21.02.2023 и государственную пошлину в размере 2 117 руб.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

 

Судья                                                                                     А.Г. Антипова