﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                              Дело № А81-7959/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена  10 сентября 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  17 сентября 2019 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Шабаловой О.Ф.,

судей                                                                   Мальцева С.Д.,

                                                                            Туленковой Л.В.,

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества «Управляющая коммунальная компания» на решение от 13.03.2019 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 17.06.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-7959/2018 по иску акционерного общества «Уренгойгорэлектросеть» (629300, Ямало-Ненецкий автономный округ, город Новый Уренгой, улица Промышленная, дом 15, ОГРН 1058900649334, ИНН 8904046645) к акционерному обществу «Управляющая коммунальная компания» (629300, Ямало-Ненецкий автономный округ, город Новый Уренгой, улица Юбилейная, дом 5, блок 2, офис 1, ОГРН 1058900649609, ИНН 8904046677) о взыскании денежных средств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа (ИНН 7202064271, ОГРН 1027200774138).

В судебном заседании приняла участие представитель акционерного общества «Уренгойгорэлектросеть» Кобенко А.Э. по доверенности от 08.08.2018 № 11/1.

Суд установил:

акционерное общество «Уренгойгорэлектросеть» (далее – общество,                       АО «УГЭС») обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к акционерному обществу «Управляющая Коммунальная Компания» (далее – компания, АО «УКК») о взыскании 11 388 480 руб. убытков, возникших в связи с изъятием у компании обществом электросетевого имущества (две кабельные РК-2 и РК-4, далее – кабельные линии), что повлекло снижение объемов полезного отпуска электроэнергии. 

К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа (далее – РЭК).

Решением от 13.03.2019 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлениемот 17.06.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены. С компании в пользу общества взыскано 11 388 480 руб. 75 коп. убытков, 79 942 руб. расходов по уплате государственной пошлины, всего 11 468 422 руб. 75 коп., обществу из федерального бюджета возвращено 6 866 руб. государственной пошлины.

В кассационной жалобе компания просит решение и постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы: судами нарушены положения статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в части лишения РЭК права формулировать вопросы для экспертов в связи с одновременным назначением экспертизы и привлечением РЭК к участию в судебном заседании (27.11.2018); судами необоснованно отказано в допросе эксперта, чем нарушены положения статьи 9, пунктов 2, 3 статьи 82 АПК РФ; судами не приняты во внимание доводы ответчика о том, что возмещение недополученного дохода должно осуществляться территориальной организацией электроснабжения, которой является общество исключительно в установленном законом порядке; судами в нарушение части 7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ не дана правовая оценка доводам ответчика об обоснованности принятия компанией решения о необходимости передачи спорных кабельных линий для обеспечения надежности и безопасности эксплуатации, а также не указаны мотивы, по которым суды не приняли во внимание предоставленные ответчиком доказательства, подтверждающие обоснованность передачи спорных линий акционерному обществу «Уренгойтеплогенерации-1»; судами не применены положения статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и не учтено, что общество при подписании дополнительного соглашения № 37 от 30.12.2016 к договору субаренды от 16.04.2009 № 23 не имело правовых оснований и возможностей для изменения решения компании о возврате кабельных линий вне зависимости от того, кто являлся бы единоличным исполнительным органом - компания либо иное лицо; истцом не реализовано право на корректировку тарифов, что свидетельствует о непринятии должных и разумных мер по уменьшению убытков и является в соответствии с пунктом 1 статьи 404 ГК РФ основанием для снижения размера убытков; предъявление иска о взыскании убытков в обход установленного законом механизма возмещения доходов, недополученных при осуществлении регулируемой деятельности является ненадлежащим способом защиты нарушенного права и считается злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ); судами неправильно применены положения статей 15, 393 ГК РФ, поскольку отсутствует совокупность условий для взыскания убытков, а также противоправное поведение виновного лица (единоличного исполнительного органа); экспертиза проведена ненадлежащим образом, поскольку не исследованы все составляющие расчета производственных расходов на оказание услуг по передаче электрической энергии.

В отзыве, приобщенном судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), общество просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

Учитывая надлежащее извещение компании о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается                      в отсутствие его представителя, в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, заслушав представителя общества, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и судами установлено, между единственным учредителем общества - Департаментом недвижимости муниципального образования города Новый Уренгой и компанией заключен договор от 27.03.2006 № 2 (далее – договор № 2) на осуществление полномочий единоличного исполнительного органа общества, в соответствии с пунктом 1.1 которого общество передает, а компания принимает на себя определенные уставом общества, иными внутренними документами общества и действующим законодательством Российской Федерации полномочия единоличного исполнительного органа общества (далее - генерального директора) в порядке и на условиях, установленных настоящим договором.

По пункту 2.3 договора № 2 компания обязалась действовать в интересах общества добросовестно и разумно, принимать все необходимые меры для достижения уставных целей.

В соответствии с пунктом 3.1 устава общества (в редакции от 21.03.2017) его основной целью деятельности является обеспечение потребностей муниципального образования города Новый Уренгой, юридических и физических лиц услугами по снабжению электроэнергией.

В период действия договора № 2 и исполнения своих обязательств, для реализации уставных целей и задач общество (арендатор) и компания (арендодатель), заключили договор от 16.04.2009 № 32 (далее – договор № 32) субаренды объектов систем электроснабжения, находящихся в собственности муниципального образования город Новый Уренгой.

Пунктом 1.1 договора № 32 предусмотрено, что арендодатель предоставляет, арендатор принимает во временное возмездное владение и пользование (субаренда) объекты систем электроснабжения, находящиеся в собственности муниципального образования город Новый Уренгой, для использования в целях обеспечения электрической энергией потребителей города Новый Уренгой согласно перечню объектов (приложение № 1 к договору № 32).

Согласно пункту 1.3 договора № 32 передача объектов в субаренду производится по акту приема-передачи (приложение № 2 к договору № 32).

Приложением № 1 к договору № 32 предусмотрен перечень объектов, передаваемых в субаренду, в их числе: две кабельные линии мощностью 10 кВт, питающие объекты: районная котельная № 2 (РК-2) от подстанции (ПС) «Новоуренгойская» и районная котельная № 4 (РК-4) от ПС «Ево-Яха»:

- кабельная линия (ВКЛ) - 10 кВт от ГПП-3 до ТП-170 кот. 2, инвентарный номер 101031448, балансовая стоимость 106 316, 00 (пункт 71 перечня объектов, указанных в приложении № 1 к договору № 32);

- кабельная линия (ВКЛ) - 10 кВт от ГПП-5 до ул. 33 кот. 4, инвентарный номер 101031449, балансовая стоимость 197 467, 00 (пункт 78 перечня объектов, указанных в приложении № 1 к договору № 32).

На основании акта приема-передачи от 01.07.2009 (приложение № 2 к договору № 32) объекты систем электроснабжения согласно перечню объектов, в том числе две кабельные линии мощностью 10 кВт, питающие объекты РК-2 и РК-4, переданы обществом (арендатор) компании (арендодатель) во временное владение и пользование (субаренду).

Таким образом, общество с 2009 года, используя указанные кабельные линии мощностью, оказывало услуги по передаче электрической энергии районным котельным № 2 (РК-2) и № 4 (РК-4).

РК-2 и РК-4 находятся в субаренде общества «УТГ-1», которое осуществляет их обслуживание и соответственно является потребителем электроэнергии, поставляемой обществом.

Для приобретения электрической энергии в целях ее последующей продажи конечным потребителям, общество (заказчик) и акционерное общество «Тюменьэнерго» (исполнитель) заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 20.11.2012 № Н/12-02у (в редакции дополнительных соглашений, далее – договор № Н/12-02у).

В соответствии с пунктом 2.1 договора № Н/12-02у исполнитель обязуется оказывать услуги по передаче электрической энергии (мощности) путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу мощности через технические устройства электрических сетей, принадлежащих исполнителю на праве собственности или на ином предусмотренном федеральным законом основании, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителю в порядке, предусмотренном настоящим договором, по индивидуальному тарифу, утвержденному уполномоченным органом государственной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов.

Существенными условиями договора № Н/12-02у (пункт 2.2.3) являются технические характеристики точек присоединения объектов электросетевого хозяйства сторон, максимальная мощность, пропускная способность, прибору учета электроэнергии, с указанием их балансовой принадлежности, которые указаны в приложении № 1к договору № Н/12-02у.

Приложением № 1 к договору № Н/12-02у (далее – приложение № 1) установлено, что исполнитель поставлял электроэнергию заказчику до кабельных линий РК-2 и РК-4, а заказчик через них передавало энергию котельным № 2 и № 4 через следующие точки поставки из сети исполнителя:

Котельная № 2: - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 1.12 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 2) – пункт 9 приложения № 1; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 2.8 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 1) - пункт 10 приложения № 1; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 3.11 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 2) - пункт 11 приложения № 1; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 4.4 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 1) - пункт 12 приложения № 1;

Котельная № 4: - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 1.10 ЗРУ-10 (котельная № 4 ввод № 1) - пункт 17 приложения № 1; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 2.2 ЗРУ-10 (котельная № 4 ввод № 2) - пункт 18 приложение № 1; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 4.2 ЗРУ-10 (котельная № 4 ввод № 2) - пункт 19 приложения № 1; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 3.6 ЗРУ-10 (котельная № 4 ввод № 1) - пункт 20 приложения № 1.

В свою очередь, общество (исполнитель) заключило с акционерным обществом «Тюменская энергосбытовая компания» (далее – заказчик, общество «ТЭК») договор оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.11.2013 № 12-932/2014, в соответствии с предметом которого исполнитель обязался оказывать заказчику услуги по передаче электрической энергии посредством осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии (мощности) через технические устройства электрических сетей, принадлежащих обществу, а заказчик обязался оплачивать услуги общества в порядке, установленном настоящим договором. Договор № 12-932/2014 заключен в интересах конечных потребителей, которым общество «ТЭК» обязалось организовать передачу электроэнергии.

Согласно пункту 5.6. договора № 12-932/2014 оплата услуг по передаче электрической энергии осуществляется обществом дифференцированно (по единому «котловому» тарифу на услуги по передаче электрической энергии, установленному органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов) в одноставочном или двухставочном выражении, исходя из выбранного потребителем заказчика варианта тарифа.

Точки приема с оптового, розничного рынков и от смежных сетевых организаций определены сторонами в приложении № 1 к договору № 12-932/2014.

Так, как и усматривается из содержания Перечня средств учета в точках приема электроэнергии в сеть исполнителя (приложение № 1 к договору),         АО «УГЭС», в том числе поставляло конечному потребителю - ОАО                          «УТГ-1» электроэнергию через кабельные линии РК-2 и № 4 РК-4                                в следующие точки приема электроэнергии:

Котельная № 4: - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 1.10 ЗРУ-10] (котельная № 4 ввод № 1) - пункт 1.7 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 2.2 ЗРУ-10] (котельная № 4 ввод № 2) - пункт 1.8 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 3.6 ЗРУ-10] (котельная № 4 ввод № 1) - пункт 1.9 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. № 4.2 ЗРУ-10] (котельная № 4 ввод № 2) – пункт 1.10 приложения № 1 к договору № 12-932/2014;

Котельная № 2: - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 4.4 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 2) - пункт 1.19 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 3.11 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 2) - пункт 1.20 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 2.8 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 1) - пункт 1.21 приложения № 1 к договору № 12-932/2014; - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. № 1.12 ЗРУ-10] (котельная № 2 ввод № 1) - пункт 1.22 приложения № 1 к договору с № 12-932/2014.

Схема электроснабжения районных котельных РК-2 и РК-4 заключалась в поставке электроэнергии по кабельным линиям мощностью 10 кВт от точек поставки общества «Тюменьэнерго» (вышестоящей сетевой организации), находящимся в субаренде у общества, до РК-2 и РК-4, обслуживание которых осуществляло общество «УТГ-1», являющееся конечным потребителем электроэнергии.

Общество «УТГ-1» оплачивало обществу «ТЭК» услуги по поставке электроэнергии в РК-2 и РК-4. Общество «ТЭК» производило расчеты с обществом на основании договора № 12-932/2014 в соответствиис едиными (котловыми) тарифами, установленными РЭК.

Общество оплачивало обществу «Тюменьэнерго» услуги по поставке электроэнергии в соответствии с индивидуальными тарифами для взаиморасчетов между сетевыми организациями, устанавливаемыми РЭК.

Таким образом, объемы электроэнергии, отпускаемой РК-2 и РК-4 через кабельные линии, составляли полезный отпуск общества.

С 2009 года общество ежегодно учитывало кабельные линии мощностью 10 кВ и объемы полезного отпуска электроэнергии (который в среднем составлял более 1 600 МВт*ч/месяц), поставляемой потребителю - обществу «УТГ-1» до РК-2 и РК-4, в составе тарифной заявки, направляемой в РЭК для установления тарифа на следующий расчетный период.

В свою очередь, указанные величины принимались РЭК при формировании тарифа общества на услуги по передаче электрической энергии и в расчете необходимой валовой выручки (НВВ) общества.

С целью установления тарифов на услуги по передаче электроэнергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями (истец и общество «Тюменьэнерго») и расчета НВВ для общества на 2017 год, истец в соответствии с Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – постановление № 1178), в РЭК направлено заявление от 25.04.2016 № 579 об установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями и корректировке НВВ на 2017 год.

При формировании тарифной заявки на 2017 год, АО «УГЭС» в лице генерального директора управляющей компании АО «УКК»                                           и исполнительного директора управляющей компании АО «УКК» также учитывало наличие на балансе АО «УГЭС» электросетевого имущества - кабельных линий мощностью 10 кВт, питающих районные котельные № 2 (РК-2) и № 4 (РК-4).

Соответственно, индивидуальный тариф для общества и расчет НВВ на 2017 год установлены РЭК с учетом объемов полезного отпуска электроэнергии, поставляемой до РК-2 и РК-4 через кабельные линии, и соответственно планируемого дохода за оказанную услугу по передаче электрической энергии.

Решением РЭК от 28.12.2016 № 96 «Об установлении индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии для взаиморасчетов между сетевыми организациями» (далее – решение РЭК № 96) установлен индивидуальный тариф для взаиморасчетов между истцом и обществом «Тюменьэнерго» на услуги по передаче электрической энергии на период с 01.01.2017 по 31.12.2017, а также единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии на период с 01.01.2017 по 31.12.2017                       (решение РЭК от 28.12.2016 № 95).

Распоряжением единственного акционера общества (Департамент имущественных отношений администрации города Новый Уренгой) от 16.01.2017 № 2-р расторгнут договор № 2 между обществом и компанией, подписано соглашение о расторжении от 16.01.2017.

Перед расторжением договора, за несколько дней до прекращения своих полномочий единоличного исполнительного органа общества, компанией изъяты у общества две кабельные линии, по которым общество осуществляло поставку электроэнергии РК-2 и РК-4 и находящиеся в обслуживании общества «УТГ-1».

Дополнительным соглашением от 30.12.2016 № 37 к договору № 32 кабельные линии были возвращены обществу, о чем обществом и компанией составлен акт приема-передачи от 30.12.2016.  

Судами установлено, что возвращены только указанные кабельные линии РК-2 и РК-4, остальные объекты систем электроснабжения, переданные компанией в субаренду АО «УГЭС», не изъяты                                           и эксплуатируются последним до настоящего времени.

Как указывал истец, основания для изменения условий договора субаренды и возврата кабельных линий мощностью РК-2 и РК-4, предусмотренные пунктом 3.1.2 договора субаренды, отсутствовали.

Указанные объекты систем электроснабжения (две кабельные линий                   РК-2 и РК-4) использовались АО «УГЭС» по целевому назначению, третьим лицам не передавались, претензий по состоянию объектов у компании также не имелось.

При этом указанные кабельные линии РК-2 и РК-4 и поставляемый через них объем электроэнергии учтены, в том числе АО «УКК» как управляющей компанией АО «УГЭС», при расчете тарифа и НВВ для АО «УГЭС»                           на 2017 год.

В связи с возвращением обществу кабельных линий обществом «Тюменьэнерго» с 03.02.2017 произведена корректировка и уменьшение объемов передаваемой обществу электроэнергии (путем исключения объемов, проходивших по изъятым кабельным линиям РК-2 и РК-4), что подтверждается содержанием дополнительного соглашения                    № 12 об изменении и дополнении договора от 01.02.2017.

После неоднократных обращений АО «УГЭС» в адрес РЭК, администрацию муниципального образования город Новый Уренгой                             и непосредственно в компанию указанные кабельные линии мощностью                     10 кВт возвращены АО «УКК» в субаренду АО «УГЭС» на основании дополнительного соглашения от 01.09.2017 № 41 к договору субаренды.

Таким образом, кабельные линии РК-2 и РК-4, питающие районные котельные № 2 (РК-2) и № 4 (РК-4) выбыли из временного владения                              и пользования АО «УГЭС» в период с 01.02.2017 по 01.09.2017.

Соответственно, изъятие объема полезного отпуска электроэнергии указанным по районным котельным № 2 и № 4, учтенного на 2017 год РЭК при формировании тарифа для АО «УГЭС», негативно сказалось на текущей финансово-хозяйственной деятельности и экономической устойчивости                     АО «УГЭС», поскольку повлекло за собой возникновение значительных убытков в виде неполученного дохода.

Судами установлено, что компания является управляющей организацией не только обществом, но и обществом «УТГ-1», что подтверждается сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). 

Истец, ссылаясь на то, что АО «УГЭС» является профильной электросетевой компанией, объемы полезного отпуска электроэнергии районным котельным № 2 (РК-2) и № 4 (РК-4) учтены при формировании тарифа для АО «УГЭС» на услуги по передаче электрической энергии                     и расчета НВВ на 2017 год (тарифная заявка оформлялась и подавалась                     в период исполнения АО «УКК» своих полномочий в качестве единоличного исполнительного органа АО «УГЭС»), в условиях надлежащего исполнения обязательств по договору субаренды, действия АО «УКК» как управляющей компании, по возврату кабельных линий РК-2 и РК-4, используемых                      АО «УГЭС» по целевому назначению для выполнения уставных целей,                     без наличия каких-либо объективных оснований, очевидно, не отвечают экономическим интересам общества и являются недобросовестными, направил компании  претензию от 16.08.2018 № 1 408/2018 о взыскании убытков в виде упущенной выгоды.

Оставление претензии компанией без удовлетворения, послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящим иском.

Определением от 27.11.2018 Арбитражного суда Ямало - Ненецкого Автономного округа по ходатайству истца назначена судебная экспертиза с целью проверки расчетов, обоснованности и достоверности размера убытков общества, производство которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью Экспертная организация «Развитие и осторожность» Козлову Андрею Сергеевичу, Хамовой Татьяне Николаевне.

На рассмотрение экспертов поставлен следующий вопрос: определить размер недополученных средств обществом за период с 01.02.2017 по 01.09.2017 по договору, заключенного с обществом «ТЭК» вследствие возникновения потерь объемов полезного отпуска электроэнергии в связи с исключением точек поставки электрической энергии в сеть общества: - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. №1.10 ЗРУ-10] (котельная №4 ввод №1); - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. №2.2 ЗРУ-10] (котельная №4 ввод №2); - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. №3.6 ЗРУ-10] (котельная №4 ввод №1); 5 А81-7959/2018 - ПС-110/10 кВ Ево-Яха [яч. №4.2 ЗРУ-10] (котельная №4 ввод №2); - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. №4.4 ЗРУ-10] (котельная №2 ввод №2); - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. №3.11 ЗРУ-10] (котельная №2 ввод №2); - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. №2.8 ЗРУ-10] (котельная №2 ввод №1); - ПС-110/10 кВ Новоуренгойская [яч. №1.12 ЗРУ-10] (котельная №2 ввод №1).

Из представленного в материалы дела экспертного заключения от 25.01.2019 следует, что экспертами в рамках проведенной судебной экспертизы в целях получения обоснованного расчета проведен анализ основных технико-экономических показателей, утвержденных РЭК для общества на 2017 год, с фактическими данными, отраженными в годовом отчете общества за 2017 год, утвержденным Решением Совета директоров общества (протокол от 31.05.2018 № 8, таблица 3), а также произведен расчет недополученного дохода (недополученных средств) общества                           на фактический объем электрической энергии за период с февраля по август 2017 года, отраженный в актах снятия показаний приборов учета электрической энергии в границах балансовой принадлежности общества «Тюменьэнерго» (филиал «Северные электрические сети» (таблица 4).

По результатам расчета эксперта сумма недополученного дохода (недополученных средств) общества за период с 01.02.2017 по 01.09.2017 по договору, заключенному с обществом «ТЭК», вследствие возникновения потерь объемов полезного отпуска электроэнергии в связи с исключением точек поставки электрической энергии в сеть общества по фактическим показаниям приборов учета электрической энергии общества «УТГ-1» (конечному потребителю) с учетом потерь по уровню, принятому РЭК при установлении для общества индивидуального тарифа и НВВ на 2017 год, составила 11 388 480 руб. 75 коп.

Действия, совершенные в обход тарифного решения в части исключения точек поставки электрической энергии по договору № 12-932/2014 от 01.11.2013, сведения о котором переданы в регулирующий орган, повлекли перераспределение котловой тарифной выручки не в соответствии с утвержденным тарифным решением, чем нарушается принцип государственного регулирования услуг по передаче электроэнергии.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из необоснованности действий общества по изъятию у компании кабельных линий и наличия у компании в связи с этим убытков в виде упущенной выгоды в размере 11 468 422 руб. 75 коп.

Суд первой инстанции указал, что действия компании по изъятиюу общества кабельных линий и передаче их в субаренду непрофильной теплоснабжающей организации – обществу «УТГ-1» обусловлены наличием у ответчика фактической заинтересованности и направлены на извлечение экономической выгоды, путем оказания предпочтения экономическим интересам обществу «УТГ-1», вопреки интересам истца, выбывшего                          из правоотношений с ответчиком и являющегося профильной электросетевой организацией, осуществляющий деятельность по получению электроэнергии с 2009 года.

Судом первой инстанции отклонен довод компании о ненадлежащем содержании и обслуживании обществом кабельных линий, послужившим основанием для их изъятия компанией, поскольку в период действия между сторонами договора № 32 каких-либо претензий или замечаний относительно ненадлежащего исполнения обществом обязательств в части содержания и обслуживания, а также технического состояния электросетевого имущества заявлено не было. Судом также отмечено, что после возвращения кабельных линий во владение истца (акт приема-передачи от 30.12.2016), претензий относительно состояния имущества обществом не заявлялось.

Суд первой инстанции указал, что компания должна быть заинтересована в обеспечении надлежащей эксплуатации спорных кабельных линий обществом, поскольку именно компания в спорный период выступала в качестве единоличного исполнительного органа общества, то есть отвечала за надлежащее исполнение обществом своих обязательств перед контрагентами. 

Довод компании о недобросовестности действий общества и о необходимости возмещения недополученного дохода (упущенной выгоды) путем снижения индивидуального тарифа в следующем периоде долгосрочного регулирования, суд счел несостоятельным, указав, что возмещение выпадающих доходов общества, сложившихся в 2017 году, методами тарифного регулирования не предусмотрено.

Установив указанные обстоятельства, с учетом экспертного заключения суд пришел к выводу о том, что убытки в виде упущенной выгоды подлежат оплате обществу, и удовлетворил иск в заявленном размере.

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По существу судами спор разрешен правильно.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что защита нарушенных прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 «Об акционерных обществах» (далее - Закон об АО) единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав                                   и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно; единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) несет ответственность перед обществом                       за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота                       и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 71 Закона об АО).

По смыслу названных норм, нарушение принципа добросовестности                   и разумности представительских действий единоличного исполнительного органа, создающих соответствующие права и обязанности для общества вопреки его интересам, является основанием для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности за причиненные убытки                       по правилам корпоративного законодательства.

Суды установили, что в соответствии с пунктами 2.8, 8.1 договора                    № 2 при исполнении договора компания обязана добросовестно пользоваться предоставленными ей обществом правами, а также всеми возможными                             и доступными ей средствами, в рамках, предоставленных законодательством, защищать, сохранять и умножать собственность общества; компания несет ответственность перед обществом за ущерб, причиненный последнему ее виновными действиями в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений действуют                             в интересах общества и его акционеров (участников).

Исходя из пунктов 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих                                        о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или                с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                   в постановлении от 12.04.2011 № 15201/10 разъяснено, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Согласно пункту 4 постановления № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаютсяв принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ), а также наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к ответственности единоличном исполнительном органе (пункт 6 постановления № 62).

В силу пункта 9 постановления № 62 требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, принимая во внимание выводы экспертного заключения, проанализировав цепочку взаимоотношений между участниками договоров № 2, 32, Н/12-02у, 12-932/2014, правильно определив предмет доказывания и применивк спорным правоотношениям нормы права, суды констатировали доказанность совокупность вышеуказанных обстоятельств, свидетельствующих о наличии вины ответчика в причинении истцу убытков в размере, установленном экспертной организацией, а также наличии причинно-следственной связи между противоправными действиями                   АО «УКК», выступающей в качестве единоличного исполнительного органа общества, по изъятию у последнего спорных кабельных линий                                       электропередачи и причинением АО «УГЭС» убытков. В связи с чем правомерно удовлетворили исковые требования.

Судами указано, что компания будучи одновременно управляющей организацией двух акционерных обществ - АО «УГЭС» и ОАО «УТГ-1»,               в нарушение заключенного с обществом договора на управление, отдан приоритет экономическим интересам ОАО «УТГ-1», несмотря на то, что получение ОАО «УТГ-1» электрической энергии осуществлялось с 2009 года через кабельные линии общества, а не АО «Тюменьэнерго» (соответствующие затраты на приобретение электроэнергии через сети общества учитывались в тарифе ОАО «УТГ-1»).

Оценивая действия АО «УКК» по изъятию у профильной электросетевой компании АО «УГЭС» за несколько дней до расторжения договора на осуществление полномочий единоличного исполнительного органа общества спорных кабельных линий электропередачи и передаче их в субаренду непрофильной теплоснабжающей организации ОАО «УТГ-1», являющейся дочерней компанией, суды отметили, что таковые обусловлены наличием фактической заинтересованности и направлены на извлечение экономической выгоды путем оказания предпочтения экономическим интересам ОАО «УТГ-1», управление которым АО «УКК» продолжает осуществлять, в ущерб интересам АО «УГЭС», управление которым прекращено.

Суды учли, что действия компании по изъятию кабельных линий РК-2                  и РК-4 оказали негативное влияние на финансово-хозяйственную деятельность общества, повлекли за собой возникновение убытков                               и уменьшение необходимой валовой выручки, а по итогам финансового года АО «УГЭС» получен отрицательный экономический результат.

Установленные обстоятельства на основе должной оценки доказательств позволили суда принять законные судебные акты об удовлетворении иска.

Оснований считать, что выводы судов нарушают нормы действующего законодательства, не соответствуют обстоятельствам и доказательствам дела,  у суда кассационной инстанции не имеется.

Отклоняя довод истца о необоснованном отказе в привлечении общества «УТГ-1» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований (статья 51 АПК РФ), апелляционный суд, учитывая предмет рассматриваемых требований, исходил из недоказанности того обстоятельства, что обжалуемыми судебными актами затронуты права        и законные интересы общества «УТГ-1».

Довод компании о недобросовестном поведении общества и о необходимости возмещения недополученного дохода путем снижения индивидуально тарифа в следующем периоде долгосрочного регулирования, был предметом рассмотрения судов двух инстанций и обоснованно ими отклонен с указанием соответствующих мотивов.

Приведенные в кассационной жалобе доводы о несогласии с выводами экспертизы, являлись предметом рассмотрения и должной оценки судов, обоснованно отклонены с учетом установленных фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств.

Проанализировав заключение эксперта на предмет соответствия нормам арбитражного процессуального законодательства, суды исходили из того, что оно соответствует требованиям, предъявляемым законом, экспертом полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на его разрешение. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, доказательства наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, из материалов дела не следует. Судами учтено, что выбор способов                                  и методов исследования входит в компетенцию эксперта; экспертом описана методика проведенного исследования, указаны используемые справочно-нормативные и научно-технические документы, обосновано их применение, в заключении даны обоснование и пояснения по предмету исследования                        с описанием соответствующей методики.

Кроме того, основания несогласия с заключением эксперта должны сложиться при анализе данного заключения и его сопоставления с остальной доказательственной информацией, чего в данном случае суд округа не усматривает.

Довод заявителя о необоснованном отказе в допросе эксперта                             во внимание не принимается, поскольку указанное обстоятельство                                   не является процессуальным нарушением, которое могло бы повлечь отмену судебных актов, а также учитывая соответствие экспертного заключения положениям статей 82, 83, 86 АПК РФ.

Судом кассационной инстанции не принимается довод заявителя жалобы о том, что судами оценены не все доводы и имеющиеся в деле доказательства.

Рассматривая дело, суд оценивает все доводы лиц, участвующих в деле, и представленные ими доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Вместе с тем отсутствие в мотивировочной части судебного акта отдельного описания каждого имеющегося в деле доказательства, само по себе не свидетельствует о том, что какое-либо из них не оценивалось судами, если итоговый вывод судов соответствует системной и непротиворечивой взаимосвязи всех имеющихся в деле доказательств. 

Выводы судов согласуются с материалами дела, описание и анализ доказательств являются достаточно подробными для итогового вывода суда об удовлетворении иска, а правовая аргументация соответствует применимым к спорным отношениям нормам права.

Довод заявителя о нарушении судом принципов равноправия                             и состязательности сторон арбитражного процесса отклоняется как                               не подтвержденный.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что судами                     не допущено нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение судебных актов, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами судов, ранее являлись предметом исследования и аргументированной оценки судов нижестоящих инстанций, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами, в связи с чем не принимаются судом кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статьей 286 АПК РФ пределы его компетенции.

Полномочия вышестоящего суда по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 13.03.2019 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 17.06.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-7959/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                    О.Ф. Шабалова

 

Судьи                                                                                 С.Д. Мальцев

 

                                                                                            Л.В. Туленкова