СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6338/2024(2)-АК

Дело № А50-4273/2023

05 февраля 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 05 февраля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Иксановой Э.С., судей Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

в отсутствие сторон;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ПСК «РИВ» ФИО1

на определение Арбитражного суд Пермского края от 31 октября 2025 года,

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки по перечислению денежных средств недействительными и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «ПСПГРУПП» в пользу должника денежных средств в общей сумме 2 551 478,02 руб.,

вынесенное в рамках дела № А50-4273/2023 о признании ООО «ПСК «РИВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица: ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), ООО «Прайм» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Ламбер Трэйд» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Дмитровский Металлоцентр» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ВТБ

Лизинг (акционерное общество) (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Лукойл-Интер-Кард» (1123444007070, ИНН: 

<

***>), ООО «Автокрафт» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Автодор- Платные дороги» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ПАО «Страховая акционерная компания «ЭнергогаранТ» (1027739068060, ИНН: 

<

***>) в лице Пермского филиала ПАО «САК «Энергогарант», ООО «Торговый дом Магистральпромснаб» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Лестранс» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Пермская интернет компания» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ПАО «Мобильные телесистемы» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), АО «Почта России» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Инфологистик 24» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ассоциация саморегулируемая организация «Стройгарант» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Сдэк-Глобал» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО «Техтрейд» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ВСП-Поставка» (далее - заявитель, ООО «ВСП-Поставка») 20.02.2023 обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ПСК «РИВ» (далее - должник, ООО «ПСК «РИВ») несостоятельным (банкротом).

Определением суда 28.02.2023 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.06.2023 (резолютивная часть оглашена 06.06.2023) заявление признано обоснованным, в отношении ООО «ПСК «РИВ» введено наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1

Объявление о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 107(7552) от 17.06.2023, в ЕФРСБ сообщение № 11686880 от 09.06.2023.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 08.11.2023 ООО «ПСК «РИВ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

24.10.2024 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просит признать недействительными (ничтожными) сделки по перечислению денежных средств: в пользу ООО «ПСП-Групп» за период с 27.11.2020 по 06.05.2021 на общую сумму 1 269 820,45 руб.; в пользу третьих лиц за ООО «ПСП-ГРУПП» за период с 26.08.2021 по 28.09.2021 на общую сумму 1 281 657,57 руб.; применить последствия недействительности сделок, взыскав с ООО «ООО «ПСП-ГРУПП» в пользу ООО «ПСК «РИВ» денежные средства в общей сумме 2 551 478,02 руб.

Определением Арбитражного суд Пермского края от 31.10.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительной и применения последствия недействительности сделки, отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В жалобе управляющий выражает несогласие с выводами суда об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых платежей (с 2020 по 2021 год) и, как следствие, об отсутствии цели причинения вреда кредиторам; суд не принял во внимание что наличие просроченной задолженности перед кредиторами (ООО «ВСП-Поставка», ИП ФИО5, ООО «Торговый дом Магистральпромснаб»), подтверждённой судебными актами, требования которых возникли с апреля-мая 2020 года, то есть именно в период совершения оспариваемых платежей; отсутствие встречного предоставления по оспариваемым платежам на сумму 2 551 478,02 руб., что подтверждено выписками по счетам и отсутствием контрактов, накладных, актов или иных документов, обосновывающих такие переводы; аффилированность сторон - на момент сделок должник (ООО «ПСК «РИВ») и ответчик (ООО «ПСП-Групп») имели общих участников и руководителей (ФИО3, ФИО4, ФИО2), что свидетельствует о их заинтересованности и вхождении в одну группу лиц (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ). Суд ошибочно посчитал, что признаки неплатежеспособности возникли лишь 01.01.2022, игнорируя накопление долгов и отсутствие реальной хозяйственной цели в перечислении миллионов рублей аффилированному лицу в условиях растущей задолженности. Так же ссылаясь на статью 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) полагает, что суд необоснованно отклонил представленные конкурсным управляющим доказательства, приняв во внимание голословные утверждения ответчика и третьих лиц о наличии «встречного исполнения», которое так и не было документально подтверждено. Ответчик ссылался на некие «платежи в пользу должника», но их сумма (426 200 руб.) несопоставима с оспариваемыми перечислениями (2,5 млн руб.), а сами платежи не являются встречным исполнением по конкретным сделкам. Утверждения о «хозяйственной деятельности» и «расчётах по письмам» не подтверждены первичными документами (договорами, актами, накладными), что свидетельствует о фиктивности таких операций. Таким образом, суд нарушил принцип состязательности и равноправия сторон, возложив на конкурсного управляющего непосильное бремя доказывания и проигнорировав его правовые аргументы. Отмечает, что суд не принял во внимание, что оспариваемые

платежи являются мнимыми сделками, совершёнными лишь для вида без намерения создать правовые последствия, либо злоупотреблением правом, направленным на вывод активов в ущерб кредиторам. Отсутствие хозяйственного смысла в перечислении денег аффилированному лицу в условиях неплатежей независимым кредиторам свидетельствует о цели причинения вреда. Сокрытие документации, отсутствие первичных документов, аффилированность сторон — всё это подтверждает недобросовестность участников сделок. Суд ошибочно счёл, что данные обстоятельства «полностью охватываются» статью 61.2 Закона о банкротстве, но даже в этом случае их неправильная оценка привела к неверному выводу.

До начала судебного заседания от ответчика ООО «ПСП-ГРУПП» поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, просит оставить ее без удовлетворения, обжалуемое определение – без изменения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с статьями.156, 266 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе исполнения обязанностей конкурсным управляющим установлено что согласно представленной информации из налоговой инспекции у должника были открыты счета в трех банках.

При анализе банковских выписок по счетам должника конкурсным управляющим выявлено, что ООО «ПСК «РИВ» осуществлялись регулярно в период с 15.09.2020 по 06.05.2021 платежи на расчетный счет ООО «ПСП- Групп» в общей сумме 1 269 820,45 руб. без встречного предоставления. Также банковскими выписками подтверждается, что ООО «ПСК «РИВ» производило оплату третьим лицам за ООО «ПСП-Групп» в период с 06.05.2020 по 28.09.2021 в общей сумме 1 281 657,57 руб. без встречного представления.

Конкурсный управляющий отметил, что на дату совершения оспариваемых платежей у должника имелась непогашенная задолженность перед кредиторами, впоследствии подтвержденная судебными актами, а именно: перед ИП ФИО5 по договору аренды с апреля 2020 года на сумму 234 000 руб., определение суда от 18.08.2023, перед ООО «Торговый дом Магистральпромснаб» по договору поставки № 24 от 28.04.2020 с мая 2020 года по июнь 2021 года на сумму 4 553 055 руб., определение суда от 14.09.2023, перед ООО «ВСП-Поставка» по договору поставки продукции № 1620 от 01.07.2020, с июня 2020 года по июль 2021 года, на сумму 1 731 094 руб. основного долга и 200 000 руб. финансовых санкций, определение суда от 07.06.2023.

Конкурсный управляющий указал, что первые не оплаченные долги возникли в апреле 2020 года, то есть усматривается тенденция увеличения задолженности должника перед кредиторами, соответственно, признаки неплатежеспособности ООО «ПСК «РИВ» наступили в апреле 2020 года.

Как следует из ЕГРЮЛ, на дату совершение оспариваемых платежей участниками ООО «ПСК «РИВ» с даты регистрации Общества по текущую дату являются: ФИО3 - доля участия в уставном капитале Общества 50%; ФИО4 - доля участия в уставном капитале Общества 50%. В период совершения оспариваемых платежей директором ООО «ПСК «РИВ» являлся ФИО2.

Как следует из ЕГРЮЛ, на дату совершение оспариваемых платежей участниками ООО «ПСП-Групп» с даты регистрации Общества являлись: ФИО3 в период с 26.11.2013 по 23.03.2020 - доля участия в уставном капитале Общества 50%; ФИО3 в период с 24.03.2020 по 31.12.2021 - доля участия в уставном капитале Общества 51%; ФИО4 в период с 20.03.2019 по 31.12.2021 - доля участия в уставном капитале Общества 49%.

В период совершения платежей директором ООО «ПСП-Групп» являлся ФИО3.

Соответственно, в период с 06.05.2020 по 28.09.2021 ООО «ПСП-Групп» входило с должником в одну группу лиц (статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»).

Каких-либо документов, доказательств встречного исполнения, подтверждающих обоснованность перечисления на расчетный счет ООО «ПСП-Групп» денежных средств в сумме 1 269 820,45 руб., и обоснованность оплаты третьим лицам за ООО «ПСП-Групп» суммы 1 281 657,57 руб. конкурсному управляющему не представлено.

По мнению конкурсного управляющего, в результате перечисления должником денежных средств причинен вред имущественным интересам кредиторов, цель причинения вреда имущественным интересам кредиторов подтверждается фактом неплатежеспособности должника на момент совершения спорных платежей и фактом заинтересованности ответчика по отношению к должнику.

Ссылаясь на то, что оспариваемые платежи совершены в период наличия у должника признаков неплатежеспособности и неисполненных обязательств перед кредиторами, в пользу аффилированного лица в отсутствие на то каких-либо правовых оснований и в отсутствие встречного предоставления с целью причинения вреда кредиторам должника, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделок по перечислению денежных средств за период с 27.11.2020 по 06.05.2021 в сумме 1 269 820,45 руб. и за период с 26.08.2021 по 28.09.2021 в сумме 1 281 657,57 руб. недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также

статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика денежных средств в общей сумме 2 551 478,02 руб.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не доказаны все необходимые условия для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве к оспариваемым сделкам (перечислениям денежных средств).

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента), действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения.

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПСК «РИВ» возбуждено определением суда от 28.02.2023, оспариваемые

перечисления совершены в период с 24.07.2020 по 19.10.2021 (исходя из сведений, указанных в заявлении конкурсного управляющего), то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника, в связи с чем, могут быть оспорены по статье 61.2 Закона о банкротстве, а также общим основаниям, предусмотренным ГК РФ.

Конкурсный управляющий просит признать сделки по перечислению денежных средств недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ. В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на то, что оспариваемые платежи совершены в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом, были совершены после возникновения у должника признаков неплатежеспособности, должник производил вывод денежных средств в пользу аффилированного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, оспариваемые платежи являются мнимыми сделками, совершенными лишь для вида с целью вывода активов, совершение таких сделок при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами является злоупотреблением правом.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы:

1) сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является

периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота),

2) неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, предмет доказывания по заявлению о призвании недействительной сделки должника на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве составляет совокупность указанных обстоятельств.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

При этом для определения наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По мнению конкурсного управляющего, на дату совершения оспариваемых платежей у должника имелась непогашенная задолженность перед кредиторами, впоследствии подтвержденная судебными актами, в том числе:

перед ООО «ВСП-Поставка» по договору поставки продукции № 1620 от 01.07.2020 в сумме 1 731 094 руб. основного долга и 200 000 руб. финансовых санкций, определение суда от 07.06.2023;

перед ИП ФИО5 по договору аренды помещения № 43-2020 от 23.03.2020 в сумме 234 000 руб. основного долга; определение суда от 18.08.2023;

перед ООО «Торговый дом Магистральпромснаб» по договор поставки № 24 от 28.04.2020 в сумме 4 553 055 руб. основного долга и 8 882 195,40 руб. финансовых санкций; определение суда от 14.09.2023.

Датой внесения записи в ЕГРЮЛ о регистрации юридического лица ООО «ПСК «РИВ» является 23.03.2020.

Конкурсный управляющий полагает, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в апреле 2020 года, то есть непосредственно после регистрации юридического лица.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, задолженность перед ИП ФИО5 по договору аренды помещения № 43-2020 от 23.03.2020 возникла за период с марта 2021 года по август 2022 года (расчет задолженности приложен к заявлению о включении в реестр требований кредиторов, поступившему в суд 28.06.2023).

Из представленной кредитором выписки по операциям на счете следует, что оплата по договору аренды поступала от должника до марта 2021 года (документы представлены кредитором 11.08.2023).

Задолженность перед ИП ФИО5 в судебном порядке не взыскивалась, установлена определением суда о включении требований в реестр требований кредиторов должника от 18.08.2023.

ФИО2 (бывший руководитель должника) в отзыве на заявление отметил, что претензий от ИП ФИО5 в адрес ООО «ПСК «РИВ» не поступало.

Также из материалов дела следует, что претензия от ООО «Торговый дом Магистральпромснаб» о возврате суммы предварительной оплаты за товар и уплате неустойки была направлена в адрес должника 10.03.2023 (претензия от 10.03.2025 исх. № 1/2023/юр); ООО «ПСК «РИВ» в рамках договора поставки № 24 от 28.04.2020 14 поставило продукцию на сумму 33 732 500 руб., поставка производилась партиями до октября 2021 года

Задолженность перед ООО «Торговый дом Магистральпромснаб» в судебном порядке не взыскивалась, установлена определением суда о включении требований в реестр требований кредиторов должника от 14.09.2023.

Задолженность по договору поставки продукции № 1620 от 01.07.2020 с ООО «ПСК «РИВ» в пользу ООО «ВСП-Поставка» взыскана с должника решением Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2021 по делу № А60-37892/2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2022. Из содержания решения

Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2021 по делу № А60-37892/2021 следует, что поставка товара должнику осуществлена на сумму 6 042 400 руб., оплата поставленного товара не произведена на сумму 1 669 400 руб.

Согласно пояснениям ответчика, исходя из выписок по счетам ООО «ПСК «РИВ», имелись значительные поступления, за счет которых ООО «ПСК «РИВ» осуществляло расчеты с контрагентами, за период с 30.04.2020 по 19.10.2021 общая сумма поступлений составила не менее 59 млн. руб.; с учетом указанных оборотов по счетам ООО «ПСК «РИВ», исполнение обязательств перед кредиторами было возможно, но не исполнялось ввиду наличия спорных отношений, а не в связи с неплатежеспособностью или недостаточностью имущества.

Согласно бухгалтерской отчетности с сайта ГИР БО, по результатам 2021 года у ООО «ПСК «РИВ» произошло снижение стоимости чистых активов с 710 тыс.руб. на -268 тыс.руб. Поскольку не имеется квартальной (промежуточной) отчетности, приблизительно установить дату снижения стоимости чистых активов ООО «ПСК «РИВ» в 2021 году невозможно. Таким образом, по факту представления бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2021 год снижение стоимости чистых активов произошло 01.01.2022.

Исходя из сведений, размещенных на официальном сайте ФССП России, в отношении ООО «ПСК «РИВ» было возбуждено исполнительное производство № 170487/22/59004-ИП от 18.07.2022 (взыскатель – ООО «ВСП-Поставка»), которое окончено 24.12.2022 на основании пункта 4 части 1 статьи. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Сведения об исполнительных производствах в отношении должника, возбужденных ранее 18.07.2022, отсутствуют.

Наличие информации о судебных спорах с участием должника также не подтверждает его неплатежеспособность, поскольку рассмотрение судом исков контрагентов о взыскании задолженности не свидетельствует об их безусловном удовлетворении и отсутствии у должника возможности, в случае удовлетворения заявлений, осуществить погашение задолженности в добровольном или принудительном порядке.

При этом как верно указывает суд первой инстанции, сам по себе факт наличия непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности либо о недостаточности имущества должника. Неоплата конкретного долга отдельному кредитору, не может отождествляться с неплатежеспособностью и недостаточностью имущества.

Более того, исходя из обстоятельств дела, должник имел возможность погашать свои обязательства в период с 2020 по 2021 гг.

Так, из пояснений бывшего руководителя должника ФИО2 следует, что оспариваемые платежи были осуществлены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, на момент совершения указанных платежей ООО «ПСК РИВ» осуществляло хозяйственную деятельность, счета

общества в аресте не находились. ООО «ПСК «РИВ» было создано в марте 2020 года, основным видом деятельности является 42.12 Строительство железных дорог и метро; однако ООО «ПСК «РИВ» осуществляло в основном поставку и комплектацию объектов строительства железных дорог материалами верхнего строения пути, в том числе рельсов, шпал, элементов креплений и иных компонентов, необходимых для строительства железнодорожных путей (дополнительные виды деятельности: 46.13.2 Деятельность агентов по оптовой торговле строительными материалами, 46.14.9 Деятельность агентов по оптовой торговле прочими видами машин и промышленным оборудованием). Основным видом деятельности ООО «ПСП- Групп» также являлся 42.12 Строительство железных дорог и метро, для осуществления этого вида деятельности, а также допуска для строительства объектов повышенной опасности, ООО «ПСП-Групп» состояло в Саморегулируемой организации «СТРОЙГАРАНТ»; ООО «ПСП-Групп» заключало контракты с заказчиками на строительство железных дорог, а ООО «ПСК «РИВ» осуществляло закупку и поставку материалов для сборки рельсошпальной решетки в рамках исполнения некоторых контрактов, ООО «ПСП-Групп» не являлось единственным контрагентов, для которого ООО «ПКС «РИВ» осуществляло поставку материалов.

Из пояснений ФИО3 (учредитель ООО «ПСК «РИВ») так же следует, что в процессе деятельности ООО «ПСП-Групп» возникла необходимость создания компании, которая бы осуществляла поставки материалов верхнего строения пути, комплектующих деталей, элементов скреплений, рельс, шпал и всего остального, что необходимо для строительства железнодорожных путей. Основной причиной создания компании для поставок материалов верхнего строения пути послужило то, что зачастую заказчики делили строительство и поставку на разные договоры, а также существовала такая торговая ниша, в которой ООО «ПСК «РИВ» предстояло занять свое место. 23.03.2020 было создано ООО «ПСК «РИВ», основным видом деятельности, как и в ООО «ПСП-Групп», по ОКВЭД является 42.12 Строительство железных дорог и метро, так как материалы для строительства железнодорожных путей имеют специфику, как и строительство объектов повышенной опасности, поэтому данный ОКВЭД требовали покупатели/заказчики. Фактически ООО «ПСК «РИВ» занималось поставками и комплектацией объектов строительства железных дорог материалами верхнего строения пути. Торговые коды ОКВЭД также имеются в заявленной деятельности ООО «ПСК «РИВ». В штате ООО «ПСК «РИВ» отсутствовал технический и рабочий персонал, торговля чаще всего происходила «с колес», собственных складов не имелось, в собственности компании отсутствовала техника, компания осуществляла деятельность за счет наемных единиц. Взаимодействие между ООО «ПСК «РИВ» и ООО «ПСП-Групп» не было систематическим, за исключением исполнения контракта между ООО «ПСК «РИВ» и ООО «Торговый дом Магистральпромснаб», в данном случае

необходимо было собрать укрупненные детали конструкции железнодорожного пути, для выполнения работ в качестве подрядчика было привлечено ООО «ПСП-Групп». В период осуществления оспариваемых платежей компании ООО «ПСК «РИВ» и ООО «ПСП-Групп» вели деятельность и производили расчеты с контрагентами, все расчеты производились по письмам либо договорам предоставления услуг, поставки, аренды складских помещений. Документация, касающаяся деятельности ООО «ПСК «РИВ», передана конкурсному управляющему.

Как верно отмечено судом первой инстанции, само по себе наличие заинтересованности между участниками спора не свидетельствует о недействительности сделки или злоупотребления сторонами своими правами.

Также конкурсный управляющий основывает свое заявление на операциях по перечислению денежных средств за ООО «ПСК «РИВ» в пользу третьих лиц: 03.04.2020 ООО «ПСП-Групп» перечислило денежные средства в сумме 7 200 руб. ООО «СБИС Ф1» (назначение платежа – Оплата по счету № 2684 от 26.03.2020 за ООО «ПСК «РИВ»); 29.05.2020 ООО «ПСП-Групп» перечислило денежные средства в сумме 144 000 руб. ООО «ФИО6 Металлсбыт» (назначение платежа – Оплата по письму от 28.05.2020 за ООО «ПСК «РИВ»);16.06.2020 ООО «ПСП-Групп» перечислило денежные средства в сумме 275 000 руб. ООО «Стройтехнотранс» (назначение платежа – Оплата за ООО «ПСК «РИВ» по счету № 2020061606 от 16.06.2020).

Вместе с тем, согласно пояснениям ФИО2, были и иные платежи, осуществленные третьими лицами за ООО «ПСП-Групп» в адрес ООО «ПСК «РИВ», точную сумму платежей, произведенных третьими лицами и не учтенную в расчетах, ФИО2 указать не имеет возможности, поскольку все документы первичного бухгалтерского учета ООО «ПСК «РИВ» были переданы конкурсному управляющему, а доступ к программному обеспечению, позволяющему сформировать конечное сальдо обязательств между ООО «ПСК «РИВ» и ООО «ПСП-Групп», отсутствует.

Судом учтено, что определением суда от 14.04.2025 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего об истребовании документов от бывшего руководителя должника ФИО2 отказано. В рамках указанного обособленного спора установлено, что 01.08.2024 часть документов, касающихся деятельности ООО «ПСК «РИВ» были переданы конкурсному управляющему лично, о чем был составлен акт приема-передачи. Со стороны ООО «ПСК «РИВ» документы подписаны учредителем - ФИО7 Акт приема-передачи документов от 01.08.2024 был составлен аналогично перечню документов, указанному в заявлении конкурсного управляющего ФИО1 (с той же нумерацией, последовательностью и наименованием документов). 04.09.2024 в адрес конкурсного управляющего ФИО1 почтовым отправлением (бандеролью с объявленной ценностью) направлены оставшиеся документы ООО «ПСК «РИВ» (не принятые конкурсным управляющим ввиду отсутствия описи документов), в том числе: оригиналы

бухгалтерских документов, подтверждающих расходы, с описью первичной документации; печать, акт приема-передачи печати, акт приема-передачи документов с описью передаваемого имущества; документация ООО «ПСК «РИВ» с описью передаваемых документов (представлены квитанция об отправлении, опись передаваемого имущества, опись документации, опись первичной документации). Каких-либо претензий по переданным документам конкурсный управляющий не предъявлял. Суд пришел к выводу, что исходя из представленных в суд доказательств и пояснений, все имеющиеся документы, из числа испрашиваемых, были переданы конкурсному управляющему.

Более того, само по себе наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием полагать, что должник был не способен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Конкурсный управляющий ссылается на наступление признаков неплатежеспособности ООО «ПСК «РИВ» в апреле 2020 года. С учетом регистрации ООО «ПСК «РИВ» 23.03.2020, по существу, апеллянт полагает, что ООО «ПСК «РИВ» была неплатежеспособной с момента её регистрации, что требует доказательств. В обоснование довода о моменте возникновения признаков неплатежеспособности заявитель ссылается на включенную в реестр требований кредиторов задолженность перед ИП ФИО5, ООО «Торговый дом Магистральпромснаб», ООО «ВСП-Поставка» со ссылками на определения о включении этих кредиторов в реестр требований кредиторов.

Между тем, указанные судебные акты не содержат выводов о моменте возникновения задолженности. Момент возникновения задолженности можно установить из первичных документов по отношениям с кредитором, но такие документы к заявлению не приложены. Из представленного вместе с заявлением, установить момент возникновения долга перед всеми кредиторами, либо отдельными кредиторами не представляется возможным. Фактически, заявитель приравнивает дату договора с кредитором к дате возникновения задолженности, что не является тождественными датами.

В соответствии с положениями статей 2, 3 Закона о банкротств епод неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Признаками банкротства юридического лица является истечение 3 месячного срока с момента, когда обязательства должны быть исполнены.

Следовательно, сам факт неисполнения обязательств перед кредитором (рядом кредиторов) еще не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности (банкротства) юридического лица

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о наступлении неплатежеспособности ООО «ПСК «РИВ» с апреля 2020 года являются несостоятельными.

Исходя из представленных документов, в период осуществления оспариваемых перечислений ООО «ПСК «РИВ» осуществляло хозяйственную деятельность, производило расчеты с контрагентами; оценив представленные доказательства, а также пояснения лиц, участвующих в рассмотрении спора, суд обоснованно пришел к выводу, что признаки неплатежеспособности у должника возникли не ранее 01.01.2022.

Судом приняты пояснения ответчика о том, что согласно выписке по счету ООО «ПСП-Групп», имеются платежи ООО «ПСП-Групп» за ООО «ПСК «РИВ» в пользу третьих лиц (представлена выписка по счету ООО «ПСП- Групп»). При этом суд отметил, что доводы конкурсного управляющего ООО «ПСП-Групп» о заключении ООО «ПСП-Групп» с ООО «ПСК «РИВ» договоров аренды в отношении транспортных средств, являющихся предметом лизинга, являются предположительными, доказательства заключения такого договора в материалы настоящего спора не представлены.

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, пояснения ответчика и представленные им доказательства правомерно приняты судом первой инстанции во внимание в качестве относимых и допустимых доказательств по делу.

Также из пояснений бывшего руководителя должника ФИО2 следует, что были и иные платежи, осуществленные третьими лицами за ООО «ПСП-групп» в адрес ООО «ПСК «РИВ», при этом все документы первичного бухгалтерского учета ООО «ПСК «РИВ» были переданы конкурсному управляющему; оспариваемые платежи были осуществлены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества в период отсутствия ООО «ПСК «РИВ» неплатежеспособности.

Учредитель должника ФИО3 пояснил, что в период осуществления спорных платежей компании ООО «ПСП-Групп» и ООО «ПСК «РИВ» вели деятельность и производили расчеты с контрагентами, все расчеты производились по письмам или договорам, вся имеющаяся документация, касающаяся деятельности должника ООО «ПСК «РИВ», передана конкурному управляющему.

Большая часть денежных средств была перечислена независимым по отношению к должнику лицам, что прямо опровергает доводы конкурсного управляющего о совершении оспариваемых платежей во вред независимым кредиторам и что нехарактерно для сделок, направленных на вывод имущества должника в пользу заинтересованных лиц.

Вопреки доводам жалобы, пояснения ответчика, бывшего руководителя и учредителя участника должника правомерно приняты судом первой инстанции во внимание в качестве относимых и допустимых доказательств по делу.

Доводы апелляционной жалобы о наличии аффилированности сторон, отклоняются, поскольку наличие признаков фактической аффилированности ответчика по отношению к должнику само по себе не является достаточным для

признания сделок недействительными по пункту 2 статьи. 61.2 Закона о банкротстве, с учетом реальности спорных отношений.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии условий для признания спорных платежей в пользу ответчика недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так же в качестве нормативно-правового обоснования заявленных требований конкурсный управляющий указывает на положения статей 10, 168, 170 ГК РФ, ссылаясь на отсутствие какойлибо хозяйственной цели и документального подтверждения встречного предоставления. По мнению конкурсного управляющего, оспариваемые платежи являются мнимыми сделками, совершенными лишь для вида с целью вывода активов, совершение таких сделок при наличии неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами является злоупотреблением правом.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 названного Кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с этим злоупотребление

правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 127), при этом, для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411 по делу N А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Исходя из положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ, пунктов 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», условием признания сделки притворной является установление иной природы сделки, направленности воли сторон на достижение иного правового результата, чем кажется из внешнего содержания сделки, или того же правового результата, но на других условиях. Схема заключения притворных сделок, в том числе с иным субъектным составом, может быть признана в совокупности одной притворной сделкой с применением к ней правил недействительной сделки.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В рассматриваемом случае, обращаясь в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлением об оспаривании сделки по общим основаниям

Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий не обосновал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки обстоятельства оспариваемых сделок выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статей 10, 168 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Существо подозрительной сделки сводится к правонарушению, заключающемуся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В данном случае конкурсный управляющий в обоснование заявления указал, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, сделка совершена в отсутствие встречного исполнения и в пользу аффилированного лица.

Названные пороки не выходят за пределы дефектов подозрительной сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в связи с чем применительно к доводам конкурсного управляющего суд обоснованно не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по общегражданским основаниям (статьи 10, 168 ГК РФ).

Вопреки доводам конкурсного управляющего о мнимости сделок, материалы дела не содержат доказательств того, что условия сделок исполнены лишь формально, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Доказательств того, что оспариваемые сделки были совершены с намерением причинить вред кредиторам, с намерением достичь цели, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующих видов сделок, что должник и ответчик преследовали цель сокрытия активов для невозможности расчета с кредиторами, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представлено.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и

сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителей апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Поскольку конкурсным управляющим не представлены доказательства оплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы по настоящему делу, постольку за счет конкурсной массы общества с ограниченной ответственностью «ПСК «РИВ» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 31 октября 2025 года по делу № А50-4273/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПСК «РИВ» в доход федерального бюджета 30 000 рублей госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий Э.С. Иксанова

Судьи Т.Ю. Плахова

М.А. Чухманцев