АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А52-5711/2023

город Псков

03 апреля 2024 года

Резолютивная часть решения оглашена 20 марта 2024 года

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Лазаревой С.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304780527100132, адрес: 198216, г.Санкт-Петербург)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 Оглы (ОГРНИП 319602700014174, ИНН 

<

***>, адрес: 182670, Псковская обл., Дновский р-н, г.Дно)

о взыскании 92 857 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303, а также судебных издержек

при участии в заседании:

от сторон: не явились, извещены,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Псковской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 Оглы о взыскании 50 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, одновременно к возмещению предъявлены судебные издержки в сумме 8 286 руб. 00 коп. (160 руб. 00 коп. расходов на приобретение товара, 126 руб. 00 коп. почтовых расходов, 8 000 руб. 00 коп. расходов на фиксацию правонарушения).

Определением от 28.09.2023 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства в срок не позднее 21.11.2023. Указанное исковое заявление и документы, приобщенные к нему, были размещены на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

19.10.2023 истец представил заявление об увеличении исковых требований, в котором просит взыскать с ответчика 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, избрав способ расчета компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, расчет произведен исходя из стоимости права использования товарного знака, установленной лицензионным договором от 06.04.2021, заключенным между истцом и ООО Торговый дом «Кьют Кьют», а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб. 00 коп. и судебные издержки, состоящие из стоимости товара в размере 160 руб.,  почтовых расходов 126 руб., размера фиксации правонарушения – 8 000 руб.

Определением от 24.10.2023 суд приобщил к материалам дела вещественные доказательства по делу: ножницы для маникюра.

Определением от 21.11.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, одновременно указанным определением принято уточнение исковых требований, согласно которому истец изменил расчет компенсации, произведя его в соответствии с частью 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), что повлекло увеличение суммы компенсации до 92 857 руб. 00 коп.

Стороны в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте слушания дела надлежащим образом уведомлены. К судебному заседанию от истца поступило ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие своего представителя, исковые требования просил удовлетворить в полном объеме. Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направил, представил отзыв по существу иска, в обоснование возражений указал, что его продавец ФИО4 (по трудовому договору) реализовала свою собственную вещь в его магазине, о чем предприниматель не знал и разрешения на продажу не давал, в подтверждение представил копию объяснительной ФИО4 Учитывая изложенное, наличие в деле надлежащих доказательств извещения сторон о судебном процессе, руководствуясь статьей 156 АПК РФ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), дело рассмотрено в отсутствие представителей истца и ответчика. 

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

ИП ФИО2 является обладателем исключительных прав на товарный знак № 359303 (в виде словесного обозначения «KAIZER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 359303, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025.

Из совокупности представленных доказательств следует, что 25.08.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО3 товара «маникюрные ножницы», обладающего техническими признаками контрафактности.

На спорном товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 359303. Названный товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, указанных, в том числе в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ). Спорный товар классифицируется как «маникюрный инструмент» и относится к 8 классу МКТУ

Факт реализации указанного товара подтверждается кассовым чеком от 25.08.2021, фотографией товара, видеосъемкой, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со статьей 14 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также самим спорным товаром.

Информация в представленной видеозаписи соответствует отраженным в иске обстоятельствам и подтверждена иными доказательствами: по внешнему виду товара, наличию на товаре спорного изображения, размеру оплаченной за покупку суммы, месту совершения сделки и пр.

Ссылаясь на то, что разрешение на использование спорного товарного знака ответчику не предоставлялось, приобретенный товар является контрафактным, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав.

Предложение ответчиком к продаже товара, на котором размещено обозначение, сходное с упомянутым товарным знаком, и обладающего, по мнению истца, признаками контрафактности, а также отсутствие добровольного удовлетворения со стороны ответчика претензии, послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В ходе рассмотрении спора истец изменил расчет компенсации, произведя его в соответствии с частью 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ исходя из стоимости правомерного использования товарного знака по договору неисключительной лицензии от 06.04.2021 и увеличил сумму компенсации до 92 857 руб. 00 коп (уточнение принято судом определением от 21.11.2023).

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства,  суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в части исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

В соответствии со статьями 1225, 1226 ГК РФ интеллектуальная собственность охраняется законом. На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Согласно пункту  3 той же статьи, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Материалами дела подтверждается факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак № 359303.

В силу пункта 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Аналогичный подход закреплен в пункте 1 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому  товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. По смыслу указанной нормы нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10) указано, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Суд, проведя сравнительный анализ противопоставляемых изображений товарных знаков, установил что их внешнее визуальное сходство, выраженное в идентичности графических изображений (полностью либо в части), совпадении расположений отдельных частей, позволяет сделать вывод о сходстве изображения товарного знака на спорном товаре до степени смешения с принадлежащим истцу объектом.

Факт нарушения действиями ответчика прав истца на использование спорного товарного знака подтверждается кассовым чеком, в котором указаны реквизиты ответчика, видеозаписью процесса реализации товара, а также самим товаром, приобщенным к делу в качестве вещественного доказательства.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной  продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Доводы ответчика о продаже продавцом своего товара несостоятельны, поскольку между ответчиком и продавцом существовали на момент продажи трудовые отношения.

В силу пункта 54 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» надлежащим Ответчиком по требованию о применении мер ответственности за нарушение исключительного права, допущенное работником юридического лица или гражданина при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, является названное юридическое лицо или гражданин, работник которого допустил нарушение (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

Наличие у продавца полномочий на реализацию товара ответчика может явствовать из обстановки, в которой такой продавец действует (второй абзац пункта 1 статьи 182 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ № 3170/12 и № 3172/12 от 03.07.2012, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у представителя, представляемый сознательно вступает в гражданский оборот в его лице, и поэтому не вправе ссылаться на отсутствие трудовых или гражданско-правовых отношений с ним. Обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных отношений между представителем и представляемым. Аналогичный подход применим и в отношении предпринимателя и его работников (постановления Суда по интеллектуальным правам от 18.07.2019 по делу № А09-1511/2018, от 24.12.2018 по делу № А67-626/2018).

Таким образом, полномочия продавца явствовали из обстановки и подтверждены чеком и видеозаписью.

Передача покупателю спорного товара в рамках заключенного договора подтверждается видеозаписью процесса продажи.

Таким образом, именно ответчиком был заключен договор розничной купли-продажи контрафактного товара, представленного в материалы дела.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд считает, что факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав доказанным.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из  цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, постановлением Суда по интеллектуальным правам от 02.11.2023 №С01-2033/2023 по делу №А40-266871/2022, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Само по себе отличие обстоятельств допущенного нарушения от условий лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора неотносимым доказательством. Суд может определить другую стоимость права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

В рассматриваемом споре истец просит взыскать с ответчика компенсацию, определенную на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, произведя расчет по формуле: 1 300 000 руб. / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ/ 4 способа использования) x 2 = 92 857 руб. 00 коп.

В обоснование заявленного требования истец предоставил в материалы дела лицензионный договор заключенный между истцом и ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ 06.04.2021, предоставляющий право на использования товарного знака по свидетельству № 359303 в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 классов Международной Классификации Товаров и Услуг (далее - МКТУ) и услуг 35, 44 классов МКТУ.

Согласно пункту 2 указанного Договора, Лицензиат выплачивает Лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение: разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303 составляет 1 000 000 руб. 00 коп. и ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300 000  руб. 00 коп. (фиксированное вознаграждение).

Согласно пункту 1.3 договора Лицензиар предоставляет Лицензиату право применять Товарный знак на территории Российской Федерации путем его размещения с указанием «товарный знак по лицензии»: на товаре, который Лицензиат производит, предлагает к продаже, продает, демонстрирует на выставках и ярмарках или иным образом вводит в гражданский оборот; на упаковке и этикетках товара, ценниках к товару;  в сопроводительной и деловой документации к товару; в предложениях о продаже товара, объявлениях, на вывесках и в рекламе, в том числе в сети Интернет.

При этом суд отмечает, что в рассматриваемом случае ответчик, занимающийся розничной торговлей, нарушил право на товарный знак путем продажи товара, на котором имелось изображение товарного знака истца. Таким образом, принадлежащий истцу товарный знак был использован при продаже товара, относящегося к 8 классу МКТУ.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 24.07.2020 №40-П указал, что подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса в системной связи с абзацем вторым пункта 3 его статьи 1252 допускает различные правовые оценки в зависимости от того, кто является правообладателем и нарушителем, а равно от способа нарушения.

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае нарушитель (ответчик) продал всего лишь один экземпляр контрафактного товара, в то время, как по лицензионному договору истец предоставил лицензиату неисключительную лицензию с правом использования спорного товарного знака в коммерческой деятельности в отношении товаров и услуг семи классов МКТУ любым способом по своему усмотрению  и установил стоимость - ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300 000 руб. (фиксированное вознаграждение).

При этом, доказательств того, что ответчик, кроме продажи одного экземпляра товара единожды, осуществлял иные способы использования спорного товарного знака, указанные в статье 1484 ГК РФ, истцом не представлено. Также, материалами дела подтверждается факт предложения ответчиком к продаже спорной продукции однократно. Доказательства, подтверждающие факт незаконного использования ответчиком спорного товарного знака в течение более длительного срока, в материалы дела истцом не представлены.

Суд считает, что при определении компенсации в двукратном размере стоимости права использования объекта интеллектуальной собственности, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта, рассчитанной истцом на основании цены лицензионного договора, следует исходить из того, что срок использования нарушителем исключительного права, который должен учитываться при определении размера компенсации, должен соответствовать сроку, на который в обычной хозяйственной практике предоставляется право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Применительно к настоящим обстоятельствам суд считает возможным установить размер компенсации в двукратном размере ежемесячного платежа в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 по лицензионному договору от 06.04.2021 в отношении 1 класса МКТУ и 1способа применения.

При этом судом не принимается во внимание в расчет разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 1 000 000 руб., поскольку лицензионным договором не предусмотрен срок, за который выплачивается данное вознаграждение, а также в материалы дела не представлены доказательства выплаты ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ указанного вознаграждения в полном объеме в порядке, установленном пунктом 2.3 лицензионного договора, на дату фиксации нарушения (август 2021 года). Первый взнос за паушальный платеж был произведен только в январе 2022 года, то есть на момент фиксации нарушения - 25.08.2021 сам истец допустил возможность использования спорного товарного знака в спорный период за меньшую стоимость - без паушального взноса.

Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене в период осуществления закупки, в материалы дела не представлены.

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров, в период осуществления закупки у ответчика, истцом в материалы дела не представлено, а суд не вправе изменять выбранный истцом порядок определения компенсации за использование товарного знака, суд приходит к выводу о возможности использования для расчета размера компенсации в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ положений лицензионного договора от 06.04.2021.

В связи в изложенным, согласно расчету суда, в рассматриваемом случае, размер компенсации за незаконное использование товарного знака составит 21 428 руб. 57 коп. исходя из следующего расчета:  (300 000 руб. размер вознаграждения за месяц / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) х 2 кратный размер.  Аналогичный алгоритм расчета применен в судебных актах, вступивших в законную силу, по делам №№ А60-6938/2022, А64-6955/2022, А71-13254/2022.

Оснований для снижения компенсации ниже рассчитанной судом суммы не имеется.

Учитывая изложенное, исковые требования о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ подлежат удовлетворению в сумме 21 428 руб. 57 коп., которая признается судом обоснованной и соответствующей фактическим обстоятельствам дела с учетом избранного истцом способа защиты нарушенного права. При этом, определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

Исковые требования о взыскании компенсации в остальной части удовлетворению не подлежат ввиду недоказанности истцом обоснованности расчета в указанной части.

Кроме того истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 160 руб. 00 коп. расходов на приобретение товара, 126 руб. 00 коп. почтовых расходов и 8 000 руб. 00 коп. расходов на фиксацию правонарушения.

Согласно статье 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается  рассмотрение дела по существу, или в определении.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Положениями статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены, в частности расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Пленум №1) расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 №2186-О, от 04.10.2012 №1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца. Заявленные истцом расходы на приобретение вещественных доказательств в размере 220 руб. 00 коп. подтверждены представленным в материалы дела кассовым чеком. 

В подтверждение понесенных расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб. 00 коп. истцом в материалы дела представлен договор поручения на оказание услуг от 19.03.2021, заключенный ООО «Медиа-НН» (заказчик по договору) с индивидуальным  предпринимателем ФИО5 (исполнитель по договору), во исполнение заключенных заказчиком договоров с истцом (правообладатель по договору), согласно которому исполнитель оказывает заказчику услуги по выявлению и фиксации фактов нарушения прав на объекты интеллектуальной собственности, принадлежащие правообладателю.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость услуг согласована сторонами в размере 8 000 руб. 00 коп.

В подтверждение несения указанных расходов истцом в материалы дела представлено платежное поручение, акт № 186 о выполнении работ.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 121 от 05.12.2007 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах», оплата услуг представителя может быть произведена даже третьей стороной, а не стороной, заявившей требование о возмещении судебных расходов.

В связи с изложенным, расходы на фиксацию правонарушения отвечают установленным статьей 106 Кодекса критериям судебных издержек и подлежат отнесению на ответчика, так как понесены истцом в целях самозащиты права на фиксацию нарушения и доказывания значимых для рассмотрения дела обстоятельств.

Кроме того также заявлено о взыскании с ответчика почтовых расходов за направление искового заявления и претензии и уточнений в сумме 126 руб. 00 коп., в доказательство понесения которых в материалы дела представлены почтовые квитанции.. Возражений по чрезмерности предъявленных к взысканию расходов в этой части ответчиком, также, не заявлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая результат рассмотрения спора, с учетом частичного удовлетворения иска, а также принимая во внимание увеличение суммы иска без дальнейшей доплаты государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, пропорционально удовлетворенным требованиям (23,08%) на ответчика подлежат отнесению расходы истца по оплате государственной пошлина в сумме 857 руб., а также судебных издержек в общей сумме 1 912 руб. 40 коп.; государственная пошлина в сумме 1 714 руб. 00 коп. подлежит отнесению на истца с взысканием в доход федерального бюджета; в остальной части заявленные судебные расходы, включая издержки, не подлежат возмещению за счет ответчика ввиду недоказанности истцом обоснованности заявленного размера компенсации в части.

В соответствии с подпунктами 14.10, 14.13, 14.15, 14.16 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной, кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 100, вещественные доказательства хранятся в суде до вступления в законную силу судебного акта, которым закончено производство по делу. Вещественные доказательства, которые должны быть возвращены владельцу, выдаются ему под расписку. Вещественные доказательства, не представляющие ценности, на основании определения суда уничтожаются комиссией с составлением акта об уничтожении вещественного доказательства.

Учитывая изложенное, а также разъяснения, изложенные в пункте 75 Постановления № 10, вещественное доказательство - товар «ножницы для маникюра», приобщенное к материалам дела, после вступления решения в законную силу и истечения установленного срока на его кассационное обжалование, подлежит уничтожению ввиду отсутствия необходимости его дальнейшего хранения.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 Оглы (ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) 21 428 руб. 57 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303, а также 857 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины и 1 912 руб. 40 коп. судебных издержек.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 714 руб. государственной пошлины.

Вещественное доказательство - товар «ножницы для маникюра», приобщенное к материалам настоящего дела, уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения установленного срока на его кассационное обжалование.

На решение в течение месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

 

Судья                                                                                                         С.С.Лазарева