ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-2346/2019

город Ростов-на-Дону

22 мая 2023 года

15АП-6369/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 мая 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

при участии в судебном заседании:

от Хобелия Гугуни: представитель ФИО2 по доверенности от 25.05.2022,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от финансового управляющего ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 12.07.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 по делу № А01-2346/2019 в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Хобелия Гугуни,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Хобелия Гугуни (далее - должник, ФИО5) Арбитражным судом Республики Адыгея рассмотрено ходатайство финансового управляющего должника ФИО3 (далее - финансовый управляющий должника ФИО3) о завершении процедуры реализации имущества в  отношении гражданина ФИО5 и неприменении к должнику правила об освобождении от долгов после завершения процедуры реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 по делу№ А01-2346/2019 процедура реализации имущества должника ФИО5 завершена. ФИО5 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина и реализации имущества гражданина, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Полномочия финансового управляющего должника ФИО3 прекращены.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.02.2022 по делу № А32-4370/2017, финансовый управляющий должника ФИО3 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что должник не представил финансовому управляющему сведения и документы, обязанность по предоставлению которых установлена нормами Закона о банкротстве, что послужило основанием для обращения в суд с заявлением об их истребовании. Невозможность включения в конкурсную массу должника транспортных средств обусловлена утилизацией и продажей транспортных средств. Денежные средства в размере 90 000 руб., полученные от продажи транспортного средства, в конкурсную массу должника не поступали. Апеллянт указал, что должник уклонился от погашения кредиторской задолженности перед заявителем по делу о банкротстве. С момента прекращения должником предпринимательской деятельности  25.12.2018, сведения об осуществлении должником трудовой или иной приносящей доход деятельности отсутствуют. По мнению апеллянта, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами. Действия должника подлежат квалификации по статье 10 ГК РФ.

Отзыв на апелляционную жалобу в материалы дела не представлен. 

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 10.03.2023 по делу № А01-2346/2019 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, только в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2019 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 20.02.2020 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации

имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО3

По результатам проведения мероприятий, предусмотренных процедурой реализации имущества, финансовый управляющий должника ФИО3 представил в Арбитражный суд Республики Адыгея отчет, а также заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества в отношении должника и неприменении к должнику правила освобождении его от исполнения обязательств.

Рассмотрев отчет финансового управляющего, принимая во внимание, что все мероприятия в процедуре реализации имущества должника завершены, дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет к увеличению расходов в деле о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

В указанной части судебный акт не обжалуется, апелляционная жалоба не содержит доводов о незаконности судебного акта в части завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Заявляя о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, финансовый управляющий должника указал на следующие обстоятельства.

В ходе проведения мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве, установлено, что за должником зарегистрированы транспортные средства: ГАЗ 31029 и Хюндай Соната. Иное имущество у должника не выявлено. При осуществлении выезда по месту нахождения должника указанное имущество не обнаружено.

Поскольку должник добровольно не обеспечил передачу документации и имущества в установленные сроки, финансовый управляющий обратился в суд с  заявлением об истребовании документов и имущества должника, в том числе автотранспортных средств.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 23.06.2020 у должника истребованы два транспортных средства и документы.

Документы финансовому управляющему не переданы.

Финансовый управляющий указал, спустя два года с момента введения в отношении должника процедуры банкротства, в адрес финансового управляющего от должника поступил ответ на запрос от 12.07.2022, в котором установлено, что ГАЗ 31029 утилизирован, и поскольку факт утилизации транспортного средства невозможно подтвердить, должник готов возместить стоимость имущества в размере 41 600 руб., путем перечисления на расчетный счет финансового управляющего.

В отношении автомобиля Хюндай Соната должник представил объяснения, из которых следует, что транспортное средство реализовано ФИО6 по договору купли-продажи от 13.05.2017, стоимость автомобиля составила 90 000 руб.

В ответе финансового управляющего указано, что ФИО6 не успел переоформить данный автомобиль на себя, поскольку были наложены ограничения на совершение регистрационных действий судебным приставом-исполнителем. Финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 13.05.2017 недействительным. Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 30.11.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Финансовый управляющий указал, что вышеуказанные действия по предоставлению информации о транспортных средствах совершены должником лишь после того, как управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника и неприменения правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

По мнению финансового управляющего должника, ФИО5 действовал недобросовестно в ходе процедуры банкротства, а именно: уклонялся от передачи финансовому управляющему документов и иных сведений о своей деятельности, имуществе и причинах неплатежеспособности, поэтому не может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами.

Финансовый управляющий указал, что сформирован реестр требований кредиторов третьей очереди с общей суммой требований 5 071 288,25 руб. Кредиторы первой, второй очереди отсутствуют.

В ходе процедуры банкротства была произведена замена кредиторов: с ООО «Агроплазма» на правопреемника ФИО7 на сумму в размере 2 543 251,88 руб.; с УФНС России по Республике Адыгея на правопреемника ФИО8 на сумму в размере 56 402,03 руб.

Как указал финансовый управляющий, родственниками должника погашены требования двух из трех кредиторов по делу, в настоящее время остаются   непогашенными   требования   ООО    «Кристалл-Азот», включенные в реестр требований кредиторов должника в размере 2 472 113,88 руб. Должник намеренно уклоняется от погашения кредиторской задолженности, не раскрывает причины неплатежеспособности, не представил сведения о заключенных сделках. Действия должника направлены на создание видимости исполнения обязательств, а не на исполнение обязательств перед кредитором.

Применения в отношении ФИО5 правила об освобождении от исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из отсутствия обстоятельств, указанных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалованной части, судебная коллегия не усматривает оснований для его отмены, исходя из следующего.

По общему правилу, в силу положений пункта 6 статьи 213.27 и пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Между тем, освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

На основании пункта 5 статьи 213.28 Закон о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

После завершения реализации имущества гражданина на неудовлетворенные требования кредиторов, предусмотренные настоящим пунктом и включенные в реестр требований кредиторов, арбитражный суд в установленном законодательством Российской Федерации порядке выдает исполнительные листы.

Правила пункта 5 статьи 213.28 Закон о банкротстве также применяются к требованиям: о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (статья 10 настоящего Федерального закона); о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), умышленно или по грубой неосторожности; о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве; о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности; о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу положений пункта 4 статьи 213.28 Закон о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 45) разъяснено, что целью пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. Если на должника возложена обязанность представить документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

На основании доказательств, полученных финансовым управляющим по результатам выполнения мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы, а также доказательств, представленных должником и его кредиторами, в ходе процедуры реализации имущества, суд оценивает причины отсутствия у должника имущества.

Таким образом, устанавливается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства, достигаемой путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве, и необходимостью защиты прав кредиторов.

Законом о банкротстве предусмотрены случаи, когда суд не вправе освобождать должника от требований кредиторов, поскольку это нарушает права и законные интересы кредиторов.

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором основано требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно (пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника. Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

В основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по результатам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзац семнадцатый, восемнадцатый статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение им от исполнения своих обязательств перед кредиторами. Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что именно должник обязан раскрыть суду в полном объеме всю информацию о своем имуществе, имущественных правах, денежных средствах и всех источниках его доходов за три года, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом, должен добросовестно сотрудничать с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований кредиторов и принимать все возможные меры по погашению кредиторской задолженности, в связи с чем бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника в процедуре банкротства, лежит именно на должнике.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное. Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для не освобождения должника-гражданина от обязательств.

Ходатайство финансового управляющего имуществом должника о неприменении к должнику правила об освобождении от исполнения своих обязательств перед кредиторами мотивировано тем, что должник не предоставлял финансовому информацию, определение суда от 29.01.2020 об обязании передать финансовому управляющему необходимую документацию не исполнено; действия по предоставлению информации о транспортных средствах совершены должником после того, как финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника и неприменении правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Давая правовую оценку указанному доводу, суд обоснованно исходил из следующего.

Определениями Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.01.2020 и от 23.06.2020 суд обязал должника передать финансовому управляющему документы, сведения и имущество согласно перечню.

Однако само по себе обращение финансового управляющего с заявлением об истребовании документов у должника не является безусловным основанием для вывода о недобросовестности действий (бездействий) должника и причинении ущерба кредиторам.

ФИО5 представил в материалы дела заверенные надлежащим образом копии документов и сведения об имуществе во исполнение запроса финансового управляющего ФИО3 от 18.10.2019; представил информацию о транспортных средствах, которые зарегистрированы в ГИБДД на его имя.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 30.11.2022 финансовому управляющему ФИО3 отказано в удовлетворении иска к ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 13.05.2017.

Указанным судебным актом установлено, что финансовый управляющий не представил доказательства отчуждения имущества по заниженной стоимости; финансовый управляющий не представил доказательства, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО6 знал или мог знать о неплатежеспособности должника, а должник имел признаки неплатежеспособности. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в данном случае должным образом не подтверждена. Суд пришел к выводу, что наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем совершения оспариваемой сделки не доказано.

В отношении транспортного средства ГАЗ 31029 должник указал, что он был сдан на металлолом, однако доказательства в подтверждение заявленного довода не сохранились. Согласно представленному в материалы дела заключению специалиста № 52/2022 от 01.07.2022 стоимость указанного транспортного средства составляла 41 600 руб.

Доказательств того, что стоимость ГАЗ 31029 значительно выше стоимости, указанной в заключении, в материалы дела не представлено.

Суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований полагать, что ФИО5 скрывает указанное транспортное средство. Кроме того, денежные средства в размере 41 600 руб. переданы финансовому управляющему, из чего следует, что размер конкурсной массы не уменьшился путем замены имущества денежными средствами.

При указанных обстоятельствах у ФИО5 отсутствовала возможность передачи финансовому управляющему указанных транспортных средств и документов на них, ввиду их фактического отсутствия у должника. При этом длительное непредставление сведений о совершенной сделке не повлияло отрицательно на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов.

Заявляя ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от обязательств, финансовый управляющий не представил доказательства, безусловно свидетельствующие о том, что несвоевременная передача должником сведений и документов об имуществе, сделках повлекла за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, нарушение прав кредиторов, обусловленное невозможностью удовлетворения их требований.

Учитывая отсутствие доказательств, позволяющих установить наличие причинно-следственной связи между непередачей должником сведений и документов об имуществе, сделках и невозможностью формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, нарушение прав кредиторов, обусловленное невозможностью удовлетворения их требований, а также отсутствие доказательств, опровергающих презумпцию добросовестности гражданина, оснований не применять к должнику правила об освобождении от обязательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

В рассматриваемом случае отсутствуют доказательства, свидетельствующие о недобросовестности действий должника во взаимоотношениях с кредиторами.

Довод финансового управляющего о том, что у должника и заинтересованных лиц имеется возможность для погашения оставшейся задолженности, обоснованно отклонен судом, поскольку не представлены доказательства, что у должника имеется такая возможность, при этом наличие такой возможности у заинтересованных лиц значения не имеет.

Довод финансового управляющего о том, что родственниками должника были погашены требования двух из трех кредиторов по делу и в настоящее время остаются непогашенными лишь требования заявителя по делу - общества с ограниченной ответственностью «Кристалл-Азот», не может служить основанием для неосвобождения должника от долгов.

Финансовый управляющий в обоснование ходатайства о неприменении правил об освобождении от долгов не указал конкретные сведения, имеющие существенное значение для формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, которые финансовый управляющий не мог получить у регистрирующих и контролирующих органов.

Финансовый управляющий указал, что он обратился с жалобой в прокуратуру на действия (бездействие) Хобелия Гугуни в виду уклонения от передачи документов и имущества, и заявлением в МВД о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 195 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Однако в удовлетворении жалобы и заявления отказано.

Суд установил, что должник надлежащим образом исполнил возложенные на него Законом о банкротстве обязанности. Анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, а также сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему не установлено.

Совокупность обстоятельств дела свидетельствует о допустимости применения в отношении должника положений об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств. Указанный вывод суда соответствует установленным по делу обстоятельствам.

Суд, отклоняя доводы финансового управляющего о том, что в рамках процедуры банкротства должник не раскрыл сведения о своем имущественном положении, об обязательствах и иных документах, имеющих существенное значение для проведения процедуры банкротства, обоснованно указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства намеренного накопления должником кредиторской задолженности. Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

Из отчета финансового управляющего следует, что восстановить платежеспособность ФИО5 невозможно ввиду отсутствия у должника имущества, при этом признаки фиктивного банкротства должника не выявлены.

Сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторскую задолженность, вызванный объективным ухудшением материального состояния должника, не может являться основанием для неосвобождения гражданина от обязательств.

Заявляя ходатайство о неприменении к ФИО5 правила об освобождении от долгов после завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий должника ФИО3 документально не подтвердил свои предположения о недобросовестности должника и намеренном уклонении от погашения кредиторской задолженности.

Судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что действия должника отрицательно повлияли на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, были направлены на умышленное сокрытие имущества или затягивание процедуры банкротства, и в результате таких действий не удовлетворены требования кредиторов или иным образом воспрепятствовал рассмотрению дела.

В рассматриваемом случае доказательств противоправности поведенияФИО5 при принятии на себя обязательств перед кредиторами, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено. Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредитора, из материалов дела не усматривается. Доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют.

Довод заявителя апелляционной жалобы о недобросовестном поведении должника, выразившемся в намеренном уклонении от трудоустройства, подлежит отклонению в силу следующего.

Непринятие должником должных мер к поиску работы не противоречит положению, закрепленному в части 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым возможность трудиться является правом, а не обязанностью граждан, труд свободен, каждый имеет право распоряжаться своими способностями к труду, принудительный труд запрещен.

Отсутствие дохода от трудовой деятельности не может быть расценено как нарушение закона со стороны гражданина, в том числе как злоупотребление правом, следовательно, по смыслу статьи 213.28 Закона о банкротстве данное обстоятельство не может являться основанием для неприменения правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Довод о том, что должник не предпринимал меры по трудоустройству, не является основанием для отказа в применении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Учитывая, что на момент рассмотрения судом вопроса о завершении процедуры банкротства доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для отказа в освобождении от обязательств, в материалы дела не представлено, суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие оснований для применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Учитывая вышеизложенное, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 10.03.2023 по делу № А01-2346/2019 в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

 

Судьи                                                                                             М.А. Димитриев

 

Д.В. Николаев