Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-36845/2020

22 марта 2021 года

г.Санкт-Петербург

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Горбатовской О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью "Гранд Вояж" (адрес:  Россия 190068, Санкт-Петербург, ул. Средняя Подъяческая, д. 4, лит. А, пом. 1-02,                       ОГРН: 

<

***>);

ответчик: ФИО2 

о взыскании убытков

при участии

- от истца: ФИО3, доверенность от 28.01.2020;

- от ответчика: ФИО4, доверенность от 22.09.2020;

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Гранд Вояж" (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании 10 038 163 руб. 63 коп. убытков.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования.

Ответчик против удовлетворения иска возражал.

Исследовав доказательства по делу, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) участниками Общества являются ФИО2 (доля в размере 29% в уставном капитале), ФИО5 (доля в размере 20% в уставном капитале), ФИО6 (доля в размере 51% в уставном капитале). Генеральным директором Общества является ФИО6 (запись от 24.01.2020 за государственным регистрационным номером  2207800403270).

В период с 20.04.2018 по 23.01.2020 генеральным директором Общества являлся ФИО2

Общество, ссылаясь на то, что в период осуществления полномочий генерального директора Общества, ФИО2 совершал сделки от имени Общества на заведомо невыгодных условиях, действовал при наличии конфликта интересов, обратилось в суд с настоящим иском о взыскании с ответчика убытков.

В соответствии с абзацем 5 пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем (пункт 2 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Под убытками в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Согласно правовой позиции, сформулированной в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62), в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В пункте 6 Постановления № 62 разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

С учетом данных разъяснений ответчик может быть привлечен к гражданско-правовой ответственности, если доказана виновность его действий (их неразумность и недобросовестность) и, в частности подтверждено то, что эти действия осуществлялись за пределами обычной хозяйственной деятельности юридического лица и с превышением обычной степени риска этой деятельности как предпринимательской, с намерением причинить вред Обществу.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 3, 4 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Доказательств наличия указанных обстоятельств, истцом не представлено.

Как указывает истец, ответчик от имени Общества совершал сделки на заведомо невыгодных условиях, а именно заключил договор субаренды недвижимого имущества от 23.04.2018 № 24/04/18 в отношении помещения по адресу: Санкт-Петербург,                     ул. Средняя Подъяческая, д. 4, лит. А, для размещения гостиницы. Данный договор заключен между ИП ФИО7 (арендатор) и Обществом (субарендатор) на срок – 7 лет. Однако, данное помещение ранее ИП ФИО7 было предоставлено на основании договора субаренды от 23.03.2018 № 24/03/18 другому юридическому лицу –                          ООО «Позитив групп», единственным участником и генеральным директором которого является ФИО2 При этом, Общество с апреля 2018 года по ноябрь 2018 года перечислило в счет оплаты арендной платы ИП ФИО7 - 4 527 663 руб. 36 коп. в отношении объекта который фактически находился в пользовании у                                      ООО «Позитив групп», чем причинены убытки Обществу.

Согласно подпункту 5 пункта 3 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Доводы истца о том, что договор субаренды недвижимого имущества от 23.04.2018 № 24/04/18 заключен в отношении помещения, которое фактически находилось в пользовании ООО «Позитив групп», что подтверждается, по мнению истца, договором субаренды от 23.03.2018 № 24/03/18, заключенным между                          ИП ФИО7 и ООО «Позитив групп», опровергаются иными представленными в материалы дела доказательствами.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, на основании соглашения от 23.04.2018 была произведена замена стороны по договору субаренды нежилого помещения от 23.03.2018 № 24/03/18, заключенного между ИП ФИО7 (арендатор) и ООО «Позитив групп» (субарендатор). По условиям указанного соглашения с 23.04.2018 права и обязанности субарендатора перешли к                                 ООО «Гранд Вояж». 

Таким образом, на момент передачи помещения в аренду ООО «Гранд Вояж» по договору от 23.04.2018 № 24/04/18 спорное помещение не находилось в пользовании ООО «Позитив групп».

Как следует из пояснений сторон, представленных в материалы дела доказательств, спорное помещение использовалось под размещение отеля.

Для достижения цели – открытия отеля, между ООО «Позитив групп» и                      ООО «Гранд Вояж» был заключен договор о совместной деятельности, поименованный сторонами как договор возмездного оказания услуг от 24.04.2018 № б/н. Согласно пунктам 1.1, 1.2 указанного договора ООО «Позитив Групп» обязалось путём покупки имущества и заключением договоров, организации строительных работ действовать для достижения целей ООО «Гранд Вояж» по открытию отеля на 30 номеров вместимостью до 690 человек по адресу: 190068, Санкт-Петербург, ул. Средняя Подъяческая, дом 4, литер А. В пункте 1.3 договора стороны договорились о следующем порядке финансирования: 51% расходов оплачивает ООО «Гранд Вояж»;  49% расходов берёт на себя и финансирует ООО «Позитив Групп» путём выполнения строительных работ, закупки строительных материалов и организации открытия отеля, ООО «Позитив Групп» получает право управлять отелем в течение 5 лет с момента открытия.

С момента государственной регистрации ООО «Гранд Вояж» (20.04.2018) и до настоящего времени адрес арендованного помещения является адресом                                   ООО «Гранд Вояж», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. 

Согласно пояснениям ответчика, ООО «Гранд Вояж» было создано и зарегистрировано специально для осуществления деятельности отеля по адресу:               Санкт-Петербург, ул. Средняя Подъяческая, д. 4. Поэтому после государственной регистрации ООО «Гранд Вояж» (20.04.2018) и заключения с ним договора от 24.04.2018 на организацию отеля было заключено соглашение о замене субарендатора по договору от 23.03.2018 № 24/03/18 с ООО «Позитив Групп» на ООО «Гранд Вояж». 

С момента регистрации ООО «Гранд Вояж» и передачи ему в аренду помещения с расчётного счёта истца были осуществлены платежи в счет уплаты арендной платы. Договор был расторгнут по заявлению  ИП ФИО7 от 26.11.2018 и после этого момента платежи от истца в её адрес не осуществлялись.

Таким образом, поскольку в арендованном помещении осуществлялась деятельность ООО «Гранд Вояж» по эксплуатации отеля, данный адрес был использован в качестве юридического адреса истца, платежи по договору субаренды в адрес  ИП ФИО7 были обоснованными и имели встречное предоставление – пользование арендованным помещением. 

По обстоятельствам перечисления ООО «Гранд Вояж» на расчётный счёт                                            ООО «Позитив Групп» денежных средств в размере 5 510 500 руб. оснований для привлечения ФИО2 к ответственности, судом не установлено. 

Как указывает ответчик, платежи, совершённые истцом на расчётный счёт                  ООО «Позитив Групп» в размере 5 510 500 руб. перечислялись во исполнение договора возмездного оказания услуг от 24.04.2018 № б/н, по условиям которого на                          ООО «Позитив групп» были возложены обязанности по выполнению строительных работ, закупки строительных материалов и организации открытия отеля.

Факт выполнения ООО «Позитив Групп» обязательств по организации ремонтных работ, закупки необходимого оборудования и товаров с целью открытия отеля, подтверждается актом о приемке оказанных услуг от 01.09.2018, актом от 01.09.2018              № 1.

Доказательств свидетельствующих о том, что необходимые работы для открытия отеля были осуществлены собственными силами или другой организацией, истцом в материалы дела не представлено.

Доводы истца о том, что фактически работы в арендуемом помещении не осуществлялись, поскольку помещение при сдаче в аренду находилось в технически исправном состоянии, в связи с чем не требовалось выполнения ремонтных работ, о чем свидетельствует акт приема-передачи объекта в аренду, опровергаются иными представленными в материалы дела доказательствами, в том числе заключением специалиста от 02.11.2020 № 59/02/12-СТЭ по вопросу о стоимости неотделимых улучшений на объекте. Согласно заключению специалиста от 02.11.2020 № 59/02/12-СТЭ в спорный период в нежилом здании были выполнены отделочные, электромонтажные, сантехнические и общестроительные работы, в результате выполненной перепланировки на объекте устроены 30 номером с санузлами.

Доводы истца, о том, что отель не был открыт, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами, в частности выпиской по расчетному счету                   ООО «Гранд Вояж», из которой следует, что ООО «Гранд Вояж» перечислялись денежные средства за проживание в отеле «Гранд Вояж». Кроме того, в материалы дела представлены договоры, подписанные при эксплуатации отеля, в том числе договор на вывоз и передачу на размещение отходов производства от 01.09.2018, заключенный между ООО «Гранд Вояж» и АО «Автопарк № 1 «Спецтранс», договор от 09.07.2018                     № 844 ТО по техническому обслуживанию и ремонту систем пожарной сигнализации, заключенному между ИП ФИО8 (исполнитель) и ООО «Позитив групп».

Вопрос о надлежащем исполнении принятых на себя сторонами обязательств по договору возмездного оказания услуг от 24.04.2018 № б/н может быть разрешен в рамках гражданско-правового спора между сторонами указанного договора. То обстоятельство, что в результате совместной деятельности ООО «Позитив групп» и ООО «Гранд Вояж» не был достигнут результат, на который стороны рассчитывали, в период времени, когда в состав органов юридического лица входил ФИО2, само по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления № 62, негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Доказательств принятия ФИО2 решений, которые выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, не представлено. 

Выявление экономической нецелесообразности сделки, которая не была учтена на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

Исходя из представленных доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, в рассматриваемом случае недобросовестных или неразумных действий (бездействия) генерального директора ФИО2, совершенных с целью причинения вреда                ООО «Гранд Вояж» в личных интересах или в интересах подконтрольных лиц, судом не установлено.

Таким образом, ввиду недоказанности истцом совокупности условий для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков, требования истца не подлежат удовлетворению.

Определением суда от 13.05.2020 истцу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины до вынесения судебного акта, которым закончится рассмотрение дела по существу.

С учетом результатов рассмотрения дела в соответствии с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 73 191 руб. государственной пошлины.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

в иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Гранд Вояж" в доход федерального бюджета 73 191 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Горбатовская О.В.