ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-15414/2019

город Ростов-на-Дону

04 июня 2020 года

15АП-4241/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2020 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 15.06.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Родина" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2020 по делу № А53-15414/2019 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Премиум Тула" ФИО2, ответчик: общество с ограниченной ответственностью "Родина" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третье лицо: акционерное общество "Торговый дом "Перекресток", в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Премиум Тула" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий), согласно которого управляющий просил:

признать недействительным договор возмездной уступки прав (требования) от 14 февраля 2019 г. в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14 февраля 2019 г., согласно условий которого ООО «Премиум Тула» уступило ООО «Родина» права требования к АО «Торговый дом «Перекресток» на сумму 24 823 440,63 рубля, заключенный между ООО «Премиум Тула» и ООО «Родина»;

применить последствия недействительности договора возмездной уступки прав (требования) от 14 февраля 2019 г. в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14 февраля 2019 г., согласно условий которого ООО «Премиум Тула» уступило ООО «Родина» права требования к АО «Торговый дом «Перекресток» на сумму 24 823 440,63 рубля - взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» стоимость уступленного права требования в размере 24 823 440 (Двадцать четыре миллиона восемьсот двадцать три тысячи четыреста сорок) рублей 63 копейки;

Взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 804 381,48 руб.

Взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга по день фактического исполнения обязательства по оплате задолженности.

Определением от 19.02.2020 суд признал недействительным договор уступки прав (требования) от 14.02.2019 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14.02.2019. 

Применил последствия недействительности сделки.

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Родина» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) задолженность в сумме 24 823 440,63 руб.

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Родина» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 804 381,48 руб. за период с 12.03.2019 по 13.08.2019.

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Родина» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> 54004245) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму 24 823 440,63 руб. по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с 14.08.2019 до момента фактического исполнения.

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Родина» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 6 000 руб. судебных расходов.

Общество с ограниченной ответственностью "Родина" обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить судебный акт, принять новый. 

В судебном заседании суд огласил, что от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» ФИО2 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

Представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Ростовской области от 20.06.2019 (резолютивная часть решения объявлена 13.06.2019) общество с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» №107 от 22.06.2019, стр. 42.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.07.2019 произведена замена судьи Харитонова А.С. и дело № А53-15414/2019 передано на рассмотрение судье Лёвиной М.А.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Премиум Тула» в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2, согласно которого управляющий просил:

1. Признать недействительным договор возмездной уступки прав (требования) от 14 февраля 2019 г. в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14 февраля 2019 г., согласно условий которого ООО «Премиум Тула» уступило ООО «Родина» права требования к АО «Торговый дом «Перекресток» на сумму 24 823 440,63 рубля, заключенный между ООО «Премиум Тула» и ООО «Родина»;

2. Применить последствия недействительности Договор возмездной уступки прав (требования) от 14 февраля 2019 г. в редакции дополнительного соглашения № 1 от 14 февраля 2019 г., согласно условий которого ООО «Премиум Тула» уступило ООО «Родина» права требования к АО «Торговый дом «Перекресток» на сумму 24 823 440,63 рубля - взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» стоимость уступленного права требования в размере 24 823 440 (Двадцать четыре миллиона восемьсот двадцать три тысячи четыреста сорок) рублей 63 копейки;

3. Взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 804 381,48 руб.

4. Взыскать с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга по день фактического исполнения обязательства по оплате задолженности.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал следующее.

Между должником (цедент) и ответчиком (цессионарий) 14.02.2019 заключен договор возмездной уступки прав (требования), согласно условий которого цедент обязуется в срок и на условиях, установленных договором, уступить, а цессионарий оплатить и принять права (требования) к АО «Торговый дом «Перекресток» по договору поставки № 6-1-100/000245-18 от 22.08.2018 (пункт 1.1 договора).

Пунктом 1.2 договора установлено, что сумма передаваемого в соответствии с пунктом 1.1 договора требования составляет 24 823 440,63 руб.

Пунктом 2.2 договора предусмотрена отсрочка платежа для цессионария на полную сумму, сроком до 31.12.2019.

Полагая, что указанная сделка является недействительной по основаниям предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на совершение сделок заинтересованным лицом, а также причинение данными сделками вреда имущественным интересам кредиторов.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление, исходя из следующего.

Согласно статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного СудаРоссийской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных сприменением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) по правилам главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61. 2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

На основании статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункта 87 Пленума Верховного суда РФ от 23.06.2015 № 25 следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (отсрочка исполнения в части оплаты, в подтверждение возмездного характера).

Суд исходит из того, что при совершении спорной сделки стороны правильно оформляют все документы, придают им желаемую правовую форму, однако создать реальные правовые последствия, присущие определенным образом оформленным сделкам, не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). Соответствующий правовой подход (применительно к мнимым сделкам, что не исключает аналогию и в отношении притворных сделок, также относящихся к категории сделок с пороками воли) отражен, в частности, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

Согласно части 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Суд первой инстанции с учетом вышеприведенных норм права, пришел к выводу о том, что заключение договора уступки прав требования к АО «Торговый Дом Перекресток» между должником и ответчиком на сумму 24 823 440,63 руб. образует сделку, прикрывающую безвозмездный вывод денежных средств должника без какого-либо встречного предоставления.

Довод заявителя жалобы о том, что в обжалуемом судебном акте суд подтвердил, что при совершении данной сделки стороны правильно оформили все документы и придали им правовую форму, суд апелляционной инстанции отклоняет ввиду несостоятельности. 

Вопреки доводам ответчика обжалуемое определение не содержит подтверждения правильности оформления всех документов в рамках оспариваемой сделки, но содержит ссылку на судебную практику, которая складывается в пользу того, что правильное оформление всех документов не является определяющим фактором действительной сделки, так как установлению подлежит факт наличия волеизъявления сторон на порождение реальных правовых последствий.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В рамках настоящего спора, суд квалифицировал сделку как притворную, то есть также сделку с пороком воли. Оспариваемая сделка направлена на прикрытие зачета встречных однородных требований, которое ответчик и должник не могли совершить по причине подпадания данных действий под категорию подозрительных сделок применительно к Закону о банкротстве.

Таким образом, заявленный довод заявителя жалобы не подтверждает его позицию, относительно действительности сделки, но направлена на сокрытие того факта, что при должном оформлении документов у ответчика и должника отсутствовало волеизъявление на заключение возмездного договора уступки права, что и установлено судом.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что в результате совершения спорной сделки должнику причинен имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые могли бы участвовать в формировании конкурсной массы.

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Судом первой инстанции верно указано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 названного Постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления № 25).

Судом первой инстанции учтена правовая позиция, изложенная в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, из которой следует, что для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

Как верно установил суд первой инстанции и подтверждено материалами дела, договор цессии заключен в отсутствии экономической целесообразности, поскольку согласно условий оспариваемого договора, получив указанные денежные средства от АО «Торговый Дом Перекресток», ответчик должен был их вернуть в той же сумме должнику, в срок до 31.12.2019 (то есть с отсрочкой более чем в 9 месяцев).

Однако, как следует из уведомления об уступке денежного требования от 14.02.2019, поставки АО «Торговый Дом Перекресток» производились вплоть до 02.02.2019. Доказательств свидетельствующих о принятии мер к взысканию указанной задолженности, либо доказательств о не ликвидности указанного актива, в материалы дела не представлено.

Также суд первой инстанции справедливо отметил, что с учетом того, что АО «Торговый Дом Перекресток» является крупной организацией, сведения об отчетности (оборотах) размещаются в открытых источник, должник и ответчик, не могли не предполагать о ликвидности указанного требования, и реальности его погашения в кратчайшие сроки.

Доводы ответчика о неликвидности уступленного права требования АО «Торговый Дом Перекресток» на сумму 24 823 440,63 руб., судом первой инстанции рассмотрены и отклонены как необоснованные, поскольку факт ликвидности указанной дебиторской задолженности подтверждается материалами дела, в том числе платежным поручением от 12.03.2019 № 39105 на сумму 24 823 440,63 руб., согласно которого АО «Торговый Дом Перекресток» во исполнение оспариваемого договора, перечислена указанная сумма в пользу ответчика.

Таким образом, с учетом указанных обстоятельств, материалами дела подтверждается отсутствие экономической целесообразности для должника в заключение оспариваемого договора от 14.02.2019, с учетом ликвидности дебиторской задолженности и кратчайших сроков (в пределах месяца) перечисления указанной суммы АО «Торговый Дом Перекресток».

Более того, представитель ответчика суду первой инстанции также пояснил, что фактически оплачивать указанные денежные средства, в установленные договором сроки ответчиком не предполагается, ввиду наличия задолженности у ООО «Премиум Тула» перед ответчиком, и намерении, при заключении оспариваемого договора, в последствии произвести зачет требований.

Более того, как следует из письма должника от 13.02.2019 в адрес филиала ООО «Премиум Тула» (л.д. 41 т. 1), должник имеет задолженность перед ответчиком, не в состоянии погасить задолженность, ввиду чего просит заключить договор об уступке прав требования.

Как верно указал суд первой инстанции, указанные обстоятельства также свидетельствуют о притворности указанной сделки, и фактической цели произвести зачет требований, с целью вывода ликвидной дебиторской задолженности. Поскольку преследуя фактическую цель в погашении задолженности, должник и ответчик понимали, что в случае заключения договора об уступке прав требования в счет исполнения обязательств, указанная сделка будет отвечать признакам подозрительности, по основания совершения в ущерб иным кредиторам с преимущественным правом погашения задолженности перед ответчиком.

Как следует из материалов дела, на дату совершения оспариваемого договора должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку имел задолженность перед ЗАО «ДонМаслоПродукт», Администрацией Веселовского района Ростовской области, ООО «Теплицстройсервис» (указанные требования включены в реестр требований кредиторов), срок исполнения которой наступил. Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки задолженность перед указанными кредиторами составила 247 230 497 руб.

Более того, в части осведомленности ответчика о признаки неплатежеспособности судом также учитывается, что самим ответчиком заявлено требование о включении в реестр требований кредиторов.

В части наличия фактической аффилированности между должником и ответчиком, судом первой инстанции верно учтено, что ответчиком за должника были произведены оплаты по НДС, в отсутствии экономической целесообразности, и наличия неисполненного обязательства, согласно доводов ответчика.

В ходе рассмотрения обособленного спора о признании сделки недействительной, доказательств возврата указанной суммы ответчиком во исполнение спорного договора, в материалы дела не представлено, что также свидетельствует о фактической безвозмездности оспариваемой сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заключение договора уступки прав требования от 14.02.2019 привело к уменьшению активов должника в виде вывода ликвидной дебиторской задолженности на сумму 24 823 440,63 руб., за счет фактического взыскания которой, впоследствии, могли быть произведены частичные расчеты с кредиторами должника.

Установив фактические обстоятельства дела, оценив относимость, допустимость, достоверность доказательства, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что в данном случае имеются достаточные основания, установленные статьей 10, 170 ГК РФ для признания оспариваемой сделки недействительной.

В подтверждение факта отсутствия аффилированности между должником и ответчиком, заявитель жалобы ссылается на то, что на момент заключения договора возмездной уступки прав (требования) 14.02.2019, гражданин ФИО4 не имел никакого отношения к обществу «Родина» (ИНН 

<

***>), так как он занял свою должность в данном обществе лишь 09.04.2019. На момент вступления ФИО4 в должность генерального директора ООО «Родина» (ИНН 

<

***>) 09.04.2019, ответчик не имел никакого отношения К ООО «Родина» (ИНН 

<

***>), так как ответчик с 15.03.2019 не являлся участником общества. 

Исследовав данные доводы заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции признает их несостоятельными, поскольку в своей жалобе ответчик ссылается на тот факт, что на конкретную дату совершения сделки, ФИО4 не являлся связующим лицом между должником и ответчиком.

Вместе с тем, обжалуемое определение при установлении факта аффилированности не содержит ссылок на взаимосвязь сторон через ФИО4, но устанавливает факт аффилированности через другие признаки.

Так, судом установлен ряд признаков, свидетельствующих об оказании большего предпочтения именно ответчику, чем любому-другому лицу, в части заключения оспариваемой сделки, что говорит о взаимозависимости должника и ответчика, в составе которых имеются, как совершение платежей в уплату задолженности другой стороны по обязательствам перед третьими лицами, отлагательные условия в договоре, дебиторская задолженность по которому обладает высокой ликвидностью, но отсрочка платежа предполагалась более чем на 9 месяцев, а также в отсутствие взаимосвязи через ФИО4 на конкретную дату совершения сделки, при наличии иных признаков, свидетельствующих об аффилированности, смена руководства должника и ответчика вызывает обоснованные сомнения в независимости сторон договора.

Обоснованность экономической целесообразности подтверждаютпредставленные Ответчиком в материалы дела документы» абз. 6 стр. 3 жалобы.

Несмотря на утверждение о наличии экономической целесообразности Оспариваемой сделки, Ответчиком даже в апелляционной жалобе не сделано каких-либо утверждений на этот счет. Указание на письма, направленные генеральным директором Должника в адрес директора филиала Должника, несостоятельна, так как данные письма носят распорядительный, а не информационный характер, в связи с чем не могут раскрыть какое-либо понятие, в том числе экономическую целесообразность Оспариваемой сделки.

В условиях наступающей неплатежеспособности, о которой руководитель должника не мог не знать, а в совокупности с установленной судом аффилированностью о ней знал и ответчик, заключение оспариваемой сделки имело за собой лишь одну цель - недопущение проведения денежных средств через счета должника. Погашение АО «Торговый дом перекресток» задолженности перед должником непосредственно на счета ответчика является прикрытием преимущественного удовлетворения требований ответчика.

Именно для целей сокрытия денежных операций, в отсутствии каких-либо объективных причин, мешающих сторонам произвести расчеты между собой без участия третьих лиц, и заключена оспариваемая сделка.

Ссылка ответчика на большую заинтересованность должника в заключении оспариваемой сделки необоснованна, ввиду отсутствия какой-либо аргументации со стороны ответчика.

Ссылка заявителя жалобы на производство в рамках дела № А77-318/2019, как на подтверждение отсутствия доказательств недействительной сделки, отклоняется судом апелляционной инстанции как необоснованная. 

Исковое производство по вопросу признания недействительной оспариваемой сделки действительно велось в арбитражном суде, однако инициатором данного процесса являлся бывший руководитель должника ФИО5, ставший преемником ФИО4, совершившего оспариваемую сделку от имени должника.

Исковое заявление зарегистрировано в Арбитражном суде Чеченской Республики 08.04.2019, то есть до введения процедуры банкротства в отношении должника.

Действуя разумно и добросовестно, ФИО5, вступив на должность руководителя должника, воспользовался единственным возможным способом ликвидации последствий от совершенных ФИО4 действий - обращение в суд с иском о признании сделки недействительной.

Конкурсный управляющий, утвержденный решением суда от 13.06.2019, ходатайствовал перед судом о приостановлении производства по делу № А77-318/2019, ввиду того, что данный спор подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве должника.

В связи с изложенным ссылка ответчика на факт отсутствия решения по делу №А77-318/2019 в пользу должника как подтверждение отсутствия доказательств недействительности оспариваемой сделки несостоятельна.

Довод заявителя жалобы о том, что, ответчику стало известно о признаках неплатежеспособности лишь 25.07.2019, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку 22.06.2019 конкурсным управляющим в официальном издании газете «Коммерсантъ» осуществлена публикация сообщения № 77033035996, в котором сказано о признании должника несостоятельным и введении процедуры конкурсного производства.

Согласно абз. 4 п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», при наличии таких публикаций надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Утверждение ответчика о неосведомленности относительно признаков неплатежеспособности должника опровергается тем, что в отсутствие собственных средств должником осуществлялись расчеты с ответчиком посредством передачи равноценных задолженности активов. В данном случае передаче подлежала дебиторская задолженность пере АО «Торговый дом Перекресток».

Также, как установлено судом и не отрицалось ответчиком, в виду отсутствия собственных денежных средств ответчик исполнял обязательства должника перед третьими лицами в счет будущих платежей, в том числе ответчиком осуществлялись платежи по уплате НДС.

Ответчик в своей апелляционной жалобе также ставит под сомнение установленное судом обстоятельство фактической безвозмездности оспариваемой сделки.

Согласно условиям оспариваемой сделки, оплата по договору осуществляется сроком до 25.12.2019 судом установлено, что степень ликвидности права требования, являющегося объектом уступки, является высокой, на что указывает тот факт, что задолженность погашена в период меньше месяца, в связи с данными фактами судом ставится под сомнение необходимость столь большого срока для уплаты по договору.

Ответчик как в пояснениях, представленных в суд первой инстанции, так и в апелляционной жалобе указывает, что отсрочка сделана с целью проведения дальнейшего зачета встречных требований, что не объясняет необходимости столь долгого периода на оплату.

Вместе с тем, пользование и распоряжение денежными средствами, полученными ответчиком за счет реализации своего права на исполнения обязательства в свою пользу, осуществлялось им на безвозмездной основе, что говорит о формировании сторонами конструкции беспроцентного займа, несвойственного независимым участникам оборота.

В обоснование своей позиции ответчик ссылается на нормы Гражданского кодекса РФ о свободе договора. Вместе с тем, право на свободу договора должно быть использовано сторонами в разумной мере, злоупотребление правом, выразившееся в данном случае в получении удовлетворения своих требований к должнику преимущественно перед другими кредиторами либо в безвозмездном пользовании значительным объемом денежных средств недопустимо по общим основаниям, предусмотренным ст. 10 Гражданского кодекса.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия сторон направлены на вывод активов, что было прикрыто сделкой по уступке права требования. Совокупность обстоятельств свидетельствует как о неразумном поведении двух участников оборота, единственной целью совершения действий которых являлось совершение оспариваемой сделки с целью злоупотребления своими правами.

В результате совершения оспариваемой сделки, конкурсная масса должника уменьшилась на 24 823 440, 63 руб., на которые кредиторы могли рассчитывать в рамках удовлетворения своих требований.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрения обособленного спора о признании сделки недействительной, доказательств возврата указанной суммы ответчиком во исполнение спорного договора, в материалы дела не представлено.

Платежным поручением от 12.03.2019 № 39105 на сумму 24 823 440,63 руб. АО «Торговый Дом Перекресток» перечислило денежные средства в сумме 24 823 440,63 руб. в пользу ответчика (с учетом заключенного договора от 14.02.2019).

Согласно пункту 22 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года, при добросовестном исполнении обязательства новому кредитору на должника не могут быть возложены негативные последствия спора цедента и цессионария по поводу недействительности уступки. В этом случае цедент вправе потребовать денежную компенсацию от цессионария, принявшего исполнение от должника.

Такая позиция согласуется с пунктом 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»: в случае признания судом соглашения об уступке требования недействительным (либо при оценке судом данной сделки как ничтожной и применении последствий ее недействительности) по требованию одной из сторон данной сделки исполнение, учиненное добросовестным должником цессионарию до момента признания соглашения недействительным, является надлежащим исполнением.

Аналогичные разъяснения также содержатся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

Учитывая перечисление денежных средств третьим лицом и отсутствие доказательств возврата указанной суммы по договору ответчиком, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Родина» в пользу ООО «Премиум Тула» стоимость уступленного права требования в размере 24 823 440,63 руб.

Оценив требование заявителя в части применения в качестве последствий недействительности сделки взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 804 381,48 руб. за период 12.03.2019 по 13.08.2019, а также процентов по день фактического исполнения обязательства, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами.

В силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Указанная редакция п. 1 ст. 395 ГК РФ введена Федеральным законом от 03.07.2016 № 315-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» и вступила в силу с 01.08.2016.

В условиях признания сделки недействительной нормы о неосновательном обогащении (кондикции) применяются дополнительно (субсидиарно) по отношению к правилам о реституции, что, в частности, усматривается из подпункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации. Следовательно, требование о взыскании процентов со ссылкой на пункт 29.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 являлось частью реституционного требования и подлежит рассмотрению наряду с ним в рамках одного спора. (Определение Верховного суда РФ от 17 августа 2017 г. № 305-ЭС17-3817).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 14.03.2018 № 310-ЭС17-19733 по делу № А68-458/2016. Данные разъяснения предоставляют возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами (а также договорных процентов) на сумму признанного недействительным денежного исполнения. Обязанность уплатить подобные проценты по смыслу названного пункта лежит на кредиторе, выступающем в качестве ответчика и обязанном осуществить возврат полученного предоставления.

При этом момент, с которого начисляются данные проценты, зависит от того, когда кредитор узнал или должен был узнать об основаниях недействительности сделки.

Таким образом, фактически в результате спорной сделке ответчик получил денежные средства, причитающиеся должнику, и неправомерно удерживает их.

Судом первой инстанции верно указано, что ответчик в настоящем случае имел все возможности для правовой оценки сделки по уступке прав требования на предмет ее порочности в условия отсутствия экономической целесообразности, неплатёжеспособности организации, а также осведомленности о преследуемой цели зачесть указанные денежные средства в счет исполнения обязательств должника, следовательно должен был осознать, что его действия повлекут вред имущественным интересам кредиторов с даты перечисления денежных средств третьим лицом, то есть с 12.03.2019.

Как следует из материалов дела, с учетом того, что оспариваема сделка признана недействительной по основаниям статьи 10, 170 ГК РФ, а соответственно ответчик, заключая указанную сделку, знал о действительной цели оспариваемой сделки и действовал недобросовестно, суд приходит к выводу об обоснованности требований конкурсного управляющего в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами.

Расчет проверен судом и признан арифметически и методологически верным.

Согласно пункту 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Кодекса, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Кодекса). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Согласно абзацу второму пункта 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). Размер процентов определяется исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения (часть 1 статьи 395 ГК РФ).

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Соответственно, с ответчика в пользу должника подлежит взысканию 804 381,48 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.03.2019 по 13.08.2019 и проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные по ст. 395 ГК РФ с 14.08.2019 и по день фактической уплаты задолженности.

Судебные расходы распределены судом первой инстанции между сторонами с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и обоснованно отнесены на ответчика.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Само по себе несогласие с выводами суда не является основанием для отмены судебного акта.

Согласно ч. 1, 6 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.02.2020 по делу № А53-15414/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

ПредседательствующийД.В. Николаев

СудьиГ.А. Сурмалян

Я.А. Демина