ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

дело № А65-14196/2023

г. Самара

04 апреля 2024 года

11АП-630/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена   26 марта  2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено    04 апреля  2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Деминой Е.Г., судей Котельникова А.Г., Морозова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

без участия лиц надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 1 апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Мехуборка-Закамье" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2023 года по делу № А65-14196/2023 (судья Гиззятов Т.Р.),

по иску общества с ограниченной ответственностью "Эколидер" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Мехуборка-Закамье" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании

третье лицо: ФИО2 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Эколидер" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Мехуборка-Закамье" (далее - ответчик) о взыскании задолженности по договору займа № 17 от 24.09.2019 в размере 666 813,18 руб.

Решением от 13.12.2023 исковые требования удовлетворены в заявленном размере.

Ответчик не согласился с принятым  судебным актом. В апелляционной  жалобе,  ссылаясь на нарушение судом  первой инстанции  норм материального  и процессуального  права, просит  решение  отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал, что  суд  необоснованно  оставил без  внимания  доводы  ответчика об аффилированности истца и ответчика, а  также о транзитности предоставленных денежных средств.

Взаимосвязь сторон  свидетельствует о согласованности действий участников и руководителей, направленных на цели, отличные от целей обычной хозяйственной деятельности, установленной статьей 2 Гражданского  кодекса Российской Федерации  (далее- ГК РФ).

Как следует из статей 2, 50 ГК РФ, экономическим смыслом хозяйственной деятельности коммерческих организация является извлечение прибыли. В ситуации, когда стороны являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору.

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС 18-9470). Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Представители  сторон и третьего лица, надлежащим образом извещенных  о времени и месте  судебного разбирательства, в судебное заседание  не явились,  что в соответствии со статьями  123, 156, 266 Арбитражного  процессуального кодекса Российской  Федерации  (далее  - АПК РФ) не  является  препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Истец представил отзыв, в котором отклонил доводы  жалобы  как необоснованные.

Проверив  материалы дела,  ознакомившись с отзывом истца,  оценив доводы  апелляционной жалобы в совокупности с представленными доказательствами,  суд апелляционной инстанции  установил.

24.09.2019 между истцом и ответчиком заключен договор займа, во исполнение которого истец перечислил ответчику 500 000 руб. Факт подписания договора и перечисления ответчиком не отрицается.

По условиям пунктов 1.2 и  1.3 договора заем предоставляется на один год под 9% годовых.

25.09.2019  стороны подписали  дополнительное соглашение № 1, которым установили ответственность в размере 1/130 ключевой ставки рефинансирования Банка России от суммы непогашенного долга за каждый день просрочки.

Далее между сторонами были подписаны дополнительные соглашения №2-№5, в которых стороны фиксировали размер неустойки в конкретный период, начисляя её на сумму долга и процентов за пользование займом.

Довод ответчика о том, что данные соглашения являются недопустимым доказательством, поскольку представлены в виде дубликатов, судом первой инстанции  обоснованно отклонены, при этом  суд исходил из следующего.

В соответствии с подпунктом 22 пункта 3.1 Национального стандарта РФ ГОСТ Р 7.0.8-2013 "Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Делопроизводство и архивное дело. Термины и определения" (утв. приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 17 октября 2013 г. N 1185-ст), дубликат документа - это повторный экземпляр подлинника документа.

Заявление о фальсификации представленных истцом дубликатов дополнительных соглашений, было отозвано ответчиком, а само по себе представление не оригинала документа, а оригинала его дубликата не является основанием для признания доказательства недопустимым.

На момент выдачи займа истец располагал достаточным количеством денежных средств, позволяющим осуществить исполнение договора со своей стороны.

Согласно части 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В силу части 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2015 года, для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Довод ответчика о мнимости договора займа в силу аффилированности истца и ответчика через учредителей, судом первой инстанции  обоснованно отклонен.

В обоснование указанного довода  ответчик указал, что истцом осуществлялась не выдача займов ответчику, а внутригрупповые перечисления денежных средств и транзитные операции между взаимозависимыми лицами. Кроме того, ответчик сослался на то, что в день получения займа от истца, им также был подучен заем  от иного лица, входящего в группу компаний, после чего указанные денежные средства были переведены иным членам группы компаний по различным гражданско-правовым договорам. Ответчик полагает, что полученный от истца заем использовался для погашения задолженности ответчика перед фирмой с тем же составом учредителей, что истец. При этом ответчик считает, что имело место согласованность действий участников и руководителей, направленных на цели, отличные от целей обычной хозяйственной деятельности, установленной статьёй 2 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Указанный подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(1) изложена правовая позиция, из которой следует, что, если же заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собой, на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность.

Суд правильно  указал, что  дело рассматривается в исковом порядке и не является делом о банкротстве. Само по себе частичное совпадение состава учредителей истца и ответчика не свидетельствует о наличии целей, отличных от целей обычной хозяйственной деятельности. Заем, являющийся предметом настоящего спора, является процентным, размер процентной ставки не является завышенным или заниженным. Более того, последующее поведение сторон в виде подписания дополнительных соглашений к договору, фиксирующих размер задолженности, платёж ответчика, произведённый в возврат займа, свидетельствует о реальности исполнения договора.

Взаимосвязанные лица не ограничены в их праве заключать между собой договоры займа. При этом, сделки между взаимозависимыми организациями, как правило, являются контролируемыми со стороны налоговых органов, согласно статье 105.14. Налогового кодекса Российской Федерации. Между тем, каких-либо проверок со стороны налоговых органов соответствующих проверок не проводилось.

Корпоративный (внутригрупповой) характер договора займа может подтверждаться нерыночными (льготными) условиями договора, на что указывает отсутствие в договоре условия о начислении процентов за пользование заемными средствами, а также отсутствие коммерческого и экономического интереса при заключении договора, при условии, что по общему правилу, конечной целью заключения сделок по выдаче заемных средств является получение прибыли.

При разрешении спора, суд  первой инстанции  также обоснованно учел правовую позицию высших судебных инстанций по указанному вопросу.

Согласно   правовой позиции  Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.12.2018 № 47-П,  сам по себе факт заинтересованности (аффилированности) юридического лица по отношению к должнику с точки зрения гражданско-правовых отношений не является незаконным и не может лишать кредитора его права заявить требования, основанные на гражданско-правовой сделке.

Сама по себе аффилированность сторон сделки не свидетельствует ни о корпоративном характере требования из такой сделки, ни о наличии у сделки признаков недействительности (Определение Верховного Суда РФ от 22.06.2020 № 305-ЭС19-16942(3), Определение Верховного Суда РФ от 29.05.2020 № 305-ЭС20-7078 (1,2,3,4,5), от 07.11.2018№ 264-ПЭК18.

Даже в случае выдачи займа участником должника последнему и последующем банкротстве последнего не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы ( Определение Верховного Суда РФ от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302- ЭС15-3973).

Если финансирование с использованием конструкции договора займа, в том числе, между аффилированными лицами, осуществляется добросовестно, не нарушает публичный интерес и не посягает на права и законные интересы третьих лиц, то не имеется оснований для ограничения такого рода финансирования и такая сделка не может быть признана мнимой исключительно по признаку ее заключения между аффилированными лицами.

Кроме того, истцом и ответчиком в указанный период заключено большое количество договоров займа, по которым истец предъявлял исковые требования. В рамках дел А65-28093/2022, А65-28062/2022, А65-28314/2022 и А65-28371/2022 исковые требования удовлетворены, договоры займа признаны действительными. По остальным делам, связанным с договорами займа, был заявлен отказ от иска в связи с урегулированием спора.

Указанные договоры заключались не в условиях финансового кризиса ответчика, в а рамках обычной хозяйственной деятельности.

Ссылка ответчика на дело А13-14645/2019 судом  первой инстанции  обоснованно отклонена, поскольку фактические обстоятельства  указанного  дела и настоящего дела различны.

Довод ответчика о транзитном  характере перечисления,  со ссылкой  на договор займа №17 от 24.09.2019,  судом первой инстанции  обоснованно отклонен, поскольку  указанный договор предметом спора не является. Более того, ответчиком не подтверждён документально факт дальнейшего перечисления им денежных средств, полученных по договору займа, какому-либо лицу, об аффилированности с которым он заявляет.

Довод ответчика о том, что истец значительное время не требовал возврата суммы займа и оплаты процентов, судом  первой инстанции  также обоснованно отклонен,  поскольку данное обстоятельство не свидетельствует о каком-либо злоупотреблении со стороны истца, ответчиком обязательства по возврату займа и оплате процентов были исполнены с просрочкой.

Заявление  ответчика о пропуске  истцом срока исковой давности судом первой инстанции также  обоснованно отклонено,  поскольку  подписанием дополнительных соглашений стороны констатировали размер неустойки по состоянию на 25.09.2019, 31.12.2020, 31.03.2021, 30.06.2021 и 30.09.2021, признавая задолженность по пени. Следовательно, срок исковой давности с 30.09.2021 начал течь заново.

Исковое заявление подано в суд, в пределах трёхгодичного срока, установленного статьёй 199 ГК РФ.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что о нарушении своего права истец должен был узнать при невнесении ответчиком ежемесячного платежа по процентам, судом первой инстанции также  обоснованно отклонен, поскольку договором займа график оплаты процентов предусмотрен не был, следовательно, они подлежали выплате одновременно с наступлением даты возврата суммы займа.

Судом проверен расчет процентов, признан правильным.

На основании  изложенного, суд первой инстанции  правомерно  признал требование  истца о   взыскании долга в сумме 500 000 руб. и процентов за пользование займом в сумме 90 739,75  руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Также  истцом заявлено   требование о взыскании неустойки в сумме 76 073,43 руб.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки  на основании статьи 333 ГК РФ.

Судом исследован вопрос о  соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств ответчиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно пункту 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Исходя из правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21 декабря 2000 года  № 263-О предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушений обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных законом, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать прав и свобод других лиц. При применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В соответствии с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Как указано в пункте 73 названного Постановления, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Применительно к рассматриваемому  спору, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу об отсутствии оснований  для снижения  размера неустойки, поскольку  ответчиком несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства не доказана, а размер начисленной неустойки (0,1%) с учётом суммы долга и периода просрочки не является завышенным. Ставка неустойки соответствует ставке, обычно применяемой субъектами предпринимательских правоотношений при осуществлении экономической деятельности в схожей ситуации. Документов, свидетельствующих об извлечении  истцом преимущества из незаконного поведения не представлено, наличие такого поведения не подтверждено. Основание наступления и размер ответственности  согласованы  сторонами в договоре, что соответствует положениям статьи 421 ГК РФ.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции   взыскал с ответчика неустойку  в заявленном размере.

Расходы по  уплате государственной пошлины  отнесены на ответчика по правилам статьи   110 АПК РФ.

Доводы, изложенные  в апелляционной жалобе,  приводились в суде первой инстанции,  были исследованы  и обоснованно  отклонены. Других  доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции,  заявителем жалобы не приведено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств по делу, что в соответствии со статьей 270 АПК РФ не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.

Фактические обстоятельства   дела судом первой инстанции   установлены правильно, представленные   сторонами доказательства  исследованы и оценены по правилам статьи  71 АПК РФ. Выводы суда соответствуют  установленным по делу  фактическим обстоятельствам  и имеющимся в деле доказательствам,  нормы материального и процессуального  права применены правильно.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии  со статьей  110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 декабря 2023 года по делу № А65-14196/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Мехуборка-Закамье" без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Поволжского округа.

 

Председательствующий                                                                   Е.Г. Демина

 

Судьи                                                                                                   А.Г. Котельников

 

В.А. Морозов