ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-5052/2018

город Ростов-на-Дону

05 декабря 2020 года

15АП-17560/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 декабря 2020 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Стрекачёва А.Н., 

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ООО «Айрон»: представитель ФИО2 по доверенности от 09.01.2020,

от ПАО «Сбербанк России»: представитель ФИО3 по доверенности от 12.02.2020,

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 10.01.2019,

от ФИО6: представитель ФИО7 по доверенности от 26.10.2020,

от конкурсного управляющего ФИО8: представитель ФИО9 по доверенности от 13.01.2020(путем присоединения к веб-конференции),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018 по заявлению конкурсного управляющего ФИО8 о признании недействительной сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новый Кубанский Профиль», 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новый Кубанский Профиль» в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО8 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи № б/н от 22.09.2017, заключенного между должником и ФИО6 и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.01.2019 к участию в деле в качестве 3-го лица привлечен ФИО4

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018 в удовлетворении ходатайства 3-го лица о назначении повторной экспертизы отказано. 

Исковое заявление конкурсного управляющего ООО Новый Кубанский Профиль» ФИО8 удовлетворено. 

Признан недействительной сделкой договор купли-продажи № б/н от 22.09.2017, заключенный между ООО Новый Кубанский Профиль» и ФИО6 

Применены последствия недействительности сделки, в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу ООО Новый Кубанский Профиль»: 

земельный участок, кад. номер 23:21:0401004:177, адрес: Краснодарский край, Новокубанский рн, 

<

...>, вид разрешенного использования: для производственной деятельности, земли населенных пунктов;

здание (нежилое) мастерской по ремонту металлоконструкций, кад. номер 23:21:0401004:199, адрес: 

<

...>; 

гараж (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:204, адрес: 

<

...>; 

склад (нежилое здание), кад.номер 23:21:0401004:230, адрес: 

<

...>;

производственное здание по резке металла производственностью 500 тонн в месяц (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:232, адрес: 

<

...>;

земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:90, адрес: 

<

...>, видразрешенного использования: для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы, земли населенных пунктов;

производственное здание мастерских по ремонту металлоконструкций (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:225, адрес: 

<

...>; 

здание нежилое, кад.номер 23:21:0401004:227, адрес: 

<

...>;

земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:190, адрес: 

<

...>, вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации производственных зданий, земли населенных пунктов. 

Взыскано с ФИО6 в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины. 

Восстановлено право требования ФИО6 на сумму 14 500 000 рублей 

Обеспечительные меры, принятые определением суда от 15.11.2018 по делу № А32-5052/2018- 4/302Б-1С отменены.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018, ФИО4 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что проведение экспертизы осуществлено с нарушением норм процессуального закона, экспертное заключение является недопустимым доказательством. Податель жалобы указывает, что судом первой инстанции производство экспертизы поручено ООО «Партнер», при этом, при обращении в суд с заявлением о признании договора купли-продажи недействительным конкурсным управляющим представлена справка о рыночной спорного имущества, которая изготовлена ООО «Партнер». Апеллянт указывает, что эксперт не проводил осмотр исследуемых объектов. Апеллянт указывает, что суд первой инстанции не указал мотивы, по которым производство экспертизы не могло быть поручено эксперту ФИО10

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019 судебная коллегия перешла к рассмотрению обособленного спора по делу № А32-5052/2018 по правилам, установленным для суда первой инстанции, поскольку отсутствие аудиозаписи судебного заседания от 29.07.2019, неподписание помощником судьи протокола судебного заседания от 29.07.2019, после проведения судебного заседания, в котором заявление конкурсного управляющего должника ФИО8 рассмотрено по существу, с учетом положений пункта 22 постановления № 12 является основанием для отмены судебного акта применительно к пункту 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением от 26.11.2019 в составе апелляционного суда произведена замена судьи Емельянова Д.В. на судью Демину Я.А. После замены судьи рассмотрение жалобы начато сначала.

В пояснениях конкурсный управляющий должника ФИО8 просит признать недействительным договор купли-продажи № б/н от 22.09.2017, заключенный между должником и ФИО6, и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника имущества, необеспеченного залогом в пользу ФИО4

В отзыве и дополнении к отзыву на апелляционную жалобу ООО «Айрон» просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В письменных пояснениях ПАО «Сбербанк России» просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 В дополнительных объяснениях ИП ФИО6 просит апелляционную жалобу ФИО4 удовлетворить, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018 отменить 

Ранее при рассмотрении настоящего обособленного спора ПАО «Сбербанк России» заявлены ходатайства о назначении повторной и дополнительной судебной экспертизы.

В настоящем судебном заседании представитель ПАО «Сбербанк России» поддержал ранее заявленные ходатайства.

Рассмотрев ходатайства ПАО «Сбербанк России» о назначении по делу повторной и дополнительной судебной экспертизы по делу, суд апелляционной инстанции отказывает в их удовлетворении ввиду отсутствия процессуальных оснований, предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.10.2018 ООО «Новый Кубанский Профиль» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО8 

Сообщение в газете «Коммерсантъ» о признании должника банкротом опубликовано 27.10.2019 (№ 61030405951).

В Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО8 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи № б/н от 22.09.2017, заключенного между должником и ФИО6 и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления указано следующее.

22.09.2017 между должником (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел в собственность за плату следующим объекты недвижимости: 

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для производственной деятельности. Площадь: 8736 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:177;

здание мастерской по ремонту металлоконструкций, назначение: нежилое. Площадь: общая 343 кв.м. Количество этажей: 1. Адрес (местоположение): Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:199;

гараж, назначение: нежилое. Площадь: общая 298,5 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:204;

склад, назначение: нежилое. Площадь: общая 964,7 кв.м. Количество этажей: 1. В том числе подземных этажей: 0. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:230;

производственное здание по резке меттала производительностью 500 тонн в месяц, назначение: нежилое. Площадь: общая 535,3 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:232;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы. Площадь: 5664 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:90;

производственное здание мастерских по ремонтуметаллоконструкций, назначение: нежилое. Площадь: общая 920,5 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:225;

здание, назначение: нежилое. Площадь: общая 481,2 кв.м.. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:227;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для размещения и эксплуатации производственных зданий. Площадь: 1096,00 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:190.

Согласно пункту 2.1 договора общая стоимость отчуждаемых объектов составляет 14 500 000 руб. 

Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора, путем внесения покупателем наличными денежными средствами в кассу продавца полной стоимости приобретаемых объектов недвижимости. У сторон нет друг к другу финансовых и имущественных претензий (пункт 2.3 договора).

Полагая, что указанная сделка совершена с признаками неравноценного встречного предоставления, выразившегося в существенном занижении рыночной стоимости объектов недвижимости, в отсутствии экономической целесообразности в заключении оспариваемого договора по заниженной стоимости, а также направлена на массовый вывод ликвидного недвижимого имущества должника из конкурсной массы, т.е. заключена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий должника ФИО8 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с рассматриваемым заявлениям о признании недействительными договора купли-продажи от 22.09.2017 на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Рассмотрев спор по правилам суда первой инстанции, исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апеллянта и имеющимся в деле документам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заявление конкурсного управляющего должника ФИО8 подлежит удовлетворению, принимая во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

Основной целью процесса банкротства является пропорциональное удовлетворение требований всех кредиторов несостоятельного лица в условиях недостаточности его средств. Для соблюдения интересов кредиторов Закон о банкротстве предписывает арбитражному управляющему предпринимать действия, направленные на выявление и возврат имущества должника. В число таких действий входит и право на обращение в суд с заявлением о признании недействительными отдельных сделок должника, совершенных как до, так и после возбуждения процедуры банкротства и нарушающих интересы кредиторов должника. Право конкурсного управляющего на обращение в суд с соответствующим заявлением закреплено в статье 61.9, пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления № 63).

По оспариваемым договорам купли-продажи отчуждено недвижимое имущество, право собственности, на которое подлежит государственной регистрации. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56-31805/2016, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Соответствующая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4).

Принимая во внимание, что регистрация оспариваемой сделки произведена 27.09.2017, а также, что сама сделка совершена 22.09.2017, при этом заявление о признании должника банкротом принято судом к производству определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2018, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство свидетельствует о наличии одного из необходимых условий, которое позволяет оспаривать сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве финансовому управляющему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств: 1) сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; 2) условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества, если рыночная стоимость переданного должником имущества существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления№ 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении вопроса о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности или неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, следовательно, чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информацией о действительной рыночной стоимости как переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств, так и полученного встречного исполнения.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

В рассматриваемом случае в обоснование неравноценности встречного предоставления по сделке и причинения вреда кредиторам конкурсный управляющий должника ФИО8 указал на то, что отчуждение спорных объектов недвижимого имущества произведено должником по цене существенно ниже действительной стоимости этого имущества.

В обоснование доводов о неравноценном встречном предоставлении по договору купли-продажи конкурсный управляющий представил в материалы дела экспресс-оценку рыночной стоимости недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Новый Кубанский профиль» на 22.09.2017, составленную оценщиком ООО «Партнеръ» ФИО11 

Из указанной экспресс-оценки следует, что в соответствии с заявкой была произведена экспресс-оценка рыночной стоимости недвижимого имущества, принадлежащего ООО «Новый Кубанский Профиль» на дату оспаривания сделок, в процессе которой собрана информация о местоположении, физических характеристиках объектов оценки, произведен анализ рынка недвижимости г. Новокубанск.     

Согласно экспресс-оценке ФИО11 рыночная стоимость спорного  недвижимого имущества по состоянию на 22.09.2017 составляет 29 300 000 руб. (т. 1 л.д. 58-59).

Возражая относительно заявленного довода конкурсного управляющего должника, ФИО6 в материалы дела представлена справка № ИП007/09/17, согласно которой средняя рыночная стоимость коммерческой недвижимости производственно-складского назначения, принадлежащая на праве собственности ООО «Новый Кубанский Профиль» по состоянию на 20.09.2017 составляет 5 857 005 руб.

В целях установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по рассматриваемому обособленному спору, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.04.2019 по делу № А32-5052/2018 назначена по делу судебная оценочная экспертиза. Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Партнеръ» ФИО11 

На разрешение экспертов поставить следующие вопросы: Какова рыночная стоимость следующих объектов недвижимости по состоянию на 22 сентября 2017 г.: 

1) Земельный участок, кадастровый № 23:21:0401004:177, площадью 8736 кв.м., вид разрешенного использования: для производственной деятельности, земли населенных пунктов, адрес: 

<

...>;

2) Здание (нежилое) мастерской по ремонту металлоконструкций, кадастровый№ 23:21:0401004:199. площадью 343 кв.м., адрес: 

<

...>;

3) Гараж (здание нежилое), кадастровый № 23:21:0401004:204, площадью 298,5 кв.м., адрес: 

<

...>;

4) Склад (нежилое здание), кадастровый № 23:21:0401004:230, площадью 964,7 кв.м., адрес: 

<

...>; 

5) Производственное здание по резке металла производительностью 500 тонн в месяц (нежилое), кадастровый № 23:21:0401004:232, площадью 535,3 кв.м., адрес: Краснодарский край. 

<

...>;

6) Земельный участок, кадастровый № 23:21:0401004:90, площадью 5664 кв.м., вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы, земли населенных пунктов, адрес: 

<

...>;

7) Производственное здание мастерских по ремонту металлоконструкций, кадастровый № 23:21:0401004:225, площадью 920,5 кв.м., адрес: 

<

...>;

8) Здание нежилое № 23:21:0401004:227, площадью 481,2 кв.м., адрес: 

<

...>;

9) Земельный участок, кадастровый № 23:21:0401004:190, площадью 1096 кв.м., вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственных зданий, земли населенных пунктов, адрес: Краснодарский край, Новокубанский район, г. Новокубанск, ул. Победы, 14/2.

В   адрес   Арбитражного   суда Краснодарского края поступило заключение эксперта № 2048 от 25.06.2019.

Согласно выводам эксперта ООО «Партнеръ» ФИО11 общая рыночная стоимость спорного недвижимого имущества составляет 45 571 648 руб. 

Заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

           При рассмотрении материалов дела у судебной коллегии возникли сомнения в обоснованности заключения эксперта ФИО11, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 23 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперт не может участвовать в рассмотрении дела и подлежит отводу по основаниям, предусмотренным статьей 21 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При наличии оснований, указанных в статьях 21 - 23 Кодекса, эксперт обязан заявить самоотвод (часть 1 статьи 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 23 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одним из оснований для отвода эксперта в арбитражном процессе является проведение им ревизии или проверки, материалы которых стали поводом для обращения в арбитражный суд или используются при рассмотрении дела.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 № 1409-О, статья 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статья 18 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», устанавливающие обязанность эксперта заявить самоотвод, а также обязательность отвода эксперта от участия в производстве судебной экспертизы и необходимость немедленного прекращения ее производства, если она ему поручена, при наличии предусмотренных процессуальным законом оснований, в том числе при заинтересованности в исходе дела, направлены на расширение гарантий судебной защиты прав и законных интересов участников гражданского судопроизводства. Положения статьи 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Российской Федерации не предполагают произвольного применения: при наличии установленных статьями 21 и 23 указанного Кодекса оснований рассмотрение вопроса об отводе эксперта является не правом, а обязанностью арбитражного суда, рассматривающего конкретное дело.

Эксперт ФИО11 не могла выступать в качестве эксперта по настоящему делу и подлежала отводу, поскольку ранее проводила оценку рыночной стоимости спорного недвижимого имущества по состоянию на 22.09.2017, которая явилась поводом обращения конкурсного управляющего с заявлением о признании недействительным договора купли –продажи от 22.09.2017 в рамках настоящего дела, что является процессуальным препятствием для выполнения экспертного исследования по тому же вопросу в рамках судебной экспертизы.

Поскольку в рамках настоящего дела экспертом ФИО11 экспертной оценке  подверглись те же объекты недвижимости, в отношении которых ФИО11 ранее уже была дана экспертная оценка рыночной стоимости недвижимого имущества, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что данный эксперт  не может быть признан объективным и беспристрастным при проведении судебной экспертизы спорной недвижимости, так как он связан своей прежней оценкой стоимости этой же недвижимости.

Ввиду наличия сомнений в обоснованности заключения эксперта ФИО11, принимая во внимание, что вопрос об установлении рыночной стоимости спорного недвижимого имущества, отчужденного по договору купли-продажи от 22.09.2017, входит в предмет исследования по обособленному спору, судебная коллегия определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 назначила по настоящему обособленному спору повторную судебную оценочную экспертизу; поручено проведение экспертизы Федеральному бюджетному учреждению Краснодарская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации (350051, 

<

...>).

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2020 отказано Федеральному бюджетному учреждению Краснодарская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации в удовлетворении ходатайства о продлении срока проведения повторной судебной экспертизы до 30.09.2020.

Произведена замена экспертного учреждения Федерального бюджетного учреждения Краснодарская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации на эксперта Союза «Торгово-промышленная палата Краснодарского края» ФИО12, которому поручено проведение повторной судебной оценочной экспертизы, ранее назначенной определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 по делу № А32-5052/2018.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

Какова рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на 22.09.2017 года:

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для производственной деятельности. Площадь: 8736 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:177;

здание мастерской по ремонту металлоконструкций, назначение: нежилое. Площадь: общая 343 кв.м. Количество этажей: 1. Адрес (местоположение): Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:199;

гараж, назначение: нежилое. Площадь: общая 298,5 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:204;

склад, назначение: нежилое. Площадь: общая 964,7 кв.м. Количество этажей: 1. В том числе подземных этажей: 0. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:230;

производственное здание по резке меттала производительностью 500 тонн в месяц, назначение: нежилое. Площадь: общая 535,3 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:232;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы. Площадь: 5664 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:90;

производственное здание мастерских по ремонтуметаллоконструкций, назначение: нежилое. Площадь: общая 920,5 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:225;

здание, назначение: нежилое. Площадь: общая 481,2 кв.м.. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:227;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - для размещения и эксплуатации производственных зданий. Площадь: 1096,00 кв.м. Адрес: Россия, 

<

...>. Кадастровый номер: 23:21:0401004:190.

19.08.2020 в адрес суда апелляционной инстанции от экспертного учреждения Союза «Торгово-промышленная палата Краснодарского края» поступило заключение № 01/1/2020-77 от 10.08.2020, согласно которому рыночная стоимость спорных объектов недвижимости по состоянию на 22.09.2017 определена в размере 13 907 000 руб.

Оспаривая выводы, содержащиеся в экспертном заключении № 01/1/2020-77 от 10.08.2020, ПАО «Сбербанк России» ссылается на рецензию № 610э/20 от 07.09.2020, составленную по результатам изучения и научно-методологического анализа заключения судебной экспертизы. 

Вместе с тем, рецензия на заключение судебной экспертизы не предусмотрена процессуальным законодательством как форма доказывания.

Выполненная по инициативе лиц, участвующих в обособленном споре, рецензия на указанное экспертное заключение содержит лишь субъективную оценку действий эксперта и выводов экспертного заключения (частное мнение), при том, что рецензент не предупреждался об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем, рецензия не может считаться доказательством, отвечающим признакам допустимости. Сама рецензия не содержит в себе убедительных доводов о недействительности проведенной апелляционным судом судебной экспертизы, в связи с чем не принимается апелляционным судом.

Возражая относительно выводов эксперта о рыночной стоимости спорных объектов недвижимости, ПАО «Сбербанк России» заявлено ходатайство о вызове эксперта ФИО12 для дачи пояснений по проведенной экспертизе.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018), в силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. В соответствии с абзацами вторым и третьим части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда.

По смыслу изложенных разъяснений судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, арбитражный суд вправе воспользоваться одним из изложенных процессуальных прав, исходя из конкретных обстоятельств дела.

В данном случае, суд апелляционной инстанции, установив наличие вопросов к эксперту ФИО12, которому было поручено проведение повторной судебной экспертизы, определением от 25.09.2020 судебная коллегия вызвала эксперта для дачи пояснений по заключению эксперта № 01/1/2020/77 эксперта Союза «Торгово-промышленная палата Краснодарского края» ФИО12

Вызванный в судебное заседание эксперт ФИО12 полностью поддержал данное им заключение № 01/1/2020-77 от 10.08.2020, ответил на вопросы суда и сторон, представил письменные пояснения относительно доводов ПАО «Сбербанк России», изложенных в ходатайствах о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы и вызове эксперта в судебное заседание для дачи пояснений.

В суде апелляционной инстанции эксперт ФИО12 пояснил, что для определения рыночной стоимости объектов недвижимости, экспертом использовался сравнительный метод, в качестве объектов – аналогов использовались земельные участки для индивидуального жилищного строительства, так как анализ предложений земель, предназначенных для размещения производственных помещений, в районе расположения исследуемых объектов ограничен и в основном представлен земельными участками для индивидуального жилищного строительства. 

При этом, в материалы дела конкурсным управляющим должника ФИО8 представлены выписки из Единого государственного реестра недвижимости, согласно которым  общая кадастровая стоимость спорных объектов недвижимости составляет 51 057 940,31 руб.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав имеющиеся в деле доказательства, в том числе заключение эксперта № 01/1/2020-77 от 10.08.2020, сведения о кадастровой стоимости спорных объектов недвижимости, характеристики объектов, установил наличие значительной разницы между величиной кадастровой стоимости, установленной на основании результатов государственной кадастровой оценки спорных объектов недвижимости, и рыночной стоимостью спорных объектов недвижимости, установленной в заключении эксперта № 01/1/2020-77 от 10.08.2020. 

 При исследовании вопроса о том, в чем причины столь значительной разницы между кадастровой стоимостью спорных объектов недвижимости (51 057 940,31 руб.) и определенной экспертом рыночной стоимости спорных объектов недвижимости (13 907 000 руб.) эксперт ФИО12 достоверных пояснений не представил.

 При этом, из материалов дела, в том числе фотоматериалов (т.7, л.д. 9-115), следует, что спорные объекты недвижимости находятся в непосредственной близости с домами жилого назначения и промзоной с производственными зданиями, подъезд к спорным объектам недвижимости имеет твердое покрытие; спорные объекты недвижимости находятся в  хорошем состоянии и могут использоваться  по своему прямому назначению, оснащены водопроводом, канализацией, электроосвещением, тогда как экспертом спорные объекты недвижимости определены как находящиеся от удовлетворительного до неудовлетворительного состояния и не приведено обоснований такого вывода.

В нарушение пункта 11 ФСО-1 при определении рыночной стоимости нежилого здания в экспертном заключении отсутствует расчет затратным подходом и расчет доходным подходом или обоснование отказа от применения затратного и доходного подхода.

На страницах 19-20, 29-30 экспертного заключения при определении рыночной стоимости оцениваемых земельных участков под индустриальную застройку эксперт принимает в качестве объектов-аналогов земельные участки с видом разрешенного использования для индивидуального жилищного строительства (ИЖС), вопреки тому обстоятельству, что рынок аналогичных земельных участков под промышленную застройку в районе расположения объектов экспертизы развит. Этим нарушены требования подпункта «б» пункта 22 ФСО № 7 в части невыполнения требования о том, что при применении сравнительного подхода к оценке недвижимости оценщик учитывает в качестве объектов-аналогов объекты недвижимости, которые относятся к одному с оцениваемым объектом сегменту рынка и сопоставимы с ним по ценообразующим факторам.

На странице 42-43 экспертного заключения в таблице 2.18 в столбце «объект № 2» эксперт указывает, что сравниваемый земельный участок находится в аренде и не корректирует этот показатель, в то время как оцениваемые земельные участки и объекты экспертизы находятся в собственности.

В связи с этим суд апелляционной инстанции критически относится к заключению эксперта № 01/1/2020-77 от 10.08.2020 и не принимает его в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего рыночную стоимость спорных объектов недвижимости на дату совершения оспариваемой сделки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 3 июля 2014 года № 1555-О, установление кадастровой стоимости равной рыночной, будучи законным способом уточнения одной из основных экономических характеристик объекта недвижимости, в том числе в целях налогообложения, само по себе не опровергает предполагаемую достоверность ранее установленных результатов государственной кадастровой оценки. Именно поэтому, Федеральный закон «О государственной кадастровой оценке» связывает понимание кадастровой стоимости с соблюдением методических указаний о государственной кадастровой оценке, в ходе которой формируется соответствующая стоимостная характеристика объекта недвижимости, а также с использованием как рыночной, так и иной информации, связанной с экономическими характеристиками использования такого объекта (пункт 2 части 1 и часть 2 статьи 3). Проведение государственной кадастровой оценки объектов недвижимости на основе закрепленных статьей 4 названного Федерального закона принципов единства методологии определения кадастровой стоимости, непрерывности актуализации сведений, необходимых для определения кадастровой стоимости, независимости и открытости процедур государственной кадастровой оценки на каждом этапе их осуществления, экономической обоснованности и проверяемости результатов определения кадастровой стоимости призвано подтвердить достоверность кадастровой стоимости, оценка которой должна быть не произвольной и обеспечивать соотносимость (приближенность), насколько это возможно, результатов определения кадастровой стоимости с существующими рыночными реалиями, но и не исключает вариативности оценок кадастровой стоимости, обусловленной объективными факторами, включая особенности применяемой методологии кадастровой оценки и возможности различной профессиональной интерпретации имеющихся экономических и иных значимых данных.

Соответственно, достоверность кадастровой стоимости объекта недвижимости предполагается в отношении результата ее определения, складывающегося в разумный диапазон возможных значений, которые могут быть получены в рамках соблюдения законной процедуры кадастровой оценки на основе имеющейся информации об объекте недвижимости с учетом профессионального усмотрения.

Допустимость использования кадастровой стоимости объектов недвижимости для оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене сформулирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170, от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171. Так, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Возражая относительно возможности учета кадастровой стоимости спорных объектов недвижимого имущества для оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене, эксперт ФИО12, ФИО6 и ФИО4 не указывают, какие индивидуальные особенности зданий, земельных участков, не учтенные при проведении оценки массовым методом в ходе государственной кадастровой оценки, привели к значительному завышению кадастровой стоимости по отношению к рыночной цене, не сослались на какие-либо ошибки, допущенные при проведении кадастровой оценки объектов недвижимого имущества (в том числе, на недостоверность сведений о недвижимости, использованных при кадастровой оценке).

По общему правилу, кадастровая стоимость должна соответствовать действительной стоимости недвижимого имущества. Соответственно, при формировании условий сделки купли-продажи продавец обязан принимать во внимание объективные данные о рыночной стоимости отчуждаемого имущества. Кадастровая стоимость объектов недвижимости многократно превышает размер стоимости, указанный в оспариваемом договоре.

Кадастровая стоимость спорного недвижимого имущества не оспорена.

          Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание значительную (почти в 4 раза) разницу между величиной кадастровой стоимости, установленной на основании результатов государственной кадастровой оценки спорных объектов недвижимости, и рыночной стоимостью спорных объектов недвижимости, установленной в заключении эксперта № 01/1/2020-77 от 10.08.2020, судебная коллегия считает возможным применить размер кадастровой стоимости спорных объектов недвижимости для оценки сделки  купли-продажи от 22.09.2017 по отчуждению имущества по заниженной цене.

Аналогичная правовая позиция приведена в Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 24.09.2020 по делу № А82-16927/2017.

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о том, что согласованная по оспариваемому договору общая стоимость отчуждаемых объектов недвижимости (14 500 000 руб.), значительно занижена, что нельзя признать соответствующим интересам должника и его кредиторов.

С учетом указанного вывода, а также недоказанности ответчиком факта оплаты за спорную недвижимость, апелляционный суд применительно к предмету рассматриваемого спора не находит оснований ни для проведения  повторной, ни для проведения дополнительной судебной экспертизы, о чем ходатайствовало ПАО «Сбербанк России». В данном случае  имеющихся в материалах дела доказательств  достаточно для принятия по делу правильного судебного акта; назначение по делу судебной экспертизы не будет способствовать достижению результата, необходимого для разрешения спора, а напротив, приведет к затягиванию рассмотрения дела и несению издержек.

В результате совершения спорной сделки выбыли активы должника за счет реализации которых подлежали удовлетворению требования кредиторов, при этом должник равноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки не получил.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 № 302-ЭС17-17018, свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений.

Участники договора свободны в волеизъявлении и купля-продажа товаров по цене ниже рыночной является их правом. Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, поэтому вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника.

Судебной практикой выработан подход, согласно которому приобретение недвижимого имущества по многократно, очевидно заниженной стоимости не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает имущество. Он не мог не осознавать, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).

В определении Верховного Суда РФ № 310-ЭС15-7328 по делу№ А35-2362/2013 от 17.07.2015 также закреплена правовая позиция о том, что приобретение имущества по заниженной стоимости и осведомленность приобретателя об этом являются достаточными основаниями, указывающими на недобросовестность приобретателя и основанием для удовлетворения иска об истребовании имущества, независимо от возражений приобретателя о том, что он является добросовестным приобретателем.

В нарушение приведенных выше норм ответчиком и ФИО4 доказательства, опровергающие правомерность заявленных конкурсным управляющим должника ФИО8 требований не представлены.

Нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствия такого своего поведения. Данная позиция изложена в постановлении Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11 по делу № А56-1486/2010. Аналогичный подход содержится и в практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ (определение № 302-ЭС14-1472 от 21.04.2016).

Суд при рассмотрении дела исходит из совокупности фактически представленных доказательств, учитывая, что в рамках реализации принципа состязательности процесса стороны осуществляют свои процессуальные права своей волей и в своем интересе, следствием чего является риск наступления для них негативных последствий от использования либо неиспользования принадлежащих им прав.

Как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанциях конкурсный управляющий должника ФИО8 указывает на отсутствие доказательств оплаты денежных средств покупателем по спорному договору как таковой.

К настоящему времени сформировалась обширная судебная практика по вопросу о доказывании обстоятельств, касающихся совершения должником в преддверии банкротства сделок, направленных на отчуждение принадлежащего ему имущества, при этом при проверке факта оплаты покупателем имущества должника наличными денежными средствами судами применяются подходы, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», направленные на проверку фактического предоставления должнику денежных средств, наличия у стороны договора, передавшей наличные денежные средства, реальной финансовой возможности предоставить должнику - стороне договора наличные денежные средства.

Возражая против указанного довода конкурсного управляющего должника ФИО8, ФИО6 указал на то, что он при совершении рассматриваемого договора купли-продажи от 22.09.2017 внес в кассу должника  наличные денежные средства в сумме 14 500 000 руб..

В подтверждение факта уплаты денежных средств в материалы дела представлены следующие документы: квитанция к приходному кассовому ордеру № 7 от 22.09.2017 на сумму 2 000 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 8 от 22.09.2017 на сумму 1 000 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 6 от 22.09.2017 на сумму 2 500 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 4 от 22.09.2017 на сумму 2 000 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 1 от 22.09.2017 на сумму 4 000 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру №9 от 22.09.2017 на сумму 500 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 3 от 22.09.2017 на сумму 500 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 5 от 22.09.2017 на сумму 1 000 000 руб., квитанция к приходному кассовому ордеру № 2 от 22.09.2017 на сумму 1 000 000 руб.

Суд апелляционной инстанции исследовал квитанции к приходно-кассовым ордерам и пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4.3 Указаний Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (далее - Указание Банка России № 3210-У) кассовые документы подписываются главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), а также кассиром.

Согласно пункту 4.6 Указаний Банка России от 11.03.2015 поступающие в кассу наличные деньги, за исключением наличных денег, принятых при осуществлении деятельности платежного агента, банковского платежного агента (субагента), и выдаваемые из кассы наличные деньги юридическое лицо учитывает в кассовой книге 0310004.

Записи в кассовой книге 0310004 осуществляются кассиром по каждому приходному кассовому ордеру 0310001, расходному кассовому ордеру 0310002, оформленному соответственно на полученные, выданные наличные деньги (полное оприходование в кассу наличных денег).

В соответствии с пунктом 5.1 Указаний Банка России от 11.03.2015 прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера (далее - работник), проводится по приходным кассовым ордерам 0310001.

При получении приходного кассового ордера 0310001 кассир проверяет наличие подписи главного бухгалтера или бухгалтера (при их отсутствии - наличие подписи руководителя) и ее соответствие образцу, за исключением случая, предусмотренного в абзаце втором подпункта 4.4 пункта 4 настоящего Указания, проверяет соответствие суммы наличных денег, проставленной цифрами, сумме наличных денег, проставленной прописью, наличие подтверждающих документов, перечисленных в приходном кассовом ордере 0310001.

После приема наличных денег кассир сверяет сумму, указанную в приходном кассовом ордере 0310001, с суммой фактически принятых наличных денег.

При соответствии вносимой суммы наличных денег сумме, указанной в приходном кассовом ордере 0310001, кассир подписывает приходный кассовый ордер 0310001, проставляет на квитанции к приходному кассовому ордеру 0310001, выдаваемой вносителю наличных денег, оттиск печати (штампа) и выдает ему указанную квитанцию к приходному кассовому ордеру 0310001.

Суд апелляционной инстанции, изучив и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что представленные копии квитанций не могут являться достоверным доказательством оприходования денежных средств в кассу должника, поскольку они должны рассматриваться в совокупности с иными первичными документами, а именно: приходным кассовым ордером и кассовой книгой должника, а также документами бухгалтерской отчетности должника, в которых должна отражаться операция по получению должником денежных средств, дальнейшее движение денежных средств.

Доказательства расходования должником денежных средств в материалах дела отсутствуют. 

Согласно выписке по расчетному счету, представленной ПАО «Сбербанк России», и выписке по расчетному счету, представленной ООО КБ «Союзный» за период с 22.09.2017 денежные средства должником в размере 14 500 000 руб. не вносились.

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора какие-либо доказательства, подтверждающие отражение суммы 14 500 000 руб. в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности должника не были представлены, при отсутствии журнала регистрации приходных кассовых ордеров и иных бухгалтерских документов и регистров учета за соответствующий период, отражающих движение денежных средств, квитанции к приходным кассовым ордера сами по себе не могут быть признаны доказательством, достаточным для подтверждения факта передачи денежных средств должнику, что также подтверждается сложившейся судебной практикой. Спорная сумма наличности является значительной и при ее фактической оплате ответчиком она не могла не отразиться в регистрах бухгалтерского учета и налогового учета и бухгалтерской отчетности должника, однако этого не произошло, что свидетельствует о том, что факт внесения ответчиком денежных средств в кассу должника не имел место быть.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2020 судебная коллегия предложила ФИО6 представить доказательства наличия у него финансовой возможности уплатить должнику наличными денежными средствами 14 500 000 руб., письменно пояснить каким образом он использует приобретенную недвижимость.

В подтверждение наличия средств достаточных для оплаты должнику14 500 000 руб. по квитанциям к приходным кассовым ордерам от 22.09.2017 ФИО6 в материалы дела представлены дополнительные объяснения по делу, копия справки о доходах физического лица за 2017 № 4 от 25.03.2016, копия налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2017 ФИО13, выписка из ЕГРИП от 03.04.2019 на ИП ФИО13 (ОГРНИП 306230202600010).

К дополнительным объяснениям приложена справка исх. № 126 от 01.09.2020 ИП ФИО13, согласно которой в сентябре 2017 года ИП ФИО13 по просьбе ее сына выдан заем ИП ФИО6 в сумме 14 500 000 руб. со сроком возврата дл 31.12.2017. Денежные средства выданы ИП ФИО6 наличными, о чем собственноручно составил расписку. Со слов ИП ФИО6 денежные средства необходимы ему для приобретения комплекса недвижимого имущества, находящегося в Новокубанском районе у ООО «Новый Кубанский Профиль». Долг частично возвращен в середине ноября 2017 года в сумме 10 000 000 руб., о чем была сделана отметка на расписке и полностью закрыт в конце января 2018 года. Заемные средства возвращены путем передачи наличных денежных средств. По возращении суммы займа имеющаяся расписка уничтожена путем сожжения. ИП ФИО13 ранее передавала  ИП ФИО6 копию налоговой декларации за 2017 год.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Между тем, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств наличия между сторонами правоотношений (между ИП ФИО13 и ФИО6) по договору займа, равно как не представлено доказательств передачи (расписка, РКО и т.п.) денежных средств ИП ФИО13 ФИО6 по договору займа.

Доказательства того, что денежные средства, полученные ИП ФИО13 в качестве доходов, не были направлены ею на удовлетворение личных нужд в полном объеме, а частично были ею сохранены и впоследствии направлены на предоставление займа ФИО6, в материалах дела отсутствуют. При этом, справка имеет односторонний характер и составлена только от имени ФИО13 

Оценив представленную ФИО6 в материалы дела справку исх. № 126 от 01.09.2020, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанная справка не является надлежащим и достоверным доказательством того, что денежные средства ИП ФИО13 переданы ФИО6 по договору займа для последующей передачи должнику в качестве оплаты по договору купли-продажи.

 Довод ФИО6 со ссылкой на письмо следователя ОМВД России по Новокубанскому району адвокату Бачерикову Г.В. от 09.10.2020 №83/4 о том, что в рамках уголовного дела установлено, что денежные средства отражены в бухгалтерском учете должника, отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду следующего.

В письме следователя  указано, что в материалах уголовного дела имеется информация о поступлении 22.09.2017 в кассу должника денежных средств от гражданина ФИО6 в сумме 14 500 000 руб., что соответствует представленным в материалы настоящего дела копиям квитанциям к приходным кассовым ордерам от 22.09.2017 и ничего не говорится об отражении указанных денежных средств в налоговом учете и бухгалтерской отчетности должника.

Соответствующих доказательств приведенного довода, таких как: бухгалтерские балансы с расшифровкой дебиторской и кредиторской задолженности, регистры бухгалтерского учета и т.п., которые бы подтверждали оприходование денежных средств и их дальнейшее использование должником в предпринимательской деятельности, в материалы дела не представлены.  Сам должник в лице конкурсного управляющего категорически отрицает поступление наличных денежных средств  в кассу должника с последующим отражением их на счетах бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и расходование последних в хозяйственной деятельности должника. 

Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства оплаты по оспариваемому договору купли-продажи, в связи с чем судебная коллегия признает обоснованными доводы конкурсного управляющего должника ФИО8 о безвозмездности спорной сделки купли-продажи.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим должника ФИО8 было выявлено отчуждение должником в период подозрительности принадлежащего должнику ликвидного недвижимого имущества в пользу ответчика без какой-либо оплаты или иного встречного предоставления и оспорено данное отчуждение.

Факт выбытия спорных объектов недвижимости из конкурсной массы в пользу ответчика подтвержден материалами дела.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорные объекты недвижимости выбыли из собственности должника на безвозмездной основе и при этом стороны договора купли-продажи от 22.09.2017 занизили стоимость объектов недвижимого имущества на момент заключения договора купли-продажи; должник произвел отчуждение недвижимого имущества при отсутствии равноценного встречного исполнения обязательства по сделке, что привело к уменьшению активов должника, следовательно, в процедуре банкротства - к уменьшению конкурсной массы и ущемлению интересов кредиторов.

В результате отчуждения должником спорного недвижимого имущества должнику и его кредиторам был причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

 О причинении вреда кредиторам и должнику, а также о цели указанной сделки ответчик не мог не знать, поскольку фактически сделка является безвозмездной.

Таким образом, недвижимое имущество приобретено ответчиком без предоставления доказательств оплаты за недвижимое имущество, что должно было вызвать у любого разумного участника гражданского оборота обоснованные сомнения в отношении законности такой сделки.

В определении Верховного Суда РФ от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018 по делу № А22-1776/2013 разъяснено, что право сторон по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству. Вместе с тем отчуждение транспортного средства по цене, заниженной в два раза, очевидно, свидетельствовало о том, что должник преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник за почти символическую цену продает транспортное средство. Он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации транспортного средства.

Учитывая отсутствие в материалах дела доказательств оплаты спорного недвижимого имущества, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ответчик в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пунктом 7 постановления № 63 знал о совершении должником спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, приходит к выводу, что сделка была совершена должником в период подозрительности (в течение года до принятия заявления о банкротстве), в отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих возмездность оспариваемой сделки, в связи с чем признает обоснованными и подтвержденными надлежащими доказательствами доводы конкурсного управляющего о наличии  совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания договора купли-продажи от 22.09.2017 недействительной сделкой.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации по недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке или возместить его стоимость.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 «Оспаривание сделок должника», подлежит возврату в конкурсную массу.

Как следует из материалов дела и лицами, участвующими в дел не оспаривается, что 03.10.2017 между ФИО4 (залогодержатель) и ФИО6 (залогодатель) заключен договор ипотеки (залога недвижимости), согласно которому в обеспечение надлежащего исполнения денежного обязательства перед залогодержателем, возникшего на основании договора займа от 03.10.2017 на сумму 100 000 000 руб., залогодатель передает в залог залогодержателю  следующее имущество:

земельный участок, кад. номер 23:21:0401004:177, адрес: Краснодарский край, Новокубанский рн, 

<

...>, вид разрешенного использования: для производственной деятельности, земли населенных пунктов;

здание (нежилое) мастерской по ремонту металлоконструкций, кад. номер 23:21:0401004:199, адрес: 

<

...>; 

гараж (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:204, адрес: 

<

...>; 

склад (нежилое здание), кад.номер 23:21:0401004:230, адрес: 

<

...>;

производственное здание по резке металла производственностью 500 тонн в месяц (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:232, адрес: 

<

...>;

земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:90, адрес: 

<

...>, вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы, земли населенных пунктов;

производственное здание мастерских по ремонту металлоконструкций (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:225, адрес: 

<

...>; 

здание нежилое, кад.номер 23:21:0401004:227, адрес: 

<

...>;

земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:190, адрес: 

<

...>, вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации производственных зданий, земли населенных пунктов, о чем в ЕГРН 27.09.2017 сделана запись о регистрации права собственности.

При признании сделки купли-продажи недействительной и применении последствий ее недействительности, если спорное имущество, являвшееся свободным от прав третьих лиц до исполнения договора купли-продажи, обременено действующим залогом, судам следует определять и юридическую судьбу данного залога для чего, в том числе, следует определять, является ли залогодержатель добросовестным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 2016 года № 301-ЭС15-20282, от 29 апреля 2016 года№ 304-ЭС15-20061).

Указанное усматривается из правовых позиций, изложенных в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011 № 2763/11 и пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее - постановление № 35), который подлежит применению по аналогии.

В резолютивной части решения суда следует указывать не просто на возврат имущества продавцу, но и на то, что имущество возвращается собственнику с сохранившимся обременением в виде залога либо без сохранения права залога (постановление Президиума ВАС РФ от 26.07.2011 года № 2763/11).

Возврат в конкурсную массу имущества, обремененного залогом, при том, что по сделке оно изначально передавалось свободным от прав третьих лиц, будет свидетельствовать о неполноценности реституции.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу залог сохраняется.

Однако из указанного принципа следования имеются исключения, касающиеся, прежде всего, отказа залогодержателю, недобросовестно приобретшему залог, в защите формально принадлежащего ему права. Так, по смыслу статьи 10 и абзаца 2 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

При определении добросовестности залогодержателя необходимо исходить из того, что обычное поведение участника гражданского оборота в вопросах залога подразумевает необходимость проверки данных о собственнике и основаниях приобретения имущества, содержащихся в правоустанавливающем документе.

На основании пункта 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Понятие добросовестности залогодержателя, в том числе по критерию «залогодержатель не знал и не должен был знать» по своему содержанию аналогично критерию добросовестности приобретателя имущества, приобретенного у лица, которое не имело права его отчуждать. Понятие добросовестности как приобретателя, так и залогодержателя являются оценочными и устанавливаются судом исходя из фактических обстоятельства и представленных сторонами доказательств (данная правовая позиция изложена, в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 30.01.2019 по делу № А57-16007/2017 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2019).

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества), приобретатель не является добросовестным. В данном случае ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи.

Апелляционный суд, исследуя вопрос о добросовестности залогодержателя, установил следующее.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2019 судебная коллегия отложила рассмотрение апелляционной жалобы, предложив лицам, участвующим в деле и обособленном споре, представить письменные пояснения в отношении добросовестности ФИО4 при заключении договора ипотеки (залога недвижимости) от 03.10.2017 с учетом постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011 № 2763/11 и от 07.06.2012 № 16513/11, определений Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 2016 года № 301-ЭС15-20282, от 29 апреля 2016 года № 304-ЭС15-20061.

Во исполнение определения суда ФИО4 представлены письменные пояснения, согласно которым между ФИО4 и ФИО6 заключен договор займа, по условиям которого ФИО6 должен был получить от ФИО4 денежные средства в размере 100 000 000 руб. до 03.10.2018 со сроком возврата 31.12.2025. 

Согласно выписке по расчетному счету, открытому в ПАО «Сбербанк России» ФИО6 получил денежные средства в размере 25 000 000 руб., что свидетельствует о реальности заемных отношений между ФИО4 и ФИО6 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему спору является установление факта предоставления заемщику денежных средств, в соответствии с условиями заключенного договора.

При наличии сомнений в реальности договора займа суд может потребовать от заемщика представления документов, подтверждающих наличие финансовой возможности предоставить денежные средства в указанном размере, а также документы, подтверждающие реальность получения денежных средств, в том числе в части операций с этими денежными средствами и их расходования.

Поскольку ФИО4 ссылается на передачу ФИО6 денежных средств по договору займа, суду необходимо помимо прочего установить обстоятельства, связанные с тем, имелись ли у самого ФИО4 денежные средства для передачи их ФИО6, причем в размере, не меньшем, чем переданные суммы.

Из представленных Межрайонной ИФНС России № 13 по Краснодарскому краю справок о доходах ФИО4 следует, что ФИО4 получил в ООО «Промстрой» доходы в следующих размерах: в 2015 году - 127 000 руб., в 2016 году - 191 500 руб., в 2017 году - 198 000 руб., в 2018 году -208 516 руб.

Итого за период с 2015 г. по 2018 г. (включительно) ФИО4 получил доход в размере 725 016 руб.

Довод ФИО4 о том, что он является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которого является сдача собственного недвижимого имущества в аренду, отклоняется судебной коллегией, поскольку доказательства наличия у ФИО4 собственного недвижимого имущества и даты возникновения права собственности на такое имущество в материалы дела не представлены.

ФИО4 в подтверждение своего имущественного положения представил в материалы дела сведения ПАО «Сбербанк» об остатках средств на его счетах. 

Между тем, заявителем представлены выписки по двум металлическим счетам № 

<

…> (золото) и № 

<

…> (золото) и справка о доступном остатке по 6 счетам.

По счету № 

<

…> (золото) была совершена лишь одна операция 31.01.2018 по приходу 1460 гр.

По счету № 

<

…> (золото) была также совершена лишь одна операция 05.01.2019 по приходу 1500 гр.

При этом указанные операции совершены позже даты совершения займа и залога. Из справки ПАО «Сбербанк» о доступном остатке клиента по состоянию на 28.03.2019 следует, что 4 счета были открыты ФИО4 12.07.2018, 14.01.2019, 14.01.2019 и 19.03.2019.

Общая сумма денежных средств на оставшихся 2-х счетах ФИО4, которые были открыты до совершения займа и залога недвижимости составляет 74 239,16 руб.

Из письменных пояснений конкурсного управляющего должника также следует, что оспариваемый договор купли-продажи от 22.09.2017 со стороны должника подписан генеральным директором ФИО14

21.04.2018 между ФИО4 (займодавец) и ФИО14 (заемщик) оформлен договор займа на сумму 221 331 233 руб.

Согласно указанному договору займа от 21.04.2018 денежные средства ФИО4 передавал ФИО14 наличными под расписку.

В пунктах 1.1.1-1.1.3 договора займа от 21.04.2018 ФИО4 и ФИО14 указали, что денежные средства в сумме 186 331 223 руб. заемщик получил от заимодавца в период с 15.09.2017 по 20.10.2017, о чем составлены расписки от 15.09.2017, 20.09.2017, 30.09.2017, 05.10.2017, 12.10.2017, 15.10.2017, 20.10.2017.

Денежные средства в сумме 5 000 000 руб. заемщик получил от заимодавца 22.10.2017, о чем составлена расписка от 22.10.2017.

Денежные средства в сумме 30 000 000 руб. заемщик получил от заимодавца 20.03.2018, о чем составлена расписка от 20.03.2018.

В обеспечение указанного договора займа от 22.04.2018 между ФИО4 и ООО «Новый Кубанский Профиль», ОАО «Агропромтранс», ООО «Возрождение 2003», ООО «Трубы Кубани» заключен договор поручительства.

В настоящее время Арбитражным судом Краснодарского края в рамках дела о банкротстве должника рассмотрено заявление конкурсного управляющего ФИО15 о признании недействительной сделки - договора поручительства от 22.04.2018, заключенного между ФИО4 и ООО «Новый Кубанский Профиль», ОАО «Агропромтранс», ООО «Возрождение 2003», ООО «Трубы Кубани».

Определением Арбитражным судом Краснодарского края от 20.03.2020 по делу № А32-5052/2018-302-Б-2-С-10-УТ признан недействительным договор поручительства от 22.04.2018 в части его заключения между ФИО4 и ООО «Новый Кубанский Профиль».

Кроме того, 27.07.2020 Арбитражным судом Краснодарского края в рамках дела о банкротстве ФИО14 (А32-11416/2018) удовлетворено заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки - договора займа от 22.04.2018, заключенного между ФИО14 и ФИО4

Таким образом, судами установлено, что ФИО4 в отсутствие финансовой возможности для предоставления займов оформлял документы создающие видимость предоставления им денежных средств ФИО14 на общую сумму свыше 221 млн. руб. 

Оценив данные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности ФИО4 источника денежных средств, достаточных для предоставления займа в заявленном по договору займа размере.

Согласно представленным пояснениям ООО «Айрон» ФИО4 является сыном бизнес-партнера ФИО14 - ФИО16 

ФИО17 является матерью ФИО4

ФИО4 является заинтересованным лицом в сделках по отчуждению имущества в пользу А-вых. Факт партнерских отношений подтверждается пояснениями супруги ФИО14 - ФИО18, содержащимися в заявлении в материалах судебного дела № 1-3435/2018, находящегося в производстве Армавирского городского суда Краснодарского края, а также выписками по счетам организаций, подконтрольных ФИО14, подтверждающих взаиморасчеты с организацией ООО «Промстрой» - учредителем которой является ФИО4

ФИО14, являясь бенефициаром группы компаний (что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ, а также схемой бизнеса и структурой группы компаний, которые ФИО14, предоставлял при заключении сделок с юридическими лицами, справкой налогового органа), ООО «Новый Кубанский Профиль», ООО «Возраждение 2003» (А32-5051/2018), ОАО «Агропромтранс» (А32-5050/2018), ООО «ТД «Трубы Кубани» выступал поручителем по обязательствам данных юридических лиц. Арбитражным судом Краснодарского края в отношении указанных выше организаций ООО «Возраждение 2003» (А32-5051/2018), ОАО «Агропромтранс» (А32-5050/2018), введены процедуры банкротства, в отношении ООО «ТД «Трубы Кубани» дело о банкротстве  № А32-5049/2018 на стадии наблюдения прекращено в связи недостаточностью имущества должника для возмещения судебных расходов по делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.06.2019 по делу №А32-20363/2018 в отношении ФИО18 введена процедура реализации имущества гражданина.

ООО «Айрон»  также указывает, что ФИО14 и ФИО4 в преддверии банкротства указанных выше организаций, самого ФИО14 и его супруги (дело о банкротстве А32-20363/2018), совершаются сделки по выводу имущества должника, а также всего имущества организаций, входящих в группу компаний. Сделки по отчуждению имущества по всей группе компаний проводятся одновременно в период с июня 2017 по ноябрь 2017 года. 

Ответчиком и ФИО4 приведенные ООО «Айрон» обстоятельства не опровергнуты представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того судебная коллегия учитывает, что о формальности оспариваемой сделки и заинтересованности в этом ФИО4 свидетельствует и тот факт, что имущество, приобретенное ФИО6 у ООО «Новый Кубанский Профиль» передано по договору аренды № 1 от 9.10.2017 ООО «Новокубанский трубный завод».

ООО «Новокубанский трубный завод» зарегистрировано 02.10.2017, единственным учредителем которого являлась мать ФИО19 и ФИО4 - ФИО17

Экономической целесообразности в заключении данного договора для ответчика не имелось, поскольку в соответствии с пунктом 3.1. данного договора арендной платой является: поддержание земельных участков и зданий в надлежащем состоянии, оплата коммунальных платежей и оплата налоговых начислений. Таким образом, от сдачи недвижимости в аренду ФИО6 денежных средств не получает. Фактически к ООО «Новокубанский трубный завод» перешли все обязанности собственника по содержанию имущества, а для юридического оформления имущества за ФИО4 в дальнейшем, была реализована схема с оформлением договора залога.

ООО «Новый трубный завод» в настоящее время осуществляет свою деятельность на мощностях, которые ранее принадлежали ООО «Новый Кубанский Профиль».

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апелляционной жалобы и отзыва на нее, судебная коллегия приходит к выводу о том, что представленные в материалы доказательства свидетельствуют  о недобросовестности ФИО4 как залогодержателя.

Таким образом, оснований для указания в последствиях недействительности сделки на обременение залогом объектов недвижимости не имеется.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу ООО Новый Кубанский Профиль» спорные объекты недвижимости. Поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт встречного исполнения со стороны ответчика, то в связи с этим в рамках рассматриваемого спора не применяются последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», по результатам рассмотрения дела арбитражный суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта, и принимает новый судебный акт.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018 в связи с переходом к рассмотрению дела апелляционным судом по правилам, установленным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, подлежит отмене в соответствии с пунктом 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При подаче заявления об оспаривании сделки конкурсным управляющим заявлено ходатайство о принятии обеспечительных мер.

При этом в силу положений части 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.11.2018 заявление конкурсного управляющего о принятии обеспечительных мер удовлетворено.

Поскольку спор о признании договора купли-продажи от 22.09.2017 недействительной сделкой, гарантом исполнения которого являлись обеспечительные меры, рассмотрен, в связи с чем отсутствует необходимость в обеспечительных мерах и они подлежат отмене.

ФИО4 в материалы дела представил платежные поручения от № 526 от 19.12.2019 на сумму 33 384 руб. и № 522 от 18.12.2019 на сумму 108 000 руб. о перечислении на депозитный счет апелляционного суда за проведение экспертизы., ввиду того, что стоимость экспертного исследования определена в размере 84 000 руб., остальные денежные средства в размере 57 384 руб. надлежит возвратить ФИО4 после представления им заявления с указанием реквизитов банковского счета, открытом в банке на территории Российской Федерации. 

При подаче апелляционной жалобы ФИО4 дважды уплатил государственную пошлину по 3 000 руб., в связи с чем излишне уплаченная государственная пошлина, уплаченная по квитанции от 11.10.2019, подлежит возврату.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства ПАО «Сбербанк России» о назначении по делу повторной и дополнительной судебной экспертиз отказать.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.07.2019 по делу № А32-5052/2018 отменить.

Признать недействительной сделкой – договор купли-продажи № б/н от 22.09.2017, заключенный между ООО Новый Кубанский Профиль» и  ФИО6. 

Применить последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО6 возвратить в конкурсную массу ООО Новый Кубанский Профиль»: 

-земельный участок, кад. номер 23:21:0401004:177, адрес: Краснодарский край, Новокубанский рн, 

<

...>, вид разрешенного использования: для производственной деятельности, земли населенных пунктов; 

- здание (нежилое) мастерской по ремонту металлоконструкций, кад. номер 23:21:0401004:199, адрес: 

<

...>;

 - гараж (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:204, адрес: 

<

...>; 

- склад (нежилое здание), кад.номер 23:21:0401004:230, адрес: 

<

...>;

 - производственное здание по резке металла производственностью 500 тонн в месяц (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:232, адрес: 

<

...>;

 - земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:90, адрес: 

<

...>, видразрешенного использования: для размещения и эксплуатации зданий и сооружений производственной базы, земли населенных пунктов; 

-производственное здание мастерских по ремонту металлоконструкций (здание нежилое), кад.номер 23:21:0401004:225, адрес: 

<

...>; - здание нежилое, кад.номер 23:21:0401004:227, адрес: 

<

...>;

 - земельный участок, кад.номер 23:21:0401004:190, адрес: 

<

...>, вид разрешенного использования: для размещения и эксплуатации производственных зданий, земли населенных пунктов. 

Взыскать с  ФИО6 в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины. 

Обеспечительные меры, принятые определением суда от 15.11.2018 по делу №А32-5052/2018- 4/302Б-1С отменить. 

Арбитражному суду  Краснодарского края перечислить с депозитного счета  на расчетный счет ООО «Партнеръ» стоимость выполненных экспертных работ в размере 50 000 рублей по следующим реквизитам: Получатель: ООО «Партнеръ», ИНН 

<

***> Банк получателя: филиал «Южный ПАО «Банк Уралсиб» Р/с № 

<

***>, БИК 040349700, К/с № 30101810400000000700. 

Возвратить ФИО4 с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в сумме 57 384 руб., после предоставления заявления с указанием реквизитов банковского счета, открытого в банке на территории Российской Федерации.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета 3 000 руб. излишне уплаченной государственной пошлины, уплаченной по квитанции от 11.10.2019.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном статьёй 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу.

Председательствующий А.Н. Стрекачёв

СудьиЯ.А. Демина

Н.В. Шимбарева