ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21286/2019, 10АП-21291/2019, 10АП-20845/2019

Дело № А41-14638/16

16 января 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 января 2020 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 04.10.2019, диплом; 

от МИФНС России №14 по Московской области – ФИО4, доверенность от 07.10.2019; Рева О.В., доверенность от 11.09.2019;

от конкурсного управляющего ООО «Гарант-Строй» ФИО5 - лично, паспорт, решение от 30.01.2017;

от ООО «Стройснаб 2000» - ФИО6, доверенность от 14.11.2019, диплом;

от ФИО7 - лично, паспорт;

от ФИО8 - лично, паспорт;

от ООО «НПО «Ремстроэкология» - ФИО9, генеральный директор,        приказ № 07 от 06.02.2015, протокол № 1-02 от 06.02.2015, выписка из ЕГРЮЛ;

от остальных лиц – не явились, извещены. 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО7, ФИО2, ФИО8  на определение  Арбитражного суда Московской области  от 30 сентября 2019 года по делу №А41-14638/16, по заявлениям  Межрайонной ИФНС России № 14 по Московской области, конкурсного управляющего ООО «Гарант-Строй» ФИО10 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО2, ФИО8, ФИО13, АО «Группа компаний АРС», ФИО14, с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования: финансовый управляющий ФИО11, ФИО2 и ФИО12 - ФИО15, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гарант-Строй» , 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 30.01.2017 по делу №А41-14638/2016 Общество с ограниченной ответственностью «Гарант- Строй» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО10. 

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО2, ФИО8, ФИО13, АО «Группа компаний АРС»,  ФИО14.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30 сентября 2019 года суд привлек ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО2, ФИО8, АО «Группа компаний АРС» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гарант-Строй». В остальной части заявленных требований отказано. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Гарант-Строй» о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО7, ФИО2, ФИО8  обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили определение арбитражного суда первой отменить каждый в своей части, указывая на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

          Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

            Поскольку лицами, участвующими в деле не заявлены возражения о пересмотре судебного акта в обжалуемой части, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность определения в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гарант-Строй» ФИО7, ФИО2, ФИО8 

            Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

          В судебном заседании ФИО7, ФИО8 и представитель ФИО2 поддержали доводы своих апелляционных жалоб каждый в своей части.

Иные лица, участвующие в судебном заседании, против доводов апелляционных жалоб возражали. 

          Заслушав мнение явившихся в судебное заседание лиц, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого определения по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ                                      «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование своих заявлений о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО7, конкурсный управляющий должника и уполномоченный орган указали, что 24 сентября 2015 года между ФИО7 и ОАО «Группа Компаний «АРС» (ОГРН 

<

***>) был заключен договор купли-продажи принадлежащей ОАО «Группа Компаний «АРС» доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «АРС- Строй» (должник), в размере 100% номинальной стоимостью 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек.

28 марта 2016 года Арбитражный суд Московской области принял заявление о признании должника банкротом. На дату принятия определения суда и до введения процедуры банкротства ФИО16 являлся единственным участником должника.

Согласно бухгалтерской отчетности, полученной из налогового органа по состоянию на 31.12.2015г., дебиторская задолженность 497 615 000 рублей, денежные средства 125 000 рублей, прочие оборотные активы 61 835 000 рублей. По состоянию на 31.12.2016г., Дебиторская задолженность 497 615 000 рублей, денежные средства 125 000 рублей, прочие оборотные активы 61 835 000 рублей, из отчетности должника, сданной за подписью ФИО8 следует, что балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 2015 и 2016 года составляла 560 304 000 рублей.

ФИО7 имел возможность дать указания руководителю должника ФИО8 к немедленному сбору дебиторской задолженности либо нанять специалиста для этой цели. Конкурсное производство было введено 30.01.2017 года, с 24.09.2015г. по 30.01.2017г. прошел 1 год и 4 месяца. Но за данный период никаких действий не предпринято. При этом, как полагают заявители, мер по взысканию дебиторской задолженности могло быть достаточно для восстановления платежеспособности общества.

Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования – 30 июля 2017 г. 

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01 июля 2017 г., производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

Поскольку обстоятельства, являющиеся, по мнению конкурсного управляющего и уполномоченного органа, основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности возникли в 2013 - 2015 гг., его рассмотрение производится по правилам Закона о банкротстве в редакции, Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующие должника лица несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие их действий и (или) бездействия.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника должника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

При этом если в соответствующий период презумпции, закрепленные более поздними законами (в том числе касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации) не действовали, соответствующие обстоятельства подлежат доказыванию заявителем по общим правилам, установленным процессуальным законодательством (Определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 N 302-ЭС14-1472).

Пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Между тем, такие обстоятельства, вопреки выводу суда первой инстанции, апелляционной коллегией не установлены.

Обязанность по взысканию дебиторской задолженности на участника Должника не возложена, равно как и выдача доверенности иному лицу от имени Общества для ее взыскания, при том, что при наличии таковой, генеральный директор, являясь руководителем хозяйствующего субъекта, действуя добросовестно и разумно должен самостоятельно предпринять меры к ее взысканию.

Доказательств того, что ФИО7 в период с 08.10.2015 одобрялись сделки, либо давались указания, совершались иные действия, следствием чего явилось несостоятельность (банкротство) должника, материалы дела не содержат.

В свою очередь, Межрайонной ИФНС России №14 по Московской области 14.01.2016 г. вынесено решение №09-04/01 о проведении выездной налоговой проверки в отношении Должника по всем налогам и сборам за период с 01.01.2014 г. по 31.12.2015 г., то есть за периоды, когда ФИО7 не являлся контролирующим должника лицом.

При таких обстоятельствах отсутствует совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

В обоснование  своих заявлений о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 заявители указали, что ФИО17 являлся участником ОАО «Группа компаний АРС» с долей участия 33%, которое в свою очередь до 08.10.2015 являлось единственным участником Должника.

Кроме того, ФИО2, являлся участником с долей участия 30%, и генеральным директором ООО «ЖК «Весенний».

При этом в деле о банкротстве ООО «Гарант Строй» Определением Арбитражного суда Московской области от 11.12.2017 по делу №А41-14638/16. признаны недействительными шесть однородных, последовательных, взаимосвязанных, совершённых единовременно сделок по передаче прав от должника ООО «Гарант Строй» к ООО «Сологуб и Партнёры» прав требований к ООО «ЖК «Весенний» на сумму 132 553 727.12 рублей. Так же были признаны недействительными сделки должника с ООО «ЖК «Весенний» - цессия на основании уведомления о зачете встречного однородного требования на сумму 122 895 223.96 рублей, применены последствия недействительности сделок и тем самым возвращены права требования ООО «Гарант-Строй» к ООО «ЖК Весенний» задолженности, за выполненные работы. Определением Арбитражного суда Московской области от 24.05.2017г. признан недействительным договор от 01.11.2012 на оказание юридических услуг № ЮР-2/2012, заключённый между ОАО «Группа компаний АРС» и должником. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ОАО «Группа компаний АРС» в конкурсную массу должника ООО «Гарант Строй» денежных средств в сумме 18 018 750 руб. на момент совершения сделки ОАО «Группа компаний АРС» являлась 100% участником должника. Данными Определениями установлено, что причинен вреда имущественным правам кредиторов должника, оспоренные сделки представляют собой фактически одну сделку, направленную на вывод актива должника в преддверии банкротства.

В результате заключенных сделок ООО «Гарант Строй» было лишено возможности получить или взыскать задолженность с контрагентов. Имущественную выгоду получило ООО «Сологуб и Партнеры». ООО «ЖК «Весенний» и ОАО «Группа компаний АРС».

Указанные обстоятельства, по мнению заявителей, являются основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, как контролирующего должника лица.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

         В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным отношениям редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

            В силу абзаца тридцать первого ст. 2 Закона о банкротстве (в редакции Закона от 28.06.2013 г. № 134-ФЗ) контролирующим должника лицом признавалось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Таким образом, субъектами названного вида ответственности в спорный период для юридических лиц, имеющих организационно-правовую форму общества с ограниченной ответственностью, помимо учредителей (участников), руководителя, являлись также и иные лица, имевшие право давать обязательные для должника указания или возможность иным образом определять его действия (далее все названные лица в совокупности - контролирующие лица).

Учитывая, что в данном случае ответчик не являлся непосредственно ни участником (учредителем), ни руководителем должника, при разрешении вопроса о допустимости привлечения его к субсидиарной ответственности в числе прочего доказыванию подлежит отнесение его к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника или руководителя, имел ли он фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью.

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Однако процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7)). 

Несмотря на это, необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Как отмечалось выше, ФИО17 являлся участником ОАО «Группа компаний АРС» с долей участия 33%, которое в свою очередь до 08.10.2015 являлось единственным участником Должника.

Кроме того, ФИО2, являлся участником с долей участия 30% и генеральным директором ООО «ЖК «Весенний».

           Между тем,24.08.2014 советом директоров ОАО «ГК «АРС» принято решение о досрочном прекращении трудового договора с ФИО2 и назначении на должность генерального директора с 18.12.2014 ФИО12

26.02.2015         ФИО2 продан принадлежащий ему пакет акций ОАО «ГК АРС» другим акционерам общества - ФИО11 и ФИО12, что подтверждается договорами купли-продажи акций, а так же списком лиц имеющих право на участие в собрании акционеров от 07.04.2015, предоставленным держателем реестра.

Таким образом, с 26.02.2015 ФИО2 какого либо отношения к деятельности ОАО ГК АРС, а также к деятельности должника ООО «Гарант-Строй» не имеет, сделки уступки заключены 21.09.2015, то есть в период, после того, как ФИО2, не являлся участником ОАО ГК АРС.

         Кроме того, судом установлено, что определением Арбитражного суда Московской области от 11.12.2017, вступившим в законную силу, была  признана недействительной сделка зачета встречных требований между должником и ООО "ЖК Весенний" от 23.10.2015 на сумму 122 895 223 руб. 96 коп.

         Удовлетворяя требование, суды исходили из того, что упомянутая сделка совершенна должником в период не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, отвечает признакам сделки с предпочтением, установленным в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Поскольку соответствующее уведомление о зачете было подписано ФИО2, являющемся генеральным директором ООО «ЖК «Весенний», заявители полагают, что заключением данной сделки был причинен существенный вред кредитором должника, а ФИО2 является выгодоприобретателем по данной сделке.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица": лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. 

Как указывалось ранее, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

При этом, вопреки доводам конкурсного управляющего, с которыми согласился суд первой инстанции, доказательств недобросовестных действий ФИО2, перечисленных в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ N 62 в материалы дела заявителями не представлено.

Также в нарушении требования ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства того, что сделка зачета  является существенно убыточной, значимой и отвечает критериям крупных сделок.

Таким образом, апелляционный суд приходит  к выводу, о недоказанности обстоятельства того, что сделка зачета могла стать необходимой причиной объективного банкротства должника.

Кроме того, исходя из положений абзаца тридцать первого ст. 2 Закона о банкротстве (в редакции Законов от 28.04.2009 № 73 и от 28.06.2013 г. № 134-ФЗ) ФИО2 не является контролирующим должника лицом. 

Доказательств того, что ФИО2 давались указания, совершались иные действия, следствием чего явилось несостоятельность (банкротство) должника, материалы дела не содержат, равно как и не содержат доказательств того, что ФИО2 являлся выгодоприобретателем по сделкам.

Таким образом, вопреки выводам суда первой инстанции, материалы дела не содержат бесспорных доказательств того, что ФИО2 имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Сама по себе аффилированность Должника с ООО «ЖК «Весенний» ОАО ГК АРС о данном обстоятельстве не свидетельствует.

При таких обстоятельствах, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гарант-Строй» у суда первой инстанции не имелось.

Учитывая изложенное, определение Арбитражного суда Московской области от 30 сентября 2019 года в части привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежит отмене.

В обоснование заявленных требований о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий и конкурсный кредитор ссылаются на то, что он, осуществляя полномочия руководителя должника не передал конкурсному управляющему бухгалтерские документы и материальные ценности, что существенно затруднило формирование конкурсной массы должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.11.2012 г. N 9127/12, бывший руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий: объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения бывшим руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; вины бывшего руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ); причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, на дату принятия Арбитражным судом Московской области решения от 30.01.2017 года о признании ООО «Гарант-Строй» несостоятельным (банкротом) руководителем должника являлся ФИО8

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Таким образом, генеральный директор ООО «Гарант-Строй». обязан был в течение трех дней с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом) обеспечить передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

Однако доказательств, подтверждающих исполнение ФИО8 указанной обязанности после принятия арбитражным судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом), а также в ходе конкурсного производства, в материалах дела не имеется.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 06.11.2012 г. N 9127/12, при разрешении вопроса о наличии вины (субъективной стороны правонарушения) руководителя необходимо руководствоваться пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и исследовать вопрос о том, принял ли руководитель компании-должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли он ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Согласно абзацу 7 пункта 4 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Как следует из материалов дела, согласно бухгалтерской отчетности, полученной из налогового органа по состоянию на 31.12.2015г., Дебиторская задолженность 497 615 000 рублей, денежные средства 125 000 рублей, прочие оборотные активы 61 835 000 рублей. По состоянию на 31.12.2016г., Дебиторская задолженность 497 615 000 рублей, денежные средства 125 000 рублей, прочие оборотные активы 61 835 000 рублей, из отчетности должника, сданной за подписью ФИО8 следует, что балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 2015 и 2016 года составляла 560 304 000 рублей.

Однако руководитель должника не представил соответствующие документы, что не позволило выявить денежные средства, выяснить состав прочих оборотных активов, понять из чего сложилась данная дебиторская задолженность, наименование контрагентов и получить более точную информацию, касающиеся размера данной задолженности, осуществить мероприятия по ее взысканию. Так же по делу № А41- 41012/2018. ООО «Гарант Строй» отказано во взыскании дебиторской задолженности в связи с отсутствие первичной документации. 

Ввиду непередачи руководителем должника необходимой документации, конкурсному управляющему невозможно выявить основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом установлено, что руководителем должника не были переданы конкурсному управляющему, в том числе, бухгалтерские балансы должника и прилагаемые к ним формы за предшествующий период (поквартально, не менее чем за 3-летний период, предшествующий возбуждению производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, а также за период проведения процедур банкротства в отношении данного должника), с обязательным приложением первичной документации, подтверждающей данные бухгалтерской отчетности; перечень дебиторов должника с указанием даты возникновения и размера дебиторской задолженности по каждому дебитору, с приложением договоров и документов, подтверждающих исполнение договорных обязательств. (КС1, КС2, КСЗ); перечень кредиторов должника с указанием размера основной задолженности, штрафов, пеней и иных финансовых (экономических) санкций за ненадлежащее исполнение обязательств перед каждым кредитором и срока их наступления на дату подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также за период продолжительностью не менее 3 лет до даты подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); договоры, заключенные должником, в том числе те договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника.

Отсутствие необходимой документации исключило вероятность обнаружения имущества должника, а также возможность наиболее полного удовлетворения требований кредиторов).

Конкурсным управляющим был получен исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство, которое не окончено, не прекращено.

Требование Закона о банкротстве ФИО8  исполнено не было, бухгалтерская и иная документация, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему переданы не были. Доказательств обратного не представлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе о передаче необходимой документации в судебном заседании не нашли своего документального подтверждения.

Представленный в обоснование факта передачи документации акт приемки-передачи не может быть принят  во внимание, поскольку согласно данному документу вышепоименованные документы руководителем не передавались (т. 4 л.д. 39-40).

Таким образом, судом первой инстанции установлена причинно-следственная связь между бездействием бывшего руководителя должника и наступившими неблагоприятными последствиями, в связи с чем правильно пришел к выводу об уклонении бывшего руководителя должника от передачи бухгалтерской и иной документации общества конкурсному управляющему.

Вследствие нарушения бывшим руководителем должника пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и неисполнения своей обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, были нарушены интересы кредиторов должника. Не передача документации исключила возможность выявления и реализации конкретного имущества общества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Таким образом, принимая во внимание факт того, что отсутствие необходимых документов не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника ФИО18 к субсидиарной ответственности исходя из презумпции, изложенной в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, апелляционная коллегия находит правильным вывод суда первой инстанции в указанной части.

В остальной части определение суда не обжалуется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п. 3 ч. 4 ст. 272, п. 1 ч. 1 ст. 270, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 30 сентября 2019 года по делу №А41-14638/16 отменить в части привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО2 по обязательствам ООО "Гарант-Строй" отказать. 

            В остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 30 сентября 2019 года оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи

 

Н.Н. Катькина

 Н.В. Шальнева