ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-15282/19

06 мая 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 мая 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Перуновой В.Л., Уддиной В.З.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО2: ФИО3, доверенность от 20.02.2024;

от должника: ФИО4, доверенность от 02.03.2023;

от финансового управляющего должника: ФИО5, доверенность от 17.03.2024;

от КБ «Инвестиционный Союз» (ООО) в лице ГК «АСВ»: ФИО6, доверенность от 28.09.2022;

рассмотрев 02 мая 2024 года в судебном заседании кассационные жалобы

финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 и ФИО7 с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)

на определение Арбитражного суда Московской области

от 07 ноября 2023 года,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда

от 25 января 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления ФИО7 об исключении имущества из конкурсной массы должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2019 ФИО7 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО8

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.07.2020 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО9

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.05.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО10

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление ФИО7 об исключении из конкурсной массы должника квартиры с кадастровым номером 77:05:003003:5115, площадью 140,5 кв.м, расположенной по адресу: г. Москва, Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115.

Определением Арбитражного суда Московской области от 07 ноября 2023 года в удовлетворении заявления ФИО7 об исключении имущества из конкурсной массы должника отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 25 января 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий ФИО1 - ФИО2 и ФИО7 обратились с кассационными жалобами, в которых просят определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявители жалоб считают судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 и должника поддержали доводы кассационных жалоб.

Представители финансового управляющего должника и КБ «Инвестиционный Союз» (ООО) в лице ГК «АСВ» возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.26 Закона о банкротстве, в течение одного месяца с даты окончания проведения описи и оценки имущества гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина с указанием начальной цены продажи имущества. Данное положение утверждается арбитражным судом и должно соответствовать правилам продажи имущества должника, установленным статьями 110, 111, 112, 139 Закона о банкротстве. Об утверждении положения о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества гражданина и об установлении начальной цены продажи имущества выносится определение.

В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45) разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника-гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем и не имевшего этого статуса ранее, утверждается судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании соответствующего ходатайства финансового управляющего.

При этом по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов (пункт 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Суды установили, что в обоснование заявленного ходатайства должник ссылался на следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2021 признаны недействительными следующие договоры:

- купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом от 05.08.2015, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

- купли-продажи (купчая) земельного участка с хозпостройкой от 20.06.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

- купли-продажи (купчая) земельного участка с хозпостройкой от 20.06.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

- купли-продажи (купчая) земельного участка с хозпостройкой от 20.06.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

- купли-продажи (купчая) земельного участка с хозпостройкой от 20.06.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

- купли-продажи (купчая) земельного участка с хозпостройкой от 20.06.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО11;

применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника вышеуказанного имущества.

Таким образом, в настоящее время в конкурсную массу должника включены 2 жилых помещения:

- жилое помещение (квартира) с кадастровым номером 77:05:003003:5115, площадью 140,5 кв.м, расположенное по адресу: г. Москва, Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115;

- здание (жилой дом) с кадастровым номером 50:07:0060101:1700, площадью 180,4 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>.

Экспертной организацией ООО «ЭОЭП» в связи с обращением ФИО7 подготовлено заключение от 14.11.2022 № СРО-П-168-22112011, цель проведения экспертизы: определение пригодности помещений для проживания.

По результатам проведенного визуального обследования двухэтажного здания с кадастровым номером 50:07:0060101:1700, расположенного по адресу: 

<

...>, установлено несоответствие объекта обследования требованиям постановления Правительства Российской Федерации от 28.01.2006 № 47 «Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещениям, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции» (в редакции от 02.08.2016; далее - Постановление № 47), предъявляемым к жилым помещениям и зданиям.

На основании указанного объект экспертизы обследования - двухэтажное здание с кадастровым номером 50:07:0060101:1700, расположенный по адресу: 

<

...>, признан непригодным для проживания.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 договор от 20.04.2018 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: земельный участок с кадастровым номером 50:07:0040419:304, площадью 1.200 кв.м, а также жилой дом с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, площадью 177,3 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>.

В конкурсную массу должника возвращены земельный участок с кадастровым номером 50:07:0040419:304, площадью 1.200 кв.м, а также жилой дом с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, площадью 177,3 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>.

Экспертной организацией ООО «ЭОЭП» в связи с обращением ФИО7 подготовлено заключение от 06.03.2023 № 060323-38/К, цель проведения экспертизы: определение пригодности помещений для проживания. По результатам проведенного визуального обследования двухэтажное здание с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, расположенное по адресу: 

<

...>, установлено несоответствие объекта обследования требованиям Постановления № 47, предъявляемым к жилым помещениям и зданиям.

На основании указанного объект экспертизы обследования - двухэтажное здание с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, расположенный по адресу: 

<

...>, признан непригодным для проживания.

С учетом вышеуказанного должник полагает, что единственным пригодным для проживания жилым помещением является жилое помещение (квартира) с кадастровым номером 77:05:003003:5115, площадью 140,5 кв.м, расположенная по адресу: г. Москва, Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115.

Суды указали, что должник также ссылался на следующее: в четырехкомнатной квартире по адресу: г. Москва, Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115, постоянно зарегистрированы и проживают следующие члены семьи должника:

- должник - ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживает в г. Москве с 1996 года, постоянно - с 1999 года;

- сын - ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., постоянно проживает в г. Москве с 1999 года, учился и работает в г. Москве;

- сын - ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ г.р., родился, проживает и работает в г. Москве;

- бывшая супруга - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживает в г. Москве с 1996 года, постоянно - с 1999 года, работает в г. Москве (выписка из домовой книги № 6720146 дома № 18 по проезду Симферопольскому).

Все члены семьи должника проживают постоянно в г. Москве более 25 лет, а также работают в г. Москве. Другого жилого помещения для проживания у них нет. Сам должник также проживает и работал в г. Москве с 1996 года по 2017 год. В настоящее время является пенсионером, имеет ряд хронических заболеваний, прикреплен к Поликлинике № 2 ДЗМ, расположенной по адресу: 

<

...>, в пешей доступности от места проживания.

С учетом вышеизложенного должник полагает, что квартира, расположенная по адресу: г. Москва, Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115, подлежит исключению из конкурсной массы должника.

Отказывая должнику в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из того, что спорная квартира, принадлежащая должнику, отвечает критериям «роскошного и излишнего» жилья, в связи с чем не подлежит исключению из конкурсной массы, а подлежит реализации в процедуре банкротства должника с распределением вырученных от его продажи денежных средств между кредиторами.

При этом суды правомерно руководствовались следующим.

Исходя из пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Перечень имущества, принадлежащего должнику-гражданину на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание, определен в пункте 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Таким образом, имущественный (исполнительский) иммунитет предполагает запрет обращать взыскание на жилое помещение (его части), если оно является для должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением и не является предметом ипотеки.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 14.05.2012 № 11-П указал, что положение абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может рассматриваться как не допускающее ухудшения жилищных условий гражданина-должника и членов его семьи на том лишь основании, что принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение - независимо от его количественных и качественных характеристик, включая стоимостные, - является для указанных лиц единственным пригодным для постоянного проживания.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П также указано, что со вступлением в силу итогового решения по делу абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, в том числе при несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника.

Из приведенных выше норм права и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения не является безусловным и само по себе наличие в собственности должника единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения не исключает возможности обращения взыскания на него, при определении которой следует исходить из необходимости обеспечения баланса интересов должника и кредитора (взыскателя) как участников исполнительного производства.

Юридически значимыми и подлежащими доказыванию при разрешении спора об обращении взыскания на жилое помещение должника, не являющееся предметом ипотеки, являются вопросы о том, отвечает ли спорное жилое помещение признакам единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи жилья, не имеется ли у должника иного имущества и доходов, на которые может быть обращено взыскание, не превышает ли данное жилое помещение уровень, достаточный для обеспечения разумной потребности должника и членов его семьи в жилище, с гарантией сохранения жилищных условий, необходимых для нормального существования, является ли соразмерным обращение взыскания на спорное имущество с учетом имеющейся задолженности. При этом на жилое помещение (его части) может быть обращено взыскание, даже если оно является для должника единственным, но размеры жилья превышают разумные и достаточные для удовлетворения потребности должника в жилище.

В пункте 39 Постановления № 45 разъяснено, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Механизм банкротства граждан является правовой основой для чрезвычайного способа освобождения должника от требований кредиторов. При этом должник претерпевает неблагоприятные последствия признания банкротом, выражающиеся в передаче в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения требований кредиторов. Применяемые в деле о банкротстве процедуры направлены на удовлетворение требований кредиторов должника и не могут быть использованы в ущерб их интересам.

В соответствии с положениями пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда России от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации содержит запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания.

Вместе с тем судами установлено, что должник неверно определяет круг членов своей семьи, которых он обязан обеспечить жильем.

Суды правомерно отметили, что проживание в квартире иных лиц не является обстоятельством, свидетельствующим о наличии оснований для исключения спорной квартиры из конкурсной массы.

Гарантии жилищных прав членов семьи собственника жилого помещения закреплены в статье 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, в том числе и на случай прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения.

По общему правилу, члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником (часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О разъяснено, что положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека. Кроме того, процедура банкротства не предполагает сохранения для должника и членов его семьи прежнего уровня благосостояния, напротив, должник, действующий добросовестно, должен разумно воспринимать временные неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся в необходимости передачи в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения требований кредиторов.

При этом судами принято во внимание и то обстоятельство, что банкротство представляет собой экстраординарную процедуру, в связи с чем как сам должник, так и связанные с ним имущественными и личными отношениями члены его семьи объективно вынуждены претерпевать определенный урон от изменения возможно привычных для них условий проживания и уровня расходов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Чертановского районного суда города Москвы от 13.02.2023 по делу № 2-288/2023, оставленным без изменения постановлением Московского городского суда от 28.09.2023 по делу № 33-40436/2023, в удовлетворении заявленных требований о признании недействительным брачного договора от 22.06.2015 отказано.

Исходя из решения от 13.02.2023, преюдициально установлено, что ФИО1 и ФИО7 состояли в браке с 1985 года по 2017 год.

Между супругами заключен брачный договор от 22.06.2015, согласно которому все имущество каждого из супругов, приобретенное как до брака, так и после, является личной собственностью каждого из супругов.

Согласно пункту 3 брачного договора все движимое и недвижимое имущество, в том числе имущественные права, интеллектуальная собственность, приобретенное (полученное) супругами во время брака, будет являться личной собственностью во время брака и в случае его прекращения того супруга на имя которого они оформлены (зарегистрированы), вне зависимости от финансового, материального, интеллектуального и какого-либо иного вклада в них другого супруга. Соответственно, все имущество должника, в том числе спорная квартира, является исключительно его собственностью и не подлежит разделу.

Так суды установили, что спорная квартира принадлежит на праве собственности ФИО7

При этом суды обоснованно отметили, что факт расторжения брака и отсутствия нахождения бывшей супруги на иждивении подчеркивает отсутствие необходимости предоставления последней права проживания в спорной квартире.

Кроме того, суды указали, что решением Чертановского районного суда города Москвы от 13.02.2023 установлено, что на момент заключения брачного договора ФИО1 являлась собственником объектов недвижимости на общую кадастровую стоимость 59.664.836 руб., ФИО7 - на общую кадастровую стоимость 51.802.150,19 руб.

Соответственно, доводы должника относительно отсутствия у бывшей супруги должника имущества в указанном случае обоснованно отклонены судами, поскольку на момент заключения брачного контракта последняя обладала недвижимым имуществом и не была лишена возможности оставить за собой указанные объекты для дальнейшего проживания.

Таким образом, суды правомерно заключили, что отсутствие в настоящее время у бывшей супруги недвижимого имущества не может являться основанием для исключения квартиры из конкурсной массы.

Также суды указали, что дополнительно должник отмечал, что он имеет двух совершеннолетних детей - ФИО13 и ФИО12 и что его дети проживают с ним.

Согласно статье 80 Семейного кодекса Российской Федерации, родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Согласно пункту 1 статьи 21 Гражданского кодекса Российской Федерации, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.

Соответственно, суды пришли к правомерному выводу о том, что в настоящее время у должника отсутствует обязанность по содержанию и обеспечению жилищным помещением своих детей, сыновья должника являются совершеннолетними, ни супруга, ни сыновья на иждивении должника не находятся. Исходя из заявления должника и позиций сторон, не доказан факт, что сыновья и супруга не обладают возможностью обеспечения себя иным жилым помещением.

Таким образом, суды правомерно заключили, что отсутствие в настоящее время у совершеннолетних детей должника недвижимого имущества не может являться основанием для исключения квартиры из конкурсной массы.

Также суды обоснованно указали, что с момента достижения детей возраста совершеннолетия у должника отсутствует обязанность по обеспечению их жильем.

Доводы должника о расположении места работы и прикреплении вышеуказанных лиц к ГБУЗ «Городская поликлиника № 2» Филиал № 3 отклонены судами, так как не могут рассматриваться как основание для исключения квартиры из конкурсной массы.

Судами учтено, что определением Арбитражного суда Московской области от 04.07.2022 в конкурсную массу должника возвращено жилое помещение (квартира) с кадастровым номером 77:05:0003003:5115, площадью 140,5 кв.м, расположенное по адресу: г. Москва Нагорный район, проезд Симферопольский, д. 18, кв. 115. Данные действия по отчуждению имущества со стороны должника дают основания полагать, что на момент совершения указанной сделки должник отказался от единственного жилья.

Суды указали, что определением Арбитражного суда Московской области от 04.07.2022 по настоящему делу установлена недобросовестная цель совершения сделки по отчуждению спорной квартиры (фактически заключенный договор дарения), а именно то, что бездействие председателя Правления Банка ФИО7, выразившееся в непередаче временной администрации и конкурсному управляющему (не обеспечении сохранности) всего пакета документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для банка, является недобросовестным. Данное бездействие ФИО7 лишило банк возможности возместить понесенные убытки непосредственно с причинителя вреда.

Совершение первой сделки по отчуждению квартиры в пользу сына менее чем за месяц до совершения действий, приведших к причинению банку убытков, позволило судам сделать вывод о том, что цель оспариваемых сделок - вывод активов из собственности должника с целью причинения имущественного вреда правам кредиторов.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что в результате совершения спорных сделок из владения должника безвозмездно выбыл ликвидный актив.

Изложенные обстоятельства, как обоснованно указали суды, свидетельствуют о совместной договоренности должника и ответчиков, направленной на сокрытие имущества последнего в целях недопущения его реализации для погашения требований кредиторов. В данном случае должник сам выразил свою волю на отчуждение данного жилья.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что должник добровольно отказался от жилья и не рассматривал его в качестве единственного пригодного для проживания помещения.

Суды установили, что на момент принятия заявления о признании ФИО7 несостоятельным (05.03.2019) он был зарегистрирован в жилом доме с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, площадью 177,3 кв.м, расположенном по адресу: 

<

...>, что следует из паспорта должника.

При этом суды правомерно отметили, что смена места регистрации на роскошное жилье в процедуре банкротства свидетельствует о злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку квартира, которую просит исключить должник, отсутствовала в конкурсной массе на момент начала банкротства.

Таким образом, суды не признали поведение должника добросовестным и направленным на защиту своего права на единственное жилье.

Законом Московской области от 22.10.2009 № 120/2009-ОЗ «О стандарте нормативной площади жилого помещения для предоставления субсидий и оказания мер социальной поддержки отдельным категориям граждан по оплате жилого помещения и коммунальных услуг на территории Московской области» на территории Московской области устанавливается стандарт нормативной площади жилого помещения в размере 33 кв.м занимаемой общей площади жилого помещения на одиноко проживающих граждан, 21 кв.м - на каждого члена семьи, состоящей из двух человек, 18 кв.м - на каждого члена семьи, состоящей из трех и более человек.

Исходя из изложенного, суды обоснованно указали, что бывшая супруга должника, совершеннолетние дети должника не являются собственниками спорной квартиры, обязанности по выделению дополнительной площади на указанных лиц не установлено, а исходя из установленных нормативов - нормативная площадь жилого помещения для должника в указанном случае устанавливается в размере 33 кв.м.

Также судами установлено, что согласно решению финансового управляющего об оценке имущества от 24.10.2023 спорная квартира, площадью 140,5 кв.м, оценена в 49.000.000 руб.

Верховный Суд Российской Федерации указал, что под роскошным жильем понимается недвижимость, явно превышающая уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004 по делу № А71-16753/17).

Таким образом, при оценке вопроса об отнесении имущества к категории роскошного следует оценивать такие характеристики жилого помещения, как общая и жилая площадь, конструктивные особенности, рыночная стоимость и так далее.

Исходя из того, что площадь спорной квартиры составляет 140,5 кв.м, суды пришли к обоснованному выводу о том, что квартира по адресу: 

<

...>, принадлежащая должнику, отвечает критериям «роскошного и излишнего» жилья.

В законодательстве отсутствует определение понятия «роскошное жилье», а также критерии, на основании которых жилое помещение может быть отнесено к категории «роскошное».

Высшая судебная инстанция разъяснила, что под роскошным жильем понимается недвижимость, явно превышающая уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности гражданина-должника и членов его семьи в жилище (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004).

Отказывая в применении исполнительского иммунитета, суды, как правило, оценивают такие характеристики жилого помещения, как общая и жилая площадь, конструктивные особенности, рыночная стоимость и так далее (пункт 2.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П, пункт 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П).

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, в условиях, когда вопрос о том, какой размер жилого помещения на данном этапе развития общества может считаться удовлетворяющим требованию обеспечения разумной потребности человека в жилище и, соответственно, на какое жилое помещение, являющееся единственным пригодным для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи, может быть обращено взыскание по исполнительным документам, федеральным законодателем не решен, признание абзаца 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации повлекло бы риск неоднозначного и, следовательно, произвольного выбора соответствующих критериев правоприменителем, причем в отношениях, характеризующихся высокой степенью социальной уязвимости людей, и при том, что существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение и использованы быть не могут.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724, следует, что при рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы должника единственного пригодного для проживания помещения арбитражный суд должен исследовать доводы кредиторов о недобросовестности должника и злоупотреблении с его стороны правом в виде создания ситуации, когда дорогостоящий объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что недопустимо (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу действующего законодательства, целью процедуры реализации имущества гражданина является наиболее полное удовлетворение требований его кредиторов и, как следствие, получение максимальной цены за реализуемое имущество.

Исключение из конкурсной массы «роскошного жилья» является нецелесообразным и повлечет существенное нарушение прав и законных интересов конкурсных кредиторов.

Спорное имущество явно превышает критерии достаточности, однако банкротство гражданина не может являться основанием для улучшения им жилищных условий или сохранения должнику и членам его семьи роскошного уровня жизни в ситуации, когда арбитражным судом констатирована его неплатежеспособность и недостаточность его имущества для удовлетворения требований кредиторов, так как такое улучшение грубо нарушает баланс интересов должника и его кредиторов.

Суды указали, что процедура банкротства не предполагает сохранения для должника и членов его семьи прежнего уровня благосостояния, напротив, должник, действующий добросовестно, должен разумно воспринимать временные неблагоприятные для себя последствия признания банкротом, выражающиеся в необходимости передачи в конкурсную массу максимально возможного по объему имущества и имущественных прав в целях погашения требований кредиторов.

При этом судами принято во внимание и то обстоятельство, что банкротство представляет собой экстраординарную процедуру, в связи с чем как сам должник, так и связанные с ним имущественными и личными отношениями члены его семьи объективно вынуждены претерпевать определенный урон от изменения возможно привычных для них условий проживания и уровня расходов.

Само по себе нежелание должника осуществлять реализацию принадлежащего ему имущества и нести соответствующие расходы в деле о банкротстве не может повлечь удовлетворение его требования об исключении квартиры из конкурсной массы при установленных выше обстоятельствах.

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что спорная квартира отвечает признакам роскошного жилья, поэтому может быть реализована в процедуре банкротства с последующим приобретением в собственность должника иного жилого помещения меньшей площади, в связи с чем отказали в удовлетворении заявления ФИО7 об исключении имущества из конкурсной массы должника.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационных жалоб о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержат, а приведенные в жалобах доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационных жалоб сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 07 ноября 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25 января 2024 года по делу № А41-15282/19 оставить без изменения, кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 и ФИО7 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                           В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            В.Л. Перунова

 

В.З. Уддина