Дело № А32-10327/2025

город Краснодар

13 октября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2025 года Полный текст решения изготовлен 13 октября 2025 года 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Хахалевой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сергиенко Ю.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЭРИДАН» (ОГРН 

<

***>), г. Белгород,  

к Новороссийской таможне, г. Новороссийск, 

об оспаривании ненормативного акта таможенного органа, при участии в заседании:  

от заявителя: ФИО1 – доверенность от 10.02.2025; от заинтересованного лица: ФИО2 – доверенность от 12.09.2025 № 04-29/124; 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭРИДАН» (далее по тексту – юридическое лицо, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене решения Новороссийской таможни (далее по тексту – таможенный орган) от 22.11.2024 № 10317120 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10317120/120924/5044923, после выпуска товаров; об обязании Новороссийскую таможню осуществить возврат ООО «ЭРИДАН» из бюджета излишне уплаченных сумм ввозной таможенной пошлины и НДС в размере 204 564,36 рублей.  

Заявитель в судебное заседание явился, настаивал на удовлетворении заявленных требований.  

Заинтересованное лицо в судебное заседание явилось, возражало против удовлетворения заявленных требований.  

В соответствии с частями 1, 5 статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, или по своей инициативе может объявить перерыв в судебном заседании. Лица, участвующие в деле и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, считаются надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, и их неявка в судебное заседание после окончания перерыва не является препятствием для его продолжения.  

В судебном заседании 22.09.2025 объявлен перерыв до 29.09.2025 до 09 час. 40 мин. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Арбитражного суда Краснодарского края - http://krasnodar.arbitr.ru. После перерыва судебное заседание продолжено.  

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или)  

ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.  

Дело рассматривается в порядке статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Суд, заслушав до объявления перерыва в судебном заседании доводы сторон, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные доказательства, установил следующее.  

Общество с ограниченной ответственностью «ЭРИДАН» зарегистрировано в качестве юридического лица за ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 20.07.2009, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>, ком. 2; является участником внешнеэкономической деятельности.  

ООО «ЭРИДАН» по декларации на товары (далее также – ДТ) № 10317120/120924/5044923, поданной в Новороссийскую таможню, под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления были помещены картофельные чипсы PRINGLES, (далее также - товары), классифицируемые кодом 1905 90 550 0 ТН ВЭД ЕАЭС (ставка ввозной таможенной пошлины 10%).  

Описание товаров приведено заявителем в графе 31 ДТ N 10317120/120924/5044923. 

Товары ввезены на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее – ЕАЭС) из ОАЭ по спецификации № 3 от 12.07.2024 к контракту № 1801 от 18.01.2024, заключенному Обществом с компанией IMAGO TRADING FZE (ОАЭ) (далее также - продавец).  

Таможенная стоимость товаров была определена обществом по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийскою экономический о союза (далее - ТК ЕАЭС).  

В ходе проверки ДТ N 10317120/120924/5044923, а также представленных заявителем к указанной ДТ документов и сведений таможенный орган в целях проверки правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС направил Обществу запрос документов и (или) сведений от 13.09.2024.  

Документы и сведения на основании запроса таможенного органа от 13.09.2024 были предоставлены Обществом письмом № 1 от 24.10.2024.  

По результатам проведения таможенного контроля таможенным органом принято 

решение

 № 10317120 от 22.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары N 10317120/120924/5044923.  

Согласно указанному решению, таможенный орган в соответствии со статьей 313 ТК ЕАЭС принял решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров, исходя из имеющихся документов и сведений с учетом информации, полученной самостоятельно при проведении дополнительной проверки и соответствующей требованиям международного договора государств-членов таможенного союза, регулирующего вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза.  

При этом решением № 10317120 от 22.11.2024 таможенный орган самостоятельно определил таможенную стоимость товаров по резервному методу (метод 6) в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС.  

В соответствии с указанным решением в ДТ № 10317120/120924/5044923 таможенным органом внесены изменения (дополнения) в части увеличения заявленной Обществом величины таможенной стоимости товаров и подлежащих уплате сумм ввозной таможенной пошлины и налога на добавленную стоимость (далее - НДС).  

На основании указанного решения, в связи с корректировкой сведений о таможенной стоимости товаров, Общество дополнительно уплатило сумму ввозной таможенной пошлины и НДС в размере 204 546 руб. 36 коп. (из них: ввозная таможенная пошлина – 63 920 руб. 74 коп., НДС – 140 625 руб. 62 коп.).  

Не согласившись с выводами таможенного органа о необходимости изменения таможенной стоимости по рассматриваемой декларации, общество обратилось в  

арбитражный суд с заявлением по настоящему делу о признании незаконным и отмене решения Новороссийской таможни от 22.11.2024 № 10317120 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10317120/120924/5044923, после выпуска товаров; об обязании Новороссийскую таможню осуществить возврат ООО «ЭРИДАН» из бюджета излишне уплаченных сумм ввозной таможенной пошлины и НДС в размере 204 564,36 рублей.  

Принимая решение по делу, суд руководствовался следующим. 

В силу статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, ненормативный акт государственного органа не соответствующий закону и иным правовым актам, и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица, может быть признан судом недействительным полностью или частично.  

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличие у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).  

Исходя из положений пункта 2 статьи 1 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее-ТК ЕАЭС), вступившего в силу 01.01.2018, таможенное регулирование в Союзе осуществляется в соответствии с регулирующими таможенные правоотношения международными договорами, включая настоящий Кодекс, и актами, составляющими право Союза (далее - международные договоры и акты в сфере таможенного регулирования), а также в соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014.  

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014) (далее по тексту - Договор) в Евразийском экономическом союзе (далее - Союз, ЕАЭС) осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее по тексту - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения  

международными договорами и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с положениями Договора.  

В соответствии со статьей 358 ТК ЕАЭС любое лицо вправе обжаловать решения таможенных органов, действия (бездействие) таможенных органов или их должностных лиц в порядке и сроки, которые установлены законодательством государства-членов таможенного союза, решения, действия (бездействие) таможенного органа или должностных лиц таможенного органа которого обжалуются.  

Порядок определения и контроля таможенной стоимости ввезенных товаров с 01.01.2018 определен главой 5 ТК ЕАЭС.  

Объектом обложения таможенными пошлинами, налогами в соответствии со статьей 75 ТК ТС, статьей 51 ТК ЕАЭС являются товары, перемещаемые через таможенную границу. Базой для исчисления таможенных пошлин в зависимости от вида товаров и применяемых видов ставок является таможенная стоимость товаров и (или) их физическая характеристика в натуральном выражении (количество, масса с учетом его первичной упаковки, которая неотделима от товара до его потребления и в которой товар представляется для розничной продажи, объем или иная характеристика).  

Налоговая база для исчисления налогов определяется в соответствии с законодательством государств - членов таможенного союза (в РФ – исходя из таможенной стоимости товаров).  

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.  

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).  

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса. В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно. При этом могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 настоящего Кодекса. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств-членов о коммерческой тайне. Консультации проводятся в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании. При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 настоящего Кодекса, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 настоящего Кодекса. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров. В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию  

Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:  

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:  

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;  

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;  

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.  

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.  

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.  

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи  

106 ТК ЕАЭС). 

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).  

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.  

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).  

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.  

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).  

Согласно пункту 4 указанной статьи, таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:  

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;  

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.  

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса. Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).  

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст.38 ТК ЕАЭС (п.9 Постановления).  

Верховным Судом Российской Федерации также указано на то, что согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).  

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.  

Исходя из пункта 13 статьи 38 Таможенного кодекса таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.  

В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 Таможенного кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.  

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки  

на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст. 38 ТК ЕАЭС (п. 9 Постановления).  

Верховным Судом Российской Федерации также указано на то, что "...согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).  

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.  

Из материалов дела следует, что общество и компания IMAGO TRADING FZE (ОАЭ) (Продавец) 12.07.2024 по контракту № 1801 от 18.01.2024 заключили спецификацию № 3,согласно которой продавец обязался поставить заявителю партию из 2 650 упаковок картофельных чипсов PRINGLES на условиях FOB JEBEL ALI, ДУБАЙ, ОАЭ, а общество обязалось уплатить за них 253 075 дирхамов ОАЭ (далее "AED") в течение 60 банковских дней с момента таможенного оформления в РФ.  

Ввиду санкций, введенных иностранными государствами, заявитель не смог произвести платёж в пользу Продавца.  

В целях погашения задолженности заявителя перед Продавцом на сумму 253 075 AED заявитель, Продавец и компания "LAND OF FIRE GENERAL TRADING LLC" (ОАЭ) заключили 7 соглашений зачёта взаимных требований, согласно которым обязательства общества перед Продавцом по оплате Товара прекращались с момента получения Продавцом денежных средств от компании "LAND OF FIRE GENERAL TRADING LLC".  

В соответствии с данными соглашениями Компания "LAND OF FIRE GENERAL TRADING LLC" (ОАЭ) передала продавцу денежные средства путём передачи 7 банковских чеков на получение наличных денежных средств на общую сумму 298 543 AED.  

Таким образом, заявитель исполнил обязательства перед продавцом по оплате товара на сумму 253 075 AED, что подтверждается актом сверки взаимных расчётов за период с 12.07.2024 по 08.11.2024.  

Исполнение обществом обязанности по оплате товара путём передачи продавцу чеков также подтверждается справками ПАО "МТС-Банк" от 15.04.2024 о подтверждающих документах по внешнеторговому Контракту № 1801 от 18.01.2024, по которому осуществлялась поставка Товара.  

Исполнение заявителем обязанности по оплате товара путём передачи продавцу чеков также подтверждается ведомостью банковского контроля по Контракту.  

Для перевозки Товара в РФ 15.07.2024 Истец выдал экспедитору CARGOS CLUB FZCO (ОАЭ) (далее - Экспедитор) поручение № 2 к договору транспортной экспедиции № 201123/1 от 20.11.2023, согласно которому Экспедитор обязался организовать доставку Товара в порт Новороссийск, включая морскую перевозку и экспортное таможенное оформление, а Истец уплатить Экспедитору за это 22 834 AED в течение 15 дней после отгрузки Товара и предоставления Экспедитором инвойса № 2 от 15.07.2024.  

Ввиду санкций, введённых иностранными государствами, заявитель не смог совершить платёж в пользу Экспедитора, в связи с чем, обществу было предложено оплатить стоимость услуг по организации перевозки Товара в пользу третьего лица "MM GLOBAL LOGISTICS L.L.C.".  

Истец 15.07.2024 заключил с компанией "ROYAL FIRST GENERAL TR. L.L.C." (ОАЭ) соглашение13, согласно которому компания обязалась уплатить 22 834 AED в пользу компании "MM GLOBAL LOGISTICS L.L.C." в счёт обязательств истца по оплате услуг перевозки по инвойсу № INV2428875 от 15. 07 . 2024, а Истец обязался уплатить компании "ROYAL FIRST GENERAL TR. L.L.C." 22 834 AED в срок до 31.12.2024.  

Согласно ваучеру № RV2408601 от 02.08.2024 компания "ROYAL FIRST GENERAL  

TR. L.L.C." исполнила обязательство истца по оплате перевозки товара, уплатив 22 834  

AED в пользу компании ММ GLOBAL LOGISTICS L.L.C. с использованием чека №  

1119020824065005/02-AUG-24. 

Наличие задолженности общества перед компанией "ROYAL FIRST GENERAL TR.  

L.L.C." на сумму 22 834 AED подтверждается актом сверки взаимных расчётов за период с  

15.07.2024 по 16.12.202416. 

Согласно экспортной декларации № 303-09537631-24 от 16.07.2024 товар,  

размещённый в контейнере № LYGU1046713, прошёл экспортное таможенное оформление  

в ОАЭ 16.07.2024 и был доставлен в порт Новороссийск 11.09.2024 по коносаменту №  

DXB468998NVN. 

Заявитель 12.09.2024 подал в Новороссийскую таможню декларацию на товары №  

10317120/120924/504492315, в которой, применив метод, предусмотренный ст. 39 ТК ЕАЭС  

(по стоимости сделки с ввозимыми товарами), указал таможенную стоимость Товара в  

размере 6 856 614,56 руб. (строка 45 декларации), состоявшую из цены Товара 253 075 AED  

(строка 42 декларации) и стоимости перевозки 22 834 AED по курсу 24,850 руб./AED.  

(строка 23 декларации). 

Заявитель приложил к указанной декларации, а также предоставил дополнительно в  

ответ на запрос таможенного органа следующие документы, подтверждающие стоимость  

товара и его перевозки: 

1) Инвойс Экспедитора № 2 (INV24288750) от 15.07.2024; 2) Акт выполненных работ № 2 (INV2428875) от 15.07.2024;  

3) Договор транспортной экспедиции № 201123/1 от 20.11.2023; 4) Уведомление о резервировании обеспечения от 18.09.2024; 5) Ведомость банковского контроля ПАО "МТС-Банк" от 15.04.2024; 6) Инвойс Продавца № FZ-IT-02050 от 12.07.2024; 

7) Декларация о соответствии Товара № ЕАЭС N RU Д-PL.PA04.В.77209/24 от  

06.06.2024; 

8) Экспортная декларация № 303-09537631-24 от 16.07.2024; 9) Сертификат происхождения № 23779447 от 16.07.2024;  

10) Коносамент № DXB468998NVN; 11) Документ учёта контейнера № 853629 от 10.09.2024; 12) Свидетельство о постановке общества на учёт в налоговом органе; 

13) Лист записи в ЕГРЮЛ о назначении генерального директора; 14) Пояснения о стоимости транспортных расходов от 02.09.2024; 15) Спецификация № 3 от 12.07.2024 к контракту;  

16) Приходный ордер на оприходование предшествующей поставки N107 от  

19.04.2024; 

17) Декларация Истца на товары по предшествующей поставке идентичного товара №  

10317120/190424/3068846 от 19.04.2024; 

18) Пояснение Истца об отсутствии экспортной декларации страны Польша, № 2 от  

18.10.2024; 

19) Пояснение Истца по формированию стоимости реализации Товара б/н от  

24.10.2024; 20) Пояснение Истца о технических характеристиках Товара б/н от 24.10.2024; 21) Коммерческое предложение продавца Товара № 10624 от 01.07.2024; 

22) Заключение по стоимости Товара, эксперта Белгородской Торгово-промышленной  

палаты № 067.04-0307 от 09.10.2024; 

23) Коммерческие документы ООО "Цеппелин", подтверждающие расходы заявителя  

по экспедированию в порту Новороссийск и перевозке Товара по территории РФ; 

24) Коммерческие документы по реализации предшествующей партии аналогичного  

товара, между заявителем и ООО "Гранит"; 

25) Коммерческие документы по реализации предшествующей партии аналогичного товара, между заявителем и ИП ФИО3;  

26) Коммерческие документы по реализации предшествующей партии аналогичного товара, между заявителем и ИП ФИО4;  

27) Коммерческие документы по реализации предшествующей партии аналогичного товара, между заявителем и ИП ФИО5  

Исходя из заявленной в Декларации на товары № 10317120/120924/504492348 таможенной стоимости Товара, определённой в соответствии со ст. 39 ТК ЕАЭС, сумма таможенных платежей (строка 47 декларации) составила 2 214 116,66 руб., включая:  

- 20 000 руб. - таможенные сборы за таможенные операции (вид платежа 1010); - 685 661,46 руб. - ввозная таможенная пошлина 10% (вид платежа 2010);  

- 1 508 455,20 руб. - НДС 20% (вид платежа 2010). 

Несмотря на предоставление обществом вышеперечисленных документов и сведений, подтверждающих таможенную стоимость товара, обжалуемым решением таможенный орган определил таможенную стоимость Товара по резервному методу (метод 6), предусмотренному ст. 45 ТК ЕАЭС и внёс изменения в ДТ № 10317120/120924/5044923, в части увеличения заявленной обществом величины таможенной стоимости товара на 639 207,35 руб. (до 7 495 821,91 руб.), что повлекло увеличение подлежащих уплате таможенных платежей на 204 564,36 руб.  

В обжалуемом решении таможенный орган указал, что при проверке документов и сведений, заявленных в ДТ № 10317120/120924/5044923, были обнаружены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могли являться не достоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.  

Вместе с тем, Верховным Судом Российской Федерации в Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст. 38 ТК ЕАЭС (п. 9 Постановления).  

Аналогичная позиция была изложена Верховным Судом Российской Федерации в пункте 7 ранее действовавшего Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 N 18 "О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства" следует, что выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 4 статьи 65 ТК ТС и пункта 3 статьи 2 Соглашения.  

Содержание правовой нормы, закрепленной в ст. 160 Гражданского кодекса РФ, было предметом анализа Президиума Высшего Арбитражного суда РФ в пункте 4 "Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами" (приложение к Информационному письму N 67 от 21.01.2002). Как разъяснил Президиум ВАС РФ, под документом, выражающим содержание заключаемой сделки, понимается не только единый документ, но и несколько взаимосвязанных документов, каждый из которых подписывается ее сторонами.  

Согласно п. 15 ст. 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.  

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.  

Суд приходит к выводу о том, что таможенным органом не доказано наличие каких-либо условий, не позволяющих заявителю применить первый метод, заявленный им при определении таможенной стоимости ввезенных товаров.  

В обжалуемом решении от 22.11.2024 таможенный орган указывает на то, что Обществом представлен внешнеторговый контракт № 20240526FL от 31.05.2024. Согласно контракту Поставщик обязуется поставить, а Покупатель обязуется принять и оплатить Товар, а именно: чипсы картофельные согласно спецификациям, которые являются неотъемлемой частью Контракта. Количество Товара указывается в Спецификациях, которые заполняются на каждую партию отдельно. Общее количество Товара равняется сумме количества, указанного во всех Спецификациях, которые являются неотъемлемой частью настоящего контракта. В формализованном виде декларантом была представлена Спецификация № 2 от 18/01/2024, однако, на запрос таможенного органа данный документ не был представлен в сканированном виде. В представленном в сканированном виде инвойсе отсутствует ссылка на спецификацию к договору, которая определяет перечень, количество и стоимость данной поставки. Таким образом, невозможно однозначно сопоставить сведения, указанные в инвойсе, со сведениями, содержащимися в приложении к контракту, а, следовательно, и соотнести с данной поставкой. Сведения о количестве, качестве и стоимости декларируемой поставки документально не подтверждены. В целях проверки соответствия заявленных сведений о стоимости товара ценам производителя таможенным органом у декларанта был запрошен прайс-лист производителя ввозимых товаров либо коммерческое предложение производителя с заверенным переводом на русский язык. Данный документ необходим для проверки величины первоначальной цены предложения товара на рынке сбыта, наличия ее отклонения от контрактной стоимости, а также для исследования условий и обязательств, сопутствовавших формированию стоимости сделки, определение их количественного влияния. Декларантом представлен прайс-лист, однако, данный документ адресован непосредственно ООО «Эридан», в связи с чем, указанное предложение не является публичной офертой и не может быть рассмотрено в качестве независимого источника ценовой информации, подтверждающей сведения о заявленной таможенной стоимости товаров. Таким образом, сведения о механизме формирования цены товара на основе данных о ценах, установленных продавцом, документально не подтверждены.  

Однако, данные доводы таможенного органа суд отклоняет как несостоятельные ввиду следующего.  

Как следует из материалов дела, в соответствии с запросом таможенного органа от 13.09.2024, письмом Общества № 1 от 24.10.2024 в таможенный орган были представлены копии контракта № 1801 от 18.01.2024 и спецификации № 3 от 12.07.2024 к нему, на основании которых ввезены товары (чипсы), инвойс № FZ-IT-02050 от 12.07.2024 на оплату товаров, поставленных по указанной спецификации. Обществом также была представлена копия прайс-листа (коммерческого предложения) № 10624 от 01.06.2024 продавца товаров - компании IMAGO TRADING FZE.  

При этом, на основании пунктов 2.1. и 3.1 Контракта № 1801 от 18.01.2024 наименование, количество и цена товаров определяются в дополнительных соглашениях (спецификациях), которые являются неотъемлемыми частями контракта.  

В спецификации № 3 от 12.07.2024 к Контракту № 1801 от 18.01.2024 сторонами определены и согласованы ассортимент поставляемых чипсов, наименование, описание вкусов чипсов по каждому наименованию, вес, количество банок в одной пачке в штуках (например. PRINGLES HOT PAPRIKA 19 X 165GMS, Картофельные чипсы со вкусом острой Паприки "HOT Paprika" (ПАЧКИ ПО 19 БАНОК (ТУБУСОВ) по 165 гр.)), единица поставляемого товара (пачка), за которую установлена цена товаров, количество поставляемых пачек по каждому наименованию, цена за одну единицу (пачку), стоимость чипсов по каждому наименованию и общая стоимость всех поставленных чипсов по указанной спецификации.  

Сведения о товарах, указанные в спецификации № 3 от 12.07.2024, соответствуют сведениям о товарах, указанным в инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024, который также содержит сведения, указанные в спецификации (наименование чипсов, количество единиц товара (пачек) по каждому наименованию, цены чипсов каждого наименования за одну пачку, стоимость пластин по каждому наименованию (позиции инвойса), общую стоимость всех товаров по инвойсу).  

Копии инвойса № FZ-IT-02050 от 12.07.2024, содержащего все указанные сведения, были представлены Обществом в таможенный орган.  

Кроме того, внешнеторговый контракт № 20240526FL от 31.05.2024 и Спецификация № 2 от 18/01/2024, которые таможенный орган указывает в решении от 22.11.2024, сторонами не подписывались и не существуют.  

Указанные в спецификации № 3 от 12.07.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024 сведения о цене чипсов соответствуют ценам на чипсы, указанным в прайс-листе № 10624 от 01.06.2024 от их продавца - компании IMAGO TRADING FZE.  

Соответственно, цены чипсов, указанные в прайс-листе продавца № 10624 от 01.06.2024, возможно сопоставить с ценами чипсов, указанными в спецификации № 3 от 12.07.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024.  

Эти обстоятельства подтверждают, что цены на товары по спецификации № 3 от 12.07.2024 к контракту № 1801 от 18.01.2024 соответствуют ценам их продавца на открытом рынке при обычных условиях торговли, соответственно, цена сделки с ними для целей определения их таможенной стоимости по методу по стоимости сделки в ввозимыми товарами (методу 1) в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС является приемлемой и действительной (достоверной).  

Утверждение таможенного органа в оспариваемом решении о том, что в затребованной у декларанта экспортной таможенной декларации страны отправления не были указаны сведения о коносаменте и инвойсе, в соответствии с которыми экспортировался товар, противоречит материалам дела. Сведения об ассортименте, цене, весе, количестве товара, указанные в экспортной декларации № 303-09537631-24 от 16.07.2024, полностью соответствовали сведениям, указанным в спецификации № 3 от 12.07.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024, ссылка на номер которого, вопреки утверждению таможенного органа, была указана в строке 19 экспортной декларации.  

Таким образом, суд считает, что представленная заявителем в таможенный орган копия экспортной таможенной декларации в полной мере подтверждает достоверность сведений о цене, общей стоимости и количестве товаров, заявленных в ДТ № 10317120/120924/5044923, и указанных в коммерческих документах, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку товара с представленной экспортной таможенной декларацией и сопоставить цены товара, указанные в экспортной декларации, с ценами товара, указанными в спецификации № 3 от 12.07.2024.  

Довод таможенного органа в оспариваемом решении о том, что обществом не подтверждено соблюдение обязательств по оплате товаров, а также соответствие фактической оплаты за товар цене, заявленной в представленных при таможенном декларировании документах не обоснован.  

Представленным в материалы дела документами подтверждено, что товары оплачены Обществом по их стоимости, указанной в спецификации № 3 от 12.07.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024, что подтверждается представленной Обществом в таможенный орган ведомостью банковского контроля по УНК № 24040071/2268/0000/2/1 от 15.04.2024, справками ПАО "МТС-Банк" о подтверждающих документах, копиями чеков, принятых банком ПАО "МТС-Банк" в качестве подтверждения оплаты по Контракту, что позволяет идентифицировать платёж с рассматриваемой поставкой товара. Представленная ведомость банковского контроля подтверждает оплату за ввезенные товары в соответствии с условиями контракта.  

Представление ведомости банковского контроля по контракту № 24040071/2268/0000/2/1 от 15.04.2024 опровергает вывод таможенного органа,  

содержащийся в оспариваемом решении о том, что обществом не представлено документов, подтверждающих оплату товаров, а также соответствие фактической оплаты за товар цене, заявленной в представленных при таможенном декларировании документах.  

В случае возникновения сомнений в достоверности содержащихся в ней сведений соответствующая информация об оплате товаров и ведомость банковского контроля могли быть запрошены и получены таможенным органом непосредственно от уполномоченного банка в соответствии с частью 2 статьи 242 Федерального закона от 03.08.2018 N 289-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".  

Согласно части 2 статьи 242 указанного выше федерального закона таможенный орган, проводящий проверку таможенных, иных документов и (или) сведений после выпуска товаров, в том числе начатую до выпуска товаров в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС, вправе запрашивать и получать у банков и иных кредитных организаций, располагающих документами и сведениями, касающимися деятельности организаций (индивидуальных предпринимателей), выступавших в качестве декларанта, документы и сведения, определенные в части 1 указанной статьи, включая ведомости банковского контроля, заверенные копии представленных банку указанными лицами подтверждающих документов, выписки по операциям на счетах организаций и заверенные копии платежных документов к ним.  

Указанная в графах 22 и 42 ДТ № 10317120/120924/5044923 стоимость товаров соответствует стоимости товаров, отраженной в спецификации № 3 от 12.07.2024 к контракту № 1801 от 18.01.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024, уплаченной продавцу товаров согласно положениям пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.  

Сведения о количестве товаров, указанные в графах 31, 35, 38 и 41 ДТ N 10317120/120924/5044923, соответствуют сведениям о количестве товаров, указанным в спецификации № 3 от 12.07.2024 и инвойсе № FZ-IT-02050 от 12.07.2024.  

Изложенное подтверждает, что таможенная стоимость товаров определена и заявлена Обществом в ДТ N 10317120/120924/5044923 на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации в полном соответствии с требованиями пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.  

Кроме того, в обжалуемом решении указано на то, что Обществом заявлены недостоверные сведения о структуре таможенной стоимости в части включения в неё транспортных расходов.  

Между тем, указанные выводы таможенного органа суд признает необоснованными. 

В силу пункта 1 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.  

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза.  

Общество представило в таможенный орган копии договора транспортной экспедиции № 201123/1 от 20.11.2023 и поручение № 2 к нему от 15.07.2024 на организацию доставки рассматриваемой партии чипсов из ОАЭ, заключенные с экспедитором, а также акт выполненных работ № 2 от 15.07.2024, коносамент № DXB468998NVN, подтверждающие доставку товара до границы Российской Федерации, и пояснение о составе транспортных расходов от 02.09.2024.  

Таким образом, в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС расходы по доставке товаров до границы Российской Федерации, подлежащие уплате обществом на основании представленных документов, были обоснованно включены декларантом в таможенную стоимость товаров.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС последующие методы таможенной оценки используются, в частности, при отсутствии достоверной, количественно  

определяемой и документально подтвержденной информации, необходимой для осуществления дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренных указанной статьей.  

Согласно пунктам 9 и 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).  

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная ТК ЕАЭС, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).  

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.  

В оспариваемом решении таможенный орган самостоятельно определил таможенную стоимость товаров по резервному методу на основании статьи 45 ТК ЕАЭС.  

При этом таможенный орган указал, что в качестве источника информации для выбора основы для расчета вновь определенной таможенной стоимости товаров использовал сведения, предоставленные при ввозе идентичных/однородных товаров по ДТ № 10012020/120924/3039903.  

Однако, таможенный орган не обосновал, почему в качестве источника ценовой информации для выбора основы для расчета вновь определенной таможенной стоимости использованы сведения, содержащиеся в ДТ № 10012020/120924/3039903.  

При сравнении цены сделки с оцениваемыми товарами с примененной ценовой информацией, таможенным органом не учтено, что цена товаров была сформирована в процессе переговоров при исполнении контракта № 1801 от 18.01.2024 и согласована в спецификации № 3 от 12.07.2024 к нему в зависимости от рыночных условий, объема закупки и условий оплаты, на что Общество указывало в пояснении по формированию стоимости товара № 2156 от 24.10.2024. Однако, данные доводы общества не были учтены таможенным органом при вынесении оспариваемого решения.  

В то же время, согласованная сторонами цена сделки, указанная в инвойсе FZ-IT-02050 от 12.07.2024, подтверждается представленными в таможенный орган документами и фактом реального исполнения сделки ее сторонами.  

В связи с тем, что цена поставляемых товаров является результатом переговорного процесса между продавцом и покупателем, учитывающего как интересы сторон, так и ситуацию, складывающуюся на рынке, контрактные цены на реальные товары могут отличаться от цен, содержащихся в имеющейся у таможенного органа ценовой информации на аналогичные или сравниваемые товары, как в большую, так и в меньшую сторону. В связи с чем, с учетом положений пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС, цена ввезенных Обществом товаров не может быть отклонена по мотиву несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на идентичные (однородные) ввозимые товары.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости товаров по резервному методу, примененному таможенным органом в соответствии с оспариваемым решением, таможенная стоимость ввозимых товаров не должна определяться на основе системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей.  

Соответственно, согласно подпункту 2 пункта 5 статьи 45 ТК ЕАЭС при наличии указанной информации таможенный орган не имел правовых оснований принимать решение о корректировке заявленной Обществом таможенной стоимости по резервному методу (методу 6) в соответствии с указанной статьей на основе большей стоимости сделки с идентичными/однородными товарами, заявленной в ДТ № 10012020/120924/3039903.  

Документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.  

Суд считает, что у таможенного органа отсутствовали правовые основания для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в соответствии со статьями 313 и 325 ТК ЕАЭС в отношении заявленной Обществом таможенной стоимости товаров, так как таможенным органом не доказана невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метода 1) и не установлена недостоверность представленных обществом документов и сведений для подтверждения таможенной стоимости товаров, заявленной в ДТ N 10317120/120924/5044923.  

При изложенных обстоятельствах, оспариваемое решение таможенного органа противоречит нормам законодательства, а также нарушает права заявителя в предпринимательской сфере, поскольку повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товара и явилось основанием для излишней уплаты обществом сумм ввозной таможенной пошлины и НДС в размере 204 546 руб. 36 коп.  

В соответствии со статьей 13 ГК РФ ненормативный акт государственного органа, не соответствующий закону и иным правовым актам, и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица, может быть признан судом недействительным полностью или частично.  

В силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта государственного органа недействительным является одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов юридического лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием.  

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.  

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличие у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).  

На основании установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что заявленные по настоящему делу требования юридического лица подлежат удовлетворению.  

В силу статьи 201 АПК РФ суд при удовлетворении требований заявителя указывает на признание оспариваемых действий (бездействия) незаконными и обязанность соответствующих государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя в установленный судом срок.  

Из содержания пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ следует, что в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.  

По смыслу норм главы 24 АПК РФ возложение обязанности совершить определенные действия не является самостоятельным требованием, а рассматривается в качестве способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя и должно быть соразмерно нарушенному праву с учетом обстоятельств конкретного дела.  

Указание на способ защиты (восстановления) нарушенного права в случае признания ненормативного акта недействительным, а решения соответствующего органа – незаконными, является обязательным требованием к резолютивной части решения, без чего оно не может считаться полным и законным. В ином случае при определенных обстоятельствах не достигается цель обращения заинтересованного лица в арбитражный суд и, соответственно, должным образом не обеспечивается реализация судебной защиты его нарушенного права и охраняемого законом интереса.  

Согласно положениям пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ, суд должен сам выбрать способ восстановления нарушенных прав и законных интересов заявителя.  

Из изложенного следует, что, положения арбитражного процессуального законодательства прямо предписывают арбитражному суду в решении о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц - незаконными указывать на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, в том числе при отсутствии соответствующей просьбы в заявлении, по которому было принято такое решение арбитражного суда (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 № 1381-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Лесные технологии» на нарушение конституционных прав и свобод частью 1 статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»). При этом применяемая защитно-восстановительная мера должна отвечать определенным критериям, в том числе обеспечивать защиту и восстановление права, нарушенного этими актами (решениями), и быть обусловленной существом спора.  

Таким образом, окончательное определение способа восстановления нарушенного права при рассмотрении заявлений в порядке главы 24 АПК РФ является дискреционным полномочием арбитражного суда, реализация которого поставлена в зависимость от совокупности конкретных обстоятельств дела. Суд при выборе способа восстановления нарушенного права не ограничен указанной заявителем защитно-восстановительной мерой.  

Как следует из разъяснений пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных)  

платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда.  

Согласно п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, принятого по результатам таможенного контроля и влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенный орган в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных и взысканных платежей (пункт 3 части 4 и пункт 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, пункт 1 части 3 статьи 227 КАС РФ).  

В этой связи, определяя способ восстановления нарушенного права, принимая во внимание указанные выше положения Постановления Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», в целях восстановления нарушенных прав общества, суд обязывает Новороссийскую таможню возвратить обществу сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, понесенные заявителем при обращении в суд в размере 50 000 рублей, относятся на таможенный орган и взыскиваются с него в пользу заявителя.  

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 65, 106, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным решение Новороссийской таможни от 22 ноября 2024 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ № 10317120/120924/5044923.  

Обязать Новороссийскую таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем возврата ООО «ЭРИДАН» излишне уплаченных таможенных платежей в размере 204 564 рубля 36 копеек.  

Взыскать с Новороссийской таможни (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 28.01.2003, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭРИДАН» (ОГРН: 20.07.2009, ИНН: 

<

***>, адрес (место нахождения): 

<

...>, ком. 2) в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины 50 000 рублей.  

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Краснодарского края.  

Судья Н.В. Хахалева