﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-5702/2016

Резолютивная часть постановления объявлена  15 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июня 2020 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Малышевой И.А.,

судей							Доронина С.А.,

								Куклевой Е.А.-

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Торгового Дома «ДЭМ», общества с ограниченной ответственностью «Технолайн» на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.01.2020 (судья              Надежкина О.Б.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020 (судьи Фролова Н.Н., Зайцева О.О., Назаров А.В.) по делу № А45-5702/2016 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества Строительной компании «Афина-Паллада» (ИНН 5405260461, ОГРН 1035401940397) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Арктическая горная компания», общества с ограниченной ответственностью «СК РемПромСтрой», общества с ограниченной ответственностью «ИркутскСтройЦентр», общества с ограниченной ответственностью «Технолайн», общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «ДЭМ», конкурсного управляющего акционерным обществом Строительная компания «Афина-Паллада» к обществу с ограниченной ответственностью «Соло-Рент» о признании недействительным договора купли-продажи акций АО «КрЭВРЗ» от 17.12.2013, применении последствий недействительности сделки.

В заседании приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью Торгового Дома «ДЭМ» – Портнов А.А. – директор по решению единственного участника от 23.04.2020; общества с ограниченной ответственностью «Технолайн» – Портнов А.А. по доверенности от 19.05.2020; общества с ограниченной ответственностью «Соло-Рент» – Волков М.В. по доверенности от 28.01.2020, Рубцова М.С. по доверенности от 20.11.2017; акционерного общества «Красноярский электровагоноремонтный завод» – Спиричев М.Н. по доверенности от 16.10.2019 № 85.

Суд установил:

решением от 29.05.2017 Арбитражного суда Новосибирской области акционерное общество Строительная компания «Афина-Паллада» (далее - должник, АО СК «Афина-Паллада») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

	В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО СК «Афина-Паллада» его конкурсный управляющий и пять конкурсных кредиторов (общество с ограниченной ответственностью «Арктическая горная компания» (далее – общество «АГК»), общество с ограниченной ответственностью «СК РемПромСтрой» (далее - общество СК «РемПромСтрой»), общество с ограниченной ответственностью «ИркутскСтройЦентр» (далее - общество «ИркутскСтройЦентр»), общество с ограниченной ответственностью Торговый Дом «ДЭМ» (далее – общество ТД «ДЭМ»), общество с ограниченной ответственностью «Технолайн» (далее – общество «Технолайн»)) оспорили договор купли-продажи акций акционерного общества «Красноярский электровагоноремонтный завод» (далее – АО «КрЭВРЗ») от 17.12.2013, заключенный между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Соло-Рент» (далее – ответчик, ООО «Соло-Рент», общество «Соло-Рент»), просили признать указанный договор недействительным, применить последствия недействительности сделки.

	Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 10.01.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020, в удовлетворении требования о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности отказано.

	Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанции, общества ТД «ДЭМ» и «Технолайн» обжаловали их в кассационном порядке, ссылаясь на несоответствие выводов судов материалам дела, неверное применение норм материального и процессуального права.

	В обоснование кассационных жалоб их подателями приведены следующие доводы: суды пришли к ошибочным выводам об истечении срока исковой давности и о получении должником встречного исполнения по спорной сделке в виде векселей ответчика, которыми он рассчитался со своими  контрагентами за выполненные работы. 

	Срок исковой давности для конкурсного управляющего и кредиторов начинает течь не с момента начала конкурсного производства, как указали суды, а с момента возникновения субъективной осведомленности о совершении оспариваемой сделки, появления права оспаривать сделки, который судами не установлен, не принят во внимание факт непередачи конкурсному управляющему документов бывшим руководителем должника и аффилированным с ним ответчиком. 

	Реальность выполнения работ контрагентами, за которые ответчик рассчитался полученными от должника векселями, по мнению кассаторов, не установлена; конкурсному управляющему договоры купли-продажи векселей, заключенные между АО СК «Афина-Паллада» и обществами с ограниченной ответственностью «Кардинал», «Сити», «УНР-1-20» Строительная компания «Абсолют», не переданы; согласно бухгалтерской отчетности у данных организаций не имелось ресурсов для выполнения работ, в соглашениях о взаимных расчетах указаны неполные реквизиты договоров, по которым проводились зачеты, что не позволяет их идентифицировать и проверить; данные контрагенты между собой аффилированы, поскольку в разное время управлялись одними и теми же директорами, выдавали доверенности одним лицам, суммы векселей  идентичны суммам задолженности по договорам подряда; организации, получившие векселя, ликвидированы, при этом решение о ликвидации одного из контрагентов – общества «УНР-1-20»  принято на следующий день после заключения договора купли-продажи векселей; все документы подписаны  одной датой; вексельная схема использована для создания видимости расчетов с контрагентами, в дело не представлено доказательств предъявления векселей к оплате, равно как и доказательств оплаты вексельного долга обществом «Соло-Рент»; отсутствует экономическая целесообразность совершения спорных сделок, поскольку, получив данные векселя и не предъявив их к оплате, контрагенты фактически предоставили ответчику беспроцентную рассрочку на пять лет, в течение которых ликвидировались; в спорный период общества «Соло-Рент» и СК «Афина-Паллада» контролировались одним лицом (Магакеляном Г.Г.), в связи с чем контрагентам должника неважно было, кто из указанных организаций оплатит им векселя (общество «Соло-Рент» или общество СК «Афина-Паллада»), должник мог оставить акции у себя, сохранив актив и возможность получения дивидендов, размер которых за период владения акциями общества «Соло-Рент» составил свыше 600 000 000 руб. 

	Изложенные обстоятельства, по мнению кассаторов, свидетельствуют об отсутствии экономической целесообразности сделки по отчуждению акций. Кассаторы утверждают, что, делая вывод об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент отчуждения акций,                            суды не приняли во внимание, что должник стал отвечать признакам недостаточности имущества в результате отчуждения данного значительного актива, при этом осведомленность покупателя об указанном обстоятельстве презюмируется в силу наличия отношений взаимозависимости покупателя и продавца акций (Магакелян Г.Г. владел 100 % участия в обществе «Соло-Рент» и 100 % акций общества СК «Афина – Паллада»); согласно данным бухгалтерского учета активы должника с 2012 по 2016 годы составляли от 11 до 8 миллиардов рублей, однако, конкурсным управляющим выявлено имущество на сумму около 200 миллионов рублей, что значительно ниже данных бухгалтерского учета и дает основания полагать, что изложенные в нем сведения являются недостоверными, а выводы судов об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки-недостаточно обоснованными; указывают, что общество «Соло-Рент» не способно оплатить задолженность по вексельному долгу, согласно полученных из открытых источников данных бухгалтерской отчетности за 2015-2017 годы основным источником дохода ответчика за указанный период являлся доход от участия в других организациях, то есть от спорных акций, иной деятельности  общество «Соло-Рент» не ведет; суды отказали в назначении экспертизы для установления реальной стоимости векселей, номинальная стоимость которых не соответствовала заявленной, не исследовали финансовое состояние векселедателя;                      сами векселя в дело не представлены, равно как и их копии, что не позволило проверить наличие в них обязательных реквизитов, установленных Положением о переводном и простом векселе, введенном в действие постановлением Центрального исполнительного комитета и Совета народных комиссаров СССР от 07.08.1937 № 104/1341, в связи с чем кассаторы считают выводы о ликвидности и экономической целесообразности сделки, а также об отсутствии доказательств злоупотребления правом сторонами сделки необоснованными, поскольку спорная сделка аффилированных лиц, в результате которой должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, в отсутствие доказательств оплаты векселей совершена с целью прикрыть договор дарения между должником и ответчиком, что противоречит пункту 4 статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), соответствует  признакам статьи 170 ГК РФ; сделка имела цель причинения ущерба кредиторам в результате вывода ликвидного актива; на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства,  наличие которых подтверждено судебными актами. С учетом изложенного, кассаторы просят отменить судебные акты с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

	От АО «КрЭВРЗ», ООО «Соло-Рент» поступили отзывы на кассационные жалобы, в которых они просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

	Конкурсный управляющий АО СК «Афина-Паллада» направил отзыв, который судом кассационной инстанции во внимание не принят ввиду несоблюдения требований статьи 279 АПК РФ о направлении копии отзыва в адрес других лиц, участвующих в деле, в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания.

	Представители участвующих в деле лиц в судебном заседании поддержали свои доводы, изложенные в кассационных жалобах, отзывах на них.

	Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

	Судами установлено, что 17.12.2013 АО СК «Афина-Паллада»  (продавец)  и  общество «Соло-Рент» (покупатель) заключили договор купли-продажи акций от 17.12.2013, согласно которому должник продал ответчику 1 556 189 обыкновенных именных бездокументарных акций АО «КрЭВРЗ» номинальной стоимостью 1 000 рублей за одну акцию.

	На момент совершения сделки должник и ответчик являлись аффилированными лицами по признаку единого участника (акционера), поскольку  Магакелян Г.Г. владел 100% участия в обществе «Соло-Рент» и 100% акций общества СК «Афина – Паллада».

	Расчет за проданные акции ответчик произвёл собственными векселями по акту приема-передачи от 17.12.2013.

	Полагая, что посредством совершения данной сделки должником в пользу взаимозависимого лица безвозмездно выведен крупный ликвидный  актив, сделка совершена аффилированными лицами в результате злоупотребления правом и с намерением причинить ущерб независимым кредиторам АО СК «Афина-Паллада», а должник  в результате отчуждения акций утратил платежеспособность, конкурсный управляющий и пять конкурсных кредиторов общества оспорили договор купли - продажи акций на основании пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

	Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции, выводы которого поддержаны апелляционным судом, исходил из пропуска срока исковой давности, отсутствия признаков неплатежеспособности должника на момент совершения  сделки, а также из отсутствия доказательств  неравноценности встречного исполнения по ней, поскольку по сделке должником от ответчика получены векселя, которыми он распорядился 24.01.2014, оплатив  работы, выполненные его контрагентами (обществами «Кардинал», «Сити», «УНР-1-20» Строительная компания «Абсолют»).

	В процессе рассмотрения спора суды отклонили ходатайство кредитора – общества ТД «ДЭМ» о назначении экспертизы для определения рыночной стоимости векселей, указав на отсутствие необходимости применения специальных познаний для установления данного обстоятельства.

	Изучив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, заслушав доводы представителей лиц, участвующих в обособленном споре, суд округа приходит к выводу о неверном исчислении судами срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, а выводы по существу спора полагает сделанными при неполном исследовании обстоятельств, подлежащих установлению в рамках настоящего обособленного спора.

	В своих выводах относительно порядка исчисления срока исковой давности суд округа исходит из следующего:

	Право конкурсного управляющего оспаривать сделки должника для реализации интересов кредиторов и возврата должнику его имущества  установлено пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве. Срок исковой давности по таким требованиям для конкурсного управляющего исчисляется с момента, когда он узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

	Пунктом 2  статьи 61.9 Закона о банкротстве право оспаривать сделку, совершенную в ущерб интересам кредиторов, предоставлено также самим конкурсным кредиторам, размер кредиторской задолженности перед которыми, включенный в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

	Из материалов дела следует, что решение о признании  должника банкротом принято 29.05.2017. 

	Тремя кредиторами (обществами «АГК», «ИркутсткСтройЦентр», СК «РемПромСтрой») заявление об оспаривании сделки подано 15.06.2018.  

	Конкурсный управляющий и два кредитора (общества ТД «ДЭМ» и «Технолайн») присоединились к данному заявлению 23.07.2018.

	Признавая пропущенным годичный срок исковой давности для всех заявителей, суды исчисли его для общества «Технолайн» - с 13.03.2017 (с момента проведения первого собрания кредиторов должника, на котором обсуждался вопрос об оспаривании договора купли-продажи акций и на котором присутствовал представитель ООО «Технолайн»), для остальных четырех кредиторов - заявителей и конкурсного управляющего - с 29.05.2017 (даты признания должника банкротом), учитывая даты включения требований кредиторов в реестр и их активную позицию по настоящему делу.

	При этом судами не учтено, что дата потенциальной субъективной  осведомленности конкурсного управляющего об обстоятельствах заключения сделки, с которой следует исчислять срок исковой давности,  устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

	Под надлежащим предъявлением в арбитражный суд требования о признании недействительным договора понимается подача заявления с соблюдением правил о форме и содержании такого заявления, а также других положений процессуального закона и Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2012 № 15935/11).

	Для оспаривания сделки как по основаниям, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и по общим гражданским основаниям, конкурсному управляющему и кредиторам необходимо располагать  сведениями не только о факте совершения сделки, но и о наличии оснований для ее оспаривания, что предполагает получение сведений об обстоятельствах ее совершения, положенных в основу требования о признании сделки недействительной (аффилированности участников, характере встречного исполнения).

	В этой связи при установлении момента субъективной осведомленности конкурсного управляющего о наличии оснований для оспаривания сделки суду необходимо учесть время, объективно необходимое разумному конкурсному управляющему для получения информации, в том числе такой, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок со злоупотреблением правом. Для реализации своих полномочий, в частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника, затем оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40-154653/2015).

	Аналогичный порядок применяется при исчислении сроков давности оспаривания сделки по требованиям конкурсных кредиторов, в отношении которых, помимо осведомленности о наличии оснований для оспаривания сделки,  подлежит установлению момент возникновения у них права на ее оспаривание, то есть момент осведомленности о превышении совокупного размера их требований минимального значения, при котором допускается оспаривание сделок кредиторами  по правилам пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве (десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц).

	В рассматриваемой ситуации судами не установлен момент возникновения у конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов субъективной осведомленности  о  наличии оснований для оспаривания сделки (отсутствии либо неравноценности встречного исполнения, аффилированности сторон сделки), у конкурсных кредиторов – также осведомленности о наличии права оспаривать сделку, не принят во внимание факт непередачи документов конкурсному управляющему бывшим руководителем должника и аффилированным с ним ответчиком, без установления которых суд округа не может признать обоснованными выводы об истечении срока исковой давности в отношении спорной сделки.

	Делая выводы по существу спора о том, что на момент совершения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности, а спорная сделка совершена при равноценном встречном исполнении, поскольку расчет по ней был произведен векселями ответчика, которыми должник в свою очередь рассчитался со своими контрагентами за выполненные работы, суды не проверили доводы заявителей и не установили фактическую стоимость переданных в оплату акций векселей ответчика, их ликвидность, отклонив ходатайство о проведении соответствующей экспертизы; не дали оценки доводам о том, что ответчик реальных затрат на приобретение акций по спорной сделке не понес, поскольку векселя к оплате не предъявлены, а контрагенты должника, которым они переданы, не имели ресурсов для выполнения работ, за которые произведен расчет векселями, являлись взаимозависимыми, суммы векселей  идентичны суммам задолженности по договорам подряда; организации, получившие векселя, ликвидированы и не могут предъявить их к оплате.

	Делая вывод о том, что на момент совершения сделки должник являлся платежеспособным, суды не оценили степень влияния выбытия столь значительного актива должника как акции стоимостью свыше 1,5 млрд. руб. на его платежеспособность, не дали оценки доводам заявителей о том, что сделка совершалась при наличии подтвержденных судебными актами неисполненных обязательств перед иными кредиторами, а неплатежеспособность должника является следствием совершения спорной сделки по отчуждению акций.

	Суд округа полагает, что данные обстоятельства являются существенными для рассмотрения спора по существу, а доводы кассационных жалоб в данной части обоснованы, исходя из следующего.

	Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

	При этом пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве по существу является частным случаем пункта 1 этой же статьи, поскольку предполагает оспаривание сделки с неравноценным встречным  исполнением (причинившей вред имущественным правам кредиторов), совершенной с противоправной целью.

	Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

	Оспариваемая сделка совершена 17.12.2013, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (свыше одного года, но в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом 31.03.2016), в связи с чем для признания ее недействительной как подозрительной, помимо неравноценности встречного исполнения, суду необходимо установить наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, причинение вреда имущественным правам кредиторов и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») (далее – Постановление № 63)).

	Распределение бремени доказывания по спорам о признании недействительной сделки по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций, закрепленных в абзацах первом  - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

	Презумпцией осведомленности контрагента о противоправной цели совершения сделки, в частности, является признание его заинтересованным лицом (абзац 1 пункта 2 статьи 61.2). Данная презумпция является опровержимой, то есть применяется, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления № 63).

	Кроме того, согласно абзацу четвертому пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

	В силу статьи 10  ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

	Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25               «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

	Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

	Для констатации недействительности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно).

	Заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения ликвидного актива аффилированному лицу безвозмездно или по заведомо заниженной цене, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/2010).

	Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица  в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях  подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения кредиторов и конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на аффилированные стороны сделки.

	В целях недопущения ущемления прав кредиторов на получение адекватного удовлетворения требований за счет конкурсной массы  указанный стандарт подлежит применению и в спорах о признании недействительными сделок  должника с аффилированными контрагентами в преддверии банкротства, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что конкурсный управляющий как лицо, не участвовавшее в такой сделке, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. 

	В то же время он может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки (так называемые доказательства опровержимой презумпции (prima facie)), а  на ответчике как аффилированной с должником стороне сделки лежит обязанность по опровержению таких разумных сомнений конкурсного управляющего.

	При оценке доводов о пороках сделки в таких случаях суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

	При установлении условий для признания недействительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует учитывать наличие опровержимой презумпции осведомленности заинтересованного ответчика о противоправной цели совершения сделки.

	При рассмотрении настоящего спора судами установлено, что спорная сделка повлекла выбытие крупного актива должника – 99 % обыкновенных именных бездокументарных акций АО «КрЭВРЗ» стоимостью свыше           1,5 млрд. руб. 

	Помимо этого, в результате ее совершения должник утратил право на получение дивидендов по акциям, размер которых по расчетам заявителей за истекший период составил свыше 600 млн. руб.

	При этом стороны спорной сделки являлись аффилированными друг с другом лицами согласно статье 19 Закона о банкротстве по признак у единого участника (акционера), поскольку Магакелян Г.Г. владел 100 % участия в обществе «Соло-Рент» и 100 % акций  АО СК «Афина –Паллада», а значит, их интересы в деле о банкротстве могут совпадать и быть противопоставлены интересам независимых кредиторов, в связи с чем бремя опровержения сомнений конкурного управляющего и кредиторов относительно наличия и равноценности  встречного равноценного исполнения по сделке в данном случае возложено на аффилированного ответчика как на бенефициара и сторону спорной сделки.

	Признавая обоснованной позицию ответчика о равноценности встречного исполнения, поскольку расчет по сделке произведен его векселями, которые должник использовал для расчетов с контрагентами за выполненные работы, суды не проверили наличие у данных контрагентов должника  ресурсов (материальных, трудовых), объективно необходимых для выполнения работ, в оплату которых переданы векселя на столь значительную сумму, а также не установили фактическую стоимость векселей, их дальнейшую судьбу и факт предъявления их к оплате, в то время как данные обстоятельства имеют существенное значение для настоящего спора как при проверке равноценности встречного исполнения применительно к пункту 2 стати 61.2 Закона о банкротстве, так и при проверке доводов о злоупотреблении правом применительно к статье 10 ГК РФ,  и в силу приведенных выше доказательственных презумпций подлежат доказыванию ответчиком как стороной по сделке и векселедателем. 

	При наличии у кредиторов и конкурсного управляющего обоснованных сомнений в факте выполнения контрагентами должника работ, в оплату которых переданы векселя и которые могли быть выполнены должником самостоятельно в силу специфики осуществляемой им деятельности, мотивированных отсутствием необходимых ресурсов и наличием у всех контрагентов одних руководителей (в разное время), синхронностью хозяйственных операций, идентичностью сумм задолженности с суммами векселей, ликвидацией контрагентов до предъявления векселей к оплате, в обязанности суда входило установление реального осуществления заявленными контрагентами хозяйственной деятельности и выполнения ими работ по договорам с должником, с целью исключения фиктивного использования реквизитов номинальных организаций для оправдания формального документооборота с использованием безденежной (вексельной) схемы расчетов для безвозмездной передачи ликвидного актива в пользу аффилированного ответчика.

	Вексель является ценной бумагой, помимо прочего, удостоверяющей обязательство векселедателя заплатить определенную денежную сумму векселедержателю. Следовательно, номинальная сумма векселя не всегда тождественна его фактической стоимости, ликвидность данной ценной бумаги зависит от платежеспособности эмитента.

	В подтверждение того, что векселями задолженность по спорной сделке не оплачена, конкурсный управляющий и кредиторы ссылались на  отсутствие у общества «Соло-Рент»  активов в объеме, необходимом для обеспечения векселей на спорную сумму, а также на то, что векселя выданы с длительной отсрочкой платежа, к оплате не предъявлены и не могут быть предъявлены по причине ликвидации тех организаций, которым они переданы должником в оплату выполненных работ. В обоснование своего довода кредитор - общество ТД «ДЭМ» заявил ходатайство о проведении экспертизы рыночной стоимости векселей для определения их фактической стоимости и ликвидности.

	Указанным доводам заявителей суды не дали правовой оценки, ходатайство о проведении экспертизы рыночной стоимости векселей отклонили, не исследовали финансовое состояние векселедателя и не установили реальную рыночную стоимость переданных в счет оплаты за акции векселей, в то время как данные обстоятельства имели существенное значение для определения равноценности встречного исполнения и размера реституционного требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2016 № 305-ЭС16-13167 по делу № А40-166087/2013, от 30.01.2017 № 305-ЭС16-12827 по делу № А40-121454/2012).

	Кроме того, в деле отсутствуют копии векселей. 

	Общество «Соло-Рент», как плательщик по сделке и эмитент,  не представило доказательств предъявления векселей кем-либо к оплате, подтверждающих несение им реальных расходов по оплате векселей, использованных в качестве средства платежа по сделке, либо наличие перспективы их несения с учетом того что контрагенты должника, которым векселя были переданы в оплату за выполненные работы, ликвидированы, а значит предъявить векселя к оплате некому, к тому же срок их предъявления истек. 

	В отсутствие копий векселей, доказательств предъявления векселей к платежу, несения ответчиком расходов на их  оплату в ситуации ликвидации векселедержателей и истечения срока предъявления векселей к оплате, без установления факта выполнения работ контрагентами должника, которым переданы векселя, без подтверждения ликвидности и фактической стоимости векселей, равноценной стоимости переданных ответчику акций, у судов не имелось оснований для вывода о наличии равноценного встречного исполнения со стороны ответчика, в связи с чем судебные акты подлежат отмене по мотиву несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела, имеющимся в деле доказательствам нарушения норм процессуального права при распределении бремени доказывания, с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции (часть 1 статьи 288 АПК РФ).

	При новом рассмотрении спора судам следует устранить допущенные недостатки, установить момент субъективной осведомленности  конкурсного управляющего и кредиторов о наличии оснований для оспаривания сделки применительно к приведенным выше разъяснениям для целей исчисления срока исковой давности, исчислить сроки исходя из оснований оспаривания сделки; при рассмотрении доводов заявителей по существу: оценить влияние спорной сделки на утрату должником платежеспособности; провести экспертизу рыночной стоимости векселей, переданных в оплату акций; установить судьбу векселей, факт предъявления (не предъявления) их к оплате, возможность предъявления их к оплате либо ее утрату; дать оценку доводам заявителей об отсутствии у контрагентов должника ресурсов, необходимых для выполнения работ, расчет за которые произведен векселями, и о формальном использовании их реквизитов в обоснование вексельной схемы оплаты.

	В отсутствие доказательств несения ответчиком реальных расходов на оплату векселей и невозможности предъявления их к оплате судам надлежит также исследовать вопрос о возмездности спорной сделки, установить ее действительный смысл и направленность воли сторон применительно к  положениям пункта 2 статьи 170, подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ, устанавливающим правило о ничтожности притворной сделки, совершенной с целью прикрыть другую сделку (в данном случае  договора купли -продажи, совершенного с целью прикрыть договор дарения  в обход законодательно установленного запрета на дарение между коммерческими организациями).

	Суду надлежит оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, на основании чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения, распределить расходы на уплату государственной пошлины.

	Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.01.2020 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020 по делу № А45-5702/2016 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

председательствующий								И.А. Малышева

судьи											С.А. Доронин

												Е.А. Куклева