АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-14940/2022

Дело № А55-38196/2019

г. Казань

22 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июня 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 июня 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Гильмутдинова В.Р., Минеевой А.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мусиной Л.И. (протоколирование ведется с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии в режиме веб-конференции представителей:

АО «Акционерный банк «Россия» – ФИО1, доверенность от 22.11.2022,

ООО «Кипер» – ФИО2, доверенность от 01.07.2022, доверенность от 29.04.2022,

финансового управляющего ФИО3, лично, паспорт,

при участии представителей, присутствующих в Арбитражном суде Поволжского округа:

ФИО4 – ФИО5, доверенность от 02.08.2022,

ФИО6 – ФИО7, доверенность от 10.03.2023,

ФИО8 – ФИО9, доверенность от 20.06.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  финансового управляющего ФИО3 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023

по делу № А55-38196/2019

по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Высота» 05.12.2019 обратилось в Арбитражный суд Самарской области суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (далее – должник, ФИО4), мотивируя заявленные требования неисполнением должником требования по денежным обязательствам в размере 2 000 000 руб. (просроченная задолженность по основным процентам).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.07.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО10.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 24.08.2022 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать единой недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимости от 26.11.2015, заключенный между должником ФИО4 и ФИО6, а также договор купли-продажи недвижимого имущества с использованием кредитных средств от 31.05.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО8 в отношении следующего имущества, находящегося по адресу: Самарская область, г. Самара, Кировский район. Поляна ФИО11, Просека 9, Овраг Артек, д. 122, - здание, жилой дом, объект ИЖС, кадастровый номер 63:01:0202001:792, площадь 1145 кв. м, - земельный участок, кадастровый номер 63:01:0202001:73, площадь 9800 кв. м (далее – недвижимое имущество).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2022 ходатайство финансового управляющего о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости оставлено без удовлетворения;   в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности отказано. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО3 просит обжалуемые судебные акты отменить, признать единой недействительной сделкой договор купли-продажи недвижимости от 26.11.2015, заключенный между гражданином-должником ФИО4 и ФИО6, а также договор купли-продажи недвижимого имущества с использованием кредитных средств от 31.05.2019, заключенный ФИО6 со ФИО8 в отношении недвижимого имущества, применить последствия недействительности оспариваемой сделки и возвратить в конкурсную массу должника ФИО4 отчужденные объекты недвижимости. Либо признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 21.11.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО6, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу ФИО4 денежных средств в размере 50 000 000 руб.

Заявитель кассационной жалобы полагает, что выводы судов основаны на неполном исследовании обстоятельств спора; судами неправомерно отказано в применении ретроспективного периода для оспаривания сделок; не учтена задолженность должника перед иными кредиторами; не согласен с выводами судов о наличии встречного предоставления, в отсутствие достоверных доказательств финансовой состоятельности ответчиков; не применены положения статьи 10 ГК РФ; не выяснено, как должник распорядился денежными средствами; апелляционный суд вышел за пределы доводов апелляционной жалобы, придя к иному выводу об отсутствии аффилированности сторон оспариваемых сделок.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО3, представители общества с ограниченной ответственностью «Кипер» и АО «Акционерный банк «Россия», ФИО8, ФИО6 и ФИО4 высказали доводы и возражения относительно кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов и возражений на нее, заслушав представителей участвующих в деле лиц, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов данного обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 21.11.2015 между должником -ФИО4 и ФИО6 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества.

В соответствии с пунктом 2 договора стоимость отчуждаемого имущества составила 50 000 000 руб., в том числе 30 000 000 руб. за земельный участок и 20 000 000 руб. за жилой дом.

Оплата за имущество произведена ФИО6 в полном объеме, что подтверждается соответствующими выписками по расчетному счету, а также платежными поручениями № 293247 от 18.12.2015 на сумму 6 500 000 руб., № 296212 от 24.12.2015 на сумму 6 500 000 руб., № 298862 от 29.12.2015 на сумму 8 700 000 руб., № 301851 от 11.01.2016 на сумму 8 100 000 руб., № 304066 от 15.01.2016 на сумму 8 100 000 руб., № 306538 от 20.01.2016 на сумму 8 100 000 руб., № 309788 от 26.01.2016 на сумму 4 000 000 руб.

Переход права собственности зарегистрирован в Управлении Росреестра по Самарской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 26.11.2015 сделана запись о регистрации № 63-63/001-63/001/772/2015-5605/2.

Впоследствии, 29.05.2019 между ФИО6 и ФИО8 заключен договор купли-продажи указанного недвижимого имущества.

Согласно пункту 1.4 договора купли-продажи недвижимого имущества с использованием кредитных средств от 29.05.2019, покупатель приобретает недвижимое имущество с использованием собственных и кредитных средств, предоставленных акционерным обществом «КОШЕЛЕВ-БАНК», по кредитному договору № 

<

***> от 2.05.2019.

Цена договора составила 50 000 000 руб., в том числе жилой дом – 22 000 000 руб., земельный участок – 28 000 000 руб.

Согласно пунктам 2.2.1, 2.2.2 договора, сумма в размере 10 000 000 руб. внесена покупателем на аккредитивный счет до подписания настоящего договора за счет собственных средств; сумма в размере 40 000 000 руб. выплачивается покупателем продавцу на аккредитивный счет за счет кредитных средств. Факт перечисления аккредитива подтвержден представленной выпиской по лицевому счету. 

Переход права собственности зарегистрирован в Управлении Росреестра по Самарской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 31.05.2019 сделана запись о регистрации № 63:01.0202001.792-63/001/2019-4. 

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными, финансовый управляющий приводил доводы о том, что оспариваемая сделка между ФИО4 и ФИО6 совершена за пределами трехлетнего периода с момента возбуждения 15.01.2020 производства по настоящему делу о банкротстве, при этом  сделка совершена в пределах трехлетнего периода до возбуждения 22.03.2018 производства по первому делу о банкротстве должника № А55-6578/2018; о применении ретроспективного подхода к определению периода подозрительности сделок, который позволит проверить те сделки, которые совершались в искусственно созданных самим должником условиях видимости его финансового благополучия, но в действительности были направлены на вывод ликвидных активов управления с недобросовестными целями, указывая на систематическую подачу кредиторами заявлений о банкротстве и последующее погашение требований этих кредиторов, со ссылкой на Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21) по делу № А41-1022/2016; финансовый управляющий приводил доводы о необходимости учитывать обстоятельства возбуждения определением от 02.04.2018 по делу № А56-30651/2018 производства по делу о банкротстве в отношении ФИО12, конечного бенефициара ПАО «БалтИнвестБанк», наряду с должником, что подтверждается Планом финансового оздоровления банка с участием государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», утвержденного решением Совета директоров Банка России от 03.12.2015), а также определением Арбитражного суда Самарской области от 28.06.2019 по делу № А55-15366/2019.

Разрешая данный обособленный спор, суд первой инстанции, учитывая что оспариваемые договоры заключены 21.11.2015 (государственная регистрация права состоялась 26.11.2015)  и 29.05.2019 (государственная регистрация права 31.05.2019), дело о банкротстве гражданина возбуждено 15.01.2020, с учетом положений пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»,  установил, что сделки могут быть оспорены по специальным нормам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве» (далее - Закон о банкротстве), поскольку совершены после 01.10.2015.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в преддверии банкротства. Подобные сделки могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно абз. 3, 4 п. 8, Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. Следовательно, для признании сделкой недействительной необходима совокупность следующих условий: сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

В соответствии с абз. 1, 2, 4 п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Отклоняя доводы финансового управляющего о необходимости применения ретроспективного подхода к определению периода подозрительности, суд первой инстанции исходил из того, что по общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления № 35, такой датой является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным.

Между тем, судом было учтено, что поскольку дело № А56-30651/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО12 возбуждено  определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области   02.04.2018, указанная дата не может определяться при определении периодов подозрительности сделок, совершенных иным лицом – ФИО4

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Самарской области от 29.08.2018 по делу № А55-6578/2018 утверждено мировое соглашение, производство по заявлению АО КБ «Солидарность» о признании должника ФИО4 несостоятельным (банкротом) в рамках дела № А55-6578/2018 прекращено.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2021 АО «КБ «Солидарность» выдан исполнительный лист, при этом было установлено, что задолженность была частично погашена, последний платеж осуществлен 30.12.2019.

Вместе с тем, судом первой инстанции принято во внимание, что определением Арбитражного суда Самарской области от 30.05.2019 по делу № А55-6578/2018 заявление ООО «УСТ – офисная недвижимость» о признании ФИО4 несостоятельным (банкроом) признано необоснованным, поскольку срок для погашения возникших и просроченных обязательств перед указанным кредитором установлен до 05.06.2019; вместе с тем,  определением Арбитражного суда Самарской области суда от 10.12.2019 по делу А55-15366/2019 заявление ООО «РНГО» о признании гражданина ФИО4 несостоятельным (банкротом) признано необоснованным, поскольку срок для погашения возникших и просроченных обязательств перед указанным кредитором также установлен до 05.06.2019.

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о  нетождественности фактических обстоятельств, изложенных в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21) по делу № А41-1022/2016, на которые ссылается заявитель и обстоятельств настоящего дела о банкротстве должника.

При этом, судом первой инстанции установлено, что в данном деле отсутствует конкуренция заявлений о признании должника банкротом и ситуации неопределенности относительно статуса дела о банкротстве, дело о банкротстве возбуждено 15.01.2020 и именно с этой даты следует исчислять срок для определения подозрительных сделок.

По мнению суда первой инстанции, заключение мирового соглашения с АО КБ «Солидарность», утвержденное определением Арбитражного суда Самарской области от 29.08.2018 по делу № А55-6578/2018, не свидетельствует о наличии недобросовестности в действиях должника по установлению указанным соглашением порядка погашения задолженности.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об определении признаков подозрительности сделок должника, указанных в п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  исходя из даты возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве, а именно 15.01.2020.

Поскольку оспариваемый договор с должником заключен 21.11.2015, государственная регистрация права собственности состоялась 26.11.2015, дело о банкротстве возбуждено 15.01.2020, следовательно,  сделка заключена более, чем за три года до принятия заявления о банкротстве к производству.

Признавая необоснованными доводы финансового управляющего о том, что оспариваемые договоры являются единой цепочкой сделок, направленных на отчуждение имущества должника, подлежащей оспариванию с учетом правовой позиции, сформулированной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021), суд первой инстанции, с учетом пункта 3 статьи 19, абз. 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установил, что ФИО6 и должник на момент совершения сделки купли-продажи объекта недвижимости являлись аффилированными лицами.

При этом судом первой инстанции принято во внимание, что ФИО6 в период с 28.09.2006 по 01.02.2008 являлась сотрудником ОАО «СПЗ» (ИНН: 

<

***>), в котором ФИО4 признан контролирующим должника лицом (№ А55- 8849/2017), являлась сотрудником ООО «СПЗ» (ИНН: 

<

***>), который располагается по одному адресу с ООО «ТД СПЗ-Групп» (ИНН: 

<

***>), ФИО4 выдана доверенность на ФИО6 сроком на три года для осуществления снятия с учета принадлежащего ФИО4 снегохода SUMMIT FR 2010 г.в. государственный рег. знак 46 05 СА 63, а также тем обстоятельством, что ФИО4 совершал перечисления денежных средств в адрес ФИО6 на протяжении всего 2017 года; в период с 11.08.2014 по 09.08.2017 являлась участником и руководителем ООО «СПЗ» ИНН 

<

***>, зарегистрированного по адресу г.Самара, ул.22 Партсъезда, 7А, которое имеет единый адрес регистрации с ООО «Торговый дом СПЗ-Групп» ИНН 

<

***>, которое является аффилированным по отношению к должнику, поскольку являлась контрагентом ООО «ТД СПЗ-ГРУПП», ИНН 

<

***>, аффилированного с должником общества, а именно получала займ (сделка, прикрывающая вывод активов под видом выдачи займа), что подтверждено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 18.08.2022 по делу № А55-13922/2021.

Апелляционным судом выводы суда первой инстанции об аффилированности ФИО6 с должником опровергнуты, поскольку, в период с 2006 по 2008 годы ФИО6 являлась сотрудником ОАО  «СПЗ» (ИНН 

<

***>), подконтрольного должнику, однако в последующие годы сотрудником указанной организации ОАО «СПЗ» (ИНН 

<

***>) не являлась, как не являлась сотрудником  иных организаций, контролируемых должником, в связи с чем на момент совершения оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.2015 с должником, ФИО6 сотрудником организаций, контролируемых должником, не являлась; оспариваемая сделка купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.2015 была совершена ФИО6 и должником спустя продолжительное время после прекращения работы ФИО6 в ОАО «СПЗ» в 2008 году; доверенность от 13.06.2017 на имя ФИО6  на право подачи заявления на снятие с регистрационного учета снегохода SUMMIT 2010 г. не предусматривает полномочий ФИО6 на совершение каких-либо сделок от имени ФИО4 с его имуществом, на получение денежных средств или иного имущества от третьих лиц от имени должника, и таким образом не подтверждает аффилированность должника и ФИО6; обстоятельства, установленные в определении Арбитражного суда Самарской области от 18.08.2022 о принятии мер по обеспечению иска по делу № А55-13922/2021, не доказывают аффилированность ФИО6 по отношению к должнику , поскольку указанное определение суда не связано с настоящим спором. ФИО6 как учредитель и директор  ООО «СПЗ» (ИНН 

<

***>), исходя из материалов дела, не имела отношения к ООО «ТД СПЗ-Групп» (ИНН 

<

***>), к ООО «Торговый дом СПЗ-Групп» (ИНН 

<

***>),  договоров займа с указанными организациями не заключала. Также ФИО6 и ООО «СПЗ» (ИНН 

<

***>) не являются участниками судебного спора по делу № А55-13922/2021; совпадающий адрес регистрации указанных юридических лиц не может являться достоверным подтверждением аффилированности ФИО6 и должника.

Признавая необоснованными доводы финансового управляющего в обоснование аффилированности должника и ФИО6 о перечислении денежных средств должником на счета ФИО6 в 2017 году суммы в размере 25 000 руб., 3233 руб., 98 800 руб., 38 640 руб., 100 тыс. руб., а всего 265 673 руб., суды исходили из того, что указанная сумма  не является значимой в рамках настоящего спора и явно несоразмерна сумме оспариваемого договора купли-продажи недвижимого имущества в 50 млн. руб., а также то, что поскольку указанные перечисления производились в 2017 году, то есть значительно позднее оспариваемой сделки купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.2015, сам по себе факт таких перечислений не может свидетельствовать об аффилированности ФИО6 и должника.

 Доказательств совершения должником и ФИО6  сделок на условиях, недоступных о обычным участникам рынка, а также свидетельствующих о наличии юридической аффилированности ФИО6 по отношению к должнику ФИО4 в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, Федеральным законом от 26.07.2006 «О защите конкуренции», в материалах дела не имеется и судами не установлено.

В подтверждение наличия денежных средств, позволявших оплатить сумму по договору купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.2015, ФИО6 представлен договор №  ПКС–0032/14 купли-продажи векселей от 10.11.2014, по условиям которого ФИО6 (Продавец) продала ОАО «Балтинвестбанк» (Покупатель) 10 векселей №№ 013348-013357, на общую сумму в 1 021 260,50 долларов США. Согласно акту приема-передачи векселей к договору №  ПКС – 0032/14 купли- продажи векселей от 10.11.2014, в указанную дату ФИО6  были переданы Банку 10 векселей №№ 013348-013357, сумма сделки, вырученная ФИО6 от продажи ОАО «Балтинвестбанк» принадлежавших ей векселей, составила на дату продажи, исходя из расчетов, имеющихся в материалах дела, 47 103 904 руб.

Также, в материалах дела имеется письмо ОАО «Балтинвестбанк» от 14.04.2015 № 1043, согласно которому банк подтверждает, что за 2014 год ФИО6 был выплачен доход в виде процентов по собственным векселям 1 764 276 руб. 15 коп., удержан НДФЛ 229 355 руб., что подтверждает действительное наличие у ФИО6 в собственности векселей. В указанном письме банком приведен перечень из 21 векселя, находившихся в собственности ФИО6 в 2014 году,  из которых векселя №№ 013348 – 013357,  всего 10 шт., на сумму  1 000 000 (один миллион)  долларов США, и векселя №№ 013358, 013389-013398 , всего 11 штук, на общую сумму   48 580 тыс. руб.

При этом доказательств, опровергающих финансовую возможность ФИО6 по оплате сделки, а также достоверность представленных в материалы дела доказательств, финансовым управляющим не представлено; заявлений о недостоверности или о фальсификации документов не заявлено.

При этом материалами дела подтверждается, что ФИО6 оплатила стоимость недвижимого имущества по договору купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.29015 в полном объеме безналичным способом на банковский счет продавца ФИО4 следующими платежами: п\п № 293247  от 18.12.2015 на сумму 6 500 000 руб., п\п № 296212  от 24.12.2015 на сумму  6 500 000 руб.,  п\п № 298862  от 29.12.2015 на сумму 8 700 000 руб.,  п\п № 301851  от 11.01.2016 на сумму 8 100 000 руб., п\п № 304066 от 15.01.2016 на сумму 8 100 000 руб.,  п\п № 306538  от 20.01.2016 на сумму 8 100 000 руб.,  п\п № 309788 от 26.01.2016 на сумму 4 000 000 руб. Итого ФИО6 была уплачена вся сумма по договору от 26.11.2015 в размере 50 млн. руб.

Факт оплаты и указанные перечисления ФИО6 подтверждаются, в том числе  и выпиской по лицевому счету ФИО6 в Банке ПАО ВТБ 24.

Довод финансового управляющего о том, что выписка по счету ФИО6 свидетельствует о том, что сразу после перечисления денежных средств в адрес должника, на счет ФИО6 вносились наличные денежные средства в сумме, приблизительно равной сумме ранее сделанного перевода, на наличие транзитного перечисления денежных средств, отклонены судами, поскольку материалами дела подтверждается наличие финансовой возможности у ФИО6 для приобретения за счет собственных средств спорного имущества.

Материалами дела подтверждается, что во владении ФИО6 находится дорогостоящие объекты недвижимого имущества;  являлась предпринимателем и учредителем в ряде коммерческих организаций, в том числе в ООО «Линия» единственным учредителем и директором, указанное общество владело в период 2014-2015 года нежилым помещением площадью 2582 кв. м  по адресу: 

<

...> (Торговый центр «Vittoria»), в ООО «Самарская коммерческая недвижимость», единственным учредителем и директором долей являлась ответчик, владевшее на период 2014-2015 годы нежилым помещением площадью 684,2 кв. м по адресу 

<

...> (магазин Магнит), а также нежилым помещением площадью 282 кв. м по адресу 

<

...> (Ресторан); представлены сведения из оборотно-сальдовых ведомостей ООО «Линия» за 2014 год в размере 58 млн. 105 тыс. 776 руб., за 2015 год – 132 млн. 042 тыс. 902 руб., а также ООО «Самарская коммерческая недвижимость» за 2014 год – 23 млн. 331 млн. 117 руб., за 2015 год – 232 млн. 104 тыс. 956 руб.

Таким образом, суды установили, что представленные документы подтверждают финансовую стабильность ответчика на дату совершения сделки, получение высокого дохода, а также фактическую возможность осуществить оплату по договору за счет собственного имущества, расчет по договору купли-продажи от 21.11.2015 покупателем ФИО6 был произведен в полном объеме.

Заявления финансового управляющего о том, что вышеуказанные денежные средства, перечисленные в счет договора купли-продажи недвижимого имущества от 26.11.2015, ФИО6 получала от должника ФИО4 наличными денежными средствами, являются предположениями и материалами дела не подтверждаются.

Судами также признаны необоснованными доводы финансового управляющего, ссылающегося то, что нанятый ФИО6 и ФИО8 для обеспечения содержания спорного имущества  ФИО13 являлся охранником должника, что подтверждается журналом регистрации автомобилей на посту охраны ОАО «СПЗ», а также многочисленными банковскими операциями между ФИО13 и должником, поскольку материалами дела не подтверждается, что  ФИО13, который обеспечивал нормальную эксплуатацию инженерных сетей и оборудования жилого дома,  является аффилированным или иным образом связанным с должником лицом.

Не соглашаясь с доводами заявителя о наличии аффилированности ФИО8 по отношению к должнику и к ФИО6, суды исходили из того, что сам факт приобретения спорного имущества таковым фактом не является, кроме того, ФИО8 в материалы дела представлены проекты по модернизации объектов для получения прибыли.

Ссылки финансового управляющего на наличие общности интересов должника и ответчика ФИО8 суды сочли предположительными, в связи с чем, пришли к выводу об отстствии доказательств наличия аффилированности или заинтересованности между должником и ФИО8

Материалами дела подтверждается, что ФИО8 также осуществил оплату по оспариваемому договору купли-продажи в полном объеме за счет собственных денежных средств и средств, полученных по кредитному договору № 

<

***> от 29.05.2019.

По условиям договора купли-продажи (пункт 2.1), цена продажи недвижимого имущества (дом и земельный участок) составляет 50 млн. руб. Согласно пунктам 2.2.1. и 2.2.2 договора, покупатель оплачивает  из собственных средств 10 млн. руб., а сумму в размере 40 млн. руб.  выплачивается покупателем на аккредитивный счет за счет кредитных средств.

Судами было установлено поступление оплаты по договору  на банковский счет ФИО6 10.06.2019 в сумме 50 000 000 руб. (раскрытие аккредитива № 313631 от 29.05.2019, ФИО8, предъявление документов: договор б\н от 29.05.2019); представлены доказательства оплаты ФИО8 суммы долга по кредитному договору; в материалы дела представлены сведения об участии ФИО8 в обществах «Новый город» и «Эксперт», совокупная чистая прибыль которых за период, предшествующий заключению договора купли-продажи имущества, превышает размер обязательств по оплате договора.

Кроме этого, согласно ответу АО «Кошелев-Банк»,  ФИО8 был предоставлен кредит на приобретение спорного имущества, денежные средства были выплачены ФИО6,  ФИО8 погасил кредит досрочно  безналичным путем с расчетного (личного) счета.

При этом Банк в своем ответе подтвердил, что ФИО6 денежные средства по договору купли-продажи от 29.05.2019 получила в полном объеме.

Рассматривая вопрос о цене сделок соответствующей рыночной стоимости имущества, суд первой инстанции исходил из отсутствия целесообразности назначения соответствующей экспертизы с учетом возможности оценки имеющихся в материалах дела доказательств без ее проведения; проведенную оценку кредитной организацией АО «Кошелев Банк», выполненную в целях установления стоимости имущества, передаваемого в залог по кредитному договору, и, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, а также то обстоятельство, что предлагаемая экспертиза предполагает ретроспективное изучение стоимости объекта на дату отчуждения объекта должником (то есть 7 лет до даты рассмотрения спора) отказал  в удовлетворении ходатайства финансового управляющего о назначении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного имущества.

По мнению судов, представленная ответчиком справка об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости от 25.11.2022, выполненная сотрудниками АО «Кошелев-Банк» при заключении кредитного договора (рыночная стоимость предмета залога по кредитному договору на 02.09.2019 составляла 55 023 000 руб.) свидетельствует о соразмерности стоимости объекта недвижимости встречному предоставлению, которое осуществили ответчики.

При этом, финансовым управляющим не заявлялось  возражений относительно указанной стоимости имущества; доказательств, опровергающих выводы, изложенные в представленных документах, в материалы дела не представлено.

Доводы финансового управляющего о том, что на момент заключения договора должник отвечал признакам неплатежеспособности опровергаются материалами дела, отклонены судами первой и апелляционной инстанций, поскольку основные заемщики (АО «Звезда-Энергетика», ООО «СБИ») прекратили оплату по своим обязательствам существенно позже даты заключения оспариваемого договора от 26.11.2015; согласно определений суда о включении требований в реестр требований кредиторов должника, неисполненные обязательства (или исполненные с просрочкой), требования об оплате обязательств, возникли в 2018 году, по истечении 3 лет с даты заключения оспариваемого договора с должником.

Отклоняя доводы финансового управляющего о взаимозависимости оспариваемых сделок, ссылаясь на то, что ФИО4 продолжает проживать и пользоваться спорной недвижимостью, которую он продал еще в 2015 году не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения данного спора, однако данные выводы не соответствуют действительности, поскольку указанной недвижимостью пользуется непосредственно ФИО8, оплачивает все полагающиеся налоги и прочие платежи, доказательства чего представлены в материалы дела.

В период обладания спорным недвижимым имуществом расходы, связанные с его содержанием несла ФИО6, что подтверждается материалами дела.

В отношении сделки, заключенной между ФИО6 и ФИО8 в отношении спорного имущества, суд также не установил единую цель совершения сделок (выбытие имущества должника из конкурсной массы), а спорные сделки от 2015 и 2019 года не образуют единую сделку, исходя из значительного разрыва во времени, а также с учетом представления доказательств оплаты имущества покупателями, и фактического использования ими спорных объектов.

Вместе с тем, апелляционный суд указал, что согласно пояснений представителя должника  в судебном заседании 14.12.2022, денежные средства, полученные от продажи объектов недвижимости, направлены на погашение обязательств перед кредиторами, в том числе как поручителя.

При указанных обстоятельствах, оснований для применения презумпции осведомленности ответчиков о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также признания оспариваемых сделок единой цепочкой взаимосвязанных сделок, направленных на формальное изменение собственника имущества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, судами не установлено; презумпции, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с учетом положений пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 опровергнуты представленными в материалы дела документами.

В связи с чем, суды пришли к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной, и, как следствие, отсутствие оснований для применения статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Однако в названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2)).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае доводы финансового управляющего о применении положений статьи 10, 168 ГК РФ опровергнуты представленными в материалы дела документами, в тоже время не представлено мотивов, подтверждающих выход за пределы оснований, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Обращаясь с заявлением о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, финансовый управляющий не представил доказательств, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон, а также представить доказательства направленности воли сторон на совершение прикрываемой сделки.

При этом как установлено судом, спорный договор от 21.11.2015 заключен за пределами срока оспоримости, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в силу чего суд пришел к выводу о пропуске заявителем объективного срока на оспаривание договора.

Также суду финансовым управляющим не представлены доказательства и не приведены убедительные аргументы в пользу того, что стороны при заключении оспариваемого договора действовали недобросовестно, с намерением причинить вред должнику, намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, не доказано наличие признаков злоупотребления правом со всех сторон сделки в силу статьи 10 ГК РФ.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами апелляционной инстанций (за исключением выводов об аффилированности лиц), пришли к выводу о том, что сделка должника с ФИО6 заключена при отсутствии признаков заинтересованности и аффилированности сторон, и с учетом подтвержденного факта оплаты и фактического пользования имуществом, а также даты совершения сделки и даты возбуждения производства по делу о банкротстве не может быть признана недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку не повлекла причинение убытков кредиторам, совершена без соответствующей цели за пределами ретроспективного периода оспаривания сделок в деле о банкротстве.

В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исходя из их относимости и допустимости.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по спору обстоятельствам.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, получивших надлежащую правовую оценку.

Обжалуемые судебные акты содержат в соответствии с требованиями части 7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 АПК РФ мотивированное обоснование отклонения заявленных финансовым управляющим доводов.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы относительно того, что апелляционный суд вышел за пределы доводов апелляционной жалобы, признавая выводы суда первой инстанции об аффилированности сторон сделки ошибочными, признаются судом необоснованными, поскольку апелляционный суд действовал в пределах полномочий, установленных статьей 269 АПК РФ, с учетом разъяснений пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 20.12.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 по делу № А55-38196/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            Е.П. Герасимова

 

Судьи                                                                          В.Р. Гильмутдинов

 

                                                                                     А.А. Минеева