﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6203/2017(22)-АК

Дело № А50-20115/2016

19 февраля 2020 года

г. Пермь

 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 февраля 2020 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего    Чепурченко О.Н.

судей                                    Васевой Е.Е., Плаховой Т.Ю.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Чадовой М.Ф.,

 

при участии:

от АО «Дехканабадский калийный завод»: Булатов П.Ю., паспорт, доверенность от  07.05.2019;

от Кальтенбах ГМбХ: Рачков И.В., удостоверение, доверенность от 09.12.2019;

от ООО «ЗУМК-Инвест»: директор Сухоновсов В.В., паспорт, выписка из ЕГРЮЛ;

от АО «Азия-Инвест Банк»: Воробьев А.В., паспорт, доверенность от 20.01.2019, диплом; Хамидова Л.Э., паспорт, доверенность от 14.05.2019, диплом;

от конкурсного управляющего ООО «ЗУМК-Инжиниринг» Метлы А.С.: Воложенинова О.В., паспорт, доверенность от 16.09.2019; Новиков Р.В., паспорт, доверенность от 29.11.2019;

от уполномоченного органа: Стерлягов И.А., паспорт, доверенность от 07.02.2020, диплом;

бывшего руководителя и учредителя должника Поздеева А.А., паспорт;

от конкурсного управляющего ООО «ЗУМК-Трейд» Смирнова А.А.: Глейх О.В., паспорт, доверенность от 08.01.2020,

 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, АО «Азия-Инвест Банк»,

на определение Арбитражного суда Пермского края от 23 ноября 2019 года 

об отказе в удовлетворении заявления АО «Азия-Инвест Банк» о признании за ним статуса залогового кредитора; 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой действий АО «Азия-Инвест Банк» по списанию со счета должника денежных средств в сумме 1 761 982,52 доллара США на основании распоряжения № 122/035 от 31.03.2016, а также действий по списанию со счета должника денежных средств в сумме 59 605,24 долларов США на основании распоряжения № 122/040 от 13.04.2016,

 

третьи лица: ООО «Дехканабадский калийный завод», АО «Государственный специализированный экспортно-импортный банк», 

 

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02.07.2018 ООО «ЗУМК-Инжиниринг» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на Фрезе Светлану Владимировну.

Объявление об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 30.06.2018.

Определением от 11.10.2018 конкурсным управляющим ООО «ЗУМК-Инжиниринг» утверждена Метла Анастасия Сергеевна, член СРО «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».

19 марта 2019 года в арбитражный суд поступило заявление АКБ «Азия-Инвест Банк» о признании за ним статуса залогового кредитора по требованию на сумму 205 926 465,18 руб. на основании договора залога № 1 и договора залога № 2 в виде прав (требований) на получение экспортной выручки по контракту № 041/11 от 26.06.2011, по контракту № 04-У от 05.01.2011, по контракту № 23-У от 01.07.2010, по контракту № 146-У от 08.02.2013.

21 июня 2019 года в арбитражный суд поступило заявление ООО «ЗУМК-Трейд» в лице конкурсного управляющего Смирнова А.А. о признании сделки по списанию АО «Азия-Инвест Банк» денежных средств в общем размере 1 821 587,76 долларов США, оформленных распоряжениями № 122/035 от 31.03.2016, № 122/040 от 13.04.2016; применении последствий ее недействительности.

24 июня 2019 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании перечислений денежных средств в размере 1 821 587,76 долларов США недействительными и применении последствий недействительности сделки к ответчику: АО «Азия-Инвест Банк».

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего на удовлетворении заявления о признании недействительной сделки настаивал, против удовлетворения заявления ответчика о признании за ним статуса залогового кредитора возражает, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23 ноября 2019 года заявление АО АКБ «Азия-Инвест Банк» о признании за ним статуса залогового кредитора на основании договора залога № 1 и договора залога № 2 в виде прав (требования) на получение экспортной выручки по контракту №041/11 от 26 июня 2011 года, по контракту № 04-У от 05 января 2011 года, по контракту № 23-У от 01 июля 2010 года, по контракту № 146-У от 08 февраля 2013 года в обеспечение исполнения требования в сумме 260 672 257,98 руб., включенного в реестр требований кредиторов ООО «ЗУМК-Инжиниринг», оставлено без удовлетворения.

Заявление конкурсного управляющего, ООО «ЗУМК-Трейд» удовлетворено. Суд признал недействительной сделкой действия АО АКБ «Азия-Инвест Банк» по списанию со счета должника денежных средств в сумме 1 761 982,52 доллара США на основании распоряжения № 122/035 от 31 марта 2016 года, а также действия по списанию со счета должника денежных средств в сумме 59 605,24 долларов США на основании распоряжения № 122/040 от 13 апреля 2016 года.

Применил последствия недействительности сделки:

взыскал с АО «Азия-Инвест Банк» в пользу ООО «ЗУМК-Инжиниринг» сумму, эквивалентную 1 821 587,76 долларам США;

восстановил задолженность ООО «ЗУМК-Инжиниринг» перед АО АКБ «Азия-Инвест Банк» в сумме, эквивалентной 1 821 587,76 долларам США по кредитному договору № 025/14 от 12 августа 2014 года.

Разъяснил сторонам, что вопрос об обеспечении восстановленного требования залогом имущества должника будет разрешен при рассмотрении вопроса о включении восстановленного требования ответчика в реестр требований кредиторов должника.

В порядке распределения судебных расходов взыскал с АО «Азия-Инвест Банк» в пользу ООО «ЗУМК-Инжиниринг» в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 6 000 руб. Возвратил ООО «ЗУМК-Трейд» излишне уплаченную сумму государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, АО «Азия-Инвест Банк» (Банк) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, отказать в признании недействительной сделки по списанию со счета должника денежных средств в сумме 1 821 587,76 доллара США, признать на ним статус залогового кредитора по требованию на сумму 205 926 465,18 руб.

В обоснование апелляционной жалобы в отношении завяленных требований об оспаривании сделки, апеллянт указывает на неправильное применение норм Закона о банкротстве учетом их обязательного толкования, приведенного в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; не  установление судом всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения обособленного спора, в частности не установил наличие иного имущества, заложенного в пользу Банка, не определение стоимости предмета залога, достаточность иного имущества должника для удовлетворения требований кредиторов первой и второй очередей. По мнению апеллянта, эти ошибки привели к вынесению судом неправосудного судебного акта, нарушающего права и законные интересы Банка и расходящегося с практикообразующими разъяснениями высшей судебной инстанции. Также апеллянт указывает на не применение судом положений п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63, предусматривающего установление необходимых обстоятельств при оспаривании сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, которым прямо указано на возможность такого признания только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением; выводы суда о том, что применение указанного пункта возможно только к случаям обращения взыскания на залог ошибочен. Ссылается на то, что на момент совершения оспариваемых списаний на общую сумму 1 821 587,76 долларов США Банк обладал достаточным залогом, обеспечивающим неудовлетворенные его требования к должнику; суд ошибочно не принял во внимание реальную стоимость и ценность предмета залога на момент совершения оспариваемых списаний, а также не дал оценку тому обстоятельству, что Банк не претендовал на всю выручку, поступившую по контрактам, права требования по которым, заложены в его пользу, обеспечив поступление более 20% от суммы оспариваемых списании в конкурсную массу должника. По мнению апеллянта, обязательным условием для признания сделки недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве является оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, в данном случае предпочтение на стороне Банка отсутствовало, выводы суда об обратном ошибочны; суд не оценил аргументы Банка о достаточности другого имущества должника для погашения требований его кредиторов первой и второй очередей, включая поступления от продажи имущества должника; не принял во внимание доводы Банка о том, что он не знал и не должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Более того, Банк указывает на отсутствие в материалах дела доказательств свидетельствующих о его недобросовестности; ошибочность вывода суда об отсутствии у Банка правовых оснований для осуществления оспариваемых списаний.  

В отношении требований о признании за Банком статуса залогового кредитора, апеллянт указывает на то, что требования Банка в общей сумме 270 672 257,98 руб. были включены в реестр требований должника определениями от 03.03.2017 и 31.03.2017, из которых требования в сумме 64 745 792,80 руб. в качестве требований обеспеченных залогом имущества должника; заявление о признании за банком статуса залогового кредитора по уже включенному требованию в сумме 205 926 465,18 руб. связано с тем, что ранее при включении требований не ссылался на наличие залоговых отношений в этой части; заявление о признании за кредитором статуса залогового не является повторным и направлено на установление правового положения кредитора, удовлетворение такого требования является основанием для внесения соответствующих изменений в реестр. Учитывая, что залоговые правоотношения между Банком и должником не прекратились, имущественное право требования на получение поступающей выручки по вышеуказанным контрактам должника не утрачено, а также Банком не утрачено право залогодержателя, в этом случае Банк как залогодержатель вправе претендовать на преимущественное получение поступающей выручки по вышеуказанным контрактам. Право на получение выплат в качестве залогодержателя может быть реализовано Банком только при условии удовлетворения всех реестровых требований, к которым относится и его требование из кредитного договора и договоров залога №№ 1, 2; если все реестровые требования Банка будут удовлетворены, то прекратится и акцессорное обязательство, в противном случае конкурсный управляющий не вправе приступать к расчетам с кредиторами, отнесенными за реестр; в случае, если будет определено учесть залоговый статус Банка за реестром требований кредиторов, то Банк не сможет воспользоваться своим привилегированным статусом залогодержателя.

Уполномоченный орган, Кальтенбах ГМбХ, АО «Росэксимбанк», конкурсный управляющий должника согласно письменным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

АО «Дехканабадский калийный завод» в письменном отзыве доводы апелляционной жалобы поддержал в части отсутствия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными; в удовлетворении апелляционной жалобы в оставшейся части просил отказать.

Конкурсный управляющий ООО «ЗУМК-Трейд» Смирнов А.А. в представленном отзыве просил в удовлетворении апелляционной жалобы Банка отказать в полном объеме; провести судебное заседание в его отсутствие. 

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

АО «Азия-Инвест Банк» представлены возражения на отзыв уполномоченного органа.

В судебном заседании приняли участие представители АО «Азия-Инвест Банк», АО «Дехканабадский калийный завод», Кальтенбах ГМбХ, ООО «ЗУМК-Инвест», уполномоченного органа, конкурсного управляющего должника Метлы А.С., представитель работников ООО «ЗУМК-Инжиниринг» Малеева Э.Е., бывший руководитель и учредитель должника Поздеев А.А.

Принимая во внимание существо рассматриваемых требований, доводы апелляционной жалобы и письменных отзывов, данные в судебном заседании участниками процесса пояснения, суд апелляционной инстанции придя к выводу о невозможности рассмотрения спора в данном судебном заседании, определением от 213.01.2020 (вынесено в составе судей Чепурченко О.Н., Васевой Е.Е., Романова В.А.) отложил судебное разбирательство на 13.02.2020.

Определением от 12.02.2020 на основании ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена судьи Романова В.А. на судью Плахову Т.Ю.. После замены судьи рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н., судей Васевой Е.Е., Плаховой Т.Ю.

До начала судебного заседания от ПАО «Промсвязьбанк» и Поздеева А.А. поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Участвующий в судебном заседании представитель Банка на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил определение отменить, жалобу – удовлетворить.

Представитель АО «Дехканабадский калийный завод» доводы апелляционной жалобы поддержал в части отсутствия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными; в удовлетворении апелляционной жалобы в оставшейся части просил отказать.

Представители конкурсного управляющего ООО «ЗУМК-Трейд» Смирнова А.А., уполномоченного органа, конкурного управляющего должника, ООО «ЗУМК-Инвест», Поздеева А.А., Кальтенбах ГМбХ против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей не направили, что в порядке ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с 2007 года должник участвовал в крупном проекте по строительству калийного завода в Республике Узбекистан. Участие в названном проекте составляло основу бизнеса группы предприятий ЗУМК, которые в настоящее время находятся в процедурах конкурсного производства. В ходе рассмотрения обособленных споров в рамках настоящего дела, а также в рамках дел о банкротстве предприятий группы (в частности, ООО «ЗУМК-Трейд», ООО «Краснокамский завод «Нефтегормаш» и др.) было установлено, что основной объем продукции выпускаемой должником и другими предприятиями группы предназначался для поставки в Республику Узбекистан для обеспечения реализации названного проекта.

Определением от 03.03.2017 в реестр требований кредиторов должника включено требование Банка в сумме 270 672 257,98 руб. в качестве требования, обеспеченного залогом имущества должника по договорам залога основных средств и товарно-материальных ценностей, находящихся в основном на территории Республики Узбекистан, а также частично на территории Российской Федерации. Требование основано на кредитном договоре № КР-025/14 от 12.08.2014 (т. 1 требования Банка, л.д. 16). Кредит был выдан на сумму 5 000 000 долларов США, под 15% годовых. Срок возврата кредита первоначально был установлен 12.08.2015, затем 12.08.2015 в договор были внесены изменения. Процентная ставка по кредиту уменьшена до 12% годовых, срок возврата кредита увеличен до 12.08.2016.

Кроме того, между должником (залогодатель) и Банком (залогодержатель) были заключены договоры залога имущественных прав №ЗЛ-116/14 от 12.08.2014 и № 014/16 от 10.08.2016.

Предметом залога по договору № 014/16 от 10.08.2016 стали права требования на получение выручки по договорам (контрактам) № 04-У от 05.01.2011, № 23-У от 01.07.2010, № 146-У от 08.02.2013.

Спор по поводу обязательств, вытекающих из указанных контрактов, рассматривался судом в рамках заявления конкурсного управляющего об оспаривании зачета (определение от 25.07.2019 по настоящему делу). В рамках рассмотрения данного спора были установлены следующие обстоятельства.

Между должником (подрядчик) и заводом (заказчик) были заключены договоры подряда № 04-У от 05.01.2011, № 23-У от 01.07.2010, № 146-У от 08.02.2013 на проведение опытно-промышленных работ шахтного поля рудника Дехканабадского завода калийных удобрений. 

Все договоры содержат пророгационные соглашения о подсудности споров Хозяйственному суду г. Ташкента и о применении норм права Республики Узбекистан. 

Должник обращался в Хозяйственный суд г. Ташкента с заявлением о взыскании задолженности по данному договору в сумме 3 442 340,40 долларов США. Завод, в свою очередь, обратился с встречным иском о признании недействительными указанных выше договоров. Правовым основанием недействительности договоров являлось применение сторонами завышенных расценок, что входило в противоречие с нормативным актом Республики Узбекистан (стоимость очистной выемки одной тонны калийной руды устанавливалась в договорах в размере 21,8 доллара США против 15,26 долларов США в постановлении Президента Республики Узбекистан от 17.12.2007). 

Решением Хозяйственного суда г. Ташкента от 22.07.2015 должнику было отказано во взыскании задолженности в сумме 3 442 340,40 долларов США. Встречное исковое заявление ответчика удовлетворено, признаны недействительными 3 договора подряда, заключенные между должником и ответчиком, последствия недействительности сделок не применены. При этом судом первой инстанции указано на право сторон обратиться в суд с заявлением о применении последствий недействительности сделок.

Постановлением Хозяйственного суда г. Ташкента (апелляционная инстанция) от 10.09.2015 данное решение было изменено, из резолютивной части исключен абзац о праве сторон обратиться с отдельным иском о применении последствий недействительности сделок; применены последствия недействительности сделок:

- с завода в пользу должника взыскано 22 181 295 долларов США исходя из объема добытой руды (1 453 558 т.) по стоимости, установленной нормативным актом (15,26 долларов США за 1 т.);

- с должника в пользу завода взыскано 16 056 840 долларов США произведенной за руду оплаты, а также затраты, понесенные в связи с исполнением договора, на сумму 13 917 063 700 узбекских сум.

Судом произведен взаиморасчет; с завода в пользу должника взыскано 6 124 455 долларов США, с должника в пользу завода взыскано 13 917 063 700 узбекских сум.

Именно установленное Хозяйственным судом г. Ташкента право требования должника к заводу на сумму 6 124 455 долларов США является предметом залога по указанному выше договору залога.

Предметом залога по договору № ЗЛ-116/14 выступала выручка по ранее указанным и другим договорам (контрактам). Для удобства восприятия сведения о предмете залога приведены судом в таблице:

№ договора

(контракта)

дата договора

Сумма задолженности завода по договору (контракту) в долларах США

004/12

01 февраля 2012 года

80 000

117-Т

20 апреля 2012 года

633 806

051/12

21 ноября 2012 года

99 804

052/12

21 ноября 2012 года

99 919

053/12

21 ноября 2012 года

99 629

044/12

06 июля 2012 года

97 642

041/12

26 июня 2011 года

1 000 000 (последующий залог)

116-т

20 апреля 2012 года

988 035,75

042/12

06 июля 2012 года

92 229

045/12

03 октября 2012 года

46 832

068/12

10 декабря 2012 года

80 000

043/12

06 июля 2012 года

90 425

Как указано в п. 8.11 кредитного договора № КР-025/14, в случае поступления денежных средств по контрактам, указанным в договоре № ЗЛ- 116/14 от 12.08.2014 со сроком действия по 31.12.2014, заемщик обязуется направить поступившие средства на погашение задолженности, либо произвести замену обеспечения, то есть предоставить новое обеспечение, удовлетворяющее кредитора по виду и сумме.

30 марта 2016 года на счет должника от завода поступили следующие платежи по договорам (контрактам):

№ договора

(контракта)

Дата платежа

Сумма долга

Сумма

004/12

30.03.2016

80 000

60 000

117-Т

30.03.2016

633 806

633 806

051/12

 

99 804

 

052/12

 

99 919

 

053/12

30.03.2016

99 629

99 629

044/12

30.03.2016

97 642

1265

041/12

 

1 000 000 (последующий залог)

 

116-т

30.03.2016

988 035,75

988 035

042/12

 

92 229

 

045/12

 

46 832

 

068/12

30.03.2016

80 000

60 000

043/12

 

90 425

 

(том заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки, л.д. 85-98).

31 марта 2016 года на основании поручений руководителя должника Поздеева А.А. указанные суммы, за исключением 60 000 долларов США, были перечислены с транзитного счета на валютный счет должника. В тот же день, на основании распоряжения банка № 122/035 денежные средства в сумме 1 761 982,52 доллара США были списаны в счет погашения задолженности по кредитному договору № КР-025/14 от 12.08.2014.

13 апреля 2016 года на валютный счет должника поступили оставшиеся 60 000 долларов США. В тот же день на основании распоряжения банка № 122/040 денежные средства в сумме 59 605,24 долларов США были списаны в счет погашения кредита по договору № КР-025/14 от 12.08.2014.

В последующем в период с августа 2017 года по январь 2018 года завод производил в пользу должника еще шесть платежей в погашение задолженностей по контрактам на общую сумму 426 610 долларов США:

№ договора (контракта)

Дата платежа

Сумма долга

Сумма

004/12

 

80 000

 

117-Т

 

633 806

 

051/12

05.09.2017

99 804

99 804

052/12

16.08.2017

99 919

99 919

053/12

 

99 629

 

044/12

18.09.2017

28.12.2017

97 642

25 000 

70 826,59

041/12

 

1 000 000 (последующий залог)

 

116-т

 

988 035,75

 

042/12

31.01.2018

92 229

84 229

045/12

18.08.2017

46 832

46 832

068/12

 

80 000

 

043/12

 

90 425

 

Всего из учтенной в договоре залога № ЗЛ-116/14 от 12.08.2014 задолженности в сумме 3 408 321,75 долларов США погашение произведено на сумму 2 269 346,34 долларов США. Из них 1 821 587,76 долларов США (80,26%) направлены на погашение задолженности по кредитному договору.

Указывая на то, что кредитные обязательства должника перед Банком установлены вступившим в законную силу судебным актом, обеспечены залогом  имущества должника лишь в части, АКБ «Азия-Инвест Банк» обратилось с заявлением о признании на ним статуса залогового кредитора по требованию на оставшуюся сумму 205 926 465,18 руб. на основании договоров залога №№ 1, 2 в виде прав (требований) на получение экспортной выручки по контракту № 041/11 от 26.06.2011, по контракту № 04-У от 05.01.2011, по контракту № 23-У от 01.07.2010, по контракту № 146-У от 08.02.2013.

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор полагая, что сделки по списанию Банком со счета должника денежных средств в общем размере 1 821 587,76 долларов США, оформленных распоряжениями № 122/035 от 31.03.2016, № 122/040 от 13.04.2016 повлекли предпочтительное удовлетворение требований Банка перед иными кредиторами должника, обратились в суд с рассматриваемым заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании ст. 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Отказывая в удовлетворении заявления Банка об учете его требований в качестве обеспеченных залогом имущества должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований в связи с пропуском заявителем срока, установленного п. 1 ст. 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для включения в реестр требований кредиторов.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего об оспаривании сделки за счет имущества должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для применения положений п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 к рассматриваемым правоотношениям, а также доказанности обстоятельств свидетельствующих о списании денежных средств в счет погашения обязательств, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами, что привело к предпочтительному удовлетворению требований Банка, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Изучив материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения обжалуемого определения в силу следующего.

В силу положений п. 1 ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 9 п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ № 63), платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце 5 п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем пятым п. 1, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка, совершенная не ранее чем за шесть месяцев и не позднее, чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, по которой отдельному кредитору оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения такой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов в порядке очередности, предусмотренной законодательством о банкротстве, и если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В данном случае суду необходимо установить: заключена ли спорная сделка не ранее чем за шесть месяцев и не позднее, чем за один месяц до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, повлекла ли она за собой предпочтительное удовлетворение требований ответчика перед требованиями других кредиторов и знал ли кредитор получивший удовлетворение своих требований о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 при оспаривании на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого п. 1 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам ст. 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в ст. 138 Закона о банкротстве;

оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Последствия признания недействительной сделки по передаче предмета залога в качестве отступного, согласно п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, заключаются в возложении на залогодержателя обязанности по возврату его в конкурсную массу и восстановлении задолженности перед ним; также восстанавливается право залога по смыслу подп. 1 п. 1 ст. 352 ГК РФ. При этом восстановленное требование к должнику в той части, в которой оно было погашено с предпочтением, может быть заявлено после возврата в конкурсную массу имущества, полученного по соглашению об отступном, и подлежит удовлетворению по правилам пунктов 2 или 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве. В той же части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения, признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в процедуре конкурсного производства.

Как следует из материалов дела, оспариваемые перечисления (списания) денежных средств совершены 31.03.2016 и 13.04.2016, то есть в пределах шестимесячного срока до принятия заявления о признании должника банкротом (определение от 05.09.2016) – период подозрительности, предусмотренного п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Наличие у должника в период совершения оспариваемых перечислений неисполненных обязательств перед иными кредиторами подтверждается судебными актами о включении в реестр требований кредиторов должника и сторонами спора не оспаривается. 

Поскольку сделка совершена в шестимесячный период, но не позднее, чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом для признания ее недействительной необходимо установить такие обстоятельства, как наличие у должника в указанный период признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также осведомленность контрагента сделки – Банка о наличии у должника таких признаков.  

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения им части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Также следует учитывать, что косвенных доказательств может быть недостаточно для вывода о недобросовестности контрагента должника, и сомнения должны трактоваться в его пользу. Бремя доказывания недобросовестности контрагента по сделке возложено на конкурсного управляющего.

При этом, неплатежеспособность организации не тождественна неоплате конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом. 

Сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 или п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. 

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Из материалов дела усматривается, что на момент осуществления оспариваемых перечислений у должника в АКБ «Азия-Инвест Банк» отсутствовала картотека неисполненных обязательств; каких-либо иных требований третьих лиц, обращений судебных приставов, арестов и/или иных ограничений, указывающих на неплатежеспособность должника, на момент осуществления оспариваемых перечислений не существовало.

Из финансовой документации должника, представленной Банком в материалы настоящего обособленного спора, явно прослеживается улучшение финансового состояния должника в период до осуществления оспариваемых перечислений (должник показывал прибыль в предыдущие отчетные периоды, не допускал просрочек в обслуживании своей задолженности перед Банком, имел дорогостоящее имущество на балансе); в указанный период соотношение обязательств должника к валюте его баланса уменьшалось, активы росли.

По результатам проведенного глубокого анализа финансовой и бухгалтерской отчетности должника за 2014 и 2015 годы Банком были сделаны выводы об устойчивом финансовом состоянии должника. 

Также Банк располагал сведениями о наличии у должника заключенных контрактов на сумму свыше 100 миллионов долларов США, при надлежащем исполнении которых в пользу должника предусматривались значительные поступления.

Все эти обстоятельства, существовавшие как до, так и на момент осуществления оспариваемых перечислений, указывали на объективное отсутствие у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества. 

Наличие у должника задолженности перед отдельными кредиторами и возбужденных исполнительных производств доказательством неплатежеспособности должника не является.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Вывод суда первой инстанции о том, что на момент осуществления оспариваемых перечислений Банку было известно о наличии обстоятельств, позволяющих сделать вывод о неплатежеспособности должника, основан на имеющемся в материалах дела письме АКБ «Азия-Инвест Банк» от 10.09.2015, наличии тесной связи между Банком и правительственными органами Узбекистана. При этом суд исходил, что основной целью незначительного возобновления платежей Калийным заводом по контрактам являлось именно финансовая помощь Банка, а не восстановление платежеспособности должника.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данным выводом в силу следующего.

Письмо Банка от 10.09.2015 не свидетельствует ни о наличии у должника признаков неплатежеспособности, ни об осведомленности Банка о наличии таких признаков. В частности, судом первой инстанции не учтено, что указанное письмо было подготовлено и направлено более чем за полгода до совершения оспариваемых сделок, а следовательно, не могло отражать актуальную информацию об осведомленности Банка о финансовом состоянии должника по состоянию на дату оспариваемых сделок. 

Из содержания указанного письма усматривается, что Банк ссылается на выявление негативных факторов, влияющих на платежеспособность должника, без их конкретизации, что не означает реальное соответствие должника критериям несостоятельности (неплатежеспособность и/или недостаточность имущества) и осведомленность об этом Банка. Наличие временных негативных факторов, влияющих на платежеспособность лица, является обычным для бизнеса и не означает неизбежного наступления неплатежеспособности.

В письме должнику указывалось на осведомленность Банка о судебных процессах в государственных судах Республики Узбекистан между должником и АО «Дехканабадский калийный завод» в отношении договоров подряда. При этом, оспариваемые договоры подряда являлись лишь малой частью крупного проекта по модернизации калийного комплекса Завода, выполняемого должником. Основным контрактом в крупном проекте между АО «Дехканабадский калийный завод» и должником являлся контракт № 041/11 от 26.06.2011, общая стоимость которого превышала 120 миллионов долларов США. Договоры подряда и взаимные претензии АО «Дехканабадский калийный завод» и должника являются лишь небольшой частью реализуемого проекта. На момент составления письма и на момент осуществления оспариваемых перечислений Завод и должник не предъявляли друг другу судебных требований из основного контракта № 041/11 от 26.06.2011, по которому осуществлялся указанный проект; основной контракт исполнялся сторонами, Заводом осуществлялись по нему платежи в пользу должника.

Направление письма вызвано тем, что Банк, как залогодержатель прав требования должника к АО «Дехканабадский калийный завод» по договорам подряда, имел законный интерес в сохранении предмета залога (прав требования к Заводу по оспоренным договорам подряда).

При этом, к моменту осуществления оспариваемых перечислений разногласия между Калийным заводом и должником, о которых указано в письме, были урегулированы, в том числе вынесенными по результатам рассмотрения судебными актами. Таким образом, к моменту совершения оспариваемых сделок негативные обстоятельства, влияющие на платежеспособность должника и упомянутые Банком в своем письме, отсутствовали.

Доказательств наличия на дату составления письма каких-либо иных обстоятельств, негативно влияющих на платежеспособность должника, а также осведомленности Банка об указанных обстоятельствах, в материалы дела не представлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Из приведенных выше обстоятельств следует, что Банк не обладал информацией о признаках неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок и, действуя разумно и добросовестно, не мог установить наличие таких признаков. В противном случае, Банк незамедлительно был вправе потребовать от должника возврата всей суммы полученного кредита, что им сделано не было.

Наличие связи между Банком и правительством Республики Узбекистан, на которую ссылается суд первой инстанции, также не может служить доказательством того, что Банк знал или должен был знать о признаках несостоятельности должника. Тот факт, что Банк обладал информацией о наличии спора между должником и АО «Дехканабадский калийный завод» в отношении договоров подряда, не наделял должника критериями неплатежеспособности и/или недостаточности имущества. Более того, как указано выше, основной контракт № 041 исполнялся сторонами, у Банка отсутствовали основания сомневаться в его исполнимости и/или действительности.

Осуществление АО «Дехканабадский калийный завод» в пользу должника платежей в сумме более 2 700 000 долларов США вопреки выводам суда первой инстанции не могут являться незначительными. Оснований полагать, что имеющаяся у должника дебиторская задолженность является неликвидной (невозможной к взысканию) у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом нельзя не принимать во внимание, что принятие участия в разрешении конфликтной ситуации между должником и Калийным заводом на уровне правительства Республики Узбекистан не может быть вменено в вину Банку, Банк в этом случае действовал добросовестно.

Суду апелляционной инстанции не представлено доказательств совершения Банком действий, выходящих за пределы обычных интересов кредитора-залогодержателя, ни свидетельств того, что Банк действовал недобросовестно.  

 Суд апелляционной инстанции внимательно выслушал всю историю возникновения конфликтной ситуации, и в этом ракурсе необходимо отметить одно существенное обстоятельство – а именно то, что Банк не являлся непосредственной стороной конфликта, а следовательно, юридические и физические лица, являющиеся клиентами Банка, не могут нести соответствующие негативные последствия.  

Таким образом, учитывая приведенные выше обстоятельства, отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих об осведомленности Банка о наличии у должника на момент совершения оспариваемых платежей признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества для удовлетворения требований кредиторов, вывод суда первой инстанции о доказанности совокупности условий позволяющих признать оспариваемые перечисления недействительными сделками на основании п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, следует признать ошибочным.

Отказывая в применении в рассматриваемом споре положений п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 суд первой инстанции исходил из отсутствия открытого специального залогового счета, а также не заключения договора залогового счета применительно к положениям п.п. 1, 2 ст. 358.9 Гражданского кодекса Российской Федерации. По мнению суда, в отсутствие такого специального залогового счета денежные средства на счете залогодателя не считаются находящимися в залоге, в связи с чем оспариваемые списания были произведены не за счет заложенного имущества, не за счет средств, полученных от его реализации, а за счет иных средств, не находящихся в залоге, а с учетом отсутствия доказательств наличия оснований для их досрочного списания – за счет средств, которые не подлежали распределению в пользу банка.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данной позицией суда первой инстанции, в силу следующего. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции оспариваемые перечисления были направлены на удовлетворение требований Банка, обеспеченных залогом имущества должника и прав требований, принадлежащих должнику.

Уплата денег, вырученных посредством продажи предмета залога, является по смыслу постановления Пленума ВАС РФ № 63 одним из возможных (но не единственным) исполнением обеспеченного залогом обязательства. Цитированный абзац не содержит никаких ограничительных требований в отношении источников средств, за счет которых должно осуществляться удовлетворение обеспеченных требований к должнику. Определяющим критерием для применения п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 является именно оспаривание сделки, которая привела к удовлетворению обеспеченного требования. Источники для такого удовлетворения не имеют значения.

Как неоднократно разъяснял Верховный Суд Российской Федерации, ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства – ст. 18.1, п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве). Таким образом, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 ст. 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80%.  

Источники погашения обеспеченного залогом обязательства должника никак не влияют на указанную ключевую характеристику требования залогового кредитора. Правовая позиция, занятая судом первой инстанции, необоснованно ограничивает права залоговых кредиторов и создает возможность для злоупотреблений со стороны должника, поскольку неприменение положений п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63 в рассматриваемом случае влечет неправомерное лишение залогового кредитора своего обеспечения и привилегированного статуса, что, очевидно, расходится с указаниями высших судов.

Законодательное регулирование вопросов недействительности сделок с предпочтением имеет целью создание правового механизма, обеспечивающего защиту прав всех кредиторов в ситуации, когда один кредитор получает удовлетворение, превышающее причитающееся ему по правилам законодательства о несостоятельности, вследствие чего уменьшается конкурсная масса и нарушаются права и законные интересы иных кредиторов, которые получают меньше причитающегося им.

Аналогичная правовая позиция законодателя приведена и в п. 29.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63, где указано, что при оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд признает его недействительным только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением.

Таким образом, под оказанием предпочтения одному кредитору перед другим понимается заключение такой сделки, которая противоречит порядку распределения между кредиторами средств, вырученных от продажи имущества должника, установленному Законом о банкротстве. Если оспариваемая сделка не затрагивает порядок распределения средств между кредиторами должника, установленный Законом о банкротстве, и размер средств, на которые могли претендовать кредиторы должника по Закону о банкротстве, не уменьшается, то в такой сделке отсутствует какое-либо предпочтение и, соответственно, такая сделка не может быть признана недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве. 

При проверке обстоятельств предпочтительного удовлетворения требований Банка, как залогового кредитора, апелляционным судом установлено следующее.

Как указывалось ране и установлено судом первой инстанции, 30.03.2016 должнику от Калийного завода поступило шесть платежей по контрактам (договорам) на общую сумму 1 842 735,75 доллара США. 

31 марта и 13 апреля 2016 года Банком были произведены оспариваемые перечисления денежных средств должника в размере 1 761 982,52 долларов США и 59 605,24 долларов США;  всего на сумму 1 821 587,76 доллара США.

С августа 2017 года по январь 2018 года (после введения в отношении должника процедуры наблюдения) Завод произвел в пользу должника еще шесть платежей по контрактам на общую сумму 426 610,59 доллара США.  

Из материалов дела следует, что из всей суммы задолженности, учтенной в договоре залога в размере 3 408 321,75 доллара США, от Калийного завода должнику поступило 2 269 346,34 доллара США, из которых 1 821 587,76 доллара США (80,26%) были перечислены Банку в погашение задолженности по кредитному договору.

Согласно данным суду пояснениям не оспоренным лицами, участвующим в деле, после введения процедуры конкурсного производства должнику Калийным заводом по контрактам было перечислено еще 474 292,3 долларов США.

Таким образом, в период после введения в отношении должника процедуры банкротства Калийный завод произвел в пользу должника по контрактам платежи в общей сумме 900 902,89 доллара США.

Поскольку обеспечивающие (переданные в залог) права требования по контрактам были исполнены только частично, право залога Банка на права требования должника по контрактам с Калийным заводом не прекратилось. Даже в отсутствие специальных счетов залог прав требования сохраняется после введения в отношении должника процедур банкротства. При этом залоговый кредитор вправе претендовать на преимущественное получение представленного по заложенным правам требования в процедуре банкротства, даже если до процедур банкротства специальный счет для поступлений открыт не был.

Следовательно, Банк был вправе претендовать на поступления по заложенным правам требования по контрактам в размере 900 902,89 долларов США, поступивших после введения в отношении должника процедуры банкротства. Вместе с тем, Банк, действуя добросовестно, не предъявил соответствующих правопритязаний при включении своих требований в реестр требований кредиторов должника, что обеспечило поступление в конкурсную массу должника суммы, значительно превышающей 20% от размера оспариваемых перечислений в счет погашения обеспеченного требования Банка. 

Указанное свидетельствует о том, что на стороне Банка отсутствовало какое-либо предпочтение, так как являясь залоговым кредитором, в любом случае мог претендовать как минимум на 80% от поступлений от реализации предмета залога. 

Кроме того, обязательства должника перед Банком, вытекающие из кредитного договора помимо обеспечения залогом прав требований должника, также были обеспечены залогом имущества должника стоимостью почти миллион долларов США.

В частности, по договору залога основных средств № ЗЛ-114/14 от 12.08.2014,  по которому было заложено имущество стоимостью 41 185 292 руб. По курсу на дату последнего обжалуемого перечисления (13.04.2016 – 66,3456 руб. за доллар) стоимость залога по указанному договору составляла 620 769 долларов США; 

по договор залога товарно-материальных ценностей № ЗЛ-115/14 от 12.08.2014, должник передал в залог Банку имущество стоимостью 17 068 664 руб. По курсу на дату последнего обжалуемого перечисления (13.04.2016 – 66,3456 руб. за доллар) стоимость залога по указанному договору составляла 257 268,97 доллара США; 

по договору залога основных средств № ЗЛ-139/14 от 31.10.2014,  должником передано в залог Банку имущество стоимостью 6 491 836 руб. По курсу на дату последнего обжалуемого перечисления (13.04.2016 – 66,3456 руб. за доллар) стоимость залога по указанному договору составляла 97 848,78 доллара США.

Таким образом, на дату осуществления последнего обжалуемого перечисления (13.04.2016) в залоге у Банка, помимо прав требования по контрактам и договорам, находилось имущество должника общей стоимостью 975 886,75 долларов США.  

Следовательно, при уменьшении размера обеспеченного обязательства должника перед Банком, иные кредиторы могли бы рассчитывать на то, что денежные средства, вырученные от продажи заложенного имущества и прав требования, превышающие сумму обеспеченного обязательства должника перед Банком, будут направлены на формирование конкурсной массы и распределены между реестровыми кредиторами.

Также из отчета конкурсного управляющего по состоянию от 25.11.2019 следует, что у должника отсутствует задолженность первой очереди. Совокупный размер задолженности второй очереди составлял 32 269 738 руб., из которых удовлетворено 10 900 936 руб., в результате чего размер неудовлетворенных требований кредиторов должника второй очереди составил 21 368 802 руб. Общая сумма текущих неудовлетворенных обязательств должника на дату составления отчета составляла 54 878 791,31 руб.

Более того, должник обладает иным имуществом, за счет которого могут быть удовлетворены требования приоритетных кредиторов.

Так, в материалы настоящего обособленного спора конкурсным управляющим должника представлена справка о том, что по состоянию на 01.01.2016 балансовая стоимость имущества должника, не находящегося в залоге или лизинге, составляла 120 503 413,86 руб.  Из опубликованного отчета об оценке № 388 от 11.12.2019 следует, что должник имеет высоколиквидное необремененное правами третьих лиц имущество рыночной стоимостью 61 220 000 руб.

Кроме того, должник имел недвижимое имущество, обремененное залогом третьих лиц, рыночная стоимость которого значительно превышает размер обеспечиваемого обязательства. В частности, 23.12.2019 конкурсным управляющим было опубликовано сообщение о заключении договора купли-продажи имущества должника, включающего здание, земельный участок и иное недвижимое имущество по цене 87 900 000,23 руб. Проданное имущество находилось в залоге у АО «Россельхозбанк», обеспечивая требование последнего к должнику в размере 41 254 140,86 руб.  Таким образом, после удовлетворения 80% от требования АО «Россельхозбанк», обеспеченного залогом реализованного имущества, в конкурсную массу должника должно поступить 54 896 687 руб. от реализации указанного недвижимого имущества.

Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о недоказанности конкурсным управляющим должника преимущественного удовлетворения требований залогового кредитора.

Недоказанность материалами дела таких условий как преимущественное удовлетворение оспариваемыми перечислениями требований Банка перед иными кредиторами, а также осведомленность Банка о наличии у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, влечет отказ в признании сделки недействительной на основании п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве. 

Вопреки утверждению суда первой инстанции, указание конкурсного управляющего на то, что оспариваемые платежи были произведены до наступления срока исполнения обязательств по кредитному договору в отсутствие доказательств наличия оснований для такого досрочного списания, не нашло своего подтверждения в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Из условий кредитного договора усматривается, что конечный срок погашение кредитной линии ранее был установлен августа 2015 года. В последующем, внесенными сторонами в кредитный договор изменениями № 5 от 12.08.2015 срок погашения кредитной линии был продлен до 12.08.2016, с учетов внесенного дополнительным соглашением от 30.12.2014 в кредитный договор пункта 2.3, предусматривающий обязанность кредитора продлить срок погашения кредитной линии не более чем на 12 месяцев с уменьшением процентной ставки до 12% годовых в случае отсутствия либо при незначительном объеме поступлений выручки по контрактам заключенным с Калийным заводом и предоставления заемщиком документов, подтверждающих факт продления срока действия таких контрактов.   

В п.п. 6.5-6.7 кредитного договора стороны предусмотрели право кредитора безакцептного списания имеющихся на счету должника денежных средств, а также право заемщика на досрочное полное или частичное погашение задолженности по основному долгу. 

Условия о направлении поступающей выручки по контрактам (договорам) на досрочное погашение кредита были предусмотрены в кредитном договоре (п.п. 6.7, 8.11, 8.12) и договоре залога (п.п. 2.1.2, 2.1.10, 2.2.2, 2.2.4) вне зависимости наличия на то распоряжений заемщика (залогодателя).

С учетом согласованных сторонами условий договоров суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением о том, что досрочное исполнение по кредитному договору осуществлено Банком в отсутствие оснований для такого досрочного списания.

Более того, списание банком спорных сумм в качестве досрочного погашения кредитных обязательств за счет поступивших от Калийного завода денежных средств в счет исполнения действующих контрактов, осуществлено при наличии согласия Поздеева А.А. на списание денежных средств в счет погашения долга перед Банком. Согласно пояснениям Поздеева А.А., такое согласие было дано в расчете на влияние банка на руководство завода в целях полного погашение всех задолженностей по контрактам. Вместе с тем, как следует из материалов дела, завод не в полном объеме погасил задолженности по контрактам как указанным в договоре залога имущественных прав № ЗЛ-116 от 12.08.2014 (остаток составил 1 138 975,41 долларов США), так и задолженность, установленную Хозяйственным судом г. Ташкента (6 124 455 долларов США).

Таким образом, действия Банка по списанию со счета должника денежных средств в спорной сумме в качестве погашения задолженности по кредитному договору за счет имущественных прав требований должника нельзя признать недобросовестными.  

Принимая во внимание вышеизложенное, отсутствие доказательств совокупности условий позволяющих признать оспариваемые перечисления недействительными сделками по п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для признания действий АКБ «Азия-Инвест Банк» по списанию со счета должника денежных средств в сумме 1 761 982,52 доллара США на основании распоряжения № 122/035 от 31.03.2016, а также действия по списанию со счета должника денежных средств в сумме 59 605,24 долларов США на основании распоряжения № 122/040 от 13.04.2016 недействительными сделками.

В отношении заявления Банка об учете его требований в качестве обеспеченных залогом имущества должника, суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для ее удовлетворения  в связи с пропуском срока для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (Постановление № 58), если кредитор при установлении требований не ссылался на наличие залоговых отношений, в результате чего суд установил данные требования как не обеспеченные залогом, то впоследствии кредитор вправе обратиться с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу в соответствии со ст. 138 Закона о банкротстве. С учетом первоначально вынесенного определения суда о включении требований кредитора в третью очередь такое заявление не является повторным и направлено на установление правового положения кредитора как залогового кредитора. Рассмотрение заявления осуществляется арбитражным судом в порядке, предусмотренном для установления требований кредиторов. Определение суда, устанавливающее наличие права залога, является основанием для внесения изменений в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 4 названного Постановления, если залоговый кредитор предъявил свои требования к должнику или обратился с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу с пропуском срока, установленного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве, он не имеет специальных прав, предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном производстве и др.).

Положения названного пункта означают, что требование опоздавшего залогодержателя удовлетворяется преимущественно из суммы, вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения требований, включенных в реестр, то есть преимущественно перед иными зареестровыми требованиями.

В рассматриваемом случае требования Банка уже включены в реестр требований кредиторов должника. При этом первоначально Банк не ссылался на наличие залоговых прав, вытекающих из договоров залога № ЗЛ-116/14 от 12.08.2014 и № 014/16 от 10.08.2016. 

Реестр требований кредиторов закрыт 30.08.2018, при этом кредитор обратился с заявлением о внесении изменений в реестр требований кредиторов только 19.03.2019, с существенным пропуском предусмотренного п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве срока.

Поскольку в рассматриваемом случае основное (денежное) требование кредитора уже включено в третью очередь реестра, в связи с чем целесообразность учета за реестром залогового статуса данных требований отсутствует. Право на получение выплат в качестве залогодержателя может быть реализовано Банком только при условии удовлетворения всех реестровых требований, к которым относится и его денежное требование. Если все реестровые требования удовлетворены, то прекращается и акцессорное обязательство; если же реестровые требования не удовлетворены либо удовлетворены частично, то конкурсный управляющий не вправе приступать к расчетам с кредиторами, отнесенными за реестр. Поэтому Банк в любом случае не сможет воспользоваться своим привилегированным статусом залогодержателя, в связи с чем его заявление подлежит оставлению без удовлетворения.

При таких обстоятельствах, учитывая положения п. 4 Постановления №58, у суда первой инстанции не имелось оснований для учета требований Банка в качестве обеспеченных залогом имущественных прав должника по договорам залога № ЗЛ-116/14 от 12.08.2014 и № 014/16 от 10.08.2016. 

Доводы Банка об обратном, основаны на неверном толковании норм законодательства о банкротстве и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта в данной части.

Учитывая вышеизложенное, определение Арбитражного суда Пермского края от 23.11.2019 подлежит изменению в части, в связи с неправильным применением судом норм материального права и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам спора (п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по заявлению об оспаривании сделки в порядке ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заявителей; судебные расходы Банка по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. подлежат возмещению за счет должника и ООО «ЗУМК-Трейд» в равных долях по 1 500 руб. с каждого.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 23 ноября 2019; 23 ноября 2019 года по делу № А50-20115/2016 изменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЗУМК-Трейд» о признании сделки должника с АО «Азия-Инвест Банк» и применении последствий недействительности сделки отказать.

В оставшейся части определение Арбитражного суда Пермского края от 23 ноября 2019; 23 ноября 2019 года по делу № А50-20115/2016 оставить без изменения.

Взыскать с ООО «ЗУМК-Трейд» в пользу АО «Азия-Инвест Банк» 3 000 (три тысячи) рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края; Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Е.Е. Васева 

 

 

Т.Ю. Плахова 

C1554584164

<

1650902@