Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-48499/17

130-430 

25 августа 2017 г.

Резолютивная часть решения объявлена 01 августа 2017 года

Полный текст решения изготовлен 25 августа 2017 года

Арбитражный суд в составе судьи Кукиной С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) Государственного автономного учреждения культуры г. Москвы «Музейно-парковый комплекс «Северное Тушино» (адрес: 125481, Москва, ул. Свободы, д.56, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 30.10.2002) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (адрес: 107078, 

<

...>, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 09.09.2003) о признании незаконным решение от 19.12.2016 по делу №1-00-2462/77-16,

третье лицо - ООО ЧОО "Фараон".

при участии представителей 

от  истца (заявителя) - ФИО2, ФИО3. № 91 от 8.12.2016, паспорт, ФИО4, ФИО3. № 42 от 18.04.2017, паспорт

от ответчика (заинтересованного лица) – ФИО5, дов.№3-51 от 28.12.2016 г., паспорт

от третьего лица: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

Государственное автономное учреждение культуры г. Москвы «Музейно-парковый комплекс «Северное Тушино» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве  о признании незаконным решение от 19.12.2016 по делу №1-00-2462/77-16.

Заявитель поддержал заявленные требования.

Ответчик по заявлению возражает, ссылаясь на законность, обоснованность оспариваемого решения, отсутствие правовых оснований для удовлетворения требований заявителя.

Представители третьего лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате, времени и месте проведения судебного разбирательства по правилам статьи 123 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил, что заявленные требования, не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основаниями для принятия арбитражным судом решения о признании акта государственного органа и органа местного самоуправления недействительным (решения или действия - незаконным) являются одновременно как несоответствие акта закону или иному правовому акту (незаконность акта), так и нарушение актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Учитывая изложенное, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя

Согласно ч.1 ст.65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Как следует из материалов дела, 19 декабря 2016 года У ФАС по городу Москве (далее - Заинтересованное лицо) вынесено решение по делу № 1-00-2462/77-16 (далее - Решение) о нарушении процедуры торгов и порядка заключения договоров, согласно которому в действиях ГАУК г. Москвы «МПК «Северное Тушино» установлены нарушения пунктов 1, 2 части 1 и части 6 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 года № 223-ФЗ.

Заинтересованным лицом в действиях Заявителя выявлены нарушения требований пунктов 1, 2 части 1, части 6 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 223-ФЗ в связи с тем, что примененный истцом порядок оценки при осуществлении закупки (реестровый №31604275224) по показателям «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнения работ, оказания услуг сопоставимого характера и объема» и «Деловая репутация участника закупки» не соответствуют порядку, указанному в Конкурсной документации, размещенной на официальном сайте Единой информационной системе в сфере закупок (www.zakupki.gov.ru) (далее - ЕИС). Так, в Решении Заинтересованного лица указано, что в соответствии с порядком присвоения баллов по показателю «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ, оказанию услуг сопоставимого характера и объема» подлежат оценке сведения о наличии опыта участника, подтвержденные копиями государственных контрактов (с актами оказания услуг), заключенных в соответствии с Федеральными законами № 44-ФЗ и № 94-ФЗ, гражданско-правовых договоров (с актами оказания услуг), заключенных в соответствии с Федеральным законом № 223-ФЗ, содержащих сведения о стоимости оказания услуг. При этом указанный в документации порядок не содержит условие об оценке исключительно договоров и контрактов, сведения о которых опубликованы в ЕИС. По мнению Заинтересованного лица, указанного в Решении оценке подлежат государственные контракты (с актами оказанных услуг), заключенные в соответствии с Федеральными законами № 44-ФЗ и № 94-ФЗ, гражданско-правовых договоров (с актами оказания услуг), заключенных в соответствии с Федеральным законом № 223-ФЗ, вне зависимости от размещения сведений о них в ЕИС. В связи с чем, Заинтересованное лицо сделало вывод о предъявлении Заявителем к участникам закупки, к закупаемым товарам, работам, услугам, а также к условиям исполнения договора требований, не указанных в документации о закупке. Также, комиссией УФАС России по г. Москве сделан вывод, что указанный в документации о закупке порядок оценки по показателю «Деловая репутация участника закупки» не содержит обязанность по предоставлению положительных отзывов (в том числе благодарностей, грамот, благодарственных писем) совместно с договорами/контрактами, по итогам исполнения которых участнику предоставлены соответствующие документы.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа, изложенными в оспариваемом решении, полагая собственные действия по начислению баллов участникам закупочной процедуры соответствующими условиям конкурсной документации, а выводы антимонопольного органа об обратном - не соответствующими действительности, заявитель обратился в суд с требованием о признании оспариваемого ненормативного правового акта незаконным.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, Арбитражный суд исходит из следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, в адрес Московского УФАС России из ФАС России 02.12.2016 поступила жалоба ООО «ЧОО «Фараон» (далее -общество «ЧОО «Фараон») (вх. № 178659/16) на действия заявителя при проведении торгов в форме конкурса в электронной форме на право заключения гражданско-правового договора на оказание охранных услуг для нужд ГАУК г. Москвы «Музейно-парковый комплекс «Северное Тушино» в связи с нарушением порядка присвоения баллов при оценке поданных заявок, что в конечном итоге привело к ущемлению прав и законных интересов общества «ЧОО «Фараон».

Оспариваемым решением поданная жалоба признана обоснованной, а в действиях Учреждения установлено нарушение п.п. 1, 2 ч. 1, ч. 6 ст. 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках) в связи с нарушением организатором закупки собственного порядка оценки и сопоставления заявок, что в конечном итоге привело к ущемлению прав и законных интересов подателя жалобы. При этом, учитывая факт заключения заявителем по результатам проведенной закупочной процедуры договора обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений антимонопольным органом последнему не выдавалось.

В обоснование заявленного требования Учреждение указывает на незаконность оспариваемого акта как вынесенного без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Ссылается на отсутствие части представленных третьим лицом договоров в единой информационной системе, ввиду чего полагает указанные договоры не соответствующими требованиям конкурсной документации. Указывает на отсутствие у него правовых оснований к принятию и оценке представленных третьим лицом в составе своей заявки благодарственных писем, поскольку к названным письмам не были приложены договоры, в рамках исполнения которых эти письма были составлены. В этой связи полагает оспариваемое решение антимонопольного органа незаконным и, как следствие, настаивает на признании его таковым в судебном порядке.

Указанные доводы подлежат отклонению как не соответствующие действительности и основанные на неправильном толковании норм материального права.

Согласно ч. 2 ст. 1 Закона о закупках названный закон устанавливает общие принципы закупки товаров, работ, услуг, в том числе автономными учреждениями, коим в настоящем случае является заявитель, а потому применение норм Закона о закупках является для заявителя обязательным.

Материалами дела подтверждается, что заявителем проведен открытый конкурс на право заключения гражданско-правового договора на оказание охранных услуг для нужд ГАУК г. Москвы «Музейно-парковый комплекс «Северное Тушино» (реестровый номер закупки 31604275224).

Обществом «ЧОО «Фараон» была подана заявка на участие в названном конкурсе.

Согласно протоколу оценки и сопоставления заявок на участие в конкурсе по закупке № 31604275224, составленному 29.11.2016, первое место по результатам проведенной закупки присвоено ООО «ЧОП «ЧЕГАР», подателю жалобы — четвертое.

При этом, согласно приложению № 2 к упомянутому протоколу, заявке победителя присвоено 90,2 баллов, третьему лицу — 53,5 баллов.

Не согласившись с названными действиями Учреждения, общество «ЧОО «Фараон» обратилось с жалобой в антимонопольный орган.

В обоснование доводов жалобы третье лицо, со ссылками на положения ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, указывало на неверный расчет баллов, присвоенных поданной им заявке а участие в закупочной процедуре.

Проверив обоснованность доводов поданной жалобы и правильность присвоения организатором закупки баллов поданной третьим лицом заявке, антимонопольный орган согласился с утверждением подателя жалобы о расчете присвоенных баллов вразрез с требованиями закупочной документации.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и принявшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены ч. 10 ст. 3 Закона о закупках, ст. 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), п. 5.3.2.8 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331. При этом следует отметить, что определением Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2017 по делу № 304-КГ16-17592 обозначена обязанность антимонопольного органа проверять на соответствие положениям ч. 10 ст. 3 Закона о закупках только доводы поступающей жалобы, но в возможности выявления в действиях организаторов закупки (заказчиков) иных нарушений (на основании ч. 17 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции) упомянутый орган не ограничен. Указаний обратного приведенное определение Верховного Суда Российской Федерации не содержит, а расширительному толкованию судебные акты не подлежат.

В то же самое время, поданная обществом «ЧОО «Фараон» содержала прямое указание на факт ее подачи в порядке ч. 10 ст. 3 Закона о закупках в связи с отсутствием в закупочной документации детального алгоритма расчета баллов при оценке поданных заявок, что в конечном итоге привело к ущемлению прав и законных интересов названного общества. Таким образом, оспариваемый акт административного органа в настоящем случае вынесен в рамках предоставленной ему компетенции в полном соответствии с требованиями   определения   Верховного   Суда  Российской   Федерации   от требованиями определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2017 по делу № 304-КГ16-17592.

Материалами дела подтверждается и антимонопольным органом достоверно установлено, что оценка и сопоставление заявок осуществлялись организатором закупки в соответствии с критериями, поименованными в приложении № 1 к закупочной документации, в том числе по показателям «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ, оказанию услуг сопоставимого характера и объема» и «Деловая репутация участника закупки» критерия «Квалификация участников закупки, в том числе наличие у них финансовых ресурсов, оборудования и других материальных ресурсов, принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании, опыта работы, связанного с предметом контракта, и деловой репутации, специалистов и иных работников определенного уровня квалификации».

При этом, согласно упомянутому приложению № 1 к контракту по показателю «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ, оказанию услуг сопоставимого характера и объема» оценивается предложение участника об объемах (оценивается суммарный объем оказанных услуг охраны объектов и (или) имущества, исчисляемый в рублях) исполненных участником контрактов за последние 3 года (до даты подачи заявки на участие в конкурсе) без нарушений сроков и иных нарушений условий контракта по вине участника. Сведения о наличии опыта участника должны подтверждаться копиями государственных контрактов (с актами оказанных услуг), заключенных в соответствии с Федеральными законами № 44-ФЗ и 94-ФЗ, гражданско-правовых договоров (с актами оказанных услуг), заключенных в соответствии с Федеральным законом № 223-ФЗ, содержащих сведения о стоимости оказанных услуг.

Между тем, как следует из объяснений заявителя, данных в ходе рассмотрения антимонопольным органом жалобы общества «ЧОО «Фараон» (протокол заседания комиссии Московского УФАС России по делу № 1-00-2462/77-16 от 19.12.2016), и не оспаривается Учреждением, исходя из текста поданного в суд заявления (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), им при оценке поданной третьим лицом заявки по упомянутому показателю не учитывались договоры, сведения о которых по состоянию на дату составления протокола оценки и сопоставления заявок от 29.11.2016 не были размещены в единой информационной системе (на официальном сайте закупок).

Ссылаясь на правомерность собственных действий в указанной части, заявитель настаивает на законодательно закрепленной обязанности по размещению сведений о таких договорах в единой информационной системе, при неисполнении которой, по утверждению заявителя, заключенные государственные контракты и гражданско-правовые договоры невозможно признать заключенными в соответствии с перечисленными в закупочной документации законами.

Вместе с тем, заявителем не учтено следующее.

Исходя из положений ст. 103 Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе закупок) и ст. 4.1 Закона о закупках на федеральный орган исполнительный власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, отнесена обязанность по ведению в единой информационной системе реестра договоров, заключенных заказчиками по результатам закупки, который, в свою очередь, формируется на основании данных, представленных такими заказчиками.

По смыслу приведенных норм права их действие направлено на защиту заказчиков (государственных заказчиков) от предоставления им со стороны недобросовестных участников закупки в качестве подтверждения имеющегося у них опыта поставки товаров (выполнения работ, оказания услуг) нелегитимных и несуществующих    договоров,    путем    предоставления    таким    заказчикам (государственным заказчикам) возможности самостоятельно убедиться в подлинности представленных участниками закупки в составе своих заявок сведений путем его обращения к официальному общедоступному источнику информации. Вместе с тем, такая возможность заказчиков не должна становиться способом злоупотребления правом с их стороны с целью искусственного ограничения количества потенциальных участников закупки путем присвоения им того или иного количества баллов в зависимости от собственного усмотрения на предмет учета подлежащих оценке договоров и государственных контрактов. Обратное приведет к несоблюдению общегражданских принципов добросовестной реализации своих гражданских прав (ч. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), а также недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

При этом, следует отметить, что законодательно закрепленная обязанность по размещению в единой информационной системе соответствующей информации отнесена на заказчиков и федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. Таким образом, участник закупки подобными полномочиями не располагает и, как следствие, ставится в зависимость от надлежащего исполнения упомянутыми лицами своих обязательств по размещению такой информации.

В то же самое время, как достоверно установлено антимонопольным органом в оспариваемом решении, какого-либо указания на факт принятия и оценки Учреждением только тех договоров, сведения о которых размещены в единой информационной системе, закупочная документация не содержала. В свою очередь, указанное обстоятельство лишает участников закупки части существенной информации о ее проведении и способно привести к ограничению количества таких участников, поскольку, не располагая соответствующей информацией, участники закупки, рассчитывая свои возможности исходя из реально существующего количества исполненных ими договоров, могут не озаботиться проверкой факта размещения информации о таких договорах на официальном сайте закупок, а кроме того, такие участники изначально находятся в невыгодном положении, поскольку поставлены в зависимость от действий третьих лиц по своевременному и надлежащему размещению информации о заключенных договорах в единой информационной системе.

О недопустимости постановки участников закупки в зависимость от действий третьих лиц последовательно высказывались арбитражные суды Московского округа, в частности по делам №№ А40-119403/2013, А40-157136/2016, А40-10295/2017.

Кроме того, следует также отметить, что какого-либо указания на нелегитимность представленных в составе заявки общества «ЧОО «Фараон» договоров и государственных контрактов заявителем не приведено, доказательств указанного обстоятельства не представлено. Единственным обоснованием отказа в учете и оценке ряда договоров упомянутого общества явилось отсутствие сведений о них в единой информационной системе.

Между тем, единственным требованием к таким договорам и контрактам, предъявленное закупочной документацией, являлась необходимость их заключения в рамках Закона о контрактной системе закупок либо Закона о закупках. В то же самое время, вопреки позиции заявителя, отсутствие сведений о заключенном договоре (государственном контракте) в единой информационной системе не свидетельствует об автоматической утрате таким договором (государственным контрактом) своего статуса как заключенного в рамках Закона о контрактной системе закупок или Закона о закупках. Иных безусловных и убедительных доказательств факта порочности и нелегитимности представленных обществом «ЧОО «Фараон» в составе своей заявки договоров (государственных контрактов) заявителем не представлено.

Также, оценка поданных участниками заявок осуществлялась организатором закупки по показателю «Деловая репутация участника закупки», в рамках которого оценивается предложение участника о количестве положительных отзывов (в том числе благодарности, грамоты, благодарственные письма) заказчиков по исполненным контрактам за три года, предшествующих дате подачи заявки на участие в конкурсе и по действующим контрактам (учитывается не более одного положительного отзыва по одному и тому же контракту), а также о членстве участника в общественных объединениях на профессиональной основе. Подтверждается упомянутый опыт копиями положительных отзывов (в том числе благодарностей, грамот, благодарственных писем) и копиями документов, подтверждающих членство в общественных объединениях на профессиональной основе (свидетельств, протоколов и т. д.).

В то же самое время, согласно протоколу заседания комиссии Московского УФАС России по делу № 1-00-2462/77-16 от 19.12.2016, заявителем при оценке заявки общества «ЧОО «Фараон» не были учтены благодарственные письма, благодарности и грамоты, вместе с которыми не были представлены договоры, на основании которых эти письма, благодарности и грамоты были выданы.

В то же самое время, как правильно указано в оспариваемом решении антимонопольного органа, каких-либо ссылок на необходимость представления в составе заявки всех договоров, на основании которых были выданы соответствующие благодарности и грамоты, в закупочной документации не содержалось.

Ссылаясь на законность собственных действий в указанной части, Учреждение настаивает на том, что из положений закупочной документашш с очевидностью усматривалось, какие именно документы подлежали представлению в составе заявки для присвоения наибольшего количества баллов поданной заявке.

Вместе с тем, документация о проведении закупки, являющаяся, по своей сути, офертой, в соответствии с положениями которой впоследствии заключается договор, не должна содержать возможности ее множественного толкования.

Указанная документация должна содержать в себе четкие, исчерпывающие требования к претендентам, подающим заявки на право участия в торгах, что исключает возможность субъективного толкования указанных в заявках предложений заказчиком.

В этой связи представляется возможным сделать вывод о том, что, в целях исключения какого-либо субъективного правоусмотрения при разрешении вопроса о допуске той или иной заявки к участию в закупке, а равно ее оценке, а также недопустимости злоупотребления правом организатору закупки надлежит максимально четко и конкретно сформулировать свои требования относительно формирования подаваемых на участие в закупке заявок. Наличие же в таких требованиях каких-либо разночтений, либо отсутствие в закупочной документации какого-либо требования исключает последующую возможность отклонения заявок либо присвоения им меньшего количества баллов со ссылкой на их несоответствие таким требованиям документации.

Названный правовой подход наиболее полно обеспечивает баланс частных и публичных интересов, на необходимость соблюдения которого указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П, поскольку направлен на повышенную защиту участника торгов как более слабой стороны в указанных правоотношениях.

Обратное же будет противоречить законодательно закрепленному принципу равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 ГК РФ), презумпции добросовестности участников таких правоотношений (ч. 5 ст. 10 ГК РФ), а также законодательно установленному запрету на злоупотребление правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ), поскольку разрешение вопроса об оценке поданных на участие в торгах заявок будет основано исключительно на субъективном усмотрении организатора закупки.

В то же самое время, оценивая положения закупочной документации в части показателя «Деловая репутация участника закупки», следует признать, что прямое указание на необходимость представления в составе заявки документов, обусловивших получение третьим лицом благодарственных писем и грамот, в упомянутой документации отсутствует, что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии у организатора закупки правовых оснований к отклонению поданной им заявки.

При этом, в силу п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 3 названного закона заказчики при закупке товаров, работ и услуг руководствуются, в том числе, принципами информационной открытости закупки, равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений по отношению к участникам закупки.

Однако действия заявителя в настоящем случае упомянутым целям и принципам не соответствовали.

Так, отсутствие сведений о порядке оценки поданных заявок по показателям «Опыт участника по успешной поставке товаров, выполнению работ, оказанию услуг сопоставимого характера и объема» и «Деловая репутация участника закупки» объективно приводит к нарушению принципа информационной открытости закупки, поскольку лишает ее участников существенной информации о порядке проведения такой закупки, что, в свою очередь, ведет к нарушению принципа равенства участников гражданских правоотношений (ч. 1 ст. 1 ГК РФ) и оставляет разрешение данного вопроса исключительно на субъективное усмотрение организатора торгов.

Кроме того, отсутствие названных сведений оставляет оценку заявок и выбор победителя закупки на субъективное усмотрение организатора торгов, что влечет за собой не только нарушение принципов равноправия и справедливости (ч. 1 ст. 3 Закона о закупках), но и принципа недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ) и злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

В этой связи административный орган пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях заявителя нарушения требований п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках.

В соответствии с ч. 6 ст. 3 Закона о закупках не допускается предъявлять к участникам закупки, к закупаемым товарам, работам, услугам, а также к условиям исполнения договора требования и осуществлять оценку и сопоставление заявок на участие в закупке по критериям и в порядке, которые не указаны в документации о закупке. Требования, предъявляемые к участникам закупки, к закупаемым товарам, работам, услугам, а также к условиям исполнения договора, критерии и порядок оценки и сопоставления заявок на участие в закупке, установленные заказчиком, применяются в равной степени ко всем участникам закупки, к предлагаемым ими товарам, работам, услугам, к условиям исполнения договора.

В настоящем случае, как следует из материалов дела, оценка и сопоставление заявок осуществлялись не в соответствии с положениями конкурсной документации, поскольку указание на то обстоятельство, что принятию и оценке будут подлежать лишь договоры и государственные контракты, сведения о которых размещены в единой информационной системе, а также благодарственные письма и грамоты только при наличии соответствующих договоров к ним в закупочной документации приведено не было.

В свою очередь, отсутствие в закупочной документации таких сведений уже не позволяет говорить о применении критериев и порядка оценки и сопоставления заявок на участие в закупке в равной степени ко всем ее участникам, поскольку оставляет разрешение данного вопроса на субъективное усмотрение организатора торгов.

В этой связи, учитывая факт отсутствия в конкурсной документации части существенной информации о порядке определения победителя закупки, что, в свою очередь, может привести к нарушению правила о равном применении соответствующих требований ко всем участникам закупки и осуществлении оценки и сопоставления заявок исключительно в порядке, предусмотренном конкурсной документацией, антимонопольный орган пришел к обоснованное" выводу о наличии в действиях заявителя нарушения ч. 6 ст. 3 Закона о закупках.

Следует отметить, что приведенные заявителем доводы в указанной части представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами относительности непрозрачности использованных Предприятием критериев оценки и сопоставления заявок и, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для удовлетворения заявленного требования.

В то же самое время, учитывая факт заключения Учреждением по результатам проведенной закупки договора № 224/16 от 12.12.2016, антимонопольным органом последнему не выдавалось обязательное к исполнению предписание об устранении выявленных нарушений ввиду утраты названным органом правомочий к осуществлению действий, связанных с ходом проведения закупочной процедуры.

Указанное обстоятельство, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии правовых оснований к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 201 АПК РФ в связи с недоказанностью заявителем нарушения оспариваемым ненормативным правовым актом своих прав и законных интересов в сфере предпринимательской деятельности, равно как и не доказано чинения указанным актом Учреждению каких-либо препятствий при осуществлении такой деятельности.

Исходя из системного толкования статей 2, 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, целью обращения в суд является защита или восстановление нарушенного или оспариваемого права.

Между тем, статей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрена необходимость указания в резолютивной части решения суда на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Поэтому избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и быть направлен на его восстановление.

Заявителем не доказано нарушение оспариваемым решением его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, равно как и не конкретизировано, какое его право подлежит восстановлению путем удовлетворения требования о признании решения антимонопольного органа недействительным, поскольку обязательного к исполнению предписания Учреждению не выдавалось, оно заключило договор с тем субъектом, кого самостоятельно определило в качестве контрагента, в материальных интересах заявителя отсутствует неопределенность, устранение которой было бы возможно в случае удовлетворения заявленного требования.

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что действия и решение Управления от 09.01.2017 по делу № 07-24-19312/16 являются законными, обоснованными и не нарушает прав и законных интересов Заявителя.

Следовательно, в данном случае отсутствуют основания, предусмотренные статьей 13 Гражданского кодекса РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа государственной власти недействительным.

Расходы по госпошлине распределяются, в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 4, 8, 9, 41, 64, 65, 66, 68, 71, 110, 123, 156, 167-170, 176, 198, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие Федеральному закону от 18.07.2011 №223-ФЗ, в удовлетворении требований Государственного автономного учреждения культуры г. Москвы «Музейно-парковый комплекс «Северное Тушино» (адрес: 125481, Москва, ул. Свободы, д.56, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 30.10.2002) о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (адрес: 107078, 

<

...>, ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 09.09.2003) от 19.12.2016 №1-00-2462/77-16 – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

С.М. Кукина