АРБИТРАЖНЫЙ СУД АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ

414014, г. Астрахань, пр. Губернатора Анатолия Гужвина, д. 6

Тел/факс (8512) 48-23-23, E-mail: astrahan.info@arbitr.ru

http://astrahan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А06-11644/2019

г. Астрахань

17 июня 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена  16 июня 2020

Арбитражный суд Астраханской области

в составе:

судьи: ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2. до перерыва – помощником судьи Безрук И. И.

рассмотрев исковое заявление  Администрации муниципального образования "Город Астрахань" к Публичному акционерному обществу "Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга" о взыскании неосновательного обогащения в размере 62 787 847 руб. 47 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 7 384 539 руб. 56 коп., процентов до момента фактического исполнения обязательств по оплате,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора  - ФКУ Администрации МО «Город Астрахань», ПАО «Астраханская энергосбытовая компания»

при участии (до перерыва, после перерыва):

от истца - ФИО3 - представитель по доверенности, ФИО4 - представитель по доверенности,

от ответчика - ФИО5 - представитель по доверенности, ФИО6 -представитель по доверенности, ФИО7, представитель по доверенности

от третьего лица (ФКУ Администрации МО «Город Астрахань») - ФИО8 -представитель по доверенности № 35 от 28.12.2019

от третьего лица - ПАО «Астраханская энергосбытовая компания» - не явился

Истец, Администрация муниципального образования «Город Астрахань», обратился в суд с исковым требованием к ответчику, Публичному акционерному обществу «Россети Юг», о взыскании неосновательного обогащения в размере 63 148 119 руб. 08 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8 350 893 руб. 73 коп., процентов до момента фактического исполнения обязательств по оплате в связи с незаконным использованием электросетевого имущества (с учетом удовлетворения судом ходатайства ответчика об уточнении его наименования и ходатайства истца об увеличении исковых требования в порядке ст. ст. 48, 49 АПК РФ).

В соответствии со ст. 51 АПК РФ судом привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФКУ Администрации МО «Город Астрахань» (определение от 13 ноября 2019 года), ПАО «Астраханская энергосбытовая компания» (определение от 12 марта 2020 года),

В судебном заседании истец исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик против удовлетворения требований возражал по доводам, изложенным в отзыве и дополнениях к нему, а также в ходе судебного заседания.

 Представитель ФКУ Администрации МО «Город Астрахань» просит  иск удовлетворить.

 Выслушав доводы сторон, изучив материалы дела, суд                      

УСТАНОВИЛ:

Согласно договору безвозмездного пользования № 49-12-176 от 12 марта 2010 года (далее — Договор) МУП г. Астрахани «Астркоммунэнерго» передало ответчику объекты электросетевого хозяйства, указанные в приложении № 1 к данному договору. 

В п. 2.1 Договора срок его действия установлен до 11 сентября 2010 года. Согласно п. 2.4 Договора по истечении указанного срока каждая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, предупредив об этом другую сторону письменно за 1 месяц с указанием даты возврата имущества; в этом случае ссудополучатель обязан в течение 10 дней после указанной даты сдать имущество в установленном порядке.

На момент истечения срока действия Договора ссудодателем не был заявлен отказ от Договора, ссудополучатель продолжил пользование имуществом на тех же условиях.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 3 апреля 2015 года по делу № А06-5204/2009 по заявлению конкурсного управляющего МУП г. Астрахани «Астркоммунэнерго» на истца возложена обязанность принять в муниципальную собственность г. Астрахани все объекты электросетевого хозяйства, ранее закрепленные на праве хозяйственного ведения за МУП г. Астрахани «Астркоммунэнерго». 

В соответствии с распоряжением администрации МО «Город Астрахань» от 20 ноября 2015 года № 1202-р и актом приема-передачи от 20 ноября 2015 года указанное имущество поступило в казну МО «Город Астрахань», право хозяйственного ведения МУП г. Астрахани «Астркоммунэнерго» на данное имущество прекращено.

1 сентября 2016 года истцом на основании п. 2.4 Договора было направлено в адрес ответчика уведомление об отказе с 15 октября 2016 года от продолжения действия Договора. 

В рамках судебного спора, возникшего в связи с невозвратом имущества в установленный в Договоре срок (до 26 октября 2016 года), определением Арбитражного суда Астраханской области от 17 октября 2017 года по делу № А06-2833/2017 было утверждено мировое соглашение между истцом и ответчиком, производство по делу на основании ст. 150 АПК РФ прекращено.

В п. 1 данного мирового соглашения стороны договорились о том, что ответчик обязуется в срок до 1 апреля 2018 года вернуть истцу в соответствии со ст. 689 ГК РФ с учетом нормального износа имущество, переданное по Договору.

Кроме того, в мировом соглашении было предусмотрено, что все споры и разногласия как имущественного, так и неимущественного характера, которые могут возникнуть между сторонами по вопросу использования ответчиком электросетевого имущества, являющегося предметом заявленного истцом требования в рамках дела № А06-2833/2017, будут решаться путем переговоров в соответствии с действующим законодательством (п. 3); в случае несвоевременного и/или неполного исполнения ответчиком своих обязательств, предусмотренных настоящим мировым соглашением истец вправе на основании п. 2 ст. 142 АПК РФ обратиться в арбитражный суд с ходатайством о выдаче ему исполнительного листа (п. 4).

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 15 мая 2018 года по тому же делу было утверждено достигнутое сторонами новое мировое соглашение. В соответствии с его п. 1 на ответчика возложена обязанность вернуть электросетевое имущество в соответствии со ст. 689 ГК РФ с учетом нормального износа в срок до 1 октября 2018 года.

В п.п. 3 и 4 вновь утвержденного мирового соглашения были воспроизведены положения тех же пунктов первоначального мирового соглашения.

Параллельно с решением вопросов о заключении указанных мировых соглашений сторонами принимались меры к передаче ответчику соответствующего электросетевого имущества на иной правовой основе, а именно — в концессию. 

Концессионное соглашение в отношении объектов электросетевого хозяйства, являвшихся предметом Договора, было заключено 4 сентября 2019 года, а 3 сентября 2019 года в целях обеспечения реализации данного соглашения был составлен акт приема-передачи, в соответствии с которым указанное имущество передано,/принято во исполнение мирового соглашения, утвержденного 15 мая 2018 года.

Вместе с тем истец, полагая, что при рассмотрении гражданского дела № А06-2833/2017 не был разрешен вопрос о возмещении ему ответчиком суммы неосновательного обогащения за использование имущества, переданного по Договору, направил в адрес ответчика требование от 19 июля 2019 года № 30-04-4099 о необходимости оплаты соответствующей суммы, рассчитанной истцом. 

В ответ на данное требование ответчик письмом от 7 августа 2019 года № АЭ/1500/1026 уведомил истца об отсутствии оснований для оплаты неосновательного обогащения, в частности, вследствие продолжающегося процесса взаимного согласования и заключения концессионного соглашения в отношении соответствующего электросетевого имущества.

В связи с этим истец обратился 26 сентября 2019 года в Арбитражный суд Астраханской области с настоящим иском о взыскании неосновательного обогащения, связанного с неосновательным пользованием истцом электросетевым имуществом в период с 26 октября 2016 года по 3 сентября 2019 года. 

Правовыми основаниями иска являются нормы ст. ст. 395, 1102 и 1107 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). 

По смыслу приведенного законоположения в предмет доказывания по требованиям о взыскании неосновательного обогащения входят следующие обстоятельства: факт приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения (п. 18 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27 ноября 2019 года). 

При этом на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика — обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17 июля 2019 года).

В обоснование заявленных требований о взыскании неосновательного обогащения по правилам ст. ст. 1102 и 1107 ГК РФ истец ссылается на то, что ответчиком не была исполнена предусмотренная п. 2.4 Договора, а также мировым соглашением, утвержденным 15 мая 2018 года, обязанность по возврату находящегося в его безвозмездном пользовании электросетевого имущества в установленный срок. 

В свою очередь, ответчик в отзыве на исковое заявление и дополнениях к нему указывает на то, что в течение всего периода, отнесенного истцом к неосновательному пользованию электросетевым имуществом, между сторонами существовали применительно к данному имуществу договорные отношения безвозмездного пользования, урегулированные, в том числе мировым соглашением.

В предмет доказывания по требованию о взыскании неосновательного обогащения входят обстоятельства приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца в отсутствие правовых оснований такого приобретения или сбережения, а также размер неосновательного обогащения.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике) территориальной сетевой организацией является коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, - с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организациям.

Как указано в пункте 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861), сетевые организации - организации, владеющие на праве собственности или на ином установленном федеральными законами основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых такие организации оказывают услуги по передаче электрической энергии и осуществляют в установленном порядке технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) юридических и физических лиц к электрическим сетям, а также осуществляющие право заключения договоров об оказании услуг по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих другим собственникам и иным законным владельцам и входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть.

Согласно пункту 6 Правил N 861 собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату. Указанные собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства после установления для них тарифа на услуги по передаче электрической энергии. В этом случае к их отношениям по передаче электрической энергии применяются положения настоящих Правил, предусмотренные для сетевых организаций.

Услуги по передаче электрической энергии по сетям, принадлежащим на праве собственности или на ином законном основании территориальным сетевым организациям, подлежат государственному регулированию в силу пунктов 4, 5 статьи 23.1, пункта 2 статьи 24, пункта 3 статьи 26 Закона об электроэнергетике, Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 N 1178.

Как следует из правовой позиции, высказанной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.09.2010 N 6171/10, в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами (пункт 1 статьи 424 ГК РФ). Данная норма дает кредитору право требовать исполнения договора по установленной в указанном порядке цене, если соответствующий правовой акт о ее установлении не признан судом противоречащим закону. Иное истолкование этой нормы означало бы, что кредитор вправе получать незаконно установленную цену.

Из толкования указанных норм в их совокупности и взаимосвязи следует, что условием для возмездности оказания услуг по передаче электрической энергии является не только владение на законном основании объектами электросетевого хозяйства, с помощью которых обеспечивается оказание услуг, но и установление регулирующим органом соответствующего тарифа. 

Соответственно, владелец сетей, не исполнивший обязательные для исполнения предписания действующего законодательства в области ценообразования, несет риск неблагоприятных последствий собственной неосмотрительности в виде невозможности взыскания стоимости фактически оказанных им услуг по передаче электрической энергии.

         Согласно части 3 статьи 11, статьям 16, 17 Федерального закона от 07.12.2011 N 416-ФЗ, части 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ, пункту 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, пункту 28 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, части 6 статьи 13, статье 17 Федерального закона от 27.07.2010 N 190-ФЗ, действующее законодательство допускает возможность оказания услуг водоснабжения, водоотведения, электроснабжения и теплоснабжения лицами, не являющимися собственниками (владельцами, эксплуатирующими организациями) водопроводных, канализационных, электрических и тепловых сетей, посредством заключения этими лицами договоров на оказание услуг по передаче (транспортировке) энергоресурсов и сточных вод.

         Оказание ответчиком услуг электроснабжения не означает автоматически пользование им спорными  объектами энергоснабжения  в том смысле, который предполагает аренда указанного имущества.

Исходя из принципов тарифного регулирования цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии каждая сетевая организация получает плату за оказанные услуги по передаче электроэнергии, переданной по тем сетям и объектам электросетевого хозяйства, экономически обоснованные затраты на которые были учтены при принятии тарифного решения. Такой принцип распределения НВВ обеспечивает баланс интересов всех субъектов рынка электрической энергии, в том числе сетевых организаций.

В качестве базы для расчета тарифов используются объем полезного отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода, определяемые точками поставки конечных потребителей, о которых регулируемые организации сообщают регулирующему органу для учета в целях формирования индивидуального тарифа, и на основании которых устанавливается единый котловой тариф.

В силу положений Методических указаний N 20-э/2 тарифы рассчитываются на основе валовой выручки, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электрической энергии (НВВ), определяемой из расходов по осуществлению деятельности по передаче энергии и суммы прибыли от этой деятельности. Размер тарифа определяется в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между НВВ и объемом этих услуг.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых сетевой организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее в законном владении (пользовании), используемых при оказании услуг.

Таким образом, требования сетевых организаций по оплате услуг могут быть установлены при сопоставлении их фактической деятельности с теми запланированными действиями, которые были признаны экономически обоснованными при утверждении тарифного решения.

Возникшие между сторонами в связи с невозвратом электросетевого имущества в указанный срок спорные правоотношения были урегулированы утвержденным Арбитражным судом Астраханской области мировым соглашением (определения от 17 октября 2017 года, от 15 мая 2018 года по делу № А06-2833/2017). 

В мировом соглашении стороны, прямо сославшись на ст. 689 ГК РФ, определили срок возврата электросетевого имущества первоначально до 1 апреля 2018 года (п. 1 мирового соглашения, утвержденного 17 октября 2017 года), а впоследствии — до 1 октября 2018 года (п. 1 мирового соглашения, утвержденного 15 мая 2018 года). Также сторонами был согласован порядок урегулирования возможных споров, которые могут возникнуть в связи с использованием данного имущества или неисполнением обязательств по мировому соглашению (п. 3 и 4 обоих мировых соглашений).

Как следует из ст. ст. 139-141 АПК РФ во взаимосвязи с п. п. 9 и 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18 июля 2014 года № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе», мировое соглашение представляет собой сделку, в связи, с чем регулируется помимо норм процессуального права нормами гражданского права о договорах; оно может содержать любые не противоречащие закону и иным правовым актам условия, которые стороны определяют на основе самостоятельного распоряжения своими материальными правами; таким соглашением, если оно утверждено арбитражным судом, стороны прекращают спор на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок.

Следовательно, в рамках мирового соглашения стороны не лишены возможности изменять или прекращать существующие обязательства, в том числе путем новации (ст. 414 ГК РФ). При этом не является новацией изменение срока исполнения обязательства, поскольку это не влечет изменения способа его исполнения (п. 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 21 декабря 2005 года № 103, определение Верховного Суда РФ от 11 апреля 2016 года № 305-ЭС15-13919 по делу № А40-77475/2014).

Как усматривается из содержания мирового соглашения между ответчиком и истцом, утвержденного 15 мая 2018 года (равно как из первоначального мирового соглашения, утвержденного 17 октября 2017 года), стороны не включили в его условия какие-либо положения о прекращении обязательств из договора безвозмездного пользования от 12 марта 2010 года № 49-12-176. Напротив, в п. 1 мирового соглашения был определен возврат электросетевого имущества в соответствии со ст. 689 ГК РФ в оговоренный в мировом соглашении срок. 

Тем самым стороны, будучи самостоятельными в распоряжении своими материальными правами и интересами при реализации их процессуальной защиты, в том числе при заключении мирового соглашения, предусмотрели в мировом соглашении возобновление правоотношений из договора безвозмездного пользования от 12 марта 2010 года № 49-12-176, изменив при этом его условия в части срока возврата электросетевого имущества — до 1 октября 2018 года.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. К договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные статьей 607, пунктом 1 и абзацем первым пункта 2 статьи 610, пунктами 1 и 3 статьи 615, пунктом 2 статьи 621, пунктами 1 и 3 статьи 623 настоящего Кодекса.

Таким образом, договор безвозмездного пользования характеризуется рядом общих черт с договором аренды. В частности в соответствии со статьей 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество, либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Как следует из материалов дела, электросетевое имущество не было возвращено в срок, определенный в мировом соглашении. Ответчик продолжил пользоваться данным имуществом на безвозмездной основе вплоть до 3 сентября 2019 года, когда сторонами был составлен акт приема/передачи имущества (формальный) на основании мирового соглашения и в целях обеспечения реализации концессионного соглашения в отношении этого же имущества, которое было подписано и вступило в силу 4 сентября 2019 года.

    Таким образом, несмотря на то, что срок действия договора безвозмездного пользования истек, истекли срока возврата   имущества энергоснабжения по мировому соглашению,  объекты по прежнему находились в безвозмездном пользовании ответчика. 

Оценивая основания использования ответчиком спорного электросетевого имущества после 1 октября 2018 года, арбитражный суд учитывает, что при установлении указанного срока возврата имущества в мировом соглашении, утвержденном 15 мая 2018 года, стороны исходили из того, что такой возврат производится в соответствии со ст. 689 ГК РФ (п. 1 мирового соглашения), т.е. на основе общих правил, регулирующих вопросы безвозмездного пользования имуществом. Какие-либо специальные условия применительно к использованию соответствующего имущества в период после указанного срока в мировом соглашении отсутствуют.

По смыслу ст. 689 ГК РФ срок пользования не является существенным условием договора безвозмездного пользования имущества, в связи, с чем правовое регулирование данного договора, содержащееся в гл. 36 ГК РФ, не предусматривает автоматическое прекращение безвозмездного пользования в силу самого по себе наступления предусмотренного в нем срока для возврата имущества. Вопросы использования имущества, переданного в безвозмездное пользование, за пределами установленного в соответствующем договоре срока его возврата урегулированы в п. 2 ст. 689 ГК РФ путем отсылочной нормы, предусматривающей применение в данном случае правил п. 2 ст. 621 ГК РФ, а именно: если ссудополучатель продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны ссудодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 25 февраля 2020 года по делу № 305-ЭС19-15922, в силу п. 2 ст. 621 ГК РФ согласие ссудодателя на продолжение отношений в случае отсутствия своевременных возражений с его стороны предполагается, а потому при отсутствии таких возражений ссудополучатель является стороной действующего договора и к нему не могут быть применены установленные договором меры ответственности за нарушение обязанности по возврату имущества в связи с окончанием срока договора; стороны вправе прямо предусмотреть в договоре безвозмездного пользования условие, исключающее его возобновление после истечения срока действия, т.е. согласовать не применение указанного законоположения; при этом само по себе установление контрагентами срока договора безвозмездного пользования, порядка возврата имущества после истечения этого срока и условия о неустойке за несвоевременный возврат имущества по окончании срока действия договора не означают, что положения п. 2 ст. 621 ГК РФ не подлежат применению.

Изложенная правовая позиция в равной мере касается и тех случаев, когда вопросы безвозмездного пользования имуществом решаются посредством мирового соглашения, поскольку оно должно соответствовать требованиям гражданского законодательства, в том числе относящимся к конкретным видам договоров (обязательств).

Следовательно, установление в мировом соглашении, утвержденном 15 мая 2018 года, срока возврата электросетевого имущества само по себе не означает, что после его истечения правоотношения безвозмездного пользования были прекращены. Условия, исключающие применение в данном случае нормы п. 2 ст. 621 ГК РФ и, соответственно, продолжение (возобновление) безвозмездного пользования после указанного срока, в мировом соглашении не предусмотрены.

При этом истцом не представлено доказательств того, что он уведомлял ответчика о наличии каких-либо возражений относительно продолжения (возобновления) безвозмездного пользования электросетевым имуществом после 1 октября 2018 года. Не может считаться заявлением таких возражений уведомление истца от 19 июля 2019 года № 30-04-4099 с указанием на необходимость оплаты неосновательного обогащения в связи с использованием электросетевого имущества, поскольку данное уведомление не содержало требования о возврате имущества, касалось выплаты неосновательного обогащения за период с 26 октября 2016 года, т.е. безотносительно к согласованным условиям мирового соглашения, было направлено спустя продолжительное время после наступления срока возврата имущества.

Кроме того, арбитражный суд принимает во внимание, что в период действия мирового соглашения между сторонами по данному спору проходил процесс согласования передачи соответствующего электросетевого имущества в пользование ответчика на основе концессии, соглашение о которой было подписано и вступило в силу 4 сентября 2019 года.         

При этом из письма истца от 23 июля 2019 года № 30-04-4163 в адрес ответчика о подписании акта приема-передачи электросетевого имущества, переданного по договору безвозмездного пользования от 12 марта 2010 года № 49-12-176, а также акта приема-передачи соответствующего имущества от 3 сентября 2019 года прямо следует, что данный акт приема-передачи был составлен во исполнение мирового соглашения, утвержденного 15 мая 2018 года, т.е. на основании, в том числе п. 1 мирового соглашения, предусматривающего возврат имущества в соответствии с п. 1 ст. 689 ГК РФ.

В связи с этим у арбитражного суда отсутствуют основания полагать, что в период после 1 октября 2018 года истцом принимались меры по возврату электросетевого имущества. Напротив, истцом проводилась систематическая работа, направленная на урегулирование продолжения использования ответчиком данного имущества, которое не выбыло из его пользования и на основании акта приема-передачи имущества от 3 сентября 2019 года. Как видно из материалов дела, составление данного акта имело сугубо формально-технический характер, не привело к реальному возврату имущества, поскольку было обусловлено целями заключения концессионного соглашения в отношении данного имущества, вступившего в силу с 4 сентября 2019 года.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 13 марта 2018 года № 575-О, в случае возникновения спора из договора безвозмездного пользования действия (бездействия) публичного собственника как стороны данного договора подлежат оценке судами, в том числе исходя из требований ст. 10 ГК РФ, с учетом цели предоставления имущества, характера действий и решений публичного собственника, в том числе, в его предшествующих отношениях со ссудополучателем; при такой оценке не может оставаться без внимания и соблюдение публичной стороной данного договора принципа поддержания доверия к закону и действиям государства.

Электросетевое имущество, принадлежащее истцу, находится в непрерывном пользовании ответчика с 12 марта 2010 года. При этом данное имущество имеет специализированное назначение, служит целям оказания услуг по транспортировке электроэнергии, которые осуществляются сетевыми организациями как квалифицированными субъектами электроэнергетического рынка (ст. 3 Федерального закона «Об электроэнергетике», п. 2 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2004 года № 861). 

Как было установлено в определении Арбитражного суда Астраханской области от 3 марта 2015 года по делу № А06-5204/2009, спорное имущество предназначено и используется в качестве объектов электросетевого хозяйства, обеспечивающих электроснабжение дошкольных, общеобразовательных учреждений, лечебных учреждений и т.д.; по кабельным линиям осуществляется транзит электроэнергии, проходящей по электросетям, находящимся в ведении общества «МРСК Юга»; другого аналогичного имущества в данной местности для поддержания беспрерывной передачи электроэнергии не имеется.

Следовательно, многолетняя непрерывная эксплуатация ответчиком объектов электросетевого хозяйства, поступивших в его безвозмездное пользование, а в настоящее время находящихся в концессии, позволяет обеспечивать решение возложенных на истца задач по организации в границах городского округа электроснабжения населения (п. 4 ч. 1 ст. 16 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»). Соответствующие электросетевые объекты образуют незаменимый, безальтернативный канал транспортировки электроэнергии в отношении ряда социально значимых объектов на территории муниципального образования «Город Астрахань», что предполагает гарантии их эффективной, надежной эксплуатации.

Федеральным законом «Об электроэнергетике» установлены требования в отношении обеспечения надежности электроснабжения потребителей (ст. 38), что предполагает, в частности, запрет на ограничение режима потребления электроэнергии в отношении потребителей электроэнергии, не имеющих задолженности по ее оплате. 

При решении во взаимоотношениях между истцом и ответчиком вопросов использования соответствующих объектов электросетевого хозяйства подлежала учету реальная возможность истца обеспечить надежное функционирование данных объектов в случае их фактической передачи ответчиком. На необходимость оценки такой возможности применительно к спорам об использовании объектов энергоснабжения указывал и Верховный Суд РФ (определение от 10 марта 2020 года № 305-ЭС19-1957 по делу № А41-12232/2018).

При этом использование сетевыми организациями любых объектов электросетевого хозяйства с учетом их публичного значения осуществляется в соответствии с государственным регулированием цен (тарифов) на услуги по передаче электроэнергии, а также влечет возложение на сетевые организации дополнительных обременений, включая обязанность по компенсации потерь электроэнергии, в том числе небалансовых, на объектах электросетевого хозяйства (ч. 4 ст. 23, ч. 5 ст. 41 Федерального закона «Об электроэнергетике»). 

Основной смысл тарифного регулирования состоит в обеспечении баланса интересов поставщиков электроэнергии, сетевых организаций и потребителей, в связи с чем такое регулирование имеет для сетевых организаций прежде всего компенсационный характер, т.е. направлено на возмещение понесенных ими затрат (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26 октября 2015 года № 304-ЭС15-5139 по делу № А27-18141/2013, определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 30 марта 2017 года № 53-АПГ17-1).

Таким образом, особый характер объектов электросетевого хозяйства, поступивших в безвозмездное пользование ответчика, выполнение с их помощью публичных функций по электроснабжению социально значимых объектов, длительность их использования ответчиком также не могли не учитываться при решении вопросов использования данного имущества после истечения срока безвозмездного пользования, определенного в мировом соглашении. Ответчик, на которого Федеральным законом «Об электроэнергетике» возложены обязанности по осуществлению устойчивого, надежного энергоснабжения, не мог по чисто формальным причинам, в силу самого по себе истечения срока безвозмездного пользования, самоустраниться от реализации этих функций. 

Достигнутые между истцом и ответчиком договоренности в отношении продолжения использования ответчиком соответствующего имущества на основе концессии свидетельствуют о том, что эксплуатация данных объектов ответчиком позволяет наиболее эффективно обеспечить реализацию задач энергоснабжения на территории муниципального образования «Город Астрахань» применительно к соответствующим потребителям.

Кроме того, арбитражный суд принимает во внимание, что представленный истцом расчет размера неосновательного обогащения произведен без учета связанных с эксплуатацией электросетевого имущества финансовых затрат и обременений сетевой организации, совокупный объем которых (согласно представленным ответчиком сведениям, которые не были опровергнуты истцом) превышает размер заявленного неосновательного обогащения.

С учетом компенсационного характера тариф на услуги по передачеэлектрической энергии рассчитывается для покрытия необходимых затрат сетевойорганизации на обслуживание и ремонт электросетевых объектов, оплатутехнологического расхода (потерь).

При этом прибыль сетевой организации не относится к нормативно установленным исчерпывающим параметрам, подлежащим учету при осуществлении тарифного регулирования.

В частности, как было неоднократно указано ФАС Поволжского округа «в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации» (постановления от 19.04.2017 № Ф06-18228/2017 по делу № А55-11203/2016, от 06.12.2018 № Ф06-39631/2018 по делу № А55-31463/2017, от 20.05.2020 № Ф06-60583/2020 по делу № А55-3592/2019). ФАС Поволжского округа также подчеркивает, что НВВ рассчитается на основе «экономически обоснованного объема финансовых средств, необходимых организации для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования» (постановление ФАС Поволжского округа от 18.03.2014 по делу А55-14791/2012).

Применение Договора безвозмездного пользования от 12.03.2010 №49-12-176 при формировании необходимой валовой выручки и основных техническихпараметров филиала ПАР «Россети Юг» — «Астраханьэнерго» на долгосрочныйпериод регулирования 2018-2022 г.г. подтверждено письмом Службы по тарифамАстраханской области от 26.12.2019 г. № СТ/02-16-3839, приобщенным Истцом вматериалы дела.

То обстоятельство, что в период с 26.10.2016 по 03.09.2019 (период, за который Истцом предъявлены требования о взыскании неосновательного обогащения) в тарифно-балансовых решениях не учитывалась и не могла учитываться прибыль ПАО «Россети Юг» подтверждается (помимо приведенных норм права), также, экспертными заключениями Службы по тарифам Астраханской области за 2016-2019 гг. (приложение 1-16 к настоящим письменным пояснениям).

При этом, в период с 26.10.2016 г. по 03.09.2019 г. фактически понесенные затраты ПАО «Россети Юг» на обслуживание и ремонт электросетевого имущества, указанного в Договоре безвозмездного пользования от 12.03.2010 г. № 49-12-176 составили 79 172,658 тыс. руб.

Помимо фактически понесенных затрат на обслуживание и ремонт ПАО «Россети Юг» в период с 26.10.2016 г. по 03.09.2019 г. понесло императивно возложенные на сетевую организации в соответствии с п. 5 ст. 41 Федерального закона «Об электроэнергетике» затраты на приобретение потерь на объектах электросетевого хозяйства, переданных по Договору безвозмездного пользования от 12.03.2010 г. №49-12-176 в сумме 151 701,468 тыс. руб.

         Удовлетворение требований истца повлечет нарушение принципов тарифного регулирования цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии.

Таким образом, принимая во внимание, что в течение всего периода, отнесенного истцом к неосновательному пользованию ответчиком электросетевым имуществом, между сторонами существовали применительно к данному имуществу ссудные правоотношения, урегулированные, в том числе мировым соглашением, т.е. у ответчика имелось правовое основание пользования соответствующим имуществом, заявленные исковые требования о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежат отклонению.

Соответственно, отклонению подлежат и производные требования истца, основанные на ст. 395 ГК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 167-171, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Астраханской области. 

Информация о движении дела может быть получена на официальном интернет – сайте Арбитражного суда Астраханской области: http://astrahan.arbitr.ru 

Судья

ФИО1