Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А40-188258/17-107-2743

04 октября 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 08 июля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 04 октября 2019 года.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Ларина М.В., единолично, при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А40-188258/17-107-2743 по заявлению ПАО «ТГК-2»  (ОГРН 

<

***>, 150040, 

<

...>) к ответчику МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 4 (ОГРН  

<

***>, 129223, 

<

...> ВВЦ, стр. 191), третье лицо МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 6 (ОГРН 

<

***>, 125239, 

<

...>) о признании недействительным решения от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10, при участии представителей заявителя: ФИО2, доверенность от 29.12.2017, паспорт, ФИО3, доверенность от 29.12.2018, паспорт, представителей ответчика: ФИО4, доверенность от 29.11.2017, удостоверение, представитель третьего лица: ФИО5, доверенность от 28.06.2019, удостоверение, 

УСТАНОВИЛ:

ПАО «ТГК-2» (далее – общество, налогоплательщик, заявитель) обратилось в суд к МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 4 (далее – Инспекция, налоговый орган, ответчик) с требованием о признании недействительным  решения от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – решение).

Ответчик и третье лицо возражали против удовлетворения требований по доводам отзыва и письменных пояснений. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив имеющиеся в деле документы, суд пришел к выводу о частичной обоснованности заявленных требований в виду следующего. 

Как следует из материалов дела, инспекция проводила выездную проверку общества по вопросам правильности исчисления и уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014. 

После окончания проверки составлен акт выездной проверки от 22.11.2016 № 03-1-28/40, рассмотрены материалы проверки (протокол), вынесено решение от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10, которым налогоплательщику начислена недоимка по налогу на имущество организаций за 2013 год в размере 56 801 806 р., пени в сумме 8 009 368 р., штраф по статье 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в размере 5 604 327 р., уменьшены убытки по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 год в размере 1 017 410 318 р. 

Решением ФНС России по жалобе от 07.09.2017 № СА-4-9/17818 оспариваемое решение инспекции оставлено без изменения и утверждено, что послужило основанием для обращения 06.10.2017 в суд.

По оспариваемому решению инспекция установила нарушения по следующим эпизодам:

пункт 2.2.1 – неправомерно включены в состав внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций за 2014 год убытки в размере 436 349 069 р. полученных при уступке права требования ООО «Тверская Генерация» (новый кредитор) задолженности ОАО «Тверские коммунальные системы»;

пункт 2.2.2 - неправомерно включены в состав внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 год убытки в размере 579 240 360 р. полученные при уступке права требования ООО «Долговое агентство» (новый кредитор) задолженности 44 организаций;

пункт 2.2.3 - неправомерно включены в состав внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 год суммы списанной дебиторской задолженности невозможной ко взысканию в размере 1 820 889 р.;

- пункт 2.1.3 – неправомерное применение льготы по налогу на имущество организаций предусмотренной пунктом 11 статьи 381 НК РФ за 2012-2014 год, с начислением налога в размере 56 801 806 р.

По пунктам 2.2.1 и 2.2.2 решения.

Налоговым органом установлено, что общество в нарушении статей 252, 265, 274 НК РФ неправомерно включило в состав внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций следующие убытки:

- в 2014 году учтены убытки в размере 436 349 069 р., образовавшиеся в результате уступки права требования задолженности у ОАО «Тверские коммунальные сети» (далее - ОАО «ТКС») в размере 544 539 202,48 р. компании ОАО «Тверская генерация» (новый кредитор) по договору от 16.07.2014 № 0001-001780-14 за 103 462 000 р.;

- в 2012-2014 годах учтены убытки в размере 579 240 360 р., образовавшиеся в результате уступки компании ООО «Долговое агентство» права требования долга по договору от 29.12.2012 № 0001-2976-12 и договору от 02.04.2014 № 0001-000740-14 в отношении 44 компаний – должников (ООО «АВМ», ООО «УК Наш дом- Архангельск», ОАО «СПК Промстрой», МУП г. Костромы «Горводоканал», МУП ГДСУ г. Костромы, ООО «Тверской ДСК», ООО «Управляющая компания «Застава Плюс», МУП «Кувшиновские тепловые сети», ОАО «СК Премьер», ЗАО «Новодвинсктроймонтаж», ООО «Коммунальные системы Поморья», МУП «Тверь-Банно-прачечное хозяйство», НОУ НПО Тверская объединенная техническая школа, ООО «Вербена», ООО «Жилищно-эксплуатационное управление», ООО «Новая Застава», ТСЖ «Комсомольский проспект-11», ТСЖ Южный, ЖСК № 10, ТСЖ «Бревенник», ТСЖ «Поселок 25 лесозавода», ТСЖ «Октябрьский округ», ОАО «Архжилкомсервис», ТСЖ «Соломбальский округ-1», МУП «Водоканал», ООО «Класс-Волга», ОАО «Костромской завод Мотордеталь», ООО «Нокост-ОЭ», ООО «Росснор-Петербург», ООО «СМУ-2», МУП «Тверская Дирекция Единого заказчика», ООО «Искож-Энерго», ООО «Ивановолиттехоснастка», ООО «Инвестстройсервис», ООО «Вологодский хладокомбинат», Управляющая компания «Жилищно-эксплуатационные услуги», ОАО «Управляющая организация многоквартирными домами Заволжского района», ЗАО «УК Консалтинг», ООО «Траст», ООО «Управленческая компания «Жилкомсервис», ОАО «Архжилкомсервис», ООО «Управляющая компания «Беломорская», ООО «Кредо», ФГУП «Военно-морское строительное управление Северного флота МО РФ»).

Основанием для признания неправомерным включение в состав внереализационных расходов убытков при уступке прав требования ОАО «ТКС» и ООО «Долговое агентство» послужили установленные налоговым органом обстоятельства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком при совершении указанных операций необоснованной налоговой выгоды.

Суд, рассмотрев доводы сторон, установил следующее.

Согласно пункту 1 статьи 252 расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В силу подпункта 7 пункта 2 статьи 265 НК РФ для целей главы 25 части второй Налогового кодекса Российской Федерации к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности убытки по сделке уступки права требования в порядке, установленном статьей 279 НК РФ.

Подпунктом 2.1 пункта 1 статьи 268 НК РФ предусмотрено, что при реализации товаров и (или) имущественных прав налогоплательщик вправе уменьшить доходы от таких операций на стоимость реализованных товаров и (или) имущественных прав, определяемых при реализации имущественных прав (долей, паев) - на цену приобретения данных имущественных прав (долей, паев) и на сумму расходов, связанных с их приобретением и реализацией.

В соответствии с пунктом 2 статьи 279 НК РФ при уступке налогоплательщиком - продавцом товара (работ, услуг), осуществляющим исчисление доходов (расходов) по методу начисления, права требования долга третьему лицу после наступления предусмотренного договором о реализации товаров (работ, услуг) срока платежа отрицательная разница между доходом от реализации права требования долга и стоимостью реализованного товара (работ, услуг) признается убытком по сделке уступки права требования, который включается в состав внереализационных расходов налогоплательщика. При этом убыток принимается в целях налогообложения в следующем порядке:

- 50 процентов от суммы убытка подлежат включению в состав внереализационных расходов на дату уступки права требования;

- 50 процентов от суммы убытка подлежат включению в состав внереализационных расходов по истечении 45 календарных дней с даты уступки права требования.

Положения данного пункта также применяются к налогоплательщику-кредитору по долговому обязательству.

Пунктом 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее Постановление Пленума ВАС России от 12.10.2006 № 53) установлено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Из пункта 9 Постановления Пленума ВАС России от 12.10.2006 № 53 следует, что установление наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.   

По убыткам, образовавшимся в результате уступки задолженности ОАО «ТКС».

Обществу, как правопреемнику ОАО «Тверьэнерго», по разделительному балансу была передана задолженность ОАО «ТКС» по договор поставки тепловой энергии № 1Т от 01.08.2004 за период с 01.01.2006 по 30.04.2006 в размере 362 285 989 р., взысканная на основании решения Арбитражного суда г. Ярославля по делу № А66-3931/2006, с учетом частичной оплаты.

С 03.09.2008 общество становится владельцем ОАО «ТКС» со 100% долей участия.

До 2010 года заявитель самостоятельно осуществлял генерацию электрической и тепловой энергии на принадлежащих ему ТЭЦ-1, ТЭЦ-3, ТЭЦ-4, продавая ее на открытом рынке электроэнергии и различным компаниям, в том числе муниципальным, г. Твери и Тверской области.

После приобретения 100% доли участия в ОАО «ТКС» общество по договору аренды от 05.11.2009 № А-02/09 передает данной компании все свое генерирующее имущество (ТЭЦ), а также по агентскому договору от 29.01.2010 № 0001-19-10 выступает в качестве агента между ОАО «ТКС» и субъектами оптового рынка электроэнергетики и мощности (далее – ОРЭМ) по передаче производимой ОАО «ТКС» энергии на арендуемых у заявителя имущественных комплексах (ТЭЦ-1, ТЭЦ-3, ТЭЦ-4).

В течение 2010-2011 года ОАО «ТКС» не исполняло своих обязательств по договору аренды и по агентскому договору, что привело к образованию задолженности в размере 176 234 419 р.

Также ОАО «ТКС» не исполняло своих обязательств перед ОАО «Газпром межрегионгаз» и ОАО «Тверьэнергосбыт», что привело к банкротству данной компании, возбужденное 19.10.2011 в Арбитражном суде Ярославской области по делу № А82-12211/2011, решением от 05.12.2012 компания признана банкротом.

В рамках дела о банкротстве определением от 18.03.2013 задолженность ОАО «ТКС» перед заявителем в размере 538 702 006 р. включена в реестр требований кредиторов.

В 2014 году общество становится 100% владельцем ОАО «Тверская генерация», после чего, передает этой организации в уставной капитал все генерирующее имущество (ТЭЦ) и по договору от 16.07.2014 № 0001-001780-14 уступает задолженность ОАО «ТКС» в размере 544 539 202,48 р. за 103 462 000 р., при отсутствии какой-либо фактической оплаты.

Учитывая изложенное, судом установлено, что заявитель, являясь изначально компанией, осуществляющей производство и продажу тепловой и электрической энергии, участником ОРЭМ:

- в 2010 году передает все свое генерирующее имущество (ТЭЦ) подконтрольной ему компании ОАО «ТКС» и заключает с ней агентский договор на реализацию вырабатываемой электроэнергии на оптовом рынке, при наличии значительной задолженности в размере 362 млн. р. и отсутствии действий по ее взысканию;

- в течение 2010-2011 года общая задолженность ОАО «ТКС» увеличивается на 179 млн. р. в виду отсутствия уплаты по договору аренды, что приводит в конце 2011 году к банкротству должника;

- в процессе банкротства заявитель передает в уставной капитал созданной им компании ОАО «Тверская генерация» все генерирующее имущество (ТЭЦ) и уступает задолженность ОАО «ТКС» в размере 544 млн. р. за 103 млн. р., при отсутствии какой-либо оплаты в 2014 году и до настоящего времени.

Указанные действия по передаче генерирующего имущества в аренду 100% подконтрольной компании (ОАО «ТКС), уже имеющей большой долг, при безусловном отсутствии возможность его погашения, влекущие заведомое увеличение задолженности, банкротство и последующая передача имущества в уставной капитал такой же подконтрольной компании (ОАО «Тверская генерация»), с уступкой задолженности первой компании (ОАО «ТКС») за сумму в 5 раз меньше при отсутствии ее оплаты, с образованием убытка в размере 436 млн. р., списанного на расходы по налогу на прибыль организаций за 2014 год, расцениваются судом как умышленные, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды.

Доводы заявителя о наличии оснований для уступки задолженности ОАО «Тверская генерация» в виду заключения с Правительством Тверской области соглашения о намерениях от 28.06.2014, предусматривающего передачу всего имущества и задолженности судом не принимается, поскольку, с учетом причин банкротства ОАО «ТКС» и ранее совершенных совместных действий, а также фактической продажи ОАО «Тверская генерация» иным лицам (участниками являются ООО «ТЭК», ООО «АНТЭЛ», ООО «РЭК»), целью передачи имущества и уступка долга не было дальнейшая передача   ОАО «Тверская генерация» в собственность Тверской области.

Также не принимается довод о рыночной стоимости передаваемой задолженности, со ссылкой на отчет оценки, поскольку данный отчет составлен в 2012 году для самой ОАО «ТКС» и не может подтверждать реальную стоимость уступаемой задолженности.

Ссылка на неверный расчет убытка в виду не учета 6 млн. р. разницу между размером задолженности (544 млн. р.) и стоимости ее уступки (102 млн. р.) судом не принимается, поскольку убыток в 436 млн. р. снят по данным регистров налогового и бухгалтерского учета, представленных налогоплательщиком к проверке.

В любом случае ошибка в расчете сделана в пользу налогоплательщика, в связи с чем, не имеет значения, поскольку не влияет на установленные в ходе выездной проверки налоговые обязательства.

По убыткам, образовавшимся в результате уступки задолженности ООО «Долговое агентство».

Общество на основании договоров от 29.12.2012 № 0001-2976-12 и от 02.04.2014 № 0001-000740-14 в течение 2012 – 2014 годов передавало ООО «Долговое агентство» задолженность 71 компании по поставленной тепловой энергии в размере 1 063 514 702 р. за 31 059 892 р., в том числе задолженность по перечисленным выше 44 компаниям в размере 596 709 189 р. за 17 468 829 р.

Из 71 компании 27 организаций после уступки права требования долга были ликвидированы в 2014 году, в связи с чем, налоговый орган признал правомерным списание в расходы по налогу на прибыль организаций убытков в размере 419 млн. р.

В отношении оставшихся 44 компаний – должников инспекция отказалась принимать убытки от уступки права требования долга в состав расходов, указывая на взаимозависимость заявителя и ООО «Долговое агентство», возможность взыскания задолженности самостоятельно до уступки, с учетом частичного погашения задолженности рядом кредиторов после уступки, а также уплата новым кредитором налогов в минимальном размере.

Суд, рассмотрев указанные обстоятельства, считает, что они не по совокупности, ни отдельно не свидетельствуют о получении при уступке права требования долга необоснованной налоговой выгоды в виду следующего.

По всей задолженности по 44 компаниям до уступки ее ООО «Долговое агентство» были вынесены решения арбитражных судов о взыскании, в связи с чем, довод об отсутствии действий заявителя по взысканию задолженности является необоснованным.

Более того, на момент уступки права требования задолженности 44 компании, также как и остальные 27 организаций, находились в стадии банкротства или ликвидации, которая была завершена в отношении них в 2015-2016 годах.

Соответственно, у заявителя, учитывая банкротство или ликвидацию большинства должников, отсутствовали какие-либо возможности получить часть или полностью взысканную на основании решений судов задолженность указанных выше 44 компаний.

Ссылка инспекции на уплату части долга после уступки не может учитываться в качестве доказательств умышленности действий по уступке и получению необоснованной выгоды по следующим основаниям.

По обоим перечисленным в решении компаниям ООО «АВМ» и МУП г. Костромы «Горводоканал» оплата произошла в 2015 году, денежные средства поступили от конкурсных управляющих в рамках погашения распределения полученного в ходе конкурсного производства имущества между кредиторами.

При этом, по должнику ООО «АВМ» из общей суммы долга в 146 млн. р. погашено только 6 млн. р. или 4%, по должнику МУП г. Костромы «Горводоканал» из 1,6 млн. р. погашено только 0,3 млн. р. или 18%.

Соответственно, заявитель, уступая право требования долга по этим двум компаниям в 2014 году, не мог предполагать, что получить в 2015 году часть задолженности в виду распределения конкурсным управляющим имущества должников в рамках процедуры банкротства.

Суд также учитывает, что из 71 компании, в отношении которых был перед долг, оплата поступила только по 2 организациям и в суммах, не сопоставимых с размером задолженности.

Довод об убыточности деятельности ООО «Долговое агентство» и уплата минимальных налогов в бюджет вообще не имеет никакого отношения к вопросу уступки задолженности, поскольку финансово-хозяйственная деятельность данной компании никаким образом не влияет на право заявителя уступить долг третьему лицу, а также на размер платы за такую уступку.

Также суд не считает, что взаимозависимость заявителя и ООО «Долговое агентство» повлияла на совершенные операции по уступке и на размер полученной от такой уступки платы.

Общая сумма оплаты за уступаемые требования (31 млн. р.) соответствует данным отчета оценки, который не оспорен, а также показателям отчетности и нахождению всех должников в стадии банкротства или ликвидации.

При этом, налоговый орган фактически никаких доказательств и расчетов, опровергающих сумму платы за уступаемые права требования не представил.

Суд также учитывает, что в виду нахождения всех должников, требования к которым были переданы ООО «Долговое агентство» в стадии банкротства или ликвидации, свидетельствует об отсутствии заинтересованности заявителя в действиях по учету убытка от уступки прав требований в составе расходов, поскольку в случае отсутствия передачи задолженности ООО «Долговое агентство» вся сумма задолженности (полностью) была бы списана в состав расходов как безнадежная в 2015-2016 годах, также как и переданная задолженность по 27 компаниям – должникам, убытки по которой признаны налоговым органом правомерными.

Учитывая изложенное, судом установлено, что заявитель правомерно учел в составе расходов убытки от уступки задолженности по 44 компаниям в 2012-2014 годах ООО «Долговое агентство» в размере 579 240 360 р., все компании на момент уступки находились на стадии ликвидации или банкротства, в связи с чем, фактически заявителем получена прибыль от данной сделки, учитывая возможное полное списание всех долгов без компенсации в следующих периодах в момент ликвидации данных организаций, доводы инспекции о получении при осуществлении указанной операции необоснованной налоговой выгоды документально не подтверждены и противоречат обстоятельствам дела, в связи с чем, уменьшение в оспариваемом решении убытков на указанную выше сумму является необоснованным.

По пункту 2.2.3 решения.

Налоговым органом установлено, что общество в нарушении статей 265, 266 НК РФ неправомерно включило в состав внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 год суммы списанной дебиторской задолженности невозможной ко взысканию в размере 1 820 889 р., в том числе:

- задолженность в размере 241 707 р. списана в 2012 году как безнадежная ко взысканию, при наличии постановлений судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства, вынесенных в 2010-2011 годах;

- задолженность в размере 1 028 664 р. списана в 2013 году, при ликвидации организации – должника в 2012 году;

- задолженность в размере 550 517 р. списана в 2014 году, при истечении срока исковой давности в предыдущих периодах (2009 год).

Судом по данным нарушениям установлено следующее.

Согласно статье 252 НК РФ расходами являются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности суммы безнадежных долгов.

Пунктами 1 и 2 статьи 266 НК РФ предусмотрено, что сомнительным долгом признается любая задолженность перед налогоплательщиком, возникшая в результате реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг, в случае если она не погашена в сроки установленные договором.

Безнадежными долгами (долгами нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым:

1) истек установленный срок исковой давности;

2) обязательство должника прекращено:

- из-за невозможности его исполнения;

- на основании акта государственного органа;

- в связи с ликвидацией организации.

По вопросу списания безнадежной задолженности на основании акта судебного пристава об окончании исполнительного производства.

Одним из оснований для признания безнадежных долгов в силу пункта 2 статьи 266 НК РФ является прекращение обязательства вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа. 

Согласно статье 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительный документ возвращается заявителю, если невозможно установить адрес должника-организации или место жительства должника-гражданина, у должника отсутствуют имущество или доходы, на которые может быть обращено взыскание, и принятые судебным приставом-исполнителем все допустимые законом меры по отысканию его имущества или доходов оказались безрезультатными. О невозможности взыскания по таким основаниям судебный пристав-исполнитель составляет акт. Возвращение исполнительного документа по указанным выше основаниям является в силу Федерального закона «Об исполнительном производстве» основанием для прекращения исполнительного производства.

Суд считает, что поскольку в статье 266 НК РФ не указан какой именно акт государственного органа является основанием для признания задолженности безнадежной, то учитывая положения статей 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве», акт судебного пристава-исполнителя о невозможности взыскания долга по исполнительному листу, в связи с отсутствием должника и его имущества, является именно тем актом государственного органа, подтверждающим прекращение обязательства вследствие невозможности его исполнения.

Вывод суда о признании дебиторской задолженности безнадежной на основании акта о невозможности ее взыскания судебного пристава-исполнителя соответствует судебной практике установленной Определением ВАС РФ об отказе в передаче дела в Президиум от 13.05.2009 № ВАС-10560/08.

Следовательно, у заявитель действительно возникли основания для признания дебиторской задолженности в размере 241 707 р. безнадежной ко взысканию в 2010-2011 годах (задолженность была списана в 2012 году).

Аналогичным образом, в отношении задолженности в размере 1 028 664 р. право на ее списание как безнадежной возникло в момент вынесения определения о завершении конкурсного производства, то есть в 2012 году (задолженность была списана в 2013 году).

В отношении задолженности в размере 550 517 р. суд не соглашается с налоговым органом о возникновении права на ее списание в 2009 году, поскольку в 2010 году между сторонами договора был подписан акт сверки, который фактически исходя из положений статей 200 и 201 Гражданского кодекса Российской Федерации возобновил течение срока исковой давности, продлив его до 2013 года (задолженность списана в 2014 году).

Ссылка инспекции на Постановление Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 15.11.2001 № 15/18 не принимается, поскольку данный Пленум признан не подлежащим применению в пункте 28 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43.

Учитывая изложенное, судом установлено, что право на списание спорной дебиторской задолженности возникло в периодах, предшествующих ее списанию, однако, суд считает, что налогоплательщик правомерно списал эту задолженность в состав расходов в текущих периодах (2012-2014 год) по следующим основаниям.

По общему правилу, закрепленному в абзаце втором пункта 1 статьи 54 НК РФ, ошибки (искажения) в исчислении налоговой базы, относящиеся к прошлым налоговым (отчетным) периодам, исправляются за период, в котором они были совершены.

Наряду с указанным правилом в абзаце третьем пункта 1 статьи 54 НК РФ, в редакции действующей с 01.01.2009, также установлено право налогоплательщика произвести перерасчет налоговой базы и суммы налога за налоговый (отчетный) период, в котором ошибки (искажения) были выявлены, если допущенные ошибки (искажения) привели к излишней уплате налога.

В последнем случае ошибка (искажение) в определении налоговой базы и суммы налога не приводит к нарушению интересов казны, в связи с чем, исправление такой ошибки (искажения) не посредством подачи уточненной декларации за предыдущий налоговый период, а посредством отражения исправленных сведений в текущей налоговой декларации признается допустимым, при условии, что к моменту исправления ошибки (подачи налоговой декларации) не истек установленный статьей 78 НК РФ трехлетний срок возврата (зачета) переплаты, учитывая, что лишь в течение указанного срока налогоплательщик вправе распоряжаться соответствующей суммой излишне уплаченного в бюджет налога.

Указанный вывод о возможности исправления ошибки, в том числе связанной с учетом безнадежной задолженности в составе расходов, не в периоде ее фактического совершения, а в период ее выявления, при условии отсутствия истечения трехлетнего срока с периода совершения ошибки до периода ее выявления, соответствует позиции изложенной в Определении СКЭС ВС РФ от 19.01.2018 № 305-КГ17-14988.

Следовательно, с учетом применения пункта 1 статьи 54 НК РФ, а также его толкования в Определении СКЭС ВС РФ, суд считает, что выявленные в 2012, 2013, 2014 годах суммы безнадежной задолженности в размере 1 820 889 р., подлежащие в силу статей 266, 272 НК РФ списанию в состав расходов в предыдущих периодах, правомерно учтены налогоплательщиком в расходах за 2012-2014 год в виду образования при их учете в предыдущих периодах переплаты по налогу.

Учитывая изложенное, судом установлено, что общество правомерно включило в состав расходов за 2012-2014 год безнадежную ко взысканию дебиторскую задолженность в размере 1 820 889 р. на основании пункта 1 статьи 54 НК РФ, в связи с чем, уменьшение убытка по налогу на прибыль организаций на данную сумму по оспариваемому решению является неправомерным.

По пункту 2.3.1 решения.

Налоговым органом по оспариваемой части решения установлено, что заявитель в нарушении пункта 1 статьи 375 НК РФ, пункта 11 статьи 381 НК РФ применил в 2012 – 2014 годах льготу по налогу на имущество организаций в отношении объектов основных средств, являющихся, по мнению налогоплательщика, неотъемлимой технологической частью линий электропередач, что привело к занижению налоговой базы и неуплате налога на имущество организаций в размере 56 801 806 р.

Судом по данному нарушению установлено следующее.

Заявитель в указанные периоды осуществлял деятельность по производству (генерации) электроэнергии и заявил льготу (пониженную налоговую ставку) предусмотренную пунктом 11 статьи 381 НК РФ имущества, числящегося на балансе следующих филиалов:

- по филиалу «ГУ ОАО «ТГК-2» по Костромской области» в отношении: главный корпус, здание главного корпуса электростанции, водогрейные котлы, котлы, котельные установки, котлоагрегаты, паровые котлы, главный корпус ТЭЦ с пристройками, здание котельной-2 с бытовым помещением, часть производственного помещения, дымовые трубы;

- по филиалу «Химический цех тэц-3 г. Тверь ГУ ОАО «ТГК-2» по Верхневолжскому региону» в отношении: главных корпусов, зданий главных корпусов, зданий котельных, производственных зданий котлов, Теплофикационных установок, водогрейных котлов, газомазутных котлов, котлоагрегатов, дымовых труб, газомазутных и угольных котлов, твердотопливных котлов, паровых котлов;

- по филиалу «ГУ ОАО «ТГК-2» по Верхневолжскому региону» в отношении: главных зданий, главных корпусов, зданий водогрейных котлов, теплофикационных установок, оборудования пылеприготовления котла, котельных агрегатов, котлоагрегатов. газоходов дымовых труб, тяго-дутьевых устройств котлов, здания производственных мастерских, здания электролизерной, сбросного канала 1 и 2 очереди, пристроек котлов.

Инспекция, признавая неправомерным применение льготы по пункту 11 статьи 381 НК РФ, указывает на следующие нарушения:

1) заявитель является организацией, осуществляющей производство электроэнергии (мощности) – генерирующей компанией, в то время как льгота предоставляется только организациям, осуществляющим передачу электрической энергии (мощности) – электросетевым компаниям;

2) спорные объекты (здания и оборудование) относятся исключительно к генерации (производству) электроэнергии и не являются электросетевыми объектами, поскольку расположены на территории электростанций, что дополнительно устновлено проведенной Центром независимых судебных экспертиз Российского экологического фонда «ТЕХЭКО» (далее – Центр «ТЕХЭКО») по заказу налогового органа экспертизе.

Суд, рассмотрев доводы сторон, оценив представленными документы, установил следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 НК РФ объектом обложения налогом на имущество для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (включая имущество, переданное во временное владение, пользование), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств, в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета.

Согласно пункту 1 статьи 375 НК РФ налоговая база по налогу на имущество организаций определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения. При определении налоговой базы имущество, признаваемое объектом налогообложения, учитывается по его остаточной стоимости, сформированной в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета, утвержденным в учетной политике организации. 

Исходя из положений пункта 11 статьи 381 НК РФ (в редакции действующей до 01.01.2013), следует, что освобождаются от обложения налогом на имущество организации - в отношении железнодорожных путей общего пользования, федеральных автомобильных дорог общего пользования, магистральных трубопроводов, линий энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов. Перечень имущества, относящегося к указанным объектам, утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 504 (далее - Перечень). 

В указанном Перечне содержатся наименования сложных технологических объектов, относящихся к железнодорожным путям общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также к сооружениям, являющимся неотъемлемой технологической частью указанных объектов, в отношении которых организации освобождаются от обложения налогом на имущество организаций и соответствующие этим объектам коды ОКОФ. 

Льготированию подлежит не только имущество, код которого по ОКОФ непосредственно указан в Перечне, но и имущество, являющееся составной неотъемлемой частью указанного объекта, которое может иметь свой код ОКОФ, независимый от кода ОКОФ основного объекта (сооружения). Такое имущество, являющееся составной частью сложного технологического объекта, поименовано в Перечне по соответствующему коду ОКОФ в графе «Примечание», состав имущественных объектов по которой является закрытым.

Статьей 6 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» установлен прямой запрет на совмещение деятельности по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и (или) купле-продаже электрической энергии.

Общей предпосылкой для формирования конкурентных отношений на розничных ах электрической энергии служит выделение конкурентных (производство и сбыт электрической энергии) и неконкурентных (передача электрической энергии, оперативно-диспетчерское управление в электроэнергетике) видов деятельности, а также установление абсолютного запрета на совмещение конкурентных и неконкурентных видов деятельности в афере электроэнергетики.

Следовательно, конкуренция на розничных рынках электрической энергии допускается в производстве (генерации) электрической энергии (конкуренция производителей) и в приобретения и продажи электрической энергии (сбыт) (конкуренция сбытовых организаций).

В целях выполнения воли законодателя о разграничении монопольных и конкурентных видов деятельности в энергетике, генерация выделилась в отдельное юридическое лицо.

Исходя из изложенного следует, что существо спорной льготы заключается в экономической поддержке организаций (прежде всего сетевых компаний), которые в силу специфики осуществляемой деятельности имеют на балансе значительной протяженности сети, используемые для удовлетворения потребностей неограниченного круга лиц, и вынужденно несут значительные затраты по их обслуживанию, при этом доходность их деятельности ниже доходности генерирующих компаний.

Заявитель на рынке энергетики является генерирующей компанией, в связи с чем по существу все имущество, которым оно обладает, используется им для осуществления именно этой хозяйственной функции, в противном случае, Заявитель как субъект деятельности в сфере электроэнергетики был бы подвергнут принудительному разделению, с выделением соответствующих (непрофильных функций) в отдельное юридическое лицо.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности Заявителя является производство пара и горячей воды (тепловой энергии) - вид по ОКВЭД 40.30.1. 

Основное производственное оборудование является генерирующим и предназначено для выработки тепловой энергии. Все указанное имущество находится на территории филиалов ОАО «ТГК-2», используется только для производства (преобразования) тепловой энергии и не является энергопередающим.

Следовательно, установленная в статье 381 НК РФ льгота по своему правовому назначению применительно к сфере энергетики может использоваться в отношении конкретной категории субъектов данного рынка.

Данное обстоятельство, исходя из практики рассмотрения аналогичных споров, ставится в обязательное условие, несоблюдение которого влечет отказ в признании права применения льготы / пониженной ставки по налогу на имущество.

Указанный вывод суда полностью соответствует сложившейся судебной практик отраженной в том числе в Определениях ВС РФ от 24.05.2018 № 305-КГ18-5737, от 14.12.2018 № 305-КП8-20630 и других.

Учитывая изложенное, судом установлено, что общество неправомерно применило льготу по налогу на имущество организаций за 2012-2014 год предусмотренную статьей 381 НК РФ в отношении имущества, не использующегося в деятельности по передаче электроэнергии по сетям, при том, что заявитель не является сетевой компанией и в силу законодательства об электроэнергии не вправе одновременно осуществлять деятельность по генерации электроэнергии и передаче ее по сетям потребителям, в связи с чем, начисление налога в оспариваемом решении в размере 56 801 806 р. является правомерным. 

Таким образом, судом установлено, что решение инспекции решение от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения:

- в части уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 год по пунктам 2.2.2 и 2.2.3 в размере 581 061 249 р., является незаконным,

- в остальной оспариваемой части решение является законным и обоснованным.

Уплаченная заявителем при обращении в арбитражный суд государственная пошлина в размере 3 000 р. подлежит взысканию с Инспекции на основании части 1 статьи 110 АПК РФ в качестве возмещения понесенных ей судебных расходов, в виду отсутствия освобождение государственных органов, проигравших спор, от возмещения судебных расходов, отношения по распределению которых возникают между сторонами судебного разбирательства после уплаты заявителем государственной пошлины на основание статьи 110 АПК РФ и не регулируются главой 25.3 НК РФ (пункт 21 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлины при рассмотрении дел в арбитражных судах»). 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 137, 138 Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 110, 167, 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным вынесенное МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 4 в отношении ПАО «ТГК-2»  решение от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2012-2014 годы в размере 581 061 249 р., как несоответствующее НК РФ.

В остальной части отказать в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 4 в пользу ПАО «ТГК-2» уплаченную государственную пошлину в размере 3 000 р.

Решение в части признания недействительным решения от 23.03.2017 № 03-1-29/1/10 подлежит немедленному исполнению, в остальной части подлежит исполнению после вступления в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

 

СУДЬЯ

М.В. Ларин