АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3916/2025

19 декабря 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе: председательствующего судьи Кучеренко С.О.,

судей Никитина Е.О., Шведова А.А. при участии:

от ООО «Нефтесервис» - ФИО2 по доверенности от 19.06.2025;

от конкурсного управляющего ООО «Нордтрансстрой» ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 11.04.2025,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нефтесервис»

на определение Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2025

по делу № А37-1359/2023

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой» ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью «Нефтесервис»

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 685000, 

<

...>)

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

заинтересованное лицо: акционерное общество «Универсальная лизинговая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 123112,

<

...>/57)

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 685000, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

при участии в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Прокуратуры Магаданской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 685000, 

<

...>)

У С Т А Н О В И Л :

определением Арбитражного суда Магаданской области от 16.05.2023 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой» (далее – ООО «Нордтрансстрой», общество, должник).

Определением суда от 12.09.2023 в отношении ООО «Нордтрансстрой» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Магаданской области от 06.05.2024 ООО «Нордтрансстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

В порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в деле о банкротстве ООО «Нордтрансстрой» участвует прокурор Магаданской области.

В рамках данного дела о банкротстве конкурсный управляющий ООО «Нордтрансстрой» ФИО3 обратился в суд с заявлением (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ) о признании недействительным договора перенайма от 30.08.2021 к договору финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с

общества с ограниченной ответственностью «Нефтесервис» (далее - ООО «Нефтесервис», ответчик) денежных средств в сумме 5 775 000 руб., неосновательного обогащения в размере 2 281 409,44 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 907 188,42 руб. и с 21.02.2025 по день фактической оплаты.

Определением Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2025, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2025, уточненное заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Не согласившись с определением от 02.06.205 и апелляционным постановлением от 01.10.2025, ООО «Нефтесервис» обратилось в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований или направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, у судов отсутствовали основания для признания договора перенайма недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку конкурсным управляющим не было представлено доказательств подтверждающих, что ценность уступленной договорной позиции отличалась от размера встречного предоставления ООО «Нефтесервис»; представленные конкурсным управляющим в качестве обоснования размера причиненного вреда отчет об оценке рыночной стоимости автомобиля (TOYOTA LAND CRUISER 200) от 26.11.2024 № 12-11/2024 по состоянию на 30.08.2021, а также скрин-шоты страницы сайта «auto.ru» в сети Интернет, не являются относимыми и допустимыми доказательствами, подтверждающими отчуждение аналогичных договорных позиций на иных коммерческих условиях. Отмечает, что если бы не было заключено спорное соглашение, технический комплекс должника (включая спорное техническое средство) был бы возвращен лизингодателям без перехода права собственности и включения в конкурсную массу. Полагает, что передав ответчику свои права по договору лизинга, должник получил встречное исполнение в виде исполнения ответчиком его обязанностей по указанному договору, а также погашения требований ответчика по обязательствам перед третьими лицами, включая иные договоры лизинга, что позволило должнику сохранить его активы (технику и

оборудование) в имущественной массе. Считает, что судами не учтен тот факт, что на момент начала исполнения ответчиком обязательства должника перед лизингодателем договор финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л уже был расторгнут, соответственно, вред имущественным интересам кредиторов не мог быть причинен ввиду отсутствия связывающего договорного обязательства, и, как следствие, коммерческой ценности спорной договорной позиции. Обращает внимание на то, что в нарушение требований статьи 170 АПК РФ суды не привели мотивов, по которым пришли к выводу о необходимости взыскания неосновательного обогащения и процентов на него. Указывает, что поскольку денежные средства, полученные ответчиком от покупателя (третьего лица), не принадлежали должнику, а являлись собственностью покупателя, то требование о взыскании в качестве неосновательного обогащения платы по договору купли-продажи транспортного средства от 22.02.2022 № 2/T является необоснованным, так как данные средства не были приобретены за счет должника. Ссылается на то, что при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий не приводил доводов о наличии у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. Отмечает, что конкурсным управляющим в суде первой инстанции не был заявлен довод (соответственно не дана оценка), о том, что спорная сделка представляла собой возврат контролирующим лицом предоставленного должнику в условиях его имущественного кризиса компенсационного финансирования, и потому может быть оспорена по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ООО «Нордтрансстрой» ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу просит отказать в ее удовлетворении, полагая, что приведенные в ней доводы не влияют на законность и обоснованность выводов судов.

ООО «Нефтесервис» представило в суд округа дополнительные пояснения к кассационной жалобе.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, представитель ООО «Нефтесервис» настаивал на удовлетворении кассационной жалобы, против чего возражал представитель конкурсного управляющего.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы путем размещения

соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене ввиду следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 30.08.2021 между ООО «Нордтрансстрой» (лизингополучатель) и ООО «Нефтесервис» (новый лизингополучатель) заключен договор перенайма к договору финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л, согласно пункту 1.1. которого лизингополучатель обязуется передать свои права и обязанности по договору финансовой аренды (лизинга), заключенному между лизингополучателем и акционерным обществом «Универсальная лизинговая компания» (лизингодатель; далее – АО «Универсальная лизинговая компания») в отношении предмета лизинга - TOYOTA Land Cruiser 200, номер ПТС - 78 УХ 702688, идентификационный номер (VIN) - 

<

***> (далее – транспортное средство). Пунктом 1.4.3. договора перенайма установлено, что на момент подписания указанного договора у лизингополучателя сформировалась задолженность в размере 197 947,45 руб. В соответствии с пунктом 1.4.4. – общая сумма лизинговых платежей, подлежащих уплате по договору лизинга новым лизингополучателем, составляет 220 337,44 руб.

09.09.2021 между АО «Универсальная лизинговая компания» (лизингодатель) и ООО «Нефтесервис» (лизингополучатель) заключено дополнительное соглашение № Б\Н к договору финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л с учетом договора перенайма от 30.08.2021 по условиям которого в связи с досрочным выкупом предмета лизинга общая сумма лизинговых платежей, выплачиваемая лизингополучателем в период действия договора пересчитана и составляет 220 337,44 руб.

По акту приема-передачи от 09.09.2021 лизингодателем (АО «Универсальная лизинговая компания») передано в собственность лизингополучателя (ООО «Нефтесервис») указанное выше транспортное средство.

При этом на момент заключения договора перенайма должником была оплачена большая часть платежей, предусмотренных договором финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 - в размере 6 624 813,67 руб.; фактически уплаченная ООО «Нефтесервис» сумма лизинговых платежей равняется 218 590,56 руб. (согласно представленным сведениям о платежах от АО «Универсальная лизинговая компания»).

Согласно карточке учета транспортного средства TOYOTA Land Cruiser 200, номер ПТС - 78 УХ 702688, идентификационный номер (VIN) - 

<

***>, полученной с письмом УМВД Магаданской области от 31.10.2024 № 14/6994, ООО «Нефтесервис» продало указанное транспортное средство за 2 500 000 руб.

Ссылаясь на то, что договор перенайма от 30.08.2021 совершен в момент, когда должник отвечал признаку неплатежеспособности, безвозмездно, с аффилированным лицом, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании его недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также конкурсным управляющим заявлено требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 2 500 000 руб. (плата за транспортное средство по договору купли-продажи транспортного средства от 22.02.2022 № 2/Т в адрес ООО «Нефтесервис», заключенному с ФИО5 (покупатель)).

Суд первой инстанции, выводы которого поддержаны апелляционным судом, признавая оспариваемую сделку недействительной руководствовался положениями статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и исходил из того, что на дату заключения договора должник обладал признаками неплатежеспособности (имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования

которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов общества); сделка заключена между аффилированными лицами (в силу родственных и корпоративных связей), в отсутствие равноценного встречного предоставления, направлена на причинение имущественного вреда кредиторам; действия должника и ответчика свидетельствуют о направленности на сокрытие имущества должника от кредиторов и, соответственно, о наличии в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом.

В качестве последствий недействительности сделки суд взыскал с ООО «Нефтесервис» в конкурсную массу ООО «Нордтрансстрой» денежные средства в сумме 5 775 000 руб. (рыночная стоимость транспортного средства).

В конкурсную массу должника, взыскано неосновательное обогащение в сумме 2 281 409,44 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 907 188,12 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами с 21.02.2025 и по день их фактической оплаты. При этом судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте не приведены мотивы, по которым в данной части удовлетворено заявление конкурсного управляющего. В свою очередь апелляционным судом указано на правомерность их взыскания.

Вместе с тем судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

По смыслу положений статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее –Закон о лизинге) и статьи 665 ГК РФ под договором лизинга понимается договор,

в соответствии с которым арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Так как в параграфе 6 главы 34 ГК РФ не установлены специальные правила о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга, к спорным правоотношениям подлежит применению статья 615 ГК РФ, в соответствии с которой в результате перенайма происходит замена арендатора в обязательстве, возникшем из договора аренды, поэтому перенаем должен осуществляться с соблюдением норм гражданского законодательства об уступке требования и переводе долга.

Соглашение о перенайме предусматривает одновременную передачу бывшим арендатором новому всех прав и обязанностей по договору аренды и потому представляет собой сделку по передаче договора, к которой применяются правила об уступке требования и о переводе долга (статья 392.3 ГК РФ).

В силу установленной пунктом 3 статьи 423 ГК РФ презумпции, названная договорная конструкция является возмездной.

Как указано в пункте 1 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор), платежи по договору выкупного лизинга, по общему правилу, включают в себя сумму предоставленного лизингодателем финансирования и вознаграждение за названное финансирование, зависящее от продолжительности пользования им. Данные платежи не могут быть разделены на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость.

Согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Из приведенных положений закона следует, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный

интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Лизинговые платежи являются возмещением инвестиционных затрат лизингодателя и обязательны к уплате независимо от получения предмета лизинга во владение.

Надлежащее исполнение лизингополучателем обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, означает реализацию им права на выкуп полученного в лизинг имущества (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 4664/13, от 21.01.2014 № 6878/13, от 22.03.2012 № 16533/11, от 25.07.2011 № 3318/11).

Таким образом, денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования) и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование). Соответственно, лизинговые платежи невозможно разделить на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость.

В данном случае должник, заключив спорные соглашения, утратил право на приобретение в собственность предмета лизинга, передав его ООО «Нефтесервис», но, одновременно, освободил себя от имущественной обязанности по возврату оставшейся части финансирования и платы за пользование финансированием.

Согласно правовому подходу, изложенному в Определении Верховного суда Российской Федерации от 10.08.2021 № 306-ЭС21-5668 неравноценность встречных предоставлений подлежала установлению, исходя из действительной стоимости договорной позиции – права на выкуп предмета лизинга, на момент ее приобретения, а не исходя из стоимости непосредственно предмета лизинга, как ошибочно посчитали суды первой и апелляционной инстанций.

Формулируя критерии определения причинения вреда, Президиум Верховного Суда Российской Федерации в Обзоре указал, что, оценивая соглашение о передаче договорной позиции применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует проанализировать

соотношение между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие).

Указанная сумма не может рассматриваться как равная сумме внесенных должником лизинговых платежей, поскольку в течение действия договора лизинга должник осуществлял пользование предметом лизинга и вне зависимости от результата взаимоотношений с лизингодателем (будет ли договор исполнен в полном объеме или нет) должен был вносить плату за такое пользование, то есть лизинговый платеж состоит не только из части выкупной стоимости.

Судам было необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга. Размер справедливого встречного исполнения по договору о замене стороны в договоре лизинга должен соответствовать размеру сальдо встречных обязательств по договору лизинга на дату перемены лица в договоре, если такое сальдо складывается в пользу прежнего лизингополучателя.

Как следует из материалов дела, между АО «Универсальная лизинговая компания» (лизингодатель) и ООО «Нордтрансстрой» (лизингополучатель) был заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/л (в редакции дополнительного соглашения от 04.09.2019 № 1).

Согласно предмету договора лизинга лизингодатель принял на себя обязательство приобрести у третьего лица в собственность транспортное средств, и предоставить его во временное владение и пользование лизингополучателю, с последующим выкупом последним предмета лизинга по истечении срока действия договора лизинга (пункт 1.1).

В период действия договора лизинга обязанность по внесению согласованных лизинговых платежей исполнялась ООО «Нордтрансстрой» ненадлежащим образом, что не оспаривается сторонами.

30.08.2021, с согласия лизингодателя, между ООО «Нордтрансстрой» и ООО «Нефтесервис» был заключен договор перенайма к договору финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л (далее по тексту - договор перенайма), по условиям которого лизингополучатель передал свои права и обязанности по договору лизинга ООО «Нефтесервис».

Пунктом 1.6 договора перенайма должник и ответчик согласовали, что передача (уступка) прав по настоящему договору является возмездной. Порядок оплаты уступки прав требования определяется отдельным соглашением.

При этом, отсутствие в договоре перенайма условий, определяющих взаимные расчеты должника и ответчика между собой в связи с передачей договора лизинга, не лишает возможность определения таких условий исходя из фактически сложившихся отношений.

Данный подход соответствует правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2021 № 306-ЭС21-5668 по делу № А65-1624/2020. Как указал Верховный Суд, пунктом 3 статьи 423 ГК РФ в гражданских отношениях предусмотрена презумпция возмездности договора: договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. В связи с этим отсутствие в договоре, на основании которого производится уступка, условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, при определении такого признака, как причинение вреда в результате совершения подозрительной сделки, во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений.

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной без соответствующего встречного предоставления судам необходимо было проанализировать не только непосредственно условия самого спорного договора, но и условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их

заключения в совокупности с достигнутым сторонами экономическим эффектом.

Как следует из материалов дела, и не опровергается конкурсным управляющим, в период после заключения сделки ООО «Нефтесервис» неоднократно производило платежи за должника в пользу третьих лиц. Общая сумма денежных средств, которая была оплачена ответчиком за должника третьим лицам, в том числе по иным договорам лизинга, составляет 8 216 393,90 руб. (л.д. 40-60, т. 3; л.д. 70-78, т. 3), что существенно выше уплаченной самим должником по договору финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л на момент заключения договора перенайма (6 624 813,67 руб.). Вместе с тем, ни судом первой инстанции, ни апелляционным судом оценка данным обстоятельствам не была дана.

Кроме того, судами оставлено без внимания, что решением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.04.2021 по делу № А73-2342/2021 (л.д. 10-20, т. 3) были удовлетворены исковые требования АО «Универсальная лизинговая компания» и у должника изъят имущественный комплекс в пользу лизингодателя, являющийся предметом лизинга по ряду договоров, в том числе и спорное транспортное средство.

Таким образом, на момент заключения договора перенайма от 30.08.2021 договор финансовой аренды (лизинга) от 21.08.2019 № 527п-19/Л уже был расторгнут, транспортное средство изъято, соответственно, вред имущественным интересам кредиторов не мог быть причинен ввиду невозможности включения данного имущества в конкурсную массу должника.

В дальнейшем, определением от 09.09.2021 по тому же делу между сторонами спора было заключено мировое соглашение (л.д. 1-9, т. 3), по условиям которого они пришли к соглашению о продолжении действия ранее прекращенных договоров лизинга, и в результате произведенных ответчиком платежей в общей сумме 8 216 393,90 руб., должник сохранил за собой ранее изъятое лизингодателем имущество.

Как следует из отчета конкурсного управляющего, имущество, лизинговые платежи за которое были внесены ответчиком, было включено в конкурсную массу должника и в последующем частично реализовано на торгах. При этом сам ответчик с требованием о включении в реестр требований кредиторов уплаченных им за должника денежных средств не обращался.

Таким образом, заключение договора перенайма от 30.08.2021 и последующее исполнение ответчиком за должника обязательств в сумме 8 216 393,90 руб. не только не привело к ущемлению прав кредиторов, но и напротив способствовало пополнению конкурсной массы должника, за счет реализации которой могут быть удовлетворены их требования.

Поскольку с учетом сложившегося сальдо взаимных представлений сторон по оспариваемому договору конкурсный управляющий не подтвердил, что имело место причинение вреда конкурсной массе должника, и, как следствие, имущественным интересам его кредиторов, а доводов, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве не приведено, у судов отсутствовали основания для признания договора перенайма недействительной сделкой по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 ГК РФ, и соответственно оснований для взыскания неосновательного обогащение и процентов по статье 395 ГК РФ.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, если установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению.

Принимая во внимание, что в данном случае все фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора, установлены судами и необходимость в дополнительном исследовании доводов и доказательств отсутствует, суд кассационной инстанции полагает возможным отменить определение суда первой инстанции от 02.06.2025 и

постановление апелляционного суда от 01.10.2025, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления конкурсного управляющего (подано в суд до внесения изменений в налоговое законодательство), апелляционной и кассационной жалоб ООО «Нефтесервис» подлежат отнесению на должника (конкурсную массу).

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2025, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2025 по делу № А37-1359/2023 отменить. В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нордтрансстрой» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб. за рассмотрение заявления, 30 000 руб. и 50 000 руб. по апелляционной и кассационной жалобам.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья С.О. Кучеренко

Судьи Е.О. Никитин

А.А. Шведов