АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 июля 2025 года

Дело №

А56-132376/2022/сд.2

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Александровой Е.Н., ФИО1, 

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 05.06.2025, от финансового управляющего ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 11.07.2025, от               ФИО6 представителя ФИО7 по доверенности от 27.06.2025, от конкурсного управляющего акционерным обществом «АктивКапитал Банк» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителя ФИО8 по доверенности от 07.06.2023,

рассмотрев 14.07.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 по обособленному спору № А56-132376/2022/сд.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2023 по заявлению акционерного общества «АктивКапитал банк» (далее – Банк) в отношении ФИО2, адрес: 199406, Санкт-Петербург, Средний пр-кт В.О., д. 85, лит. У, кв. 444, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 04.07.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда первой инстанции от 07.12.2023 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в ее отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Финансовый управляющий 22.03.2024 обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительными двух договоров дарения от 06.08.2021, по которым ФИО9 (несовершеннолетней дочери должника) передано жилое помещение с кадастровым номером 78:06:0002089:3924, площадью 119 кв. м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Средний пр-кт В.О., д. 85, лит. У, кв. 444, и 145/100000 долей в праве собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 78:06:0002089:4041, площадью 22 980,3 кв. м, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Средний пр-кт В.О., д. 85, лит. У, пом. 87-Н, подземные этажи № 1, 2. Управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде прекращения права собственности ответчика на данное имущество и признания его за должником.

Определением суда первой инстанции от 26.04.2024 к участию в обособленном споре привлечен отдел опеки и попечительства муниципального образования Гавань Василеостровского района Санкт-Петербурга. 

Определением суда первой инстанции от 05.11.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025, заявление удовлетворено в полном объеме.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 05.11.2024 и постановление от 28.03.2025, принять по делу новый судебный акт. 

По мнению подателя жалобы, суды не приняли во внимание, что: 

- дарение квартиры, обладающей исполнительским иммунитетом, соответствует закону, не свидетельствует о противоправных целях сторон, соответственно, не может быть признано причиняющим вред кредиторам, более того, отчуждение спорного имущества в пользу дочери должника направлено на исполнение обязанности по содержанию детей в соответствии со статьей 80 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) и пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов»;

- факт отнесения квартиры к единственному жилью не исследован, представленные доказательства не получили надлежащей оценки, применимые нормы права не учтены, при этом доказательств роскошности данного жилья не представлено;

- указание судами на принадлежность должнику иного имущества, не квалифицированного в качестве единственного и в котором ни должник, ни члены ее семьи не проживают, не опровергает возможность квалификации спорного имущества как единственного жилья;

- финансовый управляющий в нарушение статьи 61.7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 29.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) не обеспечил ответчику возможность возмещения в конкурсную массу стоимости отчужденного имущества.

Определениями Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.06.2025 кассационная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 14 июля 2025 года в 14 час. 10 мин., приостановлено исполнение определения суда от 05.11.2024 до окончания производства в суде кассационной инстанции. 

На кассационную жалобу 14.07.2025 в день судебного заседания от Банка и финансового управляющего ФИО4 поступили отзывы, в приобщении которых судом округа отказано ввиду незаблаговременного направления и раскрытия перед иными участниками спора. 

В заседании суда кассационной инстанции представители                    ФИО2 и ФИО6 поддержали доводы кассационной жалобы, а представители Банка и финансового управляющего ФИО4 возражали против ее удовлетворения. 

Информация о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел». 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –               АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из заявления, должник 06.08.2021 по двум договорам подарила своей несовершеннолетней дочери квартиру и 145/100000 долей в праве собственности на нежилое помещение. 

Ссылаясь на то, что сделки совершены с заинтересованным лицом в условиях возбужденного в отношении должника исполнительного производства, направленного на погашение задолженности, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника, финансовый управляющий       ФИО4 просил признать договоры дарения недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установив все признаки подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды удовлетворили заявление.   

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Производство по делу о банкротстве возбуждено 31.01.2023, договоры дарения заключены 06.08.2021, то есть в трехлетний период подозрительности.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктами 5 и 6 постановления Пленума № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Обязанность по содержанию несовершеннолетних детей (статья 80                 СК РФ), к коим относится ответчик, как и исполнение иных гражданско-правовых обязанностей, не может нарушать права и свободы иных участников оборота. В этом выражается предел исполнения данной обязанности – с одной стороны, и осуществления в соответствии с пунктом 1 данной статьи права выбора формы содержания ребенка – с другой.  

Судами установлено, что дарение имущества совершено в пользу заинтересованного лица и отвечает признаку причинения вреда, поскольку на дату сделок у должника имелись неисполненные обязательств перед Банком с наступившим сроком исполнения на сумму более 10 млн руб., требования по которым предъявлены к должнику в заявлении о признании последнего  банкротом и в настоящее время включены в реестр требований кредиторов.

В кассационной жалобе должник не оспаривает наличие признаков неплатежеспособности и заинтересованности сторон сделки, ссылается на то, что дарение квартиры преследует правомерную цель сохранения имущества, обладающего исполнительским иммунитетом.

Действительно, по смыслу статей 213.25 и 213.32 Закона о банкротстве и разъяснений пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов, поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в нем продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате в конкурсную массу оно в соответствии со статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) будет защищено исполнительским иммунитетом (пункт 20 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного его Президиумом 18.06.2025). 

Однако в данном случае отсутствуют однозначные и бесспорные основания для признания спорной квартиры обремененной исполнительским иммунитетом в силу следующих обстоятельств.

В ходе судебного процесса финансовый управляющий ссылался на то, что помимо спорной квартиры должнику принадлежит 1/3 доли в праве общей собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, лит. А, кв. 351. Также у супруга должника ФИО6 имеется жилое помещение, находящееся по адресу: Санкт-Петербург, Взлетная ул., д. 13, лит. А, кв. 238, площадью 66,8 кв. м, являющегося, как отражено в приобщенном в материалы дела отчете о процедуре реализации имущества ФИО6 от 01.04.2024, местом регистрации последнего.    

Перечисленное имущество, как следует из единого федерального реестра сведений о банкротстве, в рамках дел о банкротстве соответственно ФИО2 и ФИО6 не реализовано, сведения об отнесении какого-либо из них к единственному жилью данной семьи отсутствуют. 

Кроме того, финансовый управляющий имуществом ФИО2  указал на наличие у спорной квартиры признаков роскошного жилья, а именно площади 119 кв. м, превышающей минимальный размер общей площади жилого помещения по Санкт-Петербургу, а также на стоимость аналогичного имущества на рынке, составляющей по оценке управляющего не менее 40 млн руб., что свидетельствует о возможности за счет возвращенной по реституции квартиры не только погасить все требования, включенные в реестр, но и предоставить должнику и членам ее семьи замещающее жилье.  

Доводы должника о бесперспективности оспаривания сделки по отчуждению спорного имущества, истолковывающего исполнительский иммунитет как абсолютный запрет на обращение взыскания на единственное жилье, исходя из того, что даже при доказанности всех пороков сделки возврат этого имущества в конкурсную массу должника невозможен ввиду проживания должника и членов ее семьи в спорной квартире, не состоятельны и противоречат толкованию института исполнительского иммунитета, данному Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 26.04.2021 № 15-П при оценке конституционности части 1 статьи 446 ГПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта;

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления – отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы осуществляется в иных спорах.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции сделал правильный вывод о том, что вопрос о распространении исполнительского иммунитета, предусмотренного абзацем первым части 1 статьи 446 ГПК РФ на спорную квартиру, с учетом заявленных управляющим доводов о роскошности и возможности предоставления замещающего жилья является преждевременным и не подлежащим разрешению в рамках рассмотрения спора о признании сделки по отчуждению спорной квартиры недействительной.

Признание недействительными договоров дарения и применение последствий их недействительности не препятствует рассмотрению в дальнейшем вопросов как о распространении исполнительского иммунитета на объект недвижимости (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2019                                № 305-ЭС19-10785(2)), так и о его ограничении с предоставлением должнику и членам ее семьи замещающего жилья.

И в том, и в другом случае рассмотрение соответствующих вопросов должно быть инициировано заинтересованными лицами в рамках отдельного обособленного спора.

Относительно довода о том, что ответчику не обеспечена возможность реализации права, предоставленного статьей 61.7 Закона о банкротстве, суд округа отмечает следующее.

В соответствии со статьей 61.7 Закона о банкротстве арбитражный суд может отказать в признании сделки недействительной в случае, если стоимость имущества, приобретенного должником в результате оспариваемой сделки, превышает стоимость того, что может быть возвращено в конкурсную массу в результате оспаривания сделки, или если приобретатель по недействительной сделке вернул все исполненное в конкурсную массу.

Поскольку в данном случае условия применения судом статьи 61.7 Закона о банкротстве отсутствуют, возвращение в конкурсную массу должника исполненного по договору дарения, в том числе в денежном выражении, не обеспечено (что ожидаемо в добровольном порядке и не требует санкции финансового управляющего или суда), у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для отказа в оспаривании договоров дарения. 

То обстоятельство, что привлеченный к участию в деле отдел опеки и попечительства муниципального образования Гавань Василеостровского района Санкт-Петербурга не представил письменное заключение по соблюдению прав несовершеннолетней дочери должника, вопреки позиции ФИО2, не препятствовало рассмотрению спора по существу и признанию сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется в силу статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), не допущено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В связи с окончанием кассационного производства приостановление исполнения определения суда от 05.11.2024, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.06.2025, следует отменить.

Руководствуясь статьями 283, 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.11.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2025 по обособленному спору № А56-132376/2022/сд.2 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.11.2024 по указанному обособленному спору, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.06.2025, отменить.

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Е.Н. Александрова

ФИО1