АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-2925/2019

г. Петропавловск-Камчатский

17 октября 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 10 октября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 17 октября 2022 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи О.Н. Бляхер, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску 

сельскохозяйственного кооператива «Рыболовецкая артель ФИО2» в лице участников ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10

к ответчику 

 

третьи лица:

индивидуальному предпринимателю ФИО11 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

ФИО15, ФИО12, ФИО13

о признании недействительным договора поставки от 08.04.2015 с приложением № 1  от 01.09.2015;

о признании недействительной разовой сделки купли-продажи, оформленной в виде товарной накладной № 7 от 25.05.2015 

при участии:

от истцов: 

СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» - ФИО10 – представитель по доверенности от 12.01.2022 (сроком на 2 года);

ФИО3 – ФИО10 – представитель по доверенности от 24.05.2021 (сроком на 5 лет), 

ФИО4 – не явились, ФИО5 – ФИО10 – представитель по доверенности от 12.04.2021 (сроком на 5 лет), 

ФИО6 – ФИО10 – представитель по доверенности от 03.09.2020 (сроком на 3 года), 

ФИО7 – ФИО10 – представитель по доверенности от 27.12.2019 (сроком на 3 года), 

ФИО8 – ФИО10 – представитель по доверенности от 28.12.2019 (сроком на 3 года), 

ФИО9 – ФИО10 – представитель по доверенности от 02.04.2022 (сроком на 5 лет), 

ФИО10 – присутствует лично (предъявлено удостоверение адвоката);

от ответчика:

третьи лица:

не явились;

не явились.

установил:

сельскохозяйственный кооператив «Рыболовецкая артель ФИО2» в лице участника ФИО3 (далее – истец, артель, СХК «Рыболовецкая артель ФИО2») обратился в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО11 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО11), в котором просит признать недействительным договор поставки от 08.04.2015, заключенный между ИП ФИО11 (поставщик) и СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» (покупатель) в лице исполнительного директора ФИО15.

По условиям договора поставки от 08.04.2015 ИП ФИО11 обязался не позднее сентября 2015 года поставить в адрес артели: кран ДЭК 25 тн, стоимостью 4 600 000 рублей, соль 36,4 тн, стоимостью 728 000 рублей, куботейнеры пластиковые 1 000 шт., стоимостью 400 000 рублей, а также выполнить облицовку и утепление холодильной камеры № 2, стоимостью 2 600 000 рублей, всего на общую сумму 8 328 000 рублей (пункты 1.1, 3.1 договора). Расчет по данному договору производится продукцией: икра лососевая 11 554 кг на сумму 8 328 000 рублей (пункт 2.1 договора).

Требования заявлены на основании статьи 225.1 АПК РФ и мотивированы тем, что о совершении указанной сделки членам артели стало известно в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» в связи с принятием 27.07.2018 заявления ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб. Истец ставит под сомнение заключение и совершение данной сделки, указывает, что договор подписан неуполномоченными лицами и полагает, что данная сделка явно является убыточной для членов артели.

Определением от 20.11.2019 суд удовлетворил заявления членов артели ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о вступлении в дело в качестве соистцов.

Определением от 21.01.2020 производство по делу № А24-2925/2019 приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору, рассматриваемому в рамках дела № А24-1918/2010 по заявлению ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника (СХК «Рыболовецкая артель ФИО2») задолженности в размере 50 543 204,08 руб. Требования ФИО12 были основаны на договоре уступки права (цессии) от 02.07.2018 № 1, заключенном  с ИП ФИО11, по условиям которого ИП ФИО11 (цедент по договору) уступил ФИО12 (цессионарий по договору) право требования к должнику товара (продукции): икра лососевая 11 554 кг на сумму 8 328 000 рублей (пункт 5 договора). При этом стоимость указанного товара пересчитана по состоянию на 30.06.2018 из расчета 11 554 кг х 4 374,52 рубля (цена за 1 кг икры лососевых рыб в г. Владивостоке), что составило 50 543 204,08 рубля.

Согласно пункту 2 названного договора цессии указанное право требования возникло на основании: договора поставки от 08.04.2015, заключенного междуИП ФИО11 и должником, акта от 25.05.2015 № 07 к договору поставкиот 08.04.2015, товарной накладной от 25.05.2015 № 7 к договору поставкиот 08.04.2015, приложения от 01.09.2015 № 1 к договору поставки от 08.04.2015.

Судом установлено, что определением от 31.12.2021 по делу № А24-1918/2010 в удовлетворении заявления ФИО12 о включении задолженности в размере 50 543 204,08 рубля в реестр требований кредиторов СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2022 определение Арбитражного суда Камчатского края от 31.12.2021 по делу № А24-1918/2010 оставлено без изменения. Указанное определение вступило в законную силу.

Определением суда от 11.08.2022 назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса о возобновлении производства по делу № А24-2925/2019. В определении указано на возможность рассмотрения дела по существу в судебном заседании.

Поскольку основания для приостановления производства по делу отпали, в порядке статьи 146 АПК РФ вынесено протокольное определение от 31.08.2022 о возобновлении производства по делу.

В процессе рассмотрения дела судом установлено, что имеются основания для объединения в одно производства дел, находящихся в производстве судьи Бляхер О.Н., № А24-4040/2020 и № А24-4044/2020 с рассматриваемым делом.

Судом установлено, что предметом рассмотрения в настоящем деле является исковое требование членов артели о признании недействительным договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 (поставщик) и СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» (покупатель). 

Предметом рассмотрения в деле Арбитражного суда Камчатского края № А24-4040/2020 является требование СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» в лице участников ФИО3, ФИО4, ФИО10 к ИП ФИО11 о признании недействительной (ничтожной) разовой сделки купли-продажи, оформленной в виде товарной накладной № 7 от 25.05.2015 (в отношении крана ДЭК 25 тн., соли, куботейнеров), основанием в которой указан договор поставки от 08.04.2015.

Определением от 02.09.2020 к участию в деле № А24-4040/2020 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО15 и ФИО12.

Предметом рассмотрения в деле Арбитражного суда Камчатского края № А24-4044/2020 является требование СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» в лице участников ФИО3, ФИО4, ФИО10 к ИП ФИО11 о признании недействительной (ничтожной) сделкой приложения № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, заключенного СХК «РА «ФИО2» и ИП ФИО11 о поставке 11 554 кг соленой икры лососевых пород рыб на сумму 8 328 000 руб.

Определением от 02.09.2020 к участию в деле № А24-4044/2020 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО15, ФИО12 и ФИО13.

Производство по делам № А24-4040/2020 и № А24-4044/2020 также были приостановлены до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору, рассматриваемому в рамках дела № А24-1918/2010 по заявлению ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» задолженности в размере 50 543 204,08 руб. Производство по указанным делам возобновлено.

С учетом установленных судом предметов споров по делам Арбитражного суда Камчатского края № А24-2925/2019, № А24-4040/2020, № А24-4044/2020, находящихся в производстве судьи Бляхер О.Н., и наличия вступившего в законную силу судебного акта по обособленному спору в рамках дела № А24-1918/2010 по заявлению ФИО12,  суд пришел к выводу о взаимосвязи заявленных исковых требований в данных делах и целесообразности их объединения в одно производство для совместного рассмотрения в целях достижения эффективного правосудия и процессуальной экономии.

Исходя из установленных обстоятельств, суд на основании статьи 130 АПК РФ определением от 31.08.2022 объединил дела № А24-2925/2019, № А24-4040/2020, № А24-4044/2020 в одно производство. Объединенному делу присвоен номер № А24-2925/2019.

Судебное заседание в порядке статьи 156 АПК РФ проводилось в отсутствие представителей ФИО4, ответчика и третьих лиц, извещенных о времени и месте проведения заседания надлежащим образом.

Истцы представили суду письменные пояснения относительно представленных письменных доказательств, письменные возражения против доводов ответчика о пропуске срока исковой давности, а также  уточнение заявленных исковых требований.

Согласно уточнению исковых требований истцы, принимая во внимание, что по объединенному делу рассматривается требование членов артели о признании недействительным (ничтожным) договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 (поставщик) и СХК «РА ФИО2» (покупатель), полагали возможным отказаться от самостоятельного требования о признании недействительной (ничтожной) сделкой приложения № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, ссылаясь на то, что приложения к ничтожному договору следуют его судьбе, и в случае признания ничтожным договора поставки от 08.04.2015, приложение № 1 от 01.09.2015 к договору также будет являться ничтожным.

В порядке статьи 49 АПК РФ судом принят отказ от оспаривания приложения № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015 как самостоятельного требования. 

С учетом принятого судом уточнения иска, предметом рассмотрения по настоящему делу является требование о признании договора поставки от 08.04.2015 с приложением № 1 от 01.09.2015, заключенного между СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» и ИП ФИО11 недействительной (ничтожной) сделкой и требование о признании недействительной (ничтожной) сделки купли-продажи, оформленной товарной накладной № 7 от 25.05.2015.

Часть 2 статьи 49 АПК РФ предусматривает право истца до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Пунктом 4 статьи 150 АПК РФ установлено, что если истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом, производство по делу подлежит прекращению. При указанных обстоятельствах, в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекратил производство по делу в названной части.

Кроме того, истцами в ходе судебного разбирательства заявлено о фальсификации следующих доказательств: договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 и СХК «РА ФИО2»; акта № 07 от 25.05.2015; товарной накладной № 7 от 25.05.2015.

Определением от 20.11.2019 заявление истца о фальсификации договора поставки от 08.04.2015, акта от 25.05.2015 № 7, товарной накладной от 25.05.2015 № 7 принято к производству арбитражного суда.

В силу статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Согласно разъяснениям пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» в силу части 1 статьи 161 АПК РФ в случае обращения лица, участвующего в деле, с письменным заявлением о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления, исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу и, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу, проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства (в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры). При этом способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.

В порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Исходя из смысла статьи 161 АПК РФ арбитражному суду следует предупредить об уголовно-правовых последствиях как лицо, обратившееся с заявлением о фальсификации доказательства (статья 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, далее - УК РФ), так и лицо, представившее такое доказательство (статья 303 УК РФ).

Суд в определении от 20.11.2019 разъяснил представителям сторон уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств.

Представитель истцов просил суд рассмотреть заявление о фальсификации по совокупности имеющихся в деле доказательств.

Ответчик мнение по исключению оспариваемых доказательств из числа доказательств по делу и по заявлению истцов о фальсификации доказательств не выразил. В этой связи, оснований для исключения указанных документов из числа доказательств по делу не имеется.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте.

Фальсификация доказательств предполагает сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения в них ложных сведений или исправлений, искажающих действительный смысл.

Как следует из заявления о фальсификации доказательств и пояснений представителей истцов, фальсификация перечисленных в заявлении документов выражается в том, что данные документы не были подписаны ФИО11, а вероятно были подписаны ФИО13 (согласно представленной в материалы дела доверенности от 01.02.2015 представлял интересы ФИО11).

В обоснование заявления истцы ссылаются на заключение от 30.10.2018, изготовленное специалистом ФИО14, имеющим высшее образование, квалификацию эксперт-криминалист по специальности «Судебная экспертиза» и стаж работы по экспертной деятельности – 17 лет, свидетельство на право производства криминалистических экспертиз № 03281 от 27.07.2001, выданное Саратовским юридическим институтом МВД РФ.

Как следует из заключения от 30.10.2018, при проведении комплексно-почерковедческого и технико-криминалистического исследования документов (в том числе, договора поставки от 08.04.2015, приложения № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарной накладной № 7 от 25.05.2015, доверенности от 01.02.2015, акта № 07 от 25.05.2015 на выполнение работ-услуг, копии акта о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий, сооружений) К000-000001 25.05.2015, товарной накладной № 7 от 04.09.2015, акта зачета взаимных требований от 30.09.2015, сделаны следующие выводы: 

1-3. Подписи от имени ФИО11: в договорах поставки от 08.04.2015 г. Петропавловск-Камчатский, товарных накладных № 7 от 25.05.2015, доверенностях от 01.02.2015, акте № 07 от 25.05.2015 на выполнение работ-услуг, копии акта о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий, сооружений) К000-000001 25.05.2015  выполнены одним лицом. Данные подписи выполнены не ФИО11, а вероятно ФИО13

Подписи от имени ФИО13:, в приложениях № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарных накладных № 7 от 04.09.2015, акте зачета взаимных требований от 30.09.2015 выполнены одним лицом. Данные подписи выполнены ФИО13

4. В договорах поставки от 08.04.2015 г. Петропавловск-Камчатский, приложении № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарных накладных № 7 от 25.05.2015, доверенностях от 01.02.2015, акте № 07 от 25.05.2015 на выполнение работ-услуг, акте зачета взаимных требований от 30.09.2015 сначала были нанесены оттиски круглой печати «Предприниматель ФИО11», затем нанесены печатные тексты и в последнюю очередь выполнены подписи от имени ФИО11 и ФИО13

5. Оттиски печати «Предприниматель ФИО11» в договорах поставки от 08.04.2015 г. Петропавловск-Камчатский, приложении № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарных накладных № 7 от 25.05.2015, доверенностях от 01.02.2015, акте № 07 от 25.05.2015 на выполнение работ-услуг, копии акта о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий, сооружений) К000-000001 25.05.2015, акте зачета взаимных требований от 30.09.2015 были нанесены одной печатной формой, образцы оттисков которой представлены на экспертизу.

Проверка заявления о фальсификации осуществлена судом путем исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, в том числе, заключения специалиста ФИО14 от 30.10.2018., которое принятого судом в качестве надлежащего доказательства по делу. С учетом сведений об образовании специалиста ФИО14, его квалификации, стажа работы по экспертной деятельности, наличии свидетельства на право производства криминалистических экспертиз, оснований сомневаться в выводах специалиста, сделанных в заключении от 30.10.2018, у суда не имеется.

Оценив положенные в обоснование заявления о фальсификации доводы, материалы дела, пояснения, принимая во внимание выводы заключения специалиста от 30.10.2018 и, учитывая, что ответчиком вопреки статье 65 АПК РФ указанные обстоятельства не опровергнуты, суд пришел к выводу об обоснованности заявления истцов о фальсификации доказательств.

Кроме того, судом вынесено отдельное частное определение в соответствии с разъяснениями абзаца 6 пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46.

Заслушав пояснения представителя истцов, исследовав материалы дела, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 27.07.2018 в Арбитражный суд Камчатского края в рамках дела № А24-1918/2010 о несостоятельности (банкротстве) СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» (должник) поступило заявление ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 27.07.2018 заявление ФИО12 принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

В подтверждение заявленного права среди прочих документов ФИО12 в материалы дела № А24-1918/2010 представлены: договор поставки от 08.04.2015, приложение № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015 и товарная накладная № 7 от 25.05.2015.

В рамках рассматриваемого дела истцы первоначально обратились с требованием о признании недействительным договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 и СХК «Рыболовецкая артель ФИО2». В ходе рассмотрения дела, в результате объединения дел и уточнения требований истцы просили признать недействительной (ничтожной сделкой) названный договор поставки с приложением № 1 от 01.09.2015 и товарную накладную № 7 от 25.05.2015.

Как следует из условий договора поставки от 08.04.2015 (далее – договор, оспариваемый договор, договор от 08.04.2015), ИП ФИО11 (поставщик) принял обязательство не позднее сентября 2015 года поставить СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» (покупатель) следующее оборудование и товар: кран ДЭК 25 тн, стоимостью 4 600 000 руб. соль 36,4 тн, стоимостью 728 000 руб., куботейнеры пластиковые 1 000 шт., стоимостью 400 000 руб., а также выполнить облицовку и утепление холодильной камеры № 2, стоимостью 2 600 000 руб., всего на сумму 8 328 000 руб. (пункты 1.1, 3.1 договора). Согласно пункту 2.1 договора расчет за товар производится продукцией: икра лососевая 11 554 кг на сумму 8 328 000 рублей (пункт 2.1 договора).

Согласно тексту представленного договора со стороны покупателя договор подписан ФИО11, со стороны поставщика договор подписан исполнительным директором СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» ФИО15.

Согласно положениям статей 309, 314 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов в период времени, в течение которого они должны быть исполнены. 

В силу статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. 

В пункте 1 статьи 516 ГК РФ указано, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. 

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В подтверждение факта поставки ИП ФИО11 СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» товаров по договору поставки от 08.04.2015, а именно: крана ДЭК 25 тн, стоимостью 4 600 000 рублей, соли 36,4 тн, стоимостью 728 000 рублей, куботейнеров пластиковых 1 000 шт., стоимостью 400 000 рублей, поставщиком ИП ФИО11 и плательщиком СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2» подписана товарная накладная от 25.05.2015 № 7 (далее – товарная накладная, оспариваемая товарная накладная, товарная накладная № 7). Со стороны ИП ФИО11 накладная подписана ФИО13, со стороны СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» ФИО15

В подтверждение факта выполнения ИП ФИО11 для СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» работ по облицовке и утеплению холодильной камеры № 2, стоимостью 2 600 000 рублей, составлен акт на выполнение работ-услуг от 25.05.2015 № 07 (далее – акт № 07), подписанный от исполнителя ИП ФИО11 ФИО11, от заказчика СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» ФИО15

Кроме того, согласно приложению № 1 от 01.09.2015 (далее – приложение № 1) к договору поставки от 08.04.2015 СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» принял на себя обязательства в период с 01.09.2015 по 10.09.2015 года осуществить передачу ИП ФИО11: икру солёную горбуши в количестве 6 300 кг; икру солёную кеты в количестве 4 675 кг; икру солёную нерки в количестве 450 кг; икру солёную кижуча в количестве 129 кг на общую сумму 8 328 000 руб.

Приложение № 1 к договору от 08.04.2015 подписано представителем ИП ФИО11 по доверенности от 01.02.2015 ФИО13 и от СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» - исполнительным директором артели ФИО15

Истцы полагают, что договор от 08.04.2015 с приложением № 1, а также товарная накладная № 7 являются недействительными (ничтожными) сделками в связи со следующим.

По мнению истцов, со стороны СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» спорные договор и приложение к договору, товарная накладная  подписаны лицом, не наделенным соответствующими полномочиями – исполнительным директором артели ФИО15. Договор и приложение к нему, товарная накладная являются сфальсифицированными, подписанными формально, поскольку фактически ИП ФИО11 и СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» контрагентами по сделкам не являлись, договор поставки от 08.04.2015 не заключали, реальное исполнение данного договора не осуществлялось, поставка товара по оспариваемой накладной не производилась. Оспариваемый договор с приложением № 1 и товарная накладная № 7 являются мнимыми сделками.

Кроме того, истцы полагают, что подпись ИП ФИО11 на оспариваемом договоре и на товарной накладной сфальсифицирована, приложение  со стороны ИП ФИО11 подписано неуполномоченным лицом по поддельной доверенности от 01.02.2015 на имя ФИО13  

Согласно разъяснениям пункта 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 25) по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 84 Постановления Пленума ВС РФ № 25 согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной. В связи с тем, что ничтожная сделка не порождает юридических последствий, она может быть признана недействительной лишь с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В абзаце 2 пункта 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон.

В обоснование доводов о недействительности (ничтожности) оспариваемого договора с приложением и товарной накладной, истцы, помимо обстоятельств подписания указанных документов, ссылаются на отсутствие реального исполнения по сделкам со стороны ИП ФИО11, а именно,  отсутствие поставки товара, выполнения работ, указанных в договоре от 08.04.2015, что подтверждено судебным актом.  

Как установлено судом, в рамках дела Арбитражного суда Камчатского края № А24-1918/2010 о несостоятельности (банкротстве) СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» в период процедуры внешнего управления ФИО12 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб.

В ходе рассмотрения данного заявления внешний управляющий, а в последующем конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы, возражая против удовлетворения заявленных требований, оспаривали наличие указанной задолженности. 

В свою очередь, в обоснование наличия у должника вышеуказанной задолженности заявитель ФИО12 ссылается на заключенный с ИП ФИО11 договор уступки права (цессии) от 02.07.2018 № 1, по условиям которого ИП ФИО11 (цедент по договору) уступил ФИО12 (цессионарий по договору) право требования к должнику товара (продукции): икра лососевая 11 554 кг на сумму 8 328 000 руб. (пункт 5 договора). При этом стоимость указанного товара заявителем пересчитана по состоянию на 30.06.2018 из расчета 11 554 кг х 4 374,52 руб. (цена за 1 кг икры лососевых рыб в г. Владивостоке), что составило 50 543 204,08 руб.

Согласно пункту 2 названного договора цессии указанное право требования возникло на основании: договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 и должником, акта от 25.05.2015 № 07 к договору поставкиот 08.04.2015, товарной накладной от 25.05.2015 № 7 к договору поставкиот 08.04.2015, приложения от 01.09.2015 № 1 к договору поставки от 08.04.2015.

В подтверждение факта поставки ИП ФИО11 должнику товаров по договору поставки от 08.04.2015, а именно: крана ДЭК 25 тн, стоимостью 4 600 000 руб., соли 36,4 тн, стоимостью 728 000 руб., куботейнеров пластиковых 1 000 шт., стоимостью 400 000 руб., ФИО12 в материалы дела № А24-1918/2010 представлена товарная накладная от 25.05.2015 № 7.

Вместе с тем, суд в рамках дела № А24-1918/2010 указал, что в данном случае для подтверждения наличия у ИП ФИО11 и должника намерений на совершение сделки по поставке вышеуказанных товаров и исполнение обязательства по их поставке не достаточно представления товарной накладной, следует подтвердить не только факт приобретения поставщиком либо наличия у поставщика таких товаров, но и факт транспортировки и доставки таких товаров поставщиком покупателю.

При этом транспортировка товара может быть оформлена соответствующими путевыми листами, товарно-транспортными накладными, и другими документами, представляющими собой провозные документы. Поэтому в случае действительной поставки, поставщик должен располагать документами, подтверждающими перемещение товаров к месту нахождения покупателя в рамках представленной товарной накладной и представить их суду, что заявителем сделано не было. 

В подтверждение факта выполнения ИП ФИО11 для должника работ по облицовке и утеплению холодильной камеры № 2, стоимостью2 600 000 руб., заявителем ФИО12 в дело № А24-1918/2010 представлен акт на выполнение работ-услуг от 25.05.2015 № 07.

Вместе с тем, как указал суд в деле № А24-1918/2010, в данном случае для подтверждения наличия у ИП ФИО11 и должника намерений на совершение сделки по выполнению указанных работ на объекте должника и исполнение обязательства по их выполнению не достаточно представления акта о выполнении работ, следует подтвердить факт наличия у подрядчика ресурсов для выполнения подрядных работ на объекте должника (наличие в штате работников либо их привлечение на период выполнения работ, приобретение либо наличие материалов для выполнения работ).

Поэтому в случае действительного выполнения подрядных работ, подрядчик должен располагать документами, подтверждающими наличие у него ресурсов для выполнения работ в рамках представленного акта о выполнении работ и представить их суду, что заявителем сделано не было. 

При этом, ссылаясь на то, что факт поставки товаров и выполнения работ все-таки имел место быть, заявитель не лишен был возможности подтвердить данные обстоятельства иными доказательствами и должен был это сделать с учетом специфики рассмотрения дел о банкротстве.

Кроме этого, судом в деле № А24-1918/2010 не было принято в качестве такого доказательства представленное заявителем приложение от 01.09.2015 № 1 к договору поставки от 08.04.2015, предусматривающее необходимость исполнения должником перед ИП ФИО11 встречного обязательства по оплате договора (передаче рыбной продукции) в период с 01.09.2015 по 10.09.2015. 

Дополнительно судом по делу № А24-1918/2010 учтены пояснения ФИО11 об обстоятельствах, связанных с заключением и исполнением договора поставки от 08.04.2015, приведенные в протоколе опроса от 08.09.2020, а также результаты судебной экспертизы, приведенные в заключении эксперта от 27.11.2019 № 887/3-3, в отношении договора поставки от 08.04.2015, товарной накладной от 25.05.2015 № 7, акта на выполнение работ-услуг от 25.05.2015 № 07.

В связи с изложенным суд в определении от 31.12.2021 по делу № А24-1918/2010 пришел к выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих наличие у должника задолженности перед ИП ФИО11 в рамках договора поставки от 08.04.2015 и отказал в удовлетворении заявления ФИО16 о включении задолженности в размере 50 543 204,08 руб. в реестр требований кредиторов СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2».

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства, установленные в определении от 31.12.2021 по делу № А24-1918/2010, имеют преюдициальное значение для рассматриваемого дела.

В обоснование довода об отсутствии реальности исполнения оспариваемого договора и товарной накладной со стороны ИП ФИО11, истцы указали, что всю поставку имущества, перечисленного в оспариваемом договоре, в адрес СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» осуществил не ИП ФИО11, а ФИО9, о чем истцами представлены соответствующие документы, а именно, документы, подтверждающие факт приобретения ИП ФИО17 и перевозки холодильного оборудования, необходимых строительных материалов для ремонта холодильной камеры, а также кубоконтейнеров на т/х «Прогресс» в мае 2013 года (счета, товарные накладные, коносаменты, погрузочные ордера).

Согласно представленным истцами документам (коносаменты, счета, товарные накладные, письма) перевозка ИП ФИО17 гусеничного крана, недостающего объёма строительных материалов для ремонта холодильной камеры, кубоконтейнеров была осуществлена в мае 2014 года на т/х «Геннадий Цыганков»; перевозка соли была осуществлена в августе 2015 года на т/р «Айс Бриз».

Кроме того, материалами дела подтверждается, что сведения об оспариваемых сделках в финансовой и налоговой отчетности ИП ФИО11 отражены не были.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Согласно Альбому унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых операций, утвержденному Постановлением Госкомстата РФ от 25.12.1998 № 132, товарная накладная (форма № ТОРГ-12) применяется для оформления продажи (отпуска) товарно- материальных ценностей сторонней организации. Составляется в двух экземплярах. Первый экземпляр остается в организации, сдающей товарно-материальные ценности, и является основанием для их списания. Второй экземпляр передается сторонней организации и является основанием для оприходования этих ценностей.

Вместе с тем, во исполнение определения Арбитражного суда Камчатского края от 20.11.2019 по делу № А24-2925/2019 об отложении судебного разбирательства Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 9 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу сообщила, что ФИО11 с 18.05.2012 состоит на учете в качестве налогоплательщика в Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Архангельску. При этом, согласно сведениям, содержащимся в информационных ресурсах, налоговая отчетность за 2014, 2015, 2016 год ФИО11 не представлялась ни в Инспекцию, ни в ИФНС по г. Архангельску. Кроме того, по данным, имеющимся у налогового органа, у индивидуального предпринимателя отсутствуют открытые расчетные счета в кредитных учреждениях.

Истцами также заявлен довод об отсутствии полномочий у исполнительного директора  ФИО15, подписавшего оспариваемые договор с приложением № 1 и товарную накладную № 7 со стороны СХК «Рыболовецкая артель ФИО2», на представление интересов артели, в обоснование которого истцы ссылаются на обстоятельства, установленные в рамках дела Арбитражного суда Камчатского края № А24-4403/2014, полагают, что постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2016 по делу А24-4403/2014 установлено, что исполнительным органом СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» в период заключения и исполнения оспариваемых сделок являлся ФИО10

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что определением Арбитражного суда Камчатского края от 15.06.2010 по делу №А24-1918/2010 в отношении СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» введена процедура наблюдения. Определением от 04.10.2011 в отношении артели введено внешнее управление сроком на 12 месяцев, внешним управляющим назначен ФИО10

В соответствии с пунктом 1 статьи 94 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) с даты введения внешнего управления прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, полномочия руководителя должника и иных органов управления должника переходят к внешнему управляющему, за исключением полномочий органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, предусмотренных пунктами 2 и 3 данной статьи, среди которых отсутствуют указания на полномочия по разрешению вопросов об избрании председателя кооператива.

В силу пункта 1 статьи 19 Федерального закона от 08.12.1995 № 193- ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» общее собрание членов кооператива, решение которого оспаривалось истцами по делу № А24-4403/2014, является органом управления кооператива высшего уровня. 

20.03.2014 определением Арбитражного суда Камчатского края по делу № А24-1918/2010 утверждено мировое соглашение и прекращено производство по делу о банкротстве.

Согласно части 4 статьи 159 Закона о банкротстве с даты утверждения мирового соглашения арбитражным судом прекращаются полномочия временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего, конкурсного управляющего. Лицо, исполнявшее обязанности внешнего управляющего, конкурсного управляющего должника - юридического лица, исполняет обязанности руководителя должника до даты назначения (избрания) руководителя должника.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2015, принятым по делу № А24-4403/2014, установлено, что поскольку доказательства избрания нового председателя кооператива после утверждения судом в рамках дела о банкротстве мирового соглашения в материалы дела не представлены, с учетом положений части 4 статьи 159 Закона о банкротстве обязанности руководителя кооператива продолжал исполнять ФИО10.

Ссылка ответчика в рамках дела № А24-4403/2014 на то, что на дату подписания протокола о правовом обслуживании от 15.10.2014 председателем кооператива являлся ФИО9 на основании протокола общего собрания членов кооператива от 25.03.2013, о чем в ЕГРЮЛ 21.11.2014 внесена соответствующая запись, отклонена апелляционной коллегией как необоснованная ввиду следующего.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 14.05.2015 по делу №А24-6175/2014, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2015, постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 28.01.2016, признаны недействительными решения общего собрания членов артели от 01.02.2012, 25.03.2013, в том числе, об избрании ФИО9 председателем кооператива.

При этом при рассмотрении дела №А24-6175/2014 судом установлено, что период с 04.10.2011 по 20.03.2014 общее собрание членов кооператива в соответствии с нормами законодательства о банкротстве, носящими специальный характер применительно к общим положениям о сельскохозяйственной кооперации, не вправе было принимать решение по вопросам повестки дня оспариваемых решений, ввиду введения в указанный период процедуры банкротства в отношении кооператива и введения внешнего управления.

Суд апелляционной инстанции в постановлении от 20.07.2016 по делу А24-4403/2014 пришел к выводу, что довод артели о том, что решение об избрании ФИО9 председателем кооператива не оспаривалось в установленном законом порядке, противоречит содержанию судебных актов по делу №А24- 6175/2014.

В рамках дела №А24-6175/2014 судом были исследованы документы, предъявленные в регистрационный орган для государственной регистрации изменений: заявление о внесении в Единый государственный реестр юридических лиц изменений в сведения о юридическом лице, не связанных с внесением изменений в учредительные документы б/н от 14.11.2014; заявление о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица б/н от 14.11.2014; заявления о принятии б/н от 01.02.2012 и 25.03.2013; протоколы общего собрания участников юридического лица б/н от 01.02.2012 и от 25.03.2013.

Из расписки, выданной при регистрации в 2014 года сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ, следует, что было представлено 2 (два) протокола на 7 листах - протоколы собрания членов кооператива от 01.02.2012 и от 25.03.2013.

Таким образом, представленный СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» в обоснование своей позиции протокол общего собрания членов сельскохозяйственного кооператива от 25.03.2013 на двух листах об избрании председателем кооператива ФИО9, апелляционная коллегия не приняла во внимание, поскольку данный протокол отсутствует в материалах регистрационного дела и фактически противоречит установленным по делу №А24-6175/2014 фактам. 

Более того, в любом случае, как уже было указано выше, учитывая положения пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве, 25.03.2013 в период внешнего управления общее собрание членов кооператива было не вправе принимать решение об избрании председателя кооператива. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции в постановлении от 20.07.2016 по делу № А24-4403/2014 пришел к выводу, что, после утверждения мирового соглашения по делу о банкротстве ФИО10 должен был исполнять обязанности руководителя артели до момента избрания нового председателя артели.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ вышеуказанные обстоятельства, установленные в постановлении от 20.07.2016 по делу № А24-4403/2014, имеют преюдицальное значение для рассматриваемого дела и вновь доказыванию не подлежат.

Вместе с тем, как следует из пояснений истцов, новый председатель кооператива в период с 20.03.2014 (дата утверждения Арбитражным судом Камчатского края мирового соглашения от 23.12.2013, и прекращения производства по делу № А24-1918/2010) по 22.12.2015 (дата объявления резолютивной части определения по делу № А24-1918/2010 о расторжении мирового соглашения, возобновлении производства по делу, введении в отношении должника процедуры внешнего управления, утверждения внешним управляющим должника ФИО18) не избирался.

ФИО10 пояснил, что, являясь легитимным руководителем кооператива в период с 04.10.2011 по 22.12.2015, не наделял ФИО15 полномочиями на подписание каких-либо договоров, приложений к договорам, полномочиями вести какие-либо переговоры с ИП ФИО11, иными лицами. ФИО10, а впоследствии, внешний управляющий артели ФИО19, действия ФИО15 не одобряли и не признавали. Доказательств иного суду не представлено.

В обоснование доводов о ничтожности договора поставки от 08.04.2015 с приложением № 1, товарной накладной № 7 от 25.05.2015 истцы также ссылаются на то, что данные документы со стороны ИП ФИО11 не были подписаны ФИО11 В подтверждение довода истцами представлено вышеуказанное заключение специалиста ФИО14 от 30.10.2018, в котором специалистом сделаны выводы о том, что: подписи от имени ФИО11, в том числе, в договоре поставки от 08.04.2015 г. Петропавловск-Камчатский, товарной накладной № 7 от 25.05.2015, доверенности от 01.02.2015, выполнены одним лицом. Данные подписи выполнены не ФИО11, а вероятно ФИО13; подписи от имени ФИО13, в том числе, в приложении № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарной накладной № 7 от 04.09.2015, выполнены одним лицом. Данные подписи выполнены ФИО13; в договоре поставки от 08.04.2015 г. Петропавловск-Камчатский, приложении № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015, товарной накладной № 7 от 25.05.2015, доверенности от 01.02.2015, сначала были нанесены оттиски круглой печати «Предприниматель ФИО11», затем нанесены печатные тексты и в последнюю очередь выполнены подписи от имени ФИО11 и ФИО13

В рамках дела Арбитражного суда Камчатского края № А24-1918/2010 в судебном заседании 16.04.2019 общество с ограниченной ответственностью «СКАТ» заявило ходатайство о фальсификации доказательств, а именно: договора поставки от 08.04.2015, заключенного между ИП ФИО11 и СХК «РА ФИО2», акта от 25.05.2015 № 07, товарной накладной от 25.05.2015 № 7, назначении комплексной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы указанных документов.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 30.06.2019 по делу № А24-1918/2010 назначена судебная комплексная почерковедческая и технико-криминалистическая экспертиза, по итогам которой в суд от Федерального бюджетного учреждения Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее – ФБУ Дальневосточный РЦСЭ Минюста России) поступило заключение эксперта от 27.11.2019 № 887/3-3, в котором эксперт пришел к выводу об отсутствии возможности установить одним или разными лицами, самим ФИО11, ФИО13 или другим лицом выполнены подписи от имени ФИО11 в графе «Покупатель» в сроке «А.В. ФИО11» на обратной стороне листа в договоре поставки от 08.04.2015, заключенном между ИП ФИО11 и СКХ «Рыболовецкая артель ФИО2», по причинам указанным в исследовательской части заключения.

В материалы дела также предоставлен протокол опроса ФИО11 от 08.09.2020, проведенного оперуполномоченным отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по г. Архангельску старшим лейтенантом полиции ФИО20

В ходе опроса ФИО11, в том числе, пояснил, что никогда не посещал территорию Камчатского края, г. Петропавловск-Камчатский; договор поставки от 08.04.2015 не подписывал, с условиями договора не был знаком, доверенность от 01.02.2015 на имя ФИО13 лично не подписывал. Все товаро-распорядительные документы во исполнение условий договора поставки от 08.04.2015 (акты, накладные и другие документы) лично не подписывал, выразил вероятность их подписания ФИО13 за ФИО11 Указал, что не передавал ФИО13 печать ИП ФИО11. Также ФИО11 пояснил, что не осуществлял предпринимательскую деятельность с 2010 года. Пояснил, что поставку товаров по договору поставки от 08.04.2015 в адрес артели фактически не осуществлял.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО11 оспариваемые сделки не заключал и не подписывал, фактическое исполнение по сделкам не осуществлял.

При этом истцами в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО13 также не имел возможности заключить оспариваемые сделки в указанные в них даты, поскольку отсутствовал на территории Камчатского края в данные даты.

Так, согласно справке авиакомпании «Сибирь» ФИО13 совершил перелет рейсом Хабаровск – Петропавловск-Камчатский 29.06.2015 (т.е. прибыл на территорию края лишь в июне 2015 года, после даты заключения договора поставки и документальной поставки по нему). На территорию Карагинского района (в место нахождения СХК «РА ФИО2») ФИО13 прибыл не ранее 08.07.2015, то есть также после даты договора и даты поставки. Так, согласно справке Камчатского авиационного предприятия гр. Бубенчиков осуществил перелет по маршруту Петропавловск-Камчатский – Тиличики 08.07.2015.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о ничтожности оспариваемых истцами сделок: договора поставки от 08.04.2015 с приложением № 1 от 01.09.2015, заключенного между СХК «РА ФИО2» и ИП ФИО11 и сделки купли-продажи, оформленной товарной накладной № 7 от 25.05.2015, поскольку судом установлено, что сделки были совершены для вида и без намерения реального их исполнения, доказательств реального исполнения сделок не представлено, напротив, в материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о поступлении имущества по оспариваемым сделкам в СХК «РА ФИО2» от иного лица.

Кроме того, оспариваемые сделки подписаны неуполномоченными лицами.

Так, заключением специалиста от 30.10.2018 подтверждается факт того, что оспариваемые сделки ФИО11 не подписывались, а были подписаны ФИО13 – представителем ФИО11 по доверенности от 01.02.2015. При этом указанная доверенность также не была подписана ФИО11 Кроме того, ФИО11 подтвердил в протоколе опроса от 08.09.2020, что не подписывал оспариваемые сделки и доверенность от 01.02.2015. Отсутствие полномочий у исполнительного директора ФИО15 на подписание оспариваемых сделок со стороны СХК «РА ФИО2» подтверждается выводами, сделанными в постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2016 № А24-4403/2014, имеющими преюдициальное значение для рассмотрения дела.

Ответчик, возражая против иска, заявил о пропуске истцами срока исковой давности по заявленным требованиям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В обоснование заявления о  пропуске срока исковой давности, ответчик ссылается на положения Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон № 193-ФЗ), в пункте 1 статьи 13 которого установлено, что членами производственного кооператива могут быть граждане Российской Федерации, достигшие возраста 16 лет, признающие устав производственного кооператива и принимающие личное трудовое участие в его деятельности. Работа в производственном кооперативе для его членов является основной.

Общее собрание членов кооператива является высшим органом управления кооперативом (пункт 1 статьи 20 Закона № 193-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 21 Закона № 193-ФЗ первое общее собрание членов кооператива созывается в возможно короткий срок, но не позднее чем через три месяца после государственной регистрации кооператива. Кооператив не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года обязан проводить годовое общее собрание членов кооператива.

С учетом названных норм закона, ответчик полагает, что добросовестно осуществляя права членов кооператива, при условии личного трудового участия в его деятельности, истцы в течение 2015, 2016, 2017 годов должны были узнать о договоре поставки от 08.04.2015, приложении № 1 от 01.09.2015, товарной накладной № 7 от 25.05.2015 при проведении ежегодных общих собраний членов кооператива в 2015, 2016, 2017 годах.

Ответчик указал, что в данном случае осведомленность истцов о наличии договора поставки от 08.04.2015, приложения № 1 от 01.09.2015, товарной накладной № 7 от 25.05.2015, подписанных в 2015 году между ИП ФИО11 (поставщик) и СХК «Рыболовецкая артель ФИО2» (покупатель) в лице исполнительного директора артели ФИО15, предполагается в связи с необходимостью проявления ими должной осмотрительности, разумного и добросовестного использования прав членов кооператива по управлению его делами.

Таким образом, по мнению ИП ФИО11 течение срока исковой давности по заявленным требованиям началось не ранее апреля 2015 года, но не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года и проведения общего собрания членов кооператива артели в 2015 году. Кроме того, истцы должны были узнать о нарушении их прав при проведении общих собраний членов кооператива в 2016, 217 годах.

В подтверждение доводов заявления ответчик ссылался на содержание протокола внеочередного общего собрания СХК «РА «ФИО2» от 15.11.2015, а именно, информацию о составе участников собрания, информацию о принятых решениях по вопросам 6, 7 повестки дня собрания (подтверждение полномочий исполнительного директора СХК «РА ФИО2» ФИО15, установление объема полномочий исполнительного директора; об одобрении сделок, заключенных СКХ «РА ФИО2» в период путины 2014-2015 годов).

С учетом содержания протокола внеочередного общего собрания СХК «РА «ФИО2» от 15.11.2015, истцы, по мнению ответчика, должны были узнать о договоре поставки от 08.04.2015 и прилагающихся к нему документах уже 15.11.2015.

Кроме того, ответчик ссылается отчет № 51/05-17 от 15.08.2017 об определении рыночной стоимости имущества СХК «Рыболовецкая артель ФИО2», выполненного ИП ФИО21 по заказу СХК «РА ФИО2», опубликованного в Едином федеральном реестре о банкротстве 23.05.2017, содержащий сведения о таком объекте оценки как кран дизель-электрический ДЭК,  1991 года выпуска, а также на копию договора поставки от 08.04.2015, заверенную подписью внешнего управляющего СХК «РА ФИО2» ФИО19

Ответчик полагает, что ФИО15 в 2015 году являлся исполнительным директором артели, в подтверждение чего ответчиком представлены, копии подписанных ФИО15 договоров и иных документов из материалов дела № А24-1918/2010, а также протоколы допроса свидетеля от 02.07.2018 (о допросе ФИО13) и от 27.09.20185 (о допросе ФИО11).

Истцы заявили возражения по заявлению ответчика о пропуске срока исковой давности, полагали что, если иск подаётся участником в интересах общества, срок для исчисления срока давности будет течь с момента, когда участник узнал или должен был узнать о нарушении его прав.

Истцы пояснили, что о существовании оспариваемых сделок не знали до июля 2018 года, а именно, до 23.07.2018, когда в арбитражный суд Камчатского края в рамках дела А24-1918/2010 «О несостоятельности (банкротстве) СХК «РА ФИО2» поступило заявление ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб.

Согласно разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

В пункте 10 Постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» Пленум ВАС РФ разъяснил, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Как установлено судом, оспариваемые сделки от имени СХК «РА Залив Корма» заключены неуполномоченным лицом – исполнительным директором артели ФИО15

Из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемых сделок руководителем артели являлся ФИО10, который спорные сделки не согласовывал, не подписывал, не выдавал доверенности на их подписание иным представителям.

Судом установлено, что определениями Арбитражного суда Камчатского края от 04.10.2011 по делу № А24-1918/2010 в отношении СХК «РА ФИО2» введено внешнее управление сроком на 12 месяцев, внешним управляющим должника утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 20.03.2014 по делу № А24-1918/2010 утверждено мировое соглашение от 23.12.2013 по делу № А24-1918/2010, заключенное между СХК «РА ФИО2» и конкурсными кредиторами, в связи с чем, производство по делу прекращено.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 22.12.2015 (дата объявления резолютивной части определения) мировое соглашение, утвержденное определением суда от 20.03.2014 по делу № А24-1918/2010, расторгнуто, производство по делу возобновлено, в отношении должника - СХК «РА ФИО2» введено внешнее управление сроком на 12 месяцев.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 22.12.2015 (дата объявления резолютивной части определения) по делу № А24-1918/2010 внешним управляющим должника утвержден ФИО18.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 13.06.2019 (дата объявления резолютивной части решения) по делу № А24-1918/2010, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, на период до утверждения конкурсного управляющего исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на внешнего управляющего ФИО18.

Сообщение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.07.2019 № 132 (6612).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 27.08.2019 (дата объявления резолютивной части определения) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО18.

23.07.2018 (дата поступления в систему «Мой Арбитр» 20.07.2018) в арбитражный суд поступило заявление ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 27.07.2018 заявление ФИО12 принято к производству суда и назначено судебное заседание.

Как указывалось ранее, в обоснование отсутствия полномочий ФИО15 на подписание спорных сделок от имени артели истцы ссылались на Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2016 по делу А24-4403/14, к котором суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, после утверждения мирового соглашения по делу о банкротстве СХК «РА ФИО2» № А24-1918/2010 (20.03.2014) ФИО10 должен был исполнять обязанности руководителя артели до момента избрания нового председателя артели. Также истцы пояснили, что новый председатель кооператива в период с 20.03.2014 (дата утверждения судом мирового соглашения от 23.12.2013, и прекращения производства по делу № А24-1918/2010) по 22.12.2015 (дата объявления резолютивной части определения по делу № А24-1918/2010 о расторжении мирового соглашения, возобновлении производства по делу, введении в отношении должника процедуры внешнего управления, утверждения внешним управляющим должника ФИО18) не избирался.

Поскольку настоящее исковое заявление подано к ответчику от имени участников кооператива, а оспариваемые сделки подписаны со стороны СХК «РА ФИО2» неуполномоченным лицом – ФИО15, разъяснения пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 применены к рассматриваемому случаю по аналогии.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что о существовании оспариваемых сделок  истцам стало известно лишь после поступления в суд заявления ФИО12 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 50 543 204,08 руб. по делу № А24-1918/10.

Поскольку исковое заявление по делу № А24-2925/2019 поступило в суд 17.04.2019, срок исковой давности, исчисляемый с июля 2018 года, истцами не пропущен.

При таких обстоятельствах, заявленное ответчиком ходатайство о пропуске истцами срока исковой давности несостоятельно и удовлетворению не подлежит.

С учетом установления судом оснований ничтожности оспариваемых сделок, исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Рассмотрев вопрос о распределении судебных расходов по делу, суд пришел к следующему. 

В силу статьи 110 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины по удовлетворенным требованиям в общей сумме 12 000 руб. относятся на ответчика и подлежат взысканию с него в пользу плательщиков государственной пошлины – ФИО3 в сумме 6 000 руб., ФИО10 в сумме 6 000 руб.

С учетом прекращения производства по делу в части государственная пошлина в сумме 6 000 руб., уплаченная по чеку-ордеру от 01.09.2020 (операция 4997), подлежит возврату ФИО10 из федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 49, 104, 110, 150, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

принять отказ истцов от самостоятельного требования об оспаривании приложения № 1 от 01.09.2015 к договору поставки от 08.04.2015. Производство по делу в указанной части прекратить.

Иск удовлетворить.

Договор поставки от 08.04.2015 с приложением № 1 от 01.09.2015, заключенный между сельскохозяйственным кооперативом «Рыболовецкая артель ФИО2» и индивидуальным предпринимателем ФИО11, признать недействительной (ничтожной) сделкой.

Сделку купли-продажи, оформленную товарной накладной № 7 от 25.05.2015, признать недействительной (ничтожной) сделкой.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО11 в пользу ФИО3 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО11 в пользу ФИО10 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Выдать ФИО10 справку на возврат из федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 01.09.2020 (операция 4997).

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Судья                         О.Н. Бляхер