﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7388/19 

Екатеринбург

12 апреля 2021 г.

Дело № А07-10450/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 06 апреля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С.А.,

судей Плетневой В.В., Соловцова С.Н. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БашХольц» (далее – общество «БашХольц») Комбаровой Анны Анатольевны на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.11.2020 по делу № А07-10450/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2021 по тому же делу по заявлению конкурсного управляющего Комбаровой А.А. о привлечении Байбикова Равиля Гумяровича, Рахимова Равиля Фатиховича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «БашХольц».

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Рахимова Р.Ф. – Нуркаева Г.Р. (доверенность от 23.12.2019 № 02АА5193074);

Байбикова Р.Г. – Зеркин А.В. (доверенность от 25.07.2019 № 02АА4606741).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.05.2019 общество «БашХольц» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утверждена Комбарова Анна Анатольевна.

Конкурсный управляющий Комбарова А.А. обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении Байбикова Р.Г. и Рахимова Р.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно в размере 1 536 203 955 руб. 37 коп. (с учетом принятого судом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.11.2020, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника Комбарова А.А. просит определение суда первой инстанции от 06.11.2020 и постановление суда апелляционной инстанции от 14.01.2021 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Конкурсный управляющий указывает, что обеспечительные сделки были заключены не только при имеющейся задолженности в значительном размере перед публичным акционерным обществом «Сбербанк» (далее – общество «Сбербанк»), но и при отсутствии у должника финансовой возможности их исполнить, а также ликвидного имущества, что и стало основанием для признании должника несостоятельным (банкротом). Заявитель жалобы также указывает, что  задолженность должника перед публичным акционерным обществом «Сбербанк» по состоянию на 07.02.2018 составляла 138 562 258 руб. 22 коп., при таких обстоятельствах Байбиков Р.Г. как руководитель общества обязан был обратиться в суд с заявлением о признании общества «БашХольц» несостоятельным (банкротом) не позднее 07.03.2018; кроме того, в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «Полимер» в размере 2 437 585 руб. 08 коп., возникшая 01.04.2018 (определение суда от 08.10.2018); определением суда от 14.03.2019 в реестр требований кредиторов должника включена задолженности перед публичным акционерным обществом «Банк ВТБ» (далее – общество «Банк ВТБ») в размере 1 394 492 653 руб. 67 коп. по состоянию на 16.07.2018; заявитель жалобы считает, что ответчики, зная о значительной сумме неисполненных обязательств в первую очередь перед банками, были обязаны обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); оценка данным обстоятельствам судами не дана. В части неисполнения контролирующими должника лицами обязанности по передаче документации конкурсному управляющими заявитель жалобы полагает, что судами не был исследован вопрос какие именно и в каком объеме были переданы документы для взыскания задолженности; указывает, что большинство документов, переданных руководством должника, представляют собой учредительных документы и документы относительно включения требований кредиторов в реестр; в отсутствие договоров, актов, иной документации взыскание дебиторской задолженности не представляется возможным.

В отзыве на кассационную жалобу Рахимова Р.Ф. просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «БашХольц» зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 03.02.2012, основным видом экономической деятельности должника является производство пиломатериалов, профилированных по кромке; производство древесного полотна, древесной муки; производство технологической щепы или стружки.

Руководителем должника в период с 31.03.2015 - 04.08.2016 был Байбиков Р.Г., с 04.08.2016 - 22.05.2018 - Ряхимов Р.Ф., с 22.05.2018 до открытия в отношении общества «БашХольц» процедуры конкурсного производства (08.05.2019) - Байбиков Р.Г.

Между обществом «Сбербанк» и обществом с ограниченной ответственностью «Уфимский фанерно-плитный комбинат» (далее – общество «Уфимский фанерно-плитный комбинат») в рамках Генерального соглашения об открытии рамочной кредитной линии от 03.08.2011 № 30758 заключен договор от 03.08.2011 № 30759 об открытии невозобновляемой кредитной линии (с учетом дополнительных соглашений к нему от 26.03.2012 № 1, № 2 от 29.06.2012, № 3 от 28.09.2012, от 29.12.2012 № 4, от 20.05.2013 № 5, от 25.02.2015 № 6, от 30.06.2015 № 7).

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по указанному выше Договору с обществом «БашХольц» заключен договор поручительства от 30.06.2015 № 267463 (задолженность по состоянию 26.02.2018 (включительно) составляет в размере 33 774 16534 руб.).

Между обществом «Сбербанк» и обществом «Уфимский фанерно-плитный комбинат» в рамках Генерального соглашения об открытии рамочной кредитной линии от 03.08.2011 № 30758 заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № 30795 от 27.10.2011 (с учетом дополнительных соглашений  от 26.03.2012 № 1, от 29.06.2012 № 2, от 28.09.2012  № 3, от 29.12.2012 № 4, от 20.05.2013 № 5, от 25.02.2015 № 6, от 30.06.2015 № 7).

В обеспечение исполнение обязательств заемщика по указанному выше договору с обществом «БашХольц» заключен договор поручительства от 30.06.2015 № 267464 (с учетом дополнительного соглашения к нему от 07.07.2015 № 1).

В результате действий внутри указанных договоров, заемщик свои обязательства по договору не исполнил, в связи с чем поручителю было направлено требование от 07.02.2018 № 8598-01-исх/455, которое было оставлено без исполнения.

По договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 27.10.2011 № 30795 на основании договора поручительства от 30.06.2015 № 267464 задолженность по состоянию на 11.07.2018 (включительно) составляла 18 379 921 руб. 19 коп.

В таком же порядке должником в качестве поручителя по договору поручительства от 30.06.2015 № 267465 не исполнены взятые на себя обязательства (задолженность по состоянию 26.02.2018 (включительно) составляла 64 195 184,43 руб., а также обязательства по договору поручительства № 267466 от 30.06.2015 (задолженность по состоянию 26.02.2018 (включительно) составляла 22 212 987 руб. 26 коп.).

С учетом всех произведенных платежей, сумма задолженности общества «Уфимский фанерно-плитный комбинат» (заемщик) и обществом «Башхольц» (поручитель) по состоянию на 26.02.2018 составляла 138 562 258 руб. 22 коп.

В период имеющихся обязательств по вышеуказанным договорам поручительства, заключенным с обществом «Сбербанк», должником в лице руководителя Ряхимова Р.Ф. с обществом «Банк ВТБ» заключены следующие договоры поручительства: от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00047; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00052; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00054; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00055; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00056 во исполнение обязательств общества «Уфимский фанерно-плитный комбинат» перед Банком по кредитным соглашениям от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00047, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00052, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00054, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00055, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00056.

Аналогичным образом были заключены договоры поручительства: от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00048; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00049; от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00050; от 29.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00060 во исполнение обязательств общества «Уфимский фанерно-плитный комбинат» перед Банком по кредитным соглашениям от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00048, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00049, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00050, от 29.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00060, от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00056.

Также 01.06.2017 между обществом «Банк ВТБ» и должником в лице руководителя Ряхимова Р.Ф. заключен договор поручительства от 01.06.2017 № ДП2-ЦН-724980/2017/00051 во исполнение обязательств акционерного общества «Амзинский лесокомбинат» по кредитному соглашению от 01.06.2017 № КС-ЦН-724980/2017/00051.

Требование общества «Банк ВТБ» к поручителю о погашении задолженности в размере 1 394 492 653 руб. 67 коп. оставлено без удовлетворения, впоследствии указанная сумма включена в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.05.2017 принято к производству заявление общества «Сбербанк» о признании общества «БашХольц» несостоятельным (банкротом). Определением суда от 19.07.2018 заявление общества «Сбербанк» признано обоснованным, в отношении общества «БашХольц» введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.05.2019 общество «БашХольц» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим  утверждена Комбарова Анна Анатольевна.

Полагая, что совершение Байбиковым Р.Г. и Рахимовым Р.Ф. в 2015, 2017 г. сделок, приведших к неплатежеспособности должника (в том числе заключение договоров поручительства с обществом «Сбербанк», обществом «Банк ВТБ», неисполнение ими обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом не позднее 07.03.2018, непередача ими документов должника в процедуре банкротства (июль 2018) - является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, конкурсный управляющий Комбарова А.А. обратилась в суд с требованием о привлечении солидарно Байбикова Р.Г. и Рахимова Р.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 536 203 955 руб. 37 коп.

Возражая относительно заявленных требований, ответчики указывали, что заключение договоров поручительства за предприятия, входящие в одну группу связанных между собой компаний не может быть рассмотрено в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанции исходили из следующего.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц носит гражданско-правовой характер, и при ее применении судам надлежит учитывать общие положения глав 25, 59 Гражданского кодекса Российской Федерации в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, подлежащему применению к спорным отношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо в случае недостаточности имущества должника несет субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинен вред имущественным правам кредиторов. Аналогичные правила в настоящее время закреплены в пунктах 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота. В настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга.

Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами.

Для констатации сомнительности поручительства, его направленности на причинение вреда остальным кредиторам поручителя, должны быть приведены веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения от сложившейся практики, в частности, о том, что поручитель действовал злонамеренно: цель привлечения независимого кредитного финансирования группой, объединяющей заемщика и лиц, выдавших обеспечение, в действительности ими не преследовалась, им было очевидно, что в дальнейшем обязательства заведомо не будут исполнены.

Согласно пояснениям ответчиков целью получения кредитов основными заёмщиками - обществом «Уфимский фанерно-плитный комбинат», акционерным обществом «Амзинский лесокомбинат» являлась модернизация, приобретение основных средств (оборудования) и замена действующих производственных мощностей в рамках реализации обществом с ограниченной ответственностью «Башкирская лесопромышленная компания» долгосрочной инвестиционной Программы.

Судами установлено, что должник и общество «Уфимский фанерно-плитный комбинат» входили в одну группу компаний, данные юридические лица имеют общие экономические интересы, участие в обеспечительных сделках друг друга является их обычной финансово-хозяйственной деятельностью.

Отклоняя довод конкурсного управляющего об отсутствии экономической целесообразности при заключении обеспечительных сделок, судами обоснованно указано на то, что должник выдавал обеспечение по кредитам за лицо, входившее с ним в одну группу, наличие корпоративных связей объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, установив, что модель ведения бизнеса должника состоит в неразрывной связи с поведением и деятельностью иных лиц, входящих в группу компаний; заключение договоров поручительства было обусловлено наличием у должника по основному обязательству и поручителя в момент выдачи поручительств общих экономических интересов; учитывая отсутствие доказательств того, что  заключение договоров поручительства не было каким-либо образом связано с хозяйственной деятельностью должника и не повлекло за собой получение этим обществом какой-то имущественной либо иной выгоды, суды констатировали недоказанность недобросовестности действий ответчиков при заключении сделок.

Установив отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и нанесением имущественного вреда должнику и интересам кредиторов в результате совершения сделок, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Относительно установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к ответственности Байбикова Р.Г. как руководителя должника в связи с неисполнением им обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), суды исходили из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем требований статьи 9 Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие обязательства, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность и не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими установленный законом режим осуществления хозяйственной деятельности.

В этой связи при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве в предмет доказывания необходимо включать и исследовать обстоятельство, имел ли место факт обмана потенциальных кредиторов в виде сокрытия от них информации о наличии у должника признаков несостоятельности.

По мнению конкурсного управляющего, учитывая, что задолженность перед обществом «Сбербанк» по состоянию на 07.02.2018 составляла 138 562 258 руб. 22 коп., обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла у Байбикова Р.Г. не позднее 07.03.2018.

Исследовав материалы дела, рассмотрев доводы и возражения сторон, оценив представленные в их обоснование доказательства, с учетом изложенных выше обстоятельств, принимая во внимание, что после указанной даты, которую управляющий определяет как дата, не позднее которой должно было быть подано заявление о признании должника банкротом, новых обязательств у должника перед кредиторами не возникло; кроме того, через непродолжительное время (а именно через месяц) непосредственно сам кредитор – общество «Сбербанк» обратилось в суд с заявлением о признании общества «БашХольц» несостоятельным (банкротом), суды обоснованно пришли к выводу о недоказанности заявителем совокупности условий, установленных статьей 61.12 Закона о банкротстве и необходимых для привлечения руководителя должника Байбикова Р.Г. к субсидиарной ответственности.

Кроме рассмотренных обстоятельств, конкурсный управляющий также приводил обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а именно – не передача документов должника в процедуре банкротства. 

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности (наличия установленных законом презумпций) лежит на заявителе.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, установив, вопрос об истребовании конкурсным управляющим у бывшего руководителя должника документов финансово-хозяйственной деятельности должника рассматривался в рамках дела о банкротстве, и определением суда от 04.08.2020 в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано, поскольку был установлен факт передачи конкурсному управляющему бывшим руководителем имеющейся у него документации должника и факт получения истребованной документации и имущества должника конкурсным управляющим; принимая во внимание, что доказательств обратного в рамках рассмотрения настоящего спора конкурсным управляющим не представлено, суды пришли к обоснованному выводу о том, что обязанность по передаче документов должника была исполнена Байбиковым Р.Г. надлежащим образом и об отсутствии оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам данного спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения. У суда кассационной инстанции оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов не имеется в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.11.2020 по делу № А07-10450/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БашХольц» Комбаровой Анны Анатольевны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           С.А. Сушкова 

Судьи					           В.В. Плетнева 

                                                                                             С.Н. Соловцов