Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-396/2024

г. Владивосток

27 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 августа 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.П. Засорина,

судей М.Н. Гарбуза, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк»,

апелляционное производство № 05АП-4315/2024 

на определение от 26.06.2024  

судьи Павлова А.С. 

по делу № А24-396/2024 Арбитражного суда Камчатского края 

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 о завершении процедуры реализации имущества должника, выплате вознаграждения финансового управляющего с депозитного счета арбитражного суда, рассмотрение отчета финансового управляющего,

в рамках дела по заявлению гражданина ФИО1 (ИНН 

<

***>) о признании её несостоятельной (банкротом),

при участии: лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее - должник) обратилась в суд с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Решением суда от 04.03.2024 ФИО1 признана банкротом, введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий). 

В арбитражный суд от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, управляющий просил применить в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, а также заявил требование о выплате вознаграждения с депозитного счета суда в размере 25 000 рублей и 10 000 рублей судебных расходов. 

Определением суда от 26.06.2024 процедура реализации имущества должника завершена; ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов; суд поручил финансовому отделу перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Камчатского края вознаграждение в пользу финансового управляющего. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», банк, апеллянт) обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение суда от 26.06.2024 отменить. По тексту жалобы апеллянт указал на то, что финансовый управляющий по запросу банка не направил отчет финансового управляющего, в связи с чем банк не был осведомлен о намерении финансового управляющего ходатайствовать перед судом о завершении процедуры банкротства. Также банк не был извещен о времени и месте судебного заседания по рассмотрению ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры банкротства и, как следствие, у банка отсутствовала возможность заявить свои возражения. Между тем, как считает банк, должник не подлежал освобождению от исполнения обязательств перед кредиторами, так как должник за короткий промежуток времени (в течение 20 дней, с 10.11.2022 по 30.11.2022) заключил ряд кредитных договоров с различными кредитными организациями на общую сумму 3 695 387,97 руб., в чем усматривается последовательное наращивание кредиторской задолженности заведомо неисполнимой к возврату. Такие действия, по мнению банка, свидетельствуют о недобросовестном поведении со стороны должника. Кроме того материалы дела не содержат письменных пояснений должника относительно расходования кредитных средств и доказательств того, что должник предпринимал меры по погашению задолженности и просрочка исполнения обязательств возникла вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, в том числе существенного снижения уровня доходов по сравнению с тем, который имел должник на момент наращивания кредиторской задолженности. 

К судебному заседанию через канцелярию суда поступил отзыв должника (ФИО4), в котором указано на то, что кредитные договоры заключались должником с целью последующего инвестирования и получения прибыли, однако денежные средства, которые она передала с целью инвестирования ей не были возращены. По факту мошенничества ФИО1 обратилась в полицию, возбуждено уголовное дело. В начале октября 2022 года ФИО1, получая кредитные средства, была способна исполнять денежные обязательства перед кредиторами, ее среднемесячный доход в 2022 году составлял порядка 63 000 руб. Первый кредит она оформила 10.11.2022, последний кредит оформлен как раз в АО Россельхозбанк» 30.11.2022. По всем имеющимся кредитам должник пыталась своевременно, без просрочек, согласно графикам платежей в полном объеме исполнять обязательства перед кредиторами. АО «Россельхозбанк», имея доступ к кредитным историям должника, должен был проанализировать кредитную нагрузку должника и отказать ей в выдаче кредита, но не сделал этого. Это так же мог сделать и Тинькофф Банк, кредит был оформлен 26.11.2022, и Азиатско-Тихоокеанский Банк (АО), кредит был оформлен 25.11.2022. Но проигнорировав это, банки выдали ФИО3 кредиты, чем загнали человека в долговую яму и безвыходное положение. На тот момент ФИО3 уже являлась пенсионером по старости и банки при оформлении кредитов должны были учитывать пенсионный возраст должника, но выдавали ей большие суммы кредита. 

Судом установлено, что по тексту отзыва ФИО4 заявлено ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие ее представителя. Суд, руководствуясь статьями 156, 159, 184, 185, 258 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел заявленное ходатайство и определил его удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.  

Судом установлено, что к отзыву ФИО4 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства как представленные в обоснование доводов отзыва на апелляционную жалобу.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что обжалуемое определение не подлежит отмене. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Апелляционным судом установлено, что финансовым управляющим в материалы дела представлены: отчеты финансового управляющего о результатах проведения реализации имущества гражданина, об использовании денежных средств по состоянию на 18.06.2024, реестр требований кредиторов должника (далее - реестр) по состоянию на 18.06.2024, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника, опись имущества должника, ответы регистрирующих органов, дополнительные документы, подтверждающие приведенные в отчете, анализе сведения.

Из представленных документов усматривается, что в третью очередь реестра включены требования 4 кредиторов на сумму 3 016 212,69 руб. основного долга, 260 22,62 руб. санкций, в том числе требования АО «Россельхозбанк». За счет конкурсной массы должника, сформированной за счет пенсии гражданина, оставшейся после исключения из нее сумм в размере прожиточного минимума, необходимых для проживания должника, частично погашены требования кредиторов, включенные в реестр, в размере 66 620,03 руб., что составляет 2,19 % от суммы основного долга. Также за счет конкурсной массы должника погашены судебные расходы по делу о банкротстве.

Требования кредиторов не удовлетворены в полном объеме по причине отсутствия у должника имущества. Финансовым управляющим проанализировано финансовое состояние должника, проведен анализ оснований (целей) получения заемных средств и их расходования, сделан вывод об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника, не выявлено сделок, подлежащих оспариванию. 

Поскольку мероприятия процедуры банкротства исчерпаны, имущества, подлежащего реализации, и денежных средств у должника не имеется, все предъявленные к должнику требования кредиторов рассмотрены, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необходимости завершения в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина на основании пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В части освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, с чем не согласен кредитор, апелляционный суд установил следующее.

Социально-реабилитационная цель банкротства физических лиц достигается путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

По общему правилу требования кредиторов, не удовлетворенные в ходе процедуры реализации имущества, в том числе и требования, не заявленные кредиторами в процедурах реструктуризации долгов и реализации имущества, признаются погашенными, а должник после завершения расчетов с кредиторами освобождается от их дальнейшего исполнения (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве) с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Между тем, поскольку банкротство граждан по смыслу Закона о банкротстве является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов, Законом установлены случаи, когда суд не вправе освобождать должника от требований кредиторов в связи с нарушением прав и законных интересов кредиторов.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как разъяснено в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества гражданина (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

В пункте 45 Постановления № 45 разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

В пункте 1 Постановления № 25 даны следующие разъяснения: оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений также следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Тем самым, в основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) гражданина от обязательств по результатам процедуры реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности поведения должника по удовлетворению требований кредиторов.

Следовательно, в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

При этом нельзя не принимать во внимание, что для применения такой исключительной меры как неосвобождение от исполнения обязательства в рассматриваемом деле о банкротстве судом должны быть установлены факты явного злоупотребления должником своими правами, умышленного и злонамеренного уклонения должника от исполнения обязательства перед кредитором.

Из материалов дела следует, что в арбитражный суд 19.06.2024 поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника с применением положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от исполнения обязательств.

Применяя установленные пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим не выявлены признаки преднамеренного и фиктивного банкротства, а также имущество, подлежащее включению в конкурсную массу; сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, действия, указанные в пункте 4 статьи 213.8 Закона о банкротстве не установлены.

Не согласившись с позицией суда первой инстанции в данной части, банк указал на наличие оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств. В обоснование этого апеллянт сослался на недобросовестное поведение должника, выразившееся в последовательном наращивании кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях, в принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств при получении банковских кредитов, исходя из уровня дохода должника, что должно быть квалифицировано как недобросовестное поведение должника, влекущее отказ в освобождении от обязательств.

Суд апелляционной инстанции отклоняет указанные доводы на основании следующего.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

По смыслу Закона о банкротстве, банкротство граждан является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, а также о недопустимости банкротства лиц, испытывающих временные затруднения, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Банком не представлено доказательств неплатежеспособности должника на дату заключения кредитных договоров, уклонения должника от внесения платежей по кредитным договорам. 

Также коллегия учитывает, что согласно абзацу 4 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства. Между тем в настоящем случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил.

Согласно выработанной Верховным Судом Российской Федерации правовой позиции в пункте 24 Обзора судебной практики № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Здесь же отмечено, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

При этом неразумность должника при принятии на себя значительного объема кредитных обязательств не приравнивается к недобросовестности и не может служить основанием для сохранения долга. Указанный подход стимулирует банки как профессиональных участников рынка более взвешенно подходить к вопросу выдачи кредитов физическим лицам, добросовестно проверяя представленную заемщиками информацию и оценивая потенциальные риски невозврата кредита. В противном случае банки теряют возможность ссылаться на недобросовестность заемщика и требовать сохранения его обязательств.

При таких обстоятельствах, коллегия не может признать обоснованной позицию апеллянта о том, что должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства. Анализ документов и пояснений должника свидетельствуют в данном случае о принятии должником на себя непосильных долговых обязательств, что не может являться основанием для неосвобождения от долгов; в отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При этом, как отмечено судом выше, при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д. Кредитная организация использует не только нормы федерального законодательства, нормативные акты Центрального банка Российской Федерации, но и внутрибанковские правила кредитной политики и оценки потенциальных заемщиков, информацию, полученную из кредитной истории. Оценивая свои риски, кредитная организация вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку обязанность предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита, не установлена. Проводимая банками комплексная проверка заемщика должна быть всесторонней, чтобы минимизировать риски выдачи кредитных средств неблагонадежным лицам.

При оформлении кредитного договора банк должен учитывать и такой немаловажный фактор, как необходимость в ряде случаев одобрения кредитной сделки иными лицами (органы управления компании, супруг гражданина и др.). После проведения проверки заемщика банк заключает с ним кредитный договор, который может быть оформлен различными способами. Заключение кредитного договора осуществляется лишь после проверки банком предоставленных сведений и документов и установления факта наличия у заемщика финансовой возможности выплатить кредит. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, банк должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

В отсутствие признаков злостности в поведении должника, совершения им активных неправомерных действий для намеренного причинения вреда банку, принимая во внимание социально-реабилитационную цель банкротства граждан, коллегия не может признать достаточной совокупность действий должника, вмененных ему кредитором, для квалификации его поведения по пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и неприменения правила об освобождении его от исполнения обязательств перед кредитором.

В настоящем деле судом не установлены факты злостного уклонения должника от исполнения обязательств перед кредиторами, не выявлены признаки преднамеренного, фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам.

Установив, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при возникновении или исполнении обязательства должник действовал очевидно недобросовестно, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; намеренно скрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество, суд апелляционной инстанций пришел к выводу об отсутствии в настоящем случае совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательства перед кредитором.

С учетом изложенного, апелляционный суд не установил оснований для вывода о неприменении в отношении должника правил статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения требований кредитора.

Таким образом, позиция апеллянта о том, что должник не подлежит освобождению по обязательствам перед кредиторами не может быть признана правомерной и обоснованной.

Поддерживая выводы суда первой инстанции и отклоняя аргументы апеллянта, коллегия дополнительно отмечает, что судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (соответствующий подход изложен в определении Верховного Суда РФ от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956).

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Аргументы банка о том, что он не был извещен о времени и месте судебного заседания по рассмотрению ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры банкротства и, как следствие, у банка отсутствовала возможность заявить свои возражения, судебной коллегией не принимаются, так как в решении суда о признания должника банкротом была указана дата судебного заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего – 26.06.2024, данные сведения опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве и в газете «Коммерсантъ», следовательно, банк как кредитор, чьи требования установлены в реестр определением суда от 04.06.2024, является извещенным о времени и месте судебного заседания по рассмотрению отчета финансового управляющего, в том числе с учетом разъяснений пункта 17 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Все доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции проверены и подлежат отклонению как несостоятельные, противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, направленные на переоценку выводов суда первой инстанции и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта. 

Ввиду изложенного, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не установлено.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы на судебный акт арбитражного суда о завершении процедуры реализации имущества гражданина государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 26.06.2024 по делу № А24-396/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

М.Н. Гарбуз

К.А. Сухецкая