ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А61-1523/2020

г. Ессентуки

14 июня 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2022 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Годило Н.Н., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 05.04.2022 по делу № А61-1523/2020, принятое по заявлению ООО «Резерв-А» (ОГРН 

<

***>) к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 Эльбруса Эльбрусовича (ОГРНИП 309151504100065, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением суда от 25.03.2021 требования общества с ограниченной ответственностью «Резерв-А» признаны обоснованными и в отношении индивидуального предпринимателя ФИО4 Эльбруса Эльбрусовича введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком до 20.09.2021. В реестр требований кредиторов индивидуального предпринимателя ФИО4 Эльбруса Эльбрусовича включены требования общества с ограниченной ответственностью «Резерв-А» в сумме 4 722 542 рублей. 

Финансовым управляющим должника утвержден член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» ФИО3 (ИНН 

<

***>). 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в ЕФРСБ 24.03.2021 номер сообщения 6391655, а также в официальном издании газеты «Коммерсантъ от 27.03.2021 № 53(7015) стр. 109 номер сообщения 66230089888.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 Эльбруса Эльбрусовича (далее – ФИО4, должник) общество с ограниченной ответственностью «Резерв-А» (далее – ООО «Резерв-А», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Республики Северная Осетия-Алания к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности договора поставки №1/2019 от 30.07.2019 (далее – договор), заключенного между должником и ответчиком. 

Определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 05.04.2022 заявление удовлетворено в полном объеме, договор поставки №1/2019 от 30.07.2019 признан недействительным и применены последствия недействительности сделке в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 679 000 рублей. Распределены судебные расходы. Судебный акт мотивирован тем, что оспариваемая сделка была совершена для создания искусственной задолженности должника перед кредитором, с целью вывода активов и будущего включения требований такого общества в реестр требований кредиторов должника. В результате совершения указанной сделки имущественным интересам должника причинен ущерб на сумму денежных средств, полученных ответчиком от должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Доводы жалобы сводятся к тому, что судом неправомерно отклонено ходатайство об отложении судебного заседания с целью добровольного возвращения ответчиком денежных средств в конкурсную массу должника.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 12.05.2022 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Кодекса.

29.05.2022 от финансового управляющего должника – ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. Также финансовый управляющий ходатайствовал о рассмотрении жалобы в его отсутствие. 

02.06.2022 от ООО «Резерв-А» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Кодекса, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 05.04.2022 по делу № А61-1523/2020 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО2 (ломосдатчик)  А.П. и ФИО4 (ломоприемщик) заключен  договор поставки лома черных металлов № 1/219 от 30.07.2019 (далее – договор), в соответствии с с которым ИП ФИО2 обязывался поставить ФИО4 лом черных металлов на общую сумму 28 996 890 руб. в период с 05.03.2020 по 29.05.2020, а ФИО4 обязан был перечислять ФИО2 денежные средства в течение 7 дней с момента подписания актов приема-сдачи лома.

Согласно пунктам 2.1, 2.2, 2.4 договора цена договора определяется по спецификации и оплата осуществляется по цене указанно в приемосдаточном акте в строгом соответствии с объемами принятого лома, оплата производится в течении семи банковских дней после подписания актов сдачи-приема (том 1, л. д. 9).

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов, за 1 и 2 квартал 2020 года ломосдатчиком ломоприемщику был поставлен товар на сумму 28 996 890 рублей 62 копейки (том 1, л. д. 11).

В связи с неоплатой поставленного товара у ФИО4 образовалась задолженности перед ФИО2 в размере 28 996 890 рублей 62 копейки, на основании чего ответчик обратился с исковым заявлением о взыскании образовавшейся задолженности в Ленинский районный суд г. Владикавказ.

Решением  Ленинского районного суда г. Владикавказ от 17 декабря 2020 года по делу № 2-3472/20 с должника – ФИО4 в пользу ФИО2 взыскана задолженность в размере 28 996 890 рублей 62 копейки по договору поставки № 1/2019 от 30 июля 2019 года.

На основании решения Ленинского районного суда  от 17 декабря 2019 года по делу № 2-3472/20, определением суда Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 05.08.2021 по делу № А61-1523/2020 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника  требования ФИО2 в размере 28 996 890 рублей основного долга.

Посчитав, что договор поставки является недействительным, конкурсный кредитор ООО «Резерв-А» обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя указанное заявление, суд первой инстанции исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Так из материалов дела следует, что ООО «Резерв-А» обладает более 10 общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов ФИО4 В связи с чем обладает правом на подачу заявления о признании сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что производство по делу о банкротстве в отношении должника возбуждено 04.06.2020, оспариваемый договор заключен 13.07.2019, т.е. в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Следовательно, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств.

Согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 наличие в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса.

Чтобы опровергнуть аргумент о мнимости сделок, недостаточно наличия документов, формально подтверждающих существование отношений между сторонами, суду следует проверить возражения о фиктивности договоров. В частности, нужно исследовать производственную цепочку, закупочные взаимоотношения с третьими лицами и экономическую целесообразность заключения сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740 по делу N А32-14248/2016).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховною Суда РФ N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу N А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Между тем, создание искусственной задолженности без реальных соответствующих письменным документам хозяйственных отношений совершено именно с целью неправомерного участия в распределении конкурсной массы, либо (в отсутствие процедуры банкротства) с иной неправомерной целью ущемления имущественных интересов стороны сделки (чей долг искусственно создается), либо его кредиторов, либо неугодных работников, либо участников корпоративных отношений, либо занижения налоговой базы.

Используя формально право свободы договора и возможность составления первичных документов, подтверждающих якобы исполнение такой сделки, стороны, безусловно, злоупотребляют своим правом с преднамеренной целью нарушения прав и законных интересов кого-либо (но не исключительно) из указанного выше крута лиц.

Если мнимая сделка субъектами предпринимательской деятельности заключена, значит, есть лица, чьи права или законные интересы (в отношении одной или обеих сторон сделки) ее стороны пытаются обойти (нивелировать, исключить фактическую реализацию). Отсутствие таких лиц исключает какой-либо интерес в создании видимости сделки и долга.

Совершение мнимой сделки с целью искусственного создания долга образует, таким образом, форму злоупотребления правом, что по правилам статьи 10 ГК РФ, не допустимо.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В Определении Верховного Суда РФ N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 также сформулирован подход к рассмотрению вопроса о мнимости договора, согласно которому суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли копии документов формальным требованиям, которые установлены законом. Необходимо принимать во внимание и другие документы, иные доказательства.

Так вступившем в законную силу апелляционным определением Верховного Суда РСО-Алания от 3 марта 2022 года по делу № 33-389/2022 (1 инст. № 2-3472/2020) решение Ленинского районного суда г. Владикавказа от 17 декабря 2020 года по делу № 2-3472/20 отменено, в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО4 Эльбрусу Эльбрусовичу о взыскании с ФИО4 Эльбруса Эльбрусовича в его пользу суммы задолженности по договору поставки в размере 28 996 890 (двадцать восемь миллионов девятьсот девяносто шесть тысяч восемьсот девяносто) рублей отказано. 

Верховный суд РСО-Алания установил, что по рассматриваемому договору в короткий срок поставлен большой объем лома черных металлов, и пришел к выводу о недоказанности реальной экономической возможности ФИО2 по поставке товара в заявленном объеме, а ФИО4 по приобретению, размещению и дальнейшему распоряжению такими партиями товара. Верховный суд РСО-Алания также указал на отсутствие доказательств разумности действий ИП ФИО2, поставлявшего ИП ФИО4 лома черных металлов без оплаты вопреки условиям договора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

При этом суд исходил из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, о том, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Также преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена именно свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта. В процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Этим обеспечивается соблюдение общеправового принципа определенности, а также принципов процессуальной экономии, стабильности и общеобязательности судебных решений. Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства.

Таким образом, преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом, поскольку в силу действия части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеют свойства достоверности и незыблемости.

При таких обстоятельствах, поскольку Апелляционным определением Верховного Суда РСО-Алания от 3 марта 2022 года по делу № 33-389/2022 (1 инст. № 2- 3472/2020) установлен факт недоказанности реальной экономической возможности ФИО2 по поставке товара в заявленном объеме, а ФИО4 по приобретению, размещению и дальнейшему распоряжению такими партиями товара, то указанное определение имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего обособленного спора.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что фактические отношения по поставке между сторонами отсутствовали, а сам договор являлся мнимой сделкой. Следовательно, оспариваемая сделка была совершена для создания искусственной задолженности должника перед кредитором, с целью вывода активов и будущего включения требований такого общества в реестр требований кредиторов должника, то есть в целях участия в процедуре банкротства и перераспределения в пользу такого общества части сформированной конкурсной массы - то есть, в целях, заведомо нарушающих права и законные интересы независимых кредиторов. В результате совершения указанной сделки имущественным интересам должника причинен ущерб на сумму денежных средств, полученных ответчиком от должника.

Указанное свидетельствует о том, что сделка совершена за пределами добросовестного поведения участников оборота, с заведомо противоправной целью, ничтожна по смыслу положений части 2 статьей 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что по ничтожной сделке фактически не возникло отношений по поставке товара, суд полагает доказанным факт отсутствия равноценного встречного предоставления по договору поставки №1/2019 от 30.07.2019. В результате совершения указанной сделки возник риск причинения ущерба имущественным интересам должника, в связи с установлением требований кредитора, основанных на оспариваемой сделке, в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного, ввиду отсутствия равноценного встречного предоставления, суд первой инстанции обоснованно исходил из доказанности управляющим оснований для признания договора аренды недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Из материалов дела следует, что ФИО4 перечислил ФИО2 по оспариваемому договору поставки 679 000 рублей. Указанное сторонами не оспаривается, а наоборот признано ФИО2 в ходатайстве об отложении судебного заседания.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции обосновано применены последствия недействительности сделки в виде взыскания денежные средства, полученные ответчиком по договору - в общей сумме 679 000 руб.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод апеллянта о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права в части отказа в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства с целью предоставления времени и возможности на добровольное возвращение средств, полученных по указанной сделке, признается судом несостоятельным ввиду следующего.

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Наличие оснований для отложения судебного разбирательства устанавливается арбитражным судом в каждом конкретном деле, исходя из его фактических обстоятельств.

Таким образом, отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

При этом, оценив доводы ходатайства об отложении, суд первой инстанции не усмотрел оснований для отложения судебного заседания. В связи с чем, отказ суда в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания не противоречит части 2 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, рассмотрение спора не препятствовало ФИО2 добровольно исполнить претензию финансового управляющего о возврате в конкурсную массу должника 679 000 рублей, полученных по оспариваемой сделке. Указанное не исполнено и в суде апелляционной инстанции, а следовательно, заявление ходатайства об отложении и последующее обжалование судебного акта, при наличии желания возвратить спорную сумму денежных средств, направлено на увеличение сроков возврата спорной суммы, что не может свидетельствовать о добросовестности со стороны ответчика. 

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). 

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на апеллянта, но взысканию не подлежит, поскольку уплачена при подаче жалобы в суд.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 05.04.2022 по делу № А61-1523/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

Н.Н. Годило

 

Н.В. Макарова