АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-66466/2020

Дело № А65-32768/2019

г. Казань

24 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Моисеева В.А., Самсонова В.А.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 09.11.2020,

ФИО3 – ФИО2, доверенность от 09.11.2020,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, акционерного общества «Волгогазоаппарат» 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 

по делу № А65-32768/2019

по заявлению (вх. 38519) конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Завод газовой аппаратуры» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.03.2020 заявление ФИО5 признано обоснованным, общество с ограниченной ответственностью «Завод газовой аппаратуры» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 23.09.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.10.2021 заявление конкурсного управляющего ФИО4 удовлетворено частично.

ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Завод газовой аппаратуры».

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 отказано.

Производство по рассмотрению заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, АО «Волгогазоаппарат» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с касационными жалобами, в которых просят обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО3 поддержал доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражными судами, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом и за не передачу документации и имущества должника.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывал на то, что бывший руководитель должника ФИО3 не обратилась в суд с заявлением о признании должника банкротом при наличии задолженности перед кредиторами на конец 2018 г.

Соответственно, по мнению конкурсного управляющего, исходя из обязательств должника в соответствии с реестром требований кредиторов и бухгалтерского баланса должника, ФИО3 должна была обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 31.01.2019 года.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик указывала, что с 2013 года ООО «Завод газовой аппаратуры» (далее - ООО «ЗГА») являлось поставщиком газовых и электрических плит в рамках, республиканской программы социального ипотечного кредитования «Социальная ипотека при президенте РТ» регулируемая Постановлениями Кабинета Министров Республики Татарстан № 190 от 15.04.2005 «Об утверждении Правил и порядка постановки на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий в системе социальной ипотеки в Республики Татарстан», № 366 от 02.08.2007 «О государственной поддержке развития жилищного строительства в РТ», и направлена на улучшение жилищных условий граждан, зарегистрированных и осуществляющих трудовую деятельность в Республике Татарстан. Данную программу реализует «Государственный Жилищный Фонд при Президенте РТ» из бюджетных и внебюджетных средств.

Должник в течение 2018 года добросовестно и в срок оплачивал все имеющиеся налоги, заработные платы сотрудникам, аренду. В 2019 году 1-2 квартал задолженности по налогам и заработанным платам, аренде так же отсутствовали. Также в течение всего 2018 года ООО «ЗГА» добросовестно и регулярно оплачивало свои обязательства по договорам заключенным с ООО «СВАР», АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» и АО «Волгогазоаппарат».

В конце 2018 года стали происходить задержки финансирования и смещения сроков сдачи объектов социального жилья по программе социального ипотечного кредитования на комплектацию которых ООО «ЗГА» закупало газовые и электрические плиты у ООО «СВАР», АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» и АО «Волгогазоаппарат».

Так как само по себе ухудшение финансового положения должника не свидетельствовало о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, должник продолжал осуществлять свою деятельность, на его счет поступали денежные средства, которые шли на погашение обязательств перед кредиторами. Также гарантом реализации программы «Социальной ипотеки при президенте РТ» является «Государственный Жилищный Фонд при Президенте РТ» и жилые объекты должны были быть профинансированы, сданы и скомплектованы газовыми и электрическими плитами в январе-феврале 2019 года.

Однако, 14 декабря 2018 года ООО «СВАР» и АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» обратились в Арбитражный суд Пензенской области с исковыми заявлениями. Указанные юридические лица являются аффилированными лицами, то есть их можно рассматривать как одного кредитора, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, в которых указано, что учредителем ООО «СВАР» с размером доли 100% (сто процентов) является АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова».

В ходе рассмотрения искового заявления ООО «СВАР», Арбитражным судом Пензенской области от 04.02.2019 г. было вынесено Решение по делу № А49-14820/2018, которым было установлено, что задолженность перед кредитором ООО «СВАР» возникла в декабре 2017 года, однако установлено, что должником было осуществлено погашение задолженности частично в мае 2018 года на сумму 700 000 (Семьсот тысяч) рублей, в адрес ООО «СВАР» направлялись гарантийные письма от 22.05.2018 N 5/05, от 25.05.2018 N 5/06, в которых предлагался график погашения задолженности. 30.10.2018 ООО «СВАР» направила должнику претензию, после чего в период с 04.10.2018 по 11.12.2018 ООО «ЗГА» оплатил задолженность на сумму 400 000 (четыреста тысяч) рублей. В процессе судебного разбирательства было оплачено еще 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей задолженности, а также 31.01.2019 г. сумма задолженности в размере 10 000 рублей. В законную силу решение Арбитражного суда Пензенской области по делу № А49-14820/2018 вступило 04.03.2019.

В ходе рассмотрения искового заявления АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова», Арбитражным судом Пензенской области от 04.02.2019  было вынесено решение по делу № А49-14821/2018 которым было установлено, что задолженность перед кредитором АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» возникла в сентябре 2017 года, в адрес кредитора АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» направлялись письма по погашению задолженности в срок до 01.02.2018, 30.09.2018, 21.10.2018. АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» направил в адрес ООО «ЗГА» претензию. Платежами от 06.12.2018 и от 11.12.2018 на общую сумму 200 000 руб. была частично погашена задолженность перед кредитором, также в период рассмотрения дела был осуществлен платеж в адрес кредитора в размере 100 000 рублей. В законную силу решение Арбитражного суда Пензенской области по делу NА49-14821/2018 вступило 04.03.2019.

В ходе рассмотрения вышеуказанных судебных споров, должник предпринимал попытки заключить мировое соглашение, что нашло свое отражение в решениях судов, однако договоренности с вышеуказанными кредиторами достигнуть не удалось.

Руководством ООО «ЗГА» разрабатывался план по выходу из кризисной ситуации, однако на начало февраля 2019 года возникает кризисная ситуация в строительной отрасли РФ, что неизбежно отразилось и на строительстве в РТ. Регулярное финансирование прекращается, сроки сдачи жилых объектов смещаются на конец 2019 года. Помимо этого, Приказом Минстроя России от 05.12.2018 № 789/пр «Об утверждении свода правил «Здания жилые. Правила проектирования систем газопотребления» было введено требование об обязательной установке в жилые многоквартирные дома газовых плит - обязательной стала система подачи газа «Газ-контроль», которая прекращает подачу газа, если пламя на конфорке случайно гаснет. Наладить сборку подобных газовых плит в короткие сроки не представлялось возможным. Как следствие всего происходящего ООО «ЗГА» оказывается в сложном финансовом положении.

В связи с этим должник ООО «ЗГА» прекращает в январе 2019 закупки товаров у основного на тот момент поставщика АО «Волгогазоаппарат» (последняя закупка была произведена 09.01.2019 на сумму 121 031, 00 руб.). Задолженность перед АО «Волгогазоаппарат», существовала на протяжении всего периода сотрудничества и данный факт является стандартной практикой для оптовых организаций, так как должник должен был постоянно иметь запас товара на складе, так как поставщики находятся в других регионах, а «Государственный Жилищный Фонд при Президенте РТ» всегда требует срочных поставок и в большом количестве.

Задолженность перед кредитором АО «Волгогазоаппарат» погашалась в период с декабря 2018 года по январь 2019 года, что подтверждается: платежным поручением N 252 от 04.12.2018 на сумму в размере 500 000 руб., платежным поручением N 255 от 06.12.2018 на сумму в размере 300 000 руб., платежным поручением N 264 от 11.12.2018 на сумму в размере 300 000 руб., платежным поручением N 268 от 13.12.2018 на сумму в размере 300 000 руб., платежным поручением N 271 от 18.12.2018 на сумму в размере 200 000 руб., платежным поручением N 9 от 21.01.2019 на сумму в размере 50 000 руб.

В силу специфики деятельности должника, оплата товара от кредиторов осуществлялась после его поставки, что подтверждается вышеуказанными решениями судов, в которых для кредиторов ООО «СВАР» и АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» был установлен срок оплаты поставленного товара в течении 60 дней после поставки.

В начале 2019 года, генеральным директором ФИО3 принимается решение применить комплекс мер который должен был сохранить предприятие, работающих там сотрудников и закрыть имеющиеся задолженности перед ООО «СВАР», АО «ППО ЭВТ им. В.А. Ревунова» и АО «Волгогазоаппарат» путем минимизации расходов предприятия и получения большего дохода с продажи имеющегося товара.

В первую очередь был уменьшен размер арендуемых складских помещений, организована с января 2019 г. по конец октября 2019 г. продажа товара через точку розничной торговли и через оптовые организации (при этом выручка уходила на заработную плату, аренду склада, офиса и розничной точки). В октябре 2019 г. (после возбуждения дела о банкротстве) все сотрудники были уволены, расторгнут договор аренды одного склада и торговой точки. В аренде остался один склад и один офис.

До октября 2019 г. должник осуществлял финансово-хозяйственную деятельность и на его расчетные счета поступали денежные средствами.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

На основании вышеизложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий предусмотренных статьи 61.11 Закона о банкротстве и об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в части привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом.

В обоснование жалобы АО «Волгогазоаппарат» указывало, что 25.11.2017 должник стал обладать признаками неплатежеспособности, решение ФИО3 о добровольной ликвидации должника в октябре 2019 года свидетельствует о попытках уйти от ответственности за неэффективное ведение хозяйственной деятельности созданного и управляемого ею юридического лица.

Изложенные доводы суд апелляционной инстанции признает несостоятельными в силу следующего.

Как указывалось выше, с 2013 года ООО «Завод газовой аппаратуры» (являлось поставщиком газовых и электрических плит в рамках, республиканской программы социального ипотечного кредитования «Социальная ипотека при президенте РТ» регулируемая Постановлениями Кабинета Министров Республики Татарстан № 190 от 15.04.2005 «Об утверждении Правил и порядка постановки на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий в системе социальной ипотеки в Республики Татарстан», № 366 от 02.08.2007 «О государственной поддержке развития жилищного строительства в РТ», и направлена на улучшение жилищных условий граждан, зарегистрированных и осуществляющих трудовую деятельность в Республике Татарстан. Данную программу реализует «Государственный Жилищный Фонд при Президенте РТ» из бюджетных и внебюджетных средств.

До октября 2019 года должник осуществлял свою деятельность, на его счета поступали денежные средства, которые шли на погашение обязательств перед кредиторам.

В декабре 2018 года, январе 2019 года должником в адрес АО «Волгогазоаппарат» было оплачено 1 650 000, 00 руб.

Наличие просроченной задолженности само по себе не является основанием для вывода о неплатежеспособности должника, а лишь представляет собой нарушение со стороны должника денежного обязательства.

Решение ФИО3 о добровольной ликвидации в октябре 2019 года свидетельствует о добропорядочности и целенаправленности на погашение задолженности перед кредиторами.

В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности за не передачу документов и имущества должника суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пп. 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано на то, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

- организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

- ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Также, согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий названных лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам презюмируется.

По смыслу приведенных норм права ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, возложение на них обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). В связи с чем, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как установлено судами, на момент принятия судом решения о признании должника несостоятельным (банкротом) руководителем должника являлся ликвидатор ФИО1, которым указанная обязанность по передаче документации выполнена не была, в связи с чем конкурсным управляющим ФИО4 было направлено в суд ходатайство об истребовании у ликвидатора ФИО1 бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей, и определением Арбитражного суда Республики Татарстан по настоящему делу от 12.10.2020 ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 удовлетворено частично, где суд обязал ФИО1 передать конкурсному управляющему: - документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности, отчетности во внебюджетные фонды и органы статистики (расчётные ведомости), расшифровки к балансу за 2018 г., 2019 г., за исключением документов переданных по актам приема-передачи от 03 июня 2020 г. и без даты в 34 позиции; список запасов (сырье, материалы, затраты в незавершенном производстве, готовая продукция и пр. запасы), с указанием балансовой стоимости, наименования и иных идентифицирующих признаков имущества; перечень дебиторов должника по состоянию на день представления, который должен содержать по каждому дебитору: наименование (для юридических лиц), фамилию, имя, отчество (для физических лиц), юридические и фактические адреса для юридических лиц, адреса места жительства для физических лиц, сумму задолженности, с выделением суммы основной задолженности и суммы задолженности по штрафам и пеням, с указанием даты возникновения задолженности, первичные документы, подтверждающие дебиторскую задолженность в размере 2 108 000 руб.; оригиналы документов, подтверждающих погашение или списание дебиторской задолженности.

В своем отзыве ФИО1 указывал, что им частично были переданы документы, в частности, документы по кассовому обслуживаю, а также бухгалтерская документация за 2018 - 2019 г.

Как установлено судами, фактически переданы налоговые декларации за 2018-2019 г., бухгалтерский баланс с расшифровкой за 2018 - 2019 г., расчеты НДФЛ за 2018 - 2019 г., расчеты страховых взносов за 2018-2019 г., отчеты кассовых смен с 01.03.2018 по 31.10.2019 г., приходные/расходные кассовые ордера с января 2018 по сентябрь 2019 г., списки товарных запасов должника, акт инвентаризации расчетов с покупателями, приказ о списании дебиторской задолженности (первичная документация и основания списания дебиторской задолженности отсутствуют.

Между тем, при осуществлении анализа вышеперечисленных документов, в частности, отчетов кассовых смен с 01.03.2018 по 31.10.2019, приходных/расходных кассовых ордеров с января 2018 по сентябрь 2019 г., должником было реализовано товара на сумму 5 407 032, 54 руб., а также выплачено заработной платы на сумму порядка 3 000 000 руб.

Однако никаких первичных документов о начислении и выплате заработной платы (штатное расписание, платежные ведомости и пр.) конкурсному управляющему не передано.

Также, конкурсному управляющему не переданы документы, в частности, договоры на реализацию товара, оборотно-сальдовые ведомости, накладные, а также иные первичные учетные документы, подлежащие своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, позволяющих определить какой товар в пользу какого контрагента и по какой стоимости был реализован в тот или иной период времени.

Также, согласно выписки по расчетному счету должника № 40702810007500006276, открытому в ПАО БАНК «Финансовая корпорация «Открытие», конкурсным управляющим было выявлено, что за период 2018 - 2019 гг. производилась реализация полученной от кредиторов Должника продукции.

Согласно выписке по расчетному счету должника, при анализе которой конкурсным управляющим выявлены перечисления по различным договорам с контрагентами (к примеру ООО «СЗ «РАН-КАЗАНЬ», ООО «Строитель+», ООО «ТД «ПРОМГАЗПРИБОР»), однако сами договоры конкурсному управляющему не переданы, в связи с чем невозможно определить, в действительности ли у должника имелся такой договор с контрагентом, и, соответственно, выявить по данным операциям дебиторов либо кредиторов должника.

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа; дата составления документа; наименование экономического субъекта, составившего документ; содержание факта хозяйственной жизни; величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни. Требования в письменной форме главного бухгалтера, иного должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лица, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, в отношении соблюдения установленного порядка документального оформления фактов хозяйственной жизни, представления документов (сведений), необходимых для ведения бухгалтерского учета, должностному лицу, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицу, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, обязательны для всех работников экономического субъекта.

Кроме того, проанализировав бухгалтерскую отчетность должника, установлено, что у должника на последнюю отчетную дату, предшествующую возбуждению дела о банкротстве (31.12.2018) имелись активы в размере 9 959 000 руб., в том числе: запасы - 7 643 000 руб., дебиторская задолженность - 2 108 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 153 000 руб.; тогда как на 31.12.2019 активы должника составили лишь 2 930 000 руб., из которых запасы - 2 219 000 руб., дебиторская задолженность - 708 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 3 000 руб.

Однако подтверждающих документов относительно снижения более чем в 3 раза запасов и дебиторской задолженности должника конкурсному управляющему не представлено, что существенно затрудняет проведение процедуры банкротства должника, в частности, невозможно сформировать конкурсную массу в полном объеме, выявить дебиторов должника и предъявить к ним требования о взыскании задолженности.

Также, не были переданы документы, касающиеся долгосрочных и краткосрочных финансовых вложений, ценные бумаги, запасы, материальные ценности, документы, подтверждающие дебиторскую задолженность в размере 2 108 000 руб., при том, что на расчетный счет должника не поступали денежные средства от дебиторов.

Из представленных актов на списание дебиторской задолженности следует, что списана дебиторская задолженность:

1. ООО «ВодоГазСервис-Казань» в размере 25 390 руб. по причине окончания срока исковой давности.

2. ООО «ЖИК Строй» в размере 260 руб. по причине процедуры банкротства ООО «ЖИК Строй».

3. ООО «Интеллект Строй» в размере 17 800 руб. по причине ликвидации ООО «Интеллект Строй».

4. ЗАО «Стройсервис» в размере 2 000 руб. по причине окончания срока исковой давности

5. ФИО6 в размере 5 250 руб. по причине окончания срока исковой давности

6. ООО «Белый Барс Компания» в размере 4 684 руб. по причине процесса ликвидации ООО «Белый Барс Компания».

7. ООО БИТ «Бизнес Решение» в размере 1400 руб. по причине ликвидации ООО БИТ «Бизнес Решение».

8. ООО «ВДГО» в размере 48 руб. но причине окончания срока исковой давности.

9. ООО «Интеграл-Сервис» в размере 360 руб. по причине окончания срока исковой давности.

10. ООО «Урал-Инфо-Система» в размере 115.61 руб. по причине окончания срока исковой давности.

11. АО «Интехбанк»-225 000.

Таким образом, поскольку доказательства полного исполнения вступившего в законную силу судебного акта не представлены в связи с чем требования пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве следовательно не исполнены, суды пришли к выводу о том, что к ответчику может быть применена презумпция, установленная подп. 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Представленные в материалы дела доказательства при рассмотрении данного обособленного спора не подтверждают факт того, что ФИО1 был лишен возможности передать первичные документы бухгалтерской отчетности должника либо его имущества.

Также, верно отмечено, что обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника.

В силу абзаца 4 пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 ФЗ «О бухгалтерском учете» относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация.

Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции.

Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции на момент спорных отношений) общество обязано хранить перечисленные в этом пункте документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2 статьи 50 названного Закона).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием законодательства.

Процедура передачи и принятия бухгалтерской и иной документации должника, является двухсторонней. При этом доказательств уклонения конкурсного управляющего от получения указанных документов в материалах дела не имеется.

Таким образом, по мнению судов, ФИО1, согласно статьям 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, был обязан передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, содержащую, в том числе и документы первичного бухгалтерского учета. Однако, данное обязательство, как указывалось выше, исполнено не было.

То, что ответчик не располагал документацией, материальными или иными ценностями и их отсутствие не является безусловным основанием для отказа в привлечении его к субсидиарной ответственности. Сам факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судамиустановлено, что ФИО3 передана полностью документация ФИО1, что также подтвердил представитель ответчика в судебном заседании.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из разъяснений данных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В рассматриваемом случае из представленных конкурсным управляющим должника доказательств и пояснений следует, что затруднения при формировании конкурсной массы и информации по хозяйственной деятельности общества, возникли именно вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по передаче всей документации.

Исходя из установленных при рассмотрении настоящего обособленного спора обстоятельств, суды пришли к правильному выводу о доказанности наличия совокупности вышеперечисленных обстоятельств, необходимых для возложения на ФИО1 субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований, а также не допустил неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, приведенные в кассационных жалобах, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Иных доводов, опровергающих установленные судом обстоятельства и сделанные выводы, в кассационных жалобах не приведено.

При таких обстоятельствах у суда округа отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемого судебного акта.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 по делу № А65-32768/2019 оставить без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяА.Р. Кашапов 

СудьиВ.А. Моисеев 

В.А. Самсонов