Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru 

тел./факс (3952) 210-170, 210-172 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 Ф02-4561/2024

Дело № А19-3751/2020

25 ноября 2024 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2024 года.  

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Парской Н.Н., судей: Бронниковой И.А., Двалидзе Н.В., 

при участии в открытом судебном заседании генерального директора общества  с ограниченной ответственностью «Карьер» ФИО1 (паспорт) и представителя  ФИО2 (доверенность от 25.09.2024), и представителя акционерного  общества «Дальневосточный банк» ФИО3 (доверенность от 11.07.2024),  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества  с ограниченной ответственностью «Карьер» на определение Арбитражного суда  Иркутской области от 02 февраля 2024 года по делу № А19-3751/2020, постановление  Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2024 года по тому же делу,  

установил:

решением Арбитражного суда Иркутской области 31 мая 2021 года  общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания ФинГарант»  (ИНН 

<

***>, далее – должник) признано несостоятельным (банкротом),  в отношении него открыто конкурсное производство.  

Акционерное общество «Дальневосточный банк» (далее – Банк) 29.08.2022  обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании  недействительными договоров процентного займа от 05.12.2018, от 21.12.2018,  заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Карьер»  (далее – ответчик, заявитель); о применении последствий недействительности сделки  в виде взыскания с ответчика в пользу должника 13 941 000 рублей.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 02 февраля 2024 года,  оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного  суда от 26 июля 2024 года, заявленные требования удовлетворены.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился  в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой  просит их отменить, ссылаясь на нарушение судами норм материального  и процессуального права, на недоказанность совокупности обстоятельств, необходимой  для признания сделки недействительной, принять новый судебный акт об отказе  в удовлетворении заявленных требований.  

Заявитель считает, что возврат полученных займов не на расчетный счет должника,  а в адрес третьих лиц за акционерное общество «Братскдорстрой» (далее –  АО «Братскдорстрой»), являющееся аффилированным по отношению к должнику,  на основании распоряжения последнего не противоречит требованиям гражданского  законодательства, не свидетельствует о злоупотреблении сторонами правом и является  надлежащим исполнением обязательств.  

 Заявитель полагает ошибочными выводы судов о наличии признаков  неплатежеспособности у должника и АО «Братскдорстрой», ссылаясь на отсутствие  у ответчика обязанности отслеживать в общедоступных источниках информацию  о взыскании с должника денежных средств, возбужденных в отношении него  исполнительных производств.  

Заявитель ссылается на неотносимость к спору довода об отсутствии между  должником и АО «Братскдорстрой» обязательственных отношений, поскольку он не  влияет на исполнение ответчиком своих обязательств в рамках договоров займа.  

Также заявитель настаивает на реальности совершения спорных сделок. 

Кроме того заявитель считает, что Банком пропущен срок исковой давности,  который, по его мнению, подлежит исчислению с 26.05.2021 – дня, следующего за днем  введения в отношении должника конкурсного производства.  

В отзывах на кассационную жалобу Банк и конкурсный управляющий должника  выразили несогласие с содержащимися в ней доводами, просили оставить обжалуемые  судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном  главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Заинтересованные в рассмотрении кассационной жалобы участвующие в деле лица  о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение о принятии  

кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания выполнено  в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной  электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле,  посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека  арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).  

Участвующие в судебном заседании представители заявителя поддержали доводы  кассационной жалобы, а представитель Банка возражал им, ссылаясь на законность  и обоснованность обжалуемых судебных актов.  

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального  и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся  в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел  к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, между должником  (займодавец) и ответчиком (заемщик) заключены договоры процентного займа  от 05.12.2018 и от 21.12.2018.  

По условиям договоров займа должник перечислил на расчетный счет ответчика  денежные средства в суммах 17 960 000 рублей и 598 000 рублей, соответственно.  

В счет возврата займа по договору от 05.12.2018, ответчик в период с 10.12.2018  по 18.01.2019 перечислил на расчетный счет должника денежные средства в общей сумме  4 617 000 рублей.  

В подтверждение возврата остальной суммы займа в адрес конкурсного  управляющего ответчиком представлены аналогичные по содержанию письма за период  с 06.12.2018 по 27.12.2018 от имени должника о необходимости оплаты  за АО «Братскдорстрой». Указанные платежи совершались в пользу различных  многочисленных контрагентов АО «Братскдорстрой», в числе которых были как  государственные органы, независимые кредиторы, так и бывшие работники самого АО  «Братскдорстрой».  

По договору от 21.12.2018, начиная с 27.12.2018, на основании письменного  распоряжения должника денежные средства возвращались ответчиком путем оплаты  обязательств АО «Братскдорстрой» на сумму 810 000 рублей.  

Банк, ссылаясь на возврат займа не в адрес займодавца, а в адрес контрагентов  третьего лица – АО «Братскдорстрой», в ситуации аффилированности всех названных  

лиц, в период неплатежеспособности как должника, так и АО «Братскдорстрой», полагая,  что ответчик не преследовал цель получения заемных средств, а являлся посредником  при передаче денежных средств от должника АО «Братскдорстрой» (его контрагентам),  в результате чего причинен вред кредиторам должника, поскольку последнему из заемных  средств возвращено только 4 617 000 рублей, обратился в арбитражный суд с заявлением  о признании недействительными договоров займа и применении последствий в виде  возврата в конкурсную массу должника 13 941 000 рублей.  

На основе представленных в материалы дела доказательств судами был отклонен  довод ответчика о пропуске Банком срока исковой давности. Суд кассационной  инстанции считает данный вывод судов обоснованным.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из  внутригруппового характера займов, в результате которых перераспределялись суммы  внутри группы юридических лиц с целью удовлетворения требований кредиторов  АО «Братскдорстрой», из осведомленности ответчика о финансовом состоянии должника  и АО «Братскдорстрой», и пришел к выводу о наличии совокупности обстоятельств для  признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о ничтожности оспариваемых сделок  по основаниям, установленным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции. 

Суд кассационной инстанции не может признать выводы судов в отношении  существа рассмотренного спора обоснованными и соответствующими нормам  материального права в силу следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Оспаривая договоры займа, Банк ссылался на их притворность, на то, что ответчик  не преследовал цель получения заемных средств, а являлся посредником при передаче  денежных средств от должника АО «Братскдорстрой» (его контрагентам), в ситуации  аффилированности всех названных лиц, в качестве правовых оснований указывал на  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Установив аффилированность лиц цепочки по передаче денежных средств:  должник – ответчик – АО «Брасткдорстрой», суды пришли к выводу о том, что ответчик  являлся промежуточным звеном указанной цепочки, и единственным платежеспособным  в ней лицом, обеспечил видимость погашения долгов перед кредиторами  АО «Братскдорстрой» без подозрений на предпочтительный характер удовлетворения  требований; конечной целью таких перечислений признано предоставление денежных  средств одним из участников группы лиц – должником другому – АО «Братскдорстрой».  

Таким образом, судами установлен транзитный характер перечислений,  осуществленных в рамках договоров займа, что свидетельствует о совершении цепочки  сделок.  

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 9.1 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона   «О несостоятельности (банкротстве)», если исходя из доводов оспаривающего сделку  лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового  основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например,  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на  основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного  правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие  применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной  в соответствии с надлежащей нормой права.  

В соответствии с пунктом 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила  о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть  совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки  являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду,  с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила  (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 2  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации правопорядок признает  совершенной лишь прикрываемую сделку, то есть ту сделку, которая действительно  имелась в виду.  

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает  совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась  

в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами.  В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной  по основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации или  специальными законами (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).  

Цепочка последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом  может быть создана формально для прикрытия одной сделки, направленной на прямое  отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. При таком варианте  воля первого приобретателя на получение права собственности на имущество должника (а  возможно и последующих, исключая последнего) выражается лишь для вида без  реального намерения породить отраженные в первом договоре купли-продажи  последствия. Личность таких приобретателей может использоваться в качестве  инструмента для вывода активов должника из-под угрозы обращения на него взыскания  по требованиям кредиторов. В действительности совершается одна единственная  (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество  от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся  конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных  договорах. Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожна, а прикрываемая сделка может  быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона  о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества  должника по правилам статьи 61.6 того же закона.  

Указанная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, от 27.08.2020 № 306-ЭС17- 11031(6), от 24.01.2022 N 305-ЭС20-16615(2).  

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации   № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  12.07.2017 указано, что при определении такого признака подозрительной сделки  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинение вреда от сделки,  во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника  от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений. Иными  словами, для признания условий конкретной сделки несправедливыми необходимо  учитывать условия других взаимосвязанных сделок и обстоятельства их заключения  

В рассматриваемом случае судами установлено, что заемщик является транзитным  звеном цепочки сделок, а заключенный с ним договор – прикрытием безвозмездной  

передачи денежных средств от должника к иному лицу (в пользу иного лица), что  ответчик не намеревался вступить в реальные правоотношения с должником  по поводу привлечения заемных денежных средств.  

Суды пришли к выводу о причинении оспариваемыми договорами займа вреда  имущественным правам кредиторов должника, установив наличие у должника на момент  их совершения признаков неплатежеспособности.  

Банк в обоснование своей позиции ссылался на отсутствие оснований для  перечисления должником денежных средств в пользу АО «Братскдорстрой» (его  контрагентов), однако АО «Братскдорстрой» к участию в деле не был привлечен, и  указанные обстоятельства судом не проверены. При этом судами не учтена правовая  позиция Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с которой при  определении признака вреда во внимание следует принимать совокупный экономический  эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью  юридических отношений.  

Факт частичного исполнения ответчиком обязательств по договорам займа  в пользу третьих лиц – контрагентов АО «Братскдорстрой» подтвержден  представленными в материалы дела доказательствами.  

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 407 Гражданского кодекса  Российской Федерации стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и  определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не  вытекает из существа обязательства.  

Суды, сославшись на отсутствие в договорах займа условия о возможности  возврата займа на счета третьих лиц, фактически признали ненадлежащим исполнением  ответчиком обязательств по договору. Данный вывод судов сделан без учета положений  названной нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, а также противоречит  содержанию соответствующего пункта договоров займа, в котором предусмотрена  возможность прекращения денежных обязательств иным способом при наличии  письменного согласия займодавца.  

При применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с  ответчика сумм, уже перечисленных им ранее в пользу третьих лиц, судами не были  учтены указанные обстоятельства и неправильно применены нормы права.  

Кроме того, судами не было принято во внимание, что ранее должником был  заявлен иск к ответчику, рассмотренный в деле № А19-18823/2021, в рамках которого  были установлены обстоятельства исполнения ответчиком обязательств по договорам  займа, исковые требования были удовлетворены частично.  

Согласно правовому подходу, изложенному в определениях Верховного  Суда Российской Федерации от 11.07.2019 № 305-ЭС18-19945(8), от 23.03.2017   № 307-ЭС16-3765(4,5), постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 16.11.2018 № 43-П, необходимость максимально эффективной процессуальной  организации судебного процесса применительно к рассмотрению обособленных споров  предполагает правовую квалификацию цепочки последовательно совершенных сделок,  поскольку оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для  признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению  положения, существовавшего до совершения всех сделок.  

Таким образом, обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм  материального права, без исследования обстоятельств, имеющих значение для  правильного разрешения спора, что влечет их отмену с направлением обособленного  спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное,  определить характер спорных правоотношений, возникших между сторонами, а также  нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), исследовать  представленные доказательства и при наличии оснований признать сделку  недействительной в соответствии с надлежащей нормой права принять законный и  обоснованный судебный акт.  

При отмене судебных актов с передачей дела на новое рассмотрение вопрос  о взыскании государственной пошлины и распределении судебных расходов разрешается  арбитражным судом, вновь рассматривающим дело (часть 3 статьи 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей,  в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения  в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  в режиме ограниченного доступа.  

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном  носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления  соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или  вручена им под расписку.  

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 февраля 2024 года  по делу № А19-3751/2020, постановление Четвертого арбитражного апелляционного  суда от 26 июля 2024 года по тому же делу отменить.  

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Иркутской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.Н. Парская Судьи И.А. Бронникова 

Н.В. Двалидзе