ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-5979/2025

г. Челябинск

22 августа 2025 года

Дело № А34-9965/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 августа 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., 

судей Киреева П.Н., Корсаковой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Разиновой О.А.,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» на решение Арбитражного суда курганской области от 21.04.2025 по делу № А34-9965/2024.

В судебном заседании, проводимом посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» - ФИО1 (доверенность № 141 от 02.07.2025, паспорт, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» (далее – истец, ООО «Бренд Монитор Лигал») обратилась в Арбитражный суд Курганской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО2) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 682020, № 1002196, №1368334 в размере 75 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб., расходов на приобретение товара в размере 1 000 руб., почтовых расходов в размере 179 руб. 40 коп., расходов на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

Решением Арбитражного суда Курганской области от 21.04.2025 (резолютивная часть объявлена 09.04.2025) в удовлетворении иска отказано.

ООО «Бренд Монитор Лигал», не согласившись с вынесенным судебным актом, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ее заявитель выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о совершении правообладателем уступки требования с целью обхода требований Указа Президента РФ от 27.05.2022 № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» (далее - Указ № 322) и наличии в действиях по уступке права требования умысла, направленного против публичных интересов РФ. Указывает, что в качестве доказательств исполнения обязательств по договору цессии № 20231215-BML-BMTR от 15.12.2023, отвечающих требованиям действующего законодательства Российской Федерации, в материалы дела представлены все необходимые документы. Кроме того, истцом представлено платежное поручение № 77 от 23.01.2025, подтверждающее факт перечисления денежных средств в адрес Wenger S.A- в соответствии с дополнительными соглашениями № 4 и № 5 к указанному договору на специальный банковский счет типа «О». Правообладатель не имеет на территории Российской Федерации штатных юристов, которые могли бы осуществлять защиту исключительных прав в судах, правообладателю выгоднее уступить требования, чем полностью отказаться от защиты принадлежащих ему исключительных прав на территории Российской Федерации. Таким образом, заключение договора цессии не направлено на обход требований Указа Президента РФ № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» и не может расцениваться как злоупотребление правом, поскольку все расчеты осуществляются в рублях на специальный банковский счет типа «О».

В установленный судом срок ИП ФИО2 отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного разбирательства на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие не прибывших в судебное заседание участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 14.04.2024 в торговой точке «Китайский рынок», расположенной по адресу: 

<

...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже контрафактного товара, на котором содержались обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам № 682020, № 1002196, № 1368334.

Компания Wenger S.A. (ФИО4) является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 682020, № 1002196, № 1368334, зарегистрированные Всемирной организацией интеллектуальной собственности, в том числе в отношении товаров 18 классов МКТУ.

30.10.2023 между Wenger S.A. (ФИО4) (правообладатель, цедент) и Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети (регистрационный номер 403517-5, налоговый номер 1871554597, Стамбул, Турецкая Республика) (цессионарий) подписан договор цессии № 20230824-WEN-BMTR, в редакции дополнительного соглашения № 4 от 21.08.2024, на основании которого цессионарию передано в том числе право требования компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки к ИП ФИО2 (страница 8, строка № 201 реестра).

Договором цессии № 20231215-BML-BMTR в редакции дополнительного соглашения № 4 от 21.08.2024, спорная задолженность уступлена обществу с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал».

Ссылаясь на перечисленные обстоятельства, указывая, что ИП ФИО2 не обращалась к правообладателю за разрешением использовать спорные товарные знаки, ООО «Бренд Монитор Лигал» (цессионарий по договору № 20231215-BML-BMTR от 15.12.2023) обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции установив, что Компания ФИО4 (Wenger S.A.) зарегистрирована в Швейцарии, включенная распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р в перечень недружественных государств, пришел к выводу о совершении Компанией уступки требования с целью обхода требований Указа № 322 и наличии в действиях перечисленных лиц, умысла, направленного против публичных интересов Российской Федерации, в связи с чем констатировал ничтожность сделки по передаче исключительных прав, признал исключительные права ООО «Бренд Монитор Лигал» (конечного получателя исключительных прав по перечисленным договорам цессии) отсутствующими, в связи с чем в удовлетворении исковых требований отказал.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения судебного акта не установил, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом.

Статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодекса Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (пункт 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Авторские права распространяются, в том числе, на часть произведения, его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным п. 3 настоящей статьи (п. 7 ст. 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477, статьей 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно статье 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

При этом использование товарного знака не ограничивается действиями по воспроизведению или размещению товарного знака на товарах. Исходя из статей 1229, 1484 и 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации, хранение для целей продажи, предложение к продаже и продажа товаров, маркированных товарным знаком, являются самостоятельными способами использования товарного знака.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в п.п. 57, 59 - 62, 154, 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных п. 2 ст. 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. В свою очередь, ответчик должен представить доказательства соблюдения требований гражданского законодательства при использовании спорного товарного знака.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств: 1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора; 2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом; 3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем; 4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; 5) в других случаях, предусмотренных законом. 

К отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила настоящего Кодекса об уступке требования (статьи 388 - 390), если иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или не вытекает из существа отношений (пункт 2 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление №54) даны следующие разъяснения: по смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием) (пункт 1); в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования (пункт 4); по общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ) (пункт 5). Согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом (пункт 6). Возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ) (пункт 11).

В силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования (пункт 4 Постановления № 54).

По общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 5 Постановления № 54). 

Согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом (пункт 6 Постановления №54). 

При этом заключение договора уступки права требования до принятия решения суда по настоящему делу не влечет отказ в удовлетворении заявления о замене истца в порядке процессуального правопреемства по указанному основанию. 

Возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ) (пункт 11 Постановления №54).

Статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2). В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом (пункт 3).

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного нормативного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. Такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Реальность обязательств по сделке не исключает право отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения является обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, законодательством о банках и банковской деятельности, валютным законодательством и т.п. (пункт 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Указом №322 установлен временный порядок исполнения Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями, резидентами (далее – должники) денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат, в том числе иностранным правообладателям, являющимся иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе, если такие иностранные лица имеют гражданство этих государств, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства) (подпункт «а» пункта 1).

В соответствии с Указом №322 (в редакции Федерального закона от 15.02.2024 №122), в целях исполнения обязательств перед правообладателями, названными в подпунктах «а»-«е» пункта 1 Указа, должник, извещенный об обстоятельствах, предусмотренных подпунктами «а»-«е» пункта 1 Указа, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции, путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам. Внесению на специальный счет типа «О» также подлежат платежи, которые в нарушение срока исполнения должником обязательств перед правообладателем не были перечислены ему на день официального опубликования настоящего Указа (пункт 2). Внесению на специальный счет типа «О» подлежат, в том числе платежи, осуществляемые в целях выплаты правообладателям компенсации в соответствии со статьей 1360 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2.1). На имя правообладателя может быть открыт только один специальный счет типа «О». Специальный счет типа «О» открывается на основании заявления, направленного должником в уполномоченный банк (пункт 5). Режим специального счета типа «О», в том числе особенности внесения на него платежей и списания с него средств, устанавливается решением Совета директоров Центрального банка Российской Федерации, подлежащим официальному опубликованию (пункт 9). При надлежащем выполнении должником требований настоящего Указа сохраняется его право на использование результата интеллектуальной деятельности и (или) средства индивидуализации на ранее применимых условиях (пункт 12). Правообладатель, должник или их представители вправе обратиться в Правительственную комиссию по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации с заявлением о выдаче разрешения на перевод на банковский или иной счет правообладателя (в том числе открытый в банке, расположенном за пределами территории Российской Федерации) средств, перечисленных должником на специальный счет типа «О». При необходимости в этом разрешении могут содержаться условия осуществления такого перевода (пункт 14). Списание средств со специального счета типа «О» в пользу правообладателя без получения разрешения, предусмотренного пунктом 14 настоящего Указа, не допускается (пункт 15).

Таким образом, с момента вступления в силу названного Указа (27.05.2022) установлены ограничения для осуществления выплат в пользу правообладателей – иностранных лиц, связанных с иностранными государствами, которые совершают недружественные действия в отношении Российской Федерации. При этом, указанные ограничения касаются не только выплат, связанных с исполнением договорных обязательств перед правообладателями, но и выплат причитающихся компенсаций (что имеет место в настоящем случае).

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 №430-р утвержден Перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, граждан Российской Федерации или российских юридических лиц. Швейцария включена в этот Перечень.

Доказательств открытия Компанией ФИО4 специального счета типа «О» материалы дела не содержат. 

Исследованием материалов дела установлено, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Бренд Монитор Лигал» генеральным директором общества является ФИО5

Данное лицо также являлось генеральным директором Компания Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети (зарегистрировано в Турции) в период заключения договоров цессии, что прямо указано в договоре уступки права (цессии) № 20230824-WEN-BMTR от 30.10.2023 и № 20231215-BML-BMTR от 15.12.2023. В соответствии со сведениями сайта https://brandmonitor.ru, Компания Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети и ООО «Бренд Монитор Лигал» входят в одну группу компаний.

С учетом изложенного, перечисленные лица признаются апелляционным судом взаимосвязанными (аффилированными).

Из преамбулы договора № 20230824-WEN-BMTR от 30.10.2023 следует, что он заключен в связи с выявлением правообладателем, Компанией ФИО4 (Wenger S.A.), значительного числа случаев нарушения его исключительных прав на территории РФ и наличием административно-финансовых трудностей при взыскании денежных средств с нарушителей.

Как установлено судом, Компания ФИО4 (Wenger S.A.) зарегистрирована в Швейцарии, внесенной в установленном порядке в перечень недружественных государств, то есть подпадает под действие пункта 1 Указа №322.

Кроме того, с 09.01.2023 вступил в силу Федеральный закон от 29.12.2022 №624-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве», согласно которому статья 30 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон №229-ФЗ) дополнена частью 2.2, устанавливающей обязанность указывать в заявлении взыскателя о возбуждении исполнительного производства имущественного характера реквизиты банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства.

Несоответствие заявления взыскателя требованиям части 2.2 статьи 30 Закона №229-ФЗ, согласно пункту 1 части 1 статьи 31 названного закона, является основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства.

Указание в Законе №229-ФЗ на банковский счет взыскателя не допускает иного истолкования такой нормы, поэтому реквизиты банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета не могут быть заменены на соответствующий счет представителя взыскателя.

Данное толкование следует также из положений части 1 статьи 110 Закона №229-ФЗ, согласно которой денежные средства, подлежащие взысканию в рамках исполнительного производства, в том числе в связи с реализацией имущества должника, перечисляются на депозитный счет службы судебных приставов, за исключением случаев, предусмотренных этим федеральным законом, а последующее перечисление указанных денежных средств на банковский счет взыскателя, открытый в российской кредитной организации, или его казначейский счет осуществляется в порядке очередности, установленной частями 3 и 4 этой же статьи, в течение пяти операционных дней со дня поступления денежных средств на депозитный счет службы судебных приставов в порядке, определяемом главным судебным приставом Российской Федерации.

Аналогичные требования об указании реквизитов банковского счета взыскателя, открытого в российской кредитной организации, или его казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, предусмотрены и в пункте 1 части 2 статьи 8 Закона №229-ФЗ для случаев исполнения требований, содержащихся в судебных актах, актах других органов и должностных лиц, банками и иными кредитными организациями.

Установленная законом обязанность указания взыскателем для целей исполнения требований, содержащихся в судебном акте, реквизитов своего банковского счета, открытого в российской кредитной организации, или казначейского счета, на которые следует перечислить взысканные денежные средства, в полной мере корреспондируется с ограничениями, введенными Указом №322 в отношении платежей в пользу иностранных правообладателей, связанных с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия.

Условия оцениваемого договора цессии (наименование договора – цессия для цели взыскания; условия уступки права требования; условия оплаты цессионарием уступленного права – посредством перевода денежных средств на указанный цедентом счет третьего лица в рублях) и обстоятельства его заключения (заключение договора после вступления в силу названных нормативных ограничений; заключение иностранным правообладателем, связанным с иностранным государством, которое совершает в отношении Российской Федерации недружественные действия, договора с лицом, ранее осуществлявшим представление интересов этого правообладателя при рассмотрении настоящего спора по существу) позволяют прийти к выводу о заключении такого договора исключительно в целях обхода названных нормативно установленных ограничений осуществления выплат должникамирезидентами в пользу правообладателей – иностранных лиц, связанных с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации недружественные действия.

Согласно п.3.1 договора цессии № 20230824-WEN-BMTR от 30.10.2023, стоимость уступаемых прав требований составляет 0,1% от размера каждого уступленного права требования.

Согласно п.3.1 договора цессии № 20231215-BML-BMTR от 15.12.2023, стоимость уступаемых прав требований составляет 1% от размера каждого уступленного права требования. 

Из материалов дела не усматривается какая-либо обоснованность и разумность экономической цели заключения договоров уступки.

С учетом изложенного, поскольку при заключении договора цессии №20230824-WEN-BMTR от 30.10.2023 правообладатель фактически преследовал цель монетизировать, в том или ином объеме принадлежащее ему право на взыскание компенсации, что прямо следует из содержания договора, принимая во внимание взаимоотношения и характер взаимосвязи участников обеих сделок по уступке прав, учитывая установленный порядок получения правообладателями компенсации за нарушение их исключительных прав, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что перечисленные сделки совершены Компанией ФИО4, Компанией Бренд Монитор Данышманлык Лимитед Ширкети (зарегистрировано в Турции) и ООО «Бренд Монитор Лигал» в целях получения первоначальным правообладателем денежных средств в счет компенсации нарушенного права, а истцом - права взыскания с ответчика в обход установленных запретов и ограничений, в связи с чем данные сделки являются ничтожными.

Таким образом, как правильно заключил суд первой инстанции, поскольку у ООО «Бренд Монитор Лигал» исключительные права на вышеуказанные результаты интеллектуальной деятельности отсутствуют, оно является ненадлежащим истцом, что в силу действующего процессуального законодательства является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Доводы апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта и не влекущие его отмены.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 271Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда курганской области от 21.04.2025 по делу №А34-9965/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Бренд Монитор Лигал» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                   А.П. Скобелкин

Судьи                                                                          П.Н. Киреев

                                                                                     М.В. Корсакова