АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

20 июня 2024 года

Дело №

А21-5515/2019

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Зарочинцевой Е.В., ФИО1, 

при участии от представителя участников общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Северо-Запад» ФИО2 (протокол собрания от 02.12.2021 № 52, паспорт), 

рассмотрев 06.06.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Северо-Запад» ФИО3 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 06.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 по делу № А21-5515-93/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 26.04.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Северо-Запад», адрес 236010, Калининград, пл. Победы, д. 10, лит. А, оф. 717, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением от 24.11.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 08.12.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2022 решение от 08.12.2021 отменено в части утверждения конкурсным управляющим ФИО5, вопрос об утверждении конкурсного управляющего направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением от 06.09.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

Конкурсный управляющий ФИО3 25.11.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил признать недействительными перечисления Обществом денежных средств за период с 18.04.2016 по 26.06.2019 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ленгиперстрой», адрес: 194044, Санкт-Петербург, Чугунная ул., д. 14, лит. Р, пом. 7-н, 9-н, 17-н, оф. 243, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), в размере 240 175 270 руб. 82 коп. и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Компании в конкурсную массу должника означенной суммы. 

Определением суда первой инстанции от 06.09.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять новый судебный акт, которым заявление удовлетворить. 

По мнению подателя жалобы, суды пришли к ошибочному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания платежей на сумму 32 310 000 руб., поскольку в рассматриваемой ситуации применяется трехлетний срок исковой давности, который не пропущен. ФИО3 полагает, что с апреля 2016 года руководство Общества совершило ряд последовательных, взаимосвязанных притворных сделок, прикрывающих одну - безвозмездный вывод активов должника (денежных средств) в пользу Компании, входящей с ним в одну группу.  

Конкурсный управляющий считает, что суды ошибочно признали недоказанной аффилированность сторон, впоследствии неправильно распределено бремя доказывания обстоятельств разумности и экономической целесообразности заключения спорных договоров и перечисления денежных средств Компании при наличии у должника признака неплатежеспособности. 

Податель жалобы указывает на оставленный судами без внимания довод о том, что количество сотрудников Компании было недостаточным для осуществления заявленного объема работ и данное обстоятельство подтверждается принятым Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 9 по Калининграду (далее - Инспекция № 9) решением от 22.11.2021 № 4973. 

В отзыве кредитор индивидуальный предприниматель ФИО6, считая обжалуемые судебные акты незаконными и необоснованными, просит их отменить, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В отзыве представитель участников Общества ФИО2, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО2 возражала против удовлетворения кассационной жалобы на основании позиции, изложенной в отзыве. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в ходе анализа банковских выписок конкурсным управляющим Общества установлено, что в преддверии процедуры банкротства, в период с 26.04.2016 по 26.06.2019, руководство Общества совершило ряд последовательных, взаимосвязанных притворных сделок, прикрывающих безвозмездный вывод активов должника (денежных средств) в пользу Компании, входящей с Обществом в одну группу.

Конкурсный управляющий, полагая, что оспариваемые сделки совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также со злоупотреблением правом, ссылаясь на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), положения статей 10, 168, статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции исследовал представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, оценил позиции участвующих в деле лиц, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, в связи с чем в удовлетворении заявленного требования отказал. В отношении части заявленного требования суд применил срок исковой давности. 

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 5 Постановления № 63.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 данного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 указанного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

В соответствии с пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. 

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Согласно пункту 88 Постановления 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора суды выяснили, что в данном случае заявитель оспаривает ряд сделок, совершенных в период с 26.04.2016 по 26.06.2019, как единую сделку, направленную на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Судами первой и апелляционной инстанций не установлено оснований для квалификации совершенных сделок в качестве объединенных единым умыслом на отчуждение принадлежавшего должнику имущества в пользу последнего приобретателя с прикрытием в виде цепочки сделок, при этом учтены обстоятельства заключения и исполнения оспариваемых сделок, принят во внимание реальный характер спорных правоотношений.

Суды признали неправомерными доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для применения к оспариваемым сделкам положений статей 10, 168, 170 ГК РФ, поскольку конкурсный управляющий не доказал наличие у сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также не доказал мнимость или притворность указанной сделки (статья 170 ГК РФ), форма которой в данном случае в целом отвечает ее содержанию и действительной направленности воли сторон на исполнение их обязательств по договорам, в то время как доказательства иного отсутствуют. 

Судами исследован каждый из эпизодов, в рамках которых Обществом проведены спорные платежи. 

1. По договору подряда от 05.10.2016 № 0510-2016/Мрм/Рад Компания (субподрядчик) по заданию Общества (заказчика) обязалась выполнить проектные работы и согласовать с заказчиком акционерным обществом (далее - АО) «Лента» проектную и рабочую документацию на строительство объекта, включая внутриплощадочные сети в пределах красных линий земельного участка строительства. Предварительно согласованная стоимость работ составляла 48 500 000 руб., из них стоимость I этапа проектных работ – 26 500 000 руб., стоимость II этапа – 22 000 000 руб. (пункт 3.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспаривает 16 платежей, совершенных Обществом в пользу Компании в период с 27.10.2016 по 12.02.2019 в счет исполнения обязательств по указанному договору подряда от 05.10.2016 № 0510- 2016/Мрм/Рад, на сумму 73 746 872 руб. 19 коп. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, представитель участников должника заявила о необходимости применения срока исковой давности в отношении шести платежей на сумму 32 310 000 руб. 

В пункте 32 Постановления № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

При определении того, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

При этом отмечается, что разумный управляющий оперативно запрашивает всю необходимую для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. 

К этой информации относится и информация о совершении в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве сделок с имуществом должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), запрашиваемая у уполномоченных лиц. 

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации. 

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсный управляющий должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделок после проведения инвентаризации имущества, в том числе направления соответствующих запросов в кредитные организации. 

Судом установлено, что конкурсный управляющий обратился в кредитные организации несвоевременно, чем добровольно принял на себя риск неблагоприятных последствий. 

Конкурсный управляющий ФИО3, будучи утвержденным в качестве конкурсного управляющего в процедуре конкурсного производства, действуя разумно и проявляя должную осмотрительность, мог своевременно получить сведения о спорных платежах. 

При этом финансовые управляющие являются правопреемниками друг друга, и их смена в процессе проведения процедур банкротства не влияет на течение срока исковой давности. 

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что имелись причины, которые объективно препятствовали ему своевременно обратиться с запросом в банки для получения необходимых сведений. 

Общество признано несостоятельным (банкротом) 08.12.2021, конкурсным управляющим утвержден ФИО5; ФИО3 утвержден 06.09.2022. 

До признания должника банкротом его временным управляющим был ФИО4 (утвержден определением от 24.11.2020), которым был проведен анализ финансово-хозяйственной деятельности и подготовлен отчет; в отчете отражено, что в 2018 – 2019 годах деятельность Общества была прибыльной и сопровождалась положительной динамикой всех важнейших финансовых показателей, таких как выручка, себестоимость, валовая прибыль, чистая прибыль. Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2018 год, имеющейся в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Калининграду (далее - Инспекция № 9) и у конкурсного управляющего, на 31.12.2018 активы должника были равны 2 803 980 тыс. руб., а кредиторская задолженность составляла 1 445 090 тыс. руб. ФИО4 не выявил сделок, совершенных Обществом на нерыночных условиях, которые подлежали оспариванию в последующих процедурах.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления № 63, исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности. Для целей оспаривания сделок по исполнению обязательств в рамках гражданско-правовых отношений каждый в отдельности платеж в рамках одного договора является самостоятельной сделкой, что подтверждается тем, что для каждого отдельного платежа определяется факт его совершения в период подозрительности, а также каждый отдельный платеж в рамках одного договора подлежит оценке для определения процентного отношения к стоимости активов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2015 № 309-ЭС15-2399). 

Как следует из пояснений конкурсного управляющего, новые требования заявлены им в связи с проведенным анализом выписки должника по расчетному счету № 

<

***>, открытому в Калининградском отделении АО «Россельхозбанк». 

Суды посчитали, что фактически в рамках уточнения требований конкурсный управляющий заявил новые требования, и – при указанных обстоятельствах – признали годичный срок исковой давности для оспаривания сделок – шести платежей на сумму 32 310 000 руб. – по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, пропущенным. 

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). 

В материалы обособленного спора представителем участников Общества представлены доказательства, подтверждающие факт выполнения Компанией работ по указанному договору на сумму 48 500 000 руб.: итоговый акт сдачи-приемки выполненных работ по I этапу от 31.01.2018 на сумму 26 500 000 руб.; итоговый акт сдачи приемки выполненных работ по II этапу от 29.12.2018 на сумму 22 000 000 руб. 

Кроме того, представлено заключение экспертизы проектной документации от 17.03.2017, 01.06.2017, 21.06.2017, 20.08.2018 по объекту «Предприятие розничной торговли» по адресу: г. Мурманск, ул. Радищева (Рогозерская ул.) д. 2, что также подтверждает факт выполнения Компанией проектных работ по договору. 

Судами установлено, что представленные документы подтверждают получение Компанией в многочисленных сетевых организациях и органах государственной власти технических условий на подключение проектируемого объекта к инженерным сетям, разработку проектную документацию и получение заключения экспертизы разработанной проектной документации. 

Факт выполнения указанных работ Компанией конкурсным управляющим не опровергнут. 

Согласно абзацу двенадцатому пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение) относятся к числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки. 

Как следует из материалов дела и подтверждается сведениями из информационного ресурса «Картотека арбитражных дел», Общество в лице конкурсного управляющего ФИО5 обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции № 9 от 22.11.2021 № 4973 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

В рамках настоящего обособленного спора (сд.93) ФИО3 оспаривает платежи, произведенные в адрес Компании, приводя доводы о ее фактической аффилированности с должником, которая подтверждается материалами налоговой проверки. В апелляционной и кассационной жалобах ФИО3 приводит обстоятельства взаимоотношений Общества и Компании, касающиеся исполнения различных договоров с 2016 года, которые он полагает мнимыми и совершенными с целью причинения вреда кредиторам должника.

Суды первой и апелляционной инстанций посчитали, что отсутствует необходимая совокупность условий, являющихся основанием для признания недействительными платежей, произведенных в пользу Компании, по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку заявителем не доказаны факт неплатежеспособности и осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника, а также отчуждение спорного автомобиля при неравноценном встречном предоставлении. При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что вред имущественным правам кредиторов должника в результате заключения оспариваемых сделок не причинен, и отказали в удовлетворении заявления.

По результатам рассмотрения заявления ФИО5 об оспаривании решения Инспекции № 9 решением Арбитражного суда Калининградской области от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022 требования Общества удовлетворены частично, решение налогового органа от 22.11.2021 № 4973 признано недействительным в части взаимоотношений с Компанией.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 решение от 10.07.2023 оставлено без изменения. 

В мотивировочной части решения и постановления по делу № А21-3593/2022 изложены мотивы, по которым суды пришли к выводу о реальном характере взаимоотношений Общества и Компании по договорам на строительно-монтажные работы и на поставку материалов, в том числе и по договорам, на основании которых должником в адрес Компании были произведены оспариваемые платежи. 

При  рассмотрении дела № А21-3593/2022 суд первой инстанции установил следующее.

Компания была зарегистрирована задолго до заключения договоров с Обществом. Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) Компания зарегистрирована 21.04.2014, основным видом ее деятельности являлось строительство жилых и нежилых зданий, а также деятельность в области проектирования (именно в рамках такой деятельности имели место ее отношения с должником в проверяемом периоде).

ФИО3, приводя довод о мнимости договоров, во исполнение которых должник производил оспариваемые платежи (сд.93), указывает на отсутствие у Компании с декабря 2019 года исполнительного органа, который выступает от ее имени. 

Суд кассационной инстанции обращает внимание, что платежи в адрес Компании совершены в период с 18.04.2016 по 26.06.2019. 

В постановлении от 05.02.2024 (дело № А21-3593/2022) апелляционный суд отклонил довод налогового органа о том, что Компания с декабря 2019 года не имеет исполнительного органа, который в силу закона и учредительного документа юридического лица уполномочен выступать от ее имени, ввиду внесения в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности: 30.06.2020 – в отношении ФИО7 и 27.08.2020 – в отношении ФИО8 (руководители и учредители Компании). Обстоятельства недостоверности сведений и лиц, их заявивших, возникли, когда хозяйственные взаимоотношения Общества и Компании были прекращены. Действующие в период заключения и исполнения договоров руководители и учредители не были допрошены налоговым органом, следовательно, обстоятельства их номинальности или неосуществления финансово-хозяйственной деятельности Компанией не подтверждены материалами проверки. Тем более, как установлено судом, внесение в ЕГРЮЛ вышеуказанных сведений о руководителях не явилось препятствием для принятия налоговым органом большей части операций по данному контрагенту в проверяемый период; в 2020 году Инспекцией № 9 принимались уточненные налоговые декларации Компании по НДС с отражением сумм налога к уплате, которые были поданы лицами, в отношении которых позднее были внесены сведения о недостоверности (лист 26 постановления).

Оценивая довод налогового органа о подконтрольности Компании руководителю Общества ФИО9 и факте выполнения работ по договорам на строительно-монтажные работы и на поставку материалов, суд указал, что ФИО10 (как лицо, через которое связаны Компания и должник), работающая в должности главного бухгалтера в Компании и являющаяся сотрудником Общества, налоговым органом допрошена не была, следовательно, обстоятельства ее подконтрольности Обществу материалами дела с достаточной степенью достоверности не подтверждены, а сам по себе факт наличия трудовых отношений в предшествующий период, при отсутствии доказательств влияния, не может подтверждать выводы о нереальности хозяйственных операций, организованных путем подконтрольности Компании руководителю Общества ФИО9 

Факт выполнения Компанией работ на объектах генерального подрядчика  Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление по специальным объектам» (далее - ФГУП) в рамках исполнения государственных контрактов подтвержден, в том числе судом  приняты во внимание вступившие в законную силу решения судов по спорам Компании с контрагентами, которыми установлены факты привлечения Компанией субподрядных организаций, выполнение последними работ на объектах в ее интересах.

Кроме того, суд принял во внимание движение денежных средств по расчетному счету Компании (она осуществляла расходные операции по оплате услуг, оборудования и материалов), выполнение работ по корректировке проектной документации; получение положительного заключения государственной экспертизы от 05.06.2019 № 78-1-2-0019-19; устранение замечаний к проектно-сметной документации по объекту «Учебно-тренировочный комплекс с бассейном», содержащихся в письме Министерства обороны Российской Федерации от 07.06.2019 № 7/2477.

Итак, при рассмотрении дела № А21-3593/2022 Компания подтвердила наличие у нее возможности и фактическое выполнение ею оспариваемых работ для Общества, что опровергает доводы конкурсного управляющего о нереальности спорных операций и о том, что Компания не могла выполнять работы и поставлять товары для Общества в 2019 году.

В решении налогового органа установлено, что анализ движения денежных средств по расчетным счетам Компании подтверждает выплату заработной платы сотрудникам, а также уплату взносов и сборов в Пенсионный фонд России и Фонд социального страхования Российской Федерации. 

Выпиской по расчетному счету подтверждается, что Компания в период с февраля по декабрь 2019 года перечислила арендную плату в адрес арендодателя. 

Учитывая  изложенное, суды признали оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора одиннадцать платежей на сумму 46 406 872 руб. 19 коп. в счет исполнения обязательств по договору подряда от 05.10.2016 № 0510-2016/Мрм/Рад совершенными при встречном предоставлении. 

Доказательства, опровергающие выводы судов, а также выводы суда в рамках дела № А21-3593/2022, конкурсным управляющим не представлены. 

2. По договору поставки от 06.06.2018 № 3105-2018/Квр/1 Компания (поставщик) приняла на себя обязательство передать в собственность Общества (покупателя) товар в соответствии с согласованной спецификацией, а покупатель обязался принять и оплатить переданный товар. 

Конкурсный управляющий оспаривает 4 платежа, совершенных Обществом в пользу Компании в период с 08.06.2018 по 17.10.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору поставки, на сумму 3 832 130 руб. 38 коп.

В материалы спора представлены товарные накладные и акты приемки, подтверждающие факт передачи товара и оказание услуг поставщиком покупателю на сумму 4 463 867 руб. 93 коп., в том числе товарные накладные от 08.04.2019 № 19 на сумму 1 042 678 руб. 55 коп., № 20 сумму 29 679 руб., № 21 на сумму 240 901 руб. 38 коп., № 22 на сумму 3 123 945 руб. и акт от 08.04.2019 № 19 на сумму 26 664 руб.

Часть задолженности по договору поставки от 06.06.2018 № 3105-2018/Квр/1 взыскана с Общества в пользу Компании решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.05.2020 по делу № А56-528/2020. 

Означенное решение вступило в законную силу. 

3. По договору субподряда от 28.12.2017 № 2812-2017/М1 Компания (субподрядчик) приняла на себя обязательство выполнить комплекс строительно-монтажных работ по установке силового электрооборудования, электроосвещения и внутреннего электроснабжения на объекте «Центр боевой подготовки Сухопутных войск»; Общество (подрядчик) обязалось принять выполненные работы и оплатить их. 

Предварительно согласованная стоимость работ составляла 70 000 000 руб. (пункт 3.1 договора). 

Общество перечислило Компании в качестве аванса 2 845 000 руб. тремя платежами в период с 28.12.2017 по 17.10.2018. 

В дальнейшем соглашением № 1 к договору субподряда от 28.12.2017 № 2812-2017/М1 стоимость работ, выполнение которых поручено субподрядчику, установлена в размере 1 745 000 руб. 

Факт выполнения Компанией работ на сумму 1 745 000 руб. подтверждается представленными в материалы спора актами КС-2 и справками КС-3 от 07.10.2019. 

Неотработанный аванс в сумме 1 100 000 руб. возвращен Компанией Обществу двумя платежами – платежным поручением от 12.03.2019 № 166 на сумму 100 000 руб. и платежным поручением от 30.05.2019 № 406 на сумму 1 000 000 руб.; в качестве назначения платежей указан «возврат неотработанного аванса по договору подряда № 2812-2017/М1 от 28.12.17».

Судами установлено, что доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 28.12.2017 № 2812-2017/М1, безвозмездном характере перечисления денежных средств по спорному договору и направленности действий сторон на вывод активов Общества опровергаются фактическими отношениями сторон и представленными в материалы спора доказательствами. 

Суды сослались на решение Арбитражного суда Калининградской области от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022, в котором сделан вывод о выполнении Компанией работ на объектах ФГУП.

Суды указали на вступившие в законную силу решения судов по спорам контрагента с Обществом, которыми установлены факты привлечения Компанией субподрядных организаций, выполнение последней работ на объектах в интересах Компании (А56-528/2020, А56-78247/2019, А41-4112/2020, А41-109473/2019, А40-188518/2019, А53-31918/2017 и др.).

4. По договору субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/1/Квр Компания (подрядчик) приняла на себя обязательства завершить строительно-монтажные работы на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части 11931», а Общество (заказчик) обязалось принять и оплатить выполненные работы.

Предварительно согласованная стоимость работ составила 17 340 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспорил пять платежей, совершенных в период с 22.05.2018 по 29.08.2018, на сумму 13 820 000 руб. 

В материалы дела представлены доказательства выполнения Компанией работ по означенному договору на сумму 25 234 739 руб. 79 коп., а именно: справка о стоимости работ и затрат КС-3 от 23.05.2019 № 1 и акты приемки выполненных работ КС-2 от 23.05.2019 - № 1 на сумму 13 764 308 руб., № 1 на сумму 3 435 320 руб. 53 коп., № 2 на сумму 3 472 195 руб. 82 коп., № 3 на сумму 4 562 915 руб. 44 коп. 

Реальность хозяйственных правоотношений сторон подтверждена также сдачей Обществом части работ – на сумму 10 795 181 руб. 33 коп., выполненных по оспариваемому договору, заказчику – ФГУП (до расторжения договора между Обществом и ФГУП), что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 10.12.2018 - № 11 на сумму 2 821 159 руб. 06 коп., № 12 на сумму 2 851 447,61 руб., № 13 на сумму 5 122 574 руб. 66 коп., подписанными заказчиком без замечаний. 

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/1/Квр и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

5. По договору субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/2/Квр Компания (подрядчик) приняла на себя обязательство завершить строительно-монтажные работы на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части 11931», 2-й пусковой комплекс, а Общество (заказчик) обязалось принять и оплатить выполненные работы. 

Предварительно согласованная стоимость работ составила 17 340 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспорил пять платежей, совершенных в период с 22.05.2018 по 29.08.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору субподряда, на сумму 11 985 000 руб. 

Факт выполнения Компанией работ по спорному договору на сумму 11 985 000 руб. подтвержден сводным реестром № 1 актов формы КС-2 к справке КС-3, актами о приемке выполненных работ от 23.05.2019 № 1 на 3 234 720 руб. 20 коп., № 2 на 3 407 664 руб. 04 коп., № 3 на 3 345 115 руб. 76 коп.  

Реальность хозяйственных отношений сторон подтверждена сдачей части выполненных по оспариваемому договору работ – сумму 11 282 751 руб. 27 коп. Обществом заказчику – ФГУП (до расторжения договора между Обществом и заказчиком), что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 10.12.2018 № 16: на сумму 2 656 390 руб. 32 коп., № 231 на сумму 5 216 400 руб., № 18 на сумму 3 409 960 руб. 63 коп., подписанными заказчиком без замечаний. 

Суды признали, что доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/2/Квр и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречат представленным в дело доказательствам.

6. По договору субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/3/Квр Компания (подрядчик) приняла на себя обязательства завершить строительно-монтажные работы на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части 11931, 2-й пусковой комплекс», а Общество (заказчик) – принять и оплатить выполненные работы. 

Предварительно согласованная стоимость работ составила 23 120 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспаривал шесть платежей, совершенных в период с 31.05.2018 по 02.10.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору, на сумму 8 035 000 руб. 

В подтверждение выполненных работ представлены следующие доказательства: справка о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 23.05.2019 № 1 и акты приемки выполненных работ КС-2 от 23.05.2019: № 1 на сумму 13 556 000 руб., 1 на сумму 2 842 717 руб. 30 коп., № 2 на сумму 2 996 212 руб. 06 коп., № 3 на сумму 2 695 995 руб. 55 коп., № 4 на сумму 2 761 741 руб. 76 коп. 

Кроме того, хозяйственные взаимоотношения сторон подтверждены фактом сдачи Обществом части работ заказчику – ФГУП, что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 10.12.2018, подписанными заказчиком без замечаний, на общую сумму 11 488 105 руб. 16 коп.: № 19 на сумму 2 832 108 руб. 99 коп., № 20 на сумму 2 763 599 руб. 14 коп., № 8 на сумму 2 882 881 руб. 28 коп., № 9 на сумму 3 009 515 руб. 75 коп. 

Суды оценили доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/3/Квр и безвозмездном характере перечислений денежных средств как противоречащие представленным в дело доказательствам.

7. По договору субподряда от 23.05.2018 № 1405-2018/4/Квр Компания (подрядчик) приняла на себя обязательства завершить строительно-монтажные работы на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части 11931, 2-й пусковой комплекс», а Общество (заказчик) – принять и оплатить выполненные работы. 

Предварительно согласованная стоимость работ составила 11 560 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсным управляющим оспаривались шесть платежей, совершенные в период с 29.08.2018 по 08.10.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору субподряда, на сумму 14 092 000 руб.

В подтверждение факта выполнения работ на сумму 13 963 350 руб. 59 коп. Компания представила справку о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 23.05.2019 и акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 23.05.2019: № 1 на сумму 7 616 373 руб. 05 коп., № 1 на сумму 3 262 086 руб. 33 коп., № 2 на сумму 3 084 891 руб. 21 коп. 

Кроме того, хозяйственные взаимоотношения сторон подтверждены сдачей Обществом заказчику (до расторжения его договора с ФГУП) части выполненных по оспариваемому договору работ, что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 10.12.2018, подписанными заказчиком без замечаний, на сумму 5 742 615 руб. 95 коп.: акт № 1 на сумму 2 870 045 руб. 92 коп., акт № 2 на сумму 2 872 570 руб. 03 коп. 

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности и безвозмездности договора субподряда от 14.05.2018 № 1405-2018/4/Квр противоречащими представленным в дело доказательствам.

8. По договору субподряда от 08.02.2018 № 0802-2018/Крш Компания (подрядчик) обязалась осуществить сбор исходно-разрешительной документации, правоустанавливающих документов на земельный участок, получение технических условий ресурсоснабжающих организаций, согласование договоров технологического присоединения объекта «Учебно-тренировочный комплекс с бассейном» - в целях соисполнения государственного контракта от 11.01.2018 № 1801-03-СМР (СУБ), заключенного Обществом и ФГУП, а Общество (заказчик) обязалось принять указанные работы и оплатить их. 

Стоимость работ в соответствии с условиями дополнительного соглашения от 25.05.2019 № 7 к означенному договору субподряда составила 13 000 000 руб. 

В рамках указанного договора конкурсный управляющий оспаривал 11 платежей, совершенных Обществом в период с 23.03.2018 по 26.06.2019, на сумму 9 200 000 руб. 

Итоговая стоимость фактически выполненных Компанией работ по корректировке проектной документации составила 12 000 000 руб., что подтверждается представленным в материалы дела актом выполненных работ от 03.10.2019 № 49 на сумму 12 000 000 руб. 

Представлены также доказательства того, что изготовленная силами Компании проектная документация по названному объекту капитального строительства получила положительное заключение государственной экспертизы от 05.06.2018 № 78-1-2-0019-19. 

Судами отмечено, что решение Арбитражного суда Калининградской области от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022 содержит указание на эпизод, связанный с выполнением работ по договору субподряда от 08.02.2018 № 0802-2018/Крш.

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности и безвозмездности договора субподряда от 08.02.2018 № 0802-2018/Квр противоречащими представленным в дело доказательствам.

9. По договору подряда от 25.04.2016 № 25/04-2016/Птр Компания (заказчик) обязалась выполнить комплекс работ по устройству монолитных конструкций на объекте – строящемся гипермаркете по адресу: 

<

...> а Общество (генподрядчик) – принять указанные работы и оплатить их. 

Стоимость работ по означенному договору составила 2 545 025 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсным управляющим оспаривается 16 платежей, совершенных в период с 24.06.2016 по 24.01.2017 в счет исполнения обязательств по означенному договору подряда, на сумму 2 545 025 руб.

В подтверждение факта выполнения работ Компания представила акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 29.06.2016 № 1 и справку о стоимости выполненных работ и затрат  от 29.06.2016 № 1на сумму 395 000 руб., акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 30.09.2016 № 2 и справку о стоимости выполненных работ и затрат от 30.09.2016 № 2 на сумму 2 150 025 руб. 42 коп. 

В материалы спора также представлен акт приемки АО «Тандер» (заказчиком) законченного строительством объекта от 05.12.2016 № 11. 

Объект введен в эксплуатацию на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 13.12.2016 № 10- RU10301000-22-2016.

Суды оценили доводы конкурсного управляющего о притворности договора подряда от 25.04.2016 № 25/04-2016/Птр и безвозмездном характере перечислений денежных средств как противоречащие представленным в дело доказательствам.

10. По договору субподряда от 12.04.2018 № 0603-2018/куб Компания (подрядчик) обязалась выполнить сбор исходно-разрешительной документации, проведение изыскательских работ, сбор правоустанавливающих документов на участок, получение технических условий ресурсоснабжающих организаций, согласование договоров технологического присоединения объекта «Центр подготовки военнослужащих войсковой части», а Общество (заказчик) – принять  и оплатить выполненные работы. 

Стоимость работ согласована в размере 5 000 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспаривал 6 платежей, совершенных в период с 13.04.2018 по 13.11.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору субподряда на сумму 5 007 700 руб. 

В подтверждение выполнения работ в материалы дела представлены акты о приемке выполненных работ от 02.10.2019 – № 2 на сумму 2 567 517 руб. 70 коп. и № 50 «ИРД для ввода объекта в эксплуатацию», а также акт ввода объекта в эксплуатацию по форме № КС-14.

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 12.04.2018 № 0603-2018/куб и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

11. По договору от 16.07.2018 № 1607-2018/Квр/1 (в редакции дополнительного соглашения от 22.08.2018 № 1) Компания (подрядчик) обязалась завершить выполнение строительно-монтажных работ на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части» в целях соисполнения контракта от 10.04.2018 № 1804-04-СМР (СУБ), заключенного Обществом (заказчиком) с ФГУП. 

Предварительная стоимость работ согласована в размере 25 000 000 руб. (пункт 2.1 дополнительного соглашения от 22.08.2018 № 1). 

Конкурсный управляющий оспаривал 6 платежей, совершенных в период с 23.08.2018 по 16.10.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору поставки, на сумму 10 771 568 руб. 25 коп.  

В материалы дела представлены доказательства фактического выполнения Компанией работ на сумму 15 903 375 руб. 13 коп.: справка о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 23.05.2019 № 1, акты о приемке выполненных работ КС-2 от 23.05.2019: № 1 на сумму 8 674 568 руб. 26 коп., № 1 на сумму 2 465 565 руб. 18 коп., № 2 на сумму 2 344 930 руб. 69 коп., № 2 на сумму 2 297 676 руб. 52 коп. 

Суды сделали вывод, что доводы конкурсного управляющего о притворности договора от 16.07.2018 № 1607-2018/Квр/1 и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречат представленным в дело доказательствам.

12. По договору подряда от 05.07.2016 № 05/07-2016/Крд Компания (подрядчик) обязалась выполнить комплекс работ по устройству железобетонных конструкций на объекте «Торговый комплекс» по адресу: 

<

...>. 

Работы выполнены в рамках соисполнения договора от 01.03.2016 № 179-ГП, заключенного Обществом и АО «Лента».

Конкурсный управляющий оспаривал 75 платежей, совершенных в период с 07.09.2016 по 06.11.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору, на сумму 53 018 906 руб. 

В отношении оспариваемого платежа в сумме 170 000 руб., осуществленного на основании платежного поручения от 10.07.2017 № 4858, представителем участников должника заявлено о применении срока исковой давности. 

Из пояснения конкурсного управляющего следует, что новое требование заявлено в связи с проведенным анализом выписки должника по расчетному счету № 

<

***>, открытому в Калининградском отделении АО «Россельхозбанк». 

Суды посчитали, что в данном случае конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

Абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ предусмотрено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования. 

Как установили суды, Компания выполнила по договору от 05.07.2016 № 05/07- 2016/Крд работы на сумму 44 034 879 руб. 58 коп.

В подтверждение выполнения работ представлены акт о приемке выполненных работ КС-2 от 30.09.2017 № 1, и справка о стоимости выполненных работ и затрат от 30.09.2017 № 1 на сумму 2 252 687 руб. 12 коп., акт о приемке выполненных работ КС-2 от 30.09.2016 № 1, и справка о стоимости выполненных работ и затрат от 30.09.2016 № 1 на сумму 27 440 570 руб. 28 коп., акт о приемке выполненных работ КС-2 от 31.12.2016 № 2, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 31.12.2016 № 2 на сумму 14 341 622 руб. 18 коп.

Кроме того, в материалы дела представлен акт приемки заказчиком законченного строительством объекта от 29.11.2016 № 1. 

Оставшаяся часть неотработанного аванса 9 434 100 руб. 07 коп. возвращена Компанией Обществу шестью платежами (платежные поручения от 25.01.2017 № 12 на сумму 4 068 100 руб., от 06.04.2017 № 77 на сумму 180 000 руб., от 21.04.2017 № 86 на сумму 1 000 000 руб., от 09.06.2017 № 159 на сумму 500 000 руб., от 25.08.2017 № 281 на сумму 300 000 руб., от 19.02.2018 № 45 на сумму 3 386 000 руб.).

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда от 05.07.2016 № 05/07-2016/Крд и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

13. По договору подряда от 10.02.2016 № 1002-2016 Компания (подрядчик) обязалась выполнить работы по устройству плиты пола на объекте строительства «Торговый центр» по адресу: 

<

...> (после смены названия – Казарменская ул.), д. 2. 

Работы выполнялись в рамках соисполнения договора от 09.11.2015 № РЦЦ/76417/15, заключенного Обществом и АО «Тандер». 

Конкурсный управляющий оспаривал 7 платежей, совершенных Обществом в пользу Компании в период с 20.10.2016 по 24.01.2017 в счет исполнения обязательств по означенному договору подряда, на сумму 6 421 602 руб. 

В материалы дела представлены справка о стоимости работ КС-3 от 30.06.2016 № 1 и акт о приемке выполненных работ КС-2 от 30.06.2016 № 1, подтверждающие факт выполнения Компанией работ на сумму 6 999 405 руб.

Суды посчитали доводы конкурсного управляющего о притворности договора подряда от 10.02.2016 № 1002-2016 и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

14. По договору подряда от 22.08.2018 № 2208-2018/Квр Компания (подрядчик) обязалось завершить строительно-монтажные работы на объекте «1-я очередь развития зоны хранения войсковой части 11931, 2-й пусковой комплекс», а Общество (заказчик) обязалось принять выполненные работы и оплатить их. 

Работы выполнялись в интересах генерального подрядчика – ФГУП согласно контракту от 10.04.2018 № 1804-04-СМР (СУБ). 

Стоимость подлежащих выполнению работ предварительно согласована в размере 25 000 000 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспаривал 7 платежей, совершенных в период с 29.08.2018 по 01.11.2018 в счет исполнения обязательств по означенному договору, на сумму 10 457 000 руб. 

В материалы дела представлены справка о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 23.05.2019 № 1 и акт приемки выполненных работ КС-2 от 23.05.2019 № 1 на сумму 10 457 000 руб. 

Кроме того, как установлено судами, до расторжения договора между Обществом и ФГУП часть выполненных по нему работ, на сумму 8 500 972 руб. 93 коп., сдана Обществом заказчику, что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 10.12.2018: № 3 на сумму 2 831 554 руб. 29 коп., № 4 на сумму 2 828 714 руб. 64 коп., № 5 на сумму 2 840 704 руб., подписанными ФГУП без замечаний. 

Суды оценили доводы конкурсного управляющего о притворности договора подряда от 22.08.2018 № 2208-2018/Квр и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

15. По договору подряда от 14.01.2016 № 14/04-2016/Птр Компания (заказчик) приняла обязательства по выполнению комплекса земляных работ, а также работ по устройству фундаментов на объекте – строящемся гипермаркете по адресу: 

<

...> а Общество (генподрядчик) обязалось принять указанные работы и оплатить их. 

Стоимость работ по договору составляла 6 726 782 руб. (пункт 2.1 договора). 

Конкурсный управляющий оспаривал 2 платежа, совершенные в период с 15.12.2016 по 24.01.2017 в счет исполнения обязательств по означенному договору подряда, на сумму 2 586 782 руб. 

Компанией в материалы дела представлены акт о приемке выполненных работ КС-2 от 30.06.2016 № 1 и справка о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 30.06.2016 № 1 на сумму 6 726 782 руб. 

В материалы дела также представлен акт приемки заказчиком законченного строительством объекта от 05.12.2016 № 11. 

Объект введен в эксплуатацию согласно разрешению на ввод объекта в эксплуатацию от 13.12.2016 № 10-RU10301000-22-2016.

Суды посчитали доводы конкурсного управляющего о притворности договора подряда от 14.01.2016 № 14/04-2016/Птр и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

16. По договору подряда от 11.02.2016 № 1102/2016 Компания (субподрядчик) обязалась выполнить комплекс работ по устройству монолитных перекрытий и лестничных клеток на объекте «Многофункциональное здание общественного назначения» по адресу: г. Мурманск, Октябрьский административный округ, Гвардейская ул., в районе д. 1/15, а Общество (подрядчик) - принять результат выполненных работ и оплатить его. 

Стоимость подлежащих выполнению работ согласована в приложении № 1 к означенному договору подряда в сумме 6 900 685 руб. 

Конкурсный управляющий оспаривал 3 платежа, совершенные в период с 18.04.2016 по 24.01.2017 в счет исполнения обязательств по означенному договору подряда, на сумму 5 700 685 руб. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемый платеж на основании платежного поручения от 18.04.2016 № 1732 в сумме 3 300 000 руб. совершен за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем счел, что основания для признания платежа недействительным по указанным основаниям отсутствуют. 

Апелляционным судом отмечено, что плательщиком по указанному платежу является Компания, а получателем Общество и оспариваемая сделка представляет собой возврат авансового платежа. 

По договору подряда от 11.02.2016 № 1102/2016 Компания (субподрядчик) выполнила работы на сумму 6 900 685 руб., что подтверждается актом о приемке выполненных работ КС-2 от 30.06.2016 № 1 и справкой о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 30.06.2016 № 1 на сумму 6 900 850 руб. 

Согласно акту приемки объекта капитального строительства от 12.12.2013 объект принят заказчиком (общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Вира») и введен в эксплуатацию на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 12.09.2017 № 51-RU-51301000-535-2017.

17. По договору субподряда от 21.12.2018 № 1912-2018/КРШ Компания (подрядчик) обязалась выполнить работы по водоотливу из котлована, находящегося на земельном участке планируемого строительства, на объекте заказчика «Учебно-тренировочный комплекс с бассейном», а Общество (заказчик) - принять указанные работы и оплатить их. 

Предварительная стоимость подлежащих выполнению работ согласована в пункте 1 дополнительного соглашения от 15.01.2019 № 1 к означенному договору субподряда равной 6 500 000 руб. 

Конкурсный управляющий оспаривал два платежа, совершенные в период с 26.12.2018 по 17.01.2019, в сумме 5 600 000 руб. 

Компания представила в материалы дела документы на общую сумму 5 822 007 руб. 07 коп., а именно: акт от 28.02.2019 № 3 на сумму 1 659 573 руб. 64 коп., акт от 31.05.2019 № 18 на сумму 912 188 руб. 97 коп., акт от 30.06.2019 № 25 на сумму 1 492 941 руб. 31 коп. и акт от 31.08.2019 № 42 на сумму 1 757 303 руб. коп. 

Суды оценили доводы конкурсного управляющего о притворности договора субподряда №1912-2018/КРШ от 21.12.2018 и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

18. По договору от 01.11.2018 № 0111-2018 Общество (заказчик) поручило Компании (исполнителю) выполнить собственными силами и средствами сбор информации и подготовку сопроводительных документов для обеспечения постоянным электроснабжением объекта «Центр боевой подготовки Сухопутных войск» в целях соисполнения контракта от 15.11.2017 № 1711-03-CMP (СМР), заключенного должником с ФГУП.

Пункт 2.1 Договора предусматривал выплату аванса в размере 490 000 руб. 

Судами установлено, что оспариваемый конкурсным управляющим платеж в сумме 490 000 руб. представляет собой выплату Обществом в пользу Компании аванса по договору от 01.11.2018 № 0111-2018 на основании платежного поручения от 05.12.2018 № 7036 в счет исполнения обязательств. 

В связи с расторжением договора от 01.11.2018 № 0111-2018 неотработанный аванс в сумме 490 000 руб. возвращен Компанией на расчетный счет Общества, что подтверждается платежным поручением от 31.01.2019 № 63 с назначением платежа «возврат денежных средств по договору № 0111-2018 от 01.11.2018».

Суды признали доводы конкурсного управляющего о притворности договора от 01.11.2018 № 0111-2018 и безвозмездном характере перечислений денежных средств противоречащими представленным в дело доказательствам.

19. По договору от 29.11.2017 № 29/11-2017 Компания (исполнитель) оказала Обществу услуги по разъяснению режима использования отдельного банковского счета согласно статье 8.3 Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе». 

Необходимость получения указанной консультации связана с тем, что в ноябре Обществом заключены контракты с ФГУП (от 15.11.2017 № 1711-03-СМР(СУБ) и от 23.11.2017 № 1711-09-СМР(СУБ)). 

С учетом требований контрактов, заключенных в рамках соисполнения гособоронзаказов, Обществом открыты отдельные банковские счета, но необходимым опытом использования отдельного счета Общество не обладало.

Конкурсный управляющий оспаривал платеж в размере 10 000 руб., произведенный на основании платежного поручения от 13.10.2017 № 8092 в счет исполнения обязательств по договору подряда от 13.10.2017 № 13/10-2017.

Согласно пояснениям представителя участников Общества Компанией  оказаны Обществу юридические услуги, что подтверждается актом оказанных услуг от 01.12.2017 № 15.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанции исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и результатов оценки позиций участвующих в деле лиц, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином.

Основания не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО2 было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по  оспариваемым конкурсным управляющим шести платежам на сумму 32 310 000 руб. (договор подряда от 05.10.2016 № 0510- 2016/Мрм/Рад). 

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В силу пункта 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что уточненное заявление об оспаривании сделок, требования по которому не были ранее заявлены, подано конкурсным управляющим 13.06.2023, а Общество признано несостоятельным (банкротом) 08.12.2021, пришел к правильному выводу о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности.

При этом судом первой инстанции не установлено оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, для признания оспариваемой сделки недействительной.

В рассматриваемом случае суд правильно отметил, что, квалифицировав сделки как ничтожные, конкурсный управляющий не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделок выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывает Верховный Суд Российской Федерации, иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений только на основании вступившего в законную силу судебного акта, а кроме того, обходить нормы о периоде подозрительности, что недопустимо.

Таким образом, довод кассационной жалобы конкурсного управляющего о применении в рассматриваемой ситуации трехлетнего срока исковой давности, основан на ошибочном толковании норм процессуального права и подлежит отклонению. 

Вредоносная сделка - это сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, она может быть признана арбитражным судом недействительной, если была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В предмет доказывания данной категории споров входит факт совершения сделки, совершение сделки в течение трех лет до возбуждения дела (период подозрительности), совершение сделки должником с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (субъективный критерий умысла), осведомленность стороны сделки о вредоносной цели должника (субъективный критерий осведомленности), причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки (объективный критерий - наступление вредоносных последствий).

Таким образом, для квалификации сделок в качестве подозрительных на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать совокупность следующих условий: причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, цель причинения вреда и осведомленность контрагента об указанной цели. При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению.

В рамках дела № А21-5515/2019 рассмотрен обособленный спор (сд.82) о признании недействительной единой сделки, оформленной Обществом и АО Магнит».

При рассмотрении спора сд.82, оценивая довод ФИО3 о наличии у Общества признаков неплатежеспособности в период, когда были совершены оспариваемые сделки, судами установлено следующее.

Суды, опираясь на анализ финансово-хозяйственной деятельности Общества за период с 01.01.2016 по 01.04.2016, произведенный ООО «Высокая оценка» по заказу временного управляющего ФИО4, принимая во внимание обстоятельства, установленные в обособленном споре по делу № А21-5515-66/2019 о привлечении участников Общества ФИО9 и ФИО11 к субсидиарной ответственности, пришли к выводу, что конкурсный управляющий не доказал, что на момент совершения оспариваемых сделок Общество обладало признаками неплатежеспособности. 

Временный управляющий ФИО4 провел анализ финансово-хозяйственной деятельности и сделал вывод, что в 2018-2019 годах деятельность Общества была прибыльной и сопровождалась положительной динамикой всех важнейших финансовых показателей, таких как выручка, себестоимость, валовая прибыль, чистая прибыль. Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2018 год, имеющейся в Инспекции № 9 и у конкурсного управляющего, на 31.12.2018 активы должника были равны 2 803 980 тыс.руб., а кредиторская задолженность составляла 1 445 090 тыс.руб. 

В заключении по анализу финансово-хозяйственной деятельности Общества за период с 01.01.2016 по 01.04.2016, произведенному ООО «Высокая оценка», в абзаце первом на восьмом листе имеется вывод временного управляющего об отсутствии не соответствующих рыночным условиям сделок, заключенных должником. 

Согласно Картотеке арбитражных дел в рамках дела № А21-5515/2019 был рассмотрен обособленный спор по заявлению кредитора ООО «Югстальмонтаж» о привлечении ФИО9 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 30.08.2022, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2022 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.03.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Суд кассационной инстанции согласился с выводами судов о том, что исходя из финансовых показателей Общества в декабре 2018 года у него отсутствовали признаки объективного банкротства, поскольку участники Общества в связи с наличием у того неисполненных обязательств перед рядом кредиторов в январе 2018 года приняли решение разработать план мероприятий по выводу Общества из кризиса. Указанный план был разработан ФИО9, который в течение 2018 года осуществлял мероприятия по его реализации.

Судами также было принято во внимание, что Общество специализируется на строительстве торговых комплексов и складских объектов для сетевых организаций розничной торговли, а в 2018 году имелась вызванная внешними экономическими факторами негативная динамика показателей, характеризующих финансовое состояние строительных организаций.

 Судами при рассмотрении спора сд.82 также отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии фактической аффилированности АО «Магнит» и должника в период 2018 - 2019 г.г. применительно к обособленному спору (сд.82). 

В настоящем обособленном споре (сд.93) доводы конкурсного управляющего об аффилированности Компании и Общества являются, по сути, цитатами из решения Инспекции № 9 от 22.11.2021 № 4973. 

В мотивировочной части вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Калининградской области от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022 не установлена ни юридическая, ни фактическая аффилированность Компании и должника, при этом подтвержден факт взаимоотношений Компании и Общества, в результате чего решение Инспекции № 9 в части доначисления налогов в результате взаимоотношений Общества с Компанией признано недействительным. 

Доказательства аффилированности Компании по отношению к должнику и иные документальные подтверждения осведомленности ответчика о финансовом положении должника не представлены.

В связи с вступлением в силу решения Арбитражного суда Калининградской области от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022 суд кассационной инстанции также полагает возможным дополнительно отметить следующее.

Как следует из постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 (дело № А21-3593/2022), выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налога на добавленную стоимость была проведена за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 по взаимоотношениям с контрагентами Общества  за II, III и IV кварталы 2019 года.

В ходе проведения выездной налоговой проверки Инспекцией № 9 было установлено, что Общество осуществляло хозяйственную деятельность в сфере строительства путем привлечения организаций для проведения работ и оказания услуг. На протяжении всего 2019 года, вплоть до декабря, Общество заключало различные договоры и осуществляло сдачу и приемку работ по заключенным государственным контрактам.

Значит, вывод судов об отсутствии у Общества признаков неплатежеспособности на момент заключения оспариваемой цепочки сделок также подтверждается и обстоятельствами, исследованными и установленными в деле № А21-3593/2022.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанции исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и результатов оценки позиций участвующих в деле лиц, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Суд кассационной инстанции не принимает ссылку конкурсного управляющего на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, приведенную в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710, поскольку признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки в рассматриваемом споре определяющего значения не имеют, так как цель причинения вреда имущественным правам кредиторов ни управляющим, ни кредитором не доказана.

Рассматривая довод конкурсного управляющего о наличии у Общества в сентябре 2016 года признаков неплатежеспособности, суды оценили всю совокупность доказательств, представленных сторонами, приняли во внимание хронологию заключенных сделок и учли факт поступления денежных средств должнику. 

В рассматриваемом случае суды пришли к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим фактов причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, цели причинения вреда и осведомленности контрагента об указанной цели.

В решении от 10.07.2023 по делу № А21-3593/2022 суд первой инстанции признал решение Инспекции № 9 по взаимоотношениям Общества и Компании недействительным; суд пришел к выводу, что налоговым органом в решении от 22.11.2021 № 4973 не установлено обстоятельств, свидетельствующих о совершении налогоплательщиком (Обществом) умышленных действий (спорных операций с Компанией), направленных на неправомерное уменьшение его налоговых обязательств, не приведено доказательств, подтверждающих согласованность действий группы лиц, не установлено, что спорный контрагент был создан налогоплательщиком или привлечен при обстоятельствах, не соответствующих обычно принятым в деловом обороте, не установлено фактов взаимодействия налогоплательщика и спорного контрагента, выходящего за рамки обычных деловых отношений, не доказано, что именно налогоплательщик является бенефициаром возможных нарушений законодательства, выявленных в нижних звеньях, не выявлено каких-либо возможностей налогоплательщика влиять на действия и решения Компании, не установлено, каким образом взаимосвязь Общества и Компании повлияла на операции между организациями. В результате проверочных мероприятий Инспекцией № 9 не был установлен и доказан умысел Общества на совершение налогового правонарушения, а установленные судом обстоятельства опровергают выводы о нереальности хозяйственных операций.

Апелляционная инстанция посчитала, что в данном случае с учетом совокупности представленных в дело доказательств у суда первой инстанции отсутствовали основания для иных выводов.

Помимо стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды с контрагентом, для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2), от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19)). 

Суд кассационной инстанции обращает внимание подателя жалобы на то, что факт выполнения Компанией обязательств по перечисленным выше договорам и передачи результата работ должнику, а должником – генеральному подрядчику (ФГУП) конкурсным управляющим не опровергнут.  

В назначении платежей содержатся указания на рассматриваемые правоотношения. 

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, являвшиеся предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получившие надлежащую правовую квалификацию, не опровергают выводов судов, а направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

При рассмотрении дела судами установлены и надлежаще оценены все существенные для дела обстоятельства; выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по обособленному спору; нормы материального права применены правильно; нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 06.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2024 по делу № А21-5515-93/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Северо-Запад» ФИО3 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

ФИО1