Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-15383/2019

г. Владивосток

22 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей М.Н. Гарбуза, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Дальневосточный банк»,

апелляционное производство № 05АП-3478/2024 

на определение от 15.04.2024  

судьи Д.Н. Кучинского

по делу № А51-15383/2019 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению акционерного общества «Дальневосточный банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>)

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от АО «Дальневосточный банк»: представитель ФИО2 (в режиме веб-конференции), по доверенности от 24.10.2022 сроком действия до 31.10.2024, паспорт;

от финансового управляющего ФИО3: представитель ФИО4, по доверенности от 02.10.2019 сроком действия 5 лет, паспорт;

ФИО5 в качестве слушателя;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 (далее – должник) обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 05.08.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением суда от 10.10.2019 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3 (далее – финансовый управляющий).

Определением суда от 27.06.2024 рассмотрение отчета финансового управляющего отложено до 07.08.2024.

В рамках данного дела акционерное общество «Дальневосточный банк» (далее – заявитель, апеллянт, Банк) 08.02.2021 обратилось в суд с заявлением, в котором просило признать недействительным договор аренды недвижимости от 01.09.2019, заключенный между ФИО6 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель); применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с предпринимателя в конкурсную массу должника недополученной суммы по арендной плате в размере 2 949 500 руб.

Определением суда от 15.04.2024 в удовлетворении заявления отказано, распределены судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Банк обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, признать договор аренды недействительной сделкой и применить ее последствия. В обоснование требований апеллянт привел следующие доводы. Ссылаясь на статьи 168, 346, 608, пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 40 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закон об ипотеке), пункт 90 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также на то, что в пункте 2.1 договора об ипотеке предусмотрено, что в течение всего срока действия договора залогодатель не вправе передавать имущество в аренду (субаренду) другим лицам без письменного согласия залогодержателя, апеллянт утверждает, что право Банка на предъявление требования о признании договора аренды недействительным следует из статьи 40 Закона об ипотеке, так как оспариваемая передача заложенного имущества в пользование другому лицу без согласия залогодержателя непосредственно нарушает право Банка определить, в соответствии с названной нормой, по своему усмотрению возможность пользования этим имуществом третьим лицом. Кроме того, апеллянт считает, что выводы эксперта о рыночной стоимости арендной платы свидетельствуют о том, что размер арендного платежа по договору аренды занижен, в связи с чем в конкурную массу должника не поступили денежные средства, составляющие разницу между рыночной ценой арендной платы недвижимого имущества и ценой арендной платы, определенной договором аренды. Также апеллянт указал, что арендатор, согласно дополнительному соглашению, занимает лишь четыре помещения в здании, общая площадь которых составляет 165,01 кв.м., однако, из приложенных к заявлению финансового управляющего о последующем одобрении спорного договора аренды недвижимого имущества платежных поручений, счета-фактуры, акта приема-передачи следует, что арендатор нес расходы за содержание объекта в целом, а не его части. Расторжение договора не препятствует признанию его недействительным.

Также к апелляционной жалобе в электронном виде приложено ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Определением апелляционного суда от 13.06.2024 восстановлен пропущенный срок подачи апелляционной жалобы, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 15.07.2024.

До судебного заседания от ответчика поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просил прекратить производство по апелляционной жалобе, указав, что Банком пропущен срок подачи апелляционной жалобы по причинам, которые нельзя признать уважительными.

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на восстановлении пропущенного срока подачи жалобы. Представитель финансового управляющего на доводы апелляционной жалобы возразил, обжалуемое определение считает законным и обоснованным, оставил вопрос о восстановлении срока подачи жалобы на усмотрение суда.

Также в судебное заседание апелляционного суда явилась ФИО5, которая представила суду копию доверенности от 27.01.2023 сроком действия 2 года, выданную предпринимателем. Судом установлено, что у ФИО5 отсутствуют полномочия на представление интересов ответчика в данном судебном заседании, поскольку представленная копия доверенности не заверена надлежащим образом, оригинал доверенности не представлен. При таких обстоятельствах суд в порядке части 4 статьи 63 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) отказал в признании полномочий ФИО5, в соответствии со статьей 11 АПК РФ она присутствовала в качестве слушателя.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» провести судебное заседание в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Проверив доводы ответчика относительно отсутствия оснований для восстановления пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, коллегия пришла к выводу об их несостоятельности в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 113 АПК РФ процессуальные действия совершаются в сроки, установленные АПК РФ или иными федеральными законами, а в случаях, если процессуальные сроки не установлены, они назначаются арбитражным судом.

В силу части 1 статьи 257 АПК РФ лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных кодексом, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства определение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу.

Согласно части 3 статьи 223 АПК РФ (в редакции, действовавшей в период вынесения судом первой инстанции обжалуемого судебного акта) определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

Полный текст обжалуемого определения Арбитражного суда Приморского края изготовлен 15.04.2024, следовательно, день окончания срока подачи апелляционной жалобы – 27.04.2024.

Первоначально апелляционная жалоба Банка на определение от 15.04.2024 отправлена в Арбитражный суд Приморского края для последующего направления в Пятый арбитражный апелляционный суд, в соответствии с частью 2 статьи 257 АПК РФ только 08.05.2024, то есть с пропуском десятидневного срока обжалование судебного акта на 4 дня (рабочих).

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024 данная жалоба Банка возвращена. В судебном акте указано, что в соответствии с частью 2 статьи 259 АПК РФ по ходатайству лица, обратившегося с жалобой, пропущенный срок подачи апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными. Однако ходатайство о восстановлении срока апеллянтом не заявлено. Указано, что у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для самостоятельного восстановления пропущенного срока подачи апелляционной жалобы в отсутствие соответствующего ходатайства.

Впоследствии Банком повторно подана настоящая апелляционная жалоба, которая через систему «Мой Арбитр» 31.05.2024 отправлена в Арбитражный суд Приморского края для последующего направления в Пятый арбитражный апелляционный суд в соответствии с частью 2 статьи 257 АПК РФ. 

При подаче настоящей апелляционной жалобы Банком заявлено ходатайство о восстановлении срока на обжалование, в обоснование которого апеллянт сослался на то, что 29.03.2024 вынесена резолютивная часть обжалуемого определения, полный текст определения вынесен 15.04.2024, однако в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» судебный акт размещён 02.05.2024 в 08:38:46 по московскому времени, в связи с чем Банк объективно не мог в установленный законом срок подать апелляционную жалобу на указанное определение.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно части 2 статьи 176, части 4 статьи 229, части 1 статьи 259 АПК РФ срок на подачу апелляционной жалобы исчисляется не с даты направления копии изготовленного судебного акта лицам, участвующим в деле, а с даты изготовления судом первой инстанции судебного акта в полном объеме или с даты подписания судьей резолютивной части решения по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства.

Превышение арбитражным судом первой инстанции определенного Кодексом срока направления копии судебного акта по почте, несвоевременное размещение судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не продлевают срока на апелляционное обжалование, но при наличии соответствующего ходатайства заявителя являются основанием для восстановления пропущенного срока. Если заявителем допущено превышение срока большей продолжительности по сравнению с превышением срока суда, то суду необходимо установить, имел ли заявитель достаточный промежуток времени для подготовки и подачи апелляционной жалобы в предусмотренный процессуальным законодательством срок.

Аналогичные правила применяются в случае, когда арбитражным судом апелляционной инстанции допущено превышение срока направления заявителю копии определения о возвращении ранее поданной им апелляционной жалобы, размещения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» определения о возвращении ранее поданной апелляционной жалобы.

АПК РФ не устанавливает каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска процессуальных сроков, следовательно, данный вопрос решается судом с учетом исследования всех обстоятельств дела, на основании всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств (статья 71 АПК РФ). 

В данном случае коллегией установлено, что обжалуемое определение от 15.04.2024 в полном объеме размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» только 02.05.2024, то есть с пропуском установленного частью 1 статьи 186 АПК РФ срока направления определения на 9 дней (рабочих). При этом первоначально Банк обратился с апелляционной жалобой спустя 3 рабочих дня после размещения оспариваемого судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (08.05.2024) и после возвращения определением апелляционного суда от 27.05.2024 данной апелляционной жалобы повторная жалоба направлена в суд Банком уже 31.05.2024 (спустя 3 дня).

При таких обстоятельствах апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства апеллянта о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование судебного акта суда первой инстанции. Возражения ответчика по ходатайству апеллянта, которые сводятся к тому, что Банк не обосновал невозможность заявления ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока при подаче первоначальной жалобы либо после ее подачи, но до истечения десятидневного срока, коллегией отклоняются, принимая во внимание установленные выше обстоятельства, а именно: подача Банком первоначальной апелляционной жалобы в пределах десятидневного срока с момента  размещения обжалуемого определения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Таким образом, в настоящем случае отсутствуют основания для прекращения производства по апелляционной жалобе в порядке статьи 265 АПК РФ, апелляционная жалоба подлежит рассмотрению по существу.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

По материалам дела апелляционным судом установлено, что должник (арендодатель) и предприниматель (арендатор) заключили договор аренды недвижимости от 01.09.2019 (далее - договор), по условиям которого арендодатель предоставляет арендатору в аренду следующие объекты недвижимости:

- здание административное, назначение: нежилое, площадью 1265,1 кв.м с кадастровым номером 25:34:036201:677, расположенное по адресу: Приморский край, г. Уссурийск, 

<

...> (далее – здание);

- земельный участок с кадастровым номером 25:18:030101:34, площадью 4254 кв.м, расположенный по адресу: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка; ориентир - административное здание; почтовый адрес ориентира: 

<

...> (далее – земельный участок).

Договор заключен сроком на 11 месяцев с даты подписания настоящего договора и не подлежит государственной регистрации в Управлении Росреестра по Приморскому краю. В случае, если по окончании срока действия настоящего договора арендатор продолжит пользоваться помещениями в отсутствие возражений со стороны арендодателя, договор считается продленным на тот же срок и тех же условиях (пункт 1.3 договора).

Согласно пункту 4.1 договора арендатор уплачивает арендодателю сумму арендной платы за пользование объектами в размере 15 000 руб. в месяц. Арендодатель имеет право изменить размер ежемесячной арендной платы не более чем на 10%, предварительно направив арендатору письменной уведомление.

Также между должником и ответчиком подписано дополнительное соглашение от 01.09.2019, согласно которому арендодатель предоставил арендатору в аренду следующие объекты недвижимости:

- нежилое помещение общей площадью 66,34 кв.м, расположенное на первом этаже нежилого здания, находящегося по адресу: Приморский край, г. Уссурийск, c. Новоникольск, ул. 8 Марта, д. 1, кадастровый номер здания: 25:34:036201; 

- нежилое помещение общей площадью 66,69 кв.м, расположенное на первом этаже нежилого здания, находящегося по адресу: Приморский край, г. Уссурийск, c. Новоникольск, ул. 8 Марта, д. 1, кадастровый номер здания: 25:34:036201:677;

- нежилое помещение общей площадью 15,43 кв.м, расположенное на втором этаже нежилого здания, находящегося по адресу: Приморский край, г. Уссурийск, c. Новоникольск, ул. 8 Марта, д. 1, кадастровый номер здания: 25:34:036201:677;

- нежилое помещение общей площадью 16,55 кв.м, расположенное на первом этаже нежилого здания, находящегося по адресу: Приморский край, г. Уссурийск, c. Новоникольск, ул. 8 Марта, д. 1, кадастровый номер здания: 25:34:036201.

Участвующими в деле лицами не оспаривается, что соглашением от 01.04.2022 стороны договорились расторгнуть договор аренды недвижимости от 01.09.2019. Также не является спорным для участников обособленного спора и подтверждается вынесенным в рамках настоящего дела определением суда от 21.05.2020 о включении требований Банка в размере 41 983 158,39 руб. в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) как обеспеченных залогом имущества должника указанные выше здание и земельный участок переданы Банку в залог в обеспечение исполнения должником заключенных с Банком кредитных договоров от 17.08.2016 № USM-617, от 07.03.2019 № USM 736-IH.

Полагая, что установленная в договоре плата за пользование имуществом существенно занижена по сравнению с рыночной платой, взимаемой по договорам аренды сходного имущества, стоимость арендной платы на дату заключения договора  составляет 188 500 руб. в месяц, Банк обратился в суд с настоящим заявлением об оспаривании сделки по пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), сославшись в дальнейшем также на то, что договор заключен в отсутствие согласия Банка как залогодержателя.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, отказал в удовлетворении заявления.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы в связи со следующим.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Требования Банка отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, принимая во внимание, что общий размер требований, включенных в реестр, составляет 129 214 073,58 руб. согласно реестру требований, размещенному в электронной карточке настоящего дела 24.05.2024, десять процентов от которых составляет около 13 млн. руб., а требования Банка – около 42 млн. руб.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением от 05.08.2019, оспариваемая сделка совершена после принятия указанного заявления (01.09.2019), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки: сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (абзацы второй - четвертый пункта 8 Постановления № 63).

В целях проверки доводов заявителя определением от 16.09.2021 суд первой инстанции назначил судебную экспертизу по определению суммарной рыночной величины арендной платы по состоянию на 01.09.2019 за пользование помещениями, указанными в дополнительном соглашении от 01.09.2019; производство экспертизы поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Центр развития инвестиций» ФИО7. Согласно приобщенному в материалы дела заключению указанного эксперта № 32 рыночная стоимость объектов составляет 24 000 руб. в месяц.

Оценив названное заключение эксперта, апелляционный суд признает его соответствующим положениям статьи 86 АПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», федеральным стандартам оценки и другим актам уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативному правовому регулированию оценочной деятельности, стандартов и правил оценочной деятельности с учетом того, что выводы эксперта - носят однозначный характер, последовательны, согласуются с иными собранными по делу доказательствами; каких-либо противоречий в выводах эксперта не выявлено; в заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, которые не допускают неоднозначного толкования, заключение является полным, научно обоснованным; квалификация эксперта, выполнившего на основании определения арбитражного суда заключение эксперта, подтверждена; к заключению приложена расписка эксперта об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме того, апеллянтом не заявлены возражения против указанного заключения по существу.

Таким образом, рыночная стоимость арендной платы перечисленных объектов в 1,6 выше стоимости арендной платы по договору.

Суд первой инстанции при решении вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке руководствовался следующими позициями высших судебных инстанций:

- о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента (абзац 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25));

- под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента) (абзац 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»). 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанное отклонение является допустимым и не свидетельствует о неравноценности встречного предоставления со стороны ответчика, в связи с чем договор аренды от 01.09.2019 в редакции дополнительного соглашения не может быть оспорен на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе заявитель привел довод о том, что выводы эксперта о рыночной стоимости арендной платы свидетельствуют о том, что размер арендного платежа по договору аренды занижен, в связи с чем в конкурную массу должника не поступили денежные средства, составляющие разницу между рыночной ценой арендной платы недвижимого имущества и ценой арендной платы, определенной договором аренды.

Отклоняя данный довод, коллегия исходит из того, что понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21-4742). 

При этом, учитывая достаточно жесткие последствия признания сделки недействительной, осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота. К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики.

Иной подход подвергает участников хозяйственного оборота неоправданным рискам полной потери денежных средств, затраченных на покупку.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707.

В настоящем случае кратное отклонение цены арендной платы от рыночной не установлено. В этой связи, а также с учетом отсутствия  в деле доказательств аффилированности между сторонами сделки позиция апеллянта о том, что размер арендного платежа по договору занижен по сравнению с рыночным настолько, что имеются основания для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  является несостоятельной.

Также апеллянт указал, что арендатор, согласно дополнительному соглашению, занимает лишь четыре помещения в здании, общая площадь которых составляет 165,01 кв.м., однако, из приложенных к заявлению финансового управляющего о последующем одобрении спорного договора аренды недвижимого имущества платежных поручений, счета-фактуры, акта приема-передачи следует, что арендатор нес расходы за содержание объекта в целом, а не его части. 

При рассмотрении настоящего спора о фальсификации дополнительного соглашения в порядке статьи 161 АПК РФ Банком не заявлено. По результатам проведенной экспертизы было установлено, что его печатный текст выполнен электрофотографическим способом, в связи с чем не представляется возможным ответить на вопросы: соответствует ли время выполнения дополнительного соглашения к договору аренды недвижимости от 01.09.2019 указанной в документе дате; соответствует ли время выполнения подписи ФИО6 на дополнительном соглашении к договору аренды недвижимости от 01.09.2019, указанной в документе дате. Из иных представленных в материалы дела доказательств не представляется возможным безусловно установить, что фактически по оспариваемому договору ответчику предоставлено все здание площадью 1265,1 кв.м. Само по себе несение арендатором расходов за содержание объекта, вопреки позиции апеллянта, об обратном не свидетельствует. Фактически позиция апеллянта в данной части носит предположительный характер и не может быть признана доказанной надлежащими и достаточными доказательствами.

Также судом первой инстанции проверены основания для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в результате чего суд пришел к верным выводам, что, поскольку сделка совершена с несущественным отклонением от рыночных условий, ее совершением не был причинен вред имущественным правам кредиторов, как следствие, наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов не доказано; при этом ответчик не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, что также исключает его осведомленность о наличии каких-либо противоправных целях, преследуемых должником. Основания для несогласия с данными выводами у коллегии не имеется.

В части довода Банка о том, что договор подлежит признанию недействительным ввиду нарушения должником запрета сдавать предмет залога в аренду без согласия залогодержателя, суд пришел к выводу, что отсутствие согласия залогодержателя на сдачу в аренду предмета залога не является основанием для признания соответствующей сделки недействительной в связи со следующим.

В сущности, Банк мотивирует свои требования ссылкой на статью 173.1 ГК РФ. Соответствующей нормой предусмотрено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Во-первых, нормы права, которая бы напрямую обязывала получать согласие Банка на сдачу имущества в аренду, нет. Есть лишь норма, допускающая установление договором об ипотеке такой обязанности залогодателя (пункт 1 статьи 40 Закона об ипотеке. 

Во-вторых, последствием передачи предмета залога в залог без согласия Банка выступает лишь его право потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства (абзац 2 пункта 2 статьи 346, подпункт 3 пункта 2 статьи 351 ГК РФ).

Более того, даже если необходимость получения согласия залогодержателя на сдачу имущества в аренду предусмотрена законом, то наступают те же последствия, а сама сделка оспоримой не считается. В частности, абзац 2 пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей» содержит разъяснения о том, что в случае передачи залогодателем вещи во временное владение и пользование другим липам без согласия залогодержателя, когда такое согласие необходимо в соответствии с законом или договором, залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства и обращения взыскания на предмет залога (подпункт 3 пункта 2 статьи 351 ГК РФ).

В связи с изложенным суд пришел к выводам о том, что в настоящем споре необходимость получения согласия Банка на сдачу имущества в аренду предусмотрена договором, а не законом, что исключает возможность признания сделки недействительной на основании статьи 173.1 ГК РФ; сдача имущества в аренду без согласия Банка не дает последнему права требовать признания такой сделки недействительной, но дает право потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства и обращения взыскания на предмет залога.

Коллегия усматривает, что является верным вывод суда первой инстанции о том, что в случае заключения сделки в отсутствие на то согласия залогодержателя предусмотрен иной способ защиты права, указанный в статье 351 ГК РФ, а не признание сделки недействительной.

Более того, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206, конкурсное оспаривание (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), посредством которого в деле о банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения должника, предпринимающего действия, направленные либо на вывод имущества, объективно причиняющие вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований, направлено на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица. 

С учетом приведенной правовой позиции, коллегия усматривает, что, в отсутствие доказанного причинения вреда имущественным правам кредитором оспариваемой сделкой, что имеет место в настоящем случае, конкурсное оспаривание сделки по статье 173.1 ГК РФ в деле о банкротстве не представляется возможным, так как не направлено на восстановление прав конкурсных кредиторов.

Как правильно отметил суд первой инстанции,  признание недействительным договора не может влечь никаких последствий его недействительности. В сущности, при признании сделки, совершенной при равноценном встречном исполнении, когда одна из сторон не может возвратить полученное в натуре, последствия недействительности применены быть не могут. В этом случае с учетом существа сделки суд может лишь прекратить ее действие на будущее время (пункт 3 статьи167 ГК РФ). Однако ввиду расторжения спорного договора 01.04.2022 прекращение действия договора на будущее время также не допустимо, что принципиально исключает возможность признания договора недействительным.

Отвечая на вопросы судебной коллегии в судебном заседании, представитель Банка затруднился ответить на вопрос суда относительно того, каким образом будут восстановлены права заявителя в случае признания договора недействительным.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по основаниям, изложенным выше в мотивировочной части настоящего постановления. 

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

В силу пункта 19 Постановления № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 15.04.2024 по делу № А51-15383/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Т.В. Рева

Судьи

М.Н. Гарбуз

К.А. Сухецкая