Дело № А43-37941/2019

город Владимир

5 октября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 5 октября 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Кузьминой С.Г., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.04.2022 по делу                   № А43-37941/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» ФИО2 к акционерному обществу «Нефтегазкомплект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительными сделками актов о предоставлении имущества в аренду на сумму 2 431 680 руб., платежа в пользу третьих лиц за ответчика на сумму 100 000 руб.,

 

при участии:

от публичного акционерного общества «Транскапиталбанк» – ФИО3 на основании доверенности от 11.07.2022 № 01-06/720 сроком действия один год;

от акционерного общества «Нефтегазкомплект» – ФИО4 на основании доверенности от 05.07.2022 сроком действия один год, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» (далее – Общество) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился  конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением к акционерному обществу «Нефтегазкомплект» (далее – АО «Нефтегазкомплект») о признании недействительными сделками актов о предоставлении имущества в аренду за период с января по август 2020 года на сумму 2 431 680 руб., а также платежа, совершенного должником за третье лицо в пользу открытого акционерного общества «Нижегородский водоканал» (далее – Водоканал) на сумму 100 000 руб., и применении последствий недействительности сделок.

Заявленные требования основаны на положениях  пунктов 1 и 2 статьи 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 167, 170 (часть 1) Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 04.04.2022                  в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал; взыскал с Общества в доход федерального бюджета 12 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель указывает на недоказанность реального оказания услуг, отраженных в оспариваемых актах. Свою позицию заявитель мотивирует отсутствием у должника работников кроме руководителя и главного бухгалтера, наличием у должника признаков неплатежеспособности, отсутствием доказательств экономической целесообразности совершения оспариваемых сделок, отсутствием доказательств перемещения имущества к месту хранения, а также отсутствие доказательств согласования с залогодержателем такого порядка обеспечения сохранности предмета залога.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, единственной разумной целью  спорной сделки, учитывая, что имущество должника должно было храниться группой компаний с 2014 года, однако договор на хранение заключен лишь в 2020 году после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, является создание фиктивного документооборота по аренде с заинтересованным лицом, не обладающим признаками неплатежеспособности, в целях сохранения в группе компаний в целях сохранения выручки от реализации предмета залога и уменьшения доли удовлетворенных требований Банка. В результате совершения спорных сделок пострадал должник, деятельность которого вошла в противоречие с целями предпринимательской деятельности, и как следствие его кредиторы. Отмечает, что  должник систематически производил за аффилированные компании платежи, с 2016 года хозяйственная деятельность и текущие расходы обеспечивались исключительно за счет займов от аффилированных компаний, что свидетельствует о сложных внутригрупповых отношений, в рамках которых производилось свободное перемещение денежных средств и услуг между аффилированными членами группы, произвольная передача ими владения складским комплексом.

Заявитель апелляционной жалобы также полагает подлежащим признанию недействительной сделкой платеж по приходному-кассовому ордеру от 29.06.2018 № 54 на сумму 100 000 руб. ввиду отсутствия встречного предоставления со стороны ответчика, о чем свидетельствуют, по его мнению,  иное назначение платежа, отсутствие ссылки на спорные правоотношения, отсутствие письма об изменении назначения платежа.

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе конкурсного управляющего и дополнении к ней.

Публичное акционерное общество «Транскапиталбанк» (далее – Банк) в отзыве и устно представитель в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего; просили обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований конкурсного управляющего. 

АО «Нефтегазкомплект» в отзыве и дополнении к нему письменно, а также его представитель в судебном заседании возразили против доводов апелляционной жалобы; просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

При рассмотрении апелляционной жалобы Банк заявлял ходатайство об истребовании у Министерства инвестиций, земельных и имущественных отношений Нижегородской области «Расчет арендной платы» и «Расчет арендной платы за фактическое использование участка» к договору аренды земельного участка от 25.11.2015 № 18-4909.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении по следующим основаниям.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Из материалов дела усматривается, что Банк не воспользовался своим процессуальным правом заявить указанное ходатайство в суде первой инстанции. Между тем, приобщении в суде второй инстанции дополнительных доказательств по делу в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации осуществляется при доказанности невозможности представления этих доказательств в суде первой инстанции.

Кроме того, в рассматриваемом случае безусловная обязанность суда в истребовании доказательств отсутствует, поскольку судом апелляционной инстанции установлено, что заявителем не представлено убедительных доводов, свидетельствующих о том, что истребуемые доказательства могут, безусловно, подтвердить или опровергнуть юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию в рамках данного дела. Иного из материалов дела не следует.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  лиц, участвующих в деле (за исключением представителя Банка и                                         АО «Нефтегазкомплект»), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121 и статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением от 01.09.2020 (резолютивная часть) Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим в ходе проведения процедуры банкротства установлено, что должник по платежному поручению от 08.11.2017  № 2084 перечислил в пользу Водоканала денежные средства в сумме 100 000 руб., указав в назначении платежа на оплату за отпуск питьевой воды по счету 6069 от 08.11.2017 за АО «Нефтегазкомплект» в счет взаиморасчетов по письму от 08.11.2017. 

Кроме того, в период с 31.01.2020 по 31.08.2020 между должником и                   АО «Нефтегазкомплект» подписаны акты № 15-22, согласно которым должником приняты оказанные АО «Нефтегазкомплект» услуги аренды по договору аренды от 30.12.2019 за январь-август 2020 года.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование                    о признании недействительными сделками актов о фиксации арендных правоотношений по предоставлению имущества в аренду за период с января по август 2020 года на сумму 2 431 680 руб., а также платежа, совершенного должником за третье лицо в пользу Водоканала на сумму 100 000 руб.,                       и применении последствий недействительности сделок.

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены 08.11.2017 (платеж), 31.01.2020 и 31.08.2020 (акты), в то время как производство по делу о банкротстве должника возбуждено 11.09.2019, в связи с чем могут быть оспорены по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из материалов дела, у должника 

На дату совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, а именно:

- на дату совершения платежа имелись неисполненные обязательства перед Банком по договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 27.03.2014 № 07-2014/Л и договору об открытии кредитной линии и предоставлении кредита от 05.06.2014 № 21-2014/Л;

- на дату совершения актов об оказании услуг аренды перед Банком, Банком                   ВТБ (ПАО) по кредитному договору от 29.11.2013, АО «Международный банк Санкт-Петербурга» по кредитному договору от 16.01.2017, АО КБ «Ассоциация» по договорам кредитной линии от 18.11.2016 56/16-к, от 19.01.2017 № 3/17-к и иными кредиторами.

Кроме того, оспариваемые акты совершены после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у Общества признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемых сделок.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Рассмотрев обстоятельства настоящего спора применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, учитывая сведения ЕГРЮЛ, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии аффилированности Общества и                                                АО «Нефтегазкомплект».

Вместе с тем, учитывая разъяснения, изложенные в абзаце 5 пункта 6 Постановления № 63, само по себе наличие указанного признака, не свидетельствует о том, что сделка по аренде имущества совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В рассматриваемом случае следует установить наличие у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемых  сделок.

В подтверждение факта причинение вреда должнику и его кредиторам конкурсный управляющий указал на подписание оспариваемых актов в целях фиктивного документооборота, в отсутствие реального оказания услуг по аренде.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018№ 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

Как следует из материалов дела, между АО «Нефтегазкомплект» (арендодателем) и должником (арендатором) заключен договор аренды открытой площадки для хранения товаров от 30.12.2019, по условиям которого арендодатель обязуется передать, а арендатор принять во временное владение и пользование за плату открытую площадку для хранения товаров общей площадью 3039,60 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>; площадка передается арендатору для использования в целях хранения товара. Плата за пользование площадкой (арендная плата) оплачивается арендатором ежемесячно в размере 303 960 руб. из расчета 100 руб. за один кв.м переданной площади без НДС в связи с применением арендодателем упрощенной системы налогообложения в соответствии со статьей 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации. В состав арендной платы включена стоимость электроэнергии, всех оказываемых услуг и охраны (пункты 1.1, 1.3, 5.1-5.2 и 5.5 договора). 

По акту приема-передачи от 30.12.2019 арендуемая площадка передана должнику.

В данном случае оспариваемые акты совершены должником в рамках реальных правоотношений по договору аренды от 30.12.2019, который недействительным или ничтожным не признан. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Факт использования должником арендуемой открытой площадки подтвержден актами проверки товаров в обороте 18.01.2019, 16.07.2019 и от 16.06.2020, подписанными должником и Банком. При этом в указанных актах, которые составлены при участии залогового кредитора – Банка, имеется ссылка на адрес места нахождения имущества, а именно: 

<

...>.

Наличия у сторон противоправной цели при подписании оспариваемых актов конкурсным управляющим не представлено и судом не установлено.

В рассматриваемом случае, принимая во внимание доказательства наличия договорных отношений, фактическое исполнение принятых на себя сторонами обязательств, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата, отсутствуют основания для признания актов, подписанных сторонами в период с 31.01.2020 по 31.08.2020                                      № 15-22 недействительными по причине их мнимости.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено надлежащих и бесспорных доказательств, свидетельствующих о причинении имущественного вреда должнику и его кредиторам. В результате подписания оспариваемых актов не произведено уменьшение конкурсной массы должника; оплата по оспариваемым актам должником  не произведена.

Материалы дела также не содержат доказательств причинения вреда должнику и его кредиторам в результате совершения платежа от 08.11.2017 на сумму 100 000 руб.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что оспариваемый платеж совершен должником на основании письма                                  АО «Нефтегазкомплект» о перечислении денежных средств в размере 100 000 руб. в пользу Водоканала в счет взаиморасчетов.

Впоследствии из кассы АО «Нефтегазкомплект» по расходно-кассовому ордеру выданы денежные средства в размере 100 000 руб. ФИО5, действующей при получении денежных средств от имени должника на основании доверенности от 29.06.2018.

Принимая во внимание представленные в материалы дела доверенность на имя ФИО5, ссылку в расходном кассовом ордере на погашение задолженности по письму от 08.11.2017, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что денежные средства, оплаченные должником по оспариваемому платежу от 08.11.2017 за третье лицо, возвращены должнику 29.06.2018.

Доказательств того, что денежные средства в размере                                             100 000 руб. выданы непосредственно в пользу ФИО5 материалы дела не содержат. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив недоказанность конкурсным управляющим такого квалифицирующего признака, как причинение вреда должнику и (или) его кредиторам, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацами 2 и 3 пункта 9.1 Постановления № 63 если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 Постановления                      № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных в пункте 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Принимая во внимание положение пунктов 1, 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, материалами дела подтверждается, что спорный платеж от 08.11.2017 совершен за пределами сроков, предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Оспариваемые акты, совершенные должником в период с 31.01.2020 по 31.08.2020 подпадают под период, установленный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при котором не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента.

Между тем, в рассматриваемой случае в результате подписания между должником и ответчиком спорных актов оказанных услуг по договору аренды не произошло преимущественного удовлетворения требований                                                    АО «Нефтегазкомплект» по отношении к иным кредиторам, а лишь зафиксирован факт оказания услуг ответчиком. 

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания оспариваемых сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пунктов 1 и 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Принимая во внимание  недоказанность наличия у сторон противоправной цели, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Вопреки позиции Банка, аффилированность сторон, равно как наличие между сторонами сделок правоотношений компенсационного характера, при наличии реальности хозяйственных правоотношений, в счет исполнения которых произведены спорные сделки, и отсутствия доказательств причинения имущественного вреда должнику и его кредиторам совершением таких операций, не являются основанием для признания оспариваемых сделок недействительными.

При изложенных обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для  признания недействительными оспариваемых сделок на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Утверждения заявителя относительно отсутствия экономической целесообразности заключения договора аренды, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку предметом заявленных требований являются акты оказанных услуг по договору аренды, а не сам договор аренды. При этом аренда имущества осуществлялась для хранения металлоконструкций, материалами дела не подтверждено наличие у должника объектов, позволяющих осуществлять хранение залогового имущества.

Довод Банка о том, что земельный участок, на котором расположено арендованное имущество не принадлежит ответчику, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку не опровергает факт использования данного имущества должником в своих целях по договору аренды, который не признан недействительным. При этом правоотношения ответчика с собственниками земельного участка не относится к предмету заявленных требований. Факт хранения имущества на арендованном участке подтвержден актами проверки товаров в обороте. Иным лицом, в том числе собственником земельного участка, сданного в аренду (на которого ссылается Банк), требования об оплате использования земельного участка должнику не предъявлялось.

Утверждение заявителя жалобы об отсутствие оснований для возложения на должника обязанности по оплате арендных платежей ввиду хранения имущества, который передан в залог по совместному обязательству, в том числе по договорам поручительства, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку наличие совместного поручительства по обязательствам перед Банком не влияет на правоотношения по аренде имущества. В материалы дела не представлено, что                АО «Нефтегазкомплект» предоставляло обеспечение по обязательствам основного заемщика перед Банком. Кроме того, в деле отсутствуют доказательства, что поручители обязаны осуществлять расходы по хранению залогового имущества.

Довод конкурсного управляющего относительно осуществления хранения имущества на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

...>, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку по актам осмотра товара в обороте хранение осуществлялось также на участке по адресу: 

<

...>. Кроме того, площадка по адресу: 

<

...>, не позволяла разместить всю продукцию должника в 2020 году, указанный факт не опровергнут надлежащими и бесспорными доказательствами.

Ссылка конкурсного управляющего на отсутствие у должника работников кроме руководителя и главного бухгалтера, наличия у должника признаков неплатежеспособности, отсутствие доказательств перемещения имущества к месту хранения, а также отсутствие доказательств согласования с залогодержателем такого порядка обеспечения сохранности предмета залога, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку указанные обстоятельства при наличии в деле актов проверки товаров в обороте, составленными должником и Банком, подтверждающим наличие имущества должника на арендуемом объекте, не свидетельствует о недействительности актов.

Утверждение Банка о том, что в расходном кассовом ордере имеется ссылка на иное назначение платежа (выплату заработной платы, хозрасходов), не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку ненадлежащее оформление кассового ордера не может ставиться в вину ответчику, при условии, что материалами дела подтверждено, что полномочия ФИО5 действовать от имени должника при получении денежных средств и наличие доказанности перечисления должником за ответчика денежных средств в пользу третьего лица.  

Доводы апелляционной жалобы, рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам, как противоречащие представленным в дело доказательствам и нормам права.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе аналогичны доводам, заявленным в суде первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Ввиду предоставленной заявителю жалобы отсрочки оплаты государственной пошлины (определение от 29.04.2022), суд апелляционной инстанции возлагает расходы по уплате государственной пошлине в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 04.04.2022 по делу             № А43-37941/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Нефтегазовый промышленно-строительный холдинг «Нефтехиммаш» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

С.Г. Кузьмина

Д.В. Сарри