АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А03-2477/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКачур Ю.И.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и ФИО3 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 (судьи Апциаури Л.Н., Иванов О.А., Усанина Н.А.) по делу № А03-2477/2021 Арбитражного суда Алтайского края о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибресурс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, ООО «Сибресурс»), принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) к ФИО5, ФИО3, ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Алтайскому краю.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве должника его конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) недействительной цепочки следующих сделок: девяти договоров уступки права требования от 29.08.2019 по договорам участия в долевом строительстве от 17.07.2019 и от 31.07.2019, заключенных между ООО «Сибресурс» и ФИО5, а также последующих уступок прав по договорам участия в долевом строительстве от 20.09.201 и от 29.11.2019, заключенных между ФИО5 и ФИО2, ФИО5 и ФИО3 соответственно (застройщиком выступает акционерное общество специализированный застройщик «Барнаулкапстрой», далее – АО СЗ «Барнаулкапстрой»).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 27.04.2022 признана недействительной последовательно заключенная цепочка договоров уступки прав требований от 29.08.2019 по отчуждению прав требования АО СЗ «Барнаулкапстрой» по договорам участия в долевом строительстве от 17.07.2019 № 83А-35, от 17.07.2019 № 83А-36, от 17.07.2019 № 83А-40, от 17.07.2019 № 83А-44, от 17.07.2019 № 83А-54, от 31.07.2019 № 83А-57, от 31.07.2019 № 83А-59, от 31.07.2019 № 83А-67, от 31.07.2019 № 83А-68 (далее также договоры участия в долевом строительстве), заключенных между ООО «Сибресурс» и ФИО5, а также последующих договоров уступки прав требований от 29.11.2019, заключенных между ФИО5 и ФИО3; применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права требования ООО «Сибресурс» к АО СЗ «Барнаулкапстрой» на получение в собственность после ввода объекта в эксплуатацию восьми квартир по адресу: 

<

...>, отчужденных ФИО3 по договорам участия в долевом строительстве; с ФИО5 в конкурсную массу должника взыскано 3 406 000 руб. стоимости уступленного права требования по договору участия в долевом строительстве от 17.07.2019 № 83А-35; в остальной части в удовлетворении заявления отказано (в отношении ФИО2).

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 определение суда от 27.04.2022 изменено; признана недействительной цепочка сделок: договоров уступки права требования по договорам участия в долевом строительстве сделок, заключенных 29.08.2019 между ООО «Сибресурс» и ФИО5; признаны недействительными последующие договоры уступки прав требований по договорам участия в долевом строительстве от 17.07.2019 № 83А-36, от 17.07.2019 № 83А-40, от 17.07.2019 № 83А-44, от 17.07.2019 № 83А-54, от 31.07.2019 № 83А-57, от 31.07.2019 № 83А-59, от 31.07.2019 № 83А-67, от 31.07.2019 № 83А-68, заключенные 29.11.2019 между ФИО5 и ФИО3; признан недействительным договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 17.07.2019 № 83А-35, заключенный 20.09.2019 между ФИО5 и ФИО2; восстановлено право требования ООО «Сибресурс» к АО СЗ «Барнаулкапстрой» на получение в собственность после ввода объекта в эксплуатацию девяти квартир по адресу: 

<

...> по договорам участия в долевом строительстве.

ФИО2 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами.

В своей кассационной жалобе ФИО2 просит отменить постановление апелляционного суда от 30.06.2022, оставить в силе определение суда первой инстанции от 27.04.2022.

В обоснование жалобы ФИО2 приводит следующие доводы: апелляционный суд вышел за пределы заявленных требований, применив к спорным правоотношениям положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ; совокупность оснований, необходимых для признания прикрываемой сделки с ФИО2 недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствует, поскольку он не является аффилированным по отношению к должнику лицом, сделка носила возмездный характер и была с его стороны полностью оплачена, финансовая возможность оплатить сделку с его стороны подтверждена надлежащими доказательствами, поэтому о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника в результате ее заключения он не знал и такую цель не преследовал; на момент совершения оспариваемой цепочки сделок у должника не было признаков неплатежеспособности, о которых могло или должно было быть известно ФИО2; об аффилированности ФИО6 и ФИО5 кассатор не знал, поэтому кассатор считает себя добросовестным приобретателем прав требования; судом не правильно применены последствия недействительности сделки, поскольку денежные средства по договору уступки права требования от 20.09.2019 оплачены им ФИО5

ФИО3 в своей кассационной жалобе просит отменить определение арбитражного суда от 27.04.2022 и постановление апелляционного суда от 30.06.2022, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

По мнению ФИО3, выводы суда первой и апелляционной инстанций о доказанности факта юридической и фактической аффилированности ФИО3, ФИО5, ООО «Сибресурс» через ФИО6 не подтверждены совокупностью достаточных и допустимых доказательств. Кассатор полагает, что сам по себе факт выдачи доверенности ФИО3 ФИО6 и заключение последним от имени ФИО3 аналогичных сделок на возмездной основе не свидетельствует о наличии заинтересованности и (или) аффилированности ФИО3 по отношению к должнику, а также об осведомленности ФИО3 о признаках неплатежеспособности ООО «Сибресурс» на дату заключения спорных сделок с ним. Кроме того, вывод суда апелляционной инстанции о том, что платежи, произведенные ФИО3 в пользу ФИО5 в счет оплаты по договорам уступки прав требования от 29.11.2019 по договорам участия в долевом строительстве, на общую сумму 22 000 000 руб. документально не подтверждены, а сделки носили безвозмездный характер, не основан на имеющихся в материалах обособленного спора доказательствах. При этом отсутствие доказательств расходования ФИО5 денежных средств, полученных от ФИО3, не может вменяться ему в вину, поскольку свою финансовую состоятельность и платежеспособность он доказал.

Представленные в материалы дела от конкурсного управляющего отзывы на кассационные жалобы приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее – АПК РФ).

Судом округа отказано в приобщении отзыва на кассационную жалобу, поступившего от ФИО6, в связи с несоблюдением требований статьи 279 АПК РФ о надлежащем и заблаговременном направлении отзыва всем участвующим в деле лицам.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для его отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, между АО СЗ «Барнаулкапстрой» в лице генерального директора ФИО7 (застройщик) и ООО «Сибресурс» в лице генерального директора ФИО6 (участник долевого строительства) заключены девять договоров участия в долевом строительстве.

Оплата по договорам участия в долевом строительстве произведена ООО «Сибресурс» в пользу АО СЗ «Барнаулкапстрой» в полном объеме, что подтверждается справками, имеющимися в регистрационных делах и представленных по запросу суда, всего на общую сумму 23 801 700 руб.

20.09.2019 между ФИО5 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 17.07.2019 № 83А-35 по цене 3 406 000 руб., что соответствует цене приобретения права требования ООО «Сибресурс» у АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО5 у ООО «Сибресурс».

В подтверждение оплаты уступленного права требования ФИО2 представил расписку от 20.09.2019.

29.11.2019 между ФИО5 (цедент) и ФИО3, заключены восемь договоров уступки прав требований по договорам участия в долевом строительстве, общая стоимость которых составила 20 395 700 руб.

В подтверждение оплаты уступленного права ФИО3 представил платежные поручени: от 25.11.2019 № 000834 на сумму 8 020 600 руб., от 02.12.2019 № 001124 на сумму 5 000 000 руб., от 03.12.2019 № 001435 на сумму 6 000 000 руб., от 11.12.2019 № 000628 на сумму 1 375 100 руб., всего на сумму 20 395 700 руб.

Ссылаясь на то, что оспариваемые договоры представляют собой единую цепочку притворных сделок, направленных на прямое отчуждение имущества первым правообладателем (ООО «Сибресурс») последнему приобретателю прав требований (ФИО3 и ФИО2), представляющих собой вывод дорогостоящего имущества должника в отсутствие встречного предоставления, в преддверии его банкротства при наличии признаков неплатежеспособности (наличие задолженности перед кредиторами), конкурсный управляющий, указывая на то, что ФИО3 и ФИО2, являются фактически аффилированными лицами по отношению к должнику, со ссылкой на положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а также пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Частично удовлетворяя заявленные требования в отношении сделок, заключенных в пользу ФИО3, и, отказывая в удовлетворении требования о недействительности договора уступки права требования, заключенного с ФИО2, суд первой инстанции исходил из добросовестности последнего.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в полном объеме,  апелляционный суд пришел к выводу о том, что сторонами заключена цепочка недействительных сделок, направленная на вывод активов должника в целях исключения обращения взыскания на него по долгам кредиторов, при этом сделки с ФИО5 является притворными, прикрывающими подозрительные сделки с ФИО3 и ФИО2, которые являются аффилированными лицами по отношению к должнику, получили имущество должника в отсутствие равноценного встречного предоставления, поэтому не могут быть признаны добросовестными приобретателями.

Суд округа считает выводы суда апелляционной инстанции правомерными.

В соответствии со сложившейся практикой рассмотрения дел об оспаривании взаимосвязанных сделок должника и сформированными правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательно перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ. 

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 308-ЭС18-14832(3,4)).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Поскольку производство по делу о банкротстве ООО «Сибресурс» возбуждено определением суда от 05.03.2021, а оспариваемые договоры уступки права требования заключены 29.08.2019, 20.09.2019, 29.11.2019, то есть в течение трех лет до возбуждения производства по делу, в связи с чем для признания прикрываемой сделки недействительной необходимо установить обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций.

Презумпция наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате ее совершения), безвозмездного характера этой сделки или ее совершения в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В данном случае судами установлено, что на момент заключения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами (АО СЗ «Барнаулкапстрой», обществами с ограниченной ответственностью «АлтайтехноКомплект», «Строительно-монтажная компания ВиКС» и «Цезарь», Федеральной налоговой службой), требования которых в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности.

Кроме того, апелляционный суд пришел к правильному выводу о том, что отчуждение спорного имущества произведено безвозмездно и совершено между фактически аффилированными лицами в ущерб кредиторам.

Так, по договорам от 29.08.2019 ООО «Сибресурс» в лице директора ФИО6 уступило право требования в отношении строящихся девяти квартир ФИО5 по цене приобретения, указанной в договорах участия в долевом строительстве, заключенных с АО СЗ «Барнаулкапстрой» - 23 801 700 руб. 

Из поступивших в материалы дела сведений из Управления юстиции Алтайского края следует, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является матерью ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая в связи с вступлением в брак с ФИО9 изменила фамилию на ФИО10.

Из имеющегося в материалах обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов требования ФИО11 свидетельства о расторжении брака от 29.07.2020 (18.04.2020) следует, что ФИО12 на момент заключения оспариваемых договоров от 29.08.2019 являлась тещей ФИО6 (лица, контролирующего деятельность ООО «Сибресурс»).

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не оспорены и установлены вступившими в законную силу судебными актами, вынесенными по результату рассмотрения обособленных споров в деле № А03-2477/2021 (определение суда от 29.10.2021 и постановление апелляционного суда от 27.01.2022).

Указанными судебными актами установлено, что, несмотря на расторжение брака между ФИО6 и ФИО13, ФИО6 в последующем вел переговоры от имени ФИО5, выступал в ее интересах, заключая оспариваемые сделки с ФИО3 и ФИО2, следовательно, суды пришли к обоснованному выводу, что ФИО5, ФИО6 являются фактически аффилированными лицами по отношению к ООО «Сибресурс».

При этом, как верно установлено судами, из материалов дела не следует, что у ФИО5 имелась финансовая возможность оплатить уступленные права требования в размере 23 801 700 руб., также отсутствуют доказательства получения ООО «Сибресурс» или ФИО5 какой-либо экономической выгоды от последующих сделок по их переуступке, поскольку они заключались также по ценам приобретения прав требования у застройщика.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что девять договоров уступки права требования от 29.08.2019 по договорам участия в долевом строительстве от 17.07.2019 и от 31.07.2019, заключенные между ООО «Сибресурс» и ФИО5, являются недействительными притворными сделками по пункту 2 статьи 170 ГК РФ и заключены в целях создания видимости добросовестных приобретателей по последующим договорам уступки прав требования от 20.09.2019 (с ФИО2) и от 29.11.2019 (с ФИО3).

Судами также установлено, что последующие договоры уступки права требования от 29.11.2019 от имени ФИО3 подписаны его представителем ФИО14, действующим на основании по доверенности, который до 04.09.2018 являлся учредителем ООО «Сибресурс» и до 12.10.2018 наряду с супругой ФИО6 – ФИО15 являлся учредителем общества с ограниченной ответственностью «Райдер-Отель Тайга» (далее – ООО «Райдер-Отель Тайга»), которое зарегистрировано по адресу, который также является местом жительства ФИО6 и ФИО15 Из материалов иных обособленных споров по оспариванию сделок, совершенных между ООО «Сибресурс» и ФИО3, следует, что договоры уступки права требования по договорам участия в долевом строительстве, заключенные между АО СЗ «Барнаулкапстрой» и ФИО3, подписаны от имени ФИО3 ФИО6, действующим на основании нотариально удостоверенной доверенности от 19.02.2018, выданной сроком на 10 лет. 

В рамках иных обособленных споров по оспариванию сделок, совершенных между ООО «Сибресурс», ФИО16 и ФИО3, установлено, что интересы ФИО16 представлял ФИО6 (доверенность от 12.03.2019), а по доверенности от 16.08.2021 интересы ФИО16 представляет ФИО17 (сестра ФИО3). Аналогично ФИО17 представляет интересы ФИО18 и ФИО19 в рамках другого обособленного спора по оспариванию сделок между ООО «Сибресурс», супругами ФИО20 и ФИО3 

Кроме того, в обособленном споре по заявлению о взыскании убытков с ФИО6 при анализе операций по банковскому счету ООО «Сибресурс» выявлены факты оплаты ООО «Сибресурс» за ФИО3 в пользу АО СЗ «Барнулкапстрой» по договорам участия в долевом строительстве на общую сумму 16 403 100 руб. При этом в ходе судебного разбирательства по рассмотрению заявления о взыскании убытков с ФИО6, последний пояснил, что ФИО3 предоставил лично ФИО6 денежные средства в размере 22 000 000 руб. на приобретение квартир, по договорам долевого участия у АО СЗ «Барнаулкапстрой». Использование подобной модели взаиморасчетов ФИО3 через ФИО6 с АО СЗ «Барнулкапстрой» ничем экономически или юридически не обусловлена.

Учитывая исполнение обязательств ООО «Сибресурс» за ФИО3, представление интересов ФИО3 ФИО6 и ФИО14, передача ФИО3 широкого перечня полномочий ФИО6 на продолжительный срок (10 лет), а также заключение ряда оспариваемых в деле о банкротстве должника сделок, совершенных с участием ООО «Сибресурс» и ФИО3, зачетов прав требований с участием ФИО3, в результате которых выбыло дорогостоящее имущество должника, выводы суда апелляционной инстанции о наличии фактической аффилированности ФИО3 и ООО «Сибресурс» через ФИО6 являются обоснованными.

При таких обстоятельствах, правомерным является также вывод апелляционного суда о наличии внутригрупповых отношений и перемещении активов между участниками такой группы (ООО «Сибресурс» в лице ФИО6, ФИО5 и ФИО3) в отсутствие реальных взаимоотношений, характерных для предпринимательской деятельности, направленной на получение выгоды, заключения между ними сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так, например, договоры уступки права требования от 29.11.2019 заключены в течение месяца с даты государственной регистрации договоров участия в долевом строительстве и по той же цене, что и с АО СЗ «Барнаулкапстрой», то есть в отсутствие какой-либо экономической выгоды для должника; в пункте 2 договоров уступки права требования сторонами согласовано, что право требования неустойки за нарушение сроков передачи объекта долевого строительства дольщику по акту приема-передачи, предусмотренное пунктом 5.1 договоров участия в долевом строительстве, цедент оставляет за собой и оно не переходит к цессионарию; расчет производится после подписания настоящего договора; залог в пользу цедента не возникает.

Помимо этого, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО3, с учетом применения повышенных стандартов доказывания к аффилированным лицам, не сняты обоснованные и разумные сомнения транзитного характера перечисления им денежных средств по оспариваемым сделкам на счет ФИО5

Согласно выписке по банковскому счету ФИО5, поступающие денежные средства от ФИО3 буквально на следующий же день снимались в полном размере в наличной форме. Указанное обстоятельство в совокупности с тем, что ФИО5 уклонилась от предоставления суду сведений о том, каким образом она распорядилась полученными наличными денежными средствами, а ФИО3, в свою очередь, не представил достаточных, допустимых и бесспорных доказательств, свидетельствующих об оплате оспариваемых договоров не за счет денежных средств должника, правомерно квалифицировано судами как создание аффилированными лицами формальной видимости реального исполнения по договорам уступки прав требований от 29.11.2019 со стороны ФИО3, поскольку его финансовая возможность оплатить их за счет собственных денежных средств не доказана.

В части требования о признании недействительной цепочки сделок, совершенных между ООО «Сибресурс», ФИО5 и ФИО2, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что доказательствами, имеющимися в материалах настоящего обособленного спора подтверждается наличия у ФИО2 личной, прямой или косвенной заинтересованности по отношению к должнику, семье Е-вых, а также его осведомленности о финансовом положении ООО «Сибресурс», его неплатежеспособности, в связи с чем цель причинения вреда имущественным правам его кредиторов считается доказанной.

Договор уступки права требования от 20.09.2019 по договору участия в долевом строительстве заключен с ФИО2 в течение месяца после заключения договора уступки между ООО «Сибресурс» и ФИО5 При этом договор уступки права требования содержит те же нетипичные для независимых участников гражданских правоотношений условия, что и с ФИО3

ФИО2 в подтверждение реальности совершенной оплаты по оспариваемому договору представил расписку от 20.09.2019, согласно которой ФИО5 получила от него наличные денежные средства в размере 3 406 000 руб. 

В обоснование наличия финансовой возможности произвести оплату в размере 3 406 000 руб., ФИО2 указал, что является директором ООО Юридическая фирма «Безруков и партнеры» и получает доход от предпринимательской деятельности.

Согласно налоговым декларациям по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2018-2019 годы, доход ФИО2 в 2018 году составил 6 255 745 руб., в 2019 году – 6 170 236 руб. Вместе с тем указанные суммы доходов с бесспорностью не свидетельствуют о том, что у него на дату совершения оспариваемой сделки имелись в свободном распоряжении денежные средства в требуемом размере.

Из представленной в материалы дела выписки по счету ФИО2 следует, что за период с 01.01.2018 по 19.09.2019 на счет поступило 4 500 000 руб. нарастающим итогом, при этом снятие денежных средств за указанный период составило менее 600 000 руб., следовательно, обстоятельство приобретения прав требования по договору за счет поступивших на его счет или снятых со счета денежных средств документально не подтверждено.

На счет, открытый в АО «Альфа-Банк», за период с 01.01.2019 по 24.09.2019 поступило 5 314 819,22 руб., из которых израсходовано 5 311 179,84 руб., а за период с 01.01.2018 по 01.01.2019 поступило 4 132 498,26 руб. и израсходовано - 4 342 456,94 руб. Указанное движение денежных средств по счету также исключает возможность произведения ФИО2 оплаты по оспариваемой сделке за счет этих денежных средств, поскольку израсходовано денежных средств больше чем поступило, притом, что снятие со счета денежной суммы соразмерной цене сделки им в близкие даты к ее заключению, не производилось.

Представленная ФИО2 расписка от 19.09.2019 о получении 3 000 000 руб. в заем от Бух В.А. под 10 % годовых также свидетельствует об отсутствии у него в свободном распоряжении денежных средств в достаточном размере, необходимом для оплаты договора уступки права требования от 20.09.2019. Вместе с тем доказательств, свидетельствующих о реальности заемных правоотношений, возврате займодавцу процентов и суммы основного долга по займу, материалы дела не содержат.

В ходе рассмотрения обособленного спора ФИО2 пояснял, что на протяжении длительного периода времени (с 2011 года) осуществляет инвестирование в строительство жилья с целью получения прибыли за счет разницы между стоимостью покупки недвижимого имущества и стоимостью его реализации. 

ФИО2 также указал, что с ФИО6 он работал, знаком и взаимодействовал. Оспариваемую сделку заключал, ведя переговоры непосредственно с ФИО6, а не с ФИО5, которую он не знал, понимая, что он фактически является застройщиком, то есть номинальный статус ФИО5 им осознавался, следовательно, доводы о его статусе независимого и незаинтересованного покупателя по отношению к должнику носят необоснованный характер и опровергаются как его пояснениями, так и представленными в дело доказательствами.

Судом апелляционной инстанции правомерно учтено, что ФИО2 через свою фирму ООО Юридическая фирма «Безруков и партнеры» представлял как интересы ООО «Сибресурс» в лице ФИО6 по вопросам строительства, так и ФИО21 (отца ФИО6) по делу, связанному с его банкротством. ФИО6 сообщил ФИО2, что имеется решение суда общей юрисдикции о взыскании с ФИО21 задолженности в размере около 30 млн. руб., которое могло повлечь негативные последствия для ООО «Сибресурс», вложившего значительные денежные средства в строительство отеля на чужом земельном участке (принадлежащем отцу ФИО6), на которое могло быть обращено взыскание по его долгам.

Кроме того, судами обоснованно учтено, что у АО СЗ «Барнаулкапстрой» в спорный период времени имелись в свободном распоряжении квартиры для их приобретения напрямую от застройщика, поэтому доводы ФИО3 и ФИО2 об обратном документально не подтверждены, также, как и их мотивы приобретения прав требования по договорам долевого участия в строительства по цепочке цессий. 

Поскольку ФИО2 является профессиональным юристом, порядок заключения и переговоры о покупке права требование на получение квартиры с ФИО6, а подписание договора с другим лицом - ФИО5, не могло не вызвать у него обоснованные сомнения относительно действительного продавца права требования, причин столь быстрой их перепродажи за ту же номинальную стоимость, что также подтверждает его аффилированность по отношению к должнику. При этом отсутствие надлежащих, достаточных и бесспорных доказательств по оплате приобретенных прав требования со стороны ФИО2, с которым, по мнению конкурсного управляющего, оспариваемый договор заключен безвозмездно в целях произведения расчетов за оказанные семье Е-вых юридические услуги, обоснованно квалифицировано судом апелляционной инстанции как достаточное доказательство осведомленности аффилированного к должнику ФИО2 об истинном продавце – ООО «Сибресурс», его неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки, а ее заключение в отсутствие встречного предоставления, в свою очередь, свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. 

Присутствие в данной сделке ФИО6 указывает на то, что именно должник является лицом, которое реально распоряжается правом требования по договору долевого участия в строительстве и заинтересовано в совершении этой сделки. Оказывая юридические услуги лично семье Е-вых и ООО «Сибресурс», ФИО2 не может считаться тем среднестатистическим добросовестным покупателем, который в рамках спорных правоотношений является слабой и незащищенной стороной, напротив, материалами дела подтверждается его осведомленность об обстоятельствах и причинах заключения оспариваемой сделки, следовательно, он не вправе перекладывать свои риски недобросовестного поведения на независимых кредиторов должника.

Таким образом, учитывая установленные конкретные обстоятельства настоящего обособленного спора, апелляционный суд правомерно признал цепочку сделок (договоры уступки прав требований от 29.08.2019 между ООО «Сибресурс» и ФИО5, договоры уступки прав требований от 29.11.2019 между ФИО5 и ФИО3 и от 20.09.2019 между ФИО5 и ФИО2) недействительными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом доводы кассаторов о выходе суда апелляционной инстанции за пределы заявленных требований при квалификации оспариваемых сделок противоречат принятым судом первой инстанции уточнениям заявленных требований конкурсным управляющим, а о неправильном применении судом последствий недействительности сделок отклоняются судом округа по причине их безденежности.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационных жалобах, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по делу № А03-2477/2021 Арбитражного суда Алтайского края оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Ю.И. Качур

СудьиМ.Ю. ФИО10

ФИО1