АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28

Факс 460-945, 460-952, адрес сайта-http://sakhalin.arbitr.ru/

Электронная почта-info@sakhalin.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А59-780/2019

г. Южно-Сахалинск

26 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 июня 2019 года, в полном объеме решение постановлено 26 июня 2019 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Кучкиной С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью строительной компании «Сахмонтажпроект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о признании недействительными договоров аренды от 09.05.2016 № 9/1-0516/Ф, от 09.05.2016 № 9/2-0516/Ф и от 18.04.2016 № 6/4-416/Ф, 

при участии:

от истца – ФИО3 по доверенности от 06.07.2018 (на 1 год)

от ответчика – ФИО2 (личность удостоверена), представитель ФИО4 по доверенности от 15.08.2018, 

третьи лица ФИО5 и ФИО6 - не явились,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью строительная компания «Сахмонтажпроект» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о признании недействительными договоров аренды от 09.05.2016 № 9/1-0516/Ф, от 09.05.2016 № 9/2-0516/Ф и от 18.04.2016 № 6/4-416/Ф.

В обоснование требований истец ссылается на заключение сделок с заинтересованностью (между обществом, от имени которого выступал в качестве генерального директора ФИО6, являющийся также участником общества, и ответчиком, являющееся его дочерью) при отсутствии согласия на их совершение общим собранием учредителей, и в ущерб интересам общества, указывая на отсутствие необходимости в заключении данных договоров и завышенный размер арендной платы.

В предварительном заседание истец на иске настаивал, представил письменные пояснения по доводам отзыва ответчика, а также в качестве дополнительных доказательства договоры аренды транспорта с экипажем от 01.06.2016, 02.02.2016, 07.04.2016, указав, что в данных договорах арендная плата установлена в сумме 300 рублей в месяц, что несоизмеримо с арендной платой, установленной по оспариваемым ими сделкам (50.000 рублей). 

Ответчик в предварительном заседании с иском не согласился, поддержал доводы отзыва на иск, представленного в материалы дела 08.04.2019, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо – участник общества ФИО5 в предварительном заседании поддержала иск, пояснила, что никакие работы в период заключения данных договоров их общество не выполняло, необходимости в их заключении не имелось, работников, которые могли бы работать на данной технике, у них в обществе не имеется, ее мнения как второго участника общества, обладающего 85% доли в уставном капитали, о необходимости заключения данных сделок не спрашивалось, о наличии данных договоров она ничего не знала до момента назначения нового генерального директора.

Дело назначено к рассмотрению на 14.05.2019, рассмотрение дела отложено на 11.06.2019. В судебном заседании объявлен перерыв на 19.06.2019.

В судебном заседании истец на иске настаивал по ранее изложенным основаниям, представил пояснения по отзыву ответчика и дополнительные доказательства. Не согласился с доводами ответчика о пропуске ими срока исковой давности.

Ответчик в заседании поддержал ранее изложенные доводы, ссылаясь, в том числе на показания свидетелей ФИО7 и ФИО8, опрошенных в судебном заседании 14.05.2019, и подтвердивших использование техники, являвшееся предметом аренды, для нужд общества, а также показания свидетеля ФИО13, опрошенной в заседании 11.06.2019 г., подтвердившей наличие у общества иных договоров аренды спецтехники, на схожих условиях, и пояснившей, что договор аренды, заключенный с ней и с иными лицами на сумму арендной платы 300 рублей в месяц, фактически был заключен формально для возмещения работникам расходов на приобретение топлива для данных автомобилей, которые они использовали в служебных целях, и по данным договорам ни она, ни остальные работника арендную плату не получали.

Ответчик в заседании представил дополнительные письменные пояснения по иску, а также показания свидетелей ФИО9 и ФИО10, пояснивших, они не видели, чтобы данная техника эксплуатировалась, за исключением небольшого периода времени – в мае 2017 года, когда на объекте на ул.Больничной использовался экскаватор, и указали на отсутствие необходимости и целесообразности у общества в ее использовании в виду наличия у них иных транспортных средств, маленьких размер полученной от ответчик спецтехники и невозможности ее использования на строительных объектах, а также на территории базы в связи с отсутствием технической возможности использовать погрузчик.

Третьи лица – ФИО6 и ФИО5 в суд не явились, ФИО5 извещена надлежаще путем размещения информации на сайте суда, ранее в судебных заседаниях принимала участие, ФИО6 корреспонденцию суда, направленную по его адресу регистрации, не получает, возвращена по истечении срока хранения.

Суд признает извещение ФИО6 надлежащим образом, и на основании ст.157 АПК РФ рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела и оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Судом установлено, что между ООО «Сахмонтажпроект» в лице генерального директора ФИО6 и ИП ФИО2 были заключены три договора аренды транспортных средств без экипажа:

- № 6/4-0416/Ф от 18.04.2016 на аренду автомобиля  TOYOTA RAV4 (с мая 2016 года по сентябрь 2017 года),

- № 9/2-0516/Ф от 09.05.2016 на аренду погрузчика TOYOTA 25 (с мая 2016 года по июль 2017 года),

- № 9/1-0516/Ф от 09.05.2016 на аренду гусеничного экскаватора MITSUBISHI (c мая 2016 года по сентябрь 2017 года).

Арендная плата по каждому договору составляет 50 000 рублей в месяц.

Актами приемки-передачи транспортных средств от 18.04.2016, подписанными теми же лицами, подтверждается их передача.

При этом судом установлено, что участниками ООО СК «СахМонтажПроект» являются ФИО5, обладающая 85 % доли в уставном капитале, и ФИО6, обладающий 15 % доли.

ФИО6 до 28.05.2018 являлся генеральным директором общества, и 28.05.2018 общим собранием учредителей общества принято решение об отстранении от его от данной должности.

Ответчик ИП ФИО2 является дочерью ФИО6, что стороной ответчика не опровергалось и было подтверждено в судебном заседании.

В соответствии с п. 1 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ ”Об обществах с ограниченной ответственностью” (далее - ФЗ ”Об ООО”) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Таким образом, оспариваемые истцом сделки являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность.

При этом согласия на их заключение решением общего собрания участников общества не принималось, второй учредитель общества ФИО11 о совершении обществом данных сделок не уведомлялся.

Между тем, в силу требований абзаца 2 части 6 ст.45 ФЗ «Об ООО» сам по себе факт отсутствия согласия всех учредителей общества на совершение данной сделки не является безусловным основанием для признания ее недействительной.

Этой же нормой приведенного Федерального закона установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

В силу требований пункта 2 статьи 174 ГК РФ, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Также, пунктом 6 статьи 45 ФЗ «Об ООО», установлено, что ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий:

отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки;

лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

Согласно пункту 7 этой же статьи, положения настоящей статьи не применяются, в том числе, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

Пунктом 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, в частности, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствуют о сговоре либо об иных совместных действиях представителя юридического лица или действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица и контрагента в ущерб интересам представляемого. Ущерб может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, в утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В п.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 

- наличие признаков, по которым сделка признается сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соотвегствуюшсй сделки (п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью); 

- нарушение сделкой прав и и охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (п.2 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз.5 п.5 ст.45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Исходя из содержания п.1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому липу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента при заключении спорной сделки (п.9 Информационного письма Президиума Высшею Арбитражною Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указал истец, обосновывая причинение им ущерба заключенными сделками, при анализе документации общества ими было выявлено, что спорная спецтехника не проходила ни по каким заправочным ведомостям, на нее не заводились карточки учёта расходных материалов, к ней не был приписан ни один водитель, потребностей у фирмы в спецтехнике не было, т.к. земляные работы в тот период не проводились, кроме спорных договоров других договоров аренды спецтехники не было, на личный автотранспорт кроме спорного заключались только безвозмездные договоры аренды для компенсации затрат ГСМ работников. Также истец указал, что размер арендной платы по спорным договорам  в 50 000 руб./мес. значительно превышает размер платы по иным аналогичным договорам, заключаемым обществом: № 18/2-0616/Ф, № 4/5-0216/Ф, № 6/5-0416/Ф – 300 руб./мес. в этой связи истцом сделан вывод о совершении данных сделок по сговору сторон и направлены исключительно на причинение вреда правам общества.

Опровергая данные доводы истца, ответчиком указано на то, что спорная техника арендовалась именно для хозяйственной деятельности истца и она им эксплуатировалась, размер арендной платы определен исходя из среднерыночных цен на аренду данного вида техника, сложившейся в регионе, тогда как указанные истцом договоры аренды на сумму 300 рублей в месяц фактически заключались для оплаты сотрудникам, являвшимся владельцами данных машин и использовавших их в своей служебной деятельности, расходов на топливо.

Проверяя доводы сторон, судом установлено, что истцом были заключены 3 договора аренды транспортного средства с установленной ежемесячной арендной платой в сумме 300 рублей:

- договор аренды транспортного средства с экипажем № 18/2-0616/Ф от 01.06.20-16 г. с ФИО9, в отношении его личного транспортного средства «Тойота-Ленд-Круизер», на срок по 31.12.2016 г.,

- договор аренды транспортного средства с экипажем № 4/5-0216/Ф от 02.02.2016 г. на срок по 31.12.2016 г. с ФИО12 в отношении его личного транспортного средства «Тойота-Виш»,

-договор аренды транспортного средства с экипажем № 6/5-0416/Ф от 07.04.2016 г. на срок по 31.12.2016 г. с ФИО13 в отношении ее личного транспортного средства «Тойота-Королла-Фиелдер».

По условиям данных договоров арендодатели предоставляли указанные транспортные средства во временное владение и пользование, а также обязывались оказывать услуги по их управлению и технической эксплуатации.

При этом, как установлено судом, все указанные арендодатели являлись работниками ООО СК «СахМонтажПроект», что истцом не опровергалось и подтверждается представленными в дело договорами возмездного оказания услуг, заключенными с ФИО9 в период с февраля по октябрь 2016 года и трудовым договором, заключенным с ним же 01.08.2017, а также показаниями свидетеля ФИО13, опрошенной в судебном заседании 11.06.19, и не опровергнутых истцом.

Как пояснили свидетели ФИО13 и ФИО9 (опрошенный в заседании 19.06.2019), арендованный у них транспорт фактически не находился в аренде у общества, арендная плата им не выплачивалась, а данные договоры заключались в целях возмещения им расходов на топливо в связи с использованием ими данных автомобилей в служебных целях.

При этом, как пояснила свидетель ФИО13, такая практика возмещения работникам расходов на топливо являлась регулярной, но размер сумм возмещения не для всех работников был равным.

С учетом данных показаний свидетелей, суд признает сравнение истца стоимости арендной платы, установленной для аренды спорной техники, несопоставимыми с представленными договорами аренды, заключенными с работниками ФИО9, ФИО13 и ФИО12

То обстоятельство, что ответчик ИП ФИО2 также в период действия спорных договоров являлась работником общества, само по себе не свидетельствует о заключении с ней спорных договоров на тех же условиях, что и договоров с остальными работниками, поскольку предметом договоров №№ 9/1-0516/Ф и 9/2-0516/Ф являлась строительная техника (экскаватор гусеничный «Митсубиси» и погрузчик «Тойота-25»), что явно свидетельствует об ином характере использования данной техники, чем для передвижения сотрудником общества по служебным целям, а предметом договора № 6/4-0416 являлся автомобиль «Тойота-Рав4», который, как показали свидетели ФИО7 и ФИО8 использовался для служебных нужд как самой ФИО2, так и другими работниками общества (бухгалтерами, работниками отдела кадров).

Указывая на отсутствие ущерба обществу при определении цены договоров, ответчиком представлены коммерческие предложения иных фирм по предоставлению в аренду спецтехники (ИП ФИО14 и ООО «Доро»), согласно предложениям которых стоимость аренды транспорта составляет от 900 рублей в час до 2700 рублей в час (с использованием ГСМ, принадлежащим арендодателю).

Также свидетели ФИО7 и ФИО8 показали, что они лично использовали иногда в своей служебной деятельности все виды предоставленной ответчиком техники.

Так, согласно их показаниям, экскаватор гусеничный использовался на некоторых строительных объектах, когда требовалось выполнение работ в стесненных условиях (небольшая строительная площадка, на которой не могла работать «большая» техника), для выкапывания канав небольшого размера с учетом размеров ковша. В частности, данная техника использовалась на строительных объектах г.Южно-Сахалинске на улицах Больничной, ФИО15, Пограничной, на объекте в Анивском районе. При этом свидетель ФИО8 пояснил, что он лично использовал данный экскаватор по личному указанию ФИО10 (начальника базы и являющегося супругом нынешнего директора общества ФИО16) для выполнения строительных работ на их личном участке на ул.ФИО15, а также лично работал на данной технике на объекте на улице Больничной, где иная техника не смогла бы работать в связи с очень маленькой территорией. 

Также данные свидетели пояснили, что погрузчик часто использовался на территории базы общества для переноса тяжелых материалов в целях освобождения места или перегрузки (загрузки) материалов. Сообщили, что они лично иногда могли использовать погрузчик для этих целей, а также на нем иногда работал еще один их работник – ФИО17

В отношении автомобиля «Рав-3» данные свидетели показали, что этот автомобиль использовался для поездок по служебным целям директора, бухгалтеров, работников отдела кадров, мастеров, при этом водителем в основном являлась ФИО2 также сообщили, что они лично иногда использовали данный автомобиль для поездок на строительные объекты, когда иного транспорта не было, при этом сами управляли автомобилем.

Кроме того, согласно показаниям ФИО7, являвшегося механиком общества, следует, что необходимость в привлечении автомобиля «Тойта-Рав4» была связана с тем, что имевшийся у общества микроавтобус «Сузуки-Гранд-Витара» являлся длительное время неработоспособным в связи со сложной поломкой и находился у них в ремонте.

Опровергая показания данных свидетелей, истцом представлены показания свидетелей ФИО10, являвшегося начальником базы, и ФИО9, работавшего в должности руководителя отдела снабжения, которые пояснили, что спорная техника все время стояла на территории базы, никем не эксплуатировалась и целесообразности в аренде данной техники у общества не имелось, о чем они сделали вывод в связи с тем, что у общества имелась в собственности строительная спецтехника и имелся микроавтобус «Сузуки-Гранд-Витара» для нужд управленческого персонала, а также показали, что знают об использовании экскаватора на ул.Больничной непродолжительное время (около 2-х недель), остальная техника никогда не эксплуатировалась, при этом погрузчик нельзя было использовать на территории базы в связи с несоответствием его техническим данным, а на автомобиле «Тойота-Рав4» ездила только ответчик ФИО2

Между тем, суд критически относится к показаниям данных свидетелей, поскольку ФИО10 поскольку он является супругом директора общества ФИО16, их показания об отсутствии целесообразности аренды спорной техники основаны на ограниченной информации, имевшейся у них, поскольку при решении вопросов об аренде той или иной техники они никогда участия не принимали, что подтвердили сами свидетели, их показания о неиспользовании техники основаны только на их личных наблюдениях, тогда как с их же показаний, они не могли на протяжении всего рабочего времени наблюдать за работой данной техники, и в их отсутствие эта техника могла бы быть использована, а показания об отсутствии технической возможности использования погрузчика на территории базы основаны на их личных предположениях, а не на технических характеристиках.

При этом судом неоднократно истцу разъяснялось необходимость подтверждения их доводов об отсутствии технической возможности использования на территории базы погрузчика путем представления технической документации либо заключения специалиста, что им сделано не было, а также предлагалось представить доказательства доводам об отсутствии экономической целесообразности в аренде спорной техники и о наличии осведомленности об этом ответчика. Такие доказательства истцом также судом не были представлены.

Как следует из положений п.6 ст.45 ФЗ «Об ООО» и п.2 ст.174 ГК РФ, причинение ущерба обществу при совершении сделки, имеющей заинтересованность, без соблюдения надлежащей процедуры ее заключения (получения согласия незаинтересованных участников общества на ее заключение) предполагается, если не доказано обратно.

При этом на ответчике лежит обязанность доказывания отсутствия ущерба либо его возможности, а на истце – факта того, что вторая сторона сделки при ее заключении действовала в целях причинения ущерба интересам юридического лица (наличие сговора; того обстоятельства, что она другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица).

Обязанность доказывания отсутствия ущерба либо наличия осведомленности о причинении такого ущерба либо возможности его причинения лежит на стороне ответчика.

Исходя из установленных судом обстоятельств, суд признает, что оснований для признания спорных сделок недействительными не имеется, поскольку спорная техника фактически эксплуатировалась истцом в его хозяйственной деятельности, те самым имелись основания для ее аренды, тогда как установленная арендная плата не является явно завышенной по данным договорным отношениям исходя из сведений об аналогичных услугах, предоставляемых иными хозяйствующими субъектами на территории г.Южно-Сахалинска.

Доводы истца о том, что в их документации отсутствуют сведения об использовании техники (отсутствуют путевые листы, сведения о расходовании ГСМ, технических осмотрах, отсутствуют в штатном расписании работники, закрепленные за этой техникой, иное) само по себе не свидетельствует о неиспользовании данной техники обществом и отсутствии необходимости в ее использовании, поскольку в штатном расписании истца отражены транспортные средства, находящиеся у них в собственности, а также и в отчетах по ГСМ отражена техника, находящаяся в собственности истца, при том, что согласно показаниям свидетеля ФИО13, являвшееся в спорный период начальником юридического отдела, в обществе было заключено множество договоров аренды техники, в отношении которых велась регистрация юридическим отделом и заключение данных договоров согласовывалось с юридическим отделом, и в отношении спорных договоров их заключение также проходило согласование в юридическом отделе, и данные договоры заключались в связи с необходимостью привлечения техники.

Сведений о том, каким образом обеспечивалась эксплуатация иной арендованной техники, истцом суду не представлено, тогда как данными доказательствами располагает только истец. При этом, в представленных истцом сведениях о закрепленных работниках за техникой, об использовании ГСМ отсутствуют, в том числе, и сведения об автомобилях, принадлежащих работникам общества и в отношении которых имеются договоры аренды (представленные в дело).

Истцом сведения о заключенных в спорный период договорах аренды спецтехники суду не представлено, тогда как только истец обладает данными доказательствами, в связи с чем суд лишен был возможности проверить соответствие спорных договоров аналогично используемой обществом практики при заключении данного вида сделок, тогда как в силу требований пункта 7 ст.45 ФЗ «Об ООО» положения данной статьи (о сделках с заинтересованностью) не применяются, в том числе, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

Исходя из вышеизложенного, суд не усматривает оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, в связи с чем в удовлетворении иска отказывает в полном объеме.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, полагая, что данный срок истцом пропущен.

В соответствии с п.6 ст.45 ФЗ «Об ООО», срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

Истцом заявлен данный спор исходя из обстоятельств сговора участников спорной сделки при ее заключении, в связи с чем срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда новый генеральный директор общества узнал о наличии данных сделок.

Поскольку генеральный директор ФИО16 избрана на данную должность решением общего собрания участников общества от 28.05.2018 № 5, и вступила в должность 05.06.2018 на основании приказа № 53 от 05.06.2018, суд признает, о наличии данных сделок она не могла узнать ранее 05.06.2018, тогда как с данным иском общество (в ее лице) обратилось в суд 11.02.2019 г., то есть до истечения годичного срока исковой давности.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу лицами, названными в статье 53.1 ГК РФ, пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также не препятствуют удовлетворению иска об исключении из общества участника (акционера) (пункт 1 статьи 67 ГК РФ, статья 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), заключившего данную сделку в ущерб интересам общества (в том числе в качестве единоличного исполнительного органа) либо давшего указание ее заключить или голосовавшего за ее одобрение на общем собрании участников (акционеров).

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Обществу с ограниченной ответственностью строительной компании «Сахмонтажпроект» в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента вынесения в полном объеме через Арбитражный суд Сахалинской области.

Судья                С.В.Кучкина